Текст книги "Попутчик по несчастью (СИ)"

Автор книги: Виктория Рогозина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 46

Стас ходил по студии так, словно пол был размечен невидимыми дорожками, по которым он вытаптывал нервную восьмёрку. Щёки вспыхнули, на висках пульсирующие жилки, пальцы дрожат. Демид сидел в кресле, слегка откинувшись назад, будто происходящее его совершенно не трогает. Но глаза… глаза внимательно следили за каждым шагом продюсера.

– Ты понимаешь, что будет, – резанул Стас, останавливаясь прямо перед ним. – Если она даст интервью – нам конец. Конец, Демид!

Багров ничего не ответил, лишь слегка приподнял бровь. Флегматичность? Скорее, усталость. Стас снова рванулся в сторону и принялся шагать:

– Журналисты ей заплатят бешеные деньги! Любой канал возьмёт её с руками! Любой! Она скажет, что всё было фальшиво, что мы её подставили, что она… чёрт, что угодно она может сказать! И кто ей поверит? Все! Потому что всем плевать на правду! Они сожрут нас, Демид!

Демид прикрыл глаза, слушая. Он сам думал об этом. Да, Саше предложат крупную сумму – чтобы она «разоблачила» шоу, его, всё что угодно. Чтобы отбелила себя. Но она молчала. Две с половиной недели. Полное молчание. Тишина, которая настораживала больше любого интервью.

– Это её уничтожит, – почти сорвался продюсер. – Понимаешь? Этот хейт! Девчонке конец, если она не начнёт защищаться. Рано или поздно она сломается. Ей захочется снять с себя это…

Он обернулся резко, ткнув пальцем в воздух:

– И вот тогда, Демид, тогда… она может выдать всё. Даже того, чего не было.

Багров сжал челюсть. Он знал, что ее доводят. Знал, что та лава ненависти, вылитая на неё, могла сжечь каждого. Саша была сильная… но не железная.

– Нужно… – Стас остановился, подняв руки вверх. – Нужно что-то сделать! Что – не знаю. Но нужно!

Демид тихо выдохнул. Стас вёл себя истерично – но, по сути, был прав.

– Ладно, – продюсер выпрямился, словно нашёл решение. – Можно… можно договориться с Рауфом и «Эскапизмом». Пусть они… ну… скажут в интервью, что она сама навязывалась, что вела себя неадекватно, пусть…

– Нет, – отрезал Демид, даже не дав договорить.

Стас моргнул.

– Почему нет⁈ Это единственный вариант!

– Потому что Морок так не сделает, – спокойно сказал Багров. – Она принципиальная. И если ты попытаешься подкупить её – она тебя закопает. Не в переносном смысле.

Стас хлопнул ладонью по колену, как человек, которого довели до крайней точки.

– Да твою же мать, Багров! – выкрикнул он. – Да что вообще происходит⁈ Мы теряем всё! Всё! Из-за девчонки, которой уже даже нет рядом!

Демид поднял взгляд. В нём было не равнодушие – нет. В нём был холодный стальной гнев. – Не из-за девчонки, – сказал он тихо. – А из-за того, что её уничтожают за то, чего она не делала. Стас замолк на секунду… но только на секунду. Потом снова начал ходить, рвать воздух руками, бурчать. А Демид сидел неподвижно. И впервые за долгое время думал только одно: «Я не позволю им её сломать.»

Стас несколько минут ходил по студии, держа телефон в руке, будто тот был гранатой с выдернутой чекой. Потом резко повернулся к Демиду:

– Ладно. Всё. Я попробую. Если Морок согласится сказать пару слов… если они с Призраком поддержат нужную линию – мы можем переломить волну.

Демид даже не посмотрел. Он уже знал исход. Стас нажал вызов. Гудки тянулись, как струна.

– Рауф! Привет! – продюсер сразу заиграл в дружелюбие. – Слушай, у меня… вопрос. Нужна помощь. Интервью маленькое. Минут на пять. Да, да, с Морок. Что? Нет, ничего сложного. Просто комментарий насчёт… ситуации с девушкой из шоу. Ну… нашего бывшего менеджера.

Пауза. Глаза Стаса начали расширяться. Лицо краснеть. Руки дрожать.

– Рауф… да подожди… подожди! – он перешёл на отчаянный тон. – Я не прошу её врать! Просто… ну… немножко сгладить… Да что ты… Рауф!

– …

– Рауф!!!

Стас отдёрнул телефон от уха и уставился на экран так, будто тот его предал.

– Он сбросил. – прошептал он. – Он просто… сбросил.

Потом телефоном чуть не запустил в стену, но удержался.

– Всё. Конец. Нам крышка. Он сказал, что Морок в это не полезет. Она «не участвует в травле невиновных» – процитировал Стас язвительно, почти передразнивая. – Она, видите ли, «не позволит использовать своё имя для уничтожения девушки, которую считает нормальной». Да пошла она…!

Он оборвал себя и зарычал, как зверь, которого прижали в угол. И снова начал метаться по комнате.

– Турне через месяц! – выкрикнул Стас. – Месяц, Демид! Если это говно всплывёт… если она решит заговорить… если хейт дойдёт до пика… нас отменят! Нас официально отменят, понимаешь⁈ Нас сотрут! И тебя, и меня, и чёртов «Идол»!

Демид молчал. Казался каменным. Но внутри кипело. Он смотрел на экран, где всё ещё мигал последний кадр шоу – Александра, смущённо улыбающаяся в камеру, когда говорит о нём. И в груди что-то ломалось. Они уничтожают её. Люди. Стая.

Стас тем временем почти рвал волосы:

– Эта девчонка… она же пропадёт! Её раздавят! Она либо даст интервью, либо просто исчезнет! Что делать⁈ Что делать…

Он ходил кругами, бормоча одно и то же, пока Демид наконец не заговорил:

– Найдите первоисточник.

Стас остановился. Резко обернулся.

– Что?

– Первого блогера. Того, кто запустил травлю. Найдите его. И заставьте дать опровержение.

Стас заморгал.

– Но… Доказательств у него нет.

– Вот именно, – тихо сказал Демид. – И доказательств против неё – тоже. Но хейт уже разогнался. Так пусть он же его и погасит. Или хотя бы начнёт.

Стас медленно, очень медленно кивнул. Мозг встал на рельсы.

– Это… может сработать, – признал он. – Это может переломить волну… если он даст большой ролик. Если признает, что погорячился… что перепутал факты… что его «источники» оказались фейком… Да. Да! Я этим займусь.

Продюсер резко развернулся и вылетел из студии, уже кому-то звоня, уже что-то требовательно приказывая. Его голос затих в коридоре. Демид остался один. Он медленно откинул голову назад, уставившись в потолок – серый, ровный, безжизненный. И впервые в жизни ему стало по-настоящему тошно. От людей. От толпы. От того, как легко их поднимает волна ненависти. От того, как быстро они клюют ложь. От отсутствия хоть капли мысли, анализа, совести.

– Как же вы… глупы, – прошептал он почти без звука.

Но речь шла не только о людях. Он ненавидел себя. За то, что не смог защитить её раньше. За то, что позволил этому случиться. За то, что потерял её. И впервые в жизни Демид Багров хотел не славы. Не оваций. Не женщин. Не вечеринок.

Глава 47

Демид ещё долго сидел, будто прибитый к креслу. Тишина студии давила – тяжёлая, вязкая, будто в ней застыли остатки чужих голосов, эхом разлетающихся по сети, обвиняющих, злобных. Он смотрел в потолок так, словно там могло появиться решение, знак, хоть что-то. Но пустота оставалась пустотой.

Рука сама потянулась к смартфону. Он даже не посмотрел на экран – пальцы, словно в обход сознания, нашли нужный контакт. Тот самый, который он не планировал набирать. Но другого выхода не было. Гудок. Ещё.

– Да? – спокойный, уравновешенный голос. Ария.

Демид сглотнул.

– Надо поговорить, – сказал он коротко, даже глухо.

Некоторое время Морок молчала. Секунда. Две. Пять. Демид уже ждал вопроса, упрёка, сарказма – чего угодно. Но услышал лишь спокойное:

– Хорошо. Можешь приехать сегодня. После семи. Я пришлю адрес.

Он выдохнул.

– Буду.

– Приезжай. – И Ария отключилась.

Смартфон остался в его руке, тяжелее кирпича. Сообщение пришло почти сразу. Глухой вибросигнал прорезал тишину. Демид глянул – адрес. Консьерж, закрытая парковка, пропуск. Всё как у людей, которые могут себе позволить не беспокоиться о бытовых мелочах.

Он невольно фыркнул. Нет, не понты. Это стиль жизни. И – необходимость. Он не раз слышал в кулуарах, что Ария может позволить себе всё. И всегда знает, чего хочет. Да, у неё был муж. Да, ребёнок. И при этом – репутация железной женщины, которую лучше не злить. Но сейчас эта железная женщина была единственным человеком, кому он мог довериться. Парадоксально, но факт.

Демид опустил телефон на стол и медленно поднялся. Словно с ногами привязали гири. Он понимал, к этой встрече надо быть готовым. Не в плане одежды – в плане внутреннего состояния. Ария не любит пустые слова, не терпит истерик, не понимает полутонов. Она задаст прямые вопросы. И потребует прямых ответов. Он прошёлся по студии, собирая мысли. Но они разбегались, как назло. Единственное, что оставалось ясным – он не может потерять Александру. И ему нужна помощь, чтобы её вернуть. А кто ещё может помочь понять общественное мнение, зрителей, медиа – как не самая востребованная вокалистка страны, знающая правила шоу-бизнеса изнутри гораздо лучше него?

Он вздохнул, посмотрел в зеркальную поверхность чёрного рояля. Вид у него был разбитый. Впервые за долгие годы.

– Соберись, Багров, – прошептал он себе.

Ария ждала. А не идти – означало окончательно сдаться. Он направился к выходу. Ему предстоял вечер, который мог изменить всё.

Демид заранее знал, что идти к Арии с пустыми руками – плохая идея. Она бы не обиделась, нет, но ей нравилось, когда люди проявляли уважение, внимание – не в лести, а в осознанном жесте. Поэтому по пути он заехал в лучший кондитерский бутик, выбрал торт, от которого сладко пахло малиной и нежным кремом, украшенный так тонко и стильно, что сам Багров невольно задержался взглядом.

Дальше – магазин игрушек. Он бродил между полками, но чем больше смотрел, тем яснее понимал – он вообще не знает, что можно купить ребёнку. Машинки? Слишком просто. Набор для творчества? Слишком банально. Конструктор? Да Матвей, наверное, уже всё это перерос. Демид хмыкнул. Ну и что он делает? И только одна мысль врезалась в голову – Ария же общалась с Призраком, и Матвей на той короткой встрече после феста сказал, что тоже хочет стать киберспортсменом. Значит…

А через двадцать минут из компьютерного магазина вынесли огромную коробку – мощнейший игровой ПК, который бы обрадовал даже самого избалованного подростка.

– Это перебор, – пробормотал Демид, глядя на погрузку. – Но зато точно подействует.

Когда он подъехал к нужному адресу – всё оказалось, как ожидалось: охрана, пропускная система, проверка документов. Его имя, статус и лицо узнали быстро, но формальности сделали строго и уважительно.

Уже в холле консьерж – приветливая женщина лет пятидесяти – тепло улыбнулась:

– Добрый вечер. Проходите. Лифт слева.

Он кивнул, чувствуя, как внутри всё постепенно сжимается. Нервы. Нервничал он редко – почти никогда. Но сейчас… да, это было. Поднялся на нужный этаж. Постоял. Собрался. Нажал на звонок. Дверь открылась почти сразу. Перед ним стоял мужчина – высокий, привлекательной внешности, с резкими чертами лица, сильной линией скул и яркими глазами. Чёрные волосы убраны назад, гладко, аккуратно. На нём была чёрная рубашка, плотная цепочка на шее, пара колец на пальцах, лёгкий аромат дорогого мужского парфюма. На открытой шее – тонкая аккуратная татуировка, почти графичная, как штрих.

Он выглядел стильно, уверенно, даже слегка опасно, но при этом – совершенно по-домашнему, спокойно.

– Демид? – спросил он спокойным бархатным голосом.

– Руслан. – Багров протянул руку.

Пожали крепко, по-мужски. Взгляд Руслана был прямой, открытый, но сдержанный – не испытывающий, не оценивающий, просто внимательный.

– Ария ещё не подъехала, – сообщил он, отпуская руку. – В студии задержали.

– Понял. – Демид слегка кивнул. – У меня там… коробки в машине. Лучше поднять заранее.

Руслан чуть приподнял бровь, будто заранее понимал, что от «Идола» стоит ждать чего-то масштабного.

– Матвей, – бросил он в глубину квартиры, не повышая голоса. – Поставь пока чайник.

– Ага! – отозвался где-то детский голос.

Руслан взял ключи, направился к двери, жестом приглашая:

– Пойдём.

Они вышли в коридор, двери лифта раздвинулись плавно, и когда они оказались внутри кабины, Демид почувствовал, что странное напряжение в груди потихоньку превращается в готовность. Ария была умной. А Руслан – ещё спокойнее и мудрее, чем он думал. Если кто и поможет сейчас разобраться – то эта семья.

Коробки подняли удивительно быстро – Руслан работал молча, спокойно, уверенно, а Демид, чтобы не показаться бесполезным, сгребал всё самое тяжёлое. В детской они оказались уже через пару минут, и именно там Багров впервые за долгое время почувствовал лёгкую улыбку.

Комната была аккуратной, яркой, но без хаоса – материнская рука была видна во всём. Матвей, пятилетний вихрь, стоял рядом и смотрел на огромный компьютер так, будто перед ним открывался портал в фантастический мир.

– Можно я подержу провод? – спросил он, широко распахнув глаза.

– Конечно, – Демид присел рядом. – Только аккуратно.

Парнишка оказался на удивление смышлёным: подавал детали, спрашивал, куда что подключать, пару раз угадал даже раньше, чем Демид успел объяснить. Руслан тихо наблюдал, иногда подсказывал, направлял руку сына, и этот микрокосмос семьи казался настолько… крепким, настоящим, что на мгновение Багрову стало странно тепло.

«У них хорошая семья», – подумал он, закручивая последний винт корпуса.

Когда компьютер встал на столе, собранный, сияющий, он запустился с первого же включения. Монитор вспыхнул светом, Матвей заворожённо выдохнул, а Демиду впервые за долгое время вдруг стало искренне, по-настоящему приятно – будто он сделал что-то правильное.

В этот момент дверь квартиры открылась, и послышался слегка уставший, но узнаваемый голос Арии:

– Я дома!

Матвей мгновенно забыл о компьютере, сорвался с места и вихрем умчался в коридор.

– Мама, мама! – слышалось оттуда. – Мам, к нам Демид пришёл! Он торт принёс! И компьютер! Большой! Игровой! Мы собирали! Папа тоже!

Ария сказала что-то негромко – её голос мгновенно сделал ребёнка спокойнее, увереннее. Демид поднялся, чувствуя, как внутри сжалось ожидание – странное, почти тревожное.

Она появилась в дверях детской. И, как всегда, выглядела безупречно: лёгкая, но сильная осанка, точные черты лица, тёмные волосы, собранные красиво, тщательно, но без излишней строгости. Глаза – умные, внимательные, в них скользнула быстрая искра интереса, когда взгляд прошёл по комнате, по Руслану, по компьютеру… и остановился на Демиде.

Матвей стоял рядом, крепко держа её за руку. Ария подошла к мужу, коротко поцеловала его в щёку – привычно, буднично, тепло. Между ними чувствовалась та лёгкость, которую невозможно подделать: та, что появляется только там, где любовь давно стала основой жизни.

– Ну что, – сказала она мягко, снова переводя взгляд на Демида. – Раз уж у нас такой праздник техники… почему бы не поужинать? Чай попить?

Улыбнулась – спокойно, уверенно, по-доброму. И Демид впервые за много дней почувствовал, как внутри наконец-то становится чуть-чуть легче.

Глава 48

После ужина Ария выглядела особенно домашней – спокойной, мягкой, почти расслабленной. Она сидела в кресле, согрев ладони о чашку кофе, а затем слегка привалилась плечом к Руслану. Муж машинально обнял её за талию, его пальцы привычно нашли место на её боку, словно так и должны были лежать. В комнате царило уютное послевкусие еды, тепла и тихого бытового счастья.

Матвей сидел неподалёку – в мягком кресле, втянувшись в книгу так, будто её страницы открывали ему целые вселенные. Он что-то шептал себе под нос, перескакивая глазами по строчкам, и иногда машинально поправлял очки, которые немного сползали.

Ария перевела взгляд на Демида.

– Ты по тому же вопросу, что и Стас? – спросила она спокойно, без тени раздражения, будто заранее знала ответ.

Демид отрицательно мотнул головой.

– Я… не собираюсь тебя подкупать, – сказал он сразу, чтобы не было недопонимания. – Это бесполезно.

Морок хмыкнула – коротко, с какой-то тихой, почти довольной усмешкой, словно это подтверждало её мнение о нём. Демид выдохнул, слегка подался вперёд и переплёл пальцы на коленях – жест человека, который впервые за много дней пытается говорить честно.

– У «Идола» патовая ситуация, – начал он. – Если правда всплывёт… тур, к которому мы готовились год, может рухнуть. Людей много… команда, музыканты, технари. Все зависят от этого.

Он замолчал, а потом тихо добавил:

– Но если Александра не скажет хоть что-то… её просто уничтожат. Репутация рухнет. Она… она этого не заслужила.

Руслан оторвался от спокойного созерцания происходящего и посмотрел на Ария.

– Это про ту ситуацию с Сашей? – уточнил он спокойно.

Ария кивнула, чуть нахмурилась. Взгляд у неё стал более острым – деловым, аналитичным. Она уже вникла в проблему ещё до того, как Демид договорил фразу.

– И что ты хочешь конкретно от меня? – спросила она ровным голосом, подаваясь вперёд так же чуть-чуть, как и он – знак, что разговор теперь серьёзный.

Демид резко вздохнул, запуская руку в волосы и взъерошивая их так, что на несколько секунд снова стал похож на того самого рок-идола, только потерянного.

– Я хочу… – он замолчал, подбирая слова. – Хочу помириться с Сашей. Найти её. Объясниться. Но…

Он сжал руки сильнее.

– Я не хочу подставить людей, которые со мной работают. И сам… сам уже не понимаю, как всё сделать правильно. Поэтому я… пришёл за советом. К человеку, который не обязан мне помогать. Но у которого мозгов и опыта куда больше, чем у всех вокруг.

Ария смотрела на него спокойно, серьёзно. И на её лице впервые мелькнуло что-то вроде уважения – едва уловимое, но настоящее. Матвей, до этого молча перелистывавший страницу за страницей, вдруг поднял голову. Его большие внимательные глаза уставились на мать, а губы тронула тревожная складочка.

– Мам… ты ведь поможешь? – тихо спросил он, не по-детски серьёзно. – Александра такая хорошая девушка…

Руслан сразу, даже не повышая голоса, но твёрдо произнёс:

– Матвей. Не стоит вмешиваться в разговор взрослых.

Мальчик тут же смутился, по-детски сжал плечи.

– Извините… – прошептал он.

Но к книге так и не вернулся. Он просто держал её на коленях, не отрывая глаз от Арии, словно ждал какого-то решения, какого-то вердикта, который в силах вынести только она.

Демид поймал себя на том, что смотрит на эту сцену слишком внимательно. Он знал, что у Морок огромное влияние, огромная харизма, невероятная сила характера… но только сейчас, наблюдая за тем, как сын смотрит на неё как на единственный столп мира, он по-настоящему понял – для Матвея она была абсолютным авторитетом. Настолько, что казалось: если Ария скажет, что они все выберутся из ямы с хейтом или из эпицентра катастрофы – так и будет. Просто потому что она это сказала.

Ария некоторое время молчала. В комнате было настолько тихо, что слышно, как тикают электронные часы на микроволновке. Потом она выдохнула – протяжно, почти уставшим звуком, но в её взгляде был ледяной расчёт.

– Риски есть всегда, – произнесла она. – С любой стороны. И если шаг сделать неправильно, можно всё испортить. Но есть несколько способов выбраться.

Руслан чуть крепче обнял её за плечи. Ария почти кошачье, еле слышно, мурлыкнув, прикрыла на секунду глаза – редкая минутка, когда она позволяла себе расслабиться под его рукой. Но уже в следующую секунду её взгляд стал пронизывающим.

– Любой хейт можно перенаправить, – сказала она отчётливо. – Стоит создать другое русло, и прежнее мгновенно забудут. Память толпы короткая.

– Но… сейчас с ходу сложно создать прецедент, – мрачно заметил Демид. – Всё будет слишком искусственно, слишком… показательно.

Ария кивнула.

– Согласна. Поэтому есть более простой, но болезненный способ.

Молчание легло на кухню, будто воздух стал густым. Матвей замер. Руслан чуть наклонил голову. Демид почувствовал, как напряглись мышцы спины. Ария посмотрела прямо ему в глаза – спокойно, уверенно, почти по-доброму. И сказала:

– Скажи правду, Демид.

Багров покачал головой – резко, почти болезненно, словно Ария предложила самое немыслимое.

– Это похоронит «Идол», – глухо произнёс он.

Морок неожиданно рассмеялась. Тихо, мягко, но с таким оттенком, будто услышала нелепость.

– Нет, Демид, – сказала она, – не похоронит.

Он поднял на неё взгляд, настороженный, почти обиженный.

– Если я сейчас выйду и признаюсь, как снималось шоу… фанаты отвернутся. Начнут сдавать билеты, клеймить обманщиками. И хейт полетит не только на меня, но и на ребят. – В голосе послышалась смесь тревоги и злости. – Ты же понимаешь, что их это тоже заденет?

Ария только покачала головой, словно слышала подобные возражения тысячу раз.

– Зачем же так категорично реагировать? – мягко спросила она, и от этого спокойствия Демида пробрало.

Он нахмурился.

– И как… это… мне поможет? – почти недоверчиво уточнил он.

Ария спокойно взяла чашку, сделала медленный глоток кофе, поставила обратно. И только потом – так, будто заранее продумала каждое слово – произнесла:

– Попробуй на секунду отключить эмоции. Просто подумай.

Руслан слегка кивнул, мол, слушаю тебя и очень внимательно. Ария продолжила:

– Вы собираетесь в студии. Все участники. Каждый рассказывает свою историю участия в проекте. Без прикрас, без пафоса. Только честный взгляд: трудности, давление, моменты слабости. Не скандал, не разоблачение – человеческие истории создания шоу.

Матвей даже дышать перестал. Ария щёлкнула пальцем – не громко, но чётко.

– И вот когда очередь дойдёт до нас с Призраком… – она чуть улыбнулась, – и до тебя с Александрой… именно тогда можно рассказать, как появилась идея шоу. Чего добивались продюсеры. Как все планировалось.

Демид моргнул, будто не связывая элементы.

– И…?

Ария плавно наклонилась вперёд, её голос стал более низким:

– И рассказать правду о рекламном контракте с Синьлань. О том, что заявленная модель отказалась в последний день. И о том, что Саше предложили роль, потому что выбора уже не было.

Она выдержала паузу.

– Не чтобы оправдаться. А чтобы показать: это не её жадность. Не её постановка. Это была рабочая замена в условиях аврала.

У Демида сжались пальцы на чашке. Ария добавила:

– Когда скажем правду – это не «мы вас обманули», а «вот как всё создавалось на самом деле», – люди слушают иначе.

Руслан тихо вставил:

– И всегда сильнее сочувствуют тому, кто попал под раздачу, а не тому, кто раздавал.

Ария кивнула.

– Ты не разрушаешь шоу. Ты снимаешь маску, но не ломая лицо. А вот Саше это вернёт репутацию.

Она посмотрела прямо в глаза Демиду.

– Вопрос только в том… ты ради неё рискнёшь?

Демид сидел молча, будто пытаясь перевести всё услышанное на свой внутренний язык. Он смотрел в чашку, на тени от лампы, на парня, который снова уткнулся в книжку, – но мысли вертелись только вокруг одного.

– А если… – начал он медленно, осторожно. – Если хейт переключится на ту модель? Или на Стаса? Ты же понимаешь, что публика любит искать виноватого.

Ария чуть наклонилась в сторону, будто взвешивая слова, и откинула прядь назад.

– Важно как мы это подадим, – спокойно ответила она. – Не обязательно называть имя модели. Не нужно указывать пальцем. Можно объяснить, что она отказалась по личным обстоятельствам – это нормально. Такое бывает. Бывает в кино, в рекламе, на съёмках всего. И продакшену пришлось искать временную замену.

Демид нахмурился.

– Временную, да. Но шоу требовало «любовной драмы». И это ведь…

Ария кивнула:

– Именно. И поскольку формат требовал пары, найти другого человека, подготовленного, в последний день было невозможно. Поэтому предложили Александре. И подать это можно спокойно, профессионально: так и так, был аврал, была рабочая необходимость. Без обвинений кого-либо.

Она подалась вперёд и постучала ногтем по столу.

– А ещё можно показать другие кадры, – сказала она. – Те, которые не вошли в эфир. Где видно, что Саше приходилось играть. Что она соглашалась не потому что хотела славы, а потому что её поставили в ситуацию, где нужно было помочь команде. И объяснить зрителю: шоу – это шоу. Там всегда есть сценарий, монтаж, драматургия.

Багров вздохнул:

– Шума будет… очень много.

– Конечно будет, – пожала плечами Морок. – Он и сейчас есть. Но от этого рейтинги только подскочат. Все захотят посмотреть, что вы там наговорили, что это за закулисье. Шум – это двигатель. Главное, чтобы он работал в нужную сторону.

Руслан спокойно допил чай, поставил чашку и сказал:

– И главное – так вы полностью очистите имя Александры. Вы покажете, что она не манипулятор и не охотница за славой. Что она была жертвой обстоятельств, а не их инициатором. И останетесь честными перед публикой. Люди любят правду, особенно если она преподнесена достойно.

Он посмотрел на Демида с тем же спокойствием, от которого Багрову стало трудно дышать.

– И заодно напомните зрителям, – продолжил Руслан, – что не всё, что они видят на экране, стоит воспринимать как чистую монету.

Ария тихо, но с уверенностью добавила:

– Это поможет всем. Но больше всего – ей.

Демид медленно провёл рукой по лицу. И понял, что решение уже созрело – просто страшно произнести его вслух.