Текст книги "Гаремник. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

– Они первые начали. А я всегда отвечаю. И мщу.

– Я прошу прощения за случившееся от имени местного Особого отдела, – сказал капитан, прерывая нашу свару.

– Не принимаю. С местных работников я должок позже лично спрошу. Что вам нужно?

– Это как это спросите? – спросил капитан с подозрением.

– Привезут какого особиста, пошлю к другому врачу. Я людей из этой организации лечить не буду. Принципиально.

– А как же клятва?

– Моё слово твёрдо, сам дал, сам забрал обратно.

– Ясно, – покивал капитан, и добавил. – Мне всё же приказано доставить вас в Москву. Скоро санитарный эшелон отправят на столицу, мы отбудем с ним.

Ну тут я ничего не решаю, капитан быстро всё организовал. Через час я на санитарном эшелоне уже ехал в сторону Москвы, верхняя полка купейного вагона. Кстати, с капитаном было три бойца. Сержант госбезопасности и два рядовых бойца. Я же размышлял об особистах. Нет, мстить как чеченцам до смерти не буду, старший особист прав, я тоже покалечил его людей в отместку. Это потом на меня налетела толпа, бойцы комендантской роты, и метелили. Потом носили избитого на допросы и там уже не такого резкого уже сами били. Так что у нас тут баш на баш, но они действительно первым начали. А вот что лечить не буду, это точно. А принципиально. Причём, не только этого отдела. А вообще всех. Я злопамятный. И они мне не братушки. Я так только к простым бойцам обращался. А так в принципе меньше чем за сутки добрались до столицы. Там на носиках несли, погрузили в санитарную машину и куда-то повезли. Стоит сказать, что у меня свободно хранилище почти на сорок килограмм. Тут и припасы отдал с медикаментами, все перевязочные ушли, и накачалось. Если будет возможность посетить магазины или рынки, обязательно воспользуюсь, пополню. Первым делом керогаз и бидон керосина. Ох как я о нём вспоминал, пытаясь под дождём разжечь костёр. Точнее тент натянул, и в полной сырости пытался его развести. Получалось, но больше часа убил. Надо было возничим поручить, но те раненым помогали, обмывали, утки носили. Иметь такое в запасе стоит. Потом котёл, литров на пять. Одного моего котелка мало, да и личный он, нужен котелок побольше. Ведро не пойдёт, пригорает. Стенки тонкие.

Понятно припасы нужны. Палатка – это точно, небольшую, но нужна. Ночевал я на открытом воздухе, да под дождём, зачастую под телегами, и запомнил это надолго. Так что тут даже вопроса не стоит. Подстилку. Мне конечно с климат-контролем хорошо, но зима скоро. Что-то нужно. Всё же, наверное, на снегу я спать не смогу. Кстати, в управлении климат-контролем была отдельная строка, там я могу писать замечания по климату. Все плюсы и минусы указывал. Уже десятка два написал. В основном жалобы на не совсем удобное управление, ну и какие минусы. Их пока пять. Впрочем, и плюсы указал. Так что закупиться я обязан. А так меня ждали отдых, если конечно ещё ниже опустить не захотят. Вон военфельдшером сделали и отправили на самое горячее направление. То, что фронт там скоро рухнуть должен, наверняка знали. Избавлялись так от неугодного. А теперь я травмирован, мне лечиться нужно, закрытый перелом руки, и я не собираюсь быстро лечить. Месяца два минимум. Если не тюремная больничка, отношение капитана показывало, что нет, да и везли как не простого человека, вон машина отдельная, то просто лечиться буду, на всё забив, пока не восстановлюсь естественным способом. Да и внимания привлекать не хочу аномально быстрым выздоровлением. То, что мне на шею могут сесть, лечить высокопоставленных чиновников, генералов, они тоже конечности теряют, меня не беспокоило. Буду, почему нет? Их же там не тысячи, десяток наберётся, и всё.

Почему я решил, что это связано с моей работой по утраченным конечностям? И то что тут большие шишки замазаны? Так привезли в кремлёвскую больницу, а сканер выловил знакомую ауру. Того бойца, которому руку отрубило винтом. Тут у любого всё сложиться. А палата? С какого меня в отдельную положили, одноместную? Похоже я всё же кого-то заинтересовал. Не Хазин ли воду мутит? А я уже узнал, что он близкий родственник некоего Цанавы, главы НКВД Белоруссии. Такой родственник от многого прикроет. Может тот помочь Хазину? Вполне. Хазина тут нет, сканер не фиксирует. Но это ничего не значит. А так расположили в палате, в принципе я и сам ходить мог, из вагона сам вышел, не хочу чтобы санитарки на спине выносили, как других, но раз носят на носилках, то почему и нет? Если люди хотят, то пусть работают. Так что разместили. И тут целая коллегия врачей пришла, почти сразу как занесли, даже не осматривали, лечащего врача не назначили.

– Это вы Караваев? – требовательно спросил седой, представительного вида мужчина, я даже узнал его, в медицинских книгах писали, профессор один.

Кстати, давний недруг отца Геннадия. Тот про него только сквозь зубы говорил. Он работал под его началом, и тот украл идею Караваева-старшего, выдав за свою. Тот ему это до сих пор простить не мог.

– А вы профессор Виноградов, тот вор, что у отца идею с лангетами украл?

Тут тот вспылил, матюгался не стесняясь присутствующих. Там и две дамы было. Я тоже посылать умею.

– Пошёл вон отсюда, Кац.

– Я Виноградов, – мгновенно взбеленился тот, хотя и так разозлить его смог.

– То, что ты на Виноградова фамилию сменил, меньше тебя Кацем не делает. Пшёл вон, ворюга.

А я ничем не рисковал. Отца тот не тронет, не в его власти, хотя да, ведущий специалист кремлёвской больницы. Отец крепко сидит и у него свои знакомые есть. А я за эту профессию не держусь, и простым стрелком воевать пойду. Так что поговорить не смогли, тот взметнув краями белого халата мигом вылетел из палаты, во взбешённом состоянии. Лицо красным стало, аж прикуривай. Ну и остальные за ним потянулись, делая невозмутимый вид, старались не показать чему стали свидетелями, как их научного руководителя и начальника только что опустили ниже плинтуса. А то пришёл тут, глядит на меня как на ничтожество, нос к верху, сопли видно. Кстати, мог бы и почистить ноздри, заросли волосами, неприятно смотреть. Через полчаса, в палату осторожно заглянула женщина лет тридцати пяти, медсестры не было, вообще никого с момента как профессора этого послал.

– Здравствуйте, я Степанида Леонидовна, ваш врач, – тихо сказал та.

– Врач – это хорошо, – с довольным видом сказал я. – Лечите. Кстати, когда разрешат прогулки в город? Мне бы побыстрее. Имейте это ввиду.

– Сначала узнаем в каком вы состоянии. Медкарта что с вами пришла, не полная.

– Особисты корпуса наверняка подчистили, после того как избили меня.

Там скользнула в палату и медсестра. Сначала сняли форму, грязную, пропревшую, меня снова одели после медсанчасти и осмотра, сапоги стянули, с грязными портянками. Всё это санитарка вынесла. Она третьей была, также она принесла тазик с водой и стала омывать, пока мой врач меня осматривала. Я кстати подсказывал. Зафиксировали переломы, кстати, гипс и повязка неплохо наложены, тут я похвалил медиков корпуса. Ну и травмы и раны обработали, да на бумаги всё зафиксировали. У меня два зуба выбито, нос свёрнут был, нос я уже подлечил, и два зуба выращивал, ещё не проклюнулись, но в десне уже есть. Так что почти час занял осмотр, санитарка закончила меня мыть, дважды это сделала, меняя воду, хоть чистым стал. Так что начали лечить. Да, было уже двадцать третье сентября. Я же жду того, кто это всё устроил. А пока обед. Со завтраком опоздал, но обед принесли. И без ограничений, мне массу нужно наращивать.

Гость пришёл только на следующий день, я лежал на койке и смотрел с планшета комедию, про приключения двух незадачливых пиратов. Кстати, очень смешно. Наушник вставлен в ухо, идёт комплекте, звук туда, и смотрел с экрана. И знаете, только тут в палате я впервые использовал планшет, вот так просто отдохнуть и фильм посмотреть. А когда было? Времени не было от слова совсем. Даже у лётчиков, его особо не было, там бюрократия довлела, а всё свободное время я на девушек тратил, а так что вот тут лёжа, травмированный, нашел время и вот смотрю фильм. Кстати, планшет сразу убрал, и вопросительно глянул на гостя. А в палату зашёл командир, в форме комиссара госбезопасности третьего ранга. Цанава, сто процентов. Я обед ждал. Уже одиннадцать, мне покой предписан, лежу, восстанавливаюсь. В ближайшей месяц меня в город не отпустят, лечащий врач честно предупредил, я на это только вздохнул и согласился. Ещё и синяки на лице как у панды, это после сломанного носа. Поздоровавшись, гость прошёл ко мне и положил на стул рядом пачку писем, сообщив:

– Ваши. Всё догнать не могли.

Это да, отсутствие писем уже беспокоило, я то родителям отправил уже с десяток, писал новые полевые почты, как меня перекидывали каждый раз. Даже когда у лётчиков был, письма не догнали, вполне может быть, что просто не успели, так что я кивнул комиссару.

– Спасибо, я оценил.

– Смотрю мои сотрудники перестарались.

– Ваши поработали?

– Я начальник Особого отдала Западного фронта, Цанава.

– Не скрываете, хоть за это спасибо. И что вам нужно? Имейте ввиду, я поклялся ничем особистам не помогать, в медицине тоже.

– Так сильно злы на моих людей?

– Вы даже не представляете как.

– Хм, я хотел предложить в качестве добровольцев троих моих сотрудников, в боях двое потеряли руки, один ногу, сейчас в госпиталях. Ну и помочь моему свояку, полковнику Хазину. Вы знакомы.

– Насчёт полковника вопросов нет, он к вашей гнилой службе отношения не имеет. Про сотрудников забудьте.

– Ещё вернёмся к этому вопросу. Вы в курсе что стало с Голубевым? Это он снял вас и направил под Великие Луки, с понижением в звании.

– Любопытно было узнать.

– Расстреляли. Приговор уже исполнен.

– Не слишком жёстко?

– Вы написали запрет на эвакуацию комиссара в тыл?

– Да, было такое.

– По приказу Голубева, уже через час как вас отправили в Москву, тот оправил раненого на машине в госпиталь.

– Он идиот? Он же не переживёт дорогу.

– А он и не пережил. Следствие вело Политуправление. Правда, перед этим я его прикрыл, и сказал: Или он вернёт тебя, вернув всё что снял, или сам получит звание военфельдшера и отправиться на самый горячий участок.Ох как тот бегал, даже вышел на осназ НКВД, отправил бойцов к Великим Лукам, к тому моменту уже известно, что дивизию разгромили. Кстати, вас бойцы видали со стороны, с другими пленными, отслеживали. Вели себя достойно. Правда, промахнулись немного, вас вывезли, за два дня до назначенной операции по вашему освобождению. Хорошо вас повезли в сторону основной базы отряда. К тому моменту бойцы нашли брошенный танк, добыли топливо и снаряды и пустились за вами в погоню, кроша всё на своём пути.

– Да ладно⁈ – изумлённо воскликнул я, а я действительно был шокирован. – Видел я этот танк, немцы успели свернуть в лес и тот мимо проехал, видимо не увидели нашу машину. Я там убил охрану и рванул в тыл. А потом видел два бойца осназа, несли третьего. Я ещё прикрыл их, из трофейного автомата почти уничтожил взвод пехоты, что попятам за ними гнался. Ну и сам успел сбежать, когда увидел цепь прочёсывания. Я это указал во время допросов.

– Да? Надо будет почитать. Я не в курсе был, – ответил комиссар, по виду не лгал. – Почему к бойцам не вышли?

– Не видел смысла, да и преследователей приметил. Вот ж судьба какая.

– Да уж. По Голубеву, раз мою просьбу он не выполнил, то был передан Политуправлению. А там уже следствие провели, и выяснили что тот даже не читал больничные листы, просто приказал и подписался в листе направления. Типичная халатность. Сначала хотели десять лет, с лишением всего, но там ещё нашли, вот и шлёпнули. Шесть дней назад. Навёл его на вас, оболгав некто Хазанов, кладовщик.

– Знаю, видел его довольную рожу.

– Он сбежал. Ищут как дезертира.

– Там сержант Светличная, он на неё слюни пускал. Поставьте наблюдение за ней, рано или поздно он рядом мелькнёт.

– Даже так? Учту. А по вам, звание вернули, посчитав снятие незаконным. Был наказан замначальника одного из отделов. Направлен на фронт, в одну из армий. Так что документы и форму вам вернут по вашему званию. Ну и конечно же всех причастных к тому что с вами случилось, накажут, однако, может всё же измените своё решение? Люди делали свою работу.

– С Хазиным проблем нет, только донора руки сами ищите, а вот с остальными сразу забудьте. Не сделаю.

– Звание майора. То есть, военврача второго ранга. Орден.

– Меня это не особо интересует. Я после войны на гражданку уйду, думаю где устроиться директором санатория. Поэтому звания мне не важны. Награды?.. За такое и носить не буду, это не честно заработанное. Да и не продаюсь я.

Тот и так, и эдак, но стоял на своём. По виду тот не отказался от идеи и других своих людей пропустить под такое лечение, но отложил это дело, пока только насчёт Хазина договорились. «Запчасть» найдут, я описал что нужно, тот записал, размер руки должен совпадать, внешний вид, понятно группа крови. Да в принципе всё, что такое ДНК объяснять смыла не видел. Тот пообещал поискать среди пленных немцев донора. На мой возмущение ответили:

– Немцы свояка руки лишили, пусть возмещают, – сказал как отрезал. – Понятно всё под подпиской о неразглашении.

То, что мне минимум два месяца восстанавливаться, а лучше три, тоже объяснил, пусть за это благодарит своих сотрудников, оговорили. В принципе время не критично, главное я согласен. Так что лечусь, восстанавливаюсь, дальше проведём операцию. Время на поиски донора есть. Я не против был, чтобы другие советские врачи наблюдали что делаю. Кроме Виноградова, его видать не хочу. В общем, договорились, и тот ушёл. Так по сути до дня операции мы и не встретимся, он не нужен. Отдаст распоряжения и улетит на место службы. Так что, лечимся. И думаю тот вот что решил. Не ну поговорил со мной, посмотрит, как я с Хазиным поработаю. Если всё удачно, то другие врачи на моём опыте поработают с его сотрудниками. Уверен, с такими мыслями тот уходил. Ну удачи. Интересно, он понял, что и он моими услугами никогда не воспользуется? Что он также в чёрном списке? Не заметил в нём догадки. Может и понял и виду не показал, так-то на дурака совсем не похож. Умный, зараза. А после ухода комиссара принесли обед. Ждали, когда гость уйдёт. Что-то, а кормят тут ну очень вкусно. Только после обеда дошли руки, вернее правая рука, до писем. Надо домой написать очередное. Что в Москве.

Выйдя на улицу, я поёжился, и запахнул шинель. Новая, комсостава, со знаками различия военврача третьего ранга. Документы справили, форму сделали, но я лечусь. Вообще месяц прошёл с момента как в больницу положили, сегодня двадцать пятое октября. Вообще уже на зимнюю форму одежды переходили, температура уже ниже нуля бывает, но у меня пока летняя, шинель да фуражка.

Знаете, просто лечился, отдыхал. Никаких комиссий. Обо мне как будто забыли, а бойца с травмированной рукой увезли на третий день моего лечения. А что, с момента попадания в тело, такая круговерть дел пошла, только тут в палате по сути и очнулся от гонки со временим. Расслабился, много думал, фильмы смотрел и музыку слушал. И я был счастлив этот месяц. Сегодня вот впервые увольнительную получил. Приём удостоверение командира при мне, не старое вернули, оно новое. Тут другие порядки чем в обычных армейских госпиталях. С родными в порядке. Сёстры в школе учатся, мы в переписке. Много врачей в армию ушло, но матушка также на гражданке, одна за троих как стоматолог работает. А вот отца призвали, дивврач, служит в управлении по санаториям на черноморском побережье. Отвечает за санатории, для выздоравливающих, ну и плюс как практикующий врач, ведёт сложные операции. В Туапсе находиться. Считай повезло, курортное место. Пусть и дальше там служит. Как видите, всё отлично. Рёбра конечно мешали, постоянно ныли, но подживали. Целительской опцией излечу, когда срок нормального выздоровления пройдёт. Поломали, так ждите. Это мой протест за избиение. Нельзя врачей бить. Особистов можно, а врачей нельзя, это как дельфинёнка убить. Гипс уже сняли, руку осторожно ношу и использую, но разминать начал. Ну и вот по моим просьбам, всё же дали разрешение посетить город, на шесть часов. Так что от входа на территорию, направился к ближайшей трамвайной остановке быстрым шагом. Семь утра, как позавтракал, так и вышел наружу. Справку на сегодня я ещё вчера получил, канцелярия с восьми работает, сегодня когда бы я успел? Мне на рынок пораньше нужно. Так что быстро дошёл до остановки. Как раз трамвай полупустой подъехал, немцы близко, народ бежит из столицы, и заняв место у окна, все сидячие места заняты, стоял, оплатил билет и катил в сторону рынка. Дорогу за это время выяснил.

И так, из новостей. Хранилище имело размер сто двадцать килограмм ровно. Свободно семьдесят четыре. Ну и сканер сто двадцать, причём активно пользуюсь, учусь, интересно же. Впрочем, не скучаю, фильмы здорово помогают, лежу и балдею. Да, по размеру я могу убрать в хранилище наложницу, но для начала особо и не надо, и без этого с девушками проблем нет, даже тут в кремлёвской больнице, была медсестра что ко мне ходила, на лисичку похожа. Сговорил. Да и подарки любила. Золотые побрякушки. К лету сорок второго накоплю, можно будет своя, но сейчас ехал набирать необходимое. Я уже и список составил покупок. Деньги есть, порядок. Тут без пересадок добрался, за двадцать минут, а проходя на территорию рынка, довольно потирая руки, пробормотал:

– Ну-с, приступим.

Двинул я первым делом в едальные ряды, где деревенские стоят. Хочу молочку купить, зря что ли так рано пришёл? Хотелось бы ещё раньше, время полвосьмого, но завтрак не желал пропустить. Надеюсь ещё что-то осталось. Пока шёл к нужным рядам, размышлял. Я сканером всё вокруг отслеживал, по сути всех, кто в эту сторону ехал. Но слежки так и не обнаружил. Удивило. Так что можно спокойно закупаться. Но это не значит, что не буду отслеживать что вокруг происходит. Так и в больнице делал. Например, высокопоставленные врачи, что имеют разные учёные степени, они изучали бойца с аэродрома, пришитую руку. Мнения разделились, от «повезло подлецу, что всё действует». Другие считают, что это мистификация. Просто сделали косметический разрез и швы наложили. В общем, бред всё это, пришивать обратно конечности невозможно. Совсем бойца засветили рентгеном, отслеживая это, а я только забавлялся. Интересно, что будет, когда своими глазами увидят, как рука Хазину будет пришита и та заработает? Думаю, волна поднимается серьёзной. Меня же больше интересовало, кто себе припишет это научное медицинское достижение, чтобы прославиться? То, что это так и будет, я нисколько не сомневался, изучив серпентарий, что в кремлёвской больнице имелся. То-то отец Геннадия сбежал отсюда подальше, в Казань. Не выдержал склок и попыток подсидеть. Поэтому я даже с нетерпением ожидал результатов, после удачной операции. А то что она удачной будет, можете мне поверить.

Сунулся к одному продавцу, видно, что деревенский, потом к другому. Те подсказали кто мне нужен, и уже третий продавец, а тот прямо с телеги продавал, выдал мне крынку домашней сметаны, полтора литра, и пять литров молока. С какао пить. Сливок не было. Да и молоко жирное, свежий надой. Вчерашний, вечерний. Он же, видя, что я платёжеспособен предложил семь кругов колбасы, вчера коптил, свежак. Взял, убирая в вещмешок. У меня пустой за спиной висел. Также яиц продал три десятка. Я на просвет не проверял, сканером глянул, свежак. А вот солёное сало, свежее, не прошлогоднее пожелтевшее, что видел у некоторых, взял у другого. Меня к нему проводили. Семь килограмм небольшими кусками. Это всё что было, расторговался. У другого уже копчёного сала пять кило. Тут парнишка подошёл, меня некоторые дефицитные товары интересовали, вот обещали прислать парня, что тут за оплату, ищет нужное.

– Я Архип, – подойдя, сказал парень, лет двадцати.

Глянув на трость, на которую тот опирался, это не ранение, похоже врождённое, одна нога короче другой, сказал:

– Хорошее имя. Значит так, мне нужна туалетная бумага, хорошего качества не меньше десяти рулонов. Но самое главное, полный комплект иголок для акупунктуры.

– Редкая вещь, – покачал тот головой, удивив меня тем, что вообще знает, что это такое. – На рынке подобное не найти. Нужно к мастеру обращаться, что китайскими диковинками занимается. Я вам дам чуть позже адрес. А с туалетной бумагой вопрос решаем. Ещё что-то?

– Полотенца, банное и для рук и лица. Мои в тряпки превратились, выкинул.

Тот кивнул. За сало я уже уплатил, и убирая в вещмешок на ходу, на самом деле в хранилище, двинул следом за парнем. Он проводил меня до торговца нужного, что дефицитом торговал. А по виду обычный торговец скобяных изделий. Хлеб или какие обычные продукты я не брал, так как меня кормят, итак получу. А вот редкости разные, деревенские деликатесы, брал в охотку. Тем более я тут не в последний раз, ещё закуплюсь. Сейчас по сути на разведке. Но если мне позволят заполнить всё хранилище полностью, то почему бы и нет? Рулоны нужные действительно были, купил двенадцать, больше у торговца не было. Потом к другому. Там взял два больших махровых банных полотенца, и четыре небольшое для рук и лица. Увидел и купил домашний халат, махровый, тут же у продавца полотенец. Подумав, велел Архипу поискать шкуру, хотя бы волчью, медвежья мне тяжеловата будет, по весу не пройдёт. Ещё палатку небольшую, зелёного цвета желательно. Тот даже уходить не стал, и хромая уверенно повёл на другую сторону рынка, и там я изучил довольно большую волчью шкуру, даже я лягу с моим ростом в сто семьдесят восемь сантиметров, с зимним подшёрстком. Дороговато, но я взял. Ту мне увязали. Потом к другим рядам, две палатки мимо, а вот третья, добротная, самое то. Плюс взял тент, кусок три на три метра, и вязанку бечёвки. Всё же палатку ставить лучше под тентом, если дождь. На этом я расплатился с Архипом, с премией, и получил адрес специалиста по редкостям. В одном закутке убрал шкуру, палатку и содержимое вещмешка, удачно, без свидетелей. Дальше в отдельные ряды, где уже приметил как продают примусы и керогазы.

Взял один керогаз, его заправили, и я проверил. Также бидон один, на пять литров, вот заправлять его, пришлось выходить наружу и к магазину. Тут позади магазина пристройка-склад, очередь туда, где отстояв очередь, мне и залили керосина под пробку. И в бачок керогаза тоже. Я расплатился. Тут же у забора кусты, убрал оба, ругнувшись. Осталось всего восемь килограмм свободного. Мало, но всё нужное. Вернувшись на рынок, пустой, снова в едальные ряды. Я там приметил как солёные грибы продавали. Так мне в мой трофейный плоский котелок, других ёмкостей нет, крынку со сметаной только купил, до полного грибами залили. Да заправив маслом, и колечками лука. За это отдельно оплатил. Попробовал. А вкусно. С картошкой то самое будет. Осталось шесть килограмм. Купил пятилитровый медный котелок, с дужкой, но без крышки, разделочную доску, нож и небольшой половник. А оставшееся место пустил, покупая у старушек у входа пирожки. Это не хлеб, но тоже вещь нужная. Десятками брал. Мне в газету заворачивали, уходил, прибирая, и за новой партией. Так и заполнил. Даже шесть пирожков в вещмешке остались, убирать некуда. Так я достал «Вальтер», демонстративно взвёл затвор, глядя на парня лет двадцати пяти, что сразу принял скучающий вид и исчез, и убрал пистолет в карман шинели. А на свободное место пирожки. Пока тёплые и свежие. Да, слежку за собой обнаружил, крупные суммы засветил, те самые пачки рублей из сейфа майора-интенданта из Бреста. Воры мной заинтересовались, ремень пустой, оружия нет, так что продемонстрировал оружие. А тут с пустым вещмешком покинув рынок, направился на поиски адреса, что мне дал Архип. Куда мне нужно уточнял у местных жителей. Из десяти спрошенных, восемь оказались беженцами. Ничего, один всё же подсказал, даже номер трамвая, пешком далековато, дождался его и поехал в нужную сторону.

Что по иглам, то работа с ними входит в знания базы «Медицина катастроф». Сам удивился. Эта база входит в комплектацию дальних разведывательных рейдеров, или спасательных служб. Если корабль разбился на неизвестной планете, ничего нет под рукой, можно иглами, настрогав из веток, обезболить, усыпить, провести операцию. Всё вручную. Я тоже осваивал эти знания, но мне нужны инструменты, их и искал. Кстати, по освоенным знаниям. Пока отдыхал в больнице, изучил базы «Медицина катастроф» до третьего ранга. Потом изучил «Боевая медицина», все три медицинские базы в третьем ранге изучены. Дальше учить рекомендуется с помощью специальных обучающих капсул, но у меня такой нет. Так буду учить, что в разы дольше. Так что «Боевая медицина» изучена полностью, она и была третьего ранга, и начал учить четвёртый у «Медицины катастроф». Выше нет, та четвёртого. Осталось, ну недели две и доучу. Потом закончу с «Полевой хирургией», там до пятого ранга. Год, наверное, учить буду, но я только рад этому. Многое дали мне знания из этих баз. Была мысль договорится с комиссаром насчёт такого набора, но решил сам сначала поискать. Он у меня как запасной вариант. Не хочу его ни о чём просить. Даже в качестве оплаты операции для Хазина. Интересно, где он? Я его пока в глаза не видел. Добрался до мастера без особых проблем, адрес верный, тем более тот меня ждал, как оказалось, ему Архип позвонил. Спец оказался коллекционером, ювелиром и знатоком китайских древностей. Довольно редкий специалист. И да, у него было нужное мне, даже два набора. Один сразу нет, дешёвка, причём пользованный, а вот второй, даже скорее это подарочный набор, очень красивый, чемоданчик, и тут в специальных пазах иглы и всё для акупунктуры. Сделаны оба набора из нефрита. Красиво смотрится, зелёного цвета.

Взял оба. Подарочной набор в чемоданчике, имел ручку, закрыл и можно переносить как кейс, а шкатулку со вторым, попроще, убрал в пустой вещмешок, расплатившись. Мастер поинтересовался, не нужно ли ещё что, и показал красивый набор шахмат, каждая фигурка произведение искусства. Да и сама доска, тоже. Влюбился с первого взгляда. Правда, сказал, что оплатить могу марками, германскими. Мол, рубли к концу подошли. А проще говоря пожадничал, рубли экономил. Зачем их тратить если марки есть? Столик и фигурки мне стоили полторы тысячи марок, это ещё много. Ещё три тысячи тот обменял на рубли, видимо имел выходы на нужных людей, чтобы их использовать. На этом и попрощались. Ну а я направился в больницу. В принципе всё что нужно купил, буду ждать пока не накопиться место чтобы убрать все покупки. Чёрт, я, наверное, на себе килограмм тридцать нёс. Значит месяц ждать. Да, шахматная доска, это столик из ценных пород дерева. Фигурки отдельно хранятся в специальной шкатулке, внутри материал из бархата. Главное покупками я доволен, так что на трамвае, с пересадкой, вернулся в больницу, даже вовремя, хотя обед пропустил, но мне принесли, поел, убрав покупки в шкаф, тут он был в комнате. Ну а дальше лечение, а как место копилось, убирал нужное, начав с пистолета. Кстати, уже назначили дату операции, второе декабря. Значит, нашли «запчасть». Этим всем не я занимался, какие-то другие врачи. Не в курсе кто. И что важно, информацию до меня не доводили, похоже собирались подставить, сразу не подготовленного в операционную, на, делай. А потом будут говорить, мы же говорили, что это мистификация, невозможно конечности приживлять. Впрочем, мне пофиг было, сделаю и свалю на передовую. Такая договорённость с Цанава была.

Месяц до второго декабря пролетел и не заметил. За три дня, ещё в конце ноября, появился Хазин, его в соседней палате заселили, часто ко мне ходил, мы в шахматы играли, тот моим набором откровенно восхищён был. Я же говорил, что благодарный пациент подарил. Тот задумался. А так место накопилось. Уже всё ушло, больницу я больше не покидал, смысла не видел, нужное куплено, просто лечился. Уже на четыре килограмма свободного накачалось. Даже столик с набором шахмат, держал в хранилище, доставая когда нужно. Отлично лечение и отдых шли, но меня всё также не посвящали что там с подготовкой, я как в вакууме был. Чую, это последствия нашего горячего общения с Кацем-Виноградовым. Интересно, они понимают все последствия, если Цанава узнает? Поди знай. Кстати, поработал с полковником, акупунктуру, улучшив его общее состояние, подновил внутренние органы. Точнее опцией целительства, но тот думал, что иголками ему так хорошо сделал, с удовольствием приходил на эти процедуры. Лечащий врач мой не возражала. Да и сама с интересом наблюдала, что я делаю. До сотни иголок бывало втыкал в того. Кстати, обработали все иглы в процедурной, лечащий врач помогла, спасибо ей за это. Как видите, время пролетало и не заметил. Я был прав, мне принесли халат врача, специальный клеёнчатый передник, остальное, медсестра помогла надеть, к слову я уже две недели как активно зарядкой занимаюсь. Да и тренировками. Все кости свои я уже излечил опцией целительства. Пора уже.

Из последних новостей. Сработала обратная связь с мессиром. Всё же он присматривает за мной. И заметки мои читает. Собственно, там, когда хотел сделать очередную запись, обнаружил письмо от него: Привет. подопытный. Твои заметки учёл, внёс улучшения, но заработают они после перерождения. Кстати, удалил возможность лечить других людей. Тоже после перерождения сработает.Как раз эта информация меня порадовала, если тут я так засветился, ещё видно будет что после Хазина произойдёт, то в других перерождениях повторять квест врача, я как-то особо не хотел. Нет, я хорошо был образован, и мои идеалы не были нарушены. Своим надо помогать, это главный принцип. Я помогаю. И на СВО помогал. Но там раненые парни, их недолго видишь, передаёшь группам эвакуации и те увозят, дальше работа врачей. Конечно бывало такое, умирали друзья на руках, эвакуировать возможности не было, но редко, по психике так не бьёт. А тут я постоянно среди раненых бойцов. Стоны, кровь, гной, и мольбы помочь. Это очень морально тяжело. Такого прессинга на СВО у меня не было. Понятно почему врачи становятся такими циниками, и похоже я по тому же пути шёл. Вы правильно поняли, я менялся, и даже сам это замечал, и мне это не нравилось, поэтому и не хотел продолжать идти по этому пути. Нет, знания из баз останутся, и я смогу их применять, но при приживлении конечностей всё же в большинстве использовал магию целительства. Поэтому раз в следующей жизни у меня такого не будет, то я скорее рад, чем нет. Это имею ввиду.

Ещё из новостей, закончил учить базу «Медицина катастроф», очень много информации и знаний в четвёртом ранге было, я впечатлён. Сейчас изучал четвёртый ранг базы «Полевая хирургия», процентов на двадцать изучил. Так что четвёртый закончить и пятый, и по медицине всё. Изучается потихоньку. В остальном просто лечился и отдыхал, как уже говорил, разве что полковник стал посещать, как появился, но это не напрягало. Не так и много времени оставалось. Тем более с ним жена была, готовилась ухаживать после операции. Время десять утра, полковник уже лежал на операционном столе, а на отдельном столике его культя. Я сообщил что можно готовить запчасть, и сам начал работать с полковником. Врач, что за анестезию отвечал, покинул зал, я отказался от его услуг, и навтыкал в полковника с полсотни игл, что тот воспринял спокойно, в отличии от неоднозначной реакции советских врачей. Те всё фиксировали, часто работала фотовспышка, двое с фотоаппаратами были. Вот так поясняя что делаю, меня попросили, и я не стал скрывать, немалую часть те смогут применить в будущем. Это пойдёт на благо людей, так с чего я буду скрывать? Это подло. Не в моём характере. Дальше разрезал культю, и там пилил ножовкой кость, делая ровный срез. Как раз закончил, когда запчасть принесли. Я поморщился. Её явно брали у живого человека. Конечно не в моей компетенции узнавать откуда та, моё дело пришить, но всё равно мне это не нравилось.