Текст книги "Мусорщик с Терры 2 (СИ)"

Автор книги: Владимир Тимофеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10

В гипер мы вошли без проблем. Нас никто не преследовал, никто не мешал, карами за нарушения чего-то там непонятного не грозил.

Когда «Бегущая по волнам» очутилась, наконец, в подпространстве, Таира повернула на пульте какой-то рычаг, и наши три ложемента плавно переместились на гравилифте в центральный отсек. Для меня этот «фокус» диковинкой конечно не стал, а вот то, что напарницу это тоже не удивило, показалось мне любопытным.

Заметив мой интерес, Молли внезапно вздохнула:

– У отца на «Арго́» были точно такие же лифты. В свой корабль он стремился собрать все новейшие разработки…

Таира в наши негромкие разговоры не вслушивалась. Едва очутившись в гостиной, она сразу же убежала переодеваться в свою каюту, пояснив на ходу: «Терпеть не могу казённые шмотки!»

Если я правильно понял, сеньорита Мартинес имела в виду «деловую одежду» работников казино, упёртую в игровой костюмерной. Как по мне, так обычная привередливость. Сам, помнится, чего только не носил на заданиях, от нищенского тряпья до петушиных прикидов «а-ля Филипп Киркоров», и ничего – таскал и не жаловался. Хотя по жизни, конечно, предпочитал что-то менее вызывающее, для нормальных людей – чем проще, тем лучше.

Мы с Молли тоже вслед за владелицей яхты разошлись по каютам. Они находились рядом, отделённые переборкой, в которой даже имелась дверь, и при желании я мог бы открыть её в любую секунду. Засовы на двери отсутствовали, а электронный замок для моего цифрового приятеля был «на один зубок».

Нет, ломиться сейчас к подруге я конечно не стал – рановато. Вот время отхода ко сну наступит (по корабельным часам), тогда и начну. А до того надо ещё диспозицию прояснить. Причём, всем троим. Как будем действовать дальше и… вообще…

Саквояж с деньгами я запихнул под кровать, а перед этим пересчитал всю имеющуюся наличность, включая и ту, что у меня была раньше, и ту, что выиграл в «Докторе Кэш», как сам, так и в паре с Таирой. На круг выходило тринадцать миллионов двести тридцать семь тысяч пятьсот сорок восемь диткойнов банкнотами плюс пять с половиной дитов одно-, двух-, пяти– и десятисантовыми монетками.

Нормальный такой улов. И если Таира ничего не напутала, на два килограмма К-сплава этих денег хватит с лихвой, ещё и останется. Лишь бы только цена на него неожиданно не подскочила. В торговле такое, как водится, сплошь и рядом. Особенно, если товар берёшь не напрямую у производителя, а у посредников. И кто они, где они, и можно ли им доверять, нифига неизвестно – дочка сеньора Мартинеса на их счёт не кололась, как бы я этого ни хотел…

Обратно в «салон-гостиную» я вернулся спустя полчаса. Мог бы и раньше, но решил чуток подождать. Специально дал дамам фору, чтобы в порядок могли себя привести без спешки и дёрганий, что, мол, кавалер скучает без них в одиночестве, не дай бог сбежит не дождавшись. Ведь видеть в каютах, что происходит в центральном отсеке – такая возможность у нас имелась. Через висящие возле дверей мониторы.

А вот просматривать, что происходит в каютах, не получилось бы даже у Гарти. Он сам мне об этом сказал, сообщив, что видеокамер на яхте в жилых помещениях нет, поэтому о неприкосновенности частной жизни волноваться не стоит. В том плане, что сеньорита Мартинес поддерживает эту неприкосновенность не только в своём отношении, но и в отношении гостей.

Для «выхода в свет» я оделся по старому – в тактические штаны, футболку и берцы. А вот куртку решил на себя не цеплять. И всё оружие, включая джамби́ю, оставил в каюте. А ещё, чуть подумав, стянул с себя бронегель. На Таиру его маскировка, как известно, не действовала, понтоваться им перед Молли вообще смысла не было, а использовать гель как защиту – ну от кого тут на борту защищаться? Да к тому же в гиперпространстве. Вот как в 3d-метрику начнём выходить, тогда и подумаем, которым лучше воспользоваться, какой из личин. Тем более что надеть его – плёвое дело. Главное, чтобы капсула была под рукой, а остальное зависит лишь от сноровки. Максимум, десять секунд – и готово. Уже проверял…

В огромной гостиной я просидел четверть часа. Диван был удобный, ворох подушек на нём как нельзя лучше располагал к созерцанию и размышлению, на столике стоял кувшин с соком, внешняя сеть отсутствовала (в гиперпространстве её нет по определению), а подключаться к внутренней и рыться там в поисках чего-нибудь развлекательного-обучающего-технического мне не хотелось.

Первой из дам из своей каюты выбралась Молли. Одетая практически так же, как я (берцы, «военизированные» штаны и футболка), какой она выглядела перед визитом в «Дикую орхидею», и, что интересно, тоже без бронегеля. Видимо, всё же подсматривала за мной, прежде чем выйти.

– Ты даже не представляешь, Реш, как я устала! – заявила она, плюхнувшись на тот же диван, что и я, но только с другого края, и потянувшись, как кошка. – Там в гардеробе столько шмотья, я замучилась выбирать.

Я с удовольствием оглядел её (настоящую природную красоту никакой одеждой и никаким бронегелем не скроешь) и негромко заметил:

– И поэтому ты решила, что опробованное старое лучше, чем неопробованное новое.

Молли вздёрнула брови:

– Тебе что-то не нравится?

– Ну, почему же не нравится? Нравится, – поднял я примирительно руки.

– Точно? – с подозрением поинтересовалась подруга.

– Конечно. Но у тебя есть вещицы получше.

– Это какие?

– Ну, например, то платье, в котором ты была в «Орхидее».

– И чем оно лучше других?

– Быстрее снимается, – пожал я плечами и еле успел увернуться от полетевшей в меня подушки.

– Ух, ты! А что это вы тут делаете? А можно, я тоже? – всплеснула руками выпорхнувшая из каюты Таира, и наша едва начавшаяся «возня» сразу же прекратилась.

Владелица яхты так же, как мы, решила одеться в «старое». Шорты, кроссовки на толстой подошве и легкомысленный топик.

– Да мы уже это… закончили, – поправила Молли причёску и, бросив сердитый взгляд в мою сторону, вновь повернулась к Таире.

– Жаль, – огорчённо вздохнула та и села в кресло напротив. – Жракать хотите?

– Я бы не отказался.

– Я тоже.

– Ладно. Тогда я распоряжусь.

Она дважды щёлкнула пальцами и принялась что-то шептать себе по́д нос. Видимо, передавала меню робоповару.

– Ты, кстати, обещала мне свой корабль показать, – неожиданно вспомнила Молли, когда Таира закончила разбираться со здешней кухней.

– Обещала? – вскинулась владелица яхты. – А, да. В самом деле. Тебе когда надо? Прямо сейчас или когда поедим? Учти, что горячее готовится долго. Минут где-то сорок, а то и больше.

– Лучше прямо сейчас прошвырнёмся, – сказала Молли, подумав. – А то я терпеть не могу просто сидеть, ничего не делать и ждать.

Я мысленно усмехнулся. Что-что, а уж ждать-то моя подруга умела. В её настоящей профессии торопыги, как правило, не выживали.

– Ладно. Значит, прямо сейчас и пойдём, но сперва… – Таира хитро прищурилась. – Вот ты скажи мне, к примеру… вот это вот кто? – указала она на меня.

– Ну… это Реш, – несколько удивлённо ответила Молли. – Эн Реш. Он иногда ещё Янусом представляется, но это так, для других.

– Понятно. А я кто?

– Таира Мартинес. Дочь и единственная наследница Альваро Мартинеса, хозяина «Тахо сиенса», – моя подруга-напарница всё ещё не понимала, что от неё хотят.

– Во-от! – подняла палец Таира. – А теперь посмотри на себя. Мы сидим здесь втроём, сидим на моём корабле, сидим, разговариваем, собираемся что-то делать, куда-то лететь, а ведь я о тебе почти ничего не знаю. Знаю только, что ты отлично стреляешь, что Реш тебе верит, что другие тебя зовут Зетта, но знаю это лишь потому, что услышала это от Реша. Ведь так же?

– А, так вот ты о чём, – дошло наконец-то до Молли. – Вопрос о доверии в коллективе? Ну, что же… Я думаю, это законно. И ты, в самом деле, имеешь право узнать обо мне… поболее, чем другие. Итак, что конкретно ты хочешь услышать?

– А всё, что ты посчитаешь нужным, – улыбнулась Таира.

– Ладно, – тряхнула причёской Молли. – И для начала… Да, большинство меня знает сейчас как Зетту, штатного ликвидатора клана Алонсо. Последние годы я обитала на Хоросе, планете Торговой Лиги, под именем Рита Найгель. Но оно точно такое же ненастоящее, как и Анна Родригес, которое было у меня на Артанге. А до Артанги я проживала на Лосте под именем Винка Денвер, где возглавляла девчачью банду и у меня была кличка «Йода». На Лосте я появилась через три дня после своего дня рождения, когда мне исполнилось четырнадцать лет и я получила часть взрослых прав. Я сбежала туда с Новой Терры, из приюта мамочки Салли. Отвратное место, особенно для девчонок-подростков, – от воспоминаний мою подругу аж передёрнуло. – Я прожила там одиннадцать месяцев, меня определили туда после смерти родителей…

На этом месте она замолчала и опустила глаза.

Таира её не торопила.

– С их смерти всё, собственно, и началось, – негромко продолжила Молли. – Они погибли. А я осталась одна. Без денег, без дома и без друзей. Мне было тринадцать. Меня звали Молли. Молли Урана. И это моё настоящее имя. Реш его знает. Теперь его знаешь и ты.

– Молли Урана⁈ Ты сказала Молли Урана⁈ – глаза у Таиры стали, как два пятака. Она смотрела на Молли со смесью ужаса и восторга. – Сайрус Уранус… он твой отец, да?

– Откуда ты его знаешь? – нахмурилась бывшая узница.

– Сайрус и Фиона Уранус – твои родители? А ты их дочь и сидишь сейчас прямо передо мной? Обалдеть! – прошептала Таира.

Мы с Молли недоумённо переглянулись. Честно сказать, я тоже, как и она, нифига в этой сцене не понял. Причём здесь её родители? Какое отношение к ним имеет Таира Мартинес?..

– Мне тогда было одиннадцать, и я тебе дико завидовала! Мой отец, он вложил огромные деньги в проект «Одиссея», примерно две трети бюджета. И он говорил мне: Сайрус Уранус – гений! Говорил: он построил такой корабль, который перевернёт наши представления о космосе, о Галактике, о Ядре, куда должна была отправиться экспедиция. Я слушала новости, я смотрела все передачи об этом проекте, я знала всё, что там говорилось о подготовке к полёту, о корабле, о ходе строительства, о тех, кто его создавал, об их семьях. Сайруса, тебя и Фиону очень много показывали по головизору, и мне до отчаяния хотелось оказаться на твоём месте. Ведь ты могла запросто, как дочка хозяина фирмы, приходить в конструкторские бюро, где «Арго» разрабатывали, в цеха, где он строился. Уверена, твой отец брал тебя на орбиту, где его собирали. А после… Ты не поверишь, я рыдала больше недели, когда в новостях передали, что корабль погиб со всем экипажем и ведущими разработчиками, и что на борту вместе с Сайрусом находились… его супруга и дочь…

На этом месте Таира неожиданно всхлипнула и закрыла лицо руками.

Молли несколько долгих секунд смотрела на дочь и единственную наследницу хозяина «Тахо сиенса», затем медленно поднялась, подошла к её креслу, присела на подлокотник и осторожно обняла её за вздрагивающие плечи:

– Нет, Тай. В новостях сказали неправду. Я не погибла. Просто кому-то… очень сильно, вот прямо вынь да положь, захотелось закрыть эту тему и этот проект. А вместе с ними закрыть и меня. Чтобы уж точно никто никогда не смог бы сказать ничего хорошего ни о Сайрусе, ни о том корабле, который он со́здал. Чтобы все думали: во всём виноват мой отец. Что та трагедия случилась из-за него. Из-за его непомерной гордыни и исключительной некомпетентности. В отчёте расследовавшей катастрофу комиссии было так и написано…

– Спасибо, Мол, – Таира отняла руки от лица и шмыгнула носом. – Спасибо, что осталась жива. Поверь, мне от этого действительно легче. Как будто камень с души свалился. Ведь этот корабль, – обвела она взглядом стены «гостиной». – Мы с отцом очень многое применили здесь из того, что было когда-то сделано для «Одиссеи». Бо́льшая часть задумок-изобретений была, конечно, утрачена, но кое-что сохранилось. Пойдём, я тебе покажу… Ну, если ты конечно не против.

– Я не против. Я только за, – качнула головой Молли…

Уже на выходе из отсека они обернулись ко мне.

– Реш, не волнуйся, мы скоро, – сказала Молли.

– Я прописала тебя в управляющие системы «Бегущей» вторым админом, – сказала Таира. – Чтобы войти в них, надо сделать вот так, – прищёлкнула она пальцами. – И не скучай тут без нас. Мы скоро…

Скучать мне действительно не пришлось.

Пока дамы гуляли по кораблю, я вошёл в подсистему управления кухней и с помощью Гарти устроил там настоящую революцию. Часа полтора я честно, в поте лица учил робоповара сворачивать голубцы, лепить пельмени и манты, варить морс и сбитень, готовить расстегаи и кулебяки, жарить картошку, печь блины и оладьи… Сказать, что всё это было офигительно трудно, значит, ничего не сказать, но я всё-таки справился.

Так что когда Таира и Молли вернулись в гостиную, их ждала настоящая «царская» трапеза.

Я усадил их рядышком на диван, сам сел напротив, потом щёлкнул пальцами и служебные роботы начали выносить приготовленные с пылу с жару блюда и выставлять одно за другим на уже сервированный стол.

Трапеза, прямо скажу, удалась. Мы уминали практически всё, что нам выносили из кухни. Объедались по-чёрному. Лопали, как не в себя, не в силах остановиться – настолько всё было вкусно, а для меня ещё ностальгически. Девчонки при этом болтали напропалую. Перебивая друг друга, они торопились высказать всё, что у них накопилось за долгие годы, когда им по факту было попросту не с кем поговорить по душам. Они рассказывали о себе, вспоминали ушедшее детство, радовались тем моментам, когда находили сходства, похожие случаи, одинаковые события.

Я слушал, что они говорят, вставлял отдельные реплики, передавал команды на робокухню о перемене блюд. И в то же время тренировался – тестировал приобретённое недавно умение видеть энергополя и энергоисточники. И чем дольше я вглядывался в энергетическую структуру отсека, тем больше меня она меня напрягала. А уже в самом конце обеда заметил, что беспокойство начинает испытывать и Таира – озирается, хмурится, мнёт руками салфетку, говорит невпопад…

Внезапно «набухшее» на переборке энергопятно заставило меня подскочить, как ужаленного.

А через миг я так же внезапно почувствовал, что оно вот-вот разродится чем-то… смертельно опасным. Уже ни о чём не думая, я рванулся вперёд через стол, прямо через стаканы-вазы-тарелки, и, подхватив Таиру и Молли, опрокинулся вместе с ними за диванную спинку. Спустя мгновение в то место, где они только что находились, ударил энергетический луч.

– Слева вверху, где буфет! – обозначил я им направление, откуда пришла беда. – Я сам! Не высовывайтесь!

Времени, чтобы опрокинуть на себя капсулу с бронегелем, катастрофически не хватало. Да и не факт, что он смог бы помочь от этого непонятно чего, уже изготовившегося к новому выстрелу. А оружия, чтобы ответить, при себе ни у кого не имелось. Упущение, пусть и досадное, но объяснимое. Ведь никого кроме нас здесь не было. Или кто-то всё-таки был? Проникший на борт во время стоянки на планетоиде и не замеченный системой слежения…

Всё это промелькнуло у меня в голове за доли секунды до того мига, как «энергопятно» опять полыхнуло лучом, только целя теперь не в девушек, а в меня. Хвала небесам, что сам выплеск энергоразряда я не пропустил (рассчитал его интуитивно, по силе свечения) и успел увернуться.

А дальше я наконец-то вспомнил про «стробос», и в то же мгновение он словно бы выскользнул из предплечья и прыгнул мне в руку. Указательный палец ткнул в выемку, и чудо-разрядник расцвёл на конце метёлкой из сотен пылающих жаром нитей.

Короткий прыжок, резкий удар крест-накрест, и неизвестный враг вывалился из стены, дымя «чешуёй».

Разрубленный пополам, он был похож на полупрозрачного склизкого червяка, толщиной в руку, длиной сантиметров семьдесят. В передней части его «украшало» что-то вроде короны. Ну, или капюшона, даже не знаю, как правильно.

Он выглядел до того омерзительно, что подошедшую Молли едва не стошнило.

Почти то же самое произошло и с Таирой. Но только, в отличие от своей новой подруги, она всё же сумела заставить себя осмотреть «зверушку», а после сказать:

– Я, кажется, знаю… что это за тварь… Бионический пенетратор «Васаби Кано»… Вооружение… парализующий луч… Наводится на живые организмы… Реально действующий образец… я вижу впервые…

Сказала, зажала рот и умчалась в санузел.

Я её не осуждал…

Глава 11

Пока Таира отсутствовала, мы с Молли увешались по полной оружием, натянули на себя бронегель (снова приняв личины Джейн Лопес и Джона Смита) и вернулись к валяющемуся на полу «пенетратору». Что он такое, самостоятельно выяснить не удалось. Тут даже Гарти не смог помочь.

«Биоконструкты мне непонятны, – заявил он, исследовав разорванные останки разными типами излучений. – Здесь нужен специалист по бионике».

«Специалист по бионике» появилась через десять минут.

Бледная, как персонаж из фильма про зомби, Таира подошла к нам с плазмоганом в руках и, вскинув оружие, спалила к чертям собачьим всё, что осталось от «пенетратора».

– Не жалко? – указал я на выжженное пятно.

– Кого? Червяка?

– Паркет.

– Это не паркет. Это имитация, – дёрнула щекой сеньорита Мартинес. – Двадцать минут работы для роборемонтников.

– Рад, – наклонил я голову. – А теперь по поводу червяка.

– Что по поводу червяка? – девушка сделала вид, что не понимает.

– Что это за дерьмо и почему ты даже законсервировать эту дрянь для исследований не захотела? – вмешалась в диалог Молли.

Таира сперва резко вскинулась, будто бы пробуя возмутиться, но так же резко поникла:

– Боюсь.

– Чего?

Владелица яхты вздохнула и принялась объяснять:

– Эту тварь… Точнее, двух этих тварей, деактиврованных, около года назад раздобыли наши искатели. Они привезли «пенетраторы Кано» в специальную лабораторию на Талаверу. Увы, но наши учёные так до конца с ними и не разобрались. Бионические технологии – не наша тема, не наш конёк. Биоконструкты высоких порядков – это вотчина «Васаби Кано». Короче, я знаю о них только то, что мы смогли выяснить за две недели исследований.

– А почему только две недели? – не мог не задать я вопрос. – Что-то вам помешало продолжить?

– Да. Помешало, – сеньорита Мартинес стиснула зубы и сжала в руках плазмоган. – Спустя две недели твари внезапно размножились и смогли просочиться сквозь герметичные стены спецкамеры. Прежде чем их уничтожили, они убили семь человек. Их парализующее излучение превосходит стандартное излучение полицейского станнера на два-три порядка. На самом минимуме оно отключает человека на сутки-двое. На максимуме – выжигает мозги. Игольники этого «червяка» не берут. Если его разрезать на части – а это достаточно трудно, поверьте – каждая дня через три-четыре регенерирует в новую особь. Его можно уничтожить только огнём. Сжечь без остатка лазером или плазмой… Есть ли у них механизм самоликвидации? Наверное, есть, но мы это выяснить не смогли, как не смогли выяснить, как ими управлять… Что ещё?.. А, да! Самое главное. «Пенетраторы» могут сильно сжиматься, растягиваться, становиться тонкими и плоскими, словно плёнка, и в этом виде они буквально сливаются с любыми поверхностями. А потом эта плёнка… эта псевдоживая плёнка, она обладает уникальной способностью. Она может проникать сквозь преграды любой толщины, любой плотности, любого состава. Вопрос тут только во времени. Сквозь сантиметр стекла, например, «пенетратор» просачивается за пять-семь минут.

– То есть, подобную тварь могли прилепить к твоей яхте на планетоиде во время сканирования?

– Тварей, – уточнила неожиданно Молли.

– Что? – развернулась к ней сеньорита Мартинес.

– Я говорю, к твоему кораблю могли прилепить несколько таких тварей.

Владелица яхты нервно сглотнула и стрельнула глазами по сторонам.

– Всё правильно, – проследила Молли за её взглядом, – Нам надо проверить корабль.

– Как⁈ – выдохнула Таира. – Если они затаились, увидеть их невозможно.

– Возможно, – не согласилась бывшая узница. – Реш ведь эту тварюгу как-то увидел.

Обе девушки повернулись ко мне.

«Допрыгался, – ехидно заметил Гарти. – Теперь они с тебя точно не слезут».

«Я только за», – ухмыльнулся я, представив эту сцену в реале…

– Ты не ошиблась. Я её, в самом деле… нет, не увидел, а скорее… почувствовал. Почувствовал её энергетический отпечаток. И пусть кому-то это покажется невероятным, но я, действительно, могу ощущать энергополя́. Правда, для этого мне надо напрячься.

Молли с Таирой переглянулись.

– Об этом ты мне не рассказывал, – упрекнула первая.

– А ты не спрашивала.

– А чем ты располовинил тварюгу? – внезапно сменила тему вторая. – Если честно, я этого так и не поняла.

Я театрально встряхнул правой дланью. Через мгновение в ней появился «стробос». Ещё через миг он полыхнул световой метёлкой.

– Клоун, – буркнула Молли.

– Ух ты! – восхитилась Таира. – А можно? – протянула она к нему руку.

– Попробуй, – я отключил «питание» и показал ей, куда нажимать, чтобы «стробос» работал.

Сеньорита Мартинес забросила плазмоган за плечо и занялась «чудо-жезлом».

– Не выходит, – жалобно посмотрела она на меня секунд через двадцать.

Сколько бы Таира ни нажимала пальцами в специальную выемку, на эти потуги мой «стробос» не отзывался.

– Генетический ограничитель? – попыталась она угадать.

– Нет.

– А что?

«Не говори ей», – посоветовал Гарти.

«Поздно, приятель».

– Это оружие мусорщиков.

– Мусорщиков? – недоумённо вздёрнула брови Таира.

– Он тебе ещё не рассказывал? – хмыкнула Молли.

– Нет, – помотала головой владелица яхты. – Хотя, подожди. Постой… Мусорщик… Мусорщик, – повторила она ещё раз и… изумлённо пробормотала. – Не может быть…

– Может, Таира. Может, – не стал я тянуть кота за причинное место. – Я действительно мусорщик. Но только без корабля. Он сейчас повреждён. И чтобы восстановить его, мне требуются ресурсы. Такие, к примеру, как ковергент-сплав номер шесть. Я это, кстати, тебе уже говорил, но ты тогда не поверила.

– Ты говорил мне про сплав и корабль, но не говорил, что ты – мусорщик, – возразила Таира.

– Тогда я ещё не мог тебе доверять.

– А сейчас, значит, можешь? – склонила голову набок сеньорита Мартинес.

– Сейчас могу, – ответил я со всей возможной серьёзностью.

– Ладно. Учту. Теперь по энергополям. Я так понимаю, что это тоже способность… присущая только мусорщикам?

– Кстати, да, – присоединилась к ней Молли. – Мне бы тоже хотелось послушать.

– Мисс Урана. Сеньорита Мартинес, – шутливо отвесил я им по поклону. – Можете делать со мной, что хотите, но я понятия не имею, присуща ли эта способность всем мусорщикам, и только ли им. Лично я ощутил её примерно неделю назад. А до того был таким же, как все.

– Ты это серьёзно? – не поверила Молли.

– На двести процентов.

– Ага, – Таира сдвинула брови и тронула пальцем нос, как будто желая поправить невидимые очки… – А ну-ка, дай-ка пощупать! – она шагнула ко мне и ухватила меня за левую руку.

Я не сопротивлялся.

Её пальцы умело и ловко, как у опытной массажистки, пробежались мне по предплечью…

Переместились чуть выше…

– Похоже, что вечер перестаёт быть томным, – пробормотала Таира, зафиксировав «хватку» в районе бицепса. – Молл! Подойди.

Та подошла.

– Потрогай… Вот здесь. Да.

– В самом деле, – кивнула Молли, тоже взяв меня за́ руку выше локтя.

– Да что там такое⁈ – не выдержал я, уставившись на свою несчастную руку и пальцы красавиц, внезапно решивших освоить профессию мануального терапевта.

– Шарик какой-то, – сказала Молли.

– Или кристалл, – уточнила Таира.

– Или кристалл, – согласилась бывшая узница.

– А ну, дайте, я сам посмотрю.

– Да, пожалуйста… Смотри, сколько хочешь…

Я высвободил свою длань из тенет и аккуратно ощупал бицепс.

Действительно. Какое-то утолщение прямо под кожей. Как шарик. Но вроде бы с гранями. Как кристалл. И главное, если не трогать, то он никак себя не показывает и не проявляет.

«Гарти! Ты знаешь, что это? Это что-то опасное?»

«Не знаю, – ответил с задержкой искин. – Я это вообще никаким образом не ощущаю ни в рентгене, ни в инфракрасном, ни в ультразвуке… Какая-то непонятная аномалия. Но это не опухоль, не онкология, сто процентов. Тут можешь не беспокоиться».

«Ну, хоть на этом спасибо», – выдохнул я с облегчением и обвёл взглядом дам:

– Кто-нибудь хочет мне что-нибудь объяснить?

– Я пас, – помотала головой Молли.

– Я пока тоже, – присоединилась сеньорита Мартинес. – Но кое-какие соображения у меня есть.

– Поделишься?

– Нет.

– Почему?

– Я могу ошибиться, – уклонилась от объяснений Таира. – Первая мысль может оказаться в корне неверной. Мне надо покопаться в литературе, повспоминать…

«Врёт», – сказал Гарти.

«Возможно. Но настаивать, чтобы ответила, не хочу».

«Зря…»

– Сколько тебе нужно времени?

– Пока не знаю. Но делать это я всё равно буду только после того, как мы проверим корабль.

– Согласен. Пошли проверять…

На первом этапе мы проверяли яхту часа четыре. Облазили все закутки-закоулки и таки нашли ещё одного незваного гостя. Он обнаружился около рубки, в шкафу с запасными электронными блоками для вспомогательных корабельных систем. Блоков было, конечно, жалко, но – делать нечего – пришлось разнести их в пыль вместе с непрошеным диверсантом.

После этого проверка продолжилась с новой силой. И снова часа на четыре. Ну, а куда деваться? Раз нашли одного, то могли кого-то и пропустить. Поэтому, хочешь не хочешь, а надо теперь по новой перепроверить уже проверенное.

Двойные-тройные проходы по всем «чуланам», технологическим нишам и укромным местечкам новых находок не дали. К восьмому часу почти беспрерывных поисков моё умение видеть энергополя́ окончательно выдохлось. Перед глазами мелькали цветные круги, выявить что-то конкретное я больше не мог, и наши поиски завершились сами собой, «естественным образом»…

Гарантировать, что чужаков на борту не осталось, никто из нас на сто процентов не мог, но на девяносто – вполне. Или даже на девяносто девять. Ведь, если верить Таире, «пенетраторы» – штуки весьма дорогие, использовать их налево-направо в огромных количествах было бы слишком накладно даже для корпораций, даже с учётом их возможного размножения – энергетический уровень «вторичных биоконструктов» снижался в разы, а время жизни ограничивалось несколькими часами…

– Зачем этих тварей запустили к тебе на корабль? – спросил я, когда мы вернулись в центральный отсек.

– Предполагаю, что для гарантии, – ответила, чуть подумав, Таира. – Мы могли попытаться сбежать на нём, если бы проиграли Алхимику. А «червяки» бы, как минимум, вырубили бы нас на несколько суток.

– А как максимум, просто б убили.

– Просто б убили. Да, – согласилась Таира.

– А как бы дон Марио и его присные вернули корабль? – задался я новым вопросом.

– По выходе «Бегущей» из подпространства, с неё сразу ушёл бы сигнал на «Копи». Закладку в приёмо-передающем устройстве поисковые боты уже обнаружили.

«Подтверждаю. Закладка была, – проснулся мой подселенец. – С вероятностью сто против одного её поставили во время стоянки на планетоиде».

– Понятно, – почесал я за ухом. – А предугадать наш маршрут они не могли?

– Кто? Поисковые боты? – пошутила Таира.

– Да нет же! Дон Марио и подручные, – дёрнул я раздражённо плечом (из-за усталости даже невинные шутки, бывает, нервируют).

Владелица яхты снова задумалась.

– Да. Возможно, могли. Маршрут к промежуточной точке я ввела в ГП-навигатор ещё до посадки. Информацию о маршруте дон и компания могли получить после взлёта, ещё до нашего входа в гипер.

– То есть, в этой промежуточной точке нас могут ждать? И что это, кстати, за точка? Теперь-то, надеюсь, сказать уже можно.

– Обычная мало кому интересная необитаемая система, – махнула Таира рукой. – Но вот засаду там, в самом деле, нам могут устроить, факт.

– И долго лететь до неё?

– Ещё двенадцать часов.

– Немного. Но выспаться хватит.

– Боюсь, я сегодня уже не засну, – пожаловалась Таира.

– Ты знаешь, я тоже, – хмыкнула Молли. – У меня из-за этих «червяков» сегодня, уверена, будут только кошмары сниться.

– Кошмары, не кошмары, а выспаться надо, хоть со снотворным, хоть без. Иначе завтра мы не бойцы, – пресёк я «упаднические» настроения. – И последний вопрос. Кто скажет, откуда у дона Марио такие устройства? Не слишком ли ему это жирно?

– Синдикат и «Васаби» давно вась-вась, – засмеялась Молли. – Так что неудивительно. У дона Алонсо, как помню, в советниках двое «джапов» ходили. Одного потом, правда, прирезали в подворотне, но второй-то остался.

– А это случайно не ты его? Ну, там, в подворотне, – изобразил я задумчивость.

– Не. Для меня это слишком грубо, – бывшая ликвидатор клана Алонсо вынула лучевик и по-ковбойски крутнула его на пальце. – Мне больше эта штука по нраву. Чисто, культурно, изящно, без шума и пыли. Одна аккуратная дырочка, и уже никто никуда не бежит. Вот как-то так. Да…

Бессонница меня сегодня не мучила. Едва завалился в кровать, так сразу и отключился. Об охране себя любимого не беспокоился. Моя индивидуальная сигнализация в виде поселившегося в голове искина была всё время на стрёме. Случись какая опасность, разбудит за доли секунды.

А выспаться требовалось обязательно. Я почему-то был абсолютно уверен, что в той системе, куда мы сейчас летели, нас точно ждут, и ждут отнюдь не с цветами…

Гарти разбудил меня прямо посреди «ночи». Солнца на корабле, понятное дело, не было, но судя по корабельному времени, я проспал всего два часа.

«В чём дело? Чего у нас нехорошего?» – протёр я глаза и смачно зевнул.

«Тревога низкого уровня, кэп, – сообщил подселенец. – Прямой опасности нет, но, похоже, к нам в двери кто-то скребётся. Я подумал, это может быть важным».

«Тогда тихо. Дай, я тоже послушаю…»

За дверью, действительно, кто-то тёрся. В смысле, тихонечко трогал ручку, замок, но никак не решался попросту постучать. И дверь эта была не входная, а та, что между каютами.

Мысленно ухмыльнувшись, я поднялся с кровати и подошёл к двери.

«Код: шесть четыре двенадцать шестьдесят три», – подсказал Гарти.

Замок тихо щёлкнул, створка приотворилась. Я распахнул её настежь.

За дверью обнаружилась Молли («Ну, кто мог такое подумать? Три раза ха-ха»), в полупрозрачной ночнушке, с совершенно испуганными глазами.

– Реш! Я боюсь, – выдохнула она одним махом.

– Чего?

– Я вообще не могу заснуть. Как только глаза закрою, так сразу же представляю этого мерзкого червяка. Мне кажется, что он уже рядом, за переборкой. И стоит мне чуть задремать, как он просочится в каюту и… ну, в общем, ты понимаешь.

Я негромко вздохнул:

– Понятно. Боишься спать в одиночку?

Девушка радостно закивала.

– Ну, тогда заходи, – отшагнул я в сторону и кивнул на кровать.

Молли тут же запрыгнула на неё и укуталась одеялом по самую маковку.

Для двоих там места было достаточно. Но именно, что достаточно, а вовсе не дофига, как в наши прошлые ночи в гостиничном люксе и в особняке корпорации «Тахо». Так что «всего лишь» спать, а не трахаться, эта кровать, пусть и с меньшим комфортом, вполне себе позволяла.