Текст книги "Мусорщик с Терры 2 (СИ)"

Автор книги: Владимир Тимофеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Мусорщик с Терры 2

Глава 1

– Гутен морген, херр Цоссен. Хеллоу, Джон. Коничива́, Ка́но-сан. Бонджорно, синьор Ди Анцо…

– Здравствуйте, мистер Ки́нски…

Очередное совещание хозяев крупнейших компаний Содружества проходило всё в том же офисе на двести двадцать втором этаже Башни Совета на Новой Терре.

Лорд-секретарь, как и месяц назад, занимал своё личное кресло за круглым столом, четверо приглашённых… точнее, их голограммы расположились в аналогичных «директорских» по обе стороны от хозяина кабинета. Кресло напротив, как и на предыдущей встрече, оставалось незанятым. Правда, на этот раз, того, кто должен был в нём сидеть, приглашать сюда и не думали…

– Итак, господа, похоже, что точку невозврата мы уже пролетели, – открыл совещание мистер Кински.

– Пролетели? Конечно. Ещё бы не пролететь с такими-то вводными! Пронеслись с ветерком, экспрессом, – бросил со злостью владелец «Голдчейн техникверке». – Вы, господин секретарь, обещали решить нам проблему Мартинеса, а в результате…

– Простите, херр Цоссен, но вынужден возразить, – остановил его Кински. – Я никому здесь не обещал решить проблему Мартинеса. Месяц назад я лишь предложил всем присутствующим обсудить её вкупе с проблемой мусорщиков.

– Всё правильно, лорд-секретарь, – согласился со сказанным председатель правления «Родман Бразерс». – А ты, Вилли, снова погорячился.

– Мы с тобой вместе погорячились, – буркнул херр Цоссен.

– Согласен, – не стал спорить Родман. – И, тем не менее, дело сделано. Пить сельтерскую поздно… Ты что-то хочешь добавить, Дрэго? – повернулся он к сидящему рядом Ди Анцо.

– Да, – кивнул президент «Ди Анцо миньере». – Мартинес, конечно, подлец, но меня лично больше интересует другое. Что там по мусорщикам?

– А вы разве не получили мой ролик о бое в системе В8–3229? – вскинул брови лорд-секретарь.

– Получил. Посмотрел. И что?

– Там были корабль мусорщиков и посудина крэнгов, если я правильно понял? – решил уточнить херр Цоссен.

– Именно так, – наклонил голову Кински.

– И они оба… взаимоуничтожились?

– Ну… скажем так, они выпали из нашего пространства на очень долгое время,

– Насколько долгое? – прищурился Родман.

– Возможно, что навсегда, – усмехнулся лорд-секретарь.

– Отрадно слышать, – хмыкнул Ди Анцо. – Конечно, при том условии, что ролик – не липа.

– Это не липа, – негромко проговорил молчавший доселе хозяин «Васаби Кано».

Все сидящие за столом повернулись в сторону замершего с закрытыми глазами ниппонца.

– Поясните, Кичиро, – попросил Родман.

– Что именно? – приоткрыл один глаз «азиат». – Что видео подлинное? Или что там действительно мусорщики и крэнги?

– Желательно, чтобы и то, и другое, – буркнул Ди Анцо.

– Я был там, – ответил ниппонец после недолгой паузы. – Через день после боя. Я видел последствия. Я видел уничтоженные маяки. Мои дроны собрали обломки. Наши детекторы зафиксировали остаточные излучения и тех, и других. А ещё, господа… – он взял новую паузу, более продолжительную. – А ещё, господа, мы обнаружили там следовые количества всех компонентов «большой семёрки». Ковергент-сплав номер шесть, кристаллы бри-ши, скала́нтум, андивиевая кислота, рубины версус, корона зет и небулафон, иначе игла из тумана. Результаты сканирования пространства В8–3229 я могу переправить вам хоть сейчас.

– Было бы неплохо, – ответил за всех херр Цоссен.

– Держите…

Сидящие за столом голографические двойники владельцев крупнейших корпораций Содружества окутались лёгкой дымкой. Лорд-секретарь Совета, единственный находящийся здесь в своей «живой» ипостаси, откинулся в кресле и с лёгкой улыбкой принялся наблюдать за тем, как участники совещания изучают полученные материалы и «бомбардируют» при этом друг друга личными сообщениями.

Информацию для господина Кичиро, какой тот делился сейчас с коллегами-конкурентами, предоставил последнему сам мистер Кински. Не напрямую, конечно, но, главное, до адресата она дошла, а прочее уже было делом техники. Кичиро Кано, действительно, организовал экспедицию в систему В8–3229 и, в самом деле, нашёл там именно то, о чём опосредованно предупредил его лорд-секретарь. Следы элементов «большой семёрки».

Часть их производилась на предприятиях корпораций.

Часть – технологии их изготовления были утрачены.

Часть – казались фантастикой.

Монополией на производство ковергент-сплава владела «Тахо сиенса».

Скалантум добывали в единственном месте изученной части Галактики – в системе Дивея, находящейся под прямым управлением «Ди Анцо миньере».

Кристаллы «бри-ши» выращивали в специальных инкубаторах-оранжереях «Васаби Кано».

К-сплав, бри-ши и скалантум – главные свойства этих трёх элементов были неплохо изучены и применялись во многих изделиях.

Шарики ковергент-сплава, загруженные в приборы грави– и радиоэлектронного подавления и разведки, позволяли в довольно широких пределах «преломлять» окружающее пространство, что активно использовалось для маскировки и создания так называемой «псевдоневидимости».

Кристаллы «бри-ши» являлись универсальными суперкатализаторами и ускоряли в десятки, а временами и в сотни раз любые процессы – биологические, химические, технические, природные, начиная от скоростного выращивания обыкновенной травы и выветривания горных пород и заканчивая сверхбыстрыми гиперпространственными переходами.

Скалантум, уникальный космический минерал, добываемый в системе Дивея в виде руды, обогащаемой там же на сотнях разбросанных среди астероидов фабрик, придавал сверхвысокую прочность любому известному человечеству материалу и чаще всего использовался при производстве брони, сердечников для снарядов и каркасов космических кораблей.

Стоимость того, другого и третьего в разы превышала стоимость любых драгоценных камней любого размера, любой степени чистоты и огранки…

– Да. Если верить отчёту… а не верить ему у меня нет оснований, в этой системе случилось что-то действительно уникальное, – признался херр Цоссен, первым вышедший из режима «согласований и консультаций». – И знаете, мистер Кински, с одной стороны, меня это радует, а с другой, огорчает. Радует, потому что хоть на какое-то время… надеюсь, оно будет длиться долго, мы можем не учитывать фактор крэнгов и мусорщиков. А огорчает, поскольку нам так и не удалось изготовить «корону зет», а после того, что случилось на Уре, это вообще превращается в нечто недостижимое.

– Вилли, ты снова преувеличиваешь, – не преминул заметить вернувшийся в разговор Джон Родман. – Наличие или отсутствие фрагмента «Цветка Шантары», я уверен, исследованиям не мешает.

– То-то ты, Джон, уже десять лет восстанавливаешь производство «рубинов версус», а результата не видно, – желчно ответил Цоссен.

– Наша проблема не в «лепестке», – пожал Родман плечами. – Да. Он тогда тоже пропал, но в той внезапной диверсии пропали все наши наработки по теме и, что существенно хуже, погибли все разработчики. Одномоментная утрата ключевых компетенций – вот что тогда нас всех подкосило. Хотя от пропавшего «лепестка» я тоже, как ты, сейчас бы не отказался.

– Вот в том-то и дело, Джон, что у нас их буквально вырвали из-под носа. И не тогда, а сейчас. Причём, с такой наглостью, что я готов рвать и метать.

– Не ты один, Вилли. Не ты один, – наклонил голову Родман.

– Так значит, вы из-за этого не нашли ничего умнее, кроме как задержать корабль «Тахо сиенса» с диппочтой? – поинтересовался с сарказмом лорд-секретарь.

– Да, мистер Кински, – кивнул глава «Родман бразерс». – И оказались правы на двести процентов. Курьер Мартинеса перевозил не диппочту. Он вывозил с Ура тех, кто участвовал в нападении на наши штаб-квартиры и наших людей. В трюме курьера они хорошо наследили, доказательств хватает. Мы с Вилли были буквально в шаге от возвращения «лепестков», но наш враг оказался быстрее.

– И ваш враг – это…

– Альваро Мартинес, – закончил Родман. – Воры-налётчики оказались настоящими профессионалами. Специалистами высшей пробы. А ещё они пользовались настолько продвинутыми хакерскими программами и средствами маскировки, что тут и дурак догадается: они из «Тахо сиенса».

– Тахо. Этот их ковергент-сплав… – задумчиво пробормотал хозяин «Ди Анцо миньере». – А ведь они уже трое суток, как полностью прекратили его поставки на рынок.

– Готовились к прямым столкновениям? – прищурился лорд-секретарь.

– Безусловно, – твёрдо ответил херр Цоссен.

– Поэтому наш захват их кораблика – это просто ответное действие, ни больше, ни меньше, – добавил Джон Родман.

– Ну, что же… Это меняет дело. Я бы даже сказал… кардинально меняет, – заявил, чуть подумав, Ди Анцо. – Пожалуй, я тоже впишусь в эту заварушку. Мартинес желает собрать у себя все фрагменты «Цветка Шантары», и мне это совершенно не нравится.

– А я, пожалуй, пока воздержусь, – приоткрыл оба глаза владелец «Васаби Кано». – Хочу сперва посмотреть, чем ответит Мартинес.

– Твоё право, Кичиро, – ровно ответил Родман. – Но только смотри. Мартинес, если внезапно станет брать верх, церемониться с тобою не будет.

– Я знаю, Джон, – не стал спорить Кано…

Когда встреча закончилась и все голограммы растворились в пространстве, лорд-секретарь остался сидеть в своём кресле. Он не спешил уходить.

– Кано-сан, вы всё же решили вернуться? – спокойно проговорил он, когда за пустым столом опять материализовался хозяин «Васаби Кано».

– Я знал, что вы не уйдёте, господин Кински, – невозмутимо ответил ниппонец.

– Поэтому и решили… кое-что уточнить?

– Именно так… мистер Бруно.

Лорд-секретарь усмехнулся:

– Я вижу, что длительное общение с донами Синдиката пошло вам на пользу, Кичиро-сама.

– Примерно так же как вам, Бруно-сан, – глава корпорации натянул на физиономию фирменную улыбку «умудрённого жизнью сенсея». – И так же, как вы, я желаю иметь гарантии.

– С обеих сторон, полагаю?

– Конечно. А как же иначе?

– Законно, – кивнул собеседник. – Но только учтите, мой друг, любые гарантии зыбки, если нет силы, которую вы можете предоставить…

– И платы, которую я готов заплатить, – продолжил ниппонец.

Секунд десять лорд-секретарь молча смотрел на сидящего напротив него «азиата», а затем медленно сообщил:

– А рад, что вы это поняли, Кано-сан. И я уверен, вы теперь точно знаете, что станет платой.

– Всё верно, господин секретарь, – приподнявшись из кресла, отвесил поклон владелец «Васаби Кано». – Я это знаю. После всего, что случилось с Джоном и Вилли, иного не предусмотрено…

* * *

Что навигатор в спасшлюпке был нерабочим, я понял сразу, как только мы оказались в гиперпространстве. Куда мы летим, по какому маршруту, кто это устроил, зачем? Вопросы, требующие ответов, но получу ли я их, когда мы вывалимся в привычную метрику, и не станет ли мне от этого ещё хуже, чем когда моя шлюпка почти что влетела в корону жёлтого карлика?..

Гравизахваты в гипере не работали.

И тем не менее, тот неизвестный корабль, что вонзился в воронку портала вместе со мной, болтался рядом, словно привязанный. На внешнем экране он, кстати, выглядел совсем не таким, каким представлялся в обычном космосе. Не дальним разведчиком класса «А плюс» с подпалинами на обшивке, а своего рода… чёрным пятном посреди сероватой мути гиперпространства…

«У него превосходные поля искажения, – будто подслушал мои мысли искин. – Почти такие же, как на нашем гартраке».

«Думаешь, это кто-то… из сородичей моего бывшего командира?»

«Или из крэнгов. Или из конкурентов „голдов“ и „родманов“. Или вообще кто-то левый. Вариантов полно. Но, как по мне, это кто-то из тех, кому совершенно не хочется, чтобы твой лепесток попал не в те руки».

«Именно лепесток?» – не мог я не уточнить.

«Он самый… Хотя я могу ошибаться…»

«А спросить напрямую мы у них можем?»

«У тех, кто на корабле?»

«Ага».

«Вот прямо сейчас?»

«Да».

Подселенец задумался.

«Теоретически это невозможно, – выдал он секунд через десять. – В теории, при нахождении в гиперполе, внешние радиосигналы не передаются и не принимаются».

«Ну, а на практике?» – сразу же углядел я во фразе явную недосказанность и, соответственно, перспективу.

«Практических подтверждений обратного в истории гиперпространственных переходов не зафиксировано».

«Однако сейчас, как я вижу, ты в этом уже сомневаешься».

«Ты прав. Сомневаюсь. А всё потому, что вижу: наш полёт управляемый. Нашу шлюпку ведут через фактически не работающую навигационную аппаратуру. Я ощущаю вмешательство, но сделать с ним ничего не могу».

«Почему?»

«Потому что, чтобы вмешаться в сигнал, мне нужен источник сигнала и работающий передатчик. А ни того, ни другого нет ни внутри, ни снаружи. Увы».

«Но ты как-то же связывался с Тахо-курьером, когда хакал систему», – почесал я в затылке.

«Тогда передатчик работал», – вздохнул искин.

«Выходит, что шансов нет?»

«Выходит, что нет, но…»

«Что?»

«Я всё-таки попытаюсь…»

Он пытался примерно полсуток, до самого выхода в 3d-метрику, но ничего путного не добился.

Конечно, я мог бы остановить его, поскольку уже догадался, кто там, на «чёрном таинственном корабле», но делать это не стал. Всякого рода догадки и интуитивное понимание – на мой взгляд, это качество, присущее людям, а не искинам. Биологическим существам, а не, пусть и разумным, но цифровым. И вообще, пусть он лучше рассчитывает вероятности и перебирает один за другим варианты, а не мешает мне, раз появилась такая возможность, спокойно поразмышлять над «вечными ценностями»…

Сидеть в противоперегрузочном ложементе спасшлюпки оказалось довольно комфортно. Видимо, те, кто её проектировал, уделили удобству потенциальных клиентов гораздо больше внимания, чем при проектировании стандартных спаскапсул. Нормальное такое социальное разделение для пользователей из элиты и теми, кто путешествует между звёздами на переселенческих баржах и грузо-пассажирских судах невысокого класса. Один только позолоченный шильдик «Васаби Кано» на панели управления шлюпкой уже говорил о том, что это спассредство предназначено не для всех.

Кстати, насколько я понял Молли, когда она рассказывала о том, как приобрела «лепесток», на схеме из найденного и тут же утерянного дневника имя владельца «Васаби» соединялось линиями со строчкой «бри-ши» и чашелистиком зелёного цвета. Что это означает, мы тогда нормально поговорить не успели, зато, оказавшись в гостях у Таиры, использовали неожиданно появившееся свободное время, в том числе, и для этого. Ну, в смысле, не только предавались любовным утехам в роскошных апартаментах сеньориты Мартинес, но и прикидывали, где и как раздобыть те ресурсы, какие мне требовались для ремонта застрявшего в изнанке миров «гартрака».

В первую очередь, меня, конечно, интересовали материалы из списка, выданного псевдоразумом корабля: ковергент-сплав №6, кристаллы бри-ши, скалантум, андивиевая кислота. Если верить той схеме из дневника, первый был связан с «Тахо» и Свободным Альянсом, вторые – с «Васаби Кано» и Синдикатом, третий – с «Ди Анцо миньере», а от четвёртой карандашные линии тянулись к Ядру и Альянсу. Плюс материалы-ресурсы имели определённое, чётко выраженное отношение к фрагментам «Цветка Шантары»: ковергент-сплав – к чашелистику красному, бри-ши – к зелёному, скалантум – к синему, андивиевая кислота – к цветоложу.

Фрагменты «Цветка» меня интересовали постольку-поскольку. После встречи с Молли я отчётливо понял, что собирать их – задача побочная. Получится – хорошо, не получится – ну и ладно. Каких-то особых выгод от владения ими я не ощущал. Максимум, они могли бы помочь отыскать подходы к другим ресурсам, тем самым, «из списка». Типа, ищешь то место, где в нужном количестве хранится скалантум, значит, где-то поблизости спрятан и чашелистик Шантары синего цвета. Соответственно, если находишь первое, находится и второе. А если находишь второе, находится первое. Удобно для маскировки главного поиска, но в практическом плане преимуществ пока что не видно.

Вот, скажем, добыл я в рауловском сейфе «лепесток» снежно-белого цвета, называемый в сети «лучезаром». И что, в результате, получил от него? Несколько трупов, проблемы с компанией «Родман бразерс» и срочное бегство из «Города №11». Хотя, если верить опять же схеме из дневника, по ходу я должен был отыскать какие-то непонятные «рубины версус», связанные с именем Родман и моим «лепестком».

Ну, или взять, например, другой «лепесток», антрацитово-чёрный, который хранился у Молли и назывался в дневнике «чернобо́й». Тоже ведь ничего «материального» мы с напарницей с его помощью не обрели, а, скорее, наоборот – еле ноги смогли унести от желающих заполучить наши тушки «голдов» и «родманов». Ну, если конечно не учитывать неизбежных приятностей совместного проживания сперва в королевском люксе в отеле, а после в секретном особняке корпорации «Тахо». А ведь согласно схеме, в качестве бонуса нам должна была перепасть таинственная «корона зет», то ли хранящаяся в башне у «голдов», то ли валяющаяся где-то поблизости, но так никем и не найденная.

Хотя, с другой стороны, ни «корона зет», ни «рубины версус» нам с Молли сегодня не требовались. Мы вообще понятия не имели, что они из себя представляют и нафиг нужны, и, возможно, как раз из-за этого они нам нигде по дороге не встретились. Зато, уж будьте уверены, если когда-нибудь мы поймём, что жить без этих хреновин не можем, вот тогда да, тогда нам и то, и другое само в руки свалится, не спросясь…

Жаль, правда, что с Молли во время побега с Ура мы разминулись, но я уверен, это всё ненадолго. Носители двух «лепестков», противоположных по знаку, как два магнита, как два разнородных заряда, просто не могут не притянуться друг к другу, в какие бы части Галактики их не забросило. Тем более что я сейчас точно знаю: портал из системы был настроен на «Копи Тарола», и если искин не ошибся (а он уже, наверно, раз десять уверил меня, что ошибка исключена), то Молли сейчас где-то там, в «офшоре» из тридцати независимых планетоидов.

С деньгами, понятное дело, у неё всё путём. С легализацией, учитывая её связи, проблем, сто пудов, не возникнет. Поэтому, собственно, ей надо просто чуток подождать, пока её новый приятель не прибудет на «Копи» и не отыщет её на каком-то из планетоидов. Единственное исключение… хм… если она вдруг подумает, что я попал в лапы к «голдам» и «родманам», и вот тогда действительно всё осложнится доне́льзя.

Зная, как Молли привыкла решать такие проблемы, она, несомненно, ринется вызволять меня из узилища. Как минимум, чтобы вернуть мне «должок», а как максимум… н-да… пусть я в этом не слишком уверен, но ведь не просто же так мы с ней встретились и сошлись, да ещё и так близко, как ни у кого из нас до этого ещё не было…

Короче, надеяться в этом деле я мог только на её здравомыслие. Поскольку ни к «голдам», ни к «родманам» в лапы в ближайшее время я точно не попаду. Из ловушки около Ура меня вытащили другие, и теперь оставалось только понять, нафига «они» это сделали и как бы от «них» теперь отвязаться?..

О том, что мы прибываем в конечную точку, сообщил Гарти. Искривление подпространства, незаметное для человеческого восприятия, он зафиксировал за полминуты до выхода в привычную метрику.

Искин не ошибся. Мы вывалились из гипера ровно через тридцать секунд.

«Система В5–1217, – проинформировал цифровой подселенец. – Нейтральная зона между Содружеством и Свободным Альянсом. Вероятность, что с Ура нас вытащил кто-нибудь из Альянса, составляет четыре процента. Я удивлён».

«Ещё не вечер, мой друг, – позволил я себе ухмыльнуться. – Четыре процента – это действительно слишком мало, чтобы быть правдой…»

Глава 2

В привычном пространстве гравизахваты опять заработали. Оптическая «болтанка» закончилась. «Большой чёрный корабль» начал снова притягивать шлюпку к себе. Довольно неспешно, словно бы позволяя мне сполна «насладиться» процессом.

« Передатчик работает. Могу отправить запрос», – доложил искин.

«Не нужно. Уже и так всё понятно», – переключил я видовые экраны в режим максимально оптического разрешения.

«Ты прав», – согласился Гарти, выделив маркером ключевые детали на корпусе скинувшего личину «пирата».

С отключёнными искажающими полями он теперь выглядел… я бы сказал, сногсшибательно. Настолько красивых космических кораблей мне в этом мире и в этом времени ещё не встречалось.

Овальной формы, длиной метров сто пятьдесят и шириной сорок, зеркально-серый, с вкраплениями «снежных» узоров, чем-то напоминающих трещины-пузырьки байкальского льда, сочетающий в себе как плавные изгибы, так и острые кромки, он казался прямым воплощением мыслей авангардистов далёкого прошлого, ожившим кристаллом или, скорее, друзой, составленной из десятков и сотен драгоценных камней, объединённых отполированным мраморными жгутами.

«Курси́танс ин у́ндас», – прочитал Гарти на гладкой поверхности одной из выдвинутых из корпуса граней.

«Бегущая по волнам», – автоматически перевёл я с латыни.

«Нас, кстати, сканируют, – предупредил подселенец. – Помехи включить?»

«Не надо».

«Как знаешь…»

К «Бегущей» мы пристыковались через минуту. Ещё через столько же, когда сканирование полностью завершилось, шлюпку втянуло во внутренний шлюз.

«Открытие люков разрешено», – загорелось на управляющем пульте.

Я отстегнулся от ложемента и выбрался из шлюпки наружу. Шлюзовая камера на «Бегущей» мало чем отличалась от аналогичных на кораблях малого и среднего класса. Единственное, что её выделяло из прочих – это голографическая световая дорожка из стрелок и надписей, указывающая, куда мне идти.

Удивительное дело, но в корабельных коридорах никто мне из экипажа не встретился. Складывалось ощущение, что его вообще не имеется, а корабль управляется искусственным интеллектом, пусть и не настолько продвинутым, как мой подселенец, но всё-таки интеллектом, а не просто набором программ, помогающим капитану справляться со сложной техникой.

«Ты прав. Экипажа здесь нет, – подтвердил мои предположения Гарти. – А цифровая начинка – согласен, действительно неплохая».

«То есть, он что, беспилотник?»

«Нет. Владелец этого корабля – живой человек, и на борту он присутствует».

«Как ты определил?»

«По косвенным признакам».

«Уточни».

«Запасы воды, продовольствия, следы жизнедеятельности и всё такое».

«Я понял. Можешь не продолжать…»

Пока я шёл за висящей в воздухе стрелочкой по отсекам и трапам, то буквально всей кожей чувствовал нацеленные на меня следящие камеры и скрытые оружейные комплексы. Гарти подсвечивал эти «гаджеты» жёлтым и красным, но, что любопытно, их положение я угадывал почти без подсказок с его стороны. Как будто бы я мог видеть их сам, ощущая даже самые слабые возмущения энергополей на расстоянии до пятнадцати метров, причём, не только спереди, но и сзади, словно у меня имелись дополнительные глаза на затылке.

Внутри корабль выглядел нарочито роскошно, но в то же время функционально. Панели из ценного «дерева», «атласная» драпировка, «мраморно-гранитные» вставки, витражи-барельефы-картины, среди которых вполне органично смотрелись облачённые в бронзу консоли управления микроклиматом и бортовой гравитацией, вспомогательными энергетическими установками, системами жизнеобеспечения, наблюдения, связи… Люки, перекрывающие переборки между отсеками, напоминали двери венецианских дворцов из эпохи дожей, видовые экраны – стрельчатые балконные окна, а осветительные приборы – развешанные и расставленные тут и там настоящие факелы и жирандо́ли-подсвечники…

Световая дорожка закончилась перед двойной «деревянной» дверью, украшенной массой резного декора и бронзовой инкрустацией. Замка в двери не было, поэтому я просто толкнул её и вошёл.

Центральный отсек корабля по убранству и стилю был до жути похож на тот королевский люкс в «Дикой Орхидее» на Уре, куда мы с Молли вселились после побега от «голдов». Тот же «неоампир» со всякими финтифлюшками-бранзулетками на стенах и потолке. Колонны, мрамор, хрусталь, обилие позолоты и бархата. Панорамные окна-панели. Помпезные люстры. Мебель с витыми ножками. Огромный диван, три кресла. Низкий журнальный столик. Ковёр с длинным ворсом, в котором, если захочешь разлечься на нём, можно запросто «утонуть». Зона для танцев с хореографическим поручнем вдоль стены…

Размерами этот отсек-салон мог легко бы поспорить с фешенебельным гостиничным холлом или залом приёмов в каком-нибудь дипломатическом представительстве.

И всё это великолепие, если верить искину, принадлежало одному-единственному человеку – владельцу «Курси́танс ин у́ндас»… Точнее, владелице…

Увидев меня, она поднялась с дивана, подхватила стоящие на журнальном столике два бокала с вином и направилась в мою сторону. Одетая в вечернее платье тёмно-зелёного цвета с длинным разрезом почти до верха бедра, сеньорита Мартинес выглядела замечательно. Совсем не так, как в нашу первую встречу в клубном отеле для взрослых, в «зале вирт-расслабухи»… Единственно, волосы на её голове оставались такими же – ярко-розовыми и будто специально растрёпанными, чтобы ни у кого вокруг уже точно не возникало сомнений по поводу взбалмошности и сумасбродства их обладательницы…

– Пошалим? – протянула она мне один из бокалов. – Шато-Лонфруа с виноградников Новой Терры, урожай тридцать первого года. Рекомендую.

Я взял бокал. Пригубил. Кивнул – напиток и впрямь неплохой. Потом обвёл взглядом «гостиную одинокой скучающей аристократки» и негромко поинтересовался:

– Зачем?

– Что зачем?

– Вот это вот всё. Я вроде бы поводов не давал.

– Фу! Какой же ты душный, – фыркнула сеньорита Мартинес и, забрав у меня недопитый бокал, проследовала обратно к дивану.

Со спины она смотрелась… шикарно. Даже, наверное, лучше, чем спереди. С такой походкой ей только на подиуме выступать, даром что дочь одного из самых богатых граждан Содружества.

– Прикидываешь, как половчее напасть на беззащитную девушку? – безошибочно уловила она моё настроение, приостановившись на полпути и чуть обернувшись.

– И в мыслях не было, – соврал я, не моргнув глазом.

Честно сказать, я бы сейчас с удовольствием завалил её на ковёр и проверил, насколько он мягок для скачек…

– Значит, ты говоришь, тебе нужны объяснения? – усмехнулась Таира, присев на диван и вернув мой бокал на журнальный столик.

– Я был бы не против.

– Тогда что стоишь, чего ждёшь? – похлопала она ладонью по диванный сидушке. – Присаживайся, давай. Или ты думаешь, что я буду через весь зал с тобой перекрикиваться?

– Да, перекрикиваться неудобно.

Я подошёл к дивану и тоже уселся… но только не рядом с ней, а в кресле напротив.

– Боишься? – прищурилась девушка.

– Конечно, – развёл я руками и улыбнулся.

– И правильно делаешь, что боишься. А то я и укусить могу. Больно-больно. И, кстати, если тебе интересно, этот корабль – моя личная яхта, – заметила она с нарочитой небрежностью. – А ты, получается, мой личный гость. Так что кусать я тебя сегодня, пожалуй, не буду.

– Отрадно слышать, – я наклонился к столику, взял свой бокал и снова окинул взглядом «гостиную». – Хороший кораблик. Сама оборудовала?

Девушка засмеялась:

– А ты думаешь, прикидываться богатенькой дурочкой – это так просто? Нет, весь корабль я, конечно, не оборудовала. Только системы и блоки, настраиваемые на владельца: распределение доступа, управление энергореактором, гипердрайвом, двигательными установками, связью, оружейными комплексами, маскировочными полями и жизнеобеспечением. Хотя мой отец, как мне кажется, до сих пор пребывает в уверенности, что я только глазками хлопать умею да всякую мишуру по каталогам подбирать.

– Серьёзный подход, – покачал я уважительно головой. – И я так понимаю, наша встреча отнюдь не случайна.

– Ты про какую? Про эту или про ту, что в гостинице?

– Про обе.

– Я почему-то так и подумала, – кивнула Таира. – В целом, ты прав. Наши встречи, что та, что эта, отнюдь не случайны. Мои аналитики… да-да, у меня они тоже есть, как у папеньки. Короче, мои аналитики… Нет, стоп. Назовём-ка их лучше аналитики «Тахо». Так вот эти парни неделю назад получили весьма любопытную информацию от источника в Совете Содружества, что, мол, в ближайшее время на одной из торговых планет ожидаются силовые акции против «голдов» и «родманов». Так что когда на Уре в «Городе №11» случился… ну, будем называть его «инцидент», аналитики «Тахо» прошерстили местную сеть и сделали вывод, что речь идёт об элементах «Цветка Шантары», что кто-то, похоже, решил собрать их всех вместе. Отец, к сожалению, счёл эту информацию недостоверной, но я упросила поручить это дело мне и он согласился.

– По типу, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось?

– Ну, где-то так, да, – опять засмеялась Таира. – Места хранения особо ценных предметов корпорации держат в секрете. Объединив данные о силовых акциях и фрагментах «Цветка», я подумала: а что если те же «родманы» или «голды» хранят один из этих фрагментов на Уре? Ну, или у них там есть кто-то, кто точно знает, где находится этот фрагмент. Вероятность того, что новая акция неизвестных случится тоже на Уре, по мнению аналитиков, составляла почти сто процентов. Вопрос был лишь, в каком городе и когда? Лично я поставила на «Город 3» (там находятся филиалы всех корпораций) и на четвёртый, на пятый день после первой акции. Если раньше, то исполнителям просто не хватит времени на подготовку. А если позже, то выше шанс, что их вычислят и обезвредят…

– А «Дикую орхидею» ты как смогла просчитать? – с любопытством посмотрел я на розоволосую.

– Ну, мой отец про подобные методы всегда говорит, что это типичная «женская логика», – пожала она плечами. – В общем, я просто подумала, что если бы я была диверсантом-грабителем, то после акции я обязательно взяла бы заложников из местной элиты, а уж они помогли бы мне скрыться. Но чтобы их взять, надо найти то место, где они появляются чаще обычного и где их меньше всего охраняют. В «Городе 3» я знала только одно подходящее для этого заведение – «Дикую орхидею»…

– А если бы мы после акции туда не пошли?

– Но вы ведь пошли же! – изумилась Таира.

– Всё верно. Пошли.

– Ну, так я о чём? Мой метод сработал, значит, он правильный.

– Ну… и вправду логично, – почесал я в затылке. – А вообще, получается, ты подставилась нам совершенно сознательно.

– Конечно, – Таира отпила немного вина из бокала и непринуждённо закинула ногу на́ ногу. – Я срисовала вас ещё в ресторане. Уж слишком вы выделялись среди остальных.

– Чем?

– Вы совсем не пьянели. А потом я специально зашла за твоей подружкой в дамскую комнату и «совершенно случайно» скормила ей собственную легенду. Ну, чтобы вы уже точно никого больше не искали.

– Да. Это было красиво, – похвалил я её. – Мы, в самом деле, никого больше не искали. Ты – молодец.

– Всё правильно. Я – молодец, – с довольным видом откинулась на диванную спинку Таира. – Но, знаешь, вы тоже меня удивили. Внушить мне, что я нахожусь в какой-то игре – это было действительно креативно. Именно из-за этого я как раз и решила, что план надо изменить.