Текст книги "Встретимся в новом мире"
Автор книги: Вячеслав Базов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 44 страниц)
Но учитель возразил:
– Что же могли сделать голодному призраку невинные девушки?
Все задумались, Го Хэн понял, что ответ лежит прямо на поверхности, но никто не сможет озвучит его вслух, а потому выпалил сам:
– Не давали.
– Не давали что? – искренне спросил учитель. Го Хэн закатил глаза. Неужели такое надо объяснять?! Спасибо Чжу Баи, что принялся переводить жаргон парня на «местный» язык:
– Го Хэн хочет сказать, что голодный призрак был человеком, который очень хотел возлечь с молодыми и красивыми девушками, а они не хотели. И он озлобился.
– Но он же мог просто жениться, – удивился учитель. Да Джиан поддержал теорию:
– У него могло не быть хозяйства. Ничего не быть, да к тому же и уродливая внешность. Он же и девушек выбирает из крестьян и дочерей мелких чиновников.
Все покивали, соглашаясь с теорией.
– Теперь вопрос, как же нам выманить его?.. – задумчиво произнес учитель.
– Ловлей на живца, – выпалил Го Хэн, – Нам понадобится молодая и красивая девушка, чтобы выманить его.
– Здесь очень много молодых и красивых девушек. Откуда ж мы знаем, что он нападет именно на нашу? – возразил Да Джиан.
– Мы по-прежнему знаем слишком мало, – грустно подтвердил учитель. – Нужно поговорить с семьями пропавших девушек.
* * *
Пропавших было пятнадцать, а времени – в обрез, а их – пятеро, и каждый должен был обойти три семьи. Но главное, Чжу Баи должен был остаться один! И никак не получилось это исправить, потому что объединиться и к вечеру пройти шесть домов – нереально! Го Хэн не очень хотел надеяться на то, что дело отвлечет Чжу Баи от мрачных мыслей, а значит, нужно было что-то еще! Чтоб уж наверняка!
Учитель ушел беседовать с тем крестьянином, что приютил их (его дочь пропала последней), а остальные же готовились к началу работы. Да Джиан и Ван Линг не знали, что за Го Хэном и Джу Баи необходимо следить, а потому первый тут же этим воспользовался – стоило парочке отвернуться, как Го Хэн тут же перехватил Чжу Баи за одежду и потащил за собой в дровяной сарай. Парень хоть и пытался сопротивляться, но только в земле борозду пропорол в попытках упереться ногами. Когда он уже собирался вслух возмутиться, Го Хэн уже закрыл дверь и притянул его к себе, обхватив за талию. «Снова не спрашивая», – сокрушался он, но чувствовал – это сейчас им обоим надо. Чжу Баи, от такой наглости только растерянно отвернулся. Го Хэн, развернув его к себе лицом, впился в губы парня. Чжу Баи только возмущенно пискнул, упершись руками ему в грудь, напрягаясь. Но он не ударил и не вырвался, даже не попытался позвать на помощь (хотя это он точно не мог сделать).
Го Хэн ощущал себя так, словно наконец-то дорвался до желаемой сладости. Он забыл, в каком он из миров, старался целовать бережно, но получалось так, что просто вылизывал губы Чжу Баи: тот не мог открыть рот, чтобы возразить, потому что тогда язык Го Хэна оказался бы внутри. Но поцелуй не мог длиться вечность, да и он и так уже затянулся. Больше всего Го Хэн боялся, что стоит только отпустить, как начнется скандал. Он убрал руки одновременно и с затылка и с талии. Чжу Баи, испуганно глядя на него, отступил на два шага назад, уперевшись в стену сарая. Глаза у Го Хэна горели, и в них не было ни стыда, ни сожаления. Он пристально наблюдал за реакцией. Это меньшее, что он может сейчас сделать.
Испуг в глазах Чжу Баи растаял, а на губе выступила кровь – кажется, Го Хэн перестарался. Чжу Баи легонько коснулся губ, удивленно посмотрел на свои пальцы, а потом на Го Хэна и, казалось, что он совсем успокоился.
– Это многое объясняет. – произнес он. Голос его немного дрожал, но явно не от страха. Го Хэн принял это за разрешение, и уже потянулся за продолжением, но Чжу Баи быстро выскочил за дверь и бросился к остальным. Он даже немного повеселел, во всяком случае, уже не выглядел таким мрачным. Беспокойство Го Хэна почти сошло на нет и он, окрыленный, без спешки пошел за Чжу Баи.
* * *
Го Хэну повезло. Первая семья, которую он должен был опросить – пропала. Это была семья не слишком значимого чиновника, за долги которого она оказалась сослана в тюрьму, имущество было продано, а слуги разошлись по другим хозяевам. Го Хэн понимал, что жертв слишком много и, вместо дотошного поиска каждой из них, следовало бы прежде всего понять, что именно произошло.
Вторая семья по благосостоянию была как и та, у которой они остановились: двор с мелкой живностью, несколько небольших домиков, и куча детей. Глава семейства – еще молодой, да и дети у него были еще малы для помощников, а поэтому, по его глазам читались дикая усталость и раздражение от всей этой ситуации. Немного, но Го Хэн его понимал – в своем мире у него была банда, которая состояла из людей взрослых, но проблем все же хватало.
– Старшая пропала. Тринадцать ей было. Засыпали все вместе. Вот тут вот, – он указал на пол, где у стены были сложены лежанки. Да, сложно вытащить незаметно человека из такой плотной кучи.
– Она спала с краю?
– Нет. При матери спала… Я ее привязывал на ночь, но веревка оказалась развязана. Я подумал, что сама убежала. А может и сама убежала.
– Зачем привязывали? – не понял Го Хэн. Он не очень-то разбирался в методах воспитания детей, но что-то неприятное пощекотало ему кишки.
– Да услыхала она. Мы тут говорили с женой. Дочек и так уже три, хотели ее в служанки отдать. А она не хотела.
Крестьяне, дикие нравы, женщины в свободном, кажется, доступе, и могут иметь только денежную ценность – Го Хэн в этом не понимал, но ему главное было разобраться, с чем им придется бороться.
– А не ошивался никто около дома? К дочери не заглядывал? Ни на кого она не жаловалась?
И ответом было: «Нет». Никого подозрительного. После ее исчезновения много зевак было, все казались странными – кто ж ходит на чужое горе смотреть? Но в целом – никаких зацепок. Го Хэн начал потихоньку набрасывать варианты произошедшего: девушка сбежала, натолкнулась на маньяка и пропала. А если злой дух… Так девушка бродила ночью по городу. Еда сама к нему явилась. Тринадцать – с такой и мяса-то…
В другом дворе тоже пропажа – средняя дочь, семнадцати лет от роду. Старшая была замужем, а младшая еще совсем ребенок.
Вот только пропала она средь бела дня на рынке. Ее мать успела поговорить с Го Хэном, поведав, что в тот день она отправилась с дочерью в лавку, чтобы купить вещей в дальнюю дорогу, куда дочь отправлялась одна и, кажется, насовсем.
– Я только в лавку зашла, ее снаружи оставила. А возвращаюсь – нет. Мы всем рынком искали. Никто ее не видел…
«Эту сманили чем-то, предложили отойти ненадолго и вернуться до того, как мать закончит. Наивные они тут», – решил Го Хэн, и, с этими сведениями, вернулся в дом, где они остановились. По дороге он представлял, как там окажется один только Чжу Баи и им удастся поговорить наедине.
Но первой вернулась Ван Линг. Она так обрадовалась Го Хэну, что ему даже немного стыдно. Он-то явно не ее жаждал увидеть.
– Наконец-то, – она подскочила к Го Хэну, вцепилась в его рукава и, заглянув в лицо, зашептала: – Хозяин, у которого мы остановились… Он постоянно приходит. То спросит, не надо ли воды, то не голодна ли я… всякий раз какую-то причину находит, но смотрит так… будто сожрать хочет.
Сказанное Го Хэну не понравилось. В конце концов они в этом мире друзья, а значит он должен защищать ее как часть своей стаи. Он бездумно погладил ее по плечам, совсем не волнуясь о том, как расценивается подобный жест внимания в этом мире и, услышав, что кто-то снова идет в их сарай, развернулся и выпалил:
– Мужик, ты, конечно, охереть молодец, что на нас бабла срубил, но, если ты еще на мою сестру взглянешь как-то не так – я тебе глаза вырву. И не только глаза, плодиться больше не сможешь.
Хозяин дома застыл в дверях с щенком в руках, который не понимал, куда его тащат, перебирал лапами и пыхтел. Вряд ли хозяин понял все, что Го Хэн сказал, решив, что это такой заклинательский диалект, но общий смысл был ему, однако, понятен. Он побледнел и, поклонившись, промямлил: «Да я вот вам щеночка принес, развлечь, а то же скучно вам…» и, пятясь, быстро вышел, закрыв за собой дверь. Судя по звуку, дальше он побежал.
– Ты мне уже столько должна, что не расплатишься, – вздохнул Го Хэн. – Но, если он снова припрется, говори… подумаешь, еще одно одолжение…
Крестьянин, который до этого видел только местных деревенских простушек. И тут в его доме появляются заклинатели, среди которых девушка. Го Хэн это понимал и начал задумываться о том, что Ван Линг и тут не мешало бы защищать. Заклинатели были людьми совсем другого сорта: красивые, необыкновенные, загадочные. Конечно, местные начинали вокруг них танцевать как вокруг красивой безделушки… А Чжу Баи ушел один в город. И тоже в бедные районы… У Го Хэна снова свело желудок, и от Ван Линг не укрылось. Она поспешила предупредить:
– У меня есть лекарства.
– Не нужно. Я просто представил, как там Чжу Баи в городе среди таких же… варваров…
Да, собственно, как и среди его прежней банды. Он доверял своим людям, но на всякий случай никому не давал ключи от комнаты, и Чжу Баи просил не выходить одному, когда Го Хэн был далеко от логова.
Ван Линг, вопреки ожиданиям, повела себя иначе, нежели учитель, не требовала прекратить эти непристойные мысли. Но она и не знала ничего, спросив только:
– Ты волнуешься, потому что в твоем мире он… умер?
– Да он же вообще мастер искать неприятности, – решил выговориться Го Хэн. – Теперь представь такого, как Чжу Баи, в моем мире, который сплошь как эти окраины. Только ни защиты, ни закона…
– Он поэтому умер?
Го Хэну по-прежнему не хотелось говорить об этом, поэтому он только кивнул. Ван Линг сочувственно погладила его по руке, и парню стало стыдно. Он ложью выпросил эту жалость. Но все же Ван Линг этого мира ему нравилась, и защищал он ее искренне. Да, недавно она готова была обвинить его… но она единственная, кто извинился.
– Может, поищем его? – предложил Го Хэн. Ван Линг снова его погладила, но отказала:
– Это не твой мир. В этом не случится ничего страшного.
– Да он ведь уже проклят!
– Я так поняла – ничего страшного. Просто вызывает в вас иллюзии относительно друг друга.
Го Хэну было лень спорить.
Чжу Баи вернулся предпоследним, а после него – учитель. Го Хэн к тому времени изнывал от беспокойства и несколько раз порывался бежать в город искать его, но его не отпускали. Да и где искать? Просто по городу бегать? Проще ждать здесь.
В школе он почти всегда знал, где находился Чжу Баи, и потому был спокоен. В прошлом мире Го Хэна до катастрофы, их страна была более-менее мирная, хотя, конечно, случалось всякое, но все же это было всегда где-то далеко, не здесь, и максимум, что Чжу Баи мог – это подраться. Никто его никогда не бил так, чтобы тот хотя бы неделю в больнице полежал. Его не воспринимали как серьезного противника, которого надо бить жестоко. Да и в девушках тогда не было недостатка – с ними можно было просто знакомиться, заводить отношения. В конце концов секс можно было купить, да и порнография была. А потому Го Хэн никогда не переживал за парнишку.
Когда мир перевернулся с ног на голову – Чжу Баи вдруг стал иметь другое значение и вес. Вот тогда Го Хэна начала охватывать паника: ему нужно было убедиться лично, что с Чжу Баи все в порядке. Когда он почти успокоился, почти поверил, что он свои желания проецирует на весь мир – поселение нарвалось на Дрэгана. Го Хэн спокойно занимался своими делами, когда в логово притащили Чжу Баи. С разбитой губой, пыльного и явно пребывающего в состоянии шока. Банда Го Хэна заметила переполох и отобрала его у ребят Дрэгана.
Они что-то не поделили с Дрэгоном. Умом Го Хэн понимал, что тот приказал привести к нему парня для разговора, но чувствовал – Дрэгон бы не устоял. Он еще до катастрофы предпочитал парней, причем, будучи накаченным и сильным, парней выбирал поменьше и чуть ли не модельной внешности. До катастрофы он держал себя в руках и старался покупать секс с ними или вести себя бережнее. Все же была полиция, было чего бояться. А после катастрофы ему снесло крышу. И как бы Чжу Баи не говорил, что их разногласия состояли не в том, что Чжу Баи в его вкусе, но если бы Дрэгон только увидел его…
Го Хэн первым встретил его почти у самых ворот. Чжу Баи выглядел уставшим, немного расстроенным, но без нервов. Возможно, он переживал за убитых девушек, но явно не за себя. Значит снова паранойя Го Хэна оказалась просто паранойей. Кажется, Чжу Баи испугался, что утренний фокус повторится вот так, где их могут увидеть, и остановился, боясь идти дальше. Но юноша просто ждал его, и, поклонившись, стараясь не выдавать эмоций, спросил:
– Как прошло? Ничего странного не случилось?
– Все хорошо, – заверил Чжу Баи и на пробу шагнул ближе, но замер снова.
– Ван Линг и Да Джиан уже дома, – повернулся спиной, Го Хэн направился в сарай, который им выделили. – Да Джиан не в духе – рвет и мечет. Подумал, вдруг и тебе сказали что-то неприятное.
– Вроде нет, – неуверенно ответил Чжу Баи, идя следом. Было еще светло. Да, обед они пропустили, но сейчас из дома пахло едой, и, возможно, их ждал ужин. Во всяком случае с учителем они бы не остались голодными.
– А ты?.. – спросил Чжу Баи, пытаясь подобрать слова. – Ничем не был расстроен? Ничего не случилось снова?
– Нет. Я вот что подумал: тот человек, возможно, был только в том городе. Разглядел на тебе проклятье и попытался заманить к себе.
– Зачем ему это?
Го Хэн с трудом подавил желание ответить: «Чтобы трахнуть тебя». Он и сам понимал, что это не так, возможно даже, что ему почудилось неприкрытое желание в голосе заклинателя – тот слишком быстро сдался.
– Ну… допустим, он экспериментатор. У тебя интересное проклятье, а я лошадьми не занимался, меня он не видел. Решил изучить. Ведь даже учитель до сих пор не знает, как оно появилось.
– Ты замечал что-то подобное до ранения? – окончательно успокоившись, серьезно спросил Чжу Баи. Го Хэн пожал плечами. Теперь они остановились около сарая и внутрь пока не заходили, хотя их разговор внутри наверняка слышали. – Я думаю, нас прокляли именно когда ранили. То есть нас просто прокляли, не ранили. А снаружи это казалось раной. Оно слишком внезапно и непонятно зачем тогда было…
– Да, мысль интересная, – согласился Го Хэн, почти все пропустив мимо ушей. Все равно он в магии не разбирался, разве что совсем на базовом уровне.
После этого они вошли в сарай. Сначала Чжу Баи, а Го Хэн немного замешкался, выбирая причину, чтобы куда-нибудь снова утащить парня. По крайней мере пока не вернется учитель и снова не начнет следить за ними. Но причин не нашел, вошел следом.
Да Джиан был разозлен, но не говорил, из-за чего, сказав, что расскажет только при учителе. Это явно не было связано ни с Чжу Баи, ни с самим Го Хэном, и вряд ли было срочным, так что Да Джиана оставили в покое.
Никто даже вида не подал, что их разговор снаружи слышали. К тому же ничего нового они и не сказали, и Чжу Баи оказался со своей теорией один на один. С учителем он старался напрямую не говорить сейчас и вообще лишний раз не обращаться, когда его не спрашивали.
Го Хэна бесило такое отношение. В его мире с этим было проще – и раньше спали с кем хотели, а уж после катастрофы и вовсе выбор стал не велик и девушки, конечно, по-прежнему ценились, но парня достать было проще. Когда его банда поняла, что его самого переклинило на парне, они больше потешались над самим фактом такой зацикленности, чем над тем, что это парень.
Учитель вернулся вскоре – такой же спокойный, словно ничего особенного не случилось. Сел к ним за стол, словно отходил только руки помыть, взялся за палочки и произнес:
– Итак. Что вы узнали сегодня? Было ли в девушках что-то общее?
Да Джиан дождался вопроса, после чего ударил кулаком по столу и гневно выпалил:
– Учитель, это скверные люди! Они хотели продать родную дочь в публичный дом!
Учитель выронил палочки. Чжу Баи уставился в свою тарелку. Ван Линг ойкнула и прикрыла рот рукой. Го Хэн продолжил есть, наигранно воскликнув: «Ох, какой кошмар».
– Боже… что за люди? – учитель поднял палочки.
– Может ли быть, что все семьи, из которых пропали девушки – скверные люди? – предположила Ван Линг. – У меня осталось тоже неприятное впечатление от тех семей, с которыми я общалась сегодня. Они словно жалели не девушек, а какие-то выгоды, которые те сулили.
– Ненужные девушки, – согласился учитель. – Да, это возможно. Я общался сегодня с семьями, у которых и так хватало детей.
– Может, их всех хотели продать? – предложил Чжу Баи.
– Да! Да, одна из семей сказала сегодня, что девушку продали в служанки. – подтвердил Го Хэн.
Учитель потер подбородок, так и не приступив к еде.
– Я думаю, – рассудил он, наконец. – Что стоит задать этот вопрос семьям напрямую. Возможно, дочери не были им нужны и являлись лишним ртом, а призрак только подчищал.
– Что все равно не дает нам подсказку, где его искать, – проворчал Да Джиан. Но ему явно стало легче, как только он выговорился.
* * *
Той ночью Го Хэну снова снился Чжу Баи. Более того – ему снился секс. Отличный – в их комнате, в его мире. Он сидел у стены, Чжу Баи был сверху, на его бедрах. Он не помогал – Го Хэну приходилось двигаться самому, подкидывая бедра, Чжу Баи же задыхался так, словно он двигался в бешеном ритме. Го Хэн в этом сне мог наблюдать со стороны, и в полумраке он видел белые ягодицы юноши, и то, как быстро скользил член, проникая в него. Чжу Баи уже едва держался на коленях, голову он давно положил на плечо Го Хэна, – судя по движениям, был близок к разрядке, и вскоре положил руки на бедра Чжу Баи, заставляя его опуститься ниже, до упора, на его член. Го Хэн услышал, как застонал тогда. Странно, ему казалось, что он всегда был тихим во время секса.
Некоторое время он пытался отдышаться и прийти в себя, потом ласково укусил Чжу Баи в шею, снял его с себя, положив боком на кровать и отправился к столу. Там стоял стакан с водой. Немного отхлебнув, Го Хэн включил в комнате свет и, развернувшись, предложил:
– Хочешь?
На Чжу Баи была темная футболка, растянутая у ворота. Но что бросилось в глаза только сейчас – руки у него были связаны за спиной, а нижняя губа разбита. Хотя он и смотрел на Го Хэна в упор, но промолчал.
Глава 9. Дурные сны
Это было воспоминанием. Это было в самом деле в их мире. Осознав происходящее, Го Хэн почувствовал, как из глубин его души поднимался ужас.
Он видел, как тот, второй Го Хэн набрал полный рот воды и перелил ее в поцелуе в рот Чжу Баи. Тот же отвернулся, как только вода закончилась.
– Стой. – попросил парень, наблюдая со стороны. Он помнил, что было дальше. Он всего лишь говорил, но он не должен был…
– Понял теперь? – Го Хэн из сна снова сел в угол комнаты на матрас, за футболку подтащив Чжу Баи к себе.
– Заткнись, – никто не слышал его. Да и в этом сне не было ни рук, ни ног, чтобы помешать.
– Это твое место. Ты останешься рядом со мной. Что бы ни происходило. Думаешь, моя смерть тебя спасет? Интересно, как ты выберешься отсюда без моей протекции? – он усмехнулся и, отставив кружку, потянул Чжу Баи на себя, прижав спиной к груди, но тот попытался выкрутиться. – Ты думал, что твое место в этом мире защищать поселение и друзей? Как интересно. А я думаю, вот оно – твое место. И как бы не менялся снова мир… даже если вернутся прежние деньки…
Чжу Баи вырывался как зверек, который был заведомо слабее, но не мог смириться с тем, что его трогали. У Го Хэна нервы сдали просто смотреть на это – он подошел. Вдруг оказалось, что он физически тут, хотя его и не замечали. И он вполне физически схватил Чжу Баи и вырвал у себя же. Он знал, что дальше собирался сказать, но не хотел снова повторять эту ошибку.
– Рот закрой, – потребовал он, глядя в глаза себе же. – И штаны надень.
Тот Го Хэн выглядел обломавшимся, но не думал исполнять приказы. Он почему-то не удивился – оперся спиной о стену, словно ничего странного не происходило.
– Между нами разница, может, месяц-другой, – заговорил Го Хэн из сна. – Так что же изменилось? Ты же помнишь, что произошло? Он попытался сбежать. У него даже получилось.
– Он сам вернулся, – напомнил Го Хэн из реальности. Он стал осознавать и свой облик тут – длинные волосы и одежда заклинателя. Он понимал, что происходит что-то странное, но никак не мог понять, что это лишь сон.
– Потому что он и там никому теперь не сдался, – рассмеялся Го Хэн из сна. Тот, что был заклинателем, обернулся и попросил:
– Не слушай его.
– Что, я не прав? Поселение знало, что его похитили ребята Дрэгона. Но бросился ли кто-то в погоню? Нет. Поселение все это время знало, где его искать, но приходил только Да Джиан, – Го Хэн из сна упер локоть в колено, нашел на полу свои брюки, достал из кармана сигарету и закурил. Тут же, в комнате. Он раньше не курил в своей спальне. Да и вообще всерьез не курил, только чтобы подстроиться под остальных. В мире заклинателей он, к примеру, не ощущал желания закурить. – У него никого ближе меня нет, и он это знает.
Го Хэн заклинатель поморщился, вынужден был согласиться – он до сих пор так думал. Но добавил:
– Так веди себя по-человечески, а не как тварь.
– От него нахватался? – засмеялся Го Хэн из сна. – Смысл вести себя лучше, если ему все равно некуда деться?
Вот как. Получается, Чжу Баи не сдался, а нашел выход из этого? Го Хэн обернулся, но за его спиной разверзлась чернота, и, кажется, даже комнаты не было. Это была смерть, в которой исчез Чжу Баи. Стало страшно настолько, что Го Хэн проснулся.
* * *
Чжу Баи проснулся от пристального взгляда. Лицо, нависшего над ним Го Хэна, показалось ему жутким призраком, и он чуть не вскрикнул, вскочив на матрасе.
– Что ты делаешь? – и возмущенным шепотом спросил парень, обернувшись.
Го Хэн сидел в изголовье, скрестив ноги. Было непонятно, как долго он так сидел, но явно, пришел он уже давно. Го Хэн выпрямил спину, сложив руки на коленях, и вместо ответа виновато произнес:
– Дурной сон.
– Как-то часто тебе дурные сны сниться стали.
– Есть такое, – согласился Го Хэн. У него был странный взгляд – словно он не на шиди смотрел, а куда-то мимо, в другой мир. – Не хочешь прогуляться?
– Я спать хочу, – Чжу Баи лег обратно, на бок, закутавшись до самого носа.
– Призраков бы половили, – загадочно предложил Го Хэн.
– И ты иди спи, – проворчал Чжу Баи.
– Прикинь – вышли бы, а в лесу где-нибудь он на нас нападет. А мы его победим.
– Что нам делать в лесу?
Го Хэн вместо ответа глухо посмеялся. Тут же с кровати приподнялся Учитель, – словно все это время не спал – бодрый и такой же гибкий. Чжу Баи ожидал порицаний, но учитель мягко попросил:
– Го Хэн, пожалуйста, позволь своему шиди поспать. У нас был сложный день и завтра будет не проще. И сам, пожалуйста, ложись. У меня есть настойка для хорошего сна. Она так же помогает хорошим сновидениям.
Чжу Баи наблюдал, как Го Хэн сел на колени перед учителем, запоздало произнес как-то потерянно:
– Да, пожалуйста.
Учитель осторожно поднялся, достал из своих вещей небольшую бутылочку, передал Го Хэну со словами: «Хватит пары капель». Тот послушно вылил на язык нужное количество и отдал обратно бутылек. Чжу Баи сделал вид, что тут же заснул, но он наблюдал. Спать не хотелось совсем. Было странно, когда Го Хэн так общался с учителем. Если Чжу Баи огорчался, то Го Хэн, казалось, обозлился на реакцию учителя, было отлично видно – Го Хэн никогда не умел притворяться. Все они забывали о разногласиях, когда речь заходила о деле. Тогда они и сидели все вместе, но сейчас учитель был практически один на один с Го Хэном.
– Вы это нам в еду тогда подлили? – спросил Го Хэн.
– Нет, тогда я использовал заклинание. Почему тебе стали сниться плохие сны? Что ты в них видишь?
Чжу Баи ждал, что Го Хэн огрызнется или как-то сменит тему, а то и спать уйдет без ответа, но тот после паузы ответил:
– Мне снится, как умирают дорогие мне люди. Это страшно. Я никогда не думал об этом. Мы же все тут такие… бессмертные.
– Это не из-за проклятья, – задумчиво произнес учитель.
– Нет, – подтвердил Го Хэн. – Мне казалось, я привык, что люди умирают. Что я ни к кому из них не привязан. И любую смерть переживу. Но это не так. Я пытался от этого избавиться, но это слишком засело во мне. Это изменило меня к лучшему, но и превратило в комок нервов…
Го Хэн помолчал, зевнул, так же спокойно спросил:
– А что еще в этих каплях? Эликсир искренности?
– Нет. Ничего, кроме снотворных трав, – вздохнул учитель. – Смерть – не то, что мне подвластно. Если мы не станем небожителями – то все равно умрем. Завтра или через сто лет – никто не знает. Так что я не знаю, как можно тебя успокоить. Мне приходилось терять боевых товарищей, но тебе – родителей. Это другое. Сейчас мы – твоя семья. И потеря кого-то из нас так же страшна, как потеря родителей. Может, поэтому ты иногда пытался быть с нами грубым.
– Учитель. А что, если есть другие миры? Миры, где нет вас. Где мертвы мои товарищи. Мир, где нет Чжу Баи? Или меня?
– Что ж, тогда я не хотел бы там оказаться, – произнес учитель и лег спать. Го Хэн зевнул еще раз и полез на свое место.
Чжу Баи остался лежать, глядя в темноту. Ему отчего-то было не по себе. «Что, если есть миры, где все мертвы?»
Он почувствовал, как к горлу подкатил ком.
* * *
Что Го Хэну нравилось в учителе, так это его любовь к еде. Он всегда старался, чтобы все были сытые и не мог с утра без завтрака отправить их по делам. К тому же и на завтрак учитель принес не жидкую кашу, которой их кормили вчера, а купил в местной забегаловке супа – не самый вкусный, но наваристый, в нем хватало лапши, так что им, в отличие от каши, можно было на весь день наесться. Это хорошо – не придется днем покупать булки с мясом. Конечно, Го Хэн привык уже к любому мясу, и крысы были не такие уж и отвратные, но все же… время в школе и хорошая пища быстро вернули ему хороший вкус.
Но суп все равно был неплох. Даже Ван Линг и Да Джиан ели с удовольствием. А вот Чжу Баи удивил. Мяса в супе было не так уж и много, в основном какие-то ошметки, не мясо даже, а кости, куски внутренностей и жир. Кости, конечно, выкладывали, но жир ела даже Ван Линг. Но не Чжу Баи. На его тарелке были выложены кусочки жира. Некоторые даже крупные – как самому слабому, раненному и мелкому ему пожалованные. Это было странно. Го Хэн решил, что раз мясо не дай бог все равно выбросят, то надо попробовать его спасти.
– Можно? – спросил он. И Чжу Баи с радостью переложил жир в его тарелку.
– Тебя тошнит? – спросила Ван Линг участливо, но парень покачал головой:
– Нет. Нет, все в порядке. Просто не очень такое люблю…
– Это и не надо любить, – возразил Го Хэн. – Животное отдает тебе жизнь, чтобы накормить тебя. Надо съесть все, что сможешь, чтобы даже кусочек его не был бы напрасен. Ну разве что кроме костей, но и их стоит отдать животным, которые могут это съесть. Это называется круговорот.
Он довольно осмотрел всех, отметил, как их поразила его глубокая мысль – все, кроме Чжу Баи, даже есть перестали.
– Говорят, глава школы заставил его читать перед путешествием, – шепотом пояснил Да Джиан. – Вроде там и устройство мира было, я его потом у Чжу Баи видел.
– Я вернул его в библиотеку, учитель, – спохватился тот и про Го Хэна как-то забыли, продолжили есть.
Го Хэн и правда считал, что у всего в мире есть смысл. Увы, кто-то рождается для того, чтобы быть едой, а кто-то, чтобы стать жертвой… Но при этой мысли стало не по себе. Разве Чжу Баи появился в мире только для того, чтобы умереть в девятнадцать? Раньше Го Хэн думал, что кто угодно сделал бы из него жертву, а теперь получалось, что это был он сам Что он никого не спас. И, если только на секунду представить, что Чжу Баи остался бы в поселении, встретил бы кого-то, кто смог обеспечить ему безопасность… Нет, невыносимо. Го Хэну тогда бы еще больше крышу сорвало.
В планах было обойти снова семьи пропавших, спросить, не собирались ли те отдавать куда-то своих дочерей. И куда именно. Да, учитель знал, что с одной из семей из списк Го Хэна уже не поговорить, к тому же это был не единственный случай – у Ван Линг тоже одна из семей оказалась казнена за растрату ее главы. Но новых поручений им не дали, как и новых семей. Решили, что пусть лучше один и тот же заклинатель разговаривает с одними и теми же людьми, так будет удобнее.
Итак. Ответы были неутешительны. Первая семья высказала это запросто, вторая смущаясь и краснея, но обеих пропавших собирались продавать в одно и то же место – в городской публичный дом.
На этот раз Го Хэн вернулся третьим в дом. И снова Чжу Баи еще не было. Зато там был небольшой переполох – до возвращения учителя Ван Линг помогала Да Джаину спрятать синяк около виска. Го Хэну даже не нужно было спрашивать, что именно произошло, он уже и сам понял. Да, господа заклинатели, нижний мир, он такой. Го Хэну это тоже не нравилось. Не потому, что было похоже на его собственную реальность, если не хуже, – он правда верил, что попал в хороший мир.
Но и шутить над Да Джианом он не стал – нашел чистую тряпку, из колодца достал ведерко холодной воды и, смочив в ней тряпку так, чтобы и она стала ледяной, предложил:
– Дайте я.
Ван Линг держала наготове косметику, уже даже начала наносить ее, но уступила. Го Хэн молча приложил тряпку к синяку друга.
В своем мире он просто сказал: «Отделайте его и вышвырните отсюда подальше». Он не оставался посмотреть или проконтролировать. Ему в принципе не улыбалось смотреть, как бьют толпой человека. Сейчас он думал о том, что мог в той реальности так же сидеть с пакетом льда и прикладывать к синякам Да Джиана. Он ведь все правильно сделал там?.. Нет, неправильно. Потом он относил тот день к еще одной причине, почему умер Чжу Баи. Еще одной ошибке.
Да Джиан сидел смирно, хотя внутри он кипел.
– Ты же заклинатель, – устало напомнил Го Хэн. – Одно заклинание – и нет их дома. Одно проклятье – и у него все свиньи или куры передохнут.
– Они не заклинатели. Я не могу использовать преимущество перед ними. Все равно, что ребенка бить.
– А ты думаешь, они не бьют?
– Дело не в них. Дело во мне. Что я могу себе позволить и что нет. Я не могу позволить себе бить крестьян своей ци или мечом. Проклинать или мстить. Но и смолчать я тоже не мог… Шисюн, для них ведь девушки – как скот. Даже если это родная дочь – просто растил долго, и потому она дороже коровы. Это так отвратительно. А еще отвратительнее, что я ничего не мог бы с этим поделать… Скажите, вы же получили те же ответы, что и я?
– Одна из семей говорит, что отправляла дочь учиться, но мне кажется, они врут… Просто им стыдно. Потому что, если все остальные… – добавила Ван Линг. Выглядела она подавлено.
