Текст книги "Протокол «Изнанка» (СИ)"

Автор книги: Виктор Корд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Началась бойня.

Крики людей смешались с визгом монстров. Кровь – красная и черная – залила парапеты.

– Наш выход, – я кивнул Борису. – Пока они заняты, мы зайдем через парадный.

– Ворота заперты, – заметила Вера.

– У нас есть ключ, – Борис вышел вперед.

Он подошел к массивным стальным воротам КПП.

Поднял свою левую руку – ту самую, из жидкого металла.

Приложил ладонь к стали.

– Открывайся, сова, медведь пришел, – проворчал он.

Серебристая субстанция потекла с его пальцев, впитываясь в ворота. Металл зашипел, меняя структуру. Сталь стала мягкой, как глина.

Борис просто прошел сквозь ворота, раздвигая их плечами, как занавески.

Мы вошли следом.

Внутри периметра царил хаос. Охрана, занятая боем на стенах, не заметила нас.

Мы прошли через двор к административному корпусу.

Легион шел первым, отшвыривая попадающихся на пути «Чистильщиков» Гильдии, как кукол.

Мы поднялись в кабинет директора.

Зубов был там. Он метался у окна, глядя, как его крепость пожирают монстры.

– Это невозможно… – бормотал он. – Гильдия обещала…

– Гильдия вас кинула, Зубов, – сказал я, входя. – Они используют вас как живой щит.

Директор резко обернулся, выхватывая пистолет.

Но Вера была быстрее.

Выстрел. Пистолет вылетел из его руки вместе с пальцем.

Зубов взвыл, падая на колени.

Я подошел к окну.

Внизу Лилит добивала последнего Магистра Гильдии. Она просто высосала из него жизнь поцелуем, оставив сухую оболочку.

Она подняла голову и посмотрела на меня.

– МЫ СЫТЫ, – её голос прозвучал у меня в голове. – ГОРОД… ВКУСНЫЙ. МЫ УХОДИМ.

– До следующего раза, – кивнул я.

Тени исчезли так же внезапно, как и появились, забрав с собой трупы врагов.

Завод затих.

Я повернулся к Зубову.

– У вас два варианта, директор. Первый: вы выходите в окно вслед за своими друзьями из Гильдии. Второй: вы запускаете плавильные печи. Прямо сейчас. Мне нужна броня для трех тысяч солдат. И мне нужны сплавы для кибернетики.

Зубов баюкал простреленную руку. Он был бизнесменом. Он умел считать убытки.

– Я… я запущу печи, – прохрипел он. – Но мои люди…

– Ваши люди теперь работают на меня. Те, кто выжил. Добро пожаловать в холдинг «Панацея». Медицинская страховка за счет заведения.

Я сел в его кресло.

Завод был наш.

Теперь у меня были ресурсы, чтобы вооружить армию. И у меня был союзник (пусть и чудовищный), который держал Гильдию в страхе.

Но я знал, что Анна не простит. И Империя не простит.

Главная битва была еще впереди.

Но сегодня… сегодня мы праздновали победу над металлом.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 17

СОВЕТ МЕРТВЕЦОВ

Город менял кожу.

Я стоял на вершине Башни, под крылом ожившего Грифона, и смотрел вниз.

Раньше это был мегаполис стекла и бетона. Теперь это был лабиринт из баррикад, укреплений и биомассы.

Мои «Куклы» работали круглосуточно. Они сносили разрушенные здания, используя обломки для строительства Стены. Внешний периметр Промзоны превращался в крепость.

Но самое интересное происходило не с камнем.

Оно происходило с людьми.

Те, кто выжил после эпидемии Гнили, менялись. Они приходили к воротам Башни, прося защиты. И мы давали её.

В обмен на службу.

Я видел, как внизу, на плацу, Борис тренирует новобранцев.

Это были не «Куклы». Это были люди. Но у каждого на руке была повязка с черепом. И каждый прошел через мою лабораторию.

Импланты. Сыворотка иммунитета. Небольшие модификации.

Я создавал новую расу. Расу, способную жить в мире, где воздух отравлен магией.

– Они молятся на тебя, – сказал голос за спиной.

Я обернулся.

Алиса.

Она стояла в тени Грифона, невидимая для тепловизоров.

– Они молятся на еду и безопасность, – ответил я, поглаживая холодный металл статуи. – Я просто даю им это.

– Ты даешь им цель. Империя наблюдает, Виктор. И Империи это… не нравится.

– Империи не нравилось, когда я взрывал заводы. Теперь я строю порядок. Шувалов должен быть доволен.

– Шувалов доволен налогом. Но D. E. U. S. беспокоит другое.

Она подошла к краю.

– Уроборос.

Я напрягся.

Это имя, всплывшее в сообщении из Изнанки, не давало мне покоя.

– Что вы знаете о нем?

– Это не «кто». Это «что». Древний протокол защиты реальности. Или её уничтожения. Зависит от точки зрения. Предтечи создали его, чтобы сдерживать Хаос. Но Хаос ассимилировал его. Теперь Уроборос – это разумная энтропия.

– И он хочет вернуть долг. Какой долг?

– Жизнь, Виктор. Ты украл жизнь у смерти. Ты воскрес дважды. Ты создал жизнь из мертвой материи (Легион). Ты нарушил баланс. Уроборос придет, чтобы забрать свое.

– Пусть приходит. Я выпишу ему чек.

В этот момент Грифон заворчал.

Его бронзовые перья встали дыбом. Глаза-изумруды засветились.

– Гости, – констатировал я.

На посадочную площадку садился дрон.

Белый. С эмблемой Змеи.

Дрон Гильдии.

Он не атаковал. Он нес контейнер.

– Посылка от Анны? – предположила Алиса, положив руку на пистолет.

Дрон опустил контейнер и улетел.

Борис, который поднялся на лифте (видимо, почувствовал неладное), подошел к ящику.

Его живая металлическая рука превратилась в щит.

– Открывай, – скомандовал я.

Крышка откинулась.

Внутри не было бомбы.

Там лежал череп.

Человеческий череп, покрытый золотой гравировкой.

И записка.

«Собор Святого Георгия. Полночь. Приходи один. У нас есть общий враг. А.»

– Это ловушка, – сказала Вера, выходя из тени (она всегда была рядом).

– Это приглашение, – я взял череп.

Он был теплым.

– Чей это череп? – спросил Борис.

– Это череп Паладина, – я провел пальцем по рунам. – Того самого, которого я убил в Костнице. Анна намекает, что знает про мои похождения в подземелье.

Я посмотрел на город.

Собор Святого Георгия стоял в руинах. Купол обвалился, стены почернели от пожара.

Идеальное место для встречи двух монстров.

– Я пойду, – сказал я.

– Один?

– Нет. Я возьму с собой страховку.

Я посмотрел на Алису.

– Ты пойдешь со мной. Как свидетель. И как гарант, что Империя не ударит нам в спину, пока мы будем болтать.

– Я не телохранитель, – холодно ответила она.

– Ты – наблюдатель. Вот и наблюдай.

Руины Собора выглядели величественно и жутко.

Лунный свет падал сквозь дыры в своде, освещая алтарь, который теперь был завален обломками.

Мы вошли через главные ворота.

Я, Алиса и Легион (который я взял для силовой поддержки, несмотря на условие «один»).

– ОНА ЗДЕСЬ, – прошептал Легион. – Я ЧУВСТВУЮ ЕЁ ЗАПАХ. ЗАПАХ ЛЕКАРСТВ И ГНИЛИ.

Анна стояла у алтаря.

Она изменилась.

Её белый плащ был изодран и грязен. Лицо осунулось. Но глаза… глаза горели фанатичным огнем.

И она была не одна.

Вокруг неё, в тени колонн, стояли фигуры.

Высокие, закованные в броню.

Но это была не белая броня Паладинов.

Это была броня, сросшаяся с плотью. Костяные наросты, шипы, пульсирующие жилы поверх стали.

– Мутанты? – спросил я, останавливаясь в десяти метрах.

– Выжившие, – поправила Анна. – Это «Серый Легион». Паладины, которые попали под выброс Гнили, но отказались умирать. Я стабилизировала их мутации.

Она шагнула вперед.

– Привет, Виктор. Красивое тело. Орлов бы гордился.

– Чего ты хочешь, Анна? Капитуляции?

– Я хочу союза.

Она обвела рукой руины.

– Лилит. Она в городе. Я видела её тварей. Они охотятся на моих людей. Они охотятся на твоих. Она хочет не просто власти. Она хочет превратить этот мир в инкубатор.

– И ты решила, что я помогу тебе её остановить?

– Ты единственный, кто может. Твой Рой… он резистентен к её контролю. Мои паладины сильны, но их мало. Если мы объединим силы…

– Ты пыталась меня убить. Дважды.

– Это была конкуренция. Теперь это выживание.

Внезапно один из «Серых Паладинов» дернулся.

Он упал на колени, хватаясь за шлем.

Из-под визора брызнула черная кровь.

– Что с ним? – спросил я.

– Зов, – прошептала Анна. – Лилит зовет их. Она взламывает их биологию.

Паладин зарычал.

Он начал трансформироваться.

Броня лопалась. Из спины вырывались щупальца.

– Убейте его! – крикнула Анна.

Остальные Паладины вскинули оружие.

Но было поздно.

Тварь прыгнула.

Прямо на Алису.

Я среагировал на рефлексах.

[Гравитационный удар].

Мана (450/500) выплеснулась волной.

Мутанта прижало к полу с силой десяти тонн. Его кости хрустнули.

Но он продолжал ползти.

– ЛЕГИОН!

Химера прыгнул.

Удар когтей. Голова мутанта отлетела в сторону.

– Началось, – сказала Анна, глядя на труп. – Она здесь. Она пришла за нами.

Под сводами Собора раздался смех.

Женский, звонкий, безумный.

Тени в углах зала сгустились.

Из них начали выходить «Дети Лилит». Сотни.

Мы оказались в окружении.

Я, мой враг и мой куратор.

– Похоже, переговоры переходят в активную фазу, – я достал тесак (дань традиции) и активировал щит. – Анна, если ты хочешь выжить – вставай спина к спине.

– Только не надейся на поцелуй, – огрызнулась она, выпуская костяные хлысты.

Битва в Храме началась.

И на этот раз мы дрались не друг с другом. Мы дрались с самой Тьмой.

Бой в руинах Собора напоминал танец в аду под стробоскопом.

Тени метались между колоннами, сливаясь с мраком ночи. «Дети Лилит» не нападали в лоб. Они использовали тактику стаи волков: кусали и отступали, выматывая жертву.

– Сзади! – крикнула Алиса.

Она выстрелила из игольника, даже не оборачиваясь. Пуля с деструктором прошила воздух за моей спиной.

Визг.

Черная тварь, которая уже занесла когти для удара мне в шею, рассыпалась серым пеплом.

– Спасибо, – я рубанул тесаком (по привычке, мана была быстрее, но рефлексы есть рефлексы) другую тварь, прыгнувшую с потолка.

Лезвие прошло сквозь хитин, как сквозь бумагу. Я усилил удар [Кинетическим импульсом]. Монстра разорвало пополам.

Анна работала в центре зала.

Её костяные хлысты свистели, создавая вокруг неё сферу смерти. Она двигалась с грацией балерины-убийцы.

– Подчинение! – крикнула она, выбрасывая руку в сторону крупного мутанта.

Зеленый луч магии Жизни ударил твари в лоб.

Мутант замер. Его глаза мигнули.

Анна улыбнулась. Она думала, что взломала код Лилит.

Но тварь вдруг расхохоталась.

Звук шел не из горла. Он шел из всего тела.

– ТВОЯ… МАГИЯ… СЛАБА… ВРАЧ.

Мутант разорвал свою грудную клетку руками.

Изнутри вырвался сноп черных щупалец.

Они обвили Анну, спеленали её, как куклу.

– Нет! – она попыталась разрезать их хлыстами, но щупальца были сделаны из тени. Они были неосязаемы для физического урона.

Они начали сжиматься. Я слышал, как трещат ребра Инквизитора.

– Легион! – скомандовал я. – Вытащи её!

Мой Генерал, который до этого просто стоял и отшвыривал мелких тварей, как назойливых мух, шагнул вперед.

Он схватил пучок щупалец своей единственной рукой (вторую мы еще не восстановили после Цитадели).

В его когтях все еще оставались следы «Яда Пустоты».

ПШ-Ш-Ш!

Тень зашипела. Щупальца, коснувшиеся яда, испарились.

Анна рухнула на пол, хватая ртом воздух.

– Ты должен мне жизнь, – сказал я, наступая на голову мутанта, который пытался регенерировать.

– Я верну долг, – прохрипела она, вставая. – Когда мы убьем эту суку.

Вдруг бой прекратился.

«Дети Лилит» отступили в тень.

Они замерли на стенах, на потолке, на обломках алтаря. Сотни горящих глаз смотрели на нас.

Из центра зала, из воронки, оставленной взрывом, поднялась фигура.

Лилит.

Точнее, её аватар. Женщина из дыма и звезд.

Она была прекрасна. И ужасна.

– ВЫ… СИЛЬНЫЕ, – её голос звучал в наших головах как музыка. – ВЫ… ВКУСНЫЕ.

Она посмотрела на меня.

– НО ТЫ… ТЫ ПУСТОЙ, ВИКТОР. ТВОЕ ТЕЛО – НОВОЕ. НО ДУША… ОНА СТАРАЯ. И ОНА ПРИНАДЛЕЖИТ НЕ ТЕБЕ.

– Она принадлежит мне, – огрызнулся я. – А вот этот город – нет. Убирайся в свою Изнанку.

– ИЗНАНКА… ЗДЕСЬ, – она развела руками.

Руины Собора дрогнули.

Реальность пошла рябью.

Стены начали таять, превращаясь в фиолетовый туман. Пол стал мягким, как болото.

Мы проваливались.

Не в яму. В иллюзию.

Я увидел Башню «Грифон».

Она горела.

Мой Рой, мои «Куклы»… они убивали друг друга.

Я видел, как Борис (мой друг, мой брат) отрывает голову Вере.

Я видел, как Вольт сдирает с себя кожу, смеясь безумным смехом.

– Смотри, Отец, – шептала Лилит мне на ухо. – Смотри, что будет, если ты не примешь мой дар. Твои дети сожрут сами себя.

– Это ложь! – я попытался закрыть глаза, но не мог. Веки не слушались.

– Это правда. Твой вирус нестабилен. Они сходят с ума. Только я могу дать им покой. Отдай их мне.

Давление на психику было колоссальным.

Я чувствовал, как моя воля трещит по швам.

[Мана: 450 – 400… 300… Утечка ментальной энергии.]

Она пила меня.

– Виктор! – голос Алисы пробился сквозь морок. – Это ментальная петля! Разорви контакт!

Как?

У меня нет защиты от бога.

Но у меня есть Империя.

Я посмотрел на свою руку.

Ожог Орла горел белым пламенем.

Он ненавидел Лилит так же сильно, как и Гниль.

Я сконцентрировал всю свою боль, всю свою ненависть и всю свою ману в этой точке.

И ударил себя в грудь.

Прямо в сердце.

Болевой шок.

Клиническая смерть на секунду.

Мозг перезагрузился.

Иллюзия рассыпалась.

Я снова стоял в Соборе.

Лилит отшатнулась, словно получила пощечину.

– ТЫ… ОТКАЗАЛСЯ… ОТ РАЯ?

– Я предпочитаю ад, который построил сам, – я сплюнул кровь.

– ТОГДА… СМОТРИ НА НАСТОЯЩИЙ АД.

Она исчезла.

И «Дети Лилит» исчезли вместе с ней.

В зале стало пусто.

– Ушли? – спросила Анна, опираясь на обломок колонны.

– Нет, – я достал коммуникатор. – Вольт! Статус Башни!

Тишина в эфире.

– Вольт⁈

– [Босс…] – голос хакера прорывался сквозь статику. – [У нас прорыв! Они… они вышли из зеркал!]

– Кто⁈

– [Тени! Сотни теней! Они внутри периметра! Они атакуют лабораторию! Борис держит коридор, но их слишком много!]

Я посмотрел на Анну. Потом на Алису.

– Это был отвлекающий маневр. Она выманила нас сюда, чтобы ударить по штабу.

– Моя лаборатория… – прошептала Анна. – Мои наработки… Если она доберется до них…

– Если она доберется до моего синтезатора, она создаст армию, которую не остановит даже Империя.

Я схватил Анну за руку.

– У тебя есть транспорт? Быстрый?

– Мой флаер на крыше.

– Грузимся. Все. Легион, беги!

Мы рванули к выходу.

Война пришла в мой дом.

И на этот раз я не успел подготовиться.

Флаер Анны, похожий на белую каплю ртути, несся над крышами города со скоростью звука. Магический щит корпуса разрезал воздух, оставляя за собой ионизированный след.

Внутри было тесно.

Я сидел на месте стрелка, сжимая рукоять управления турелью (которая, к счастью, была механической, а не ментальной). Рядом, пристегнутая ремнями, сидела Алиса. Она перезаряжала свой игольник с пугающей скоростью.

Анна пилотировала. Её руки лежали на сенсорной панели, пальцы танцевали, управляя потоками маны, питающими двигатель.

Легион висел снаружи. Он вцепился в шасси когтями и закрыл глаза, чтобы ветер не выжег ему сетчатку.

– Мы опаздываем, – констатировала Анна. – Барьер Башни пал. Я чувствую прорыв в твоем ментальном контуре, Виктор. Твои «Куклы»… они кричат.

– Они умирают, – поправил я. – Лилит режет их как скот.

Внизу проплывала Башня «Грифон».

Она горела.

Но не обычным огнем. Из окон нижних этажей вырывались языки черного пламени. Тени Лилит, словно живая сажа, ползли по стенам вверх, к пентхаусу и лаборатории.

– Борис! – я вызвал канал связи. – Статус!

«Хреново, Док!» – голос гиганта перекрывался грохотом пулемета. – «Они прут из вентиляции! Из унитазов! Они везде! Мы забаррикадировались в серверной, но они прожигают двери кислотой!»

– Держись. Мы заходим на посадку.

– Некуда садиться! Крыша занята! Там Матка!

– Матка?

Я посмотрел на экран внешнего обзора.

На вертолетной площадке Башни сидело Существо.

Гигантская, раздутая туша, похожая на паука с женским торсом. Лилит. В своей истинной боевой форме.

Она сплела кокон из теней вокруг шпиля Башни и откладывала туда… яйца?

Нет. Капсулы.

– Она делает гнездо, – прошептала Алиса. – Она хочет превратить Башню в улей.

– Тарань её! – крикнул я Анне.

– Ты с ума сошел? Щиты не выдержат!

– Тарань, или я взорву этот флаер вместе с нами! У меня в кармане граната! (Блеф, гранаты кончились час назад).

Анна выругалась на латыни, но направила машину в пике.

Мы падали на крышу.

Лилит подняла голову. Её глаза-фасетки вспыхнули фиолетовым.

Она ударила по флаеру щупальцем.

Удар был скользящим.

Флаер закрутило. Мы врезались в парапет, снесли часть ограждения и рухнули на бетон, пропахав борозду длиной в двадцать метров.

Меня швырнуло вперед. Ремни врезались в грудь.

– Все на выход! – я выбил колпак кабины.

Мы вывалились на крышу.

Лилит возвышалась над нами.

Она была прекрасна в своем уродстве. Хитин, плоть, магия.

– ВЫ… ВЕРНУЛИСЬ… – её голос гремел. – ЧТОБЫ СТАТЬ… КОРМОМ?

– Чтобы стать несварением твоего желудка, – я активировал Ожог.

[Мана: 300/500.]

Я ударил [Телекинетическим молотом].

Невидимый кулак врезался в грудь монстра. Лилит пошатнулась, но устояла.

– МОЯ ОЧЕРЕДЬ.

Она плюнула.

Струя черной кислоты полетела в нас.

Анна выставила щит Жизни.

Зеленый купол накрыл нас. Кислота зашипела на нем, стекая ручьями.

– Легион! – крикнул я.

Химера, который спрыгнул с шасси до удара, атаковал с фланга.

Он прыгнул на спину Лилит, вонзая когти в сочленения хитина.

– УМРИ… ВЕДЬМА!

Лилит взвизгнула. Одно из её щупалец схватило Легиона и швырнуло его в стену надстройки.

Монстр пробил кирпич и исчез внутри.

– Идем вниз! – я потащил Анну и Алису к пролому, который оставил Легион. – Нам нужно в лабораторию!

Мы нырнули в дыру.

Лестничные пролеты. Коридоры, залитые черной кровью.

Мы бежали.

Десятый этаж.

Двери лаборатории были выбиты.

Внутри…

Внутри было тихо.

Там не было Теней. Там была только Она.

Лилит. Точнее, её человеческий аватар. Тот самый, что приходил ко мне в кабинет.

Она стояла у синтезатора.

Того самого, где я создал «Амброзию».

Крышка реактора была открыта.

Лилит держала руку над чаном с био-гелем.

С её пальцев капала… кровь?

Нет. Это были споры. Светящиеся, фиолетовые семена.

Она сыпала их в реактор.

– Что ты делаешь? – я навел на неё пустую руку (пистолет потерял при аварии).

Она обернулась.

– Я создаю… детей. Настоящих. Не мутантов.

Она улыбнулась.

– Твой синтезатор… он гениален, Виктор. Он умеет сшивать несовместимое. Я добавила свой код. И теперь… через минуту… отсюда выйдет Новая Раса.

Я посмотрел на экран монитора.

Процесс синтеза: 98%.

Внутри чана формировались эмбрионы.

Сотни. Тысячи микроскопических существ, которые росли с бешенной скоростью.

Они сочетали в себе ДНК человека, Гнили и… Империи (моя кровь осталась в системе).

– Если это вырвется наружу, – прошептал Вольт в наушнике (он был в серверной), – они ассимилируют город за час. Это конец, Босс.

– Не конец.

Я посмотрел на Анну.

– Ты говорила, у тебя есть протокол «Стерилизация»?

– Есть. Но он уничтожит здание.

– Плевать на здание. Жги.

Анна кивнула.

Она сняла перчатку. На её ладони была татуировка. Руна Солнца.

Она прижала руку к полу.

– IGNIS SANCTUS! (Святой Огонь!)

Пол под ногами Лилит вспыхнул.

Белое пламя вырвалось из бетона.

Лилит закричала.

Она не горела. Она… испарялась. Святой огонь выжигал саму суть Изнанки.

Синтезатор начал плавиться.

Эмбрионы внутри закипели.

– НЕТ!!! – Лилит бросилась к чану, пытаясь закрыть его собой.

Пламя охватило её.

Взрыв.

Нас отбросило волной жара в коридор.

Двери лаборатории захлопнулись (аварийная система, спасибо Вольту).

За стеклом бушевал белый ад.

Мы лежали на полу, глядя на огонь.

– Кончено? – спросила Алиса, отряхиваясь.

– Эта партия – да, – ответил я, поднимаясь.

Я посмотрел на Анну.

Она сидела у стены, бледная, истощенная. Откат от заклинания такого уровня мог убить обычного мага.

– Ты сожгла мой дом, – сказал я.

– Я спасла твой мир, – парировала она.

В этот момент здание дрогнуло.

Башня начала оседать. Несущие конструкции, проеденные кислотой и сожженные магией, не выдерживали.

– Эвакуация! – заорал Волков по громкой связи. – Все на выход! Здание падает!

Мы побежали.

Вниз, по лестницам, перепрыгивая через пролеты.

Мы выбежали на улицу в тот момент, когда шпиль «Грифона» надломился и рухнул, пронзив соседний небоскреб.

Облако пыли накрыло нас.

Когда пыль осела, я увидел то, что осталось от моей крепости.

Руины.

Гора бетона и стали.

Мой Рой стоял вокруг, потерянный, лишенный дома.

Борис, выбравшийся из-под завалов, держал на руках бесчувственного Легиона.

Мы потеряли базу. Мы потеряли лабораторию.

Но мы выжили.

И у нас остался один козырь.

Я посмотрел на Анну.

– Ты теперь бездомная, как и я, – сказал я. – Цитадель разрушена. Башня разрушена.

– И что ты предлагаешь? – спросила она, вытирая сажу с лица.

– Я предлагаю переехать. В единственное место, которое никто не станет штурмовать.

– Куда?

– В «Объект Ноль».

Я улыбнулся.

– Мы не просто закроем Врата. Мы будем там жить. И мы построим там новую столицу.

Анна посмотрела на меня как на безумца.

Но в её глазах я увидел искру интереса.

– Ты сумасшедший, Кордо.

– Я врач. А врачи всегда идут туда, где больнее всего.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 18

ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Небо над городом больше не было серым или фиолетовым. Оно было черным.

Но не от ночи. От силового купола.

Империя не шутила. Они накрыли зону карантина барьером класса «Омега». Сквозь него не проходил ни воздух, ни радиосигнал, ни даже солнечный свет. Мы оказались в банке, крышку которой закрутили намертво.

А внутри банки горел пожар.

Я сидел на куске бетонной плиты – все, что осталось от моего кабинета на сотом этаже. Ветер здесь, на руинах Башни, был ледяным, но я не чувствовал холода. Мое новое тело работало как печь, сжигая ману для поддержания температуры.

– Три дня, – Алиса вышла из тени разрушенной стены.

Над её ладонью висела голограмма. Цифры обратного отсчета: 71:48:12.

– Таймер «Стерилизации», – пояснила она. – Через семьдесят два часа генераторы купола перейдут в режим «Сжатие». Барьер начнет сужаться, пока не схлопнется в точку. Все, что внутри, будет распылено на атомы.

– Гуманно, – я сплюнул пыль. – Никакой радиации, никаких трупов. Просто «пшик» – и миллионного города нет. Чистая работа.

– Это протокол, Виктор. Империя не может допустить распространения Гнили. Мы стали угрозой для континента.

– Мы стали угрозой для их спокойного сна.

Ко мне подошел Волков. Банкир выглядел как бомж, ограбивший бутик. Его дорогой костюм был порван, лицо в саже, но в руках он сжимал кейс с накопителями данных.

– Мы не можем здесь оставаться, – сказал он, глядя на таймер. – В городе паника. Мародеры, мутанты, остатки полиции… все режут друг друга. Через сутки здесь начнется каннибализм.

– Мы уходим, – я встал. – В «Объект Ноль».

– Пешком? – скептически спросила Анна.

Инквизитор стояла чуть в стороне. Её белый плащ превратился в серую тряпку, но осанка оставалась прямой, как скальпель. За ней стояли трое выживших Паладинов – тех, кого она успела «стабилизировать» от мутаций.

– Пешком мы не дойдем, – ответила она сама себе. – Пустошь кишит «Детьми Лилит». Нам нужен транспорт. Тяжелый.

– У нас есть поезд, – напомнил Борис. Он сидел на обломке балки, проверяя свои новые руки. Металл протезов был покрыт царапинами и вмятинами, но работал. – Тот самый, что мы пригнали.

– Поезд стоит в депо, – возразил Вольт. Хакер копался в уцелевшем терминале охраны. – А пути разрушены. Мост через Стикс взорван (мы же сами его взорвали, когда улетали).

– Мы починим пути, – сказал я. – У нас есть три тысячи рабочих рук. И у нас есть магия.

Я посмотрел на Анну.

– Твои Паладины могут держать щит?

– Могут. Часа два. Потом сгорят.

– Хватит. Легион расчистит дорогу. Рой положит рельсы. А мы обеспечим прикрытие.

– Ты хочешь построить железную дорогу за два дня? – Анна посмотрела на меня как на умалишенного. – Под огнем мутантов?

– Я хочу выжить. А ты?

Она промолчала. Но я видел ответ в её глазах. Она хотела жить. И она хотела мести.

– Сбор командиров, – скомандовал я. – Прямо здесь. На руинах. Зови всех.

Через десять минут мы собрались вокруг костра, разведенного из обломков антикварной мебели Орлова.

Странная компания.

Я – Некромант-Барон в теле клона.

Анна – Инквизитор-Биомант, потерявшая свою Цитадель.

Волков – Банкир, потерявший свой банк.

Шкипер – глава Контрабандистов (прилетел на уцелевшем флаере).

И Зубов – директор завода «Титан», которого привел Легион (под конвоем).

– Ситуация простая, – начал я. – Мы в жопе. Глубокой, темной и герметичной. У нас есть 71 час.

Я обвел взглядом присутствующих.

– У нас есть армия. Рой – три тысячи штыков. Остатки «Белого Легиона» – сотня элитных бойцов. Наемники Волкова – две роты. Банды Шкипера – воздушная поддержка. И охрана завода Зубова – тяжелая техника.

– Вы хотите объединить нас? – спросил Зубов, нервно поглядывая на Легиона, который стоял за моим плечом. – Мои люди не станут воевать плечом к плечу с… этими.

Он кивнул на «Кукол».

– Твои люди станут воевать с кем угодно, если хотят жрать, – отрезал я. – Еды в городе осталось на три дня. А на складах «Объекта Ноль» – консервов на сто лет.

– Это аргумент, – согласился Шкипер. – Но как мы туда доберемся?

– Конвой. Бронепоезд пойдет первым. За ним – колонна техники. Мы пробьем коридор через Пустошь. Силой.

– А Лилит? – тихо спросила Анна. – Она не даст нам уйти. Она хочет вернуть «Кукол». И она хочет тебя, Виктор.

– Лилит получит бой.

Я достал карту (бумажную, чудом уцелевшую).

– Мы пойдем не по прямой. Мы пойдем через «Зону Теней». Старый туннель метро, который соединяет город с шахтами в Пустоши.

– Туннель затоплен, – возразил Вольт. – И там гнездо «Слизней».

– Мы выжжем их. Анна, твои огнеметчики. Зубов, твои танки. Мы превратим этот туннель в духовку.

Я посмотрел на них.

– У нас нет выбора. Либо мы объединяемся и прорываемся, либо мы сдохнем здесь поодиночке. Я не прошу вас любить друг друга. Я прошу вас стрелять в одну сторону.

– Я за, – первым поднял руку Борис. – Мне нужна драка.

– Я в деле, – кивнул Шкипер. – Мои птички поднимут столько груза, сколько смогут.

– Я дам технику, – проворчал Зубов. – Но только если вы гарантируете мне место в поезде.

– Гарантирую. Вагон СВ.

Все посмотрели на Анну.

Она молчала, глядя на огонь.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Мои Паладины пойдут в авангарде. Но командовать магической поддержкой буду я.

– Договорились.

Я встал.

– Объявляю мобилизацию. У нас час на сборы. Берем все: оружие, патроны, еду, медикаменты. Все, что можно унести. Остальное – минируем. Не оставлять врагу ничего.

– А гражданские? – спросила Вера.

Я посмотрел на город.

Там, внизу, миллион человек ждал смерти.

– Берем только полезных. Врачей, инженеров, механиков. Остальным… раздайте оружие. Пусть защищают свои дома. Мы не можем спасти всех.

Жестоко? Да.

Но я не святой. Я хирург.

И я проводил триаж в масштабах апокалипсиса.

Ворота Башни открылись, выпуская нас в умирающий город.

Колонна растянулась на километр.

В авангарде шел мой Рой.

Три тысячи «Кукол», переодетых в трофейную броню «Белого Легиона», выкрашенную в черный. Они шли ровными рядами, чеканя шаг. Молчаливые, смертоносные.

За ними двигалась тяжелая техника.

Танки завода «Титан», обшитые листами корабельной стали и шипами. БТРы Волкова с турелями. Грузовики с припасами и гражданскими специалистами.

С флангов колонну прикрывали Паладины Анны.

Их белые доспехи сияли в сумраке, создавая защитный периметр Света. Они выжигали споры Гнили на лету.

А над нами, в черном небе, кружили флаеры Шкипера, готовые обрушить огонь на любого, кто посмеет подойти.

Я ехал в головном командирском джипе (трофейный «Тигр» с усиленной броней). Рядом сидел Борис, положив свой пулемет на колени.

– Красиво идут, – пробасил гигант, глядя на марширующих «Кукол». – Как на параде. Только зрители – трупы.

– Это не парад, Борис. Это похоронная процессия. Мы хороним этот город.

Мы двигались к входу в метро. Станция «Проспект Славы».

Улицы вокруг были забиты брошенными машинами. Гниль уже поглотила первые этажи зданий. Фиолетовая плесень свисала с фонарных столбов, как паутина.

Из переулков на нас кидались мутанты.

«Прыгуны», «Слизнии», обезумевшие люди.

Но они разбивались о нашу оборону, как волны о скалы.

Снайперы Веры (которые ехали на крышах БТРов) снимали их на подходе. Паладины жгли Светом. Рой добивал прикладами.

Мы не останавливались. Мы шли напролом.

– Подходим к станции! – голос Вольта в рации. – Вход завален!

Я увидел это.

Вестибюль метро был забит… мясом.

Гора плоти, костей и мусора, сросшаяся в единый ком. Она пульсировала, дышала. Из нее торчали руки, ноги, лица.

– Живая Баррикада, – констатировал я. – Гниль знает, куда мы идем. Она перекрыла входы.

– Что делать? – спросил Волков из соседней машины. – Танки не пройдут.

– Танки не нужны.

Я вылез из джипа.

– Анна! Твой выход!

Инквизитор вышла из своего броневика.

Она была бледна, но держалась прямо. Ее глаза горели фанатизмом.

– Ты хочешь, чтобы я это сожгла? – она кивнула на гору плоти.

– Я хочу, чтобы ты это… стерилизовала.

Анна подошла к баррикаде.

Подняла руки.

– LUX AETERNA! (Вечный Свет!)

Столб белого пламени ударил в биомассу.

Плоть зашипела, начала чернеть и осыпаться пеплом. Вонь стояла такая, что слезились глаза.

Но Гниль сопротивлялась. Она регенерировала быстрее, чем горела.

– Мало! – крикнула Анна. – Она слишком плотная! Мне нужно усиление!

– Легион! – позвал я.

Химера (который шел пешком рядом с моим джипом) шагнул вперед.

– ДА, ОТЕЦ.

– Дай ей яду. «Слеза Пустоты».

Легион вонзил когти в пульсирующую массу.

ПШ-Ш-Ш!

Серый яд, введенный в «вену» баррикады, начал разъедать структуру магии Гнили.

Свет Анны и Тьма Легиона встретились внутри мяса.

Взрыв.

Биомасса лопнула, разлетевшись ошметками.

Проход был открыт.

– Вперед! – скомандовал я. – В туннель!

Колонна начала спуск.

Техника с трудом протискивалась в широкие ворота грузового шлюза метро.

Внутри было темно и сыро.

Свет фар выхватывал рельсы, уходящие в бесконечность.

Туннель был огромным. Это была магистраль стратегического назначения, построенная еще при Деде Императора.

Мы ехали час. Два.

Глубина – сто метров.

Здесь Гнили было меньше. Но здесь было что-то другое.

Стены туннеля были покрыты слизью. Но не фиолетовой. Черной.

И она… вибрировала.

– Сейсмодатчики сходят с ума! – крикнул Вольт. – Что-то движется нам навстречу! Что-то огромное!

– Поезд? – спросил Борис.

– Нет. Это биологическая сигнатура.

Впереди, в темноте туннеля, загорелись два красных огня.

Глаза.

Размером с фары грузовика.

Земля под колесами задрожала.

Из тьмы вырвался Рев.

И показалась Голова.

Это был червь.

Гигантский, бронированный червь, который заполнил собой весь туннель. Его пасть была усеяна рядами вращающихся зубов.

Но это был не просто червь.

Я увидел, что его тело состоит из… вагонов метро.

Старых, советских вагонов, сросшихся друг с другом и обросших хитином и мясом. Окна вагонов были глазами. Двери – жабрами.

«Страж Глубин».

Мутировавший состав.

Он несся на нас, как таран.