Текст книги "Встретимся в новом мире"
Автор книги: Вячеслав Базов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 35 (всего у книги 44 страниц)
– У нас появился второй шанс. Ты знаешь, я не хотел тебя убивать. Но выбор был – честь или ты. Понимаешь?..
Го Хэн при этом раздевался. Без спешки, словно издевался. Чжу Баи, впрочем, даже в этой ситуации подметил – у этого Го Хэна было лучше с мускулатурой, чем у всех из других миров. Это больше пугало – Чжу Баи и раньше не умел от него защищаться, а с этим точно ничего не сможет сделать.
– Ты не знаешь моего языка? – спросил Го Хэн, немного разочаровавшись, но улыбнулся и добавил: – И правда, как в самую первую встречу. Жаль. Хотел объяснить – мы предназначены друг другу. Это все равно случится. Должно было произойти. Но… тот неприятный человек говорил, что ты чист.
Чжу Баи очень хотелось швырнуть в него чем-нибудь за эти слова. Го Хэн, раздевшись до пояса, провел по своему прессу, и на животе высветилось знакомое проклятье. В то же время Чжу Баи стало больно, тоже в животе. Он согнулся пополам и закричал, но и сейчас не получилось ни звука, даже мычания не было.
Как только прошла вспышка боли, оставив только проступившее проклятье на коже, Чжу Баи почувствовал и осторожное прикосновение. Шарахнулся – пока он задыхался от боли, Го Хэн оказался рядом.
В этом месте не было ни окон, ни дверей. Куда бежать? Чжу Баи ощущал себя мухой, которую бросили пауку, закрыв крышкой стеклянную банку. У этой ситуации был только один исход. Сколько бы раньше Чжу Баи не пытался себя спасти, он все равно оказывался там, где хотел Сун Линь.
– Не надо бояться, – продолжал Го Хэн. На нем еще оставались штаны и сапоги. Чжу Баи же все еще закрывался белой шкурой с головой. Пахло от шкуры неприятно, внутри она была скользкая, словно ее только недавно сняли. Очень хотелось надеяться, что вид и запах отпугнет этого человека. Но, кажется, ему было не привыкать. Чжу Баи в отчаяньи снова отрицательно замотал головой, пытаясь отказать. Надеясь, что это поможет. Да он этого человека впервые в жизни видел, как и тот его… как он может вообще? И почему после всего, что он прошел, после всего, что смог сделать, оказалось, что он способен только на это? Что даже обладая такой силой, он годится только на то, чтобы сделать из него вещь, которой могли бы пользоваться другие.
Чужак снова тянул руки, пытаясь убрать шкуру, и Чжу Баи тряхнул головой, отполз от него подальше. Все, тупик, его не понимают. Даже если бы он смог говорить, его не стали бы слушать.
– Ничего. У нас тоже начиналось ужасно, – продолжал говорить Го Хэн. Казалось, в мыслях он был не тут. – Ты пугался, вырывался… Мне тебя подарили. Как вещь. Тебя должны были убить. Я подумал – зачем?.. Он молод, красив. Столько еще можно сделать… Сначала ты предпочел бы умереть. Но потом… я же видел. Ты встречал меня из походов. Тебя можно было больше не запирать. Ты бы уже не сбежал.
Чжу Баи развернулся, посмотрел на него раздраженно, зло. Хотя бы так пытался передать, что он об этом думает. В любом другом мире этот Го Хэн был бы уже в тюрьме. Ни один нормальный человек не одобрил бы его действий. А он тут сидит и рассказывает, что: «Конечно, сначала пришлось силой, но потом у тебя не осталось выбора».
Го Хэн даже заткнулся, напоровшись на этот взгляд. И всего чуть-чуть, ненадолго Чжу Баи показалось, что у этого человека есть совесть. Но вскоре Го Хэн уже улыбнулся, продолжил раздеваться – на этот раз стягивал сапоги.
– Да, – прошептал он. – Именно так ты смотрел впервые… Ты во всем полная его копия. Даже если ты сон. Но это не сон. Я проверял – я чувствую боль.
На бедре были две красные полосы глубоких порезов. Они уже не кровоточили, кровь с ним смыли, но и все. Их даже не перевязал никто. «Туда можно бить», – тут же решил про себя Чжу Баи. И оказался у стены, столкнувшись с ней спиной. Поднял голову и наткнулся на жадный взгляд.
– Он обещал отдать тебя, – продолжал Го Хэн, глядя на него и одновременно снимая штаны. – Я больше не буду никому тебя показывать. Спрячу. Только для себя.
Это не было нормальным, и не прибавляло Чжу Баи спокойствия. Это и правда был маньяк. Пусть не такой жуткий, каким представлял его Чжу Баи раньше, но такой же отбитый. Тоже спрятать, тоже не обращать внимания на все знаки, которые значат «Нет, я не хочу этого».
– Не волнуйся, ты будешь в безопасности, – Го Хэн снова потянулся к шкуре и попытался снять ее сначала с головы.
Эта фраза так напомнила ему тот мир после экономического кризиса, и поведение Го Хэна там. Воспоминания, которые он получил, переварил как свои собственные. Паника и страх смешались, он развернулся, собираясь драться. Не чтобы спастись, а просто потому что этот человек и его установки бесили Чжу Баи. Развернулся резко и, как казалось, неожиданно, но руки Го Хэна оказались ровно там, где надо, чтобы остановить его агрессию. Перехватили, быстрым движением выдернули из шкуры и уронили спиной на пол. Шкуры смягчили падение, но все же от того, что вместо драки вдруг перевернулся мир, и Чжу Баи оказался раздетый, ошарашенный и лежащий на спине – он растерялся. Словно об пол разбилась решимость, агрессия. Остался только страх. Чжу Баи забыл, что у него нет голоса, произнес: «Не надо», но только губы шевелились. Даже шепота не получилось.
Го Хэн держал его руки сцепленными над головой и теперь открыто хищнически любовался. Под этим взглядом становилось неуютно, стыдно. Хотелось съежиться.
Чжу Баи раньше ведь думал об этом. Мысли об однополом сексе вызывали в нем такую неловкость, что он не мог продолжать, он обрывал их. Другое дело мысли о насилии, ведь в насилии он не виноват. Об этом он мог думать более откровенно, но сейчас это только прибавляло стыда и паники. Казалось, что местный аналог кармы нагнал его. Он простил Го Хэна, хотя знал все воспоминания доведенного им Чжу Баи. Все, до самых последних. Но все равно относился к этому без должного осуждения, и теперь оказался в такой ситуации. Чжу Баи винил себя, считал, что заслужил все это.
Го Хэн перебрал в пальцах длинные пряди волос, и вроде бы даже успокоился от этого действия, но потом снова перевел взгляд на лицо, полоснул ниже, по груди, ключицам, животу, еще ниже – по бедрам и сведенным коленям.
– Я помню тебя тоньше. Кожа до кости… Я говорил слугам, что нужно больше тебя кормить. Так намного лучше. И волосы… мне нравится.
Когда он наклонился, Чжу Баи снова в панике дернулся, попытался вырваться, но запястья словно гвоздями к полу были приколочены. Го Хэн коснулся губами кожи на плече, затем ключицы, дошел до соска. Второй рукой погладил ребра, бок и светлое бедро. Что-то из этих движений или его близость отозвались в Чжу Баи острой болью, словно его шилом в живот ткнули. Снова вместо крика получилось, будто он задохнулся, выгнулся. И Го Хэн воспользовался этим, чтобы просунуть под него руку и приподнять его бедра, прижать сильнее к себе, голой кожей к голой коже.
Пахло от Го Хэна тоже чем-то звериным, даже сильнее, чем от валяющихся шкур. И руки были горячие, нетерпеливые.
Возможно, в других обстоятельствах, не так сразу, после долгого привыкания – Чжу Баи бы даже понравилось это. И напор, и прижатые к полу руки, и даже скользкие теплые шкуры под ними. Но сейчас был только страх. Сейчас это все грозило ему не просто изнасилованием, он должен был умереть после такого. И никак не мог объяснить это.
По рисунку на его теле то и дело проскальзывали волны света, словно он был голографическим. Цвет был той же природы, что и сила Чжу Баи, но не мог помочь ему сбежать.
Вылизав его от шеи до груди, Го Хэн перешел на укусы, и Чжу Баи снова попытался уйти от этих прикосновений, спрятаться, закрыть хотя бы шею. Все было больно. Пекло проклятье, сдавило руки, сердце заходилось от страха так, что вот-вот грудную клетку сломает. Еще и мутило. Хорошо, что он давно не ел, иначе его бы вырвало. А впрочем, и вырвало бы, никому до этого дела не было. Это бы не остановило. Вообще сложно было представить что-то, что сейчас могло бы остановить Го Хэна.
Тот тяжело дышал, проминал кожу пальцами, словно проверить хотел, настоящий ли под ней человек, то и дело влажным языком или зубами задевал в случайных местах. И внезапно – замер и отодвинулся, снова присматриваясь. Глаза у него были словно у пьяного. Чжу Баи подумал, что, наверное, так же ощущало бы себя хорошо прожаренное мясо, отданное голодному. Зажмурился и попытался снова освободить хотя бы руки. Внезапно получилось, но скорее потому, что Го Хэн их отпустил, чем из-за того, что наконец хватило силы. Но отпустил только для того, чтобы быстрым движением перевернуть Чжу Баи на живот. Стало еще унизительнее, он попытался хотя бы лечь, но одна рука перехватила под бедрами, оставив их приподнятыми, а вторая надавила на затылок, придавив голову к полу.
– Надо спешить, – предупредил Го Хэн и погладил большим пальцем его живот – прямо по проклятью. Обожгло как каленым железом, и Чжу Баи опомнился, снова попытался вырваться, сбежать. Получилось только выбраться из унизительной позы, но Го Хэн тут же перехватил его за что смог – за запястье правой руки и за волосы, потянул на себя. Пришлось подчиниться, иначе нарастающая боль грозила обернуться травмами. Чжу Баи даже не подумал, что впереди что-то хуже травмы.
Теперь Го Хэн смотрел ему в лицо, выглядел уже раздраженным, но в то же время казалось, что ему нравится происходящее. Даже сопротивление.
– Мы начнем сначала. Потом, – произнес Го Хэн. – После того, как тебя отдадут мне. Я покажу тебе свою страну, свой дом. Тебе там нравилось. И я тебе нравился. Ты еще не знаешь об этом.
О, сколько Чжу Баи мог бы сказать на это. Просто за все эти испытания душу излить, рассказать про все миры, и про то, что ему почему-то каждый раз достается. Почему-то у всех он вызывает только такие чувства – надругаться, сломать. О том, что да, Го Хэн нравился ему, с этого в конце концов все его проблемы начались. И если бы в его мире все началось не с того, что его довольно серьезно избили, а изнасиловали бы – он не стал бы относиться к Го Хэну лучше. И вообще они все ему уже поперек горла. Никакой не нужен, просто оставите в покое. Просто не убивать его…
И внезапно придавило осознанием, за что это все. Он заслужил. Он уничтожил целый мир. Там были, конечно, и плохие люди, но сколько из убитых были хорошими?.. Только из-за того, что ему было плохо. Он ошибался. Это все – ад. Ад, который наконец закончится…
Но в этом аду Го Хэн вел себя когда-то приветливо и заботливо, смотрел на него влюбленно, искал его и готов был переспать с ним. Не изнасиловать, просто переспать. Вообще не задумываясь о том, насколько это правильно. Еще были пробуждения в одной кровати. И он смог спасти Го Хэна. Если это ад, то самые приятные и волнительные воспоминания были именно отсюда.
Да это же в конце концов не его тело! У этого тела есть другой Чжу Баи и он еще жив, и что ему можно будет сказать в оправдание, что не смог его защитить?! Это ж не просто вещь, это тело…
Го Хэн, кажется, немного удивился, получив коленом в подбородок. Видимо, в его прошлой жизни такого не было. Чжу Баи попытался сбежать в дальний угол, но реакция у воина была отличная – он еще от удара не успел отойти, но уже заметил, что добыча пытается сбежать. Схватил за лодыжку и дернул к себе, Чжу Баи упал. Хотя шкуры и смягчили падения, все равно было неприятно. Нос гудел так, словно его сломали. Он-то воином не был, и реакция у него была обычная. Снова оказался лежащим на полу, только в этот раз Го Хэн сел на поясницу, наклонился почти к самому лицу. Кажется, он хотел еще что-то сказать, но слишком отвлекало происходящее. Убрал волосы с шеи, провел рукой от лопаток ниже, по позвоночнику и, наконец, поднялся, в то время как рука опустилась еще ниже.
Болел нос, живот, грудная клетка, запястья, но теперь прибавилась еще боль пониже спины. Чжу Баи дернулся, но вторая рука тут же легла на лопатки, придавила как бетонным столбом. На ложбинку между ягодицами потекло – слюна. Проникла внутрь, звук стал хлюпающим, проникновение – глубже. Чжу Баи мог только царапать мех пальцами, сжиматься, и пытаться выбраться из-под руки. Казалось, что проклятье ожило. Чжу Баи чувствовал метаморфозу так, словно в его животе открылась дыра. Он не мог это проверить, но по ощущениям было так. А боль оставалась жгучая, но такая, словно это только ссадина. Тело трансформировалось, и это было даже страшнее происходящего. Потому что он терял себя, раскладывался на слои и развоплощался. И начиналось это с ощущения дыры в животе. Чжу Баи снова попытался кричать, забыв, что у него уже забрали голос. И отсутствие его принял за то, что это второй этап. Он почти уже ключ, почти уже вещь, так что и голос ему незачем. Он настолько испугался, растерялся, что когда Го Хэн, который ничего не замечал, убрал руку с его лопаток – Чжу Баи не попытался сбежать. Он бы и не смог – у него ослабли ноги. Он опомнился только когда Го Хэн приподнял его бедра. Зазвенело в ушах, перед глазами вспыхнуло, и даже эту реакцию на стресс Чжу Баи принял за умирание. Попытался скинуть с себя чужие руки, и тут вернулась боль ниже спины. Неприятное ощущение того, как в него втискивался член, раздвигая внутренние стенки. Щелкнуло, и показалось, что этот щелчок слышал только Чжу Баи. «Механизм» пришел в движение – начиная с его живота несколько световых обручей расширились до половины комнаты и принялись вращаться. Откуда-то оттуда же потек свет, который раньше был только внутри. А теперь Чжу Баи словно прохудился, и топливо для путешествий между мирами выливалось на мех, поджигало его, но все равно расползалось. Пекло невыносимо, словно его запихнули в печку. Го Хэн уже понял, что началось что-то жуткое. Он прекратил, но вместо того, чтобы бежать и, возможно, спастись, потянулся и попытался прижать Чжу Баи к себе. И Чжу Баи видел, как свет охватывает того, и Го Хэн тоже стал светом, который рассыпался и потек по полу со всем остальным. Чжу Баи теперь смог приподняться и попытаться остановить катастрофу. В животе и правда была дыра и из нее лилась эта субстанция. Лилась быстро, заполняя все вокруг. Чжу Баи хотел попытаться ее задержать, но поздно вспомнил снова – тело не его, и руки не его, и нечего их совать в самое пекло, даже если это пекло из тебя происходит…
Глава 26. Го Хэн снова облажался
Го Хэн только что находился в комнате, где пол был покрыт шкурами, где в объятьях был живой и горячий Чжу Баи, потом началось что-то странное, он попытался его защитить… и тогда его перебросило сюда. Опять в его родной мир. Куда-то на изумрудный луг. Казалось, что краски стали ярче. А еще – тут не было ветра. До Го Хэна не сразу, но дошло – он умер. Там, в той комнате, свет убил его. Это Чжу Баи убил его? Это было все-таки не сном, а чистилищем, где он на себе испытывал все, что причинил ему? Тогда почему там был только Чжу Баи?
Его окликнули. Но это не было звуком, его позвали словно бы из его же головы. Здесь должен был быть мост… веревочный мост на ту сторону. Ему говорили после смерти не бояться, идти на мост. Го Хэн обернулся и увидел его – темный мост, такой же как описывали, только из стекла вместо дерева, он уходил куда-то в грозовую тучу на том берегу. А у моста ждал Чжу Баи в светлой рубашке, красной от крови, такой яркой, что казалось свежей. Он стоял босиком на траве. Ровно такой же, каким Го Хэн его в последний раз запомнил. Разве что ему не было больно и он не задыхался. Кровь – казалось, что он просто испачкался, и что это не особо волнует его. Свежая кровь, которую пустил Го Хэн… на рубашке, у губ, на босых ногах. Но Чжу Баи выглядел спокойным – он ждал. Все это время ждал тут. Если бы Го Хэн раньше знал об этом… После всего, что Го Хэн сделал, после того, как он убил его, Чжу Баи все еще был тут.
* * *
Сун Линь дожидался за дверью. Думал, что будет больше шума, но из комнаты слышались только приглушенные дверью голоса – и все. Да, это заняло чуть больше времени, чем он планировал, и все же не критично, чтобы решить, что Го Хэн так же попытается сбежать.
А потом стало тихо, спустя еще некоторое время из-под двери стала просачиваться светящаяся маслянистая жидкость, и это было ожидаемо. Это как раз было именно то, что нужно, и Сун Линь отправил одну из марионеток открыть дверь.
Его окатило потоком этой воды, которая на самом деле оказалась жидким светом. Это был первый эксперимент, о таком остались довольно разрозненные сведения: что такие люди поделены надвое – ключ и тот, кто его активирует; про этот свет; про возможность создания коридоров в реальности. Очень о многих вещах Сун Линь узнавал впервые. К примеру, не подозревал, что при попытке перетащить Го Хэна с собой в другой мир, Чжу Баи уменьшится в возрасте. Да много чего не знал, некоторое оказалось враньем непрактичным. Он справлялся, потому что изучил принцип действия этой магии. Но в этот раз ошибся.
На Чжу Баи оставался ошейник, который мешал ему бежать в другую реальность. Чему этот ошейник не мешал – так это его силе в пределах этой реальности. О чем Сун Линь забыл – так об этом. Увидев, что Чжу Баи уже весь горит в потустороннем свете – поспешил внутрь, чтобы подхватить ключ. Но случился выброс – от Чжу Баи пошли трещины. Он только что перенес большой стресс, он чувствовал, что умирает, но продолжал цепляться за это место, за жизнь. Мир в пределах этой комнаты со шкурами раскололся на несколько крупных осколков, из реальности здесь получилось пять разных реальностей, которые не отличались друг от друга, но были разделены границей. И одна из этих трещин прошла от Чжу Баи и через живот главы клана. Его нижняя часть тела оказалась в одной реальности, верхняя – в другой.
Сун Линь опустил голову, посмотрев на свои ноги. Вот они были на месте, но немного сдвинуты, словно он видел их через стекло. Изо рта хлынула темная кровь и ее капли разбились о границу миров. Чжу Баи через его тело словно стену построил – тонкую и прозрачную. Сути не менялось – Сун Линь лишился половины тела. Он видел, как покачнулись и упали ноги, и как под ним начала расползаться лужа крови.
Человеческая фигура в центре уже полностью состояла из света. Трещины потянулись к ней, стали закручиваться, но еще держались за стены, не исчезали полностью.
* * *
В это время пришел в себя Го Хэн. Тот, что оставался в подвале. Пришел от звука, похожего на весеннюю капель. Когда он отключился, было темно и прохладно. Сейчас же пол был покрыт светящимися лужами. Свет капал с потолка, сочился через щели. Го Хэн стоял и смотрел на него, задрав голову. Свет падал ему на лицо, стекал по щекам, шее, волосам. Он обжигал, но не сильнее искорок. Очень скоро Го Хэн понял, что произошло, и у него сжалось сердце. Показалось, что капающий свет – это кровь. Кровь Чжу Баи. Он не так уж ошибался в этом.
Го Хэн быстро нашел дверь, бегом бросился туда, где должна была находиться комната над подвалом. На улице оказался вечер, темнело, но солнце не село еще. И все же – свет из поместья стал заметен в городе. За стенами кричали, думали, что тут пожар. Если Чжу Баи потерял столько света, столько силы… что с ним сейчас? Что с ним сделали?
Го Хэн влетел в комнату, что была перед залом со шкурами. Замер – марионеток крутило, словно в предсмертной агонии. Они хватались за лица, царапали руки, и эти царапины не заживали. Они распадались. И чаще всего делали одно движение – словно пытались свои ноги подтянуть, будто те как штаны без резинки с них спадали. Го Хэну было все равно – убедился, что его не атакуют, бросился дальше, в свет, не раздумывая. И тут же поскользнулся на крови, ударился об угол реальности и упал, зашипев от боли. Снизу стало лучше видно – ноги, которые он принял за ноги марионетки, и светящуюся фигуру в метре от двери. Свет исходил из этой фигуры. Он по-прежнему жег, как крапивой, но не причинял большого вреда. Го Хэн даже не заметил этого.
Чжу Баи сидел на коленях, перехватив руками живот. Свет вытекал через руки. Чжу Баи был больше похож на выкрашенный в золото фонтан: он весь состоял из света, но черты его стерлись, стали менее подробными. Го Хэн попытался хотя бы лицо его очистить, но рука провалилась. Внутри не было ничего, ладонь просто уходила в голову, свет обтекал ее, но тут же собирался обратно, стоило отдернуть ее. Го Хэн давно уже перестал думать. Он не понимал ничего в том, что происходит, окажись он тут раньше – вполне мог бы быть так же разорван, как и Сун Линь. Впрочем, он и не изнемогал под дверью в ожидании, когда долгожданный артефакт свалится ему в руки. Но когда разломы реальностей снова натянулись и стали ползти в сторону Чжу Баи – Го Хэну хватило ума понять, что эти линии опасны. Но бежать он от них не собирался, хотя они и стягивались к светлой фигуре в центре. Го Хэн сделал то, на что не решился бы осторожный человек – всунул обе руки в светящуюся фигуру, потом голову, пролез внутрь весь.
Пространство внутри было похоже на переход между мирами, только не имело ни образа, ни воздуха, ни неба с землей. Го Хэн стоял на четвереньках, но на пустоте. И вперед он пополз по пустоте, внутренне ощущая, что пространство то и дело заворачивается спиралью. В конце концов свет привел его к месту, откуда брал начало. Го Хэн на пробу коснулся ладонью – и ладонь словно ушла в этот свет, хотя вокруг него была твердая поверхность. Воздух в легких кончался, и Го Хэн снова поспешил до пояса нырнуть в эту дыру. И замер. Без движения, без воздуха – со стороны могло показаться, что он умер. Но вскоре он начал пятиться и разбрызгивать свет вокруг себя. Хотя субстанция была почти безвредна, лицо и руки покраснели от постоянного контакта с ней. Но из истока Го Хэн вытаскивал на поверхность Чжу Баи – голого, свернувшегося в позу эмбриона, и не факт, что живого. К целому животу, без дыр, Чжу Баи прижимал небольшую резную шкатулку из светлого дерева. Как только Го Хэн достал его – свет погас, вокруг них снова была комната со шкурами, которые дымились. Го Хэн быстро переложил на спину спасенного, наклонился и прислушался – Чжу Баи не дышал. Он снова был белым, как гипсовая статуя. Тогда Го Хэн ударил в сердце, рванулся делать искусственное дыхание, но Чжу Баи обкашлял его остатками света из легких. Сел и пытался вдохнуть, но не получалось. Словно у него была астма. Го Хэн не знал, что делать. Осмотрелся, увидел во дворе колодец и убежал к нему, вернулся с ведром воды, собираясь предложить попить, но передумал и вылил на Чжу Баи сверху – не понравилось, что тот все еще в этом свете, который его едва не угробил. Чжу Баи вскрикнул, и этот звук получился самым желанным, как бы жестоко это не звучало. Го Хэн улыбнулся, упал на колени напротив него прямо в воду, заставил смотреть на себя. Чжу Баи все пытался сморгнуть влагу, но выглядел напугано, он был в ужасе. Впрочем, после всего случившегося ничего удивительного. Го Хэн не удержался, потянул его к себе, чтобы поцеловать, но Чжу Баи внезапно резко оттолкнул, отполз подальше, и уже с безопасного расстояния выкрикнул:
– Что происходит?! Где я? Что это за место? Ад?
– Нет.
До Го Хэна только теперь дошло – Чжу Баи может быть не тот… А скорее всего и не тот. Он вытащил еще какого-то из его реальности. Только вот какого?..
– Узнаешь меня? – спросил Го Хэн.
– Ты тоже в аду!? – вместо ответа выкрикнул Чжу Баи.
– Узнаешь, – кивнул Го Хэн. – Теперь… я тебя тоже знаю, но…
– Ты что, снова сделал это со мной?! Пока я был без сознания?! – перебил его Чжу Баи. Неприятный холодок прошелся по телу, которое все еще парило от того, откуда Го Хэн недавно вылез. А потом Чжу Баи резким движением поднес запястье правой руки к глазам. Потом левое рядом с ним и уставился шокировано. Кое-чего на этих запястьях не было… Его не удивляли татуировки Го Хэна, он говорил с ним, словно именно его и знал. Го Хэн подавился всеми теми словами, что мог бы ему сказать, получился только невнятный звук, словно его по голове ударили и повредили отвечающий за речь орган. Он не мог поверить…
– Баи? – позвал он. Он так часто произносил это имя раньше. Путал его с ними, с другими… Второе, что сделал Го Хэн – сорвал с шеи кулон, уставился на него. Внутри было пусто… Черт возьми! Внутри было пусто! Душу Чжу Баи из этого мира он потерял! Ничего удивительного – он полез в разлом между мирами дважды и ни разу не проверил, не пропала ли душа. Не до того было. Проверял только на месте ли кулон и цел ли он. Все… Стало жутко. Это испортило радость от возвращения Чжу Баи. Его убьет учитель. Да что там, он сам себя убьет! Надо же так облажаться!.. После всего. Где его искать, куда за ним нырять? Где он может быть? А где этот Чжу Баи?! Тот, которого он вытаскивал! Это ужасно – вернуть родного, своего, но понятия не иметь, где все остальные! А они ведь так же дороги ему!
Глава 27. Тогда зачем мне возвращаться?
Хотя была та же внешность, то же тело, но все же видно, что китайская одежда для Чжу Баи непривычна. Даже тот, которого он увидел в этом мире изначально, приняв за родного, выглядел более привыкшими, Потому что врос в эту реальность. Этот же Чжу Баи был тут чужим. Но тело было все то же. Уже третья душа в этом теле.
В школе нашлась для гостя небольшая хижина, которую использовали для уединенных медитаций. Осматривал его их учитель, Бэй Чан. Было видно, как он старался держать себя в руках, разобраться в ситуации, попытаться ее решить, не винить Го Хэна и не кричать, что ему доверяли. Возможно, учителю помогало еще и то, что все, что мог сказать он, на повышенных тонах уже сказал Го Хэн-заклинатель.
Заклинатели сейчас были далеко, если не считать учителя, который как раз в хижине говорил с новым Чжу Баи, и еще двоих незнакомых. Го Хэн же ждал снаружи и старался не прислушиваться к происходящему. Ему казалось, что он пойдет топиться в пруд неподалеку независимо от того, что там могли сказать. И Го Хэн готов был выполнять что угодно, чтобы вернуть Чжу Баи.
Сейчас оказалось, что ожоги у Го Хэна серьезнее, и их перевязали бинтами на руках, ногах, торсе.
Чжу Баи же был в порядке, разве что несколько синяков и растяжений. Остальное мог сказать только Бей Чан и двое местных лекарей. Го Хэн уже почти что справлялся с тем, чтобы спокойнее относиться к осмотру Чжу Баи посторонними. Были вещи поважнее…
Сначала вышли двое чужих заклинателей, поклонились Го Хэну и направились по горе вниз, ничего не сказав. Некоторое время учитель все еще оставался внутри, потом послышались и его шаги. Он прикрыл за собой дверь, остановился на пороге в тени. Солнце светило нещадно, но Го Хэн встал напротив, в самый солнцепек, и смотрел прямо, не мог подобрать слов, не знал: начать с извинений или с расспросов. Может, учитель вообще просто ударит его?.. Но Бэй Чан, глядя в сторону и наполовину закрыв глаза пушистыми ресницами, негромко произнес:
– Не волнуйся о нашем Чжу Баи. Мой мальчик сам вернется, как только придет время. Ты… не виноват. И его душа не пострадала.
Одной проблемой стало меньше, и Го Хэн облегченно выдохнул. Он думал, что причина такого смущения старика в том, что произошло и откуда Го Хэн притащил Чжу Баи. И после чего.
Сейчас поместье осматривала их школа. Го Хэну было все равно, что там найдут и что с испытанием, он не мог волноваться за все. А у него было слишком много причин паниковать. И имя всех этих причин было одно: Чжу Баи.
– Куда пропала душа второго? – спросил Го Хэн. – Она же не сгорела?.. Из него получился ключ, я отдал его вам. Можно ли его обратно из ключа вернуть?.. Я узнаю, если вы врете. Это крутой артефакт, но Чжу Баи ценнее…
– Я не знаю, где искать его душу. Но ты не дослушал меня, – мягко перебил Бэй Чан, вздохнул, собираясь с духом, и закончил:
– Он умрет. Он должен быть мертв. У него нет своего тела, его мертво. У вас есть всего несколько дней. Очень мало времени.
– Кто умрет? – не понял Го Хэн. Горло тут же перехватило, он не мог больше говорить, получалось сипло и на грани слышимости: – У того тоже нет тела… Но он же пробыл тут…
– Видимо, было. Мы все еще не знаем, что с его миром. Только с его слов, – уверенней произнес Бэй Чан, глядя теперь прямо на собеседника.
– Кто умрет? – повторил Го Хэн. Губы задрожали. Он понял, что зря спрашивает. Он знал ответ…
Ему даже в голову это не приходило. Максимум негатива, который он мог представить – это что все окажется сном и он проснется в своем мире без всех этих событий, без Чжу Баи…
Бэй Чану даже не пришлось повторять или объяснять свою мысль – Го Хэн сполз на корточки, закрыл лицо ладонью, голову рукой и замер так. Старику стало неловко, но просто уйти он не мог. Подождал, ничего больше не услышал, и заговорил неловко, извиняясь:
– Я ничего не могу сделать. Чудо, что он тут вообще… Что он смог пробиться. Но он мертв. Ему придется уйти. Мой мальчик… хорошо, не мой, но все же… Бедный, сломленный мальчик… То, что произошло с ним, никак нельзя изменить. Его душу будет затягивать в другой мир. Не в ваш, в мир дальше… Но ты, пожалуйста, не повторяй за ним. У вас будет несколько дней. Я попрошу не ходить сюда. Только чтобы принести поесть. Это не его тело, так что осторожнее, ему придется его вернуть. Прости… если бы я только мог. Но это сильнее меня. Понимаешь? Это смерть. С ней никто не справится. Он уже мертв, уже некоторое время как. Так что настоящее чудо… чудо…
Хотя Го Хэн все еще молчал, Бэй Чану показалось, что его слова делают только хуже, и что парень хотел бы побыть один, в тишине. Так что он еще раз извинился за все сразу, поклонился и тоже поспешил вниз со склона.
Чжу Баи был внутри. И Го Хэн терял драгоценное время, которое им оставили на двоих. В которое не было уже никаких врагов и их пообещали не трогать. Все отошло на второй план – здешний Чжу Баи или тот, с которым они до этого общались… впрочем, с ним так не получалось. Если даже учитель сказал, что заклинатель еще вернется, то что случилось со вторым?.. Нужно было искать его – но как? Когда сейчас оставались последние дни с этим Чжу Баи. Столько нужно было сказать ему… а захочет ли он вообще слушать после того, как с ним поступили?
Го Хэна разрывало еще некоторое время. Когда он наконец выбрался из своего кокона и осмотрелся – солнце клонилось к закату. Пока он сидел так, он успел и разозлиться на себя, и бессильно заплакать, и смутиться тем, что придется объясняться…
Наконец взял себя в руки, отошел умыться к бадье с дождевой водой, убрал назад намокшие волосы и вернулся к хижине. Вряд ли Чжу Баи не слышал его, поэтому Го Хэн поспешил постучать, не затягивая, хотя и показалось, что рука от нервов вот-вот отвалится. И – изнутри не раздалось ни звука. Тогда Го Хэн запаниковал, резко распахнул дверь. Он испугался, что Чжу Баи сбежал. Или еще хуже – умер!
