Текст книги "Сначала отвести беду... (СИ)"

Автор книги: Вилен Арионов

Соавторы: Эдит Арионова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 30 страниц)

– Осадок, – да. Но наше с тобой "дело правое, победа будет за нами". Ох, Лев Гурыч. Смута на душе есть. Но для нас важно понять, есть ли в стране кризис? Реальна ли опасность гибели России? Разве события последнего времени дают основания считать, что положение изменилось? Есть кризис! Опасность не стала меньше. Значит, мы обязаны продолжать начатое. Я так думаю…. Сегодня для нашей с тобой будущей партии главное, – искать сторонников и просвещать народ. А к следующим выборам разберёмся, кто нам союзник, а кто – нет.

– Спасибо, генерал. Твоя мудрость мне всегда мозги прочищает. Мне спокойнее стало на душе. – Иванов вынул из кармана свой знаменитый портсигар. Закурил. – Пётр Николаевич, уже есть нужда наш штаб собрать. Как смотришь, если послезавтра вечером, как всегда, у меня?

– Давай соберёмся. Кстати, Лёва, может быть специальную квартиру для этих целей оборудовать? Для Фонда?

– Не стоит, Пётр. Пока не нужно. Вот объявим о создании партии, тогда и официальной конторой обзаведёмся. Может и раньше, но, по моим соображениям, до этого пока далеко.

– Что ж. Давай позже. А сейчас пойдём к нашим дамам.

Фрагмент 20

После почти двухнедельных дождей, как всегда неожиданно, наступило «бабье лето». Солнце светило во всю свою осеннюю мощь, на уличных базарчиках вновь появились боровички, красноголовые подосиновики, крепкие подберёзовички и даже маслята с лоснящимися шляпками, что уж совсем казалось не по времени. Лето сделало последний выброс летних даров. Хотя впереди ещё обилие опят, будут и мокрухи, и зеленухи, исключительные в засоле чёрные грузди…Но это уже другое, это придут дары осеннего леса, сейчас же на короткое время вернулось летнее изобилие. Которого, впрочем, в этом году и не было: сначала два месяца жары – грибам и ягодам, как и садам, не хватало влаги….Потом потекло небо, и опять грибникам не в радость.

Кличко явился под вечер:

– Заработался ты, пенсионер. На календарь не смотришь, выходные не замечаешь…

– А что я замечать должен, Слава? День будничный, вон ты даже в форме явился, что для тебя странновато….

– В форме потому, что принёс устный, но официальный приказ генерала: завтра за грибами едем.

– За какими грибами, Славка! Я уж лет сто в лесу не был, если не считать, когда по оперативной нужде…

– Приказы, полковник, не обсуждают….Тем более, он с Марией согласован. Она тоже едет.

– Машка знает и молчит?! Ну, я ей задам!

– Молчит, потому что знает твой дикий характер. Без приказа Генерала ты, ведь в споры ударишься….Завтра утречком – это в 4 нуль-нуль, будьте готовы следовать за генералом. С корзинами и кинжалами.

– Куда следовать-то?

– Не извольте беспокоиться, господин полковник. Извозчик довезёт.

– Извозчик-то, ты?

– Так точно. Извозчик высшей категории с 30-ти летним стажем вождения, полковник Кличко Вячеслав Сергеевич. 150 лошадок под капотом, два часа езды и вы с Машей – в раю. Роль господа Бога исполняет Пётр Николаевич. Роскошную белую бороду Мария из театра принесёт…

– А ты, балаболка?

– А я – Змей…А то вам с Машенькой понравится в раю, возвращаться к суровым будням не пожелаете….А я, – тут как тут.

Вячеслав засмеялся и обнял Иванова за плечи.

– Отдыхать, Лёва, тоже нужно. Я же вижу, сколько на вас дел навалилось. Что, нелегка президентская участь?

– Не сглазь, Слава. До регалий ещё далеко. Но будем работать… Ты знаешь, друг мой заветный, я верю в победу. Хотя каждый день раскрывает всё новые трудности пути.

– Дорогу осилит идущий. От частого употребления эти слова стали банальностью. Но ты, Лёва, осилишь. Ох, как хотел бы я быть рядом с вами. С тобой и Петром.

– Ты и так рядом.

– Мысленно, Лёва, мысленно. Но в этом мундире….

– Твой мундир нужен нам. Пригодится ещё не раз. А пока за приглашение в рай – спасибо… Я даже не ожидал, что это меня так обрадует.

Вылазка в лес для замотанного делами горожанина всегда праздник. Лев даже не обратил внимания, что день не был выходным, что добавило подмосковному лесу тишины и спокойствия. Выходной был у Марии. Каким образом обеспечил своё присутствие Кличко, Лев Гурыч не спрашивал, у них же с Петром ненормированными были все дни недели.

С грибами всё получилось отлично.

Молодой смешанный лес оказался метрах в пятидесяти от дороги. Вячеслав, съехав на обочину, громко скомандовал "Тпру, родимые!", выключил газ и объявил: "Вылезайте, господа, прибыли"

Высыпав из машины, собрав своё нехитрое снаряжение, они устремились к лесу, утопая в высокой покрытой сверкающей в солнечных лучах росой, траве. Груди пропылённых горожан сразу наполнились дурманящим свежестью воздухом.

Едва углубившись в молодой соснячок, они наткнулись на целую полянку, плотно уставленную прекрасными подосиновиками! Начался азарт. Уже дома Мария сосчитала, что в их общей с Лёвой корзине (Какой корзине! Корзины!! Плюс два рюкзачка!!), оказалось 512 молоденьких крепеньких красноголовиков. Не считали, конечно, но половина из них – урожай с той полянки. Намного меньше, но тоже порядочно собрали белых. Ай, да Краснознаменский лес!

Все вместе осмотрели и отбраковали попавшийся сатанинский гриб, столь хитро подделавшийся под белый. Пётр Николаевич долго вертел его в руках, – жалко было выбрасывать такой здоровенный и похожий на боровик гриб, – но решительно надломил шляпку, которая на изломе посинела. "Понюхайте, ребята, – и запах у него характерно-неприятный, таким не отравишься, но суп испортите точно", – сказал он и решительно выбросил неудачную находку. Прочие грибы – не считали вообще. Маслята, подберёзовики, плотненькие моховички на сухих жёстких ножках, быстро наполняли все ёмкости. Лев Гурыч порадовался нескольким чёрным груздям, время которых ещё впереди. Хотя он и понимал, что для его следующего похода в лес в этом году оно вряд ли наступит вообще.

Слава носился по лесу, как спущенный с поводка пёс, – стремительно и без устали. Он то появлялся рядом с Ивановым и Марией, то исчезал в зарослях. При этом Вячеслав не уступал в удачливости своим товарищам и его кузовок быстро наполнялся. Он брал и свинушки, очаровательные на вид мохнатые волнушки и крепкие, если попадались такие, сыроежки – из этой смеси жена Славы делала вкуснейшую жарёху с картошкой, луком и сметаной, отведать которую приводилось и Льву. Правда, из покупных грибов. Но свои-то ещё вкуснее! Неповторимый лесной запах придавали этому деликатесу именно свинушки, на которые в последнее время почему-то ополчилась медицина.

Пётр Николаевич собирал грибы солидно. Он осматривал каждое дерево, приподнимал листья, разгребал лесной мусор и мох. Он скоро отстал от более проворных товарищей, рюкзака не наполнил, но при осмотре добычи возле машины, к которой всё собрались уже после полудня, предъявил такие грибы-великаны, что остальные только ахнули: белый гриб килограмма на три был без единой червоточины, а два подосиновика на весах перетянули бы полсотни из срезанных его товарищами.

– Вот, подкину работку Полине Ивановне, – заметил он, неспешно складывая и сортируя своё богатство в корзину.

– А нам с полковником хватит работы на полночи, – с тяжёлым вздохом откликнулась Мария.

Вячеслав только засмеялся:

– Не огорчайся, Машенька. Лёва работник хороший, а полночи ещё останется.

Лес пьянил. Мария склонила голову Иванову на плечо, – "Как хорошо, Лёвушка! Неужели так бывает?!"

С непривычки все очень устали и мечтали скорее добраться до дому, остро сочувствуя "извозчику", которому ещё предстояло рулить. Впрочем, за рулём Кличко почти не ощущал усталости, руль успокаивал, даже позволял иногда расслабиться и своеобразно отдыхать.

Обратный путь был дольше, ехал Слава не спеша и лишь у поста ГАИ озорно посигналил. Дежурный сержант встрепенулся, внимательно посмотрел на проезжавших и, видимо, узнав полковника из Главка, подтянулся и взял "под козырёк".

Утром Иванов позвонил Генералу.

– Здравствуйте, Геннадий Афанасьевич! Иванов говорит. Я хотел бы повидать вас.

– Извините, Гурий Алексеевич…О, ещё раз извините, Лев Гурыч, – я недавно о вашем отце думал….О Гурии Алексеевиче. Весточка от него?

– Так точно, товарищ генерал-лейтенант.

– Вы сможете завтра в 19–30 встретить меня у выхода из Министерства? К сожалению, сегодня и завтра в первой половине дня я не смогу.

– Буду точно. У какого выхода?

– Давайте на улице. На углу Гоголевского….Я отпущу водителя и вы проводите меня до дома. Благо, – доступность пешеходная.

– Буду ждать, товарищ генерал.

Лев понял, что генерал не один и стеснён в разговоре. Да и самому встречаться в его доме интуитивно не хотелось. Повидать же его уже было необходимо.

Геннадий Афанасьевич вышел точно в назначенное время. В лёгком плаще без погон, без головного убора он не был похож на военного. Поздоровались. Некоторое время шли молча. Лев исподволь рассматривал спутника и убедился, что генерал намного моложе его отца, хотя в чинах равен. Во время домашней встречи он выглядел старше и как-то суше, что ли. Теперь он заметил, что у генерала почти нет седины, разве что традиционная – на висках. Генерал, как и Лев слегка прихрамывал и Иванов усмехнулся – мы с ним, как в танце, каким-то фигурным шагом идём.

– Слушаю вас, Лев Гурыч… Не скрою, я много думал о нашем разговоре…. Посоветовался….кое с кем. А каковы ваши успехи?

– Для того и пришёл. Хочу поделиться нашими делами. И вопрос задать.

– Рассказывайте, Лев Гурыч. Дорога у нас не велика, но мы можем идти и не кратчайшим путём. – И скупо улыбнулся: – военные применяют такую тактику. Идут не прямым путём, а в обход. Вот и мы пойдём через Сивцев Вражек…

Они свернули на Гоголевский бульвар, на скамейках которого яростно сражались шахматисты, в основном пенсионеры и мальчишки. Генерал вздохнул:

– Чувствуется соседство с Центральным шахматным клубом. На него тоже коммерческие структуры, как сегодня выражаются, "наезжают". Ресторан уже открыли… Впрочем, здесь на скамейках всегда играли… – Он слегка задержал шаг возле азартного очень пожилого человека в съехавшей на затылок тюбетейке, который, сжимая в руке деревянного коня, почти пропел "Что нам трензель, что нам бубен, мы лошадкой сыгранём!" и водрузил коня на доску. – Да, Лев Гурыч, жизнь продолжается, и очень многие не понимают всей суровости положения. – Итак, я слушаю вас.

Лев Гурыч коротко рассказал. Сделали расчёт времени, – к следующему избирательному циклу можно успеть. Создали организационное ядро – в столице и нескольких областных центрах. Продумали тактику пропаганды и начали её применять, выявили уже сотни людей, разделяющих наши взгляды. Нашли способ использования некоторого количества существующих печатных изданий. В ближайшие дни выйдут первые номера. В Москве – это еженедельник "Квадратные колёса". Пусть вас не смущает название, это издание для автомобилистов, читают его очень многие….Нашли форму легализации на период до провозглашения создания партии….

– Не мало сделано, товарищ полковник….А финансовая сторона?

– Решили и этот вопрос. Насколько прочно, время покажет.

Ещё какое-то время шли молча. Иванов понимал, что генерал тщательно выбирает слова….

– Мне, Лев Гурыч, ваш вопрос ясен. Пришлось посоветоваться с некоторыми коллегами… Не скрою, отношение к вашим…. надеждам, как вы выразились при прошлой встрече, – сочувственное, но пессимистическое. Тревожно и нам. Да, тревожно…. Я не буду называть имён, ладно?

– Разумеется, Геннадий Афанасьевич.

– Так вот. Для серьёзного заявления нужна поддержка не менее десяти многозвёздных генералов и адмиралов. У нас семь военных округов, флот – четыре ключевых бассейна… Частью из них руководят люди старой формации. Но есть и молодые выдвиженцы, которые вряд ли поднимутся до серьёзных обобщений….Не со всеми я даже знаком, не с каждым из остальных возможно заговорить на…..не служебные темы. И всё же с четырьмя товарищами, не на таком высоком уровне, но на достаточно высоком, я разговаривал. Можно найти пути, которые приведут к исполнительскому звену. Яснее скажу, – к тем, кто непосредственно может приказать замкнуть пусковые рубильники. И этот путь не прямой, и не быстрый….Как у нас с вами сейчас, – нужно применить тактический обход…. Боюсь, что это уже будет похоже на заговор, а мы с вами говорили о конституционном пути.

– На первых порах нужно, чтобы те специалисты, о которых вы упомянули, прониклись чувством понимания опасности, грозящей нашей Родине…

– Это так. Но неизбежен и второй шаг, и третий….Нет, Лев Гурыч! Я не отказываюсь от участия в ваших….хорошее слово вы нашли, в ваших надеждах. Я тоже осмыслил свою присягу. И считаю себя честным человеком. Просто хочу, чтобы вы чётко представили: нужно время и, увы, без гарантий положительного результата.

Снова они шли молча, обдумывая сказанное друг другу.

Перешли через Москву-реку. В начале Кутузовского проспекта остановились. Генерал неожиданно задорно улыбнулся:

– Что ж, коллега, поработаем. План операции я уже проработал, не буду утруждать вас деталями. Всего хорошего, полковник. Я вам позвоню, – и он, ускорив шаг, скрылся в одном из проездов

Фрагмент 21

Расследование обстоятельств разгрома штабквартиры партии «За народное благо» началось легко и казалось поначалу не доставит хлопот сыщикам. Действительно, картина представлялась очень понятной, а злоумышленники оставили много следов.

Тем не менее, ввиду "особой политической важности" дела Министр, как это нередко теперь бывает, сделал заявление о неизбежном разоблачении преступников и принятии розыска под свой "личный контроль". Соответственно предстояло его расследовать Главку МВД.

Когда полковник Кличко, группе которого поручили вести это дело, приехал на место преступления, "продравшись" через многочисленные дорожные пробки, – Вечяслав Сергеевич ехал на своём "мерседесе", без сирены и мигалки, – обстоятельства проникновения были очевидны.

Офис партии занимал целую секцию кирпичного девятиэтажного жилого дома. Четыре квартиры первого этажа были объединены в одно помещение. Сделаны, как сейчас принято говорить "евроремонт" и перепланировка, прорублен вход в офис непосредственно с проспекта, оборудована стоянка для автомобилей. Всё выглядело богато и солидно. Партия позаботилась о внешней респектабельности, а солидная вывеска гласила об её всероссийском масштабе. Кличко не особо внимательно следил за политическими баталиями, но, разумеется, знал о готовности партии "штурмовать" 5 %-ный рубеж.

Злоумышленники взяли в аренду соседнюю квартиру, сообщив хозяевам, что намерены вести в ней "переводческие работы" и не будут устанавливать никакого оборудования, кроме парочки компьютеров. Они спокойно подготовились к ограблению и в намеченную предвыходную ночь быстро и без помех проделали проём в стене и вошли в штабквартиру партии. Охранная сигнализация защищала только наружные окна и двери. Ночное дежурство не считалось нужным и в распоряжении грабителей оказалась полная ночь, а, возможно, и следующий выходной день.

Впрочем, столько времени не требовалось. Вынести из помещения дорогую оргтехнику, порядочное количество оснащения из кабинетов руководителей, "комнаты приёмов" с богатым баром и оставленного имущества сотрудников офиса, – много времени не требовалось, а оба сейфа, имевшиеся в офисе, были открыты ключами.

Полковник без труда установил место возле подъезда, где стоял грузовой фольксваген похитителей, – колесо которого заехало на газон. Разумеется, марка автомобиля, определённая по отпечатку шины, была предположительной.

При более тщательном осмотре всех помещений партийного штаба выяснилось, что кресло в так называемой комнате для переговоров, в стене которой как раз и был сделан пролом, не только обито красной кожей, но и обильно залито кровью. Свежей кровью.

Опрос персонала офиса провели быстро и дотошно, что позволило утверждать, что в комнате для переговоров в последний рабочий день никаких встреч не проводилось, а сами сотрудники в неё не заходили и происхождения кровавого пятна не знали. Из сейфов и столов сотрудников пропали многие партийные документы, включая банковские, и большая сумма денег. По словам руководителя штабквартиры и главного бухгалтера, – их показания разнились незначительно, – исчезли около 10 тысяч европейских "рублей", столько же долларов США и более 70 тысяч рублей российских.

Проделав все необходимые манипуляции по сбору отпечатков пальцев, собрав и промаркировав весь оставшийся мусор и хлам, как в ограбленном офисе, так и в брошенной квартире, эксперты уехали, а сам полковник сел за руль своего любимого "мерса" и поехал к владельцам квартиры.

Чета пенсионеров, сдавшая квартиру грабителям, помогла немногим. Они предъявили договор найма жилого помещения некому Шерману Арнольду Викторовичу, который обратился к ним по объявлению. Не то, чтобы молодой, в очках, интеллигентный на вид, Шерман показал паспорт, прописанный в Москве, удостоверение преподавателя Инъяза и заплатил сразу за три месяца вперёд. Он сказал, что надеется на успех своего нового бизнеса и, что, если дело пойдёт, он готов заключить договор найма на длительный срок.

Проверка уже через пару часов подтвердила предположение Вячеслава Сергеевича, что означенный Шерман по указанному в паспорте адресу не живёт и в институте не работает. Куцый след оборвался сразу же.

Чью кровь обнаружили на кресле?

Получить ответ представлялось весьма проблематичным, – убитого или раненого человека грабители увезли с собой.

Неожиданно новости посыпались как из рога изобилия.

Сначала пришёл сотрудник, которому поручили отработку поиска микроавтобуса. Уже на следующий день в ГАИ поступило заявление из частного гаража, что арендованный у него накануне ограбления микроавтобус "фольксваген" не вернулся в гараж, а от водителя – Алексея Семикина вестей нет, хотя парень он очень обязательный и твёрдо выполняет требование хозяина звонить ему в случае непредвиденных задержек. Гаишники дали информацию в сводку поиска и уже через час брошенный автомобиль нашли на одной из платных стоянок. В его кузове валялись детали раскуроченных компьютеров и большая скатерть, в которую явно было недавно завёрнуто тело окровавленного человека.

Арендовал микроавтобус всё тот же господин Шерман.

Проверка больниц на предмет поступления раненого результата не дала, а ещё через полтора часа тело несчастного водителя нашли в кустах одного из московских парков, небрежно замаскированное ветками и опавшей листвой.

Вторая новость поступила от экспертов. Изучая хлам, вывезенный из офиса борцов "за народное благо", они наткнулись на попорченную дискету, которую удалось оживить. И вот на ней-то среди большого количества фотографий оказалась одна с изображением….генерала Беркутова, беседующего с незнакомыми эксперту людьми.

Взяв отпечатанную фотографию, Кличко крепко задумался.

Очевидно, следовало позвонить Петру, но он не имел теперь права делать это. Генерала следовало допросить, но это вообще было бы кощунством, нарушением всех принципов дружбы, этики….чёрт знает, чего ещё….Нет, это просто невозможно было сделать. Посоветоваться с Лёвой? Нельзя по тем же причинам.

Друзья теперь политики. Есть ли у них какой-то интерес к ограбленной партии? Вряд ли, да и вообще абсурдно даже думать о них в применении к поиску заинтересованных в ограблении. Но это ясно, это очевидно, ему, Вячеславу Кличко. Однако, даже подумай он вслух об этом, и другой следователь, любой другой следователь, внесёт Петра Николаевича Беркутова в список….проверяемых. Конкуренты в политике…А кому ещё, позвольте спросить, нужны «секреты» третьестепенной партии?

Хватит колебаться. Полковник решительно набрал хорошо знакомый номер телефона.

– Здравствуй, Пётр Николаевич! Кличко на проводе. Мне срочно нужно увидеться с тобой.

– Здравствуй, Слава! Всегда рад видеть тебя. Приезжай.

Через полчаса Кличко поднялся по знакомой лестнице. Пётр Николаевич открыл дверь сам и, крикнув Полине Ивановне, что пришёл Слава, пригласил его в свой небольшой кабинет.

– Что случилось, Вячеслав? В голосе твоём по телефону уловил озабоченность.

– Пётр Николаевич! Вы слышали по ящику об ограблении офиса партии "За народное благо"? Я сейчас занимаюсь этим. В числе архивного мусора партии нашли странную фотографию, – вот она, и Кличко протянул Беркутову заинтересовавшее его фото. – Как она попала в офис этой партии? Кто изображён на ней с вами?

Беркутов засмеялся:

– Будь я при погонах, дал бы тебе нагоняй. Выявленных возможных свидетелей нужно вызывать на допрос…. Шучу-шучу, Слава. Фото это сделано на лекции нашего Фонда, которую Бондаревский читал. На ней деятели той самой партии. Ограбленной. О лектории, по их словам, узнали из объявления, а меня они давно видели, ещё в генеральской форме. Показалось им, что я имею отношение к лекции и подсели поговорить. Впрочем, я и не отказывался. Подтвердил, что лекторий – наша затея. Кто и как фотографировал, я не заметил. Честно говоря, Слава, сам факт фотографирования, да ещё исподтишка, мне совсем не нравится. Такое впечатление, что они что-то прослышали про наши замыслы.

– Ты знаешь их, Пётр? О чём говорили?

– Фамилий не знаю, представились по именам, как модно теперь. Один, – некто Максим, – он слева от меня на фотографии, – назвался референтом Председателя партии, второй, постарше…..кажется, Константин, из редакции их газеты. Говорят, что отслеживают публикации и другие публичные выступления в Москве, изучают предвыборную обстановку…. Полагаю, Слава, ограбление партийного офиса и наша с ними беседа….Кстати, это было недели три назад…. не связаны между собой. Твоему розыску этот снимок ничего не даст, а вот нам с Лёвой стоит подумать….Зачем фотографировали? Даже если на лекцию Бондаревского случайно попали?

– Спасибо, Пётр Николаевич за информацию. Вы позволите оформить это как протокол опроса?

– Допроса, товарищ полковник! Допроса! Это твоя обязанность.

Кличко засмеялся, неприятная двусмысленность ситуации миновала.

Возник и другой вопрос.

Арендованный автомобиль, случайный водитель….Если так, то каким образом он оказался в помещении ограбленной штабквартиры? А раз оказался, то случайна ли аренда? Не следует ли искать связи бандитов через владельца гаража? Или в окружении погибшего водителя?

Вопрос делился, как амёба, превращаясь во многие вопросы, которые следовало проверить, чтобы подтвердить или отвергнуть.

Вернувшись на работу, Кличко достал из ящика стола план оперативных мероприятий, и, тяжело вздохнув, начал вписывать в него новые пункты. Ладно, если в них есть смысл! Но как часто бывает, что направление поиска тупиковое, а объяснение возникших сомнений оказывается совершенно иным и до смешного простым! Однако проверять надо.

Майор Сергей Рустамович Андулин закопался в библиотеке Главка. Он просматривал все газетные публикации за полгода, где в какой-то степени упоминалась партия "За народное благо" и всю печатную продукцию самой партии – газету, буклеты, листовки и прочую дребедень. Он сам не знал, что ищет, но другого способа выяснить, кого могла заинтересовать эта партия, они с Кличко не придумали. Через прессцентр Министерства он запросил сведения о деятельности единственного депутата партии в Госдуме, избранного где-то в Сибири по одномандатному округу.

Сам же Кличко поехал уточнять связи погибшего шофера микроавтобуса, и на завтра выписал повестки на допрос господам Пилецкому и Сычёву – так назвали в офисе партии лиц, запечатлённых на фотографии вместе с Беркутовым. Ещё раз позвонив Петру Николаевичу, он узнал, что на той лекции после выступления Бондаревского Сычёв задал несколько вопросов. Формулировки вопросов Пётр не запомнил, но смысл их сводился к попытке выяснить, какую общественную силу представляет лектор? Не компартию ли?

Пока же Вячеслав Сергеевич беседовал с владельцем и директором в одном лице гаража, где работал Семикин.

Нужно признать, что предчувствия полковника о бесперспективности этого направления поиска оправдывались. В гараже работало всего шесть человек. Ни с кем из них Семикин близок не был и в своей записной книжке Кличко сделал лишь 3–4 малозначащих пометки. Руководитель же гаража ещё раз подчеркнул обязательность погибшего парня и его человеческую порядочность. Вероятно, наём бандитами именно этой машины был всё-таки случайным. Однако Кличко решил съездить и на квартиру, которую Семикин снимал вместе с другим молодым человеком. Ехать туда имело смысл только вечером, так как телефона в квартире не было или в гараже его не знали. Полковник, на всякий случай, поручил проверить это на телефонной станции, но получил подтверждение: телефон в квартире по названному адресу был, но уже давно отключён за неуплату.

… Версии…

Их было всего две – элементарное ограбление и политические разборки.

Простое ограбление, на первый взгляд, – казалось маловероятным. Объект не сулил бандитам большой добычи и вряд ли стоил столь серьёзной подготовки. Об этом же говорило то, что наиболее ценная добыча – компьютеры – была в растерзанном виде брошена в кузове микроавтобуса. Что же касается денег, то на приличные деньги они наткнулись явно случайно, не банк же грабить пришли. По крайней мере, такое сложилось впечатление у Кличко и Андулина. По словам руководителей штабквартиры, такое количество денег в офисе бывало крайне редко и короткое время. Снятая же рядом квартира свидетельствовала о длительной подготовке преступления.

Вторая версия – требовала искать не только исполнителей, но и их заказчиков. Над этим сейчас и корпел майор Андулин.

Что касается исполнителей, то помочь могло только тщательное исследование следов на месте преступления и в квартире, откуда вошли грабители. Традиционный анализ отпечатков пальцев ничего не дал. Их было множество, но принадлежали они работникам офиса партии "За народное благо". Среди прочего же "хлама" были возможные следы, оставленные преступниками, но как их идентифицировать эксперты пока не знали. Они, вероятно, помогут в изобличении налётчиков…. Но сначала их нужно найти и задержать.

Получалось, что всё зависело от поиска Андулина.

Вечером того же дня Вячеслав Сергеевич приехал в квартиру, где жил погибший водитель. Ему повезло. Сосед Семикина – Володя, тоже шофер, но работавший в другой организации, – был дома.

Он ещё не знал о страшной судьбе своего напарника по квартире и был очень расстроен. Володя рассказал, что сосед говорил о выгодном заказе, полученном несколько дней назад. Ему предстояло на один день съездить в Питер, взять там группу "специалистов" и привезти в Москву. Зачем нужно посылать за людьми машину, почему они не приехали на поезде, Лёшка не знал, предположил, что они привезут какое-то громоздкое оборудование…. Но был весел и о заказчике сказал лишь, что он высокий немолодой мужик. Вряд ли это много значило, – для молодого Алексея в категорию "стариков" попадали все люди старше сорока.

Однако информация об участии в ограблении приезжих из Ленинграда была важна. Не исключал Кличко и то, что это мог быть отвлекающий маневр. Мало ли за какими "специалистами" могли послать арендованную машину перед главным делом…. Зачем? Например, чтобы мотивировать перед водителем необходимость ночной перевозки оборудования из московской квартиры. Не собирались же они сразу убивать парня!… А так, мол, задержались в дальней поездке. А он, вдруг, зачем-то вошёл в освобождаемую квартиру. И нашёл свою судьбу, увидев то, что ему не полагалось видеть…. Исходя из характеристики Семикина, такое вполне могло случиться.

Да, линия, проверяемая полковником Кличко, всё время усложнялась, не давая при том серьёзных шансов на успех.

Но бросать проверку нельзя. И полковник запросил информацию у постов ГАИ на всей трассе пути микроавтобуса: не останавливал ли его кто-нибудь? Не осматривал ли груз и пассажиров? В наше время, когда столицу захлестнула волна террора, такой осмотр был вполне вероятен.