Текст книги "Мусорщик с Терры 2 (СИ)"

Автор книги: Владимир Тимофеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Как и где можно встретиться с шейхом Валидом, мы выясняли через местную сеть. Ну, в смысле, я поручил это Гарти, передавая Молли лишь результаты поисков без объяснений, как это у меня получилось.

Искин подошёл к задаче со всей серьёзностью. Прежде, чем делать запросы в браузер, он настроил себе виртуальную сеть и прошёл по всему маршруту (три моста, шесть узлов, меняются после каждого активного действия, для некриминального поиска более чем достаточно).

Всё, что нужно, нашлось в открытых источниках. Маскировать моему подселенцу пришлось лишь назойливый и целенаправленный интерес к персоне такого ранга со стороны «хрен знает кого».

Необходимые данные по фигуранту появились у нас спустя четверть часа. Валид бин Юсуф, как и предполагалось, жил не во дворце, а в личном поместье, расположенном в пределах столицы, в десяти километрах от резиденции главы государства. По местным законам, наш юный приятель считался дееспособным без ограничений. Полное совершеннолетие на Аль-Сане наступало в шестнадцать и не только давало право на управление личным имуществом, транспортом и недвижимостью, но и позволяло свободно распоряжаться своими счетами, наличностью, ценными бумагами, долговыми обязательствами, контрактами и прочими… эээ… финансовыми инструментами.

Нет-нет, я вовсе не собирался грабить Валида. Мне просто требовалось общее представление о нём, как о человеке уже не на основе личных впечатлений, которые часто бывают ошибочными, а по его, так сказать, бюрократическому портрету. Говоря иными словами, я хотел знать, насколько наш друг независим в денежном плане и, соответственно, волен в своих суждениях и поступках.

И судя по полученной информации, с экономической независимостью у шейха Валида всё было в полном ажуре. Никто его больше не опекал, а личное состояние вполне позволяло не чувствовать себя бедным родственником даже перед своим дядей эмиром.

– Похоже, с ним можно работать, – подвёл я итог. – Парнишка себе на уме, и никому ничего там не должен.

– А дяде? – усомнилась подруга.

– Которому?

– И тому, и другому.

– По первому пока неизвестно, что с ним. А по второму… – почесал я в затылке. – Да, пожалуй, что нет. Какого-то пиетета перед Абдулом я у него не заметил. Опекуном у Валида до его совершеннолетия, если верить сети, был Дауд. А Абдул, хм, он скорее был конкурентом эмира, а не соратником. Но, правда, тоже… с натяжкой. В праве наследования, если эмир умрёт, первым будет стоять ещё не рождённый сын шейхи Зайнаб, а не Абдул и тем более не Валид.

– И вот это меня как раз и пугает, – задумчиво ответила Молли…

К вечеру, наконец, подоспели официальные новости. Пресс-служба Большого Дивана коротко сообщила, что «на сегодняшнем приёме во дворце „Радж Мука́д“ произошла стрельба, в результате которой пострадали несколько человек, в том числе, сам великий эмир Дауд бин Джафар Ас-Самах. Здоровье эмира сейчас вне опасности. Причины случившегося выясняются. Обязанности главы государства временно исполняет младший брат эмира Дауда шейх Абдул бин Джафар Ас-Самах».

В общем, максимально расплывчато, но «без чрезмерного нагнетания». Кто, что, как, когда, почему – гадайте и думайте сами, поскольку ни чрезвычайное, ни военное положение не введены, в розыск никто не объявлен и даже балет «Лебединое озеро»… прошу прощения, «Шахерезаду» по головизору не показывают. Хотя эмир, «здоровье которого вне опасности», свои обязанности почему-то не исполняет, а доверил их своему ближайшему родственнику.

Но, кстати, сам факт стрельбы в эмирском дворце – не такое уж невообразимое дело в «восточном менталитете». Сам помню, с каким удовольствием в некоторых, не буду называть, каких именно странах джигиты палили в воздух из автоматов по любому удобному случаю, что на похоронах, что на свадьбах, а потом удивлялись… те, кто остался в живых, почему им из «воздуха» прилетела «обратка» в виде полтонны чугуния, как россыпью, так и одной упаковкой. Разные цивилизационные ценности, ничего не поделаешь. Хотя я, безусловно, и те, и другие ценности всегда отвергал как чуждые, со всей своей классовой ненавистью и пролетарской сознательностью…

Так или иначе, планы по шейху Валиду мы отменять не стали.

Их было аж три. План А, план Б и сырые намётки «как быстро свалить, если первые два с треском провалятся».

План А предусматривал «взять фигуранта» в поместье, как только он там объявится. План Б – «прихватить его», если внезапно попрёт, ещё по дороге к поместью. Ну, и последнее… нет, про последнее я лучше промолчу… На всякий пожарный. Чтобы не сглазить. В обратную сторону…

Все следящие камеры, принадлежащие городскому дорожному департаменту на маршрутах от «Радж Мукада» к поместью, Гарти взял под контроль. В том, что Валид сегодня или, в крайнем случае, завтра покинет дворец и вернётся домой, ни я, ни искин, ни Молли не сомневались. Его машина – продвинутый ховер-скат 9-й модели производства «Голдчейн техникверке» – была нам известна. Шейх Валид сам нам её показывал утром во время «экскурсии», поэтому пропустить её выезд из «Радж Мукада» мы никак не могли. Технические характеристики этой модели и нюансы эксплуатации и управления Гарти скачал из сети. План поместья Валида он нашёл там же. Пусть и не самый новый, без вполне вероятных последующих переделок и перестроек, но чтобы тихо пробраться внутрь, хватало и этого. Наружные стены, двери и окна остались теми же самыми, ограждение территории – тоже, а значит, дырку в системе охраны мы, сто пудов, обнаружим…

Первый звоночек, что планы могут сорваться, поступил в двадцать два пятьдесят.

«С основного маршрута уходит полиция», – сообщил Гарти.

И действительно. Две полицейских машины, дежурившие недалеко от дома Валида, внезапно сорвались с места и куда-то уехали. Плюс имеющийся на дороге стационарный пост тоже вдруг прекратил работу и опустел. По камерам это было видно отлично.

– Может, проедем на место, посмотрим? – предложила не слишком уверенно Молли.

Я с ней не согласился.

– Не стоит пока. Может быть, это вовсе не то, что мы думаем…

О том, что, скорее всего, это как раз «то и есть», стало понятно в половину двенадцатого.

Буквально рядом с поместьем, примерно за полкилометра, в том месте, где дорога круто изгибается, кругом деревья и нет лишних глаз, появились трое чуваков с большим чемоданом. Они приехали туда на здоровенном колёсном рыдване и тут же загнали его в кусты, чтобы не отсвечивал.

– Стрелять собираются? Или взрывать?.. По-моему, всё же взрывать, – сделала ставку Молли, глядя, как эта троица устраивается на обочине и начинает вытаскивать из чемодана детали какого-то агрегата.

– Ни то, ни другое, – ответил я, выслушав, что рассказал мне искин. – Эта хреновина – генератор гравилуча, компактная версия. Спецсредство, производимое «Родман бразерс». Применяется для совершения диверсий. Даже странно, что ты его не узнала.

– Я была ликвидатором, а не диверсантом, – буркнула Молли. – И всегда работала точечно, а не по площадям. И с этой фигнёй я вживую не сталкивалась, только слыхала.

– Сегодня столкнёшься, – пообещал я.

– Значит, погнали?

– Погнали. И чем быстрее прибудем на место, тем лучше…

На место мы прибыли через десять минут, на роботакси. Подъехали, конечно, не прямо к этим троим, а за полкилометра до поворота. Дорога здесь шла меж глухими заборами, а затем через парк. Вот на границе того и другого мы и остановились.

Камеры видеонаблюдения тут, конечно, присутствовали, но Гарти над ними уже поработал. Он, вообще, поработал над всеми следящими устройствами в ближайших окрестностях. Как именно, я даже вдаваться не стал. Главное, что нас с Молли в их матрицах, по его словам, не было, а прочее никакого значения не имело.

– Попасть, куда надо, сможешь? – спросил я подругу.

Та в ответ лишь презрительно фыркнула.

И я, и она – мы опять поменяли личины, вернувшись к прежним, в каких куролесили во дворце. В других шейх Валид нас мог бы и не узнать.

«Едет, – сообщил Гарти спустя четверть часа. – Будет здесь минут через пять».

– Готовность – триста секунд, – передал я напарнице.

Молли кивнула, вынула лазерганы и заняла позицию для стрельбы. Я перебежал на другую сторону улицы и спрятался на обочине. Особенность крутой ховер-тачки Валида заключалась в том, что ей можно было управлять удалённо. Но лишь при условии, что кто-то отключит контроллер запрета доступа, расположенный в задней части машины под специальным лючком. Вручную мы, ясное дело, отключать его не собирались.

«Сопровождения нет», – подтвердил подселенец то очевидное, что предполагалось ещё до того, как мы сюда прискакали. Охрану нашему «другу» никто в «Радж Мукаде» не выделил. А сам он был слишком молод и, видимо, слишком горд, чтобы настаивать на охране себя любимого. «А фигли мне какие-то десять кэмэ! Сто раз там ездил, и всё было норм. Проеду и на сто первый». Эх, молодость, молодость…

Вылетевший из-за домов ховер-скат промчался прямой участок до точки, где пряталась Молли, секунд за двадцать. Времени, чтобы прицелиться, у неё было предостаточно. В том, что она попадёт, я нисколько не сомневался.

Лазерганы в её руках два раза сверкнули, и в то же мгновение машина Валида словно бы клюнула носом.

«Есть контакт! – выкрикнул Гарти. – Переключаю контроль… Готово…»

От резкого торможения ховер-скат пошёл юзом. Несущие антригравы переключились в аварийный режим и прижали машину к асфальту. Где-то через полсотни метров она, наконец-то, остановилось, и я рванул к ней прямо через кусты.

Электронный замок на дверце водителя, понятное дело, преградой не стал. Я распахнул её настежь, резким движением выдернул из-за штурвала-руля обалдевшего от произошедшего шейха и, ухватив его за воротник, потащил к обочине. Упираться наш юный приятель даже не пробовал – настолько, видать, его это всё потрясло.

– Ты⁈ – выдохнул он лишь тогда, когда я уложил его наземь и приставил к голове ствол.

– Мы, – поправила его подбежавшая Молли.

– Лежи и не дёргайся. И слушай, что я скажу, – качнул я игольником. – Слушай внимательно. Первое. Мы не собираемся причинять тебе вред. Второе. На приёме мы не стреляли в Лайлу, Дауда и его двух гвардейцев. Третье. Прямо сейчас тебя собирались убить другие, подстроив всё под несчастный случай. Если понял, моргни.

Парень быстро моргнул.

– Если ты обещаешь, что не будешь изображать из себя героя, когда я уберу ствол, моргни дважды… Молодец!.. Убираю…

Я убрал от его головы игольник и спрятал пушку под курткой.

– А теперь спрашивай. Только быстро. У нас мало времени.

Надо отдать ему должное, он держался достойно. Не дёргался, не истерил, не пытался наброситься на меня… только лоб себе вытер и нервно сглотнул. А после спросил:

– Там, во дворце? Вы действительно ни при чём?

– Да.

– Кто захотел меня… устранить?

– Ты можешь сам их спросить. И не только спросить, но и убедиться, что я не вру. Готов?

– Готов.

– Тогда пошли…

Сперва мы дошли до стоящего у обочины ховер-ската. Я вынул оттуда спецпульт и управляющие очки (где их искать, подсказал Гарти) и передал Валиду:

– Управлять удалённо умеешь?

– Да. А разве…

– Блок контроллера снят, – не дал я ему закончить. – Надевай и проверь.

Валид молча надел очки и щёлкнул пультом. Машина приподнялась в воздух, двигатель заурчал.

– Достаточно. Снимай и двинулись дальше…

Дальше мы двинулись через лесопарк, срезая угол, созданным поворотом дороги.

Метров за сто до места, где тихарились диверсанты-вражины, я дал знак Валиду, чтобы тот двигался аккуратнее и старался не сильно шуметь. Вообще говоря, особой необходимости в этом не было. Скрытность нам обеспечивали сами злодеи. На ушах у них были надеты наушники, а на глазах такие же, как у шейха, очки виртуальной реальности, но только управляли они не машиной, а генератором гравилуча и ближайшими следящими камерами.

Про камеры, кстати, Гарти довольно язвительно заявил:

«Пускай. Пускай себе верят, что это они ими управляют. Хе-хе. Наивные чукотские юноши…»

Валид, конечно, старался, но получалось не очень. Я даже несколько раз цыкал на него, чтоб он не пёр сквозь кустарник, как слон, но в итоге всё обошлось.

Когда мы оказались буквально в десятке метров от сидящих в засаде, я тихо спросил у спутника:

– Знаешь, что это? – и указал на работающий генератор.

– Знаю, – так же тихо ответил Валид.

– Представляешь, что с его помощью можно сделать с твоей машиной?

– Более чем.

– Отлично. Тогда заводи свою тачку и вези её прямо сюда, как будто ты сейчас в ней и ни черта́ о засаде не знаешь.

– Хорошо, – кивнул шейх…

Удалённая связь с его ховер-скатом действовала на дистанции до десяти километров, а вирт-очки со встроенным нейроинтерфейсом позволяли оператору ощущать себя сидящим внутри машины на водительском кресле.

Спустя пятнадцать секунд машина Валида вынеслась на хорошей скорости из-за поворота и помчалась прямо к засаде. Миг, и из генератора по ней ударили гравилучом. Ховер-скат буквально подпрыгнул над трассой и, не снижая скорости, всей своей массой влепился в стоящий на другой стороне дороги бетонный блок.

Ни пожара, ни взрыва не было. Машина попросту разлетелась на сотни осколков, а место аварии окуталось облаком пыли.

– А теперь ходу! – рявкнул я, выхватив станнер. – Живыми брать, бляха-муха!..

Сопротивления противники не оказали. Атака сзади стала для них неожиданностью. Станнер мне, кстати, не пригодился. У всех диверсантов были антистан-пластыри, но они им не помогли. Двое, поваленные наземь пинками и увидевшие направленные им в рожи стволы, сразу же сдулись. Третий попробовал убежать, но получив в ногу иглу из игольника, рухнул, словно подкошенный. Чтобы он не вопил, пришлось хорошенько треснуть его по башке, потом вставить в пасть кляп и связать.

Экспресс-допрос провели на месте, «не отходя от кассы». Сам я ничего спрашивать у диверсантов не стал. Доверил это дело Валиду. Всё-таки это его они пытались прикончить, а не меня и не Молли.

Поэтому я просто вздёрнул на ноги одного из захваченных, Молли приставила к его башке лучевик, а шейх Валид упёрся тяжёлым взглядом в допрашиваемого и коротко бросил:

– Кто?

– М-м-мустафа, – пролепетал тот.

– Какой ещё Мустафа?

– Й-й-й-а М-мустафа.

– Болван! – Валид дёрнул щекой и быстро взглянул на меня.

Я врезал придурку под дых.

– На тебя мне плевать. Ты просто мелкий шайтан, и шайтаном подохнешь, – продолжил Валид. – Я спрашиваю, кто приказал? – указал он на разлетевшийся в пыль ховер-скат.

– Х-х-хаким, – выдавил из себя «Мустафа».

– Хаким? Начальник дворцовой стражи?

– Д-да.

Наш приятель удовлетворённо кивнул и посмотрел на второго валяющегося в траве диверсанта, что пока был в сознании.

– Здесь их будем кончать или где-нибудь в стороне прикопаем? – поинтересовался я будничным голосом.

Допрашиваемый закатил зенки и попытался брякнуться в обморок.

В воздухе запахло дерьмом.

– Обосрался, – поморщилась Молли.

– Который?

– Да оба.

– Кончать их мы здесь не будем, – решил наконец-то Валид. – Возьмём их машину, отвезём всех троих ко мне, а дальше посмотрим…

Троих крепко связанных диверсантов-бандитов мы запихнули в просторный багажник их же рыдвана. За руль сел сам шейх, я плюхнулся рядом, Молли устроилась сзади.

К воротам поместья мы подъехали через пару минут. С левого края привратной арки на нас уставилась следящая камера, с правого – укрытый в специальной нише автоматический плазмоган. Сурово, однако. Стоит лишь дёрнуться, и нашпигуют зарядами по самое не балуйся.

Валид выбрался из машины и подошёл к вызывной панели.

– Джамаль, это я… Да, со мной ещё двое. Это друзья… И трое в багажнике. Это пленные…

Секунд через десять воротные створки начали медленно открываться.

Мы въехали внутрь, прокатились по вымощенной камнем дорожке где-то полсотни метров и остановились перед широким крыльцом.

Встречали нас четверо. Трое держали в руках оружие. Один, богато одетый, с кинжалом за поясом, шагнул с крыльца и коротко поклонился вышедшему из машины хозяину:

– Ас-сайед!

– Джамаль-джан! – Валид весело хлопнул его по плечу и кивнул себе за́ спину. – Принимай аппарат. Трофейный. Махнул не глядя…

Глава 20

От ужина и даже от простого перекуса мы отказались, хотя Валид предлагал.

Мы ждали его наверху, в его кабинете. Как говорится, в святая святых. Он оставил нас там, сказав, что пока сам не допросит захваченных на дороге, о том, что произошло во дворце, нам лучше не разговаривать.

Валид отсутствовал час. А когда, наконец, вернулся, то выглядел хмурым и словно бы повзрослевшим, лет эдак на десять, не меньше.

– Мой отец погиб неспроста. Ему помогли, – заявил он с порога, затем плюхнулся в кресло, налил себе воды из кувшина и залпом выпил. – И то, что случилось сегодня… я теперь вижу… всё это звенья одной цепи…

Мы его не торопили. Что нам было нужно, он знал. А если не знал, то догадывался.

– Короче, что было на приёме, с чего там всё началось, я не видел, – продолжил хозяин дома. – Я видел только последствия. Вы двое исчезли, шейха Лайла убита, двое нукеров из стражи убиты, оба телохранителя дяди Дауда убиты, сам он тяжело ранен.

– То есть, он всё-таки жив⁈ – не удержалась от восклицания Молли.

– По счастью, да. Спасибо сайеде Таире, – кивнул Валид. – Она оказала первую помощь, остановила кровотечение, и дядю смогли донести до медкапсулы. Но общий прогноз пока… сложный.

– Всё плохо, да?

– Я точно не знаю, – развёл руками Валид. – Меня в реанимационную не допускают. Её охраняют люди Хакима, а он, как мы теперь знаем…

– Доверия не заслуживает, – закончил я фразу.

– Да. Не заслуживает, – сверкнул наш приятель глазами. – Но возле капсулы постоянно дежурит шейха Самира. И я надеюсь, она не позволит Хакиму и его присным что-нибудь там повредить.

– А если её саму? – провёл я ребром ладони по горлу. – Ведь если Хаким и вправду замешан, то ни ему, ни тем, кто за ним стоит, живой великий эмир не нужен от слова совсем. И, значит, если твой дядя пойдёт на поправку, то… сам понимаешь, чем это грозит.

– Я понимаю, – наклонил голову племянник Дауда. – Но я пока ничего не могу. И даже те трое в подвале, – он брезгливо поморщился. – Они обычные пешки. Одного их свидетельства недостаточно, да и знают они самую малость. Мне вообще объяснили всё по-другому. Мне сказали, что это вы открыли стрельбу, убили охранников, Лайлу и почти убили эмира.

– А тот, кто стрелял в меня и бросил гранату? Его не нашли? – спросила напарница. – Он же ведь, получается, стрелял и в Зайна́б. Она разве не видела?

– Зайнаб, – криво усмехнулся Валид. – Она сказала, что это ты швырнула гранату. А перед этим толкнула её в фонтан, и она только чудом туда не упала. И никого, кто в тебя стрелял, она не заметила.

– Вот же ведь… паразитка! – ругнулась Молли. – Да если бы я её не толкнула, её бы уже хоронили. Тот гад, он игл не жалел. Очередью лупил, от души!

– Так как же ты выжила⁈ – удивился хозяин дома. – Он что, промахнулся?

– Реш! Покажи ему, – ляпнула Молли и тут же прикрыла ладошкой рот, сообразив, что сказала «что-то не то».

– Реш? – вздёрнул брови Валид.

Я негромко вздохнул и укоризненно посмотрел на подругу.

Та виновато потупилась: мол, извини, само вырвалось.

– Реш – это мой позывной, – выдал я наиболее разумное объяснение. – Со старых времён.

И ведь не соврал же. Ни единого слова.

Юный шейх мою версию принял. Но на этом, понятно, не остановился. Дураком он всё-таки не был, и слух у него был хороший:

– И что ты должен мне показать?

– Держи, – протянул я ему свой игольник. – Пользоваться умеешь?

– Конечно.

– Стреляй.

– Куда?

– В меня… Ну, или в неё, без разницы, – указал я на Молли.

– В каком смысле стреляй⁈ – глаза у Валида стали как две стодинаровые монеты.

– В прямом, – закатал я рукав и подставил руку под выстрел. – Давай, не бойся! Один раз – не Тинто Брасс. Жги!

Племянник эмира сжал губы, отвернул слегка голову и, скривившись, словно от угодившей в рот горечи, нажал за спуск. Вылетевшая из дула игла ушла от моей руки рикошетом вбок и врезалась в стену, оставив на ней изрядную выбоину.

– Не понял, – лицо у стрелка изумлённо вытянулось.

– Попробуй ещё раз, – потёр я то место, куда угодила иголка (как ни крути, а ощущения неприятные). – И можешь стрелять не в руку, а, скажем… в грудь.

Валид покачал недоверчиво головой, но совету всё же последовал. Вновь поднял ствол и выстрелил.

Иголка застряла в куртке. Я аккуратно вынул её и показал шейху расплющенный наконечник.

– Теперь, надеюсь, понятно?

Хозяин дома потёр «пушкой» висок, окинул взглядом меня, затем мою спутницу…

– Вы… киборги?

Мы с Молли дружно расхохотались.

– Нет, друг Валид. Не киборги. Киборги – это сложно. Мы – люди. Обычные люди, но только шкурка у нас… особенная.

– Экспериментальная защитная наноплёнка от корпорации «Тахо сиенса», – принялась врать подруга. – Опытный образец. Стоит примерно как десять дворцовых комплексов «Радж Мукад». В свободную продажу не поступала и, я полагаю, никогда поступит…

Она вещала столь вдохновенно, что в какой-то момент даже я едва не поверил в эти, мягко сказать, фантазии, а про нашего шейха и говорить нечего. Он смотрел на нас со смесью ужаса и восторга. И вероятно, уже прикидывал, как эта плёнка будет смотреться на нём.

– Каждая подобная плёнка готовится индивидуально, под конкретного человека, с контролем по ДНК и так далее, – решил я заранее снять любые «поползновения».

Шейх на мгновение замер, в его глазах промелькнуло что-то вроде обиды.

– Но только учти. Мы ничего тебе не говорили, – добавила Молли. – И, главное, при Таире это не ляпни. Ага?

– Не ляпну, не беспокойтесь, – пробурчал собеседник и внезапно спросил. – У неё, кстати, тоже такая защита? Или покруче?

Я покачал головой:

– Увы. У нашей Таиры вообще нет защиты.

– Почему? – удивился Валид.

– Генетическая несовместимость. Такое бывает. Да, – развёл я руками.

Наш новый приятель нахмурился, почесал себе нос…

– Ладно. Вернёмся к Зайнаб. Короче, и она, и Хаким заявили, что вы оба – убийцы. Что вы профессиональные наёмники и работаете на Мартинеса. И что это Таира-сахбати привела вас к моему дяде, и значит, тоже виновна.

– Что они сделали с ней?

– По приказу моего дяди Абдула её задержали.

– Уроды! – бросила Молли.

– Куда её поместили? – взглянул я на юного шейха.

– Если я правильно понял, в тюремную башню, – ответил тот.

– Следящие камеры в зале имелись? Запись велась?

Валид удручённо вздохнул:

– Выяснить, кто и в кого стрелял, сейчас невозможно. Когда началась заваруха, все камеры оказались отключены из-за случайного сбоя. Записей, соответственно, не осталось.

«Это не я», – сообщил подселенец.

«Я знаю».

– Хитро́, но уж слишком топорно, – позволил я себе усмехнуться. – А теперь самый главный вопрос. Ты сам-то веришь, что мы не убийцы? Веришь, что наша Таира ни в чём не замешана?

– Верю, – Валид мотнул головой и сжал кулаки. – И не только из-за того, что люди Хакима пытались меня убить, и не из-за того, что вы мне сейчас показали и рассказали. И даже не из-за того, что… – его голос внезапно дрогнул, – что Таира-сахбати мне нравится. Нет. Я вам верю из-за другого. Сегодня утром дядя Дауд сам попросил меня, чтобы я показал вам секретный ход из дворца. Ведь вы же через него ушли, да? – он взглянул на меня, я кивнул. – Ну, так вот, это было не просто так. Мне кажется, он что-то предчувствовал. Что-то такое, из-за чего вам придётся бежать. А ещё он сказал мне, что он вам кое-что должен. Что после приёма он должен вам кое-что передать. Что-то достаточно ценное. И что он не хочет, чтобы об этом узнали Абдул и другие. Нет, я не спрашиваю, что именно он хотел вам отдать, ведь раз он мне не сказал, значит, мне это знать не положено. Но вот что я и вправду хотел бы спросить… – на этом месте он ненадолго задумался. – Я хотел бы спросить вас… что вам важнее? Таира-сахбати? Или та ценность, которую обещал вам мой дядя?

Мы с Молли переглянулись.

– Ценнее Таиры для нас ничего сейчас нет, – сказал я, глядя Валиду в глаза. – А то, что нам обещал твой дядя… Об этом мы будем думать, когда её вытащим.

Хозяин поместья удовлетворённо кивнул:

– Спасибо. Я так и знал. А теперь объясните мне, что надо сделать, чтобы помочь вам…

* * *

По гладкой пластобетонной стене я полз, словно старый паук, давно позабывший, как это делается, и полагающийся лишь на ещё не стёршиеся от склероза древние навыки и мышечные инстинкты. Вообще говоря, о способности бронегеля прилипать, если надо, к внешней поверхности, я не подозревал и, как и всегда, узнал о ней от искина.

На вопрос «Почему не рассказывал раньше?» он, как обычно, ответил: «Необходимости не было». И был абсолютно прав. До сегодняшней ночи необходимости ползать по вертикальным стенам у меня, в самом деле, не возникало. Но хотя бы намекнуть о такой возможности у него бы, я думаю, не заржавело. Дело-то плёвое. Особенно в той ситуации, в какой мы все оказались. И тем не менее этот цифровой интриган тянул до последнего. Мозговой штурм по поиску вариантов, как вызволить из башни Таиру, длился часа полтора. Все предлагаемые способы, увы, никуда не годились. Устроить скрытый проход во дворец Валид нам, конечно, мог, но в тюремную башню ему хода не было. А действовать силой означало пустить дело на самотёк, и гарантировать в этом случае полную безопасность Таиры у нас бы не получилось.

– У охранников башни есть строгий приказ. При малейшей угрозе, что узника могут освободить, его убивают, – объяснил нам Валид.

Известная для истории человечества практика. Проверять, не воспользуются ли ею сегодня, нам, ясен пень, не хотелось. А пробраться в узилище тихо, чтобы никто не заметил, на самый верх башни, минуя посты, можно было только по воздуху.

– Собьют на подлёте, – без обиняков заявил наш высокородный приятель. – Всё небо вокруг сканируется непрерывно.

– А если вырубить сканеры?

– Их можно вырубить лишь изнутри. Причём, чисто физически. Центр управления не имеет выхода в дворцовую сеть. Система воздушной охраны действует автономно.

– Лакуны в области сканирования возможны?

– Ты хочешь попробовать антиграв-флаеры? – догадался Валид. – Подобраться с земли, включить вертикалку, зависнуть у крыши и всё такое?

– Ну, предположим, что да.

– Не получится. В охранной зоне дворца антиграв не работает. Специальное поле.

– Даже у самой земли?

– Не выше двух метров. Продавить это поле, конечно, можно, но нужен энергореактор, сравнимый по мощности, какие ставят на крейсерах и линкорах. Да и потом, даже если бы поле отсутствовало, на флаере к башне всё равно незаметно не подобраться. Он слишком большой и сильно фонит. Его сразу заметят. Так что надо бы как-то иначе. По-тихому.

– Вот если бы можно было по стенке наверх вручную забраться, вот это было бы здорово, – сказала внезапно Молли, и в этот момент цифровой подселенец в моей голове наконец-то очнулся и выдал то, что нам требовалось…

Бронегель прилипал к стене совершенно беззвучно, а отрывался с негромким шлепком, и каждый раз, когда это происходило, я непроизвольно морщился – вдруг услышат? Хотя опасаться этого, наверно, не стоило. Башня располагалось не в центре дворца, а с самого края, примыкая вплотную к тому оврагу, что опоясывал территорию комплекса с северной стороны. Я полз по её внешней стене, где не было ни дверей, ни окон, ни звуковых датчиков. Лишь парочка видеокамер на высотах «плюс сорок» и «плюс сто двадцать», которые даже перепрограммировать не было смысла, поскольку угол обзора обеих захватывал всё, что угодно, но только не саму стену.

Валид с нами на операцию не поехал, хотя поначалу и рвался. Просто я объяснил ему, что во-первых, в отличие от меня и от Молли, защитного геля у него нет. А во-вторых, если что-то пойдёт не так, он нужен нам не просто живым и здоровым, но ещё и «ни в чём не замешанным». Поэтому ему и надо оставаться в поместье до того мига, пока операция не закончится.

Единственное, что помимо информационной поддержки потребовалось от него на этом этапе – это снабдить нас транспортом. Небольшой пятиместный мо́биль, принадлежащий одному из работников дома, для этого вполне подошёл. Валид просто купил его у своего же слуги за двойную цену и передал нам «в безвозмездное пользование».

Машину мы оставили на краю лесопарка-дендрария, примыкающего к оврагу.

Молли я приказал ждать меня на одной из полян, в том месте, где удобней всего приземлиться на парашюте-крыле. Да-да, как раз этот способ, уже опробованный на Уре, я решил применить для отхода с «добычей». Высота башни это вполне позволяла.

Внешность мы, кстати, снова сменили, вернувшись обратно к обликам Квай-Гон Джинна и Греты Безель. На тот случай, если что-то пойдёт не так, чтобы никто не связывал меня и подругу ни с шейхом Валидом, ни с той парой «наёмников», что была во дворце с Таирой Мартинес. Сама же Таира узнала бы нас в любом образе, так что с её стороны я проблемы не видел. Следовало только проникнуть в темницу, а прочее уже дело техники.

По стене я полз минут двадцать. Почти двести метров от дна оврага до крыши тюремной башни – для традиционного спортивного скалолазания дистанция, прямо скажем, чрезмерная. А если учесть, что трещины и выступы, за которые можно цепляться, в пластобетоне отсутствовали как класс (его поверхность вообще была идеально гладкой, как зеркало), то подняться по этой стене ни один из спортсменов не смог бы чисто технически. У меня же этот подъём выпил буквально все силы. Бронегель бронегелем, а держать равновесие и перекидывать сотню с лишним кило с левой руки на правую ногу, с правой ноги на левую, а после снова на ру́ку, и так без конца и без края тысячу с лишним секунд подряд… Нет, в следующий раз я всё же попробую отыскать какой-нибудь более лёгкий способ, чтобы потренировать себя на выносливость, а сейчас… Да, сейчас выбирать было не из чего. В том смысле, что либо я доберусь-таки до вершины, либо сорвусь и сдохну в овраге под этой уродской башней.

До вершины, хвала небесам, я всё же добрался. Точнее, не до самой вершины, а до последнего этажа, который «обозначался» узким, на пару ладоней, незаметным снизу уступом, на котором даже можно было стоять, пусть и прижавшись всем телом к стене, но всё же стоять, без страха, что гель не выдержит тяжести и оторвётся от камня. Об этой опасности, к слову, меня заранее предупредил подселенец, сказав, что висеть на стене «приклеенным» в четырёх точках можно секунд двадцать пять, не дольше, иначе наноструктура геля «устанет» и он и впрямь оторвётся.

На уступе я стоял минут пять, приходя в себя, разминая безумно уставшие мышцы. Чтобы не думать о том, как мне плохо, я думал о том, о чём мы говорили в поместье, прикидывая сложившиеся расклады, размышляя, кому доверять и насколько.