Текст книги "Встретимся в новом мире"

Автор книги: Вячеслав Базов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 44 страниц)

Чжу Баи сидел за столом напротив двери. Прямо на полу, около маленького такого стола для чаепития. В нем все равно было что-то, что выдавало пришельца, чужого, хотя ему и волосы завязали, и он по-прежнему был в ханьфу, затянутом по всем правилам приличия. На Го Хэна он смотрел исподлобья, раздраженно спросил:

– Серьезно? Они оставили меня один на один с похитителем?.. Опять?..

На последних словах его голос дрогнул, но Чжу Баи все равно попытался сохранить скучающе-раздраженное выражение лица.

– Многое изменилось, пока тебя не было… – Го Хэн попытался говорить спокойно. Ему тоже дали ханьфу, чтобы не выделяться, и сейчас он мял легкие рукава, пытаясь скрыть нервозность. – Я уже совсем не тот, что прежде и… и они об этом знают, и просто дали мне время, чтобы я смог извиниться…

– Я не принимаю, – покачал головой Чжу Баи. Кажется, он этого и ждал. Странно. Не агрессии и не угроз, а извинений… чем тогда его удивлять? А еще – это далось ему проще, чем «опять», на котором он едва не сорвался. Го Хэн опешил, понял, что должен сам сказать неприятную новость и, снова скомкав рукав, осторожно начал:

– Понимаешь… ты не живой, это не твое тело… И ты его покинешь. Ты умираешь.

– Я сам это сделал, – напомнил Чжу Баи. Снова спокойно. Еще и отвернулся и дальше говорил уже глядя в окно: – Если у тебя все, то тебе лучше уйти. Я не могу уйти, когда захочу. И не хотел бы последние дни проводить с тобой. Хотя бы на том свете оставь меня в покое.

* * *

Го Хэн нашел в этой ситуации повод вернуться к воспоминаниям об этом мире. Воспоминании, когда его выгнали из их спальни в сарай.

Хижина была совсем небольшой, на одну комнатку, с колодцем и очагом снаружи. Сарая никакого тут не было, разве что дрова были сложены под крышу дома. Го Хэн не собирался уходить далеко – устроился на дровах, которых было до середины стены, накрылся ханьфу с головой и так и заснул. Далеко не сразу – под утро. До этого прислушивался к движениям в доме. Не мог перестать думать о том, что у них же ведь так мало времени… Но что он мог? Ввалиться и заставить себя слушать? Терпеть себя? Чем это отличалось бы от прошлого? Даже если Чжу Баи хотел побыть один – это его выбор.

Проснулся Го Хэн от звука, напоминающего негромкий смешок. Завозился, перевернулся и приподнялся на локте – Чжу Баи стоял около колодца с ведром воды в руках.

– Ты все это время тут спал? – спросил Чжу Баи. На какое-то мгновение даже показалось, что это вернулся прежний… любой из тех, что были настроены к нему позитивно. Го Хэн тряхнул головой, сел. Чжу Баи, так и не дождавшись ответа, принялся умываться прохладной водой. И Го Хэн сглотнул – понял, что очень хочется пить. Но подойти ближе не мог – отчего-то смущался. – Что это за место? Почему ты тут?

Если первый вопрос был еще более-менее безопасным, то со вторым сложнее. Го Хэн еще помнил, что оказался здесь именно потому, что насильник, и что, по мнению Сун Линя, ему было не привыкать относиться к Чжу Баи как к вещи. Но Чжу Баи не был для него вещью никогда. Да, он долго игнорировал его чувства, но все же…

– Другой мир, – ответил Го Хэн. – Многое случилось после… После твоей смерти. Был человек, который выдернул сюда меня и тебя из другого мира. Думал, что воспользуюсь тобой.

Чжу Баи зачерпнул воду руками и пил, словно и не слушал. Вообще никак не отреагировал. Го Хэн подумал, что из-за того, что его собеседник пьет воду, которой ему так хочется, Го Хэн может со стороны смотреться опасным, жадным, и отвернулся.

– Не знаю, как получилось, но никто не ожидал, что в этом теле вдруг появишься ты.

– Я заперт? – спокойно спросил Чжу Баи. Го Хэн попытался выглядеть так же спокойно:

– Нет… нет, ты можешь идти куда хочешь. Но это тело еще живое, и здешним магам хотелось бы, чтобы оно было тут…

– Ну и ладно. Мне все равно некуда идти, – словно бы сам себе сказал Чжу Баи, по-прежнему глядя в сторону. Го Хэн сглотнул. Казалось, что утром особенно жарко, хотя это было не так – ведь за пределами школы зима. Конечно, тут не было так холодно, но все-таки и не летняя жара. Просто Го Хэн совершенно забыл вчера и пить, и есть, да и поспал не так уж много.

– Чего бы… чем бы ты хотел заняться? – спросил Го Хэн. Не мог закончить: «В свои последние дни». С одной стороны – успокаивало то, что Чжу Баи был безразличен. Не потому, что он уйдет без истерик. Нет, просто было ощущение, что тот что-то придумает. Что они просто испугали Го Хэна, чтобы сделать ему больнее. Чжу Баи не ответил, молча прошел в хижину. Дверь там была хлипкая, потому что тут все свои, от кого закрываться? Вместо того, чтобы пить, Го Хэн некоторое время стоял и думал о хрупкости этой двери.

Когда принесли завтрак, Го Хэн забрал его и сказал, что его друг еще спит, он передаст еду сам. Наверняка Чжу Баи все слышал. Но, похоже, ему настолько было все равно, что он даже не вышел уличить его во лжи. После этого Го Хэн с самым невозмутимым видом отправился предложить позавтракать вместе.

– Я не хочу, – раздалось из-за двери.

– Этому телу нужно питаться. Желательно регулярно и полноценно, – попытался уговорить Го Хэн. Дверь открылась, Чжу Баи на пороге выглядел раздраженным:

– Ты заладил: «Тело, тело». Я специально, что ли? Тебе так важно это тело? Ждешь не дождешься, когда он вернется? Нашли общий язык? А он знает, что ты делал?

– У него твои воспоминания. Мы возвращались в наш мир на неделю. Ему… ему возвращалась твоя память. Мне даже рассказывать не пришлось. Я даже приукрасить это никак не мог.

Го Хэн ощутил, что снова больше не хочет есть. Опустил руки с деревянными коробочками с едой и попытался объяснить:

– Там… в общем, в его мире я еще хуже.

– Куда уж еще хуже.

– Ты удивишься, но… – Го Хэн попытался улыбнуться. Не получилось. Ему тоже было некомфортно, но это был последний шанс поговорить… а он тут о каких-то глупостях. О еде. Ведь Чжу Баи же не сбегает, он тут. – Слушай… Мне правда очень жаль. Я долго не признавал эту мысль, что это я довел тебя. Я валил на все: на город, на мир. Я после твоей смерти выпил столько, сколько за всю прежнюю жизнь не… Погоди ты…

Чжу Баи начал забирать у него еду, он не хотел слушать. И Го Хэн не попытался ее отодвинуть или отнять. Нет, по-прежнему держал ее на вытянутых руках. И Чжу Баи тоже… остановился. Он слушал.

– Это больно, – выдохнул Го Хэн. – Все, что происходит и было – это больно. Я просил прощения у всех версий тебя, какие видел. Но главный, у кого я должен был просить прощения – это ты. И я думал, что у меня никогда не будет ни малейшего шанса на это… И вот ты здесь. Ты ведь хотел, чтобы я понял?

– Я хотел, чтобы все это закончилось, – признался Чжу Баи. – Я никому не мстил. Мне просто надоело.

Он наконец переставил коробки в одну руку и другой закрыл дверь. Го Хэн остался снаружи со своим завтраком, но есть не хотелось совсем. Хотел постучать, чтобы отдать Чжу Баи и свою еду, но не смог на это решиться. Всегда был сильным, мог с вооруженным человеком сцепиться, против самых отбитых психопатов выступать. А просто постучаться и предложить Чжу Баи и свою порцию еды после того, что он сказал – не мог. Кошмар. Просто по кругу повторяющийся кошмар. Конечно, Чжу Баи хотел из него сбежать. Кажется, он даже разочарован, что не получилось… Его реакции тоже были болезненными. Казалось, ему все равно. Конечно, он на грани вечности, скоро растворится и не будет прошлого. А Го Хэну жить с этим дальше. И жить, жевать эту боль и собственную вину тоже, честно говоря, не хотелось. Но он должен был. Почему-то, кому-то, но должен был.

* * *

Обед принес заклинатель Го Хэн. Судя по довольной физиономии – он знал, что делает. Го Хэн не мог его винить – он в целом понимал, что и зачем. И поймал себя на мысли, что, собственно, рад его видеть. Лишь бы тот не издевался.

– Он оставил тебя снаружи? – спросил Го Хэн-заклинатель, осмотревшись и найдя рядом с хижиной бытовые предметы. – Так-то зима… А впрочем, тебе же болеть. Главное, чтобы он в тепле был.

Заклинатель поставил на холодный очаг обед, заговорил тише:

– Просто хотел убедиться, что ты понимаешь, что тебе можно, а что нельзя. Это мой Чжу Баи. Это его тело. Но, вижу, он и сам справляется… Ты мне скажи, на что надеешься?

– Поговорить, – Го Хэн в это время лежал на дровах, закинув руки за голову.

– А, ну поговори, – разрешил заклинатель. Забрал из принесенного одну из коробок и направился к двери. Го Хэн словно бы лениво спустился и перекрыл ему дорогу. Заклинатель некоторое время смотрел на него снизу вверх, тоже не проявляя агрессии. Они оба понимали досконально друг друга. Им не нужно было вставать на место другого себя.

– Не суйся, пожалуйста.

– Ревнуешь? – усмехнулся заклинатель. – Почему бы ему не пообщаться с хорошей версией тебя? Глядишь, и к тебе стал бы лучше относиться.

– Ты ничего не знаешь, – покачал головой Го Хэн и попытался забрать еду из его рук, но заклинатель играючи отошел на шаг назад. – Можно, мы как-нибудь сами разберемся?

– Да ладно, не будь таким злым. Это мой единственный шанс пообщаться с ним. Ты-то уже в стольких мирах побывал… и ничего не рассказываешь. Просто пропал и все. Учитель сказал, что ты потерял Чжу Баи. Что он был у тебя. Чем я заслужил, что меня отовсюду отодвинули?

– Дело не в тебе, – признался Го Хэн. – Дело в том, что я для него агрессор. И двоих он точно не потянет.

– А может быть наоборот? Показать ему хороший пример? – Го Хэн заклинатель отвел в сторону рукав, выпрямился и смотрел теперь сверху вниз на свою копию. Нужно было его послать, но не получалось, потому что и правда красив, ублюдок. Статный, держаться умеет, шелк этот на нем как влитой сидит, пояс узкую талию подчеркивает. И правда любо дорого посмотреть…

– Оба валите, – раздалось из-за двери. И заклинателя будто под колени ударили. Кажется, он не ожидал. Ему стало неприятно. Это все отразилось на его лице, но он ничего больше не стал говорить и обед отдал Го Хэну, развернулся и без спешки ушел. Не дожидаясь, когда он уйдет далеко, Го Хэн, чуть повернувшись, упрекнул:

– Ты задел его.

– Вы меня делили, – огрызнулся из-за двери Чжу Баи.

– Просто письками мерились.

– Передо мной. Спасибо, не надо. Оставьте меня все в покое уже. Из-за того, что ты там, лишний раз на улицу не выйти.

Го Хэн обернулся к двери полностью, теперь говорил с ней так, словно это и был Чжу Баи:

– А ты хотел бы куда-то пойти? Тут территория их школы. Тут безопасно и всегда было безопасно. Если тебе нужно уйти – просто иди. Я за тобой не побегу, буду ждать тут. Ну и… если не хочешь возвращаться, то можешь найти там человека, который тебя осматривал. Он покажет, где ты можешь поселиться.

– А ты будешь тут? – безразлично спросил Чжу Баи.

– Да.

– Тогда зачем мне возвращаться?

Го Хэн только пожал плечами. На данный момент он не находил слов не то чтобы уговорить его вернуться, но и извиниться. Когда Чжу Баи не было рядом, думал, что просто схватит его за плечи, все ему объяснит, потом сам разрыдается, Чжу Баи тоже зарыдает, и так они и будут на закате плакать, обнимая друг друга. А потом Чжу Баи не умрет уже никогда, во всяком случае не раньше Го Хэна… Он ведь правда так себе это представлял. А теперь это казалось такой ерундой… Да, такой Чжу Баи был логичнее, и Го Хэн не находил ни причин, ни слов, чтобы удержать его рядом. Даже если бы он попросил остаться – он бы продолжал сидеть под дверью. Он так мечтал об этой возможности, а теперь не знал, что с ней делать…

Еда на обед была переносной, так что Чжу Баи даже задерживаться поесть не стал – забрал свою порцию и ушел. Спускаясь по склону, Чжу Баи умудрился трижды обернуться и проверить, не собирается ли Го Хэн его догонять. Казалось… да, он не верил. Никак не мог поверить. Его Го Хэн никогда не отпустил бы его никуда одного. Тем более разрешая бежать.

А Го Хэна просто с новой силой тошнило от себя же. Настолько, что кусок в горло не лез. Раньше казалось, что он сможет все объяснить. Что сможет оправдать себя своей любовью, но сейчас понимал – не было никакого оправдания. Он изначально столько всего натворил… Поэтапно или по одному со всем этим можно было бы справиться, но со всем вместе… если бы он только запер Чжу Баи. Или отпустил бы после первого же раза. Возможно, он запутался и был в плену образа сильного главаря банды, который просто забирает то, что должно быть его. Возможно, сам голос разума не слышал за своими оправданиями о том, что снаружи опасно, особенно для Чжу Баи. Но ему как об этом расскажешь? Никак. Чжу Баи просто проходил все это, для него это были не воспоминания. Все это травмировало его настолько, что он до сих пор ждет смерти.

Очень быстро Го Хэн пришел к выводу, что Чжу Баи и не вернется. Потом – что может и к лучшему. Он все еще хотел быть рядом, но в то же время один только осуждающий взгляд Чжу Баи обжигал его как каленым железом.

Глава 28. Прощение

Го Хэн был уверен, что Чжу Баи не вернется. Обидно, но пришел к выводу, что его вины в этом нет, на том и успокоился. Когда принесли ужин – на него одного, словно знали, что тут никого больше нет – Го Хэн съел его с обедом вместе. Обернулся на прошедшее время, и понял, что словно выпал из жизни. Ничего не делал, ни о чем не думал. Можно было бы сказать медитировал, но он скорее временно притворился овощем.

Так как он был уверен, что Чжу Баи переночует в школе – он вошел в хижину, немного прибрался и открыл окна проветрить. В целом внутри хижина оказалась полной противоположность комнаты в его мире, хотя по масштабу они были сопоставимы. Здесь находилось два просторных окна, чистая кровать, прозрачные занавески. Деревянный пол, вместо бетонного в его мире. Вместо затхлости и постоянного ощущения какой-то грязи (хотя Го Хэн и старался там убираться часто и не ходить в обуви), в хижине словно сама по себе поддерживалась чистота. Хотя казалось бы… Впрочем, возможно тут было то же самое, что с длинными волосами заклинателей, которые им совсем не мешали в этой реальности.

Еще особая магия в этой хижине – Го Хэн и правда успокоился. Он не знал, что будет дальше, был лишен полностью всех амбиций, у него оставались только воспоминания. И хотя за пределами хижины он мучился от негативных мыслей, внутри все преобразилось – как-то само думалось о хорошем, и омрачалось только тем, что все это было потеряно. Кажется, не зря учитель поселил Чжу Баи тут… наверняка хотел, чтобы и его это место успокаивало… Неудобно получалось, словно Го Хэн выжил больного из кровати и сам ее занял.

Несмотря на эти мысли, именно в кровать Го Хэн и лег спать. Она так привычно пахла Чжу Баи… причем Чжу Баи его мира. Причем времен его свободы. Или ему только хотелось, чтобы был этот запах?

Несмотря на то, что весь день он провел как в тумане, к ночи, когда стало темнеть, уже вполне спокойно заснул. В хижине стоял напольный подсвечник на две свечи. Когда Го Хэн проснулся ночью от прохлады – горели свечи. А еще на кровати с краю сидел Чжу Баи. И это было настолько невероятно, что Го Хэну сначала показалось, что он либо не проснулся, либо проснулся не до конца. Он с самого момента возвращения Чжу Баи не видел его таким расслабленным так близко к себе. Чжу Баи ел что-то белое, плотное, с серой начинкой, глядя на огонь свечей. Заметив, что Го Хэн проснулся, поправил волосы и с подола ханьфу поднял еще один такой же кругляш, протянул ему.

– Учитель отдал нам остатки с кухни, – произнес Чжу Баи. У Го Хэна упало сердце. Стараясь скрыть свой ужас, он спросил:

– Ты вернулся?

Пока не зная, к кому из Чжу Баи обращается. Но неужели его ушел? Словно не заметив этой паники, Чжу Баи отрицательно покачал головой, глядя на огонь, и приложив пирог к губам, но не ел, а жевал как-то задумчиво. Го Хэну полегчало, но он все равно спросил:

– Почему тогда назвал его учителем?

– Он попросил так называть. Я даже имени не узнал… Добрый человек. Тут все такие?

– Мир такой. Тут даже я добрый.

– Это который днем приходил? Мне так не показалось, – возразил Чжу Баи. Он вздохнул и отложил булочку на подол. Го Хэн обнаружил, что уже сидит с хлебом в руках, хотя не помнил, когда его взял. Еда была едва-едва теплой. Так спокойно и хорошо…

– Он правда хороший. Присмотрелся бы к нему. Таким я был бы, если бы не приходилось постоянно выживать и с кем-то драться за свое.

– Хватит его рекламировать.

Чжу Баи сказал это беззлобно. Он и раньше говорил ровно, но сейчас словно что-то неуловимо изменилось. Го Хэну показалось, что собеседник пошутил. Следом понял и другое:

– Вы не встретились сегодня?

Чжу Баи некоторое время молчал – делал вид, что занят медленным пережевыванием еды. Это была паровая булка, Го Хэн такие и раньше тут ел, да и в его мире они были, только более вкусные. Наверное, Чжу Баи не ожидал, что у них тут соли нет.

– А другой я какой? – спросил Чжу Баи, все-таки проигнорировав вопрос. Го Хэн задумался, глядя на его послушно лежавшие по спине волосы, на топорщившиеся плечи под ханьфу, ответил:

– Да такой же. Когда его после твоей смерти увидел – захватило дух. Словно ты воскрес. Я знал, что и его полюблю так же. Но постараюсь без прошлых ошибок. Да и он тоже…

Доходило не сразу. Просто увидел, как у Чжу Баи покраснели щеки. Он ведь забыл… он говорил о любви другому. Он никогда не обсуждал этого с этим Чжу Баи. Тот, возможно, даже не знал… Го Хэн забыл, о чем говорил. Вместо этого закончил словами:

– Понял, что из любых миров любого тебя готов любить, потому что ты везде ты. Даже если где-то есть мир, где ты в кожанке с колючками, с ирокезом, с шипованной битой – это все равно ты. И все, кого ты там убьешь, это наверняка заслуживали.

Чжу Баи отложил снова булочку, но смотрел только на огонь. Щеки, уши и кончик носа были красными, но он словно не чувствовал этого. Тогда Го Хэн принялся есть, чтобы скрыть смущение.

– Ты занял мое место, – пожаловался Чжу Баи, не поворачиваясь.

– Ты не собирался возвращаться. Кстати, почему вернулся?..

Чжу Баи снова молчал, а ведь именно на этот вопрос очень хотелось услышать ответ. Не нашел себя в этом чуждом мире и вернулся к единственному знакомому тут? Или готов был послушать? Го Хэн как всегда решил все не в свою пользу, и стал подниматься, сообщив:

– Я не знал, что ты вернешься. Решил поспать тут, не хотел уходить. Там на меня все волками смотрят – я вместо их Чжу Баи вытащил своего. Я посплю опять снаружи.

Поднялся и понял, что за что-то зацепился рукавом. Повернулся, чтобы отцепить, и увидел, что это рука Чжу Баи. Даже не просто зацепился – пальцы вцепились в ткань, Чжу Баи не позволял ему уйти. Го Хэн с такого окончательно выпал. Он сел обратно, на всякий случай подальше. Хотел спросить, может ли сесть ближе, но не хватало воздуха хоть что-то произнести. Чжу Баи хотел, чтобы он остался. Внешне он не изменился никак, продолжал безразлично жевать булочку. Го Хэн наконец смог выдавить:

– Что такое?

– Мне неловко, что ты спишь на улице на дровах.

– Кровать всего одна, – Го Хэн попытался, чтобы это прозвучало деловито и спокойно, но Чжу Баи не глядя остудил его:

– Есть пол. Это теплее, чем дрова.

– Сможешь спать рядом со мной? – переспросил Го Хэн. Чжу Баи все еще держал его рукав, отозвался снова ровно:

– Раньше же спал.

Раньше Го Хэн мог проснуться посреди ночи со стояком. Вспомнить, что рядом спит Чжу Баи и… уйти в ванную справляться самостоятельно. Потому что Чжу Баи спал нервно, не высыпался, часто видел кошмары, да и вообще был настроен к нему негативно, не хватало еще его во сне брать. Вот если Го Хэну хотелось, когда оба не спали – тогда да. Или если он просыпался и обнаруживал, что Чжу Баи не спит – тоже могли быть варианты. Но Чжу Баи был прав – спать рядом он всегда мог спокойно. Наверное, стоило похвалить себя за остатки благородства, но как-то не хвалилось… Он не сразу понял, что это было мостиком. Смог успокоиться и следующие слова произнес уже почти не дрожавшим голосом:

– Мне… мне говорили, что ты любил меня.

Чжу Баи отпустил его рукав, спрятал лицо в руках и засмеялся негромко. Словно Го Хэн выдал неплохую шутку. После этого в ладони ответил:

– Это давно перестало иметь смысл.

– Для меня имеет.

– А не должно, – пожал плечами Чжу Баи, убрав руки от лица. – Что бы я ни нес тебе тогда, ты это растоптал. А потом… а что потом-то? Я уже не знал, что. Я думал, что это осталось со мной просто чтобы не сойти с ума. Иначе как выжить?.. В одной комнате с насильником.

– Мне казалось, что иногда тебе было… нормально, – Го Хэн хотел сказать: «Нравилось», но побоялся, что после этого либо Чжу Баи сбежит, либо его выгонят. Становилось прохладно. За окнами, казалось, стемнело еще больше. Словно там не было ничего, только черная пустота.

– Почему ты не мог подождать? – внезапно спросил Чжу Баи.

– Испугался, – Го Хэн знал ответ на этот вопрос, не пришлось долго его подбирать.

– Я по-твоему был несамостоятельным и не справился бы?

– Ты был слабый. Этот мир сожрал бы тебя.

– Поэтому меня поспешил сожрать ты?

Го Хэн потупился и признал:

– Да, – после чего быстро добавил: – О чем очень сожалею.

– Я уже говорил – мне все равно.

Го Хэну в этот раз стало понятно – нет, не все равно ему. Совсем другое общение. Если бы Го Хэн сейчас вел себя по-старому, там и реакция была бы старая. Чжу Баи не сидел бы сейчас тут, рядом с ним. Да и Го Хэна выгнали бы из школы на всякий случай.

– Я тоже любил тебя, – признался Го Хэн. Хотелось подсесть ближе, но он держался. Чжу Баи, казалось, снова не отреагировал. В конце концов он второй раз уже это слышал. – Ты прав, я испугался, что у меня отнимут это… У меня и так ничего не было, и я подумал, что и тебя отберут. А тогда зачем жить?

– Но ты же жил, – прозвучало бы как упрек, если б не спокойный тон. И Го Хэн отвечал так же спокойно:

– Если б не все это приключение, я бы наверняка умер, захлебнувшись пьяным в своей рвоте или от отказавшей печени в отсутствии докторов.

После этого Го Хэн подумал и предположил:

– Ты хотел бы, чтобы я умер тоже?

Он даже не обиделся на это. Воспринял как само собой разумеющееся, что Чжу Баи зовет его за собой. Даже как-то с воодушевлением, даже был бы готов, потому что тогда все бы закончилось… Но Чжу Баи отрицательно покачал головой. Го Хэну казалось, что он только делал вид, что ест булочку, но она вдруг закончилась. Чжу Баи обернулся, заметил надкусанную в ладонях Го Хэна и осторожно спросил:

– Будешь?

Го Хэн отдал. Эту Чжу Баи съел уже быстрее, хотя и не торопился. Когда он дожевывал, Го Хэн предложил:

– Давай спать уже…

– Не хочу, – отказался Чжу Баи. Го Хэн не стал возражать – в конце концов у Чжу Баи не так много времени. Ничего удивительного, что он не хочет тратить его на сон.

– Я не могу жалеть о сделанном. Ты бы не изменился, если бы я не ушел.

– Возможно, на это понадобилось бы чуть больше времени.

– А я бы его выдержал? – повернулся к нему Чжу Баи. – Я так ненавидел тебя, когда уходил… Да, я винил тебя.

– Что изменилось? – спросил Го Хэн, пытаясь скрыть накатившую волну тоски и боли.

– Ты, – ответил Чжу Баи. Улыбнулся только уголком губ, и вдруг признался: – Я пытался представлять, что все в порядке. В конце концов, я до всего этого думал, что так и будет. Найдем подходящую для нас двоих квартиру и переедем туда. Думал, что можно не торопиться… У меня голова кружилась и живот сводило каждый раз, когда я думал, что можно жить с тобой. Что можно всю жизнь прожить с тобой. Но потом я оборачивался – это просто комната в старом брошенном заводе. Там даже окон не было. Какая-то вентиляция под потолком и все. Все было не так.

– Ты никогда не говорил, что хотел жить со мной, – Го Хэн старался смотреть в сторону. Ему казалось, что его выдаст дрогнувший голос или блеск глаз. Тут горело всего две свечи и вроде бы было достаточно темно, чтобы Чжу Баи ничего не заметил. Тот снова как-то невесело усмехнулся:

– Ну да. И не намекал ни разу. И вообще, наверное, был отстраненный? Наверное, когда ты полез целоваться, я влепил пощечину и попросил тебя вывести? Или все же не так?.. Серьезно, ты что, намеков не понимаешь?..

– Я вспомнил это позже… после того, как все осмыслил… – признался Го Хэн. Он никак не мог сглотнуть. Казалось, сам кадык в горле мешал ему дышать, и ничего не облегчало, только вырвать его.

– Что же помогло тебе осмыслить? – немного язвительно спросил Чжу Баи. Глазами нашел чайник и чашки. Чай не подогревали. Если что-то внутри и было, то давно остыло, но Чжу Баи дошел до столика и сел рядом, налил себе и без спешки выпил. Уже мягче произнес: – Ты прав, я не хочу уходить с ненавистью к тебе. Не могу. Когда я умер – все было предельно ясно. Ты мудак, город меня отдал, бежать некуда. Теперь у меня целый мир, все настроены ко мне хорошо и не дадут в обиду, еще и ты исправившийся. Я… если честно, в прошлый раз уходил спокойнее.

– Если бы ты подождал… – Го Хэн закрыл голову руками, опустил ее низко, к коленям. – Или убил меня… сколько проблем решила бы моя смерть. Ты же и раньше убивал.

– Ты не заслужил смерти, – Чжу Баи вернулся на кровать. Го Хэн видел только полы ханьфу, рассыпавшиеся по одеялу.

– Потому что должен жить и мучиться этим?

– Да, – ответил Чжу Баи, вроде бы даже успокоился. Словно именно этого ответа и ждал. Словно очень долго объяснял Го Хэну какую-то очень важную теорию и тот, наконец, понял и смог ответить на дополнительные вопросы. А потом Го Хэн ощутил и вовсе невообразимое – легкое прикосновение к волосам. Замер и даже дышать боялся.

– Я не могу простить. Возможно, хотел бы, но не могу. Ты говорил, что вы подружились с другим мной.

– Я их обоих потерял, – задушено заговорил Го Хэн. – И того, чье это тело, и того, который был в нем все это время. Мне их доверили, но я вытащил тебя. И потерял их обоих.

– Ничего, они найдутся, – Чжу Баи продолжал осторожно гладить его волосы. – Их хотя бы не обижай… Считай это искуплением.

– Я весь в ожогах. Я не был уверен, что выживу, там кругом валялись трупы. Но я туда полез, я думал, что его вытащу…

– Шшшш, он вернется, – успокоил Чжу Баи. Го Хэн помолчал еще немного, прежде чем спросить резко, без перехода:

– Сколько у тебя времени?

– Чуть больше суток, – спокойно ответил Чжу Баи. – Можешь соврать им, что я тебя простил.

Не хотелось думать про мир, в котором не будет Чжу Баи. Точнее будет… и все равно. Они были очень похожи, не только внешне. Но этот был родным, самым любимым. Прямо как первая любовь… впрочем, он и был первой любовью.

– Ты любил меня? – спросил Го Хэн. Вопрос был эгоистичным, но терзал его долгое время. Рука остановилась и пропала. Го Хэн даже подумал, что это нет, но Чжу Баи ответил:

– Мне казалось, что после всего-всего случившегося и сказанного ты это и так понял.

Это ударило еще больнее. Хотя Чжу Баи был прав – Го Хэн понял это и раньше, просто сопоставив факты. Потом получив историю от другого Чжу Баи про его мир.

– Я хотел бы переиграть все назад, – Го Хэн выпрямился. Он поднял руки, потому что ждал, что Чжу Баи будет его отговаривать или перебивать, но Чжу Баи молчал, глядя на него внимательно. – Я не допустил бы этой ошибки. Всех этих ошибок.

Чжу Баи слушал. Чуть ли не впервые за все время внимательно, и это придало Го Хэну уверенности, он продолжал:

– Скорее всего, я все же психанул бы и потребовал тебя у города. Но когда ты пришел, ты бы просто переночевал в моей комнате, пусть бы думали, что хотели. Потом… попытался бы тебя закрыть, но пришел бы ваш главный и пообещал мне тебя охранять. И я бы сдался… Ты бы наверняка обиделся, но все же… да, думаю ты бы понял, чего от меня ждали. И сначала бы очень злился. А потом понял, что я этого не сделал… а впрочем, в той реальности все было бы иначе. Там ты просто верил бы, что я тебе ничего не смогу сделать.

– И я верил, – шепнул Чжу Баи. Похоже, теперь ему говорить было трудно.

– Обижался бы за то, что я день продержал тебя у себя. И устроил весь этот концерт. Потом у города начались бы серьезные проблемы… помнишь, как я возвращался словно с войны – раненый, горевший? Ты не смог бы дуться дальше. И тогда вопрос был бы уже моей безопасности. А моя банда… они бы устали от того, что я такой слабый. Она бы распалась, и я приперся бы жить к тебе. Или просто перебрался бы жить к тебе – под предлогом ближе к городу, который я защищаю. Ну или с бандой у вас поселился бы.

– Они отбитые у тебя, – напомнил Чжу Баи, скривившись. Го Хэн посмеялся, но согласился:

– У вас в городе они себе этого не позволяли. Прости, но ты был на их территории. Ну и раздражал их… Очень раздражают те, кто в любой ситуации могут оставаться людьми, когда сам ты оскотинился уже.

– И тебя раздражал? – спросил Чжу Баи. Го Хэн задумался, пришлось признать:

– Иногда. Я-то думал, что ты в этом мире не выживешь и приходил в ужас. То злорадствовал. То боялся за тебя, то готов был выбросить в холод голым. Может у меня с башкой не в порядке?

– Само собой, – согласился Чжу Баи, но мягче прибавил: – Я чувствовал те моменты, когда ты меня ненавидел.

– А когда любил? – поспешил узнать Го Хэн. Словно его собеседник умирал уже вот-вот и ответа на свой вопрос Го Хэн не получит.

– И когда любил, – легко согласился Чжу Баи. Го Хэн осторожно взял его за руку, попытался проникновенно взглянуть в глаза, но Чжу Баи отвернулся. Го Хэна это не смутило, он пообещал:

– Я никогда не смогу тебя забыть или с кем-то перепутать.

Возможно, если бы не последние дни, не последние сутки – они бы и не поговорили. Если бы у Чжу Баи была вся жизнь впереди и даже если бы его тогда просто отпустил сам Го Хэн – Чжу Баи никогда бы не подошел к нему больше. Возможно, они могли бы умереть от старости, но Чжу Баи так и не решился поговорить с ним. Он не захотел бы его видеть. Но сейчас оставалось мало времени. К тому же они были даже не в другом городе – в чуждом мире.

Впрочем, Чжу Баи мог просто побродить по округе, полюбоваться окрестностями. Попытаться впитать в себя эту красоту.

Они всю ночь проговорили о прошлом. О мире до катастрофы, о каких-то еще глупостях. Было видно, что Чжу Баи отпустило, но ему грустно. Несколько раз он на середине фразы замолкал, собирался с силами и переводил тему, чтобы не плакать. Го Хэн думал предложить ему пойти хоть на рассвет посмотреть. Сам Го Хэн в рассвете не видел ничего хорошего, но вроде бы принято любоваться рассветами, морем, горами… что там еще? Но Го Хэн заснул. Отключился в какой-то момент разговора. Прислонился спиной к стене хижины, прикрыл глаза и заснул. Проснулся от того, что онемели ноги – Чжу Баи положил на них голову и руки. Го Хэн не успел подумать о том, как это прекрасно и доверчиво с его стороны – потому что, прежде чем осознать это, он понял, что Чжу Баи не дышит. Его, Го Хэна, именно это и разбудило. Резко и сразу до паники, и в первую очередь он искал причину, и нашел ее в том, что Чжу Баи не шевелился. Заметил сразу, потому что ждал, потому что боялся этого. Перехватил его резко за плечи и тряхнул, севшим голосом позвал: