Текст книги "Любовь не предусмотрена (СИ)"

Автор книги: Виктория Рогозина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 31

Лера проснулась ближе к полудню, внезапно села на кровати и испуганно огляделась, будто проспала экзамен или важную встречу. Волосы немного растрепались, а на щеках отпечатались следы от подушки. Она заморгала, пытаясь сообразить, где находится, и тут заметила, что рядом, на другой половине кровати, на боку, лежит Шейдон Лекс – абсолютно расслабленный, с лукавой улыбкой, наблюдающий за ней.

– Доброе утро, мисс Гордеева, – прозвучал его бархатный голос.

Лера несколько раз моргнула, с трудом вернув себе внутреннюю устойчивость. Окинув взглядом расстояние между ними – достаточно приличное, чтобы не паниковать – она, собравшись, спокойно ответила:

– Доброе утро.

– У нас есть два варианта, – продолжил Лекс. – Заказать обед сюда или отправиться в ресторан. Предпочтения?

Лера мгновенно натянула свою привычную деловую маску и ровно произнесла:

– Как решит мой работодатель.

Шейдон расплылся в довольной улыбке:

– Тогда я заказываю еду сюда. Не хочу ни с кем делить мисс Гордееву.

Лера покраснела. Сначала щеки, потом шея, и даже уши стали пунцовыми. Не ответив, она резко вскочила с кровати и, прикрываясь рукой, скрылась в ванной. Горячая вода быстро привела мысли в порядок. Она умылась, почистила зубы, выпрямила волосы, и только после долгого выдоха позволила себе снова выйти в спальню.

Когда она вернулась, в люксе уже накрыли на стол: элегантно сервированные блюда, фрукты, свежие круассаны, два бокала с апельсиновым соком и кофе. Шейдон, удобно устроившись в кресле, листал что-то на планшете.

Лера, вернув себе контроль, села за стол и, стараясь сосредоточиться на деле, спросила:

– Какие у нас планы?

Лекс поставил планшет на стол, откинулся на спинку кресла и ответил:

– Есть три предложения. Пляж, прогулка по городу с достопримечательностями... А вечером – приватная вечеринка в одном из закрытых клубов. Интересное место, элита со всего мира.

– Вечеринка? – переспросила Лера, приподнимая бровь.

Лекс хмыкнул, наклонив голову:

– Вы так произносите это слово, мисс Гордеева, как будто боитесь остаться со мной наедине.

– Да, боюсь, – без обиняков ответила Лера, не сводя глаз с чашки кофе.

Это признание на мгновение удивило Лекса, а потом он усмехнулся, опершись локтем о подлокотник:

– Неужели мисс Гордеева не находит меня привлекательным?

Лера подняла на него взгляд, холодный и отстранённый:

– Мужчины вашего статуса не смотрят на таких серых мышек, как я.

– У вас заниженная самооценка, – протянул Лекс, чуть склонив голову. – Но, к счастью, это лечится.

Лера вздохнула и поставила чашку обратно на блюдце с легким звоном:

– Неужели вам действительно доставляет удовольствие издеваться надо мной?

Шейдон посерьезнел. Его взгляд потяжелел, стал глубоким и неожиданно искренним:

– Я никогда не издевался над вами. Наоборот. Я нахожу вас очаровательной, Лера. И, честно говоря, просто ищу способ узнать вас поближе. И... если уж быть до конца откровенным – показать себя с лучших сторон.

Лера на секунду растерялась. Она невольно окинула его быстрым взглядом: идеально сидящая рубашка, ни намёка на небритость, загорелая кожа, прищуренный взгляд и уверенная, будто расслабленная поза. Да, он действительно выглядел безупречно. Но вслух она сказала:

– Я всего лишь наемный работник.

Лекс чуть нахмурился, а потом мягко, почти с грустью в голосе заметил:

– Очень жаль, что вы так думаете.

Он отпил кофе, затем чуть изменил выражение лица и легким тоном спросил:

– Так куда направимся, мисс Гордеева?

Лера, отвлекшись от своих мыслей, посмотрела в окно, где за стеклом пестрело солнце и синева океана. После паузы она сказала:

– Я бы хотела поплавать.

Лекс широко улыбнулся:

– Прекрасный выбор.

Закончив с обедом, Лера решила разобраться с вещами. Ну как с вещами – с тем, что для неё заранее выбрал и купил Шейдон. Она подошла к шкафу, открыла дверцы, и перед ней предстала коллекция одежды, каждая вещь – как с витрины люксового бутика. Платья, сарафаны, обувь и даже пляжная сумка – всё подобрано безупречно и в её стиле, будто кто-то изучал её вкус с микроскопической точностью.

Между шелковыми платьями её взгляд зацепился за один предмет – купальник. Лера осторожно достала его и развернула.

Это был чёрный дизайнерский купальник с высокой посадкой, украшенный массивной золотой цепью на бретелях и по линии талии. Верх – лаконичный, но элегантный, с треугольными чашечками и аккуратной линией выреза. Золото мягко поблёскивало в свете, контрастируя с глубоким матовым чёрным. Он был дерзким, но не вульгарным – вызывающим, но со вкусом. Такой носят уверенные в себе женщины.

Лера тихо вздохнула – выбор был безупречен.

Быстро переодевшись в купальник, она накинула сверху лёгкое платье – воздушное, почти прозрачное, и, как ей казалось, наверняка безумно дорогое. Волосы уложила в небрежный пучок, чуть подкрасила губы и, набрав воздуха в лёгкие, вышла в гостиную.

Шейдон уже ждал. Он стоял у окна, задумчиво глядя на океан, но, услышав шаги, обернулся. Он был неотразим. Светлые, идеально сидящие льняные брюки, тёмная рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу, подчеркивали его лёгкий загар и безупречную фигуру. Он выглядел как воплощение уверенности, вкуса и статуса – словно с рекламного постера элитного бренда.

Лера застыла на мгновение, глядя на него. Её сердце чуть сжалось. Как бы ни тянуло к нему, она знала – это временно. Всё закончится, как только будет выигран тендер. Они разъедутся, он – к своим миллионам и высокой жизни, она – к таблицам, отчётам и привычной борьбе за место под солнцем.

И всё же сейчас… пусть хоть немного, она позволяла себе почувствовать, каково это – быть рядом.

Глава 32

Лера вовсю наслаждалась океаном – она словно растворялась в воде, становилась легче, живее, свободнее. Плескалась, ныряла, плыла к буйкам и обратно, переворачивалась на спину и, раскинув руки, глядела в синее небо. На её лице сияла искренняя улыбка, которой Шейдону ещё не доводилось видеть. Вода струилась по загорелой коже, капли сверкали на солнце, а сама девушка выглядела будто часть этой курортной идиллии – настоящая, живая, счастливая.

Шейдон между тем вольготно устроился на лежаке. Пальцы методично скользили по экрану планшета – он разбирал рабочие документы, переписывался с помощником, согласовывал детали тендера. Но всё же взгляд снова и снова возвращался к Лере. Что-то в ней завораживало: лёгкость, с которой она двигается, смех, который не прячет, – и полное отсутствие той напряжённой маски, которую она носит в офисе.

На соседнем лежаке завибрировал и зазвонил смартфон Леры. На экране высветилось странное имя: «Кобакодзувари». Шейдон приподнял бровь, задумчиво прищурился – прозвище ли это, псевдоним, шутка?.. Или всё-таки имя конкурента? Он не спешил звать Леру, всматриваясь в экран, но в конце концов сказал, с лёгкой усмешкой в голосе:

– Мисс Гордеева, кажется, в вами хотят поговорить.

Лера обернулась, быстрыми шагами подбежала к лежаку, и, увидев звонок, счастливо улыбнулась, не замечая настороженности Шейдона. Подняв трубку, она легко и тепло произнесла:

– Привет, Макс!

Лекс невольно напрягся, притих, внимательно прислушиваясь к её интонациям, улавливая каждое слово, хоть и делал вид, что вновь вернулся к планшету. Но разговор оказался недолгим.

– Я сейчас в командировке, – сказала Лера. – Как вернусь – обязательно наберу. Ладно, пока!

Она положила телефон и, заметив внимательный взгляд Шейдона, снова улыбнулась – уже чуть смущённо, но без капли вины.

– Кто звонил? – спросил он не таясь, чуть прищурив глаза.

– Мой друг, – ответила она просто, почти с вызовом, но с мягкостью в голосе.

И снова запрыгнула в воду, оставив Лекса с задумчивым выражением лица и внезапным, непривычным уколом любопытства – а кем именно был этот Макс?

Шейдон снова опустил взгляд на планшет, но его мысли ускользали от рабочих задач. Он заставил себя сосредоточиться – документы, цифры, сводки… Но стоило Лере плюхнуться на соседний лежак, как внимание вновь переключилось на неё. Она была уставшей, но довольной, волосы ещё влажные от купания, кожа чуть порозовела от солнца, а на губах – тень улыбки. Лекс отложил планшет и, прищурившись, спросил:

– У вас много друзей, мисс Гордеева?

Лера перевела взгляд на него, лениво откинувшись на подушку, и спокойно, без спешки ответила:

– Вы ревнуете, мистер Шейдон?

Он усмехнулся, поймав её тон.

– Вы используете мои же приёмы против меня? – с интересом протянул он. – Ловко. Но признаюсь, я просто не верю в дружбу между мужчиной и женщиной.

Лера склонила голову, будто раздумывая, а затем тихо произнесла:

– Мы с Максом знакомы ещё с университета. Он был на курсе старше. Сейчас присоединился к киберспортивной организации, кажется, стримит, участвует в турнирах. Мы иногда переписываемся, созваниваемся. Он... поддерживал меня, когда, ну... когда всё было не слишком просто. У него замечательная семья – мама Оксана, добрейший человек, и бабушка Римма Викторовна. Ей, между прочим, восемьдесят, но она поёт в панк-рок группе и водит мотоцикл.

Лекс даже приподнялся на локте, не скрывая искреннего интереса. Лера говорила легко, почти с удовольствием, и впервые за всё время он слышал в её голосе не деловую сухость, не контроль, а тепло.

Он не перебивал. Просто слушал. Когда девушка замолчала, убрав с лица прядь мокрых волос, он тихо сказал:

– Очень грустно, когда поддерживает не своя семья, а чужая.

Лера пожала плечами – жест почти неуловимый, с оттенком усталого смирения:

– Привыкаешь. Со временем.

Некоторое время они лежали молча, прислушиваясь к плеску волн и отдалённому шуму пляжа. Лера прикрыла глаза, но мысли не давали покоя, и вдруг, почти шёпотом, нарушила тишину:

– Мой отец… он всегда ждал от меня чего-то большего. Как будто я всё время была на испытательном сроке. Что бы я ни делала – учёба, работа, проекты – всё было недостаточно. А вот Алесе достаточно было просто быть. Её любили, поддерживали, даже когда она ничего не достигала. А я… Я всё время думала, если буду больше стараться, больше работать – может, тогда меня тоже полюбят. – Она выдохнула с тихой горечью. – Всегда чувствовала себя чужой в родной семье.

Лекс обернулся к ней, взглянув внимательно, уже без обычной иронии. Его голос прозвучал мягко, почти интимно:

– Всегда можно создать свою семью. Ту, где ты будешь не «достаточной», а просто любимой. Ты когда-нибудь мечтала о свадьбе? О семье?

Лера слегка смутилась, в её взгляде промелькнула тень застенчивости. Щёки окрасил лёгкий румянец.

– Ну… как и все девочки, я, конечно, мечтала. О любви – красивой, безусловной, как в книгах. Чтобы знали тебя до самой глубины и всё равно выбирали. Но… я реалист. В жизни так не бывает. – Она повернулась к Шейдону и с любопытством спросила: – А вы?

Он улыбнулся, взгляд стал глубоким, почти хищным – и в то же время каким-то тёплым:

– Я уже безумно влюблён. Только, по какой-то причине, это чувство не взаимно.

Лера на секунду опешила, не сводя с него глаз.

– Тогда… значит, ей повезло, – произнесла она чуть тише. – Наверное, она просто плохо знает мистера Шейдона.

Лекс приподнялся на локте, его голос стал бархатным, обволакивающим:

– Я работаю над этим. И, знаете, мисс Гордеева, я всегда добиваюсь своих целей. Всегда.

Глава 33

Шейдон вёл Леру под руку, и от его уверенной, неторопливой походки исходила некая внутренняя сила. Он, как всегда, выглядел безупречно – в классическом костюме, в котором любой другой показался бы скучным, но не он. Его внимание было сосредоточено не на гостях, не на бизнес-партнёрах, а исключительно на девушке рядом.

А Лера… она была словно с картинки. Платье цвета зрелого граната обнимало её фигуру, выгодно подчёркивая изгибы. Один плечевой ремень был смещён в сторону, оставляя изящную линию ключиц и плеча открытой. Драпировка ткани красиво ниспадала, образуя сложную асимметрию, а россыпь камней в области талии напоминала осколки льда, растаявшего от её тепла. Длинный шлейф мягко скользил по полу, а высокие каблуки удлиняли силуэт, придавая Лере некую кинематографичность.

Лекс был явно доволен её видом – и тем, что она рядом. Его взгляд часто скользил к ней, порой задерживался чуть дольше, чем позволяла светская обстановка. И каждый раз он невольно улыбался, замечая её лёгкую неловкость. Лера то и дело поправляла локон, то делала шаг чуть в сторону, словно пыталась стать менее заметной.

Вечеринка была роскошной: мягкий свет люстр, классическая музыка, смех, разговоры. Гостям предлагали изысканные закуски, а официанты бесшумно скользили между группами людей. Лекс уверенно беседовал на английском, переходил на испанский – так легко, будто переключал каналы. Лера старалась держаться чуть в тени: её английский был слишком «школьным», а вмешиваться в переговоры, не понимая всех нюансов, она не хотела. Лучше – молчать. Лучше – слушать.

Когда основная деловая часть была завершена, Шейдон вдруг склонился к ней и, чуть насмешливо, прошептал:

– Потанцуйте со мной, мисс Гордеева.

– Очередной ваш каприз? – с лёгким вздохом отозвалась она, чуть прищурившись.

Он лишь улыбнулся – искренне, мягко, с тем самым выражением, которое так легко растапливает любое сопротивление.

– Возможно. Но вы в этом платье – слишком очаровательны, чтобы не танцевать.

Шейдон уверенно положил ладонь Лере на талию, и она вздрогнула – не от страха, а от неожиданного жара, прокатившегося по телу. Но прежде чем осознать это, Лекс уже повёл её в танце. Его движения были точными, но мягкими, будто весь мир подчинялся ритму их шагов.

И тревоги улетучились. Растворились где-то в шелесте ткани, в приглушённой музыке, в огнях хрустальных люстр. С ним было… легко. Удивительно легко. Лера ловила его взгляд, и в этих стальных глазах отражалась не властность, не контроль – а нежность. Он будто улыбался глазами, и она невольно улыбалась в ответ.

Они не замечали ни других пар, ни завистливых взглядов, скользящих за ними по залу. Их мир сейчас сжался до двух фигур в медленном танце.

Лера никогда раньше не танцевала. У неё не было на это ни времени, ни случая. Но сейчас ей казалось, что она танцует всю жизнь. Или хотя бы ту, в которой возможен Лекс Шейдон.

Когда к ним подошёл один из гостей – элегантный, самоуверенный – и с добродушной улыбкой попросил «украсть» у Лекса партнёршу на один танец, Лера, словно по инстинкту, сделала шаг назад… и вжалась в Лекса. Почти незаметно, но Шейдон уловил это движение.

Он даже не посмотрел на Леру – весь сосредоточился на мужчине. Его взгляд стал холодным, сдержанным, но по-настоящему опасным.

– Я бы посоветовал найти кого-нибудь другого, – спокойно произнёс он, в голосе не было агрессии, но было ясно: возражений он не примет.

Гость слегка смутился, извинился и поспешно удалился. Лера ничего не сказала, но Шейдон почувствовал, как её пальцы на мгновение сжали его плечо. Он лишь крепче обнял её за талию.

Музыка лилась одна за другой, и они не уходили с танцпола. Были только они, их дыхание, шаги и тонкое, как шелк, ощущение чего-то… настоящего.

Лишь под утро, когда зал начал редеть, они вернулись в отель. Лера, едва ступив в номер, скинула туфли и устало упала на кровать, не успев даже переодеться. Её дыхание выровнялось почти мгновенно – она заснула так же легко, как доверилась ему в танце.

Шейдон остался стоять у стены, скрестив руки на груди. Его плечо касалось прохладной поверхности, но внутри было тепло. Он смотрел на Леру и улыбался – чуть устало, чуть нежно. Потому что чувствовал: с каждым часом она становится для него всё важнее.

***

Шейдон лежал в постели, подложив под спину подушку и скользя пальцами по планшету. Его лицо было спокойно, сосредоточенно, а взгляд сосредоточен на экране, где всплывали графики, правки по контрактам и отчёты, требующие его одобрения. Работа не знала времени суток – даже сейчас, в полутемном номере, когда за окном медленно начинал светлеть горизонт, Лекс продолжал разбирать дела.

Рядом тихо и безмятежно спала Лера, переодетая им в мягкую, почти миловидную сорочку с кружевной отделкой и тонкими бретелями. Она даже не проснулась, когда он аккуратно, с почти неловкой бережностью, снимал с неё вечернее платье и помогал устроиться поудобнее. Шейдон ни на мгновение не позволил себе лишнего – только мягкое прикосновение, только забота. Так, как, возможно, никто никогда с ней не обращался.

Очередной документ завис на экране, когда на планшет пришло сообщение от службы безопасности. Это была та самая справка по «Кобакодзувари» – Максиму, другу Леры.

Лекс пробежал глазами по тексту. Ничего подозрительного: обычный парень, не замечен в скандалах, с ровной, чистой биографией. Неконфликтный, целеустремлённый. Однако внимание Шейдона зацепилось за название киберспортивной организации, в которой сейчас числился Максим. Прогресс был очевидным – просмотры, турниры, растущая медийность. Макс явно шёл вверх. И это не могло не волновать Лекса, хотя он пока сам не до конца понимал почему.

Он отвлёкся от экрана, когда Лера сонно перевернулась и оказалась лицом к нему. Пухлые губы чуть приоткрыты, дыхание ровное, спокойное… и вдруг её рука легла ему на грудь, будто инстинктивно она искала тепло, опору.

Лекс на секунду замер, затем улыбнулся – тихо, почти незаметно. Планшет он отложил в сторону, притянул Леру ближе, устроив её голову у себя на плече. Её волосы пахли… смородиной. Свежо, дерзко, по-летнему. Запах напомнил ему что-то далёкое, забытое, из детства – бабушкин сад или первые каникулы за городом. Он вдохнул глубже и вновь улыбнулся.

– Удивительная вы, мисс Гордеева… – прошептал он, зарываясь пальцами в её шелковистые волосы.

И уже через несколько минут Шейдон заснул, не думая ни о документах, ни о контракте. Только о Лере, которая спала рядом.

Глава 34

Лера медленно просыпалась, как будто выплывала из глубокого сна. Веки тяжело поднимались, и первые секунды сознание оставалось в тумане. Но стоило ей пошевелиться, как она ощутила – мягкая подушка под щекой совсем не подушка. Это было чьё-то плечо. Теплое, надёжное… мужское.

Глаза распахнулись, и Лера с замиранием сердца посмотрела вверх. Шейдон. Он был уже полностью бодр, глядел на неё с невозмутимым выражением и лёгкой, едва заметной усмешкой в уголках губ.

– Как спалось, мисс Гордеева? Надеюсь, что выспались, – спросил он лениво, с оттенком насмешки, будто знал, как она себя чувствует, и намеренно смаковал момент.

Лера стремительно отстранилась, села, натягивая одеяло до подбородка, и пробормотала, не глядя на него:

– Я… это… случайно. Наверное, во сне… – голос дрогнул от смущения, щеки пылали, как огоньки гирлянд в витрине магазина.

Шейдон чуть повернул голову, не сводя с неё взгляда, и произнёс спокойно:

– Хотел бы, чтобы такие случайности бывали почаще.

Лера глянула на него с легким укором и тут же отвела взгляд, совершенно не зная, что сказать. Сердце бешено колотилось, уши горели, а мысли путались – она не понимала, как себя вести. Притвориться, что ничего не было? Пошутить? Уйти? Одеяло, казалось, было её единственным спасением в этот момент.

Лекс не спешил. Его движения были медленными, почти ленивыми, но в них сквозила уверенность. Он взял её за руку, и Лера почувствовала, как его пальцы обхватили её ладонь – тепло, чуть крепче, чем нужно, но всё же бережно. И прежде чем она успела спросить, что он делает, Лекс медленно поднес её руку к своему лицу. Его губы коснулись тонкой кожи – невесомо, как прикосновение крыльев мотылька.

У Леры перехватило дыхание. Она будто отрезвела. В следующее же мгновение она выдернула руку и несильно, но возмущённо толкнула его в бок.

– Вы опять за своё, – буркнула она, отводя глаза, но всё равно чувствуя, как жар расползается по щекам.

Шейдон усмехнулся, совершенно не сбитый с толку, и с самым невинным выражением лица сказал:

– Это вы меня обняли ночью, мисс Гордеева. Я просто не мог не ответить взаимностью. Было бы невежливым с моей стороны оттолкнуть тебя, – он сделал вид, будто глубоко возмущён этой возможностью. – Я воспитан лучше.

Лера возмущённо поджала губы, всё ещё стараясь сохранять строгость, но взгляд её случайно скользнул вниз – и только тогда она поняла, что на ней не её футболка, а... сорочка. Её лицо мгновенно налилось краской.

– Что это?.. – медленно начала она, сужая глаза и стреляя в него убийственным взглядом.

Лекс выдержал паузу, не отводя взгляда и даже не пытаясь выглядеть раскаявшимся.

– Это сорочка, – сказал он спокойно. – Мягкая, удобная. Подходит по размеру. Я решил немного позаботиться о тебе…

Он склонил голову набок, изучая её реакцию, и с лёгким оттенком иронии добавил:

– Но если мисс Гордеевой угодно, пусть это тоже будет харассмент. Я приму обвинения с достоинством.

Лера закатила глаза, но не выдержав – хихикнула, хоть и быстро зажала рот ладонью. Шейдон поймал этот звук, как победу.

– Без шансов, мистер Шейдон, – буркнула она, вставая с кровати и всё ещё стараясь выглядеть возмущённой. – В следующий раз просто оставьте меня в чём была.

– И упустить шанс на новый «инцидент»? Ни за что, – спокойно ответил он и потянулся, совершенно довольный происходящим.

Лера скрылась в ванной, захлопнув за собой дверь чуть быстрее, чем обычно. Зеркало отразило её пылающие щёки и напряжённое выражение лица. Она плеснула в лицо холодной воды, пытаясь унять волнение. Всё это было слишком... странно. Слишком близко. Слишком нереально. И, наверное, слишком опасно.

Остаток командировки прошёл в удивительном балансе: днём – солнце, море, шелест волн, лёд фруктовых коктейлей и лёгкость разговора, вечером – прогулки по улочкам и неспешные беседы. Лера, вопреки самой себе, расцвела. Она смеялась, задавала вопросы, слушала. Лекс с удивлением отмечал, насколько она жадно впитывает новое – каждый факт, каждую мелочь, каждую историю. Он рассказывал ей о рыцарях и маврах, о художниках и фламенко, о змеевидных улочках Севильи и закатах в Кадисе. Ему нравилось делиться, особенно когда он видел, как блестят её глаза.

Но всё хорошее имеет срок.

И вот уже салон самолёта, звуки посадки, холодный воздух Москвы, и, как будто по щелчку, Лера снова становится прежней – собранной, деловой, сосредоточенной. В понедельник утром она появилась в офисе в идеально выглаженной блузке, с чётко очерченными планами, презентациями и графиками. Ни намёка на Испанию. Ни намёка на Лекса – мужчину. Только Шейдон – руководитель.

Лекс, разумеется, всё понял. И не стал форсировать события.

Каждое утро они вместе ехали в офис, молча слушая радио или обсуждая повестку дня. Каждый вечер возвращались в один дом – его дом, временный, по рабочей договорённости. Ужинали. Говорили об отчётах, контрактах, сроках поставок. Лера неизменно держалась корректно и вежливо, но между строк – ровно, холодно, без единого личного акцента. Она выстроила невидимую, но прочную стену, и Шейдон видел, с какой старательностью она её поддерживает.

Он позволял ей это. Пока.

Лекс, как обычно, вошёл в офис, чётко и уверенно шагая по коридору, приветливо кивая сотрудникам. Он без стука открыл дверь в кабинет Леры – не потому что не уважал её пространство, а потому что давно считал её частью своей системы координат.

Лера сидела за столом, улыбающаяся, живая. Говорила по смартфону, смеялась легко, искренне, как он не слышал с тех пор, как они вернулись из Испании.

– Да ты с ума сошёл, Макс, – сказала она, смеясь. – Какой ещё марафон на выносливость? Ты же ногу потянул на прошлом…

Немного тишины – собеседник, очевидно, шутил.

– Ладно-ладно, не обижайся, чемпион. Всё, пришёл мой начальник. Пока, созвонимся.

Она положила телефон, заметив Шейдона в дверях, и снова надела на себя привычную маску спокойной деловитости.

– Я закончила работу на сегодня, – ровно сказала Лера, чуть улыбнувшись, как будто извиняясь за ту лёгкость, свидетелем которой он стал.

Лекс подошёл ближе и облокотился на край её стола, наблюдая, как она собирает бумаги. Он смотрел на неё чуть дольше, чем следовало бы, и наконец сказал:

– Мне жаль, что вы не можете со мной разговаривать так же легко, как с вашим другом.

Лера подняла взгляд – спокойный, уравновешенный, но в глубине глаз мелькнуло что-то – настороженность, может быть, внутренняя защита.

– Я разговаривала с другом, – сказала она, спокойно. – А вы мой начальник.

Лекс чуть прищурился и медленно, с ноткой вызова в голосе, произнёс:

– Пока что так, мисс Гордеева.

Он посмотрел ей прямо в глаза. Ни намёка на шутку – только чистая уверенность. Лера отвела взгляд первой.