Текст книги "Королева моего сердца (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 13.

Глава 13.

Глава 13.

Долгих четыре месяца герцог провел в своем столичном доме. Всего пару раз он наведался к своему дядюшке, которому сообщили о приезде племянника. Отказаться от приглашения на аудиенцию он не мог. Их встречи были короткими. Пока он добирался коридорами к кабинету короля, встретил Лучиара, который посмотрел на Эдвина с таким презрением и недовольством, что герцогу захотелось ударить этого напыщенного щенка в лицо. Его остановило только наличие огромной свиты таких же ублюдков, как принц, и стражей, которые постоянно окружали Лучиара. Он снова убедился, что не желает, чтобы этот Лучиар стал королем. Пусть пока король Ричард находится в полном здравии, но рано или поздно придет его время. Но к этому они уже будут готовы. Герцог Гельмон сообщал ему, что уже нашел много единомышленников, готовых не допустить Лучиара к трону после смерти Ричарда. Они даже готовы на военный переворот, если возникнет такая необходимость, если принц откажется добровольно отдать трон.

Сам герцог Альфер несколько раз приезжал к Эдвину, но тот просил своего помощника сообщить визитеру, что его нет дома. Эдвин никого не хотел видеть. Все это время он прожил настоящим затворником. Он даже не пустил к себе своего давнего друга Пьера, который узнал, что Эдвин находится в столичном доме. Разговора с въедливым другом он не выдержал бы. Герцог не мог представить себе, как вернется обратно в замок, как посмотрит в глаза своей жены, что скажет ей.

Шло время, дела требовали его возвращения в замок. Себастьян писал, что барон Дарни Дермонт вновь предлагает купить у него еще несколько деревень. Эдвин читал письмо соседа и криво улыбался. Этот наивный дурак до сих пор готов ради своей жены, которая уже в открытую изменяет ему, рожает детей от других мужчин, на все. Последнее время у нее появилось слишком много запросов, которые барон спешил удовлетворить. И вновь Эдвин вспоминал своего отца, который ради своей любимой жены устраивал шикарные приемы, лишь бы увидеть ее улыбку. И снова звуки пощечин слышались Эдвину, стоило ему только закрыть глаза. «Ненавижу», «хромой урод», «щенок» – звучало в его голове. А ему хотелось любить. Любить свою жену, носить ее на руках, дарить ей самые дорогие украшения, ласкать ее бархатное тело, дышать ею. И боялся услышать от нее – ненавижу, застать ее в объятиях любовника. И он закрывал свои желания на стальные засовы, усмирял боль, что жила в его груди с детства. Ни одна женщина не услышит от него слов любви, ни одной женщине он не покориться. Пусть он виноват перед женой, но он не встанет перед ней на колени. Она сама виновата в том, что заставила его страдать, думать о том, что изменяет ему.

Когда откладывать возвращение в замок было уже невозможным, Эдвин и Анри двинулись обратно. Почти всю дорогу герцог молчал, постоянно прокручивая в голове мысль о том, как он встретится с женой.

Она встретила его в холле, как и положено примерной покорной жене. Ее лицо было бледным, осунувшимся, но все равно она была прекрасна. Герцог подошел к Эвелине, долго вглядывался в ее глаза, желая увидеть в них свой приговор. Но она смотрела на него с какой-то смиренной внутренней болью, от которой у него сжималось сердце.

– Извини меня, – тихо проговорил он, желая обнять жену, но продолжая просто стоять и смотреть на нее.

Она молча кивнула ему в ответ, поджала губы. Эдвин видел, как они задрожали, а в глазах появились слезы. Он поспешил поскорее уйти, чтобы не наделать глупостей. Никто не должен видеть его слабость. Никто и никогда. Он виноват, но никто не узнает, какая боль живет в его сердце.

Чтобы не думать о жене, он позвал Себастьяна в свой кабинет, приказал доложить о делах. Герцог смотрел на этого мужчину и думал. Себастьян так долго работает в замке, что стал для него членом семьи. После смерти Эрика именно старый стюард взял на себя обязанности следить за тем, чем занимается молодой герцог, пытался образумить его, убедить, что не стоит тратить свою жизнь на вечные гулянья и пьянки с продажными девками. Именно он взял на себя управление хозяйством, которое с честью ведет до сих пор. Только благодаря Себастьяну и его сыну преумножается состояние Эдвина. И он всегда был честен и предан семье Вандерлитов. Этот мужчина никогда не соврет, отдаст свою жизнь за Эдвина.

– Себастьян, скажи, как себя вела жена после того, как я уехал? – внезапно для самого себя спросил Эдвин.

Стюард нахмурился, он явно был расстроен тем, что случилось между его хозяином и женой.

– Она долго приходила в себя, потом продолжила обучение, вела хозяйство замка, сама занималась садом.

– Лекарь приходил к ней?

– Нет, – Себастьян покачал головой. – Господин Феликс после того, как Вы уехали, больше не появлялся в замке. К ней приходила травница Арьяна. С ней госпожа часто проводила время в саду, гуляла.

Эдвин по глазам мужчины видел, что тот хочет высказать свое отношение о случившемся. И ему стало…стыдно. Он видел, с каким уважением старый слуга рассказывает о его жене, как легкая улыбка касается его глаз.

– Спасибо, – тихо проговорил Эдвин. – Иди к себе. Я хочу сам ознакомиться со всеми бумагами.

Себастьян поклонился и вышел, герцог остался в одиночестве. Надо думать, как ему быть дальше. Следовало поговорить с женой. Прав был дядя, когда они встречались последний раз – ему нужны наследники. Ему уже исполнилось тридцать лет, а у него до сих пор нет детей, и нет родственников, кто может стать его наследником в случае его смерти.

Вечером он попросил слугу пригласить Эвелину к ужину. Она пришла. Вошла, не поднимая взгляда на него, остановилась в дверях. Герцог подошел к жене, протянул руку. Он увидел, как она вздрогнула от страха, но все равно вложила в его горячую ладонь свои холодные пальцы. Ему так захотелось прижать ее пальчики к своим губам, согреть своим дыханием. Какая-то волна нежности разливалась у него в душе. Но Эдвин видел сведенные вместе брови жены, ее страх и готовность отдернуть руку, и просто провел ее к столу, помог сесть. Так много хотелось ей сказать, но он только смог выдавить из себя несколько слов извинений, а потом начал говорить, что им нужен наследник. Получалось плохо, слова давались с трудом. Жена с недоверием и болью посмотрела на него. Эдвину хотелось убежать, ее взгляд словно казнил его, рвал душу на части. С трудом удерживая на лице спокойную маску, он закончил ужин.

После ужина Эдвин проводил жену до ее комнат, потом медленно прошел в свои покои. Ее тихая покорность, осторожный взгляд говорили о том, что она готова попробовать начать их отношения снова. И Эдвин старался быть хорошим мужем. Он стал чаще проводить время с Эвелиной, радовался ее успехам. В ее спальню он вошел через месяц после своего возвращения. Он пришел в ее спальню, отмахнулся от своих старых видений Миранды, старался быть с женой нежным и заботливым. Она принимала его ласки, но больше не горела в его руках. Он чувствовал ее напряжение и ему хотелось кричать от той боли, что разрывалась у него в груди. Ему стало страшно, что она никогда не сможет его простить до конца.

В какой-то момент Эдвин вдруг понял, что хочет быть с женой, делать все, чтобы увидеть ее улыбку, услышать ее тихий смех. Его тянуло к этой женщине, и он боялся стать зависимым от нее. И вновь черная волна затмила его разум – еще немного и он станет таким же, как его отец – никчемным, жалким, готовым унижаться перед женщиной, выполнять любой ее каприз. Он отстранился от жены, замкнулся в своих делах, стараясь как можно меньше видеться с ней, и вновь перешел ночевать в свои старые «детские» покои, чтобы исключить соблазн ночью прийти к своей жене. В их редкие встречи Эвелина смотрела на него с немым вопросом, но не решалась ничего спрашивать у мужа. Он видел в ее глазах непонимание, обиду, разочарование, и ничего не мог с собой поделать. Эдвин закрывал глаза и слышал звуки пощечин. Нет, он не станет таким, как отец. Он будет вежлив с женой, не больше.

В один из дней Эдвин получил письмо от Альфера. Старый лис снова писал и напоминал об их договоре. «…надеюсь, что ты не откажешься от нашего плана? – спрашивал герцог. – Говорят, что наш дорогой Ричард слабеет с каждым днем, а Лучиар становится совершенно невыносимым. Королевству скоро придется выбирать нового короля, и лучше тебя на трон больше никого нет. Думаю, что ты будешь готов принять власть из рук совета старейших родов, который я созову, как только Святой Колокол оповестит о кончине нашего дорогого Ричарда. Я слышал, что в Вашей семье случилась небольшая неприятность, но я уверен, что все давно прошло. Знаешь, дорогой мой Эдвин, я столько раз думал о тебе и твоей жене, и должен сказать, как старший товарищ – тебе нужна другая жена, более достойная, чтобы занять место на троне возле тебя. Твоя Эвелина слишком слаба и безвольна, чтобы стать королевой. Пусть она красива, но такие женщины годятся лишь для того, чтобы быть украшением рядом с мужем, и для рождения наследников. А еще они слишком любят роскошь и поклонение. Я уверен, что, если ты будешь мил с ней, она поймет, что может крутить тобой по своей воле. Но стать твоей опорой и поддержкой в управлении государством она не подойдет. И думаю, что мало кто занимался ее образованием. Это хорошо, если она умеет читать и ставить подпись на бумагах. Подумай, нужна ли такая глупая женщина на троне сильного королевства. Я собираюсь приехать к тебе в гости. Говорят, что в это время в твоих лесах очень хорошая охота. Я бы не отказался провести в лесу несколько дней. Жди меня и Вивьен через десять дней, нам надо обо всем поговорить…»

Эдвин скомкал в руке письмо. Каждым словом Альфер бил в больные точки герцога. За последнее время Эдвин убедил себя в том, что Лучиар не должен стать королем, что это место должен занять он. А, будучи королем, он не должен иметь слабостей. Это, во-первых. А во-вторых, старый лис Альфер прав – Эвелина не может стать достойной королевой, она слишком молода, слишком слаба. Он пытался сделать ее покорной, и это получилось, хотя за последние месяцы видел, как изменилась Эвелина. Несколько раз она смела попросить его о чем-то, однажды отказалась выходить на ужин, сославшись на плохое самочувствие. Тогда Эдвин оставил ее отказ без наказания, за что получил утром ее благодарную улыбку. Именно из-за нее он стал…мягче? А разве будущий король может себе позволить быть мягким, безвольным? Опять что-то сдвинулось в его душе, снова замкнулись двери в его сердце, которые были готовы распахнуться навстречу желаниям жены. Альфер прав, дьявольски прав, ему нужна такая жена, которая будет рядом с ним сильной, сделает его сильным. А Эвелина? Эвелина всегда будет его украшением и матерью его детей.

До приезда Альфера Эдвин снова замкнулся в себе, перестал приходить по вечерам в спальню к жене, больше не проводил с ней приятное время за обедами. Он ловил на себе ее непонимающие взгляды и начинал злиться. Однажды в его голове промелькнула мысль – никчемная жена. Он нахмурился и постарался прогнать ее. Разве он сам не хотел такую, как Эвелина – тихую, покорную, красивую? Он получил, что хотел, а теперь думает о том, что ему нужна другая жена?

* * *

На этот раз герцог Альфер привез с собой большую свиту и множество слуг, которые тут же заполонили весь его двор. Он вместе с Эвелиной вышли в холл встречать гостей. Жена стояла с бледным лицом и сжимала ладони до хруста пальцев. Хотелось одернуть ее, сказать, чтобы она прекратила вести себя, как нервная девица, но промолчал. Ему самому надо было успокоиться. Альфер вошел первым, снова огляделся, как хозяин, снова остановил свой взгляд холодных змеиных глаз на Эвелине, заставляя ее бледнеть еще сильнее. Эдвин сразу же подошел к Альферу, повел в свой кабинет, давая Эвелине возможность заняться остальными гостями. Он видел, как на него смотрела Вивьен, которая в этот раз приехала в темных нарядах. В этот раз дочь Альфера вела себя более скромно, только прошла мимо Эвелина и толкнула ее плечом. Эдвин видел это краем глаза, ожидал реакции жены. Но та стояла бледной статуей, холодным тоном отдавая распоряжения слугам. «Вот и хорошо, правильная жена».

В кабинете, куда Эдвин провел герцога, Альфер сразу же перешел к делу. Этому человеку никогда не было свойственно оттягивать важные разговоры, сразу переходил к делу.

– Дорогой мой Эдвин, у меня уже все готово. Я с нашими единомышленниками уже создали тайный совет древних родов, который готов взять власть в свои руки, когда Святой Колокол оповестит о кончине Ричарда. Об этом я тебе уже писал. Я приехал спросить – готов ли ты принять власть?

– Готов, Альфер, – ответил Эдвин.

– Вот и замечательно, – на лице старого герцога расплылась хищная улыбка убийцы. – Я думал, что тебя придется еще убеждать, но вижу, что ты уже все обдумал. Тогда у нас будет больше времени провести время в удовольствии. Ты же не против, если мы отправимся на охоту завтра? Я так соскучился по твоим лесам. Думаю, что хочу провести на охоте не менее пяти дней. Засиделся я в этой столице, надоели дворцовые интриги. Я пригласил с собой к тебе в гости людей, которые нам будут необходимы в нужное время. С кем-то ты уже знаком, с другими я тебя познакомлю. Ты же не против, если они проведут все это время с нами?

– Я буду рад, – кивнул Эдвин. – У меня уже все давно готово для охоты, мой охотничий дом ждет гостей.

– Вот и замечательно, – снова на лице Альфера промелькнула хищная улыбка. – Думаю, что твоя жена составит нам компанию. Ты же не будешь возражать тому, что она истинное украшение любой компании? Вот и я желаю любоваться твоей женой во время охоты. Заодно я внимательнее присмотрюсь к ней. Я надеюсь, ты правильно воспитываешь свою жену? Если я увижу, что она достойна занять рядом с тобой трон, поговорим об этом после охоты.

Эдвин скрипнул зубами, чувство ревности заклубилось в груди. Но отказать герцогу, который станет его поддержкой во время переворота, не мог. И он сделает все, чтобы Эвелина не подвела его.

– Она обязательно станет украшением нашей охоты, я позабочусь об этом.

– Вот и хорошо, – кивнул головой герцог. – А пока разреши я удалюсь в свои покои, чтобы принять ванну после долгой дороги. Встретимся за ужином.

Старый герцог ушел, а Эдвин остался в кабинете. В груди продолжала крутиться ревность, а еще появилось чувство тревоги, какая-то мысль не давала ему покоя. После разговора с Альфером он вдруг отчетливо понял, что не хочет видеть рядом с собой другую женщину, рядом с ним должна быть только Эвелина. И он сделает все, чтобы все увидели ее покорность.

В обеденной зале вновь Альфер сел с правой стороны от хозяина, жена сидела слева и наблюдала за слугами, которые спешили накрыть стол. Вивьен, одетая сегодня в траурные цвета, села рядом с отцом.

– Мой друг, – сказал Альфер снисходительно, – моя дочь недавно стала вдовой. Думаю, ты не против, что я взял ее с собой. Ей надо отвлечься от своего горя. Ты же не возражаешь?

– Не возражаю, – ответил Эдвард, на что Вивьен послала ему самую обворожительную улыбку, а у него вновь зашевелилось предчувствие беды.

Гости приступили к трапезе. Эдвин краем глаза наблюдал за женой, которая вела себя именно так, как положено примерной жене. В какой-то момент Вивьен улыбнулась, сделала знак кому-то из своих слуг. Стоящий за ее спиной мужчина поклонился, потом подошел к столу, поставил перед Эвелиной красивый серебряный кубок, украшенный драгоценными камнями, налил в него из кувшина вино, темное, как кровь.

– Прими в дар этот прекрасный кубок, который изготовлен лучшими мастерами нашей семьи. Из него достойно пить вино самой королеве. Выпейте наше вино, Эвелина, – сказала Вивьен, – это лучшее вино королевства. Не всем посчастливилось пробовать его. А я привезла специально для вас целый кувшин. Пейте. И ты, Эдвин, тоже испробуй наше вино.

Потом слуга по указанию Вивьен налил это же вино в кубок, стоящий перед Эдвином.

Жена взглянула на него, словно спрашивая можно ли ей выпить вина. Он кивнул. Жена подняла кубок, отпила небольшой глоток. Он выпил половину своего кубка. Эдвин заметил, с каким напряженным вниманием Вивьен следил за его женой. «Она ждет, что Эвелина откажется?» – думал Эдвин и немного успокоился, когда жена вежливо поблагодарила за вино. Пока она вела себя правильно.

Ужин продолжался, гости шумели, Альфер сидел довольным, с удовольствием пробовал все принесенные кушанья и к разговору в кабинете больше не возвращался. Вивьен продолжала внимательно следить за Эдвином и Эвелиной. Но герцог был спокоен – его жена вела себя правильно, как подобает хорошей послушной жене. Когда ужин подходил к концу, Эвелина попросила мужа отпустить ее, сославшись на недомогание. Он разрешил, понимая, что этот ужин ей дался нелегко, она весь вечер была в напряжении. Перед охотой жена должна отдохнуть, чтобы завтра выглядеть хорошо.

Сегодня Эдвин отправился ночевать в свою «детскую» спальню, чтобы хорошенько обо всем подумать. Он уже принял тот факт, что хочет стать королем после Ричарда и готов бороться за трон. Но как быть с Эвелиной? Сможет ли она стать настоящей королевой? Сегодня она показала себя перед гостями достойно, а что будет на охоте? За то, как она держится в седле, Эдвин не волновался. Она стала достойной наездницей, да и ее Снежинка словно чувствует свою хозяйку. А как будет там, в лесу? Что будет, если кто-то из гостей, да тот же герцог Гельмон начнет оказывать ей знаки внимания? Не поведется ли молодая девчонка, которой недавно исполнилось девятнадцать, на красивые слова и обещания любви? Почему-то его злило то, как на нее смотрит старый Альфер, словно оценивает – подойдет ли эта девчонка ему.

Всю ночь Эдвин проворочался, гоняя в голове все эти мысли, поэтому его пробуждение было тяжелым, мрачным. Он не пошел на завтрак, не желая видеть Вивьен, которая, как ему сообщил слуга, ночью разыскивала его по всему замку. Он прекрасно понимал, чего добивается эта женщина и лишний раз встречаться с ней не хотел.

Собравшись в дорогу, Эдвин вышел на крыльцо, дожидаясь, пока гости и слуги соберутся в дорогу. Конюшие уже привели коней, слуги суетились между ними, навьючивая на заводных лошадей сумки с вещами. Из замка вышел Альфер, который выглядел каким-то слишком довольным. Эдвину не понравилось, как старый лис все время оглядывается на входную дверь. Когда на крыльце показалась бледная Эвелина, Альфер растянул губы в довольной улыбке. В груди Эдвина закрутилась ревность, но бросаться на того, кто может привести его к власти Эдвин не стал, с силой удерживая на лице вежливую улыбку.

Жена подошла к нему. Эдвин заметил, что ее немного шатает, нахмурился. Неужели она придумала повод, чтобы не ехать с ним? Неужели она не понимает, как важно для него, чтобы она была рядом с ним и показала себя, как достойная жена?

– Мой лорд, разрешите мне остаться дома, – попросила Эвелина слабым голосом, подойдя к нему. – Я неважно себя чувствую.

Так и есть, она придумала повод, чтобы не ехать. Злость все выше поднимала голову в груди герцога. Он взял ее за руку и отвел в сторону от Альфела, который не спускал с них своих прозрачных глаз.

– Нет, Эви, мы уже говорили с тобой. Ты знаешь, что мне очень важна его поддержка. И мы должны сделать все, чтобы ему понравилось у нас. Он должен видеть, что ты покорна мне, тем более сам герцог хотел видеть тебя на этой охоте, и я не хочу ссориться с ним из-за тебя.

– Я понимаю, Эдвин, но мне очень плохо. Умоляю, разреши остаться дома. Я же буду только мешать вам. Зачем вам мое присутствие?

– Нет. Ты моя жена и должна быть рядом со мной, все должны видеть нас вместе. И мне не важно, как ты сейчас себя чувствуешь. Я уверен, что как только мы приедем на место, тебе сразу же станет легче.

Эдвину казалось, что еще немного и он сорвется, все труднее сдерживать свой нарастающий гнев.

– Эдвин, прошу, – прошептала Эвелина, заглядывая в глаза мужу.

– А вот и я, – раздался рядом голос Вивьен, которая не торопясь подходила к ним. Она с усмешкой посмотрела на Эвелину, которую Эдвин держал за руку. – Ну что, готовы ехать?

– Да, готовы, – кивнул ей Эдвин.

Он пристально посмотрел на Эвелину, к которой Паол подводил Снежинку. Конюх помог жене сесть в седло. Эдвин вместе с Альфером выехали вперед, следом за ним ехала Вивьен, которая пристроилась слева от Эдвина, за ними уже потянулись остальные гости. Стражники и слуги, которые сопровождали их на эту охоту, чуть придержали коней, чтобы дать Эвелине возможность догнать мужа.

Они даже не успели доехать до ворот замка, как герцог услышал окрик жены:

– Эдвин, постой! Подожди.

Он остановил своего коня, развернул его и подъехал к жене.

– Мой лорд, я не могу дальше ехать, мне плохо.

Злость поднялась в его груди в полный рост, затопила сознание. Он был готов ударить жену прямо здесь, чтобы все увидели, как он наказывает ее за непокорность. Он поднял свой стек, но в последний момент передумал.

– Я сказал – ты поедешь, – и со всей силы ударил стеком по крупу Снежинки, чтобы заставить ее скакать вперед.

Снежинка взвилась на задние ноги, Эвелина не удержалась в седле и упала на землю. К ней тут же подъехал один из стражников.

– Отнеси госпожу в замок, – прорычал Эдвин. – И пригласи к ней лекаря, может ей станет легче в его присутствии.

Потом он развернул своего Грома и помчался вперед. Ему сейчас нельзя оставаться рядом с Эвелиной, он готов убить ее собственными руками за то, что она показала свою слабость перед гостями. И злился на себя, понимая, что такое поведение он сам позволил своей жене.