Текст книги "Попутчик по несчастью (СИ)"

Автор книги: Виктория Рогозина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Глава 5

СинЖу дернулась, будто споткнулась о собственную тень, и Демид крутанул руль, уводя машину на обочину. Машина мягко встала, но приборная панель вспыхнула тревожной россыпью лампочек. Давление в шинах – низкое. Антизанос – ошибка. Багажник – заблокирован. Ключ – «НЕ ОБНАРУЖЕН».

– Чёрт, – протянул Демид, нахмурившись. Он провёл пальцем по панели, будто от этого могло стать понятнее. – Что за цирк?

В это время рядом плавно остановился БаоТэн. Морок опустила стекло, высунувшись наружу:

– У меня бортовой вообще с ума сошёл, – заявила она. – То пишет, что дверь открыта, то что нет тормозов. Сказка просто.

Шум трассы был едва слышен – редкие машины проносились мимо, оставляя за собой полоску ветра. Всё вокруг выглядело подозрительно спокойным, почти слишком.

Призрак вышел первым, осмотрел обе машины, прислушался:

– Похоже, электроника шалит. Надо потратить время, посмотреть что не так. Системы могли глюкануть одновременно, бывает такое с новыми моделями.

Демид облокотился на дверь, посмотрел на Александру с кривой ухмылкой – такой, от которой у других женщин обычно подгибались колени, а у неё… только бровь слегка дрогнула.

– Ну что, – протянул он громко, чтобы слышали все, – у меня тут лучший менеджер тысячелетия. Решает любые проблемы. Исправляет любой бардак. Может, и это починит?

Александра чуть сузила глаза, но улыбнулась идеально-сладко, словно на камеру:

– Конечно, милый. Только ради тебя.

Морок прыснула смехом, выходя из машины:

– Ну раз у нас такой театр, я тоже встану рядом. Буду делать вид, что помогаю. Вместе веселее.

Обе девушки вышли и наклонились к колесу, к датчику, к панелям – разбираясь или делая вид, что разбираются. Демид же лениво отошёл в сторону, достал воду, сделал пару глотков и бросил взгляд на них так, будто это не люди, а реквизит.

Призрак подошёл к нему, нахмурившись:

– Демид, ты бы это… следил за языком. Но так нельзя себя вести. Не будь моральным уродом, а?

Демид рассмеялся коротко, резко. Отрывисто:

– Расслабься. Телки только такого и стоят.

Он сказал это так буднично, будто говорил о погоде. И в ту же секунду в воздухе будто что-то хрустнуло – недосказанное, неприятное, ледяное. Александра подняла взгляд на него – и впервые в нём не было ни игры, ни роли. Только чистое, холодное презрение.

Минут через пятнадцать, когда мужчины уже начали переговариваться о том, что делать дальше, Морок подошла к ним, стряхивая пыль с ладоней.

– Ну что я скажу, мужики, – усмехнулась она. – Менеджер-то у вас реально лучший. Александра всё починила. Можно ехать.

Демид резко обернулся. Она? Починила? Он даже шаг сделал вперёд, чтобы убедиться, что не ослышался. И увидел, как Александра спокойно обходит машину и садится на место пассажира – будто ничего особенного не произошло. Никакого хвастовства. Никакой показухи. Просто факт: сделала и пошла дальше.

Морок и Призрак уже вернулись к БаоТэн, и тот рывком стартанул, уводя спортивный силуэт вперёд.

Багров фыркнул, будто раздражён тем, что удивили его самого, вернулся за руль и резко тронул машину с места, нагнав друзей.

Они въехали в Ярославль ближе к полудню. Свет мягко отражался от куполов бесконечных церквей и соборов, мелькал по историческим зданиям, превращал город в открытку. Демид, сам того не желая, размышлял: «Красиво. Даже слишком.» На светофоре обе машины замедлились. На зелёный – проехали через мост, свернули на набережную, вдоль огромной широкой Волги, и, по указателю, упёрлись в стены Спасо-Преображенского монастыря – белые, массивные, торжественные.

БаоТэн припарковался первым. СинЖу – следом. Ария вышла, прикрывая глаза от солнца:

– Где-то здесь должен быть человек, который даст нам задание. По идее – в форме или с табличкой.

Призрак огляделся, почесал затылок:

– Да тут туристов больше, чем у нас подписчиков. Может, зайдём внутрь музея-заповедника? Вдруг он там торчит.

Демид хлопнул дверью, сунул руки в карманы и оглядел пространство гораздо внимательнее.

– Предлагаю рассредоточиться, – сказал он. – Искать подсказки по территории. Если проект решил заморочиться, то встречный чел может быть где угодно.

Он не произнёс это с пафосом. Скорее деловито – как человек, который хочет быстрее пройти квест и продолжить путь. Александра стояла чуть поодаль, глядя на карту территории музея, и впервые за всё время её взгляд не был ни колким, ни отстранённым. Скорее – собранным. Решительным.

Предстояло найти того самого ведущего с квестом… И что-то подсказывало: дальше всё будет только сложнее.

Демид ходил вдоль стены монастыря, скользя взглядом по толпе туристов, торговцам, экскурсоводам, табличкам – пока его внимание не зацепилось за деревянный ящик у фонтана. На нём висела карточка с эмблемой шоу – узнаваемая, кислотно-жёлтая. Он поднял крышку. Внутри лежал конверт и тонкая бумажная карточка с QR-кодом.

– Нашёл, – коротко бросил он, и через минуту остальные уже собрались вокруг.

Александра быстро просмотрела текст, улыбнулась уголком губ.

– Нам нужно ехать в музей-заповедник Некрасова, – уточнила она. – «Карабиха». Там будет основной квест.

– Карабиха? – переспросил Призрак. – Это ж километров пятнадцать отсюда.

– Отлично, потратим меньше времени на поиски, – хмыкнула Морок. – Поехали, пока толпа не выросла.

Машины почти синхронно выехали с парковки. По дороге Демид скользнул взглядом по голосовой заметке, присланной организаторами – короткая историческая справка, видимо, для последующей съёмки.

Александра тоже её прочитала – вслух, спокойно, будто сама была экскурсоводом:

– История усадьбы «Карабиха» началась в 1711 году, когда княжеский род Голицыных получил в своё владение село Богородское. На их средства начали облагораживать территорию и строить дворец. Спустя более ста лет в нём поселился Николай Алексеевич Некрасов.

Она перевела дыхание и продолжила:

– С 1861 по 1875 год он жил там летом и написал свои ключевые произведения: «Калистрат», «Кому на Руси жить хорошо», «Русские женщины»… – её голос стал чуть мягче. – В 1918 году усадьбу национализировали. Сначала хотели сохранить как исторический памятник, но позже открыли на её территории совхоз.

Морок, ехавшая впереди, включила рацию:

– Классика: сначала продайте историю, затем забудьте о ней.

Александра продолжила, как ни в чём не бывало:

– В 1946 году, в 125-летний юбилей Некрасова, Карабиху признали культурным наследием и начали восстановление. Усадьба сохранилась прекрасно. И многие вещи поэта – подлинные.

Призрак свистнул в рацию:

– Ну звучит как место, где нас точно заставят бегать, искать стихи и играть в детективов.

– Или хуже, – сказала Морок. – Составлять рифмы.

– Тогда вы точно погибнете, – фыркнул Демид.

– Саша тоже, – поддела Ария. – Она же у нас идеальная, но рифмы не пишет.

Александра хмыкнула, не отрывая взгляда от дороги:

– Если надо – напишу.

Демид бросил на неё взгляд – быстрый, оценивающий. Она опять его удивила. Чёртова заучка. Через двадцать минут они въехали на аллею, ведущую к усадьбе. Белые стены, старинные ворота, вековые липы – всё выглядело так, будто время здесь действительно замедлялось. БаоТэн и СинЖу остановились почти одновременно.

Призрак выпрыгнул из машины и потянулся:

– Ну что, встречаем нашего страдальца?

Демид огляделся, заметил мужчину в старинном костюме XIX века у парадной лестницы и усмехнулся:

– Похоже, он сам нас уже ждёт.

Начинался первый этап игры.

Александра вышла из машины и остановилась, всматриваясь в огромную усадьбу. Перед ней раскинулся ровный полукруг аллей, будто расходящихся лучами от центральной дорожки. Цветочные клумбы – яркие, насыщенные, аккуратно выложенные – создавали ощущение старинного дворянского сада. В центре – величественный белый дом с зелёной крышей и ротондой-башенкой посередине. По бокам – два симметричных корпуса, строгих, но изящных, будто специально поставленных, чтобы обрамлять главный дом.

Она вдохнула запах нагретой солнцем травы, чуть улыбнулась. Такие места она любила – тишина, порядок, история.

Когда ведущий объявился, будто из ниоткуда, с очередным вопросом про «Карабиху», Александра даже не дала никому шанса:

– Усадьба, принадлежавшая семье Некрасова. Здесь поэт работал над «Кому на Руси жить хорошо», – отчеканила она без запинки.

Тишина потянулась на несколько секунд, словно команда где-то в эфире уточняла данные. Затем ведущий подтвердил:

– Верно. Получаете новые координаты. Следующая точка – город Самара, Музейно-выставочный центр «Самара космическая».

Команда переглянулась. Морок коротко бросила:

– По машинам.

Ехали молча. Дорога уходила вперёд ровной лентой, лес сменялся полями. В салоне Багровых стоял тихий гул мотора и редкие щелчки указателя поворота.

Через несколько минут Демид хмыкнул, глядя вперёд:

– Ты, Саша… будто заучка. Отличница-зубрилка.

Александра не обиделась, даже не повернула голову. Спокойно ответила:

– Я всегда такой была.

Демид скосил на неё взгляд, недовольно кривя губы:

– Скучно же.

Она слегка приподняла бровь:

– Это потому, что ты сам ничего выучить не можешь. Предпочитаешь жить в глупости и наслаждаться этим.

Демид выдохнул – то ли смешок, то ли раздражение. Но спор разгореться не успел – впереди уже открывались дорожные указатели на федеральную трассу, ведущую к следующему этапу их странного квеста.

Глава 6

Демид некоторое время молчал, будто обдумывая её слова, потом покосился на неё, усмехнувшись уголком губ:

– Смотрю, ты слишком хорошо осведомлена о моей жизни. Неужели… втюрилась?

Александра даже не повернула головы. Сказала ровно, спокойно, почти скучающе:

– Да знать там особо не о чем. Обычный зазвездившийся артист. У тебя толпы поклонниц, готовых хоть сейчас прыгнуть в твою постель. И ты рад этим пользоваться.

Он дернул подбородком.

– Похоже на ревность.

– Мне всё равно, – Александра чуть пожала плечами. – Ты не в моём вкусе.

Это попало точно в цель. Демид ощутил, как неприятно кольнуло внутри. Его – богатого, сильного, известного. Того, кому женщины улыбались даже до того, как он открывал рот. А она говорит это так… буднично.

Он фыркнул, едко, почти зло:

– Ты просто нормальных мужиков не видела.

Александра наконец посмотрела на него – спокойно, чуть приподняв бровь:

– Видела.

Пауза.

– Но какое отношение к ним имеешь ты?

Демид сжал зубы так, что даже в темноте было слышно тихое поскрипывание.

– Знаешь что?.. После шоу я тебя уволю. За разговорчивость.

– Можешь уволить прямо сейчас, – сказала она удивительно ровно.

Багров ударил по тормозам. Машину слегка качнуло. За окном была ночь, пустая трасса, ни единого света по сторонам. Только глухой шум ветра и редкие огоньки вдали. Он даже не повернулся к ней.

– Выходи, – глухо сказал он.

Александра молча открыла дверь, выбралась наружу. Ночной воздух резко хлынул в салон. Дверь хлопнула. На мгновение всё вокруг стало до того тихим, что казалось – мир замер вместе с ними.

Демид ударил по газу так резко, что колёса взвизгнули на асфальте. Машина рванула вперёд, будто желая унести его от самой мысли о том, что он только что сделал. Фары полосовали темноту, освещая пустую ночь, но перед глазами всё равно стояла её фигура – тонкая, спокойная, бесконечно раздражающая своей невозмутимостью.

Злость кипела в груди, распирала. Почему она так выбешивает? Почему каждое её слово словно наждаком по нервам? Почему эта скучная, внешне блеклая девчонка умудрилась задеть его там, где никто не мог? Он сжал руль так, что побелели костяшки пальцев. Александра. Отличница. Паинька. Скукотища. Он ненавидел таких – тихих, правильных, будто бы хрупких… А внутри всегда оказывающихся гнилыми. Всегда.

Машина летела по трассе, набирая скорость. Он пытался убедить себя, что сделал правильно. Что пусть идёт хоть к чёрту. Что он ей ничего не должен. Но мысли не слушались. Первая машина обогнала его, мелькнув огнями. Потом вторая. Третья. И каждое обгоняющее авто словно смотрело на него фарами с немым укором.

– Твою мать… – выдохнул он, сбрасывая скорость.

Трасса впереди зияла пустотой. И впервые за вечер стало по-настоящему тихо. Тяжело, удушающе. Он представил, как она стоит там одна, в темноте. И понял.

– Вот я урод, – процедил он, шлёпнув ладонью по рулю так, что звук эхом прошёл по салону.

Резко выкрутил руль, пересёк двойную сплошную, развернувшись на пустой трассе почти в занос. Машину швырнуло, но он выровнял её и дал газу. Фары резали ночь, выхватывая обочину, кусты, отбойник… но нигде не было даже намёка на фигуру девушки. Он проехал дальше. И ещё. И ещё. Пусто. Только ветер. Только ночь. И ни следа Александры.

Демид, стиснув зубы, вытащил телефон и ткнул в экран, вызывая Александру. Гудок. Еще один. Третий. Пустота. Ни ответа, ни сброса – словно телефон лежал в безжизненной тишине.

– Да что ж ты творишь… – выдохнул он, снова разворачивая машину.

Фары выхватывали темноту, полоску асфальта, обочину, но никакой фигуры впереди не появлялось. Он ехал медленно, почти крадучись, всматриваясь в каждый метр дорожного полотна… напрасно. И тут смартфон зазвонил. Стас. Демид резко ткнул на приём.

– Да, – хрипло бросил он.

– Картина – бомба! – радостно прокричал Стас. – Ссора влюблённых, драмка, всё как надо! Рейтинги поползут вверх, брат!

У Демида аж потемнело в глазах.

– Куда делась Саша? – спросил он глухо, почти рычанием.

Небольшая пауза.

– А, – протянул Стас. – Да её забрала Морок. Подъехала секунду спустя, Саша сама села к ней и они уже свернули на платку.

Сама? Сжал кулаки. На секунду стало даже легче – Александра не осталась одна. Но тут же перекрыло новой волной ярости – и на себя, и на них всех. Демид резко вырулил к развязке, пересёк линию, нырнул под шлагбаум платной трассы так быстро, что датчики даже не успели среагировать, и снова вжал педаль в пол. Мотор взревел. Стрелка тахометра прыгнула вверх. И впереди – в клубах дорожной пыли – он увидел знакомый силуэт БаоТэн. Он мигнул фарами. Снова. Сильнее, агрессивней, требовательно.

БаоТэн не притормозил. Не сбросил скорость. Не подал ни малейшего признака, что видит его. Демид зло выругался, ударил по рулю и нажал кнопку рации.

– Морок, останови тачку! – рявкнул он.

Ответил Призрак – спокойный, почти ледяной:

– Багров, хватит. Если ты сейчас продолжишь давить, мы оба влетим в отбойник. Просто молчи. Сейчас не время.

В этот момент БаоТэн набирал скорость – плавно, уверенно, словно издеваясь. А Демид чувствовал, как его собственный мотор уже ревёт на пределе, но он не собирался отставать. И вдруг…

– Да вы издеваетесь… – выдохнул он.

СинЖу дернулся, будто споткнулся. Демид услышал короткий металлический щелчок, машина будто кашлянула, и в следующую секунду из-под капота вырвалось облако серого дыма.

– Только не сейчас! – выкрикнул он, но было поздно.

Мотор заглох. Панель приборов мигнула и погасла, как вырубленный свет. СинЖу замер на середине трассы, безжизненный, как выброшенный вперёд камень. А впереди БаоТэн всё ещё нёсся – маленькие задние огни удалялись, пока наконец не растворились в ночи.

Демид сидел неподвижно, будто окаменел, руки все ещё лежали на руле, но пальцы давно затекли. Сколько прошло времени – он не знал. Пять минут? Двадцать? Час?

Тишина давила. Ветер едва шевелил воздух, трасса позади и впереди была пустынной, и даже редкие машины, что проносились мимо, не замедлялись. Их свет лишь выхватывал его фигуру на секунду, и снова – темнота. Он выдохнул, запрокинул голову на подголовник и закрыл глаза. Что-то в этой суматохе, во всей этой гонке – с самого начала пошло криво. Ещё тогда, когда та модель отказалась от участия в проекте… и пришлось брать Александру. Александру, которая не подходила по формату, была слишком правильной, слишком тихой, слишком… настоящей.

Он вздрогнул, едва заметно усмехнувшись самому себе. Зря он на неё наехал. Зря выгнал. Она действительно отличный специалист. Лучше, чем большинство людей, что его окружали. И всё равно он сорвался. На ней. Потому что её спокойствие почему-то бесило сильнее любой критики.

Трасса снова утонула в безмолвии. Тишина… Густая, вязкая. Гробовая. И вдруг – едва заметно, как сначала бывает с далёким грозовым раскатом – он услышал звук. Низкий. Ровный. Знакомый. Мотор. Приближающийся.

Демид открыл глаза. Поднял голову. Смотрел прямо вперёд, не веря своим ушам. Звук становился громче. Гораздо громче. Ровный, уверенный, будто тот, кто ехал, знал точно, куда направляется. И в эту секунду у него в груди что-то дрогнуло – тревога? Надежда? Злость?

Он не знал. Но мотор приближался.

Глава 7

Фары ударили в глаза так ярко, что Демид машинально зажмурился. Свет залил пустую трассу, резанул по мокрому асфальту, и сердце у него ухнуло вниз – знакомая форма, знакомый силуэт. БаоТэн. Машина резко взяла в сторону и ровно, почти вызывающе, встала рядом с его СинЖу.

Дверь со стороны водителя хлопнула так, будто её вырвали из петель. Из-за руля вышла Ария – злая, взвинченная, будто сделанная из искр. Призрак что-то выкрикивал ей вслед, но Морок его не слушала. Александра шла рядом, держась за её локоть, пытаясь остановить, успокоить, хоть как-то сгладить. Но Ария уже была в режиме бури – и те, кто её знал, понимали: лучше не лезть.

Демид вышел из машины. Медленно. Сунул руки в карманы джинсов и замер, будто ждал приговора. Ария подошла без лишних слов – и врезала. Коротко, резко, ровно под рёбра. Воздух в груди хрустнул.

– Сам знаешь за что, – сказала она тихо, почти срываясь, но с той самой яростью, которая делает её Мороком.

Он не спорил. Даже не дернулся в ответ. Он знал. Знал, что удар был заслужен. И что если бы не камеры, не контракт, не профессия – получил бы челюсть, а не живот. Звёздам нужно беречь лицо. Чтобы было чем улыбаться на афишах.

Призрак уже стоял у СинЖу, подняв капот и ругаясь себе под нос – явно приступил к ремонту. Александра тихо, тихо говорила с Арией – почти шёпотом. И Морок, хоть и кипела изнутри, начала остывать. Удивительно: Александра, вот эта спокойная, сдержанная заучка, сумела найти к ней подход за пару слов.

Демид взъерошил волосы, сделал глубокий вдох и подошёл к девушкам ближе. Слова давались тяжело, будто застревали.

– Я… был не прав. – Он выдохнул. – Извини.

Александра не вспыхнула, не вздрогнула, не отвернулась. Просто посмотрела на него – спокойно. Слишком спокойно.

– Понятно, – сказала она тихим ровным голосом. – Принято.

И всё. Без эмоций. Без тени возмущения, боли, даже облегчения. Просто профессиональное «отмечено». И почему-то именно эта спокойная, ледяная реакция полоснула его сильнее любого удара.

Призрак, нахмурившись, что-то проверял под капотом, и наконец коротко бросил:

– Нужна вода.

Александра без слов пошла к багажнику. Щёлкнула замком, вытащила большую пластиковую бутылку и вернулась к парню. Передала аккуратно, как будто это была не обычная вода, а инструмент, которым нельзя ронять.

Призрак открутил крышку, что-то залил в систему, проверил уровень, протянул руку вглубь капота – работал сосредоточенно, методично, но быстро.

– Жрать охота, – вдруг сказала Ария, слегка протянув слова, будто жалуясь миру.

Призрак фыркнул:

– Ремонт займёт время. И не пять минут.

Демид, стоявший рядом, провёл ладонью по лицу, устало и немного виновато:

– Девчонки могут съездить, взять еду. А мы пока закончим. Потом уже без остановок пойдём по маршруту.

Морок вскинула взгляд. Холодный, прищуренный. Но через секунду уголки её глаз едва заметно дрогнули – тонкая, почти незаметная улыбка для Призрака, который все эти мелочи ловил.

– Идём, – бросила она.

Бесшумно проскользнула к водителю, плюхнулась в кресло БаоТэн, включила спорт-режим без тени сомнений. Александра села рядом – аккуратно, тихо, будто боялась что-то снести её буре. Машина рванула с места, фары полоснули по трассе. БаоТэн взвыл, будто зверь, которого вырвали из цепи, и унесся вперёд, набирая скорость так, будто хотел взлететь.

Демид смотрел им вслед, пока красные огни не растворились в ночи. Вздохнул. Подошёл к Призраку, понимая, что вдвоём действительно справятся быстрее.

– Вы… сразу её подобрали? – негромко спросил он, словно заранее зная ответ.

Призрак не стал ходить кругами. Кивнул.

– Ария увидела Сашу на обочине ещё до того, как ты успел вернуться. Естественно, мы её забрали.

Повисла короткая пауза. Призрак затянул болт, выпрямился, посмотрел прямо на него:

– Поступок был мерзкий, Демид.

Тот тяжело выдохнул. Не спорил. Да и говорил-то нечего. Призрак вытер руки тряпкой, откинул капот и, не поднимая глаз, мрачно произнёс:

– Если хочешь знать… Ария была в ярости. Первой её идеей было выкинуть тебя самого на трассу. Ну, знаешь… чтоб спустился с небес на землю.

Демид невольно рассмеялся – коротко, хрипло.

– С Морок станется. И была бы права.

Он сказал это без тени иронии. Пожалуй, Ария Кинзбурская действительно была единственной женщиной, которую он уважал по-настоящему – не за красоту, не за эффектность, не за фанатов, а за стальной характер и абсолютную прямоту.

Призрак хмыкнул, но промолчал.

Они снова погрузились в ремонт. Металл звенел, инструменты щёлкали, капот то поднимался, то опускался. Ночь густела, дорога становилась всё тише, и только редкие машины разрезали темноту светом фар.

Прошло около двух часов. Двигатель наконец выдал ровное, стабильное урчание – СинЖу оживал. Демид глянул на часы. Нахмурился.

– Девушки подозрительно долго где-то катаются.

– Тоже подумал, – буркнул Призрак и достал смартфон.

Он набрал Морок. Гудки тянулись. Потом оборвались. Ответа не было. Мужчины переглянулись. Тишина стала слишком плотной. Слишком давящей. Призрак попробовал ещё раз. Тишина.

– Не нравится мне это, – тихо проговорил он.

Без лишних слов оба быстро закрыли капот, забросили инструменты в багажник и сели в машину. Мотор СинЖу рыкнул, и они сорвались с места, будто их подгоняла сама тревога. Демид вел, стиснув руль так, что побелели пальцы. Оба чувствовали одно и то же. Что-то случилось. И, возможно, очень плохое.