Текст книги "Физ-культура? Физкульт-ура?"
Автор книги: Владимир Алешин
Жанр:
Биографии и мемуары
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)
– Лучшим бомбардиром чемпионата России впервые стал торпедовец. Вязьмикина вы для себя заново открыли?
– Думаю, он и сам для себя заново открылся. Конечно, его успех – большая заслуга тренеров. На мой взгляд, Вязьмикин – футболист особенный: нередко промахивается из выгодных позиций, зато забивает – из немыслимых. От него можно ждать чего угодно. Считаю, много игроков – не только торпедовских – не раскрыли еще свой потенциал. Помочь им может только тренер. Посмотрите, как Измайлов заиграл у Семина! Я рад, что он попал в «Локомотив», потому что, трудно сказать, смог бы так быстро проявить себя у нас… Есть, кстати, в «Торпедо» один парень, Карен Оганян, – на мой взгляд, талантливее Измайлова. Но пока он не реализовал своего таланта. Кто вообще в России умеет находить и выращивать футболистов? Может, Байдачный, к которому тянется молодежь?
– У Вязьмикина в 2001-м истекает контракт с «Торпедо». Что будет дальше?
– Став лучшим бомбардиром, Вязьмикин выдвигает определенные условия. Найдутся команды, способные удовлетворять его запросы, будем только рады. Вроде бы его в «Уралан» зовут. Но не факт, что он там заиграет. Вот если бы Вязьмикина пригласили «Спартак» или ЦСКА, где игроки более подготовленные, чем в «Торпедо», он мог бы еще ярче засверкать.
– Не жалко Даева?
– Жалко. Но он давно решил, что проводит в «Торпедо» последний сезон. Из его работы в этом году было видно – футболист хочет показать себя. Поставил задачу попасть в сборную – и справился с ней. Думаю, Даев еще не достиг потолка, потенциал у него огромный.
– Даев, по-вашему, способен помочь сборной на чемпионате мира?
– Если успеет адаптироваться в команде, почувствует доверие партнеров – обязательно прибавит. Опыт ведь дело наживное.
– Считаете Даева игроком высокого уровня?
– В России – да. А европейским стандартам, пусть никто не обижается, в нашем футболе соответствует только Титов.
– А Измайлов?
– Он – человек серьезный, но по одному сезону рано делать выводы. Но, на мой взгляд, плохо, что живет только футболом, его надо как-то отвлекать. Человек должен быть разносторонне развитым, многогранным – тогда возможен прогресс.
– Измайлов наверняка возразил бы вам: если хочешь чего-то добиться, нельзя разбрасываться.
– В профессиональном плане – несомненно. Я же имею в виду жизнь. То, что происходит за пределами поля.
– Кто виноват, что «Торпедо» упустило Измайлова? Говорят, того тренера уволили?
– Он ушел сам.
– Как собираетесь комплектоваться на будущий сезон? Вы как-то обмолвились, что всех игроков уже разобрали.
– Не всех. Мы пока взяли только одного парня из первой лиги – Будылина. Но в том-то и состоит талант тренера-селекционера – разглядеть в никому не известном футболисте будущего мастера. Кто знал Гаврилова до перехода в «Спартак»? Или Ярцева? «Зенит» сейчас на списанном в «Динамо» Кобелеве держится. Примеров много. Выбирая новичка, прежде всего смотрим, чтобы у него была хорошая школа. Без нее ничего не получится.
– Можно ждать от «Торпедо» приобретений крупного калибра?
– Конечно. Недавно, например, провели переговоры с ЦСКА по ряду игроков. Но главный упор – на своих воспитанников.
– Сколько ребят занимается в торпедовской школе?
– 400. В младшей группе у 5-6-летних платное обучение. Затем отбираем тех, у кого есть задатки, и они уже учатся бесплатно.
– Сколько получают детские тренеры?
– На уровне коллег из ведущих футбольных школ Москвы. Плюс премии и возможность подзаработать в платных группах. Тренеры от нас не уходят.
Премьер-лига – шаг вперед– Как относитесь к идее создания премьер-лиги?
– Премьер-лига – шаг вперед. Футбольное хозяйство – сложная штука, а при нынешней структуре нельзя учесть интересы одновременно и высшего, и второго дивизионов. Я за время работы с «Торпедо» со всеми подводными течениями так до конца и не разобрался. Мы видим только часть айсберга, остальное – контакты, личные симпатии, взаимные услуги – под водой. Все друг друга знают – кто чего стоит, кому можно верить, кому – нет. Зачем мы собрали в начале сезона совет президентов? Надо было посмотреть друг другу в глаза и сказать: играем по-честному, все должно решаться на футбольном поле. Только тогда реально будем показывать достойные результаты в Европе. Второй вопрос, который поднимался, – судейство. Решили: те арбитры, которые, по оценкам президентов, работают нормально, непредвзято, получают доплату.
– Когда в «СЭ» приходил Вячеслав Колосков, он рассказал, что летом совет президентов обсуждал нарушение договоренности со стороны двух своих членов.
– Тогда поступила информация, что некоторые клубы продолжают работать с судьями. За руку поймать никого невозможно, поэтому просто предупредили: не надо этим заниматься. В конце сезона, однако, договор опять стали нарушать. Тем не менее в будущем мы обязаны сделать все возможное для сохранения принципа справедливой игры.
– В премьер-лиге этого будет проще добиться?
– Просто не будет хотя бы потому, что в футболе сталкиваются разные интересы. И все же премьер-лига – прогресс. Неправильно, когда высший футбольный свет зависит от мнения численно превосходящих «низов». В то же время и ПФЛ должна быть сохранена. Толстых – человек дела, конкретики, многие вопросы можно было решить только с его характером. Декларировать легко, а чтобы воплощать планы в жизнь, нужны сила и воля. У Николая Александровича они есть. Конечно, за 10 лет случалось всякое, но в целом его деятельность оцениваю положительно.
– Существуют ли между членами премьер-лиги серьезные противоречия?
– До идиллии далеко. Например, мы не можем прийти к согласию со «Спартаком». В вопросе продажи телевизионных прав. Безусловно, чемпион России – клуб особый, это все понимают. Но хотелось бы, чтобы спартаковцы пошли нам навстречу.
– Вопрос продажи прав – главный?
– Отнюдь. Скажем, сегодня зрительский интерес перемещается на периферию, а на тот же «Спартак» в среднем приходило 11 тысяч человек. О чем это говорит? Либо у нас неинтересный футбол, либо мы его неправильно освещаем. Продукт становится товаром, когда на него есть спрос. А спрос будет только на качественный продукт, красочно поданный. Поэтому на исполкоме РФС я призываю: давайте перестанем говорить о турнирной таблице, календаре, судействе и начнем – об экономике. Технические вопросы решит любой грамотный менеджер, мы же должны думать о создании конкурентоспособного товара. Меня, честно говоря, не всегда понимают.
– Сейчас в ЦСКА создают товар. Как вы относитесь к столь, скажем так, агрессивной политике?
– Как представитель «Торпедо» испытываю белую зависть. А как футбольный функционер рад ЦСКА, потому что в клуб пришли люди не только с деньгами, но серьезной программой. Детская школа, ветераны, глобальное исследование регионов, развитие инфраструктуры – все это здорово, я обеими руками «за». Отрадно, что в российском футболе появляются люди новой формации. С ними и диалог другой. В то же время не хочется, чтобы опять появился клуб номер один, который будет все забирать себе, оставляя другим выжженную пустыню.
Решение проблемы – социальные холдинги– Пять лет назад вы приняли «Торпедо» по просьбе Юрия Лужкова?
– Совета директоров «ЗИЛа». Меня иногда называют чуть ли узурпатором – мол, присвоил имя, историю, традиции… Но тогда надо было спасать клуб. Ко мне пришли всей командой, сказали: «Возьмите нас. Иначе не выйдем на матч». Были большие задолженности по зарплатам. Руководство клуба ничего не могло сделать – заводу было плохо. Выпади «Торпедо» в первую лигу, вряд ли оно смогло бы подняться.
– Если вернуться назад, согласились бы возглавить «Торпедо»?
– Трудно ответить однозначно. С одной стороны, мы получили моральное удовлетворение – команда добилась определенных успехов. В финансовом же плане только потеряли. Вложи мы деньги в другие проекты – сегодня «Лужники» жили бы по-другому. Когда я брал «Торпедо», даже не представлял всей кухни. Если честно, первое время больше всего боялся того, что с моим именем будет связан вылет команды в первую лигу. Это стало бы трагедией.
– «Торпедо» – ваш крест?
– Один из. А самый большой – «Лужники». Как содержать такую махину?!
– И как же?
– Сложно. Матчи, которые проводятся сегодня в «Лужниках», убыточные. Каждый месяц мы выплачиваем правительству Москвы 10 миллионов рублей – рассчитываемся за кредит, взятый в 1996 году на реконструкцию Большой спортивной арены. Но самая большая сложность – к нам относятся, как к производственному предприятию, которое 8 часов делает детали и потом их продает. Но ведь большую часть времени наши объекты простаивают. Пытаемся нести до законодателей и вышестоящих руководителей, что подход к спортивным сооружениям должен быть иным. Они несут социальную нагрузку, и государству надо это понять – снизить налоги, уменьшить коммунальные платежи. «Лужники» – достояние народа и должны стать конкурентоспособными аналогичным объектам в Европе и мире.
– Пока государство не делает шагов навстречу, как выкручиваетесь?
– Выручает многопрофильность. Уйди мы только в спорт – погибли бы. Многопрофильность позволяет немного зарабатывать, но как было бы здорово, если бы прибыль от основных занятий не облагалась налогом, а оставалась на объектах! Сейчас в стране созданы большие финансово-промышленные группы – холдинги, которые обладают определенными льготами. Мы вышли с инициативой создания финансово-социального холдинга.
– В России где льготы – там злоупотребления.
– Пусть будет наблюдательный совет – мы готовы показать целевое расходование прибыли. Постатейно отчитаемся за каждую копейку.
– Основной доход приносит все же рынок?
– Не было бы рынка, не было бы «Лужников».
– Это, кажется, уже все поняли.
– Да, но достаточно поздно. Нас лет пять ругали на чем свет стоит. А мы были первопроходцами. Когда появился указ президента о свободе торговли, люди стали торговать, где угодно. Меня пригласили в мэрию, сказали: решено собрать стихийных продавцов и разместить у вас. Я, естественно, возражал, так как не знал, что это такое. Однако меня обязали. Но обратите внимание: в «Лужниках» ни одного метра спортивной площади под торговлю не отдано. Поэтому говорить, что рынок поглотил стадион, по-моему, неправильно.
– Стало быть, постановление о запрете торговли в районе спортсооружений, вступающее в силу с 1 января 2003 года, вас не коснется?
– Думаю, коснется. Выпустить документ несложно, но объясните мне – за счет чего выживать? Стоимость наших услуг – населению или командам – едва перекрывает затраты на содержание арен. Нас обрекают на банкротство.
– Может быть, это популистская мера и от нее позднее откажутся?
– Не думаю. Наш мэр – человек слова. Надежду вселяет другое: как я уже говорил, мы ушли от узкой специализации. У нас есть гостиницы, банк, страховая компания, туристическая фирма, строительная организация. Меняем психологию сотрудников, объясняем им: каждый человек, приходящий на стадион, обеспечивает вам заработок, и встречать его надо с улыбкой. Как получается – другой вопрос.
На стадионе должно быть лучше, чем в театре– Между тем работники правоохранительных органов на стадионах далеко не всегда корректны.
– Об этом мы с вами должны говорить вместе. Я стараюсь внушить милиционерам: болельщики, покупая билеты, приносят деньги в бюджет, а из бюджета вы получаете зарплату. Не понимают.
– Наверное, главная ошибка в том, что настоящих любителей футбола и отморозков, которые приходят на стадион подраться, милиция воспринимает одинаково?
– Конечно, надо профессионально отличать человека, переживающего происходящее на поле и выплескивающего эмоции, от изначально агрессивно настроенного субъекта. Должно быть создано спецподразделение, занимающееся только нашими проблемами. Сейчас милиционеров на футбол собирают отовсюду – работников вытрезвителей, ДПС и т. д. И они приходят развлечься, чувствуют себя начальниками. Я сам однажды чуть не попал в их руки, когда играли ЦСКА – «Спартак».
– Расскажите.
– Прислали омоновцев, которые не знали, что я генеральный директор. Вступился за парня – они подходят: «Сейчас и тебе дадим. Ну-ка – в автобус!» Хорошо, офицер меня узнал. Страшно… В другой раз был свидетелем, как юноша с девушкой оказались на зачищаемой трибуне. Милиционер парня, который пытался защитить спутницу, сзади – рацией по затылку. Кровь пошла, и его – в кучу, к остальным отловленным…
– Вы как-то можете на это повлиять?
– Пытаюсь. Недавно на совещании у министра внутренних дел Грызлова опять поднял проблему. Надеюсь, скоро будут изменения. Наши пожелания все же не пропадают втуне. Например, матч «Зенита» со «Спартаком» посетила специальная группа, следившая за тем, как московская милиция обращается с болельщиками.
– Каким вам видится будущее «Лужников»?
– Прежде чем ответить, вспомню передовую «СЭ», в которой вы написали: из-за плохого состояния поля с «Лужников» надо снять пять «звезд». Но нам их не российская организация давала, а в Европе требования жесткие. Всего на континенте 14 пятизвездных арен, и везде козырьки – бич полей. Поэтому комитет УЕФА по стадионам, членом которого я являюсь, – за замену естественного газона на искусственный. Сегодня синтетическая трава очень близка по механическим свойствам к натуральной. Остается, чтобы ФИФА и УЕФА договорились между собой. Первые готовы выдавать сертификаты на искусственные поля за 150 тысяч швейцарских марок. Вторые возражают: платить не надо, а вот требования к качеству – ужесточить. Причем синтетику в Европейском союзе поддерживают даже те страны, где культура выращивания естественных газонов на высоте.
– Говоря об искусственных полях, вы имеете в виду крупные стадионы?
– Любые. Скажем, мы в «Лужниках» могли бы положить синтетический газон и проводить на нем матчи чемпионата России – РФС не возражал бы. Однако придет черед международной игры – в еврокубке или с участием сборной, – и нет гарантии, что УЕФА или ФИФА не наложат запрет. А стоимость искусственного поля – миллион долларов, рисковать никто не хочет. Рано или поздно на синтетической траве играть разрешат. Вопрос – когда? Мы хотим, чтобы с 2003 года, но есть мнение, с 2004-го или 2005-го.
– Что делать «Лужникам» до этого срока?
– Постоянно менять поле, как, например, поступают на амстердамской «Арене», где играет «Аякс».
– Сколько стоит замена газона?
– 250 тысяч долларов, при этом обновлять поле надо хотя бы 3–4 раза в год. Мы, кстати, ставили «Спартак» в известность, что такая работа будет сделана, однако спартаковцы не захотели ждать, критиковали газон «Лужников», уходили от нас… Для меня это больная тема. Я привык: есть поле, все хвалят «Лужники». К полю надо относиться как к младенцу: вовремя покормить, перепеленать, спать уложить. Мы заключили соглашение с Пушкинским питомником, есть питомник под Тулой – сейчас заменить газон проще. Раньше везли рулоны из Голландии, Франции, Швеции… С нашими, правда, проблема – глины в рулоне многовато. Говорили поставщикам – не прислушиваются: мол, не хотите – не берите. Заказов у них хватает – Москва-то благоустраивается.
– Можно сказать, что будущее – за искусственными полями?
– Конечно. Мы в УЕФА рассматриваем перспективу перехода футбола под крышу, чтобы создать максимально комфортные условия для болельщиков. На стадионе должно быть лучше, чем в театре.
Финал Лиги чемпионов в «Лужниках» – это реально– Что думаете об идее проведения чемпионата Европы в России?
– Я один из тех, кому она принадлежала.
– Сколько стадионов отвечают сейчас требованиям УЕФА?
– «Лужники», достраиваемый «Локомотив». Плюс Раменское – на предварительном этапе. Кроме того, в Туле неплохая арена, в Волгограде. «Динамо» в Москве и «Петровский» в Санкт-Петербурге нужно доводить до ума. Вы вот написали – в Ростове хорошее поле. Поехал специально с командой – поля там просто нет.
– А во Владикавказе?
– Великолепное, как и в Новороссийске. Надо знать российский менталитет: если появится возможность провести чемпионат Европы, и стадионы будут, и инфраструктура. Мы долго запрягаем, но едем быстро.
– Сколько реально потребуется денег на модернизацию арен?
– Если ничего не завышать – 100 миллионов долларов. Понятно, под это дело на местах захотят, к примеру, дорогу построить и станут просить больше. Но все равно – деньги невеликие. А футбол – это еще и культура. Провели мы финал Кубка УЕФА – представили наше государство на европейской сцене. Сейчас хотим организовать финал Лиги чемпионов.
– И каковы шансы?
– Хорошие. Лужков подписал гарантийное письмо на имя президента УЕФА Юханссона, а также попросил нашего премьера Касьянова, чтобы правительство России разрешило более мягкий визовый режим. Москва же готова: гостиницы, питание, транспорт, стадион – все есть.
– Какие стадионы мира считаете для себя эталоном?
– Нравится амстердамская «Арена», Олимпийский стадион в Риме, «Пари Сен-Жермен»…
– А «Стад де Франс»?
– Он похож на «Лужники», но наш, по-моему, лучше. Отличные стадионы построены сейчас в Англии, Германии.
– В Корее и Японии есть достойные арены?
– Там стадионы высококлассные – по многим параметрам превосходят европейские.
– Поедете на чемпионат мира?
– Не знаю. Я был в составе делегации в 94-м в США. Очень переживал, когда стало ясно, что наша команда не выйдет из группы.
– Чего ждете от нынешней сборной России?
– Прогнозировать сложно, Считаю, Романцев – талантливый тренер и сможет до чемпионата мира увидеть перспективных игроков, которые пока вне сборной. Хорошо, что сегодня н стране появилась самолюбивая молодежь, мечтающая что-то выиграть.
Мы – родственные души– Назовите самое приятное для вас событие уходящего года.
– Встреча с вами. (Оживление в зале.)
– А серьезно?
– На примере «Лужников» защитил докторскую диссертацию на тему «Совершенствование экономического механизма в сфере физической культуры и спорта в условиях перехода к рынку». Думаю, работа нужная – отдельно экономические аспекты рассматривали и раньше, а вот в комплексе проблему до меня не изучали.
– Черные шары были?
– Нет. В МГУ – 24 голоса «за». С учетом того, что я – директор и бизнесмен, послали на повторную защиту в Питер, где все 18 профессоров Финансово-экономического университета тоже выкатили белые шары. Еще внучка у меня родилась.
– В футбол играете?
– Нет. После того как меня один ваш коллега травмировал, на костылях три месяца ходил. Сейчас мог бы вернуться – врачи разрешают, но плохим на поле не хочется быть. Всегда важно вовремя остановиться.
– У «Лужников» есть волейбольная команда. Выходит, вы в молодости не только футболом увлекались?
– Нет, в волейбол не играл. Но дело не в увлечении, а в экономике. У нас на стадионе семь залов, а ни календаря, ни зрителей не было. Поэтому появился клуб «МГТУ-Лужники», затраты на него по сравнению с футболом мизерные. Поставили в прошлом году задачу – попасть в призеры, а он занял первое место. Сюрприз! Сегодня другой цели нет – только победа.
– Хобби есть у вас?
– В московских дворах моего детства гоняли голубей. Когда смотришь за полетом этой птицы, просветление в душе наступает. Наверное, любовь к голубям со временем перешла в другую страсть – коллекционирование изображений петухов в разных видах. Птица эта боевая, справедливая, хозяйственная. У меня большая коллекция, в которой экземпляры из разных стран мира. Есть и фигурки, и рисунки.
– На эмблеме «СЭ» тоже нарисован петух.
– Честно говоря, до прихода сюда как-то не обращал на это внимание. В газете эмблема черно-белая, да я на верх первой полосы и не смотрю. Читаю новости и перехожу на вторую страницу. А тут у вас (показывает на висящий в редакционном зале заседаний логотип «СЭ») петух – красный, красивый. Так что мы с вами родственные души. Кстати, знаете, что «Лужники» первыми в спортивном мире поддержали «СЭ»? В 91-м по просьбе Леонида Трахтенберга давали вам бесплатную рекламу – и на табло, и звуковую, и щиты ставили. Сейчас вы встали на ноги, и я рад за газету. Только не останавливайтесь на достигнутом.
Записали Алексей Щукин и Дина Юрьева
Владимир Алешин:
«Меня волнует, как работать после финала»
Журнал ДЕЛОВЫЕ ЛЮДИ
Май-июнь 2008 № 205–206
Когда говорят – «Лужники», имеют в виду олимпийскую, а значит, лучшую в России арену. Когда говорят – Алешин, имеют в виду того, кому по плечу поднять любой формат спортивных мероприятий. Но каждый раз на каждом из них генеральному директору «Лужников» приходится сдавать непростой, главным образом организационный и финансовый, экзамен.
Перед миллионами зрителей, которые посетят и увидят «Лужники», да и перед самим собой.
О финале Лиги чемпионов и о том, как спорткомплекс должен зарабатывать.
«ДЛ»: Финал футбольной Лиги чемпионов, который 21 мая принимают «Лужники», – событие выдающееся. Новый натуральный газон, суперсовременная контрольно-пропускная система, дополнительные ложи и даже туалеты – стадион в этот вечер должен соответствовать высоким требованиям Европейского союза футбольных ассоциаций…
Владимир Алешин: Сделано уже многое. Многочисленные комиссии УЕФА, которые постоянно контролируют процесс подготовки Москвы и «Лужников» к финалу, отмечают слаженность наших действий и соответствие временному графику. Главным для нас было расставить акценты и понять, что финал Лиги чемпионов впервые (а может, и в последний раз) посетит Москву. И это должны понимать все – от сантехников и дворников до высших государственных руководителей. Считаю, что такое событие поможет продвинуть идеи нашей страны, продемонстрировать гостеприимство и доказать всему миру, что мы по-прежнему способны проводить столь масштабные мероприятия на должном уровне.
«ДЛ»: Какие сложности существуют сегодня?
В.Α.: Сложности есть и у города, и у стадиона. Такой объем работ, какой предстояло выполнить «Лужникам» в кратчайшие сроки, задача сама по себе непростая. Мы хотим показать, что Москва – цивилизованная столица европейского государства, живущая по общепринятым на континенте законам. Для нас важно устроить настоящий футбольный праздник, в котором примет участие не только Большая спортивная арена, но и вся страна. Для этого было задумано, чтобы Кубок чемпионов на пути в Москву посетил разные российские населенные пункты. Было бы здорово, если бы к этому были приурочены детские футбольные турниры и другие спортивные мероприятия. Чиновники, футбольные специалисты должны прочувствовать и продемонстрировать свою причастность к финалу. Пусть не все попадут 21 мая в «Лужники», но этот финал для нас нечто большее, чем просто престижный матч.
«ДЛ»: «Лужники» уже посетил и сам президент УЕФА Мишель Платини.
В. А.: Да, г-н Платини приехал к нам в рамках официального визита. На торжественной церемонии он передавал Кубок чемпионов столичному мэру Юрию Лужкову. Платини посетил место, где состоится игра, и по-настоящему удивился размаху и объему работ, которые идут в «Лужниках». Да, наш стадион имел статус пятизвездного, но он присуждался почти десять лет назад, и с тех пор многие требования для стадионов самой высокой категории изменились. Сегодня УЕФА большое внимание уделяет спонсорам, так называемой семье УЕФА. В связи с этим требуются дополнительные зоны гостеприимства, VIP-зоны. На Северном ядре уже строят «Деревню чемпионов» – зону для спонсоров УЕФА, готовую принять до 4500 человек. Там на площади свыше 16 000 квадратных метров спонсоры и партнеры смогут отдыхать, общаться, заводить знакомства и налаживать сотрудничество.
Для болельщиков, которые организованно приедут поддерживать свои клубы, тоже создаются отдельные зоны, где они смогут отдохнуть и пообщаться. Нужно подготовить непродолжительную, но содержательную музыкальную программу.
«ДЛ»: А как быть с алкоголем, который по российскому законодательству продавать на спортивных аренах запрещено?
В. А.: В Европе существует порядок проведения приемов и общения. Ведь в различных зонах (гостеприимства, семьи УЕФА или спонсорских) собираются люди, которые знают, как себя вести и сколько можно выпить. Обычно люди ходят с наполненным бокалом и общаются, заводят знакомства. При этом мы попадаем в «ножницы»: запретить алкоголь мы не можем – но это противоречит законодательству. Получается, мы на свой страх и риск закрываем на это глаза. Проблема существует, и речь вовсе не о пивных производителях, которые являются спонсорами УЕФА. Я убежден, что и своим болельщикам мы должны доверять больше. Чем лучше будет функционировать инфраструктура в системе обслуживания, тем меньше будет нарушений со стороны болельщиков, которые будут комфортно чувствовать себя на стадионе. Что мы имеем сегодня? Все запрещено! И пока человек дойдет до стадиона, он уже, извините, никакой, футбол ему неинтересен…
«ДЛ»: Раньше все было иначе.
B. A.: Запретные меры никогда не приносим результатов. Я сам болельщик со стажем и помню, что на стадионе всегда можно было перекусить, выпить кофе, чаю или пива. И не было никаких эксцессов. Даже если кто-то вел себя неправильно, другие болельщики сами объясняли нарушителю, в чем он не прав, или просили милиционера вывести его.
«ДЛ»: Не боитесь, что иностранные болельщики не оценят гостеприимства и разнесут «Лужники»?
В.Α.: Приедет порядка 60 000 иностранных болельщиков. Уровень воспитания и поведения у каждого разный. Мы и так после каждого матча российского первенства меняем и ремонтируем значительную часть сидений на арене; что будет с ареной при таком накале страстей, как на финале, сложно предположить.
Но больше всего меня заботит то, что по требованию УЕФА мы создаем дополнительные зоны и переоборудуем подтрибунное пространство, – все это после финала надо ведь как-то использовать. Отдельное спасибо хочу сказать нашим арендаторам, которые с пониманием отнеслись к временным неудобствам, связанных с проведением финала. Ведь мы ведем борьбу за клиента, создавая комфортные условия для занятий спортом. Мы не хотим, чтобы люди уходили на другие спортсооружения. Представьте сами: они арендовали у нас поле, а мы им говорим, что в ближайшие два месяца на этом месте будет функционировать «Деревня чемпионов». Они, естественно, ищут новое место, и мы их бесповоротно теряем. Мы стараемся объяснить происходящее, заинтересовать клиента, но за эти два месяца они могут просто привыкнуть к новому месту и не вернуться. Мы говорим об этой проблеме, но нас не слышат.
Есть еще один важный момент. Посмотрите, сколько сегодня в «Лужниках» народу! Люди катаются на роликах и велосипедах, просто гуляют вдоль набережной. Но огромную территорию, на которой находится огромное количество людей, надо убирать. И считаю, что коль москвичи приехали отдыхать в «Лужники», соответствующие структуры должны выделить средства на уборку. Но мы не получаем ни копейки! И перед нами встает вопрос: либо территорию открывать для свободного посещения, либо нет. Пустим людей – возникает проблема с уборкой и обеспечением порядка и безопасности. Закроем ворота – будет тихо и чисто. Но нам нужны и люди, и события, и мы не можем закрыть «Лужники».
«ДЛ»: А за счет арендаторов вы не можете организовать уборку?
В.Α.: Мы разговаривали с Платини, и он назвал удивительную цифру: представляете, парижский ПСЖ за каждый матч на стадионе «Парк де Пренс» платит 600 тысяч (!) евро. Подумайте, что бы сказали «Спартак» или ЦСКА, предложи мы им платить такие деньги? А ведь с помощью этих средств мы могли бы покрывать все расходные и убыточные статьи. Да и «Лужники» можно было бы превратить в настоящий спортивный город! Мы понимаем платежеспособность россиян и реалии рынка. Количество денег, которые нам платят, меньше стоимости обслуживания комплекса. Чтобы покрыть разницу, «Лужникам» приходится браться за проведение большого количества мероприятий, многие из которых (концерты, семинары, тест-драйвы и т. д.) нам несвойственны.
Да и система налогообложения несколько странная. Закон един для всех. Неважно, какое у тебя предприятие: промышленное, научное или воспитательное, – платить за землю все должны одинаково. Но ведь нельзя всех чесать под одну гребенку. Давайте сделаем для спортсооружений одну ставку, для промышленных – другую. Мы порядка 75 миллионов рублей в год платим за землю. И эти деньги закладываются в себестоимость услуг. Не будь этого налога, мы бы могли снизить цены на порядок. То же с налогом на имущество: завод у тебя, больница или стадион – плата одна. Вот еще 85 миллионов! При этом нам не дают зарабатывать: то нельзя, это… Мы проводим в году примерно 50 матчей, а что же нам остальные 315 дней в году делать?! Получается, что налоги мы платим по полной, а использовать «Лужники» на сто процентов не можем. Платини ужаснулся такому положению вещей: у них, напротив, все делают, чтобы дать аренам зарабатывать. Зачем тратить деньги налогоплательщиков на стадионы, если последние сами могут зарабатывать?
А зарплаты? Чем больше ты платишь сотрудникам, тем больше налог. Сантехники, электрики, кассиры бегут от нас в гипермаркеты, и мы не можем с ними конкурировать.
«ДЛ»: Но ведь вы и в рабочей, и в неформальной обстановке встречаетесь с людьми из властных структур?
В. А.: Встречался со многими руководителями. Но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Мы эти вопросы не раз проговаривали, но при приеме закона о физической культуре и спорте ни одно наше предложение не прошло. С нами никто не советуется. Все наши наработки и предложения пропадают. Приведу конкретный пример: с нас требуют авансом платить налог на прибыль, которую мы еще не получили. Это как? Нужен закон, который позволял бы всю прибыль от спортивной деятельности оставлять спортсооружению, которое сможет направлять эти средства на развитие и поддержание инфраструктуры. И не будет у нас тогда находящихся в бедственном положении стадионов.
Недостаточно просто укладывать новые футбольные поля, надо комплексно подходить к таким проектам. Должны быть раздевалки и душевые, парковка и кафе, где посетители могли бы перекусить и пообщаться. Иначе – и это мы уже проходили – придут собаки, а поле превратится в площадку для выгула.
«ДЛ»: Для «Лужников» проведение финала Лиги чемпионов – выгодное предприятие или в первую очередь имиджевый проект?
В. А.: Это убыточное предприятие. Да и друзей, которые у меня сегодня есть, я после финала потеряю: у директора ведь нет билетов, а обращаются многие. Все хотят попасть на финал, но билетами распоряжаемся не мы!
«ДЛ»: А какие команды вы хотели бы видеть в финале?
В.Α.: В финале не бывает неинтересных команд, но хотел бы видеть на поле лед и пламя. Пламя – это, конечно, «Манчестер Юнайтед», а лед – «Барселона». Но эти соперники встретятся в полуфинале. В любом случае к нам приедут интересные соперники.
