Текст книги "Королева моего сердца (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

– Расскажи все, дитя мое, – раздался голос Маркуса.

– Я расскажу все, мне скрывать нечего. Герцог Эдвин выкупил меня у моего дяди Бродерика Родгерна, у которого я жила с шести лет после смерти моей матушки, на правах служанки…

Она говорила, не торопилась, не подбирала слова, просто говорила и говорила, рассказывая свою жизнь. Она не утаивала ничего, не обеляла герцога, не старалась показаться жалкой. Просто правда, просто то, что было на самом деле.

– …я знаю, что сейчас герцог разыскивает меня, чтобы вернуть и закрыть в башне замка. Но я больше не хочу жить с ним, не смогу быть ему женой. Пусть он поменял свое отношение ко мне, но и я поменяла свое отношение ко всему. Я больше не люблю его той любовью, что позволит нам вновь стать семьей. Я не хочу больше иметь от него детей. Я из-за него потеряла двоих, больше я не хочу даже думать о том, чтобы лечь с ним в постель, пусть он даже будет умолять меня об этом…

Ричард слушал, а у самого в груди полыхала его старая боль.

* * *

Он был еще молодым принцем, был еще жив его отец – властный и жестокий правитель король Генрих, который поступал только так, как того желал он сам. Никогда королю не было дел до чувств других. Ричарду было девятнадцать, когда он влюбился в молодую девушку – дочь герцога Боннарда прекрасную Алерьяну. Ей было всего семнадцать, и она была самой желанной для принца. Ричард обратился к своему отцу с просьбой разрешить ему жениться на Алерьяне. Услышав это, отец накричал на сына и выгнал из своего кабинета, а на следующий день он приказал ее отцу выдать девушку за старого герцога Эрмонта Левердорна, а сыну объявил, что отправил посольство в королевство Заденгард, чтобы посватать принцессу Магдину Соглерс, которой на тот момент только исполнилось четырнадцать лет.

Алерьяна сбежала со своей помолвки к Ричарду и отдала ему свою невинность. До сих пор он помнит ту ночь, когда она плакала в его объятиях, а он никак не мог отпустить ее, собирая ее слезы своими губами. Через месяц в главном Храме столицы королевства Марнилон – Оманд прошла свадьба Алерьяны и герцога Эрмонта, который почти сразу же отправил девушку в один из своих дальних домов подальше от столицы. Ричард долго ничего не мог узнать о своей любимой. Они увиделись только через три года, когда она с мужем приехала на прием в царский дворец. Улучив момент, Ричарду удалось утащить любимую в укромное место, зацеловать ее, стиснуть в своих объятиях. Она снова плакала, боялась отпустить его. И в тот день он узнал, что она родила ему сына, назвала Рикардом.

– Он так похож на тебя, – сквозь слезы говорила любимая. – Я смотрю на него и вспоминаю нашу ночь. Я всегда буду любить тебя, мой Ричард.

– Муж знает, что Рикард не его сын?

– Да, знает. Я сразу сказала ему об этом. Но я не сказала ему, кто его отец.

– Поэтому он держит тебя и сына так далеко от столицы?

– Да. Он ненавидит его и меня, мстит за то, что я отдала невинность другому, а не оставила для него.

– Зато я всегда буду любить тебя и нашего сына и постараюсь сделать для вас все, что в моих силах.

– Ты скоро женишься, через год приедет твоя невеста.

– Я не хочу этого брака, – он уронил голову на плечо Алерьяны, вдыхая ее запах, чтобы надолго запомнить и хранить в своем сердце. – Я хочу увидеть сына.

– Это пока невозможно. Муж не выпускает его из дома. Рикард всегда находится под присмотром нескольких слуг.

Через год Ричарду пришлось жениться на худой невзрачной девице – принцессе чужого королевства, браком с которой его отец желал укрепить связи с королевством Заденгард. Магдина никогда никого не любила, кроме себя, была капризной, желчной, ядовитой на язык. С собой она привезла огромную толпу служанок и придворных дам, полностью заняв одно крыто королевского дворца. Ричард был вынужден смириться с этим браком, даже пытался найти хоть какой-то подход к своей жене, но она вела себя холодно и надменно, не подпуская к себе. Их сын Лучиар родился на восьмой год их брака, когда старый король просто приказал невестке завести наследника. После родов Магдина немного прибавила в теле, но по-прежнему оставалась худой, некрасивой и по-прежнему ненавидела своего мужа. Ричард просто перестал общаться с ней, перебрался от нее в самое дальнее крыло дворца, чтобы больше не пересекаться с ней и сыном, к которому Магдина тоже не подпускала его, воспитывая Лучиара избалованным самовлюблённым засранцем, который доставлял слишком много неприятностей всем придворным. Уже перед своей смертью, лежа в своей постели, не имея возможности подняться, Генрих вызвал к себе Ричарда.

– Прости меня, сын. Если бы я знал, какая стерва эта принцесса Магдина, я никогда бы не настаивал на этом браке. Прости, если сможешь. Скажи, ты любил свою Алерьяну?

– Очень любил, отец, и сейчас люблю. Она единственная женщина, что живет в моем сердце.

– Если бы я только знал…, – он тяжело вздохнул. – Прости меня, если сможешь…А мне вот не удалось узнать, что такое любовь. Я никогда не любил твою мать, нас тоже женили против нашей воли.

Шли годы, а Ричард хранил в своем сердце любовь к своей Алерьяне. Им удалось встретиться еще два раза. Она тайно передала ему небольшие портреты сына, которые он спрятал так, чтобы Магдина или кто-то другой никогда не нашли их. Никто не знал о том, что Рикард его сын.

Сыну было двенадцать, когда от горячки умерла Алерьяна. Почти сразу же после ее смерти герцог Эрмонт просто выгнал мальчишку из своего дома, отправив его с одним из слуг в дом отца своей покойной жены. Отец Алерьяны отказался принимать внука в своем доме и дать свое имя. После смерти своей жены – матери Алерьяны, он успел еще раз жениться, и жена родила ему двоих детей. Терпеть в доме бастарда, которого его дочь родила не известно от кого и который порочил бы его имя, дед не стал. Ричард, узнав об этом, действуя через своих доверенных людей, которые навсегда сохранят его тайну, забрал мальчишку с улицы, где тот жил последние дни, дал ему имя Рикард Бонн и титул барона, так как отец Алерьяны категорически отказался давать бастарду свой титул и имя. Сына Ричард сначала отправил в кадетское училище. Через своих верных людей он следил за его успехами. Когда Рикард окончил кадетский корпус, помог поступить в военную академию, по окончании которого его решением сын был направлен служить на границу. Он старался сохранить в тайне о наличии у себя сына, так как от Магдины можно было ожидать все, что угодно. Она могла подослать к мальчишке убийц, если бы узнала, что у Ричарда есть еще один наследник прямой претендент на трон.

Ричард не знал, успела ли Алерьяна рассказать мальчику, чей он сын. Он сам никогда не встречался с ним, прекрасно сознавая, что их сходство может сослужить сыну нехорошую службу и подвергнуть его опасности. Он только получал доклады о его учебе и успехах по службе. Ричард всегда гордился им и так хотелось открыто признать его своим сыном, крепко обнять, посмотреть в глаза, а также громко при всех своих подданных объявить своим единственным наследником. Он смотрел на Лучиара и понимал, что этот испорченный истеричный юноша, воспитанный такой же истеричной и злобной женщиной, никогда не будет хорошим королем. Все его попытки обучить наследника необходимым наукам оборачивались провалом, наталкивались на истерики Магдины, которая тряслась над единственным сыном, не понимая, что тем самым убивает его.

Если бы в королевстве были законы, позволяющие разводы, он, после смерти своего отца и став королем, добился бы через Главу Церкви развода Алерьяны и сам бы развелся с ненавистной женой, которая портила ему жизнь, признал бы Рикарда своим единственным наследником.

История его двоюродной сестры Миранды, которую его отец насильно против ее воли выдал замуж за своего старого командира, была ему очень хорошо известна. Он видел, как она ненавидит своего мужа. Верные королю люди, что находились в окружении семьи Миранды, докладывали ему обо всем, что происходит в замке герцога Вандерлит – как растет его единственный племянник, как он ненавидит мать и отца, как после смерти родителей ведет разгульный образ жизни. Сколько раз на племянника поступали жалобы от обиженных женщин и разъяренных отцов девушек, которым приходилось затыкать рты деньгами и титулами, а кому-то угрозами. Он уже собирался насильно женить племянника, но дал ему еще шанс найти себе хорошую жену. Ричард был рад, когда узнал, что Эдвин женился на тихой скромной девушке, но никак не мог представить, что он так чудовищно будет поступать с ней.

* * *

И вот она сидела перед ним, сложив на коленях руки, сцепленные в замок, и спокойным, слишком спокойным голосом рассказывала о своей «счастливой» семейной жизни. Она была прекрасна и юна, как цветок розы, чем-то напоминала его любимую, таким же кротким, но твердым характером, внутренней силой. Он слушал и понимал, что эта девушка никогда не вернется к Эдвину. Будь на ее месте, он тоже никогда бы не вернулся к тому, кто два года унижал ее, ломал, заставлял быть покорной. Но как ей помочь? Если бы существовали разводы, то она могла бы еще найти свое счастье, родить детишек. У него даже промелькнула мысль, что такая девушка могла бы быть самой лучшей женой его сыну. Почему-то он был уверен, что Рикард и Эвелина обязательно любили бы друг друга. Он искренне желал ей помочь, но как?

И тут со своего места подал голос Его святейшество.

– Дочь моя, повтори еще раз имя святого отца, что заключил Ваш брак?

– Григор, Ваше святейшество, – спокойно ответила девушка.

– Григор, – задумчиво повторил Маркус, поднялся. – Ваше величество, прошу немного подождать, мне надо отойти, чтобы проверить кое-какие документы. Предложите пока Эвелине чаю. Я постараюсь не задерживаться.

– Хорошо, – кивнул ничего не понимающий Ричард.

Маркус вышел из кабинета, а слуга вскоре принес небольшой чайник и чашки, поставил на небольшой столик, возле которого ранее сидел Маркус.

– Прошу, – король знаком предложил Эвелине подойти.

Она поднялась со своего кресла для посетителей, подошла к креслам у столиков, благодарно кивнула. Ей самой хотелось пить, горло давно пересохло и схватывалось спазмом, но она заставляла себя говорить.

– Скажи, ты вернешься к Эдвину, если он скажет, что больше не будет так вести себя, будет любить и заботиться о тебе, постарается загладить свою вину?

– Нет, Ваше величество, – спокойно ответила она. – Я никогда не вернусь к нему. У него было множество возможностей измениться, сказать мне, что любит и показать свою любовь. Но вместо этого он продолжал мучить меня, каждый раз убивая меня своими словами, поступками. Я никогда не забуду, как в нашу первую брачную ночь в его постели была другая женщина. Никогда не забуду, как его очередная любовница хотела отравить меня. Никогда не прощу, что после его…любви я потеряла ребенка. Сына. Которого я так ждала. Не прощу его пощечину, которую он влепил вместо того, чтобы узнать, что произошло на самом деле.

– А если я разорву ваш брак? У тебя есть куда уехать? Вернешься к дяде?

– Нет, к дяде я никогда не вернусь. У меня есть одно место, где меня ждут. Но я не хочу называть его Вам. Вы можете не сдержаться и рассказать своему племяннику.

Ричард невесело усмехнулся, кивнул. Эта молодая девушка сидела перед ним с прямой спиной, открытым взглядом. Она не заискивала, не умоляла. Она просто просила дать ей развод, чтобы стать счастливой.

Открылась дверь и вошел взволнованный Маркус.

– Ваше величество, кажется, я нашел решение этого вопроса, – он протянул королю какой-то лист бумаги. – Это то, что позволит считать брак между Эдвином Вандерлит и Эвелиной Родгерн недействительным.

Король внимательно вчитывался в написанные сточки, потом поднял взгляд на Эвелину.

– Скажи, когда был заключен Ваш союз?

Она назвала дату. Король еще раз внимательно посмотрел на бумагу, потом широко улыбнулся, подошел к своему столу, позвонил в колокольчик. Через пару мгновений в кабинете появился секретарь.

– Садись и пиши указ, – приказал ему король.

Он стал диктовать, а Эвелина смотрела на короля и не могла поверить в то, что сейчас происходит. И в то, что произошло с ней на самом деле. Получается, что все это время их брак был ненастоящим? Этот Григор не мог заключать его, так как был лишен сана? И только поэтому сейчас секретарь пишет указ о недействительности ее брака с Эдвиным. Она медленно закрыла глаза, на которых заблестели слезы.

Ричард подписал несколько бумаг, одну из них протянул Эвелине.

– Возьми, это твой документ. Вторая бумага будет направлена Эдвину. Третья бумага навсегда останется в королевской канцелярии. Иди с миром, дитя мое, не держи зла на моего племянника, он просто не позволил себе любить и быть любимым, не понял, что мог быть счастливым с такой прекрасной девушкой. Иди, дитя мое. И будь счастлива. Я буду рад, если нам еще раз посчастливиться встретиться, но при более приятных условиях.

Глава 17.

Глава 17.

Глава 17.

Себастьян ожидал ее в карете недалеко от дворца. Эвелина дошла до нее, но подниматься в карету не спешила. Она просто стояла и смотрела куда-то вверх. На душе было спокойно, появилась уверенность, что она все сделала правильно. Почти два года у Эдвина была возможность принять ее любовь и ответить любовью. Но каждый день от отрицал свое счастье. Так пусть он будет счастлив с другой, которую не придется ломать, чтобы сделать послушной куклой. А она? А она поедет туда, где ее ждут.

Когда она наконец села в карету, Себастьян долго смотрел на нее.

– Король разрешил разорвать наш брак, – только и сказала девушка.

О причине, по которой было принято такое решение, она не стала говорить мужчине, и не показала ему документ, который надежно спрятала у себя на груди.

– Ты счастлива? – только спросил он.

– Пока не могу сказать, но мне стало легче. Себастьян, я понимаю, что Вам надо вернуться обратно в замок. Но прошу пока не сообщать Эдвину о решении короля. К нему отправят посланника, который привезет документ о разводе.

– Почему ты не хочешь, чтобы я сказал? Ты не доверяешь мне?

Она покачала головой.

– Я не хочу, чтобы на вас пал гнев герцога. Если Вы ему сообщите о решении короля, то расскажите и обо всем другом. А я хочу вернуться к Арьяне и жить в ее доме. Больше мне некуда ехать, у меня нет больше родных. К своему дяде я никогда не вернусь.

– Думаешь, Эдвин не найдет тебя в доме травницы?

– Не найдет, если Вы не расскажете ему.

– Я услышал тебя, прости меня. Разреши только еще раз помочь тебе – снова провезти тебя по землям герцогства, чтобы никто не увидел тебя?

– Я буду только благодарна, – она улыбнулась ему. – И спасибо Вам за все, Себастьян. Я понимаю, как Вам трудно принять такое решение. Но прошу, сделайте крохотное одолжение ради меня.

И снова дорога, теперь уже домой. Себастьян подвез Эвелину к дому Арьяны, которая с широкой улыбкой вышла ее встречать, долго обнимала девушку. Себастьян тепло попрощался с ними и уехал.

Эвелина быстро обжилась в доме Арьяны, стала незаменимой помощницей. Когда она переоделась в простое платье, убрала свои волосы под платок, никто не узнавал в ней бывшую жену герцога. Она почти не выходила в город, все чаще отправлялась вместе с Арьяной в лес, помогая ей собирать травы, а потом они возвращались домой и вместе перебирали их, готовили настои.

– Эви, я очень горжусь тобой, – хвалила ее травница, – ты словно чувствуешь травы. Думаю, что из тебя получится замечательная травница. Скоро мне нечему будет тебя учить.

Однажды к ним пришел Себастьян. На нем была простая одежда горожанина и выглядел он как человек, который принял какое-то самое важное решение в своей жизни, сбросив с плеч груз ответственности.

– Какими судьбами? – спросила удивленная Арьяна.

– Просто зашел пожелать вам здоровья. Я ушел со службы в замке, – с грустной улыбкой сказал он. Потом обратился к Эвелине. – Не бойся, Эви, я не сообщил герцогу о разводе, он сам получил указ короля. И я не сообщал ему о том, где ты сейчас живешь. Это осталось для него тайной. От меня он никогда не узнает, где ты.

За чашкой чая с пирогом Себастьян рассказал им последние новости, что происходит в замке. Эвелина слушала и грустно кивала. Слишком поздно Эдвин понял, что сделал своими собственными руками. Пусть он ждет ее, ищет, но она никогда не вернется в этот замок, где вместо любви ее ждала новая боль, новые испытания душащей любви, золотая клетка в высокой башне, откуда ее никогда не выпустят.

Иногда к ним приходила Бритта, которая осталась служить в замке, так как своим заработком помогала больной матушке. Она тоже рассказывала о затворничестве герцога, его вспышках гнева, когда слуги возвращались с известиями, что снова не смогли найти его жену. Она говорила, а в душе Эвелины ничего не отзывалось, была только глухая боль, которая больше не разрывала ее душу на части. Она просто слушала и грустно улыбалась, каждый раз говоря себе: «я никогда не вернусь к нему. Не смогу. Не прощу».

* * *

Прошло почти полгода. Эвелина успокоилась – люди герцога так и не нашли ее. Они с Арьяной давно приготовились к зиме, которая в этом году обещала быть холодной, снежной. Уже выпал первый снег, засыпая землю пушистым белым одеялом. Наступали сумерки, еще немного и придет темная ночь со снегом и холодным ветром. Женщины сидели в кухне за столом, перебирая высушенные травы, готовя небольшие порции для изготовления настоев. Вдруг за окном раздался быстрый стук копыт, кто-то спешил к их дому. Арьяна выглянула в окно.

– Незнакомый мужчина, – сказала она, вглядываясь в темноту окна.

Раздался торопливый стук в дверь. Они уже привыкли, что к ним приходили в любое время дня и ночи – люди не выбирают, когда болеть или умирать. Ничего не подозревая, Арьяна пошла открывать дверь. Потом она вернулась в кухню, следом за ней вошел мужчина лет тридцати, одетый в добротную теплую одежду воина.

– Извините за поздний визит, – он снял с голову теплую шапку. – Не бойтесь, я не причиню вам зла. Меня зовут Рикард. Меня послала к вам Бритта.

– Что случилось? – с тревогой спросила Эвелина, поднимаясь из-за стола. – Что с Бриттой?

Ради своей подруги она была готова бежать куда угодно, пусть даже в замок герцога.

– С Бриттой все хорошо, – успокоил ее мужчина. – Она просила передать, что завтра на рассвете за Эвелиной приедут люди герцога. Кто-то узнал, где Вы живете и сообщил ему.

Женщины переглянулись, Эвелина нахмурилась. Идти ей некуда, возвращаться в замок герцога она не хочет.

– Спасибо, – поблагодарила она мужчину.

– Эвелина, скажите, Вы же не хотите возвращаться к мужу в замок? – тихо спросил мужчина.

– Я не замужем, – она дернула головой. – Наш брак был обманом. И да, Вы правы, я не хочу к нему возвращаться.

– Если примите мою помощь, я готов дать ее Вам.

– Что Вы хотите сказать?

– Я направляюсь к месту своей службы в приграничном замке, далеко отсюда. Я предлагаю поехать со мной. У меня есть небольшой дом в городке возле замка, вы сможете жить там. У меня с собой есть еще одна лошадь, так что не беспокойтесь, мы сможет добраться к моему дому.

Женщины снова быстро переглянулись.

– Скажите, а кто вы? – спросила Арьяна, внимательно рассматривая приятное лицо молодого мужчины.

На вид не старше тридцати – тридцати пяти лет, каштановые вьющиеся волосы, темно-карие глаза. Назвать его красивым нельзя, но что-то в нем притягивало взгляд.

– Меня зовут Рикард Бонн, я командир приграничного замка, мне тридцать два, не женат, – он улыбнулся какой-то простой улыбкой, но его лицо изменилось, стало каким-то светлым, добрым.

Эвелина смотрела на него и не могла понять, кого он ей напоминает. Она тряхнула головой, отгоняя свои ненужные мысли, задумалась о предложении Рикарда.

– А кем Вы представите меня своим подчиненным?

– Как Вы сами захотите – сестрой, подругой, невестой, – он снова улыбнулся, и в душе девушки что-то дрогнуло.

– Эви, думаю, это хорошее предложение, – наконец сказала Арьяна. – Думаю, что нужно ехать прямо сейчас, чтобы успеть уехать как можно дальше. И снег заметет ваши следы. В такую погоду никто из наших городских никуда не поедет, поэтому никто и не увидит, как ты уезжаешь.

– Я согласна, – ответила Эвелина и тут же засобиралась.

– Я подожду на улице, – сказал мужчина и собрался выйти из дома, но Арьяна его остановила.

– Рикард, так не пойдет. Пока Эви собирается, поужинайте перед дорогой. И я еще соберу вам еды с собой, – потом она засуетилась возле печки, накрывая на стол. Крикнула Эвелине, которая собирала свои вещи в узел. – Эви, оденься теплее, пусть будешь выглядеть смешно, зато не замерзнешь.

Через полчаса сборов Эвелина и Рикард вышли из дома. Арьяна обняла девушку, вытерла с ее щек набежавшие слезы.

– Я всегда буду ждать тебя, ты стала для меня как родная дочь. Будь счастлива, – потом она, обнимая девушку, шепнула ей на ушко. – Присмотрись к этому Рикарду, что-то мне подсказывает, что на него можно положиться. Он не из тех, кто будет унижать женщину.

– Спасибо за все, Арьяна, – ответила ей Эвелина. – Мы обязательно еще увидимся.

Рикард все это время спокойно стоял, с улыбкой ожидая, когда женщины попрощаются, потом подвел к Эвелине лошадь. Наконец они отправились в путь. Снег сыпал им в спину, словно помогал скрыть следы.

– Не волнуйтесь, я знаю эту дорогу, часто ездил по ней, – сказал мужчина, когда они выехали за город. – Вы меня не знаете, но я знаю Вас. Я иногда заезжал в замок к герцогу Эдвину, чтобы передать ему послания из дворцовой канцелярии, оставался иногда на ночь. И простите меня еще раз, но я немного знаю о Вашем браке. Бритта рассказала мне, чтобы я понял, почему я должен спешить и помочь Вам.

– Спасибо, – Эвелина улыбнулась ему в ответ. – Думаю, что все знали о нашем браке.

Пусть вокруг темно, но она знала – он увидит ее улыбку.

Они ехали почти всю ночь, перед рассветом въехали в небольшой городок.

– Здесь мы сможем остановиться на отдых, да и лошадям тоже надо отдохнуть. Местный трактирщик меня хорошо знает, он выделит нам хорошую теплую комнату. Эви, разрешите я представлю ему Вас, как свою невесту? Иначе он просто завалит меня вопросами, кто Вы такая и откуда. Не бойтесь, я не сделаю Вам ничего плохого. Вы можете доверять мне.

– Я не боюсь, просто все так неожиданно для меня, – она грустно улыбнулась. – Я согласна.

Трактирщик накормил их горячей похлебкой, выделил большую комнату с двумя кроватями. Рикард был прав, после того как он представил трактирщику Эвелину своей невестой, с которой едет к месту службы, мужчина поднял руки, делая знак, что все понимает и не лезет в чужие дела, широко улыбнулся, весело поглядывая на зарумянившуюся Эвелину, которая доверчиво прислонилась к груди «жениха».

Они немного поспали, потом пообедали и снова отправились в путь. Эвелина рассказала Рикарду о себе и спросила его о родителях. На какое-то время он задумался, потом грустно усмехнулся.

– Моя матушка умерла, когда мне исполнилось двенадцать. Герцог Левердон, за которого мою матушку выдали насильно замуж, сразу же выгнал меня из дома, так как я не его сын. Меня отвезли к отцу моей матери – герцогу Боннарду, но он тоже отказался от меня. Не знаю, как получилось, но решением короля мне дали имя Бонн и титул барона, отправили учиться в кадетское училище, потом в военную академию. После ее окончания меня отправили служить в приграничный замок, куда мы сейчас едем. Вот такой я барон – без дома и земель, – он улыбнулся какой-то спокойной улыбкой.

– Матушка так и не сказала Вам, кто Ваш отец?

– Нет. Она до самого последнего дня хранила эту тайну, – теперь улыбка мужчины стала грустной. – Я знаю только одно – она всю свою жизнь любила его одного. Из-за этого герцог Левердон ненавидел ее и делал ее жизнь невыносимой.

Эвелина слушала рассказ молодого мужчины и никак не могла понять – почему не могут разрешить разводы. Сколько трагедий можно было избежать, сколько могли найти свое счастье. Ей просто повезло, что этот пьяный отец Григор был лишен сана и поэтому ее брак с герцогом был незаконным. Другим так не могло повезти, как ей.

К концу шестого дня пути они добрались до небольшого городка недалеко от границы. Рикард подъехал к небольшому одноэтажному домику, широко улыбнулся.

– Вот мой дворец. Прошу!

– Он самый замечательный, что мне приходилось видеть, – улыбнулась в ответ девушка.

За время пути она вдруг почувствовала себя рядом с этим мужчиной защищенной, в ее сердце появилось ощущение, словно они должны быть вместе. Он не смеялся над ней, когда она рассказывала о своем детстве в доме дядюшки, не вел себя надменно, не кривился, когда она обращалась к нему. Рикард всегда смотрел на нее с интересом и…уважением. Когда они останавливались в очередном трактире на ночь, она не возражала, когда он снова называл ее своей невестой.

Мужчина открыл дверь, вошел в дом, зажигая светильники.

– Рикард, позвольте, я затоплю печь, пока Вы ухаживаете за лошадями, – предложила Эвелина.

– Хорошо, – согласился он. – Тогда я еще добегу до лавки, чтобы купить нам продуктов. Думаю, что мы сможем что-нибудь приготовить нам поесть.

Он вышел, а Эвелина осмотрелась. Дом на две небольшие комнаты, кухня, небольшой чуланчик, где лежали какие-то вещи и дрова. Все чисто и аккуратно. «Хм, барон, а живет, как простой человек», – улыбнулась она. Она набрала дров и вернулась в кухню, растопила печь, сняла теплые верхние одежды, села возле нее, грея руки. И снова улыбка тронула ее губы. Ей стало так хорошо и спокойно, словно она когда-то давно уже жила здесь, куда-то уезжала и только сейчас вернулась домой. «Домой», – прошептала она себе, чувствуя, как это отдается теплом в ее душе.

Когда Рикард вернулся, в доме уже было тепло, Эвелина успела заварить чай в чайнике, который нашла в кухне.

– Извините, я тут немного похозяйничала, – сказала она мужчине, когда он вошел в кухню и снял свою теплую одежду.

– Я только рад. Этому дому давно не хватало хозяйки.

Он выставил на стол купленные продукты, а потом, к приятному удивлению девушки, они вместе готовили себе ужин. Было весело и…спокойно.

– Рикард, прошу, называйте меня на «ты» и Эви. Все друзья так называют меня.

– Хорошо, – он подошел, встал перед ней, заглядывая в глаза. – Тогда и ты называй меня на «ты» и Рик. И скажи, ты не против, если я представлю тебя своим подчиненным своей невестой?

– Не против, – она улыбнулась и впервые ей захотелось, чтобы мужчина поцеловал ее.

В кухне наступила тишина, но не напряженная, а какая-то уютная. В печи трещали дрова, на улице завывал ветер, бросаясь в окно снегом. На столе мерцал светильник, заливая кухню теплым светом.

– Ты такая красивая, – тихо, почти не слышно, проговорил мужчина. Эвелина скорее прочитала его слова по губам. – Я даю тебе слово – я никогда не обижу тебя. Я никогда не поступлю так, как Эдвин.

Он наклонился и легко коснулся ее губ своими. Потом отстранился, но не отошел.

– Прости, я позволил себе лишнее. Я не имею права трогать тебя, пока ты сама не захочешь.

Она опустила голову. Сердце колотилось так сильно, что в голове шумела ее кровь. Всего шесть дней вместе, а ей казалось, что они прожили вместе долгую и счастливую жизнь. И Эвелина верила его словам – он никогда не сделает ей больно. Это было в его глазах, его поступках, его словах.

– Спасибо, – также тихо ответила она. – Я пока не готова к новым отношениям, еще слишком сильна боль в моем сердце.

– Я заберу у тебя эту боль, сделаю все, чтобы твое сердце билось только от счастья. Прости, если я тороплю события, но мне кажется, что я знаю тебя очень давно, и отдавать тебя никому не собираюсь.

Он словно читал ее мысли, и на щеках Эвелина расцвел яркий румянец. Спасла положение закипевшая в казане вода, которая стала греметь крышкой, шипеть, когда пыталась залить печку. Они словно очнулись, неловко улыбнулись друг другу. Потом Эвелина стала накрывать на стол, а Рик ушел в свою комнату переодеваться.

* * *

Очень быстро Эвелина освоилась в доме Рика, а также перезнакомилась со всеми воинами, что находились в приграничном замке, куда она приходила, чтобы принести настои от простуды или травы, которые взяла с собой по настоянию Арьяны. Лекарь, который находился в замке, был весьма доволен, когда она предложила ему свою помощь, и совсем скоро к ней обращались не иначе, как «наша травница». Рик с улыбкой смотрел на Эвелину. Когда они оставались вдвоем, быстро обнимал, прижимал к своей груди и целовал.

– Эви, давай поженимся? – спросил он однажды. – Я больше так не могу. Я хочу быть твоим мужем, любить тебя. Хочу ночью любоваться тобою, а утром получать твой поцелуй, когда ухожу на службу. И хочу, чтобы дома меня ждала любимая жена, к которой я всегда буду возвращаться, где бы я ни находился. Я буду знать – меня ждут дома.

Эвелина была счастлива, только одно беспокоило ее. Она честно рассказала Рику о том, что дважды потеряла ребенка, второй раз чуть не умерла, так как ее хотели отравить.

– Я не знаю, смогу ли я родить тебе сына или дочь, – ей трудно было говорить, но молчать и обманывать любимого она не могла. – Лекарь Феликс и Арьяна говорили мне, что все еще может обойтись. Но я боюсь и не хочу тебя обманывать.

Он просто прижал ее к своей груди, нежно поцеловал.

– Любимая моя Эви. Даже если ты не сможешь родить нам детей, я не перестану любить тебя. Просто доверься случаю. Я никогда не буду упрекать тебя ни в чем.

Только после этих слов Рика она согласилась стать его женой. На этот раз свадьба была настоящей – с настоящим святым отцом, в настоящей церкви, с настоящим мужем, который не сводил с любимой жены взгляда, а потом подхватил ее на руки и вышел из церкви со своей драгоценной ношей под крики своих подчиненных.