Текст книги "Страшный прапор. Дембель (СИ)"

Автор книги: Владимир Стрельников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7

Глава седьмая.

Теплый комбез, унты, подшлемник из гагачьего пуха. Да, современные синтетические материалы много теплосберегающи, но накладывать на них заклы… можно, но некогда. Потому пошел по пути наименьшего сопротивления, да и много дешевле старые летные комбезы, затрофеенные в Корее в пятидесятые. Лежали на складе, летунов таких огромнхе размеров у нас не водилось, да еще под четыре руки. Негры-демоноиды из «Красных хвостов», отличные пилоты, бесстрашные и с дикой выносливостью к перегрузкам, а выбили их невысокие, жилистые парни из специального летного полка, которых бурятскими зельями поить начали еще в Великую Отечественную. Боевые зелья штука такая, забористая, жаль что мне их теперь самому варить придется. Нет, сварю, все-таки первый ранг, ежели по гражданке, но ингредиенты поискать придется. Да и светить их особо не стоит, часть в «красном списке», гражданским запрещены к продажам. Другое дело, что я их наизусть помню, но подобных мне немного. Фактически статистическая погрешность на уровне страны.

Кислородные баллоны, с сухим кислородом, специально есть штатные места для установки. Лететь придется на высоте девять километров. Для меня, в принципе, кислорода в воздухе хватит, да и на автопилоте на высоте пойду, но пусть будет, единственное, шлем другой надеть придется, под кислородную маску. Вот чем хорошо было быть прапорщиком-магом, так это связями. И комбез для меня нашли, и летный американский шлем старого образца. Старого-то старого, но начинка электронная свежая, сам ставил, артефактор я или погулять вышел. Да и защитные руны нанес, и очки новейшие сделал, с напылением золота на стекле. Когда-то я помогал лечить дочку командира полка бомберов, донором силы служил. Тот это запомнил, и его люди тоже. Вот и помогли, причем я даже не просил. Так, поинтересовался в нашем «Военторге» о наличии подобных вещиц среди списываемого имущества. Комбез хотел шить, люди-то ведь обычно с парой рук. Но армия штука такая, слухи тут разлетаются со скоростью света. Через недели прихожу в монастырь с вечерней пробежки, а мне посылка лежит из Тахиаташа. Городок в пустыне, там военный аэродром с дивизией Ил-28 расположен. Кстати, забавно, самолеты списали было в начале семидесятых, как устаревшие, а сейчас все со складов выгребли, что были, и откапиталили. Новые крылатые ракеты средней дальности таскать самые клёвые машинки оказались. Так на складах, где стояли машинки на хранении, нашлись такие комбезы и шлемы, во мне пару комплектов и подогнали.

По старой привычке, собираюсь основательно, идешь на час, бури запасов на неделю, и оружия на хорошую драку. Так что отдельный баул со жратвой, армейские сухпаи никак погоду не испортят, да пара тортов, Наполеон и Киевский, тоже под стазисом.

Накопители, перстни, старая палочка из стабилизированного янтаря, атам, мой боевой нож, который пережил схватку с демоном. Мой же старый жезл, армейский стандартный, мною под себя подогнанный. Заменил накопитель из искусственного рубина на черный муассанит, выложил рунные цепочки из титановой проволоки в рукояти из черного бука. Прекрасный инструмент вышел, даже сейчас меня просто прекрасно слушается. Два пистолета в нагрудных кобурах, револьвер .410 калибра, и пистолет-ланкастер 20 калибра. Переломные четырехстволки были изготовлены мною в количестве трех сотен штук по заказу монахов, и мне очень понравились. Стволы со овально-винтовой сверловкой, фактически нарезные. Полноценный патрон двадцатого калибра, размерения пули позволяют на простом оптическом микроскопе выделывать руны, перекладывающиеся в шесть слоев. Обычная пула двадцатого калибра, для парадокса, с плоской головой. И режь руны хоть до усера, шесть слоев, просто составы красок меняй. Скорость пули двести двадцать метров в секунду… ко мне приезжали ребята-хахулайцы из боевых пловцов с Русского острова, хвалили. Вполне хватает при использовании воздушного пузыря отстреливать кракозябр, потомков боевых химер, расплодившихся в Охотском и Японском морях. Ладно хоть жрут водоросли, а то выгрызли б все подчистую. Зато к людям агрессивны, причем сейчас даже к японцам. Чистокровного японца сейчас хрен найдешь, у абсолютного большинства примесь китайской, корейской или американской крови. Оккупационный корпус ни одной юбки не оставил целой на островах, всем задрали. Даже девочкам. Винить тех же китайцев сложно, после полусотни миллионов гражданских, уничтоженных японцами.

Вот водолазы и взяли дюжину на пробу. На откуп привезли тогда четырех палтусов по полтора центнера и бочку гребешков, объелись всей братией. Сейчас подобные пистолеты, только в двудульном исполнении делает судоремонтный завод во Владивостоке. Кстати, даже в гражданском варианте, строго гладкоствольные. Очень популярная там стала машинка.

Надо сгонять туда, к сестренке, покупаться, мидий, гребешков и устриц пожрать… у меня вроде как отпуск три месяца есть, подумаю. Владивосток и Находка в целом и Дальневосточкая Чилима в общем места стоящие, только бухать много нельзя. Даже моя печень может сбойнуть. Подумаю.

Контейнер я спозаранку отправил, эшелон уже ушел, через пять дней будет в Бухаре. Ну а мы, я и мои фамилиары, собираемся. Такса залезла в корзину, котяра недовольно смотрит на рюкзак. Ему не нравится сама идея, что будет носимым грузом, унизительно, понимаешь.

Учитывая, что здесь ну очень тепло, пришлось накладывать на себя чары охлаждения. Поглядел напоследок на опустевшую келью, надел рюкзак с котом, поднял корзину с весело сидящей в ней Маркизой, и по пустому монастырю вышел за крепостную стену, к берегу реки. Закрепил корзину на багажнике, помахал парным на стене, и усевшись на сидение тяжело груженого глайдера, взлетел.

Винница стремительно уходила вниз, и вскоре просто исчезла. Я пробил облачный слой, и полетел навстречу Солнцу. Ну, тут, пока, на западе Союза, мои дела закончены. Поглядим, куда меня дорога выведет.

Глава 8

Глава восьмая.

За спиной кот высунулся из рюкзака, и на пару с Маркизой любуется видами сквозь рваную облачность. Щит держит купол, отсекая потоки воздуха, мой байк сейчас похож на чуть сплющенную каплю. Внизу уже Днепр, далеко слева громада Киева. Из Борисполя взлетают гражданские лайнеры, главный воздушный порт Украины, не халам-балам.

На автопилоте на зеленой линии маршрута золотая точка, это мы движемся, примерно так же мы отображаемся в диспетчерских Аэрофлота и ПВО, что меня весьма успокаивает. Схватить ракету от особо бдительного расчета совершенно неохота. А метка от глайдера вполне себе похожа на метку самолета. Щит дает засветку практически неотличимую от истребителя или разведчика. Другое дело, скорость даже поменьше, чем гражданских бортов.

Холодно, щит от морозов не защищает, но меня вполне себе комбез, шлем и маска спасают, а моим демонам мороз по барабану, крутят головами, переговариваются. Я не вслушиваюсь, так сказать, белый шум.

Снизу проплавает наша страна, а она огромна. Курс, Воронеж, Саратов, Куйбышев, Дон, Волга, Урал. Огромные города, величественные реки. Множество рек, речушек поменьше, городов, городков, поселков, сел и деревень. Но в Казахстане сразу стало пустынно, Казахский мелкосопочник очень большая территория, Франция со свистом влезет, да еще Австрию засунуть можно. Целиноград, над которым меня встретили пара немолодых Мигов-23, опознали, покачали крыльями и свалили обратно. Судя по ФАБам с УМПК на подвесках, летунов сорвали с учебного бомбометания.

Полет успокаивал, и думалось хорошо. Так сказать, я подбивал бабки, то есть итоги моей службы в доблестной Советской Армии.

Итог, надо сказать, не разочаровывал. Да, я измененный, но изменения мне нравятся, срок жизни сдвинулся направо, и раза в два, как минимум. Повезло, неимоверно повезло.

Финансовое положение, надо сказать, отменное. За эти шесть лет, что я проваландался с магическим поражением, мне шло начисление оклада как мага первого класса, за воинское звание и стажные. То есть всего полторы тысячи в месяц. Итого целых сто восемь тысяч за эти шесть лет. Плюс Сталинская премия тридцать тысяч, плюс премия СовМина, еще пять. Еще на сберкнижке до ранения было двадцать пять тысяч.

Да, я прилично потратился, делая свой глайдер, целых восемь тысяч вложил. Это много, но аппарат вышел просто чудесный. Ну, еще туда-сюда, потратил пару тысяч, я ж жил на готовеньком, государство обеспечивало пайком и вещевым довольствием, даже келья была. И потому я весьма богат, даже не по советским меркам. Да, жилья нет, но согласно статусу орденов, могу купить кооперативку в любом городе Союза. Вне очереди, причем, орденский фонд есть обязательно, отказать мне не имеют права.

Сотрудник Магического Анализа и Контроля союзного значения – это статус. Это очень серьезный статус, магов первого ранга в стране немного. Не знаю, сколько, закрытая информация, но максимум несколько сотен. То, что я и мама перворанговики, а сестры с мужьями имеют второй ранг – это большая редкость. Это готовый клан, с которым считаются. Палки в колеса нам совать за здорово живешь просто остерегутся. Да, это еще политика, но тут пусть мама отдувается с сестренками, а мне нужно где-либо затихариться на годов десять. Пусть привыкнут к моему внешнему виду, пусть вообще привыкнут, что я есть такой красивый, включат в расклады и подсчеты. Потому как пока я служил в армии, гражданское общество мной не интересовалось. А сейчас сто пудов, резко возникнет нездоровый интерес, в том числе брачных свах, мамаш и девиц. Даже моя четырехрукость и трёхглазость не поможет, будут лезть, а мама будет посмеиваться, и аплодировать особо успешным попыткам. И сёстры ей будут в унисон хлопать, мол, нечего ему, пусть страдает.

Единственное, что спасает, так рекомендация врачей, чтобы с деторождением, точней, детоделанием, еще годов десять погодил. Организм полностью примет свою форму, химеризация, скрытые процессы которой все еще идут, хоть и практически закончились. Мама нахмурилась, когда это услышала, но потом махнула рукой. Мол, маленький еще.

Так, отставить вероятные попытки меня окольцевать, займемся инвентаризацией.

Из имущества движимого – глайдер, очень приличный, можно сказать, великолепный, таких в частном пользовании в Союзе пока единицы. Ну, он и требует большую магическую силу, накопители весьма мощные. Стоит он как истребитель прошлого поколения, мне за него знакомый из Еревана сотню тысяч предлагал. Обиделся, когда отказался, горячий горный парень. Правда, договорились, что я ему сделаю основу, как только найдет хорошее дерево, разбитое молнией. Остальное сам соберет, у Самвела шестеро сильных магов в родне, второго ранга. Сам-то он на второй уже три раза сдавал, пока не тянет. Но упорный, верю, что прорвется. А какую вяленую форель привозил, и бастурму из баранины, закачаешься.

Вообще, у меня знакомых магов, колдунов, шаманов, чиновников всякого уровня в блокнотике записано триста семьдесят восемь человек. Это те, кто лично благодарил и обещал, если чего, помочь. Салават-абы после первого выхода посоветовал завести. Люди не только из СССР или Сэв, и африканцы есть, и азиаты, даже несколько американцав и австралийцев найдется. Земля круглая, трава скользкая, мало ли. И это еще отдельный армейский, рашифрованный лично мною не считать. За него вздрючили бы, но прочесть его без ключей невозможно, наши молчи-молчи старались, но не вышло. Ну, пока валялся в госпитале в отключке. Потом вернули, но были недовольные. И приказать расшифровать не могли, я сказал, что там личные разработки, а требовать записи личных разработок мага, который уже почти перевалил первый класс – для это санкция Министра Обороны нужна. А тому я совершенно неинтересен, не того полета птица, просто старший прапорщик, ну да, хороший боевик. Вот защитился бы я на Мастера, получил бригадира – тогда бы да, под ситом бы просеяли. Вовремя я на гражданку выскочил. Конечно, и на гражданке первый отдел бдит, и контора глубокого бурения до конца жизни следить будет, а то и после конца жизни, но все едино – проще.

До Балхаша оставалась примерно двести пятьдесят километров, я его уже видел. И тут на тебе, в эфире на аварийной частоте вопль, дикий, полный ужаса.

– Кто-нибудь, кто меня слышит!!! СОС, спасите. Нужен врач и маг! Магическое поражение, срочно! Спасите! Выездная практика Московского Археологического, находимся возле горы Болаттау, спасайте! – голос мужской, молодой, реально насмерть перепуганного человека.

Что они там откопали, коллеги гребаные? И какого они тут делают? Тут работает Алма-Атинский универ, его прямая зона отвественности, кафедры истории и археологии, Новосибирский и Оренбургский, в качестве помощников, и Самаркандский Археологический в том же качестве. И я не помню, чтобы в списке экспедиций, поданных по тем материалам, что прадед скинул, были москвичи. И Болаттау именно одно из этих мест.

– Внимание, говорит Алма-Атинский региональный центр МЧС. Кто на связи? Представьтесь! – Строгий женский голос пресек всплеск активности со стороны летчиков пролетающих лайнеров, и пары радиолюбителей.

– Тимур Галиев, студент третьего курса, маг-стажёр!!! У нас трое тяжелых, без сознания. Убиты руководитель раскопок и маг второго уровня, помогите! – Ого, а вот это очень серьезно!!!

– Ждите, высылаем оперативную группу на вертолете. – Алма-Ата тоже, прониклась раз так резко оперов высылают.

– Майор Иссибаев, Пожарное управление Каражала. Высылаем на Ан-2 врача, целителя и группу пожарных. – Хриплый голос с сильным акцентом, ну, это понятно, столица Казахстана не близко, вертолету часа два минимум лететь. Каражал в полуторах сотнях километров, через час будут.

– Старший сержант Кунаев, участковый инспектор. Вылетаю на ковре-самолете, с собой беру травницу, будем через полчаса. – Еще кто-то из здешних.

– Поздно, не успеете!!! – У паренька на рации там, внизу, истерика. Так, я уже несколько минут рву на полной скорости в сторону этой горушки, предупредив диспетчера, сейчас снижаться буду.

– Лагерь археолог, маг первой категории Власов, внештатный младший научник Самаркандского Археологического, буду через три минут. Меня не испугайтесь, выгляжу необычно, подвержен химеризации. Товарищ майор, принимайте управление операцией, Тимур, прекращай истерить, есть спутниковая связь с глобальной сетью?

Предупредить надо, а то там еще картечью встретят, и заклинаниями. Мало ли, молодежь не знает, что многое невозможно, приголубят изо всех своих дурных сил, замаешься выправлять.

Жаль, тут мобильной сети нет, но если у них есть выход на спутниковую группировку, что вполне вероятно, то координация действий многократно упрощается. У майора, пусть и заштатной пожарной части, есть все возможности для управления, мало ли, могут транспортные борта потребовать, или усиление спецназом и магами.

Маг второй категории погиб… это очень серьезно.

Я перешел в пикирование. Семьдесят градусов, земля стремительно приближается, крохотная горушка вырастает в размерах, прекрасно виден свежий раскоп, десяток палаток, несколько машин и автобус.

Снизу шибануло нехилой такой, знакомой силой. Мать иху, они захоронения демона повредили? Или печать сковырнули?

Кот сзади рычит, рычит и Маркиза. Но без страха, чистая ярость, отважные они у меня ребята.

–Майор, внимание! Прорыв Инферно, демоническое присутствие! Красная угроза! – Пикирование пикированием, а доклад в первую очередь. А археологи лопухи, вроде уже старшекурсники. Наверное, никого из армейцев нет, или крестьян. А горожане сейчас такие цыпочки, что мальчики, что девочки… смузи-стайл.

– Принял, Власов. Принимай командование, оперативное управление у сержанта Кунаева! Удачи! Вызываю помощь!

Через секунд двадцать снова ожил эфир, когда я уже заходил на посадку.

– Товарищ Власов, на связи полковник КГБ Демидов, высылаем группу быстрого реагирования! У вас есть опыт? Ого, вопрос снимается! Смотрите и действуйте по обстановке! – похоже, полковнику мое дело дали.

– Власов, майору. Из Целинограда вылетает еще одна группа, армейская. Держитесь! – о, пожарник отметился. Ничего, лишними никто не будут.

Глайдер, весь в толстом слое инея, встал на посадочное шасси около большой палатки с открытым пологом, где на носилках лежали три тела. Вокруг палатки и возле пострадавших двенадцать человек, у одной девочки рука наспех перевязана, кровит, девочка плачет. Плачут и кроме нее еще две барышни, размазывая грязь по своим лицам, парни потеряны, но двое держат помповые ружья, один вооружен автоматическим пистолетом, какой-то импортный спортивный ствол, «чизетка-семьдесятпятка», вроде как.

Из-за спины выскочил кот, из корзины такса, оба встали на задние лапы, нюхают воздух. Шесть дыбом, рычат, аж воздух вибрирует.

–Уходят, хозяин! Двое, уходят на север! Догоним? – а главный-то кот, не таксочка.

– Маркиз, справитесь? Если не уверены, в драку не лезть, следить! Погодите, сюда. – я нагнулся, активировал маячки на ошейниках, и коротко выдохнув, скомандовал. – Вперед, след, искать!

После чего вернулся к глайдеру, нажал пару кнопок, после чего звонко хлопнул пиропатрон и выкинул вверх активно надувающийся шар, и стометровую антенну.

– Майор, я на месте. Предположительно демонов двое, уходят на север, оправил по следу фамилиаров. Наблюдаю дюжину студентов на ногах, трех тяжелых. Приступаю к осмотру.

Студенты все-таки шарахнулись в стороны, когда я снял шлем, подойдя поближе, пара ревущих было девчонок и Тимур, ну пацан возле рации, автоматически окутались щитами, пусть не очень сильными, но правильно сформированными, парни с дробанами и пистолетчик попытались в меня выстрелить, точней, направить в мою сторону стволы. Стволы я вырвал, от сложил около глайдера, после чего тот окутался шитом.

– Итак, еще раз. Я Власов Аким Ефимочич, маг первой категории. Отставить панику! Тимур? Докладывайте.

Мой комбез тоже весь в инее, а тут жарковато, сейчас натечет с меня… неважно! Ребята реально плохие, чернота стремительно движется по венам к сердцу.

– Копали, вчера вечером обнаружили крупное захоронение, сегодня вскрыли капсулу. Анна Игнатьевна, наш руководитель, и Ирина Олеговна, маг-куратор, были впереди, Анна Игнатьевна сама вскрыла капсулу. Оттуда ударило чернотой, их обеих порвало, сразу насмерть, а Лешка, Ахмед и Кир стояли за ними. Они упали, но живы. Ленка испугалась, упала и руку раскроила. Все вроде. – А ничего, в себя пришел паренек.

– Так, ты ретранслируешь. Повторяй слово в слово! – Я поднял носилки, и сформировал под ними мостки из земли. Терпеть не могу работать на земле, а тут хотя бы прекратить распространение черноты, ребятам досталось аж мама не горюй. Не так как мне, но тоже весьма и весьма.

После чего я провалился в астрал, раскидав парней по своим потокам. Удачно, что у меня их три. Росомаха недовольно заворчал, но свое дело начал делать. Сначала поставить барьер на пути поражения. Черноту только свет лечит? Как бы не так, темнота не чернота, Ночь не Тьма, там, где Ночь, там Тьме не место. Мгла, Ночь, Смерть… это не Тьма.

Долго, очень долго я выжимал из ребят Тьму, выдавливал из сосудов, костей, мышечных волокон и внутренних органов, из волос и кожи.

Откуда-то изделека почуял удачную охоту своих питомцев. Маркиз и Маркиза, удалившись от лагеря, приняли свои боевые формы, увеличившись в разы, и покрывший костяной броней. Маркиз стал огромным котом, а Маркиза не менее огромной таксой, у лярв не было ни малейшего шанса. Разорвали и сожрали, хорошие мои.

Сзади травница, которую привез участковый, перевязала девочку, и напоила обезбаливающим и восстанавливающим, какая-то личная разработка, наверное, семейный рецепт, надо запомнить запах, семнадцать трав и каменная соль… участковый опрашивает свидетелей, правильно делает.

Прибывшие из Каражала на «аннушке» пожарные оцепили раскоп, целительница вливает в меня силу из штатного накопителя, мои-то почти опустели. Спецгруппы прибыли, и часть пошла по следу моих питомцев, те специально топотали от души, часть помогала участковому, часть помогли пожарникам создать качественное оцепление. Целители из опергрупп сменили каражановскую, и продолжили вливать в меня силу, уходит огромное количество, никогда я такое не делал, да еще сразу с тремя.

Но управился, выжал что смог, парней точно довезут до госпиталя.

– Уф… – я шагнул назад, и сел в позу лотоса. – Семь часов. Управился.

– Ага, хозяин, ты молодец! Мы молодцы! – вокруг меня запрыгала Маркиза, а кот замурлыкал как приличный трактор, и запрыгнул на колени. – Эй, так не честно, я тоже на ручки хочу!

– Хорошо сработал, Росомаха. – Мне протянул флягу с тоником Симба, здоровенный рыжий мужик. Как он говорит, у них в Курналях все здоровенные рыжие мужики. – Привет.

– Поздорову, Симба. – Я подал протянутую руку, и присосался к фляге. Хороший энергетик, как раз для магов. – давненько не виделись. – Кот, Шайба, Дэн, привет. О, Гаврила Саныч, и вы тут маски-шоу устраиваете?

– Ну, после твоих зверушек только шоу и устраивать, даже кровь зализали. Сам зверюга, и фамилиаров себе таких же подобрал. – кэгэбешник, знакомый мне по одному делу годов десять назад, перекинул автомат-коротыш назад, за спину, и похлопал по серо-коричневому камуфляжу, выбивая пыль. – Сейчас здесь начальства будет не протолкнуться, а пока твоих клиентов надо в Алма-Ату отправить. Пойдешь с ними?

– Слушай, Гаврила Саныч, у вас тут целителей, как на ярмарке. Вон, грузите в «аннушку», и отпраляйте в город. А мне бы поспать. И да, начальство гоните, я устал и зол. Высплюсь, потом поговорим. У вас тут оперативные мерориятияяя… – я от души зевнул, создавая вспененную подушку из земли, и укладываясь на нее. – А мне спать охота. Отосплюсь, призовем души дамочек, повоспрошаем. Но потом, потом. Ааауч, пока. – и зевая, я накрылся каким-то пледом. А что, валяяется тут, похоже, эта палатка бывших командиров этой студенческой банды. Духами от тряпки прёт, ладно хоть очень хорошими. Ко мне под бок залезла Маркиза, а кот запрыгнул на спинку устроенного мною дивана, и разлегся вдоль нее, бдительно посматривая по сторонам.

Ну а я задрых.