Текст книги "Сага о Сером Страже (СИ)"

Автор книги: Владимир Горохов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 36 страниц)

– Почему ты не в Армии Фералдена?

– Там мало платят. Поэтому вступила в гильдию наёмников "Свирепые соколы" в Пар-Волене. Работала с торговыми караванами. Сейчас работаю у торговца Феддика. Всё.

– Прекрасно. Начинайте.

– Первый раунд! Лейтенант Годлинг против наёмницы. Делаем ставки у букмекеров! Ожидание пять минут.

Татьяна стояла в кругу, сонно-равнодушно взирая на соперника с парными полумечами.

– Я тебя распотрошу, девчонка! – пригрозил Готлинг, свирепо взирая на Татьяну.

– Чем? Языком? Дерзай, болезный.

– Ставки сделаны! Бой!

Не успел Готлинг сделать выпад мечём, как он тут же, словно растаял у него в руках и со звоном упал у ног Татьяны.

– Бой окончен! Победила наёмница. Вручите её наградные тысячу золотых.

Татьяна передала деньги Феддику:

– Спрячь.

– Второй раунд! Капитан Мактар и лейтенант Готлинг против наёмницы! Делаем ставки! Пять минут!

– Мы тебя на рагу порубим, – заявил капитан, свирепо вращая глазами.

– Эх, надо было мне в условия поставить, что побеждённый вылизывает своим длинным языком мои доспехи! – хохотнула Татьяна. – Вот бы они сверкали!

Её слова прозвучали громко, вызвав взрыв хохота у солдат и свирепую злобу капитана.

– Ставки сделаны! Бой!

Капитан и лейтенант бросились на Татьяну и оба меча упали к её ногам. Офицеры с недоумением рассматривали свои руки.

– Чему вы удивляетесь, капитан? Этому элементарному приёму учат в военной школе с самого начала. Там даже первогодки сносно владеют этим приёмом.

– Бой окончен! Победила наёмница! Выдайте наградные!

Татьяна отдала деньги Феддику, чрезвычайно довольному таким наплывом финанссов.

– Третий раунд! Добавляется лейтенант Форг. Делаем ставки! Пять минут!

Оказавшись без оружия, офицеры уже не удивлялись. Они только хотели понять технологию проведения приёма наёмницей, но ни как не могли зафиксировать её движений – они были столь неуловимы и точны, что казалось оружие само выпадает из рук и падает к её ногам.

Все последующие раунды протекали столь же быстро и в пользу Татьяны. Она чувствовала уже усталость, но работала с прежней ловкостью и неуловимостью. Офицеры первых раундов уже не пытались что-то узнать, они тоже изрядно устали, но прекратить турнир не имели права. Но офицеры заканчивались, а наёмница оставалась неуязвимой. Условия боя не позволяли обезоруженному продолжать бой, но разве может какая-то презренная девчонка запомнить всех, кого обезоружила?

На предпоследнем раунде Татьяна заявила:

– Офицеры, нарушающие условия проведения боёв будут убиты. Прошу об этом помнить. Не думайте, что я не помню, кого обезоружила. Я не стала вас убивать последние пять раундов, но в следующем раунде бесчестных офицеров убью. Все слышали? Я предупредила.

– А наши офицеры не знают, что такое честь, наёмница. Так что можешь не жалеть их, – раздался голос из толпы солдат.

– Что-о-о??? – вскочил комндующий войсками. – Бунт???

– Да нет, генерал, всего лишь мнение рядового состава, – с улыбкой заметила Татьяна. – Даже ваши солдаты заметили отсутствие чести у ваших офицеров. Генерал, вы сильно рискуете, получить ядовитую стрелу или кинжал, командуя этим сбродом, которых вы считаете офицерами. Наличие денег не делает воина офицером. Офицер, прежде всего, умелый воин, заботящийся о своих подчинённых, помогающий им в освоении и улучшении воинского искусства. Офицер никогда не нарушает своего слова и всегда выполняет условия договора. В бою солдат всегда встанет на защиту своего офицера. Если это настоящий боевой офицер. А если это лишь мешок с деньгами купивший офицерский патент, солдат не встанет на его защиту в бою. Этому нас учили в детской военной школе Фералдена. Жаль, что я орлессианка, волею случая оказавшаяся в Пар-Волене, но наставления наших учителей впитала в сознание полностью. Поэтому, как офицер, заявляю со всею прямотой: полость не потерплю. Слово офицера. Продолжим. Остался последний раунд. Двести офицеров. С ума сойти! Ну? Я что-ли должна бои объявлять? На это я не нанималась. Мне за это не платят.

– Да он спит! – воскликнул Феддик. – Умаялся бедолага.

Разбудить организатора боёв удалось с огромным трудом. Он ошалело крутил головой, не понимая, чего от него хотят. Офицеры, генерал, солдаты – хором пытаются ему пояснить, что он обязан доработать до конца, но в итоге, добились лишь хаоса звуков. А организатор уснул снова.

Я считаю, со сложившимися обстоятельствами, что мне присуждается техническая победа, – расхохоталась Татьяна. – Организатор – и тот уснул, а все участники первых полторы сотни раундов ползают, как сонные мухи. Генерал, вы согласны?

– Согласен, наёмница. Ты победила. Но скажи мне вот о чём... Сколько выпусков военной школы Фералдена было от твоего выпуска до сегодняшнего дня?

– Надо посчитать. Я выпустилась, примерно, шесть лет назад. В военную школу идёт набор каждые пол года. Но выпускные только раз в год. Обучение длится десять лет и пять лет в действующей армии. Только потом можно сдавать экзамен на офицерский патент. Я в армии Фералдена не служила и обороняла Денерим, как курсант школы. Нам разрешили сдать экзамены на офицерский патент, как награда за оборону столичного города от тварей. Без пятилетней службы в войсках. Значит, выпусков было не меньше семи. Я пять лет в наёмниках, а до этого пару лет служила матросом на торговом судне. Да, семь выпусков.

– И сколько выпускников вышло из стен военной школы? На весь Фералден.

– Ох, даже не знаю. Наша школа не одна. В Денериме такая школа есть. В Амарантайне. В Гварене. В Лотеринге, я слышала, закрыли школу, но точно не знаю. О! Ещё в Остагаре есть. В нашей школе училось примерно десять тысяч детей. Это, когда меня родители привезли в Крепость для обучения. Ну, я не думаю, что все ученики посвятили себя армии. Нас ведь обучали и профессиям кузнеца, плотника, столяра, фермера, шитью, выделке кож... В общем, всему, что может пригодиться в жизни. Но половина точно в армию пошли. В Рэдклифе большая школа. Ну, по всем школам если брать, то за семь выпусков тысяч семьдесят выпустилось. Но ведь не только детей обучали, но и фермеров, крестьян, женщин. Каждый в Фералдене знает, с какой стороны за меч держаться и из лука стрелу пустить.

– Зачем им это?

– Твари достали. То, что Героиня Фералдена Архидемона укокошила, порождений не успокоило. Они так же совершают налёты на фермы, на крестьян, на мелкие деревни. В Пар-Волене тоже появились. Даже в самом городе бесчинствуют по ночам. Говрят, рогачи посылали своих в Денерим выпросить у тамошнего короля Героиню Фералдена, но не преуспели – не поехала она к нам.

– Почему? Ведь она Серый Страж.

– Страж-то она Страж, но рогачи её боятся. А у них в планах захват Фералдена. Она об этом как-то пронюхала и на уловку не поддалась. А пока она в Фералдене, они не нападут. Вот, она и не покидает королевство. А в Киркволле правит её сестра. Тоже дамочка занятная. Защитница. Главному рогачу экспедиции кирдык сделала. Теперь рогачи и на Киркволл соваться не решаются. Там, кстати говоря, я слышала тоже есть детская военная школа. Уже пара выпусков было. Какие они бойцы – не знаю, они не задиры, но, если судить по доспехам и вооружению, вояки нормальные. Упражняются, в основном, на тварях и разбойниках. Если судить по боевым качествам кирквольской Стражи, то вряд ли они уступят мне в поединке. Тем более, что в Киркволле находится гарнизон фералденцев в десять тысяч бойцов. В основном выпускники и преподы кирквольской военной школы. Из моего выпуска там несколько офицеров встречала.

– Во всех военных школах одинаковые программы?

– Ну, программы обучения могут быть и одинаковые, но методы обучения зависят от преподавателей. В какой-то школе делают упор на двуручное оружие, в какой-то на щитоносцев. В нашей школе универсалов делали. Одинаково могут обучать лишь луку и арбалету. А в остальном, у всех по-разному. Но это же логично.

– А турниры устраивают между школами?

– А как же? Я сама участвовала в нескольких турнирах. Сперва турнир в самой школе – выявляют лучших, а потом едем туда, где организован турнир. Бои, правда, не боевым оружием, но тоже больно лупят.

– И, конечно, ты всех побеждала.

– С чего вы так решили? И я проигрывала бои. И не раз. Потом выявляли причины проигрыша. Отрабатывали слабые места в боевой системе, обменивались опытом, лучшими приёмами. А вот в луке мне равных не было. Всегда выигрывала. Ну, а после выпуска, вернулась в Пар-Волен. Мама заболела, нужны были деньги на лечение и на целителей. Так я подалась сперва на торговый флот, а потом в наёмники.

– Маму удалось вылечить?

– Да. Пришлось везти её в Фералден. Там хорошие маги-целители. В Пар-Волене таких нет. Сама Героиня Фералдена её лечила. Она, как оказалось, маг. И очень сильный. Теперь мамочка здорова и молода, как в двадцать лет.

– Они умеют возвращать молодость???

– Да. Получается, что умеют. Не знаю, все ли умеют, но то, что они даже убитых возвращают к жизни – в тавернах говорят во всех. Один молодой маг рассказывал, что сам был свидетелем, как вернули к жизни разорванных на куски серых стражей. Там есть долийская эльфийка которая и проделала этот фокус. Если честно, то мне с трудом в это верится.

– Не тоже в это трудно поверить, но не редки случаи, когда россказни в таверне и даже слухи, подтверждаются фактами. А, кстати, тебя не интересует, почему столь огромное войско сосредоточилось в одном месте?

– Почему меня должно это интересовать? Когда я училась в военной школе, мы часто выезжали летом в наши летние лагеря в Коркари. Там было много тварей и мы на них упражнялись. Да и обычные гарнизоны тоже выезжают с зимних квартир на природу. Разве у вас не так?

– У нас не так. Мы хотим завоевать Киркволл.

Татьяна с сомнением пожала плечами:

– Вы из лиги самоубийц?

– Почему ты так решила?

– Ну, я смотрю и оцениваю броньку и оружие ваших бойцов и офицеров.

– И каков итог твоей оценки?

– Таков, что сравнивать голого и безоружного с бронированным и вооружённым, мягко говоря, не корректно.

– Это мы у тебя в качестве голых значимся?

– В точку. У фералденцев, если судить с того, что я видела, броня из тигельной стали. Это у простых солдат. У сержантов вулканическое золото с накладками из тигельной стали. Об офицерах умолчу, потому, что материал их доспехов мне не знаком. Это что-то новое в кузнечном деле. Теперь об оружии. Ваши мечи, генерал, не идут ни в какое сравнение с мечами фералденцев. Это раньше у них фигня была вместо оружия, когда двуручный меч, после нескольких ударов по броне, превращался в дубину, а то и ломался. Сейчас фералденские кузнецы-оружейники достигают того, что меч воина перерубывает железную, или стальную броню, как сыр. Если хотите, можем испытать моим мечом.

– Хочу. Принесите доспех простого бойца. Твой меч фералденский?

– Судя по клейму, да. Изготовлен в кузницах Крепости. Но достался он мне в качестве приза на Арене в гномьем городе Орзаммаре. Найден на глуьинных тропах и принадлежал кому-то из серых стражей. Ещё у меня есть меч изготовленный в доавварские времена. Его я купила в Пике Солдата. Отдала пять тысяч золотых.

– Зачем столько платить за какой-то меч?

– Ну, во-первых, он красивый. Во-вторых, он очень качественно сделан, раз за столько тысячелетий его клинок не потускнел. В-третьих, он очень удобен, лёгок в работе и не тупится. В-четвёртых, парализует противника, замораживает его и убивает непонятной энергией. С этим мечом я и хожу, если предстоит убивать.

Принесли солдатский доспех. Положили на деревянную колоду для колки дров. Татьяна резким взмахом, одним ударом перерубила его. Меч глубоко вошёл в колоду.

– Вот, как-то так. И это я в четверть силы ударила.

– Хм... Принесите лучший антиванский доспех! – приказал генерал.

Принесли. Уложили на колоду. Один удар и этот доспех превратился в груду металла.

– И в такой одёжке вы идёте воевать анклав Фералдена??? Самоубийство, генерал. А впрочем, как хотите. Это не моё дело.

– Скажи, наёмница, а ты бы пошла в Армию Антивы служить? Чин полковника тебе гарантирован.

– Мне лестно это слышать, генерал, но нет, благодарю за доверие, но у меня контракт. Поэтому я не могу, даже если бы и хотела, прерывать контрактные обязательства. Не так поймут коллеги. А доверия их лишаться мне бы не хотелось. И ещё причина отказа в том, что я вообще не люблю армию. В смысле порядков. В фералденскую армию я бы ещё пошла – там ценят офицера не за толстый кошелёк, а за его умения и знания. А у вас на первом месте кошелёк.

– Ну, это ты преувеличиваешь, наёмница. Я тоже ценю хороших офицеров. Но где их столько взять?

– Кто-то мешает создать детские военные школы, где из курсантов и создают нормальных офицеров?

– Но это дорого!

– Не дороже, чем гнать людей на убой без шанса, даже не на победу, а хотя бы, на нейтраллитет. А ведь это чьи-то сыновья, чьи-то отцы, чьи-то женихи. А их гонят на смерть. У Антивы переизбыток населения? И нужно избавиться от лишних людей? Не понимаю я такого отношения к людям. Я знаю, что в фералдене семьям с детьми платят пособие на каждого ребёнка. Знаю, что старикам и инвалидам платят пенсии. Строят хорошее жильё. И старики платят тем, что помогают хорошим советом, жизненным опытом, предотвращая беду, на которую нарывается любой молодой человек, или девушка, не имеющие необходимого жизненного опыта в различных ситуациях. Для маленьких детей там создаются специальные детские сады, в которых дети получают начальные знания в игровой форме. Они обучаются грамоте, умению писать буквы, складывать из них слова и фразы, учатся считать, решать простые задачи. В военную школу берут шестилетних детей. И они приходят уже достаточно подготовленными – умеют читать, писать и считать, что значительно ускоряет процесс их обучения. Детей в садики приводят утром родители. Сами же родители идут на работы, не беспокоясь за детей. Дети в детских садах накормлены, одеты и обуты по погоде, за нми присматривают целители, им рассказывают о Фералдене, о других странах, о морях, океанах и так далее. Я,когда услышала об этом, здорово пожалела, что была лишена такого детства. Когда я жила в Пар-Волене, нас заставляли жить и работать согласно учению Кун.Те же, кто придерживается иных взглядов на мир, за достойных существ не считают, а значит, некунари теряют работу, все права на что либо и людям остаётся единственный выход – покинуть территории подконтрольные кунари. Родители привезли меня именно в Фералден ещё и потому, что Фералден ни кому ни чего не навязывает. То есть, живущий в Фералдене должен лишь соблюдать элементарные законы бытия, но ни кому ни чего не навязывать. Веришь в Кун – верь, но не навязывай эту веру другим, веришь в Создателя и Андрасте – верь, но не навязывай эту веру другим. Ни во что не веришь – не верь, но не навязывай своё неверие другим. Моим родителям такая доктрина бытия очень нравится. Да и мне тоже. Но в Фералдене слишком опасно – порождения тьмы и сейчас шастают по Королевству. Поэтому жители тамошние и создали такие военные школы. Другого выхода у них нет.

– По-твоему, выходит, что Фералден завоевать невозможно. Так?

– Возможно всё, генерал. Но какой ценой! Вопрос количества жизней своего народа, брошенных на завоевание. Останется ли сил у Антивы для собственной защиты? Ну, ладно, Старкхевен и Фералден не стремятся ни кого завоёвывать. Но есть Орлей, Тевинтер и Пар-Волен. Я предполагаю, что если это вся армия Антивы и её разобьют, то кто защитит Антиву от Орлея и Тевинтера? Кунари? Старкхевен? Только Фералден. Все другие, захватив земли антиванцев, погонят их в рабство. Фералден же рабство ставит вне закона, а значит, антиванцы останутся на своей земле, только без работорговцев, рабства и под мощной защитой Фералдена. Впрочем, политический расклад должны рассматривать политики и правители, а не наёмники вроде меня.

– Так значит, этот завоевательный поход зряшный?

– Это зависит от того, с какой целью предпринят поход. Если с целью захвата территорий – пустая затея. Если с целью избавиться от излишков населения, то цель будет достигнута. Ну, ладно, генерал, вы устали, ваши воины устали, да и мы с Феддиком приморились. Пора и отдохнуть. Я сегодня неплохо подзаработала, да и хозяин мой тоже. Сможем починить фургоны, купить более сильных лошадей, да и я хочу прикупить себе домик в Крепости, или в Амарантайне. В Денериме жить не хочу – суматошный город, а вот в Крепости – было бы не плохо: хорошо защищена и наёмников там уважают.

– А ты не хотела бы подзаработать побольше денег?

– Хотела бы. Но, пока и этого достаточно. А что, есть возможность заработать ещё больше?

– Хочешь заработать десять миллионов имперских золотых?

– Хм... Зависит от того, какая работа. Если кого-то убить, то это не ко мне.

– Жаль. Ну, а за сто миллионов?

– И за всё золото Дедаса не соглашусь.

– Чтобы освободить кое кого из тюрьмы?

– Опс! А с этого момента подробнее.

– Наша группа разведки должна была ликвидировать одного человека в Фералдене.

– Ликвидировала?

– Мы не знаем.

– Кого, если не секрет?

– Голдану.

– Что-то знакомое. Я знаю Голдану-прачку из Крепости. Хотя, в Фералдене это имя довольно часто встречается.

– Она живёт в Крепости.

– Тогда знаю. Мать пятерых детей. Муж погиб при Остагаре. А в честь чего вы на неё взъелись? Бельё плохо постирала?

– Она – сестра Короля Фералдена.

– Ага! И он нанял вас, чтобы укокошить сестру претендующую на его место?

– Нет. Она – сестра короля.

– Ну, да, я услышала, только не понимаю. Вы против того, чтобы у королей были сёстры, или братья?

– Нет. Мы не против.

– Тогда я туплю. Какой смысл убивать человека, который... Нет, генерал, не понимаю. Какие преференции получит Антива, убив несчастную женщину? Вам это поможет завоевать Фералден? Я пояла, если бы вы приказали убить, ну, скажем, Героиню Фералдена, чтобы кунари и орлессианцы напали на Фералден, а Антива – на Киркволл. Тогда воспряли бы духом твари тьмы и демоны Тени и тоже принялись бы уничтожать Фералден. Обороняться на четыре стороны, да ещё против тварей, не сможет долго ни одно Королевство. Но какой смысл убивать человека, не имеющего ни к обороне, ни к политике ни какого отношения – не понимаю.

– Это был бы, своего рода, сигнал для нас, двигать войска на Киркволл.

– Странно... Зачем какой какой-то сигнал, если проще назначить дату и время и двигать войска согласно графику? Я слышала в таверне, что фералденцы арестовали каких-то антиванцев.

– За что?

– О, да ни кто толком не знает и предположений выдвигается много. Особый упор в предположениях делался на тотальный досмотр товаров из других стран в портах и на заставах Фералдена. В фералдене введён запрет для иностранцев на ношение скрытого оружия. Может, антиванцев обыскали и обнаружили скрытое оружие? В этом случае пять лет тюрьмы им обеспечено.

– Пять лет?! – удивился генерал.

– Ну, да. Сама читала указы на стенах в Киркволле, в Денериме, да и в других городах и деревнях королевства. Допускается ношение меча, полумечей, кинжалов и ножей, но в открытом виде. А в антиванских поселениях скрытое оружие – традиция. Вот, наиболее вероятная причина задержания ваших разведчиков. Что касаемо убийства Голданы... Антиванцев тогда просто растерзают фералденцы Крепости. Она уважаемая женщина, строгая, но исполняет свою работу качественно и в срок. Я сама не раз пользовалась её услугами и осталась очень довольна. И не вижу смысла покушаться на её жизнь. Глупо это. Ну, ладно, генерал, я уже плохо соображаю – спать хочу.

Спокойных снов, генерал.

Войдя в Тень, Татьяна изменила внешность, облачилась в богатые королевские доспехи и направилась к месту обитания генерала и его офицеров. Как это ни странно, демонов не было.

Генерал сидел за столом и что-то быстро писал. Увидев Татьяну, вскочил, выхватил микроарбалет из-за пазухи и направил на Татьяну:

– Ты кто?

– А ты не видишь? Татьяна я. Героиня Фералдена и Рэдклифа. А ты?

– Я – генерал антиванской армии.

– А имя у тебя есть?

– Паппен.

– Приятно познакомиться, генерал Паппен. Ты же понимаешь, что мы в Тени? Ты спишь. Я пришла в твой сон. Осознай это и мы сможем нормально поговорить.

– Я осознаю. О чём ты хочешь поговорить?

– О тебе, о твоих солдатах и офицерах, о глупых намерениях ваших правителей. О разном. Меня интересует, как ты дошёл до жизни такой?

– До какой?

– Я заходила в сон к Яне. К наёмнице гнома.

– И что?

– Она сказала, что вы хотите захватить Киркволл. Просила пожалеть ваших солдат и не убивать их, а только пленить.

– У Киркволла хватит запасов продовольствия, чтобы прокормить двадцать пять тысяч пленных?

– Двадцать пять тысяч? Пожалуй, многовато. Жаль, не смогу выполнить просьбу своей ученицы из Пар-Волена. Придётся половину твоих воинов убить. Десять тысяч воинов оставим на плен.

– Ты сказала, что наёмница Яна твоя ученица. Каким образом?

– Я преподавала в их военной школе уроки работы с парным оружием и стрельбу из лука. Она была лучшей. Я бы с большим удовольствием взяла бы её в свою группу воинов сопровождающих меня. Но она не любит армейские порядки и предпочитает наёмный труд охранницы. А жаль. Но дело не в этом. Я арестовала твоих людей в Киркволле. Под пытками они признались, что являются разведчиками Антивы.

– И что они сказали?

– Ни чего такого, чего бы мы не знали. Поэтому мы их отпустили. Но в Денериме Стража Порядка, при досмотре, обнаружила у них скрытое оружие. Высокий Королевский Суд признал их нарушителями законов Фералдена и риговорил их к году тюрьмы.

– Я могу посодействовать, чтобы их отпустили, но при условии, если они сразу покинут территорию Фералдена.

– Почему ты хочешь их отпустить? Ведь они – враги Фералдена!

– Пока между Фералденом и Антивой не ведутся военные действия, считать их врагами мы не можем. Мы понимаем необходимость разведки для любого королевства, а сбор информации – прямая обязанность разведчика. Я верно излагаю?

– Да, верно.

– Если разведчик ведёт работу по сбору информации, но не совершает диверсионных актов, то есть, не наносит вреда Королевству, мы терпим его присутствие и с пониманием относимся к его работе. Иной раз даже подключаем своих людей для помощи ему. То есть, мы изначально, относимся к разведчикам других королевств дружелюбно. Мы понимаем, что это его работа. Разумеется, наблюдаем и знаем о его работе всё. Но, если он нарушает наши законы, мы его арестовываем. Я понятно излагаю?

– Пока, да. И мне нравится ваше понимание о необходимости сбора информации. Но чем провинились перед Фералденом арестованные разведчики?

– Ношением скрытого оружия.

– И всё?

– И всё. Отбудут год в тюрьме и будут высланы на родину.

– Значит, они ни кого не убили, даже не пытались?

– Пытались. Но наши люди предотвратили их попытку убить сестру Короля Алистера. Если быть точной, то им это удалось. Но мы умеем возвращать к жизни убитых. А ваших людей арестовали для того, чтобы их не растерзали фералденцы. Суд приговорил их к пяти годам тюрьмы. Итог: шесть лет.

– Значит, покушение было?

– Было. Но не понимаю смысла.

– Но почему об этом молчит Алистер? Это же его сестра!

– А что он должен сделать? Сестра – жива и здорова, покусители – в тюрьме. Это главное.

– Но он, согласно международным нормам, должен вызвать во Дварец Посла Антивы и вручить ему ноту протеста и объявить Антиве войну.

– Зачем Антиве война?

– Антиве нужен Киркволл.

– А рожа у вашего короля не треснет, от столь жирного куска фералдятины?

– Не треснет. После Киркволла мы намерены прибрать к рукам Старкхевен. И тогда вся Вольная Марка – наша. Фералден за морем нам не нужен. О него пусть зубы ломает кто хочет.

– Генерал Паппен, зубы обломает о Киркволл и Антива.

– Так ли уж грозен Фералден?

– Фералден достаточно силён, чтобы завоевать весь Тедас. Но не делает это просто потому, что жалеет народы Тедаса и не желает их уничтожения.

– А может, просто трусит? – язвит генерал.

– Что ж, генерал, если вы сомневаетесь в смелости и мастерстве фералденцев, рискните. Фералден готов к отражению любой агрессии. Только потом не говорите, что не были предупреждены о возможных последствиях. Как нам ни жаль ваших солдат, но мы вынуждены будем защищаться, применяя все доступные нам способы. Кстати, а наёмница предупреждала вас о том, что у ваших солдат плохая подготовка, а у офицеров не развито тактическое и стратегическое мышление?

– Нет. А что, должна была предупредить?

– Видите ли, генерал, Яна училась в детской военной школе Фералдена. Точнее, в одной из лучших военных школ. И сдала экзамен на патент, не просто офицера, а капитана. Что случается крайне редко с выпускниками детских военных школ. Она – очень одарённая девушка и может, не только командовать войсками до уровня полка, но и администрировать – улучшать экономику, или заведовать каким либо крупным производством. У таких людей, обычно, хорошо развито тактическое и стратегическое мышление, что позволяет им, без особого труда, просчитывать ситуацию и делать верные прогнозы на будущее того или иного события. Она – лицо нейтральное. Но большая жалельщица и заботница. Я просто уверена была, что она предупредила вас, о глупости затеи завоевать Киркволл с такой защитой и оружием, которые у вас имеются на сегодняшний день.

– Она и предупредила. Но я не вижу смысла в этом предупреждении. Обычное запугивание перед сражением. Мы тоже, иногда, прибегаем к такому блефу.

– Но это – не блеф, а указание на факты.

– Страж, а ты будешь участвовать в этой войне по обороне Киркволла?

– Обязательно. Я ведь не только Серый Страж, а и Главнокомандующий Объединёнными Армиями Фералдена. И моё участие обязательно. Вас это смущает, генерал?

– Ни сколько. А вы уверены, что разобьёте мою армию?

– Ни сколько в этом не сомневаюсь. Кстати, генерал, ваш флот с десантом, который вы хотите высадить на Рваный Берег и в Порт Киркволла, будет уничтожен в первую очередь. Но не воинами, а магами. Им ничего не будет стоить потопить ваши суда жестоким штормом и энегобурей. Так что ваша пятидесятитысячная армия обречена. И Антива останется без защиты. И Фералден будет вынужден ввести свои войска на антиванские земли, чтобы предотвратить их захват Орлеем, или Тевентером, которые и натравливают Антиву на Фералден.

– Откуда вам известно о флоте с десантом?

– Вы меня удивляете, генерал! Наша разведка достаточно хорошо работает.

– Подозреваю, что об этом пронюхали ваши торговцы, – хмуро заметил генерал.

– Торговцы, – согласилась Татьяна. – Но, к сожалению, не наши. Орлесианцы и тевинтерцы. Орлей и Тевинтер крайне заинтересованы в ослаблении Антивы и друг друга. Они сообщили нам, мы перепроверили. Всё подтвердилось. Тевинтерцы приносят нам информацию об Орлее, который, в свою очередь, информирует нас об имперцах. В итоге, нам известно всё. Нашей разведке остаётся лишь проверять поступающую информацию и подтверждать, или опровергать её. Что касается фералденских торговцев, то они на отрез отказываются исполнять роль разведчиков, заявляя, что не желают терять свою репутацию честных торговцев. Жаль, конечно, но тут уж ничего не поделаешь. Устав Торговой Гильдии Фералдена запрещает своим торговцам участвовать в политических играх государств. Они только торговцы и ни чего более. И обязаны видеть в любом покупателе только клиента, а не врага. Такой вот нехороший для Фералдена нюанс.

– Теперь я понимаю, почему так доверяют торговцам Фералдена, – подытожил Паппен. – что ж, Татьяна, благодарю вас за ценную информацию, которую вы предоставили в моё распоряжение. Я сообщу о ней своему руководству. Каково будет их решение – не могу знать. Но я – военный и обязан выполнять приказы Короля. Прикажет атаковать – я выполню приказ. Вы же прекрасно понимаете, что я обязан.

– Понимаю, генерал, потому и не виню вас ни в чём. Такая у вас работа. Мы славно побеседовали. Надеюсь, что моя информация пойдёт на пользу вам и вашим воинам. Спокойных вам снов.

– Взаимно, Страж.

Наступило утро. Феддик в последний раз выставил на витрину товары. Торговля шла плохо. Вероятно, антиванцы изрядно потратились на турнире, поэтому, кроме еды и предметов первой необходимости, ни чего не покупали. К обеду гном свернул торговлю. Татьяна, приняв свой прежний облик наёмницы Яны, зашла к генералу попрощаться.

– Генерал, я зашла, чтобы сказать вам "прощайте". Возможно, встретимся у ног Создателя.

– Скажи, наёмница, почему ты не сказала мне о том, что Героиня Фералдена преподавала в вашей военной школе?

– Вы не спрашивали, генерал.

– Почему ты не сказала, что тебе известно об антиванском флоте?

– Э... Прошу прощения, генералл, но я не понимаю вашего вопроса. Об антиванском торговом флоте известно всем. Иначе, как бы Антива доставляла свои товары в Фералден?

– Почему ты не сказала мне о том, что Фералдену известно всё о планах Антивы?

– Странный вопрос, генерал! Откуда я знаю, что известно, а что не известно Фералдену? Они мне не отчитываются о степени своей информированности. Генерал, вам не кажется, что ваши вопросы несколько... э-э-э... Не совсем корректны?

– Ко мне приходила Страж.

– И что? Ко мне – тоже. Поговорили о прошлом. Она, как и вы, в который раз предложила мне командовать дивизией в её армии. Я снова отказалась. Она и ушла. Вероятно, к вам?

– Как ты думаешь, зачем она приходила?

– Могу лишь предполагать, генерал. Мне же не известно о содержании ваших разговоров.

– Хорошо. Излагай свою версию.

– Как мне известно, Татьяна Амелл не только Страж, но и маг. И очень сильный маг. Я знаю, что она дралась не только с тварями тьмы, но и с демонами Тени и с одержимыми магами и храмовниками. Полагаю, она приходила к вам, чтобы удостовериться в вашей адекватности.

– В смысле, что я не сумасшедший?

– Нет. В смысле, что вы не одержимы демонами.

– Погоди. Я знаю, что одержимости подвергаются только маги!

– А вот тут вы сильно ошибаетесь. Что касается магов, то да, они наиболее часто подвергаются атаке демонами Тени. Но даже храмовники могут стать одержимыми. Только серые стражи не могут быть подвергнуты одержимости. Даже маги Ордена Серой Стражи. А простые люди – запросто.

– И как избежать одержимости?

– Только с помощью Силы Воли. Чем сильнее человек волевыми качествами, тем меньше шансов у демонов одержать над ним верх.

– Хм! Учту. Благодарю тебя, наёмница Яна, за ценную информацию. О некоторых вещах я и понятия не имел, что они существуют. Чистой тебе дороги.

– Взаимно, генерал. Прощайте.

******

Старкхевен гудел, словно растревоженный улей. Всюду военные. На высоких стенах внешнего ряда обороны сотни лучников и арбалетчиков. Речной порт города забит кораблями военного назначения. Да и фарватер реки, до самого устья, где река Старк впадает в Хевенский залив, множество больших кораблей и снующие между берегом и кораблями многочисленные лодки.