Текст книги "Изгой Высшего Ранга IV (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

– Чтобы стать командиром, нужно пройти тактический экзамен от ФСМБ и получить согласие группы, – зачем-то продолжил Алексей.

– Ставлю двадцать косарей, что он дойдёт до экзамена через два месяца! – воскликнул Станислав.

– Ставлю на один месяц, – подняла руку Ирина.

– Погодите, – остановился я.

– Не хочешь быть командиром? Это же такая честь, Глеб. Особенно в твоём возрасте, – не понял меня Денис.

– Хочу, но дело вообще не в этом. Мы пришли, – я указал в коридор, ведущий в сторону. Оттуда доносилось легкое голубое мерцание.

Мы вышли в большой цех. Прямо в центре помещения, в нескольких метрах над полом, в воздухе висел разлом. Около двух метров в диаметре. Голубоватое свечение C-класса было затянуто чёрной дымкой, с которой мне уже приходилось сталкиваться ранее.

Портал просто висел, мерцая и пульсируя, но ничего и никого из него не выходило. Потому что эта точка была одной из тех, что оставил мне Громов.

Да, мне всё-таки удалось договориться с Крыловым закрыть все законсервированные разломы. Он долго сопротивлялся, и мне даже пришлось рассказать ему про склад Громова. Я объяснил, что, чтобы попасть туда, мне необходимо стать сильнее. Генерал же так загорелся содержимым, ведь там могли быть ценные артефакты, которые маги могут использовать в бою, что выдал доступ к нужным порталам.

Почему не к любым другим? Просто во время звонка я схитрил и сказал, что все взаимосвязано. И чтобы открыть склад, нужно тренироваться именно на законсервированных разломах.

Не совсем честно – не спорю. Но иначе он бы никогда не согласился на такую авантюру. Тем более без личной встречи.

Да и ФСМБ выгодно, если я наконец разберусь с этой проблемой. И в общем-то все выигрывают.

Как только мы прибыли, Алексей объяснил обстановку касательно разлома всем присутствующим. Оказалось, что в таком подвешенном состоянии он висит уже больше четырёх лет. И за всё это время оттуда никого не вышло.

– Запускаем дрон, – скомандовал Алексей, доставая пульт управления. – Посмотрим, что там внутри.

Маленький аппарат бесшумно взмыл в воздух. Завис на мгновение перед разломом. Потом он нырнул внутрь. И исчез, словно его проглотили.

Все столпились вокруг планшета Алексея. На экране появилось изображение – сначала помехи. Потом картинка стабилизировалась.

– Удивительно, – прошептала Ирина. – Он сохраняет связь, находясь по ту сторону. Обычно любая электроника там глохнет мгновенно.

– Максим постарался, – кивнул я.

А сам подумал, что новое видео тоже надо будет обязательно выложить на свой канал.

Дрон медленно двигался вперёд, передавая изображение. Камера поворачивалась, захватывая панораму чужого мира.

Я смотрел на экран и пытался понять, что вижу. Небо переливалось багровыми и чёрными оттенками. Тяжёлые тучи клубились и закручивались спиралями, словно гигантский водоворот. Никакого солнца, никаких звёзд. Только эта бесконечная, давящая масса.

Земля – серая, потрескавшаяся поверхность, похожая на высохшую глину. Из неё торчали острые чёрные кристаллические образования. Все это выглядело как поверхность какой-нибудь необитаемой планеты.

На экране отобразились показатели с датчиков дрона:

'Температура: минус восемьдесят три градуса.

Атмосфера: семнадцать процентов кислорода, сорок один процент аммиака, двадцать три процента метана, остальное – неизвестные соединения.

Радиационный фон: в четырнадцать раз выше нормы.

Давление: 0.3 атмосферы'.

– Смотрите на показатели, – сказал я. – В этой среде человеку не выжить.

– И тварей там совсем не видно, – прокомментировал Алексей.

– Словно это ловушка, – предположил Денис.

– Глеб, ты можешь закрыть разлом с помощью своей магии?

Я подошёл ближе и почувствовал что-то чужеродное. Мне это не понравилось, поэтому задал вопрос Системе.

[Анализ разлома…]

[Класс: C]

[Статус: аномальный]

[Обнаружен выброс неизвестной энергии]

[Энергетический поток направлен из разлома в текущее измерение]

[Интенсивность: 847 единиц/сек]

[Закрытие разлома: НЕВОЗМОЖНО]

[Причина: активный энергетический выброс блокирует схлопывание пространственной структуры]

[Рекомендация: устранить источник аномальной энергии]

Система предлагала устранить источник. Источник, который находился там, где человеку не выжить.

Вот теперь мы по-настоящему влипли.

Глава 5

– Не могу закрыть, – я покачал головой, отходя от разлома на шаг. – Чувствую какой-то энергетический поток на той стороне. Что-то выходит оттуда и мешает. Пространство вокруг разлома слишком нестабильное.

И я действительно это чувствовал благодаря прошлым тренировкам. Пространство вокруг этого разлома казалось чересчур искажённым.

Я уже догадываюсь, зачем он был здесь открыт, но при этом твари не выходили. И этот вывод мне уж очень не нравился.

– Источник по ту сторону нужно уничтожить, тогда я смогу его закрыть, – продолжил я.

– Тогда нужно туда попасть, – Ирина задумчиво потёрла подбородок. – Но у нас нет средств, чтобы там выживать. Причём я имею в виду, что таких разработок мы не найдем даже у военных.

– Тогда можно обратиться к космонавтам, – пожала плечами Лена.

– С ними я договариваться не решусь. Так что оставим этот вариант на крайний случай. В их скафандрах мы точно не сможем пользоваться магией, – ответил Алексей.

Ирина еще раз посмотрела на показатели с дрона.

– Хотя радиация – это ерунда. Она не опасна при недолгом нахождении, – добавила она. – Такой фон испытывает на себе каждый, кто летал на самолёте выше десяти тысяч метров. Но опасна в этом разломе отнюдь не радиация, а температура и состав воздуха.

– Можно оградиться воздушным куполом, – предложил Денис. – Я создам барьер из уплотнённого воздуха, и мы пойдём под ним. Как в подводной лодке, только наоборот.

– Не выйдет, – покачал головой Алексей. – При минус восьмидесяти трёх градусах любой воздушный барьер схлопнется за секунды. Воздух внутри начнёт остывать, конденсироваться. Ты просто не сможешь поддерживать его достаточно долго. Даже я со своим огнём не смогу компенсировать такую теплопотерю.

– А если комбинированный щит? – не сдавался Денис. – Воздух плюс свет от Сани?

– Денис, – мягко перебила Ирина. – Там аммиак. Сорок один процент. Даже если мы как-то решим проблему температуры, один вдох – и лёгкие сгорят изнутри. Аммиак разъедает слизистые мгновенно. Всего одна щель в куполе – и нас уже нет.

Все снова посмотрели на экран планшета, где дрон продолжал транслировать картинку мёртвого мира. Багровое небо, чёрные кристаллы, потрескавшаяся земля. И никакого способа туда добраться.

– Подождите, – вдруг подал голос Станислав.

Он почесал подбородок, а все взгляды метнулись к нему.

– Сорок один процент аммиака, – медленно произнёс Станислав. – Двадцать три процента метана… Так, нет, секунду…

Он достал телефон, открыл калькулятор. Пальцы забегали по экрану.

– Так. При нормальном давлении точка кипения метана – минус восемьдесят три градуса. Но там давление 0.3 атмосферы. Это значит, что температура кипения уменьшается.

Прошло ещё несколько секунд расчётов. И силач сделал выводы, которых от него никто не ожидал:

– При температуре минус восемьдесят три метан должен был выпасть на поверхность. Снегом или хотя бы дождём. Но он в газообразном состоянии из-за пониженного давления.

– И что это значит? – не понял Саня.

– Это значит, что вся их атмосфера состоит из горючего газа. Метан плюс кислород – взрывоопасная смесь. Там семнадцать процентов кислорода, этого более чем достаточно.

– Мы можем просто всё подорвать, – улыбнулся я.

И кажется, в этот момент я даже немного полюбил физику. Хотя это ненадолго.

– Именно! – Станислав щёлкнул пальцами. – Одна искра, и мы устроим там локальный апокалипсис. Метан воспламенится, огонь пойдёт цепной реакцией по всей атмосфере. Выжжет всё к чёртовой матери.

Силач засмеялся, уж очень ему понравилась эта идея. А я ещё раз убедился, что опытные оперативники все разносторонние личности. А значит, от высшей математики я отделаюсь не скоро, если вообще отделаюсь.

– Огненные техники не пройдут, – возразила Лена. Она уже подняла руку, и над ладонью затанцевало маленькое пламя. – Я могу попробовать, но там слишком холодно.

– Минус восемьдесят три. Любое пламя погаснет, не долетев до цели. Воздух просто заберёт всё тепло, – кивнул Алексей, подтверждая её выводы.

– Поэтому и нужна граната, – кивнул я. – Ей температура снаружи – не помеха, она сама создаёт тепло.

Кто бы мог подумать, что все эти лекции, все формулы и законы работают. Причём не на бумаге, а в реальной боевой ситуации. Теперь главное это преподавателю по вышмату не рассказывать, иначе он от меня никогда не отстанет и ещё факультативы придумает.

– Здесь рядом военные, – я кивнул в сторону выхода. – У них точно есть гранаты.

Станислав расплылся в довольной улыбке, ведь его знания оказались полезны. Приятно, наверное, когда твоя экспертиза спасает ситуацию.

– А откуда ты вообще в физике разбираешься? – Ирина с прищуром посмотрела на него.

– Да я от скуки перед сном всякие обучающие видео смотрю. Вот недавно про теорию Хокинга слушал. Там…

– Не продолжай, – перебила его Ирина. – Я сама посмотрю.

– Я вижу каких-то тварей, – Алексей не отрывался от планшета. – Смотрите, камера захватила новый сектор.

Мы все снова уставились на экран.

Дрон сместился чуть в сторону, облетая один из крупных чёрных кристаллов. И камера захватила новый участок местности.

Там, между чёрными кристаллическими образованиями, медленно ползали существа. Они были похожи на гигантских слизней – конечно, если слизни могут вырастать до размеров автомобиля. Полупрозрачные тела с кислотно-красным оттенком.

Двигались твари медленно, перетекая с места на место. Оставляли за собой влажные следы, которые дымились и шипели – видимо, их слизь была кислотной. Но состав не взаимодействовал с внешней средой.

Их было много. Десятки в поле зрения камеры. А сколько за пределами – оставалось только гадать.

– Красавцы, – усмехнулся Саня. – Прямо хоть на обложку журнала. «Твари месяца».

– Размер приличный, – заметил Денис, оценивая масштаб. – Метра три-четыре в длину. Если у них кислота такая же едкая, как выглядит, то и уничтожить их будет непросто.

– Не хотел бы я с такими в ближнем бою смахнуться, – согласился Станислав.

– И не придётся, – я отвернулся от экрана. – Убьём всех разом. Уничтожим тварей, выжжем источник энергии, и разлом должен схлопнуться сам.

– Звучит слишком просто, – с сомнением произнесла Ирина.

– Иногда простые решения – самые эффективные.

Так Харин учил меня. И я уже не раз убеждался, что это работает.

– Кто пойдёт за гранатами? – спросила Лена.

– Сами принесут, – Алексей уже доставал рацию. Щёлкнул тангентой. – Майор, это группа Афанасьева. Нам нужны две гранаты РГД-5. Да, к точке входа. Срочно.

Ответили Алексею сразу, правда, через треск помех. Радиосвязь у разломов знатно тупила.

– Понял, несут, – Алексей убрал рацию. – Три минуты.

Пока ждали, я смотрел на разлом. Оранжевое свечение пульсировало ровно, словно сердцебиение чужого мира.

Этот портал висел здесь четыре года, и всё это время что-то сочилось из него в наш мир.

Солдат появился через две минуты. Молодой парень, запыхавшийся от бега. В руках он держал небольшой ящик.

– Две РГД-5, как заказывали, – он поставил ящик на пол, откинул крышку. Внутри лежали гранаты. – Что вы там собираетесь взрывать?

– Другое измерение, – честно ответил Станислав.

Солдат в шоке посмотрел на него.

– Серьёзно? – не поверил он.

– Вполне, – ухмыльнулся Станислав.

– Ну ладно. Только о технике безопасности помните, – только и сказал он.

Затем развернулся и ушёл. Видимо, за время службы навидался всякого.

Алексей подвёл дрон к самому краю разлома с той стороны. Аппарат завис в полуметре от оранжевого свечения, готовый в любой момент нырнуть обратно.

Я взял гранату. Станислав показал, как правильно с ней обращаться. Всё-таки с обычным оружием я раньше не взаимодействовал. Да и маги крайне редко его используют.

Отогнул усики предохранительной чеки. Примерился к порталу, оценивая расстояние и траекторию.

– Поехали, – я выдернул чеку и швырнул гранату в портал.

Она исчезла в оранжевом свечении. На экране планшета мелькнула точка, летящая сквозь багровое небо.

Затем мы увидели вспышку. Этот взрыв оказался совсем необычным. Сначала возникла яркая точка – стандартная детонация. Осколки разлетелись в стороны, пламя вырвалось наружу.

А потом пламя встретилось с метановой атмосферой. И мир по ту сторону разлома вспыхнул.

Волна огня понеслась во все стороны, пожирая воздух. Цепная реакция распространялась быстрее, чем глаз мог уследить.

Метан воспламенялся слой за слоем. Пламя охватило ближайшие кристаллы – они лопались от жара, разбрасывая раскалённые осколки. Слизни, которых камера захватила минуту назад, корчились и испарялись, не успев даже понять, что происходит. Их полупрозрачные тела вспыхивали как свечки и исчезали в общем пожаре.

Дрон рванул назад, к разлому, по команде Алексея. Камера тряслась, но продолжала снимать.

Даже удивительно, как этот дрон ещё не сгорел. Ведь позади него выросла стена пламени высотой в сотни метров. Небо, и без того багровое, стало ослепительно-оранжевым. Земля плавилась, кристаллы взрывались, всё живое превращалось в пепел.

Это был настоящий локальный апокалипсис. Станислав не преувеличивал.

– Ох ты ж… – выдохнул Саня. – Это мы сделали? Одной гранатой?

– Технически это метан сделал, – поправил Станислав. Но в голосе слышалось удовлетворение. – Мы просто дали искру.

Дрон вылетел из разлома за мгновение до того, как портал начал мигать. Оранжевое свечение дёргалось, пульсировало. Чёрная дымка вокруг заклубилась сильнее, потом начала рассеиваться.

Давление на пространство ослабло, и мне даже стало легче дышать. Источник аномальной энергии исчез. Сгорел вместе со всем остальным.

[Все враждебные сущности в зоне разлома уничтожены]

[Аномальный источник энергии нейтрализован]

[Пространственная структура разлома дестабилизирована]

Я молча наблюдал, как разлом умирает.

Свечение становилось всё тусклее, всё меньше. Края разлома дрожали, расплывались, теряли чёткость. Пространство вокруг него выравнивалось, возвращалось к норме.

Где-то там, по ту сторону, ещё бушевал огненный шторм. Выжигал остатки чужого мира, превращал его в стерильную пустыню. Ни тварей, ни кристаллов, ни странной энергии. Только пепел и пламя.

Очень быстро портал сжался до размера кулака. Мигнул. Ещё раз. И исчез.

Там, где секунду назад висел разлом, осталось только лёгкое марево, как над раскалённым асфальтом в жаркий день. Через пару секунд исчезло и оно.

[Разлом закрыт]

[Локация: Кислотные пустоши]

[Уничтожено существ: 147]

[Получено опыта: 1243]

[Поздравляем! Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 13]

[Опыт: 1022/1400]

Тринадцатый уровень. Неплохо для одной гранаты и немного физики.

Хотя опыта очень мало, если разделить на каждую тварь. Всего по 8,5 единиц на каждую! Хотя раньше даже Е-ранги давали больше профита.

Либо Система использовала пониженный коэффициент из-за простоты закрытия разлома. Либо же сами твари были там ничтожно слабые по её меркам. Хотя верного ответа я уже не знаю. Слизни уничтожены, и я без понятия, какая у них была Альфа.

[Выберите один из вариантов:]

[1. Новый навык: Пространственный якорь]

[2. Новый навык: Пространственное эхо]

[3. Новый навык: Свёртка пространства]

Я мысленно пролистал варианты, анализируя каждый.

Пространственный якорь Система мне уже не раз предлагала. Но пока острой надобности в создании следящих якорей нет.

Пространственное эхо – интересно для боя. Отвлечь противника, создать ложную копию себя. Но тоже не столь значимо для меня. Вон тому же Полякову эти копии в реальном бою не особо помогли.

Свёртка пространства – чистый урон. Сжатие выбранного участка пространства. Всё, что находится внутри, получает дробящий урон. Эффективно против множественных целей.

Однако ни один из навыков не закрывал мою нынешнюю цель по уменьшению используемой энергии. А мне уже надоело постоянно попадать в больницу. Поэтому сейчас я сосредоточился на другом.

[Либо вы можете выбрать улучшение существующего навыка]

Я посмотрел на то место, где секунду назад был портал. Законсервированных разломов ещё десять. Каждый нужно закрыть. И чем эффективнее я буду это делать, тем быстрее разберусь с наследием Громова.

И возможно, найду для себя какие-то новые ответы.

Плюс, это моя основная задача сейчас. Новые боевые навыки подождут. Сначала нужно зачистить то, что есть.

[Выбрано: улучшение навыка «Закрытие разломов»]

[Новые возможности:]

[– Дистанционное закрытие малых разломов (до D-класса) на расстоянии до 50 метров]

[– Ускоренная стабилизация пространства после закрытия]

[– Снижение расхода энергии на 15%]

Дистанционное закрытие. Это уже серьёзно. Не нужно подходить вплотную к порталу, рисковать, если оттуда полезут твари. Это я точно смогу использовать уже в ближайшее время.

– Это было… – Лена выдохнула и опустила руки. – Это было самое простое закрытие разлома в моей жизни. Вообще ничего не пришлось делать. Мы просто стояли и смотрели.

– Радуйся, девочка, – хмыкнул Станислав. – Такое бывает крайне редко. Обычно приходится потеть и получать по морде. А тут: граната и немного химии.

– Физики, – поправил Денис.

– И физики тоже, – буркнул силач.

Я задумался о том, что узнал от Системы ранее. Портал напитывал наш мир аномальной энергией. Эта энергия дестабилизирует пространство, делает его более податливым. Так проще открывать новые разломы.

– Четыре года что-то сочилось из разлома в наш мир. Какая-то энергия, – я повернулся к команде. – Думаю, это не случайность. Законсервированные разломы влияют на пространство вокруг. Делают его тоньше.

– Хочешь сказать, из-за них легче открываются новые разломы? – Ирина нахмурилась.

– Именно это и хочу сказать, – кивнул я.

– Капец! – Станислав сплюнул в сторону. – Четыре года. Сколько ещё таких по всей стране? По всему миру?

– Наверняка много, – ответил я. – Мы не узнаем секретные материалы других стран, но можем предупредить о важности закрытия подобных разломов.

– Я этим займусь, – кивнул Алексей, упаковывая слегка подпалённого дрона. Видимо, его сделали из каких-то сверхпрочных материалов.

– Кстати, у нас ещё полно времени. Можем ещё на разлом сгонять, – предложил Станислав. – Может, есть что-то открытое поблизости.

– Согласен, только мы пойдём не к обычным, а таким же законсервированным разломам, – кивнул командир. – Лучше сделаем сегодня побольше, а в выходные отдохнём.

Ирина прищурилась, глядя на него:

– Ага, так и знала. На свидание собираешься.

– Даже если и так, то что? – Алексей развёл руками. – Я уже четыре раза переносил из-за наших поездок. Четыре раза, Ирин! Если не покажусь на этой неделе, меня вообще бросят. И буду одиноким магом огня до конца дней.

– Какая трагедия, – улыбнулась она.

– Ладно, ладно! – Дружинин махнул рукой. – Хватит лирики. Грузимся, едем к следующей точке. Раз уж начали, будем работать.

Так мы и сделали. Сообщили военным о закрытии разлома и выдвинулись на автобусе к новой точке.

Этот разлом находился под землёй. В катакомбах под Москвой, они представляли из себя старую дренажную систему, построенную ещё в девятнадцатом веке. Километры туннелей переплетались под городом как корни гигантского дерева. Большинство из них давно заброшены, некоторые затоплены, некоторые обрушились.

И в одном из них сейчас висел портал в другой мир.

Мы спустились по ржавой лестнице, прошли через несколько туннелей. Каждый шаг отдавался эхом, уходящим в темноту.

Стены были покрыты плесенью, влажным мхом и граффити – кто-то даже здесь успел побывать и оставить свой след. Под ногами хлюпала вода, в некоторых местах она поднималась по щиколотку.

– Романтичное местечко, – пробормотал Саня, стараясь не наступать в особенно глубокие лужи. – Прямо мечта диггера.

– Ты был диггером? – удивился Денис.

– Нет. Но после сегодняшнего точно не стану.

Военное оцепление было и здесь. Солдаты стояли у входа в туннель, барьеры были расставлены вокруг самого разлома. А прожекторы освещали нам путь. Генераторы гудели где-то наверху, обеспечивая электричество.

Серьёзная подготовка. Даже для D-класса, каким значился этот разлом в секретных документах.

– Сколько он тут висит? – спросил я у сопровождающего нас офицера.

– Шесть лет, – ответил тот. Лейтенант, молодой, но с усталым лицом человека, который слишком долго работает под землёй. – Мы сменяем караул каждые двенадцать часов. Из разлома за всё время не вышло никого.

– Совсем никого?

– Совсем. Он просто висит и светится. Жутковато, если честно.

Жутковато – это мягко сказано. Шесть лет эти солдаты дежурят у разлома, который ничего не делает. Просто существует.

Хотя после закрытия предыдущих законсервированных разломов я был уверен, что и у этого есть особая цель. Осталось выяснить – какая.

Мы прошли последний поворот и вышли в большую круглую камеру. Бывший коллектор – огромное помещение с куполообразным потолком, стенами из старого кирпича и решёткой на полу, сквозь которую когда-то стекала вода. Сейчас здесь было сухо.

Разлом висел в центре камеры, в паре метров над полом. Испускал жёлтое свечение – характерный цвет для D-класса. Но, как и в прошлый раз, свечение было затянуто чёрной дымкой.

– Дрон ещё работает? – спросила Ирина, глядя на портал.

Алексей достал и проверил устройство. Повертел в руках, осмотрел корпус.

– Да, – он удовлетворённо кивнул. – Несмотря на то, где побывал, заряда хватает. И корпус цел. Максим реально знает своё дело.

– Надо будет передать ему благодарность, – сказал я.

– И заказать ещё парочку таких. На всякий случай.

Алексей запустил дрон. Аппарат взмыл к потолку, облетел камеру по периметру и завис перед разломом. Затем дрон нырнул в жёлтое свечение и исчез.

На экране появилось изображение. Сначала это были привычные помехи, а потом картинка стабилизировалась.

– Он что, барахлит? – Алексей нахмурился, постукивая по планшету.

Мы все столпились вокруг экрана. Плечом к плечу, затаив дыхание.

– Нет, – Ирина проверила показатели. – Сигнал чёткий, никаких ошибок. Изображение передаётся корректно.

Я смотрел на экран и не верил своим глазам.

– В таком случае, – медленно произнёс Алексей, – нам всем стоит задаться вопросом: какого чёрта на той стороне делает российская лаборатория⁈

Глава 6

Я посмотрел на экран планшета. Моргнул. Посмотрел ещё раз и попытался осмыслить увиденное.

Настоящая лаборатория находилась по ту сторону разлома. С работающим электричеством, с дверями и с табличками на русском языке. С, мать его, противопожарной системой.

Вот тебе и «техника в разломах не живёт». Вот тебе и «оттуда никто не возвращается». Кто-то не просто вернулся, а обосновался и построил исследовательскую базу. Наладил инфраструктуру, провёл электричество, установил освещение, оборудовал помещения.

Но при этом долгие годы этот разлом охраняли военные, и туда никто не входил и не выходил. И я совершенно не понимал, как была организована переправка всего этого оборудования.

Мир оказался куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Вот уже в который раз реальность подкидывала новый сюрприз.

Электроника работает, а значит, кто-то нашёл способ защитить технику от влияния излучения разлома. Что-то вроде того, что Максим использовал для дрона, только в промышленных масштабах. Это даже впечатляло, поскольку наше государство только-только начинает применять эти техники.

При том, что группа этих исследователей явно меньше, чем количество учёных у ФСМБ. Государство за триста лет не пришло к таким результатам, а у некоторых предателей рода людского получилось. Почему так?

Потому что им подсказали. Те, кто живёт по ту сторону. Те, кто заинтересован в том, чтобы люди могли работать в разломах.

Именно поэтому некоторые смогли не только выжить, но и приспособиться. В то время как у борцов с монстрами это не получалось.

– Нужно доложить об этом начальству, – сказал Алексей, не отрывая взгляда от планшета. – Это слишком серьёзно для самодеятельности.

– Крылову нужно сообщить напрямую, – кивнул Станислав. – Через секретарей дольше ждать будем.

Ведь перед нами не обычный разлом, который можно закрыть и забыть. Это была либо база предателей, либо исследовательский центр врага. А может, это и вовсе портал в кроличью нору, откуда может вылезти что угодно.

Вариантов много, и наверняка можно узнать, только зайдя внутрь.

– Если честно, я даже сомневаюсь, что там есть какие-то монстры, – задумчиво произнесла Ирина, разглядывая изображение на экране. – Хотя сложно поверить, что реально кто-то из людей обитает и ведёт исследования в таком месте.

– Тем более добровольно, – добавил Алексей.

– Хотя, судя по характеристикам, жизнь там не отличается от земной, – она ткнула пальцем в показатели датчиков дрона.

Ну да, лаборатория в другом измерении, подумаешь. Бывает.

– Вы хотите туда зайти? – спросил Дружинин. Куратор явно не горел желанием лезть в неизвестность.

– Конечно, хотим, – улыбнулся Алексей. – Вот сейчас разрешение получим и зайдём. По всем правилам.

– Тогда позвольте мне позвонить, – улыбнулся я.

Алексей прищурился. Явно понимал, что я что-то задумал.

Я был готов услышать: «Это дело государственной важности, хитрости тут неуместны, как бы любопытно ни было». Но вместо этого командир просто кивнул.

– Звоните, – разрешил он.

Интересное решение. Алексей явно понимал, что будет, если мы выложим Крылову всю правду. Об исследовании этого места можно надолго забыть.

Помнится, на нашей первой практике командир принял решение зайти в разлом, не сообщая начальству. Тогда это едва не закончилось катастрофой.

Видимо, после того случая Алексей сделал какие-то выводы о субординации и протоколах. Но его авантюризм никуда не делся, командир просто стал осторожнее и хитрее.

Я достал телефон и набрал Крылова.

– Слушаю. У вас возникли какие-то трудности при закрытии разлома? – серьёзным тоном ответил генерал.

Как обычно, перешёл сразу к делу.

– Нет, скорее мы нашли кое-что интересное. И согласно уставу решили уведомить вас, прежде чем заходить, – таким же серьёзным тоном ответил я.

– И что же вы нашли?

Если сказать всё как есть, то придется ждать, пока Крылов соберёт группу поддержки, пока приедет лично, пока организует операцию другого формата. Это может занять не один день.

А за это время те, кто там внутри, могут уничтожить улики или сбежать. Конечно, если они нас заметили.

Если же нет, то нам не составит труда противостоять людям. Всё-таки мы высокоранговые маги, и крайне редко другие могут стать для нас помехой. А в случае чего меня и команды Громова хватит, чтобы защитить Саню, Дениса и Лену, у которых ещё маловато опыта.

Даже странно, что сейчас я рассуждаю о себе, словно у меня самого больше опыта. Есть уверенность в правильности решения, будто я и правда закрыл уже сотни разломов. Странное чувство, и наверняка это снова проделки Системы.

Но с этим я разберусь позже. Сперва надо получить заветное разрешение.

– Мы нашли следы пребывания человека, – ответил я генералу. – И хотим их исследовать. Согласно новому регламенту, мы использовали дрон для разведки, но никаких тварей не увидели. Только следы жизнедеятельности человека. Самих людей на камерах тоже нет.

Технически это чистая правда. Просто сказал я её слегка абстрактно.

Следы пребывания человека? Есть. Лаборатория с сотней комнат – это определённо след. Людей на камерах нет? Тоже правда. Дрон заснял коридоры, а не лица.

В трубке повисло молчание.

– Генерал, уверяю вас, что наша команда сможет справиться в случае опасности. И с монстрами, и с людьми, – чуть надавил я.

Но напрямую требовать не стал. По телефону это с генералом не работает, да и при личной встрече он всегда был недоволен подобными трюками.

Было бы в сотню раз проще работать в частной команде, но таких в России не существовало. Нет, они не были запрещены законом. Но слишком быстро распадались. Из-за высокой смертности участников.

Поэтому так сложилось, что в России зачистку разломов почти полностью контролирует государство. А вот в других странах дела обстоят иначе.

– Хорошо, идите. После предоставите мне полный отчёт, – наконец разрешил Крылов.

– Обязательно, распишем всё до мельчайших деталей, – улыбнулся я.

Затем положил трубку и выдохнул.

– Ты не сказал про лабораторию, – усмехнулся Алексей.

– Да, на то были причины.

Я не стал объяснять какие. Алексей и сам всё понимал, иначе бы не усмехался.

– Тогда, скорее всего, Крылов захотел бы увидеть это лично. И нам бы пришлось ждать, пока он освободится, пока возьмёт группу поддержки, пока согласует всё с начальством. Вы же знаете, какой он перестраховщик, – озвучил мои мысли Алексей.

Ну, что и требовалось доказать.

– Это да, – буркнул Станислав. – Но на то он и генерал, чтобы думать о других людях. О тех, кто может пострадать из-за чужой самодеятельности.

Так Станислав намекнул, что регламенты придуманы не просто так. Однако он спорить не стал.

– Мне совершенно не нравится эта затея, – помотал головой Дружинин. – Нас за обман по головке не погладят.

Андрей Валентинович – хороший человек. Честный и принципиальный. Из тех, кто верит в систему и правила.

Проблема в том, что система и правила не всегда работают.

– Формально Глеб никого не обманывал, – влез в разговор Саня с широкой улыбкой. – Он просто слегка недоговорил. Умолчал о несущественных деталях. Потом уже в отчёте мы выложим полную информацию. Думаю, генерал останется доволен результатом: мы же всё так разведаем.

– И все равно я настаиваю на передаче полных сведений.

– Андрей Валентинович, – улыбнулся Алексей. – Мы тогда тут надолго зависнем. Вы этого хотите? Неужели у вас нет своих планов?

– Есть. Но и работа у меня есть. Которой я не хочу лишаться.

Фактически я только что получил разрешение на проникновение в секретную базу, умолчав о её существовании. Крылов потом, конечно, выскажет всё, что думает о моих методах. Но это будет потом.

А сейчас у нас есть окно возможностей. Хотя можно сделать чуть иначе…

– Андрей Валентинович, – обратился я к куратору, снова доставая телефон. Затем подошёл к нему и при нём отправил запись с дрона Крылову. – Думаю, этого будет достаточно.

Алексей усмехнулся. Всё-таки разрешение уже получено, и отменять его уже поздно.

Дружинин тяжело вздохнул и кивнул. Всё-таки добился того, чего хотел, пусть это и не меняло сути дела.

– В таком случае быстро собираемся, – скомандовал Алексей. – Проверяем снаряжение. Боевая готовность.

Лена тут же полезла в рюкзак. Достала аптечку, демонстративно повертела в руках, хмыкнула, бросив выразительный взгляд на Саню, и убрала обратно.