Текст книги "Волшебная аптека попаданки 2 (СИ)"

Автор книги: Вера Амулетова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 33

Как только я зашла на участок, меня тут же поглотила царившая там суета. Господин Тьер ругался на носильщиков, якобы вытаптывающих его идеальный газон, те, в свою очередь, на плотников, мешавших им затаскивать мебель. Рабочие с вывеской безуспешно пытались докричаться хоть до кого-то, кто смог бы посмотреть, насколько ровно она висела. И на все это безразлично взирал котяра, рассевшийся на крыльце.

– Хвала Меркурию, вы появились! – бросился ко мне садовник, как только я закончила с рабочими и вывеской.

– Что случилось, господин Тьер? – спросила я, оглядывая зеленую лужайку.

– Розы!

– А что с ними?

– Во-первых, вы не выбрали сорт, а во-вторых, я предлагаю соорудить еще две клумбы с пионами. Как раз у входа. Что вы на это скажете?

– Сорт – самый дешевый и простой в обращении, – быстро отозвалась я. Идея с клумбами мне понравилась. Еще бы высадить деревья и поставить лавочки в тени. Ох! Все это требовало дополнительных средств, но все же я согласилась на одну большую клумбу с каменным обрамлением, договорившись с господином Тьером, что он составит некий микс из пионов, неприхотливой зелени и более дешевых цветов.

Садовник остался не очень доволен моим решением. Как никак я подрезала крылья его творческому гению. Увы, такова была реальность.

Я поднялась по новенькому каменному крыльцу и наклонилась, чтобы погладить котяру. Животное мяукнуло и быстро вскочило с места, давая понять, что он здесь не для этого, а для какой-то высшей цели. Кстати, неплохо было бы выяснить для какой.

Дверь в аптеку была открыта. Внутри творился хаос. Никто из присутствующих не знал, что куда ставить и вешать, не делалось ничего. Рабочие стояли посредине зала и препирались, а вся мебель была составлена в одну кучу.

– К этому времени уже все должно было быть расставлено, – строго сказала я с порога, – а вы прохлаждаетесь. Здесь вам не санаторий и не курительная комната! – с этими словами я подбежала к высокому детине и выхватила у него самокрутку с крепким табаком. – А потом мне будут рассказывать сказки, что дом сгорел из-за призраков. Причиной пожара, скорее всего, явились такие же растяпы, как вы, позволяющее себе курить в помещении.

– Я ничего не поджигал! – пролепетал высоченный белобрысый парень.

Я быстро открыла все окна и хлопнула в ладоши.

– Итак, начнем с прилавка. Его нужно поставить буквой Г… Этот стол к окну… Подождите, темные гардины на другое окно… Осторожнее с люстрой! Если вы ее сейчас уроните, то поедете за новой в Галифакс. А дорога туда ужасна. Поверьте, я проверяла.

– Леди Беверли, – в дверях нарисовался господин Тьер, – а что вы скажете про колокольчики. Широколистные…

– Ничего не имею против колокольчиков. Прибейте карниз повыше! Стеллаж подвиньте левее.

Не прошло и часа, как мебель и предметы интерьера, наконец, заняли свои места. Параллельно я, кажется, утрясла состав клумбы. Отпустила рабочих, переоделась и тут же принялась за уборку. Нужно было еще раз хорошенько вымыть полы и протереть мебель. Закончила я, когда даже господин Тьер попрощался и отчалил домой.

Отошла к двери и окинула взглядом торговый зал. Получилось все так, как я и задумала! Дорогая отреставрированная мебель темного цвета на фоне светлых стен. Зона торговли и зона отдыха, где бежевая с золотом обивка стульев гармонировала со шторами шоколадного оттенка.

Я подняла рычажок выключателя вверх, и мягкий свет растекся по залу, преломляясь через хрусталь. Еще бы прикупить у соседки фарфоровые вазы и сервиз… Уж больно мне пришлись по душе ее изделия.

Я прошла в лабораторию, где уже разместила инструменты и сырье. Провела пальцами по рабочему столу, взвесила в руке растирочный камень.

Уже завтра аптека оживет. Придут студенты и старик Чандлер, закипят горелки, постепенно начнут заполняться разноцветными баночками и пузырьками витрины. Я достала из котомки начерченный план и прошлась с ним уже не по вымышленному, а по реальному залу.

Да, слева от прилавка сделаю профессиональную секцию – для нее нужно меньше места. Все остальное пространство отдам под лекарства. Половину от него займет косметический отдел.

Побродив еще немного по отремонтированному залу и кухне, я закрыла все окна, заперла дверь и отправилась домой. Я намеревалась собрать вещи и завтра же переехать в новую аптеку. Нужно было готовиться к открытию, до которого оставалось пять дней. Разослать приглашения лекарям, написать речь-презентацию, подумать о фирменной упаковке товаров, изысканном угощении и светском наполнении вечера. У меня уже была пара идей…

Я ехала в коляске, погруженная в свои мысли. Звать ли на первое открытие Коннингтона? Наверное, с точки зрения развития деловых связей это было бы правильно. С другой стороны, он не имел к этому бизнесу никакого отношения и был волен заявиться с проверкой, когда ему вздумается. Только принесет с собой мешок надменности и высокомерия. А этого добра мне не нужно. Пусть лучше поужинает лишний раз с блондинкой.

Как только я появилась на пороге аптеки, ко мне подошла Китси с очередным письмом. На этот раз оно было от поставщиков аптечной тары, с которыми я уже находилась в хороших отношениях. Именно у этой частной компании я со временем планировала заказать фирменные баночки и пузырьки с собственным логотипом (который мне еще предстояло придумать).

Я вскрыла конверт. Внутри находилось приглашение на «Большой вечер, посвященный науке и медицине». Проще говоря профессиональный бал. Ух ты! Это же океан возможностей и деловых связей!

Глава 34

Вечер был назначен через два дня. С одной стороны, это было даже неплохо. Я смогу с кем-то познакомиться и пригласить их на открытие аптеки, а заодно еще раз переговорить со старичком-лекарем. С другой стороны, мне бы сейчас вплотную заниматься собственными мероприятиям, а не разъезжать по светским приемам. Опять же что-то нужно было придумать с платьем. Идти в том же самом, которое я надевала на вечер, посвященный победе над Южным мором? Или потратить еще сто с лишним терралов на новое?

Дополнительных расходов на одежду я в этом месяце не планировала, так что решила, что пойду в том же. Вряд ли кто-то из немногочисленных знакомых вспомнит, в чем я была одета. Сменю прическу и куплю новую кружевную накидку. Платье заиграет по-другому.

Раз этот вопрос был решен, я могла смело заняться следующими, гораздо более важными. Перекусила вчерашним жаркое, заварила чай и уселась в кабинете. Мне нужно было как следует продумать оба мероприятия – профессиональное и светское.

Начала я с писем врачам, которые утром намеревалась отнести в типографию и напечатать на бумаге хорошего качества. Завтра же выйдут и объявления в газетах. Они будут публиковаться каждый день вплоть до открытия.

Когда же я пойду выбирать накидку в лавку к Ноэль, то запущу новость об аптеке среди местных модниц. Думаю, что многие из них заинтересуется как большим косметическим отделом, так и быстрым средством против боли. Конечно, основные ставки в плане гостей я делала на профессиональный вечер, куда была приглашена. Так что нужно будет напечатать рекламных листовок с запасом, чтобы взять с собой.

Я заполняла страницу за страницей. Технический сценарий, наброски собственной речи, сценарий мероприятия. Оформление зала, фуршет, подарки…

Подняла голову от тетради, только когда часы на стене пробили полночь. Время пролетело незаметно. Я окинула довольным взглядом исписанные листы. В голове теперь все было разложено по полочкам. В глаза бросилась подготовленное для печати приглашение. Все же как быть с Коннингтоном? Я повертела в руках пустой лист бумаги. В конце концов, он может и не приходить, а я проявлю профессионализм и вежливость. Я взяла ручку и внесла советника в список вместе с врачами. Я решила напечатать общий текст, но имена и подпись поставить вручную.

Еще немного посидела над списком дел на завтра, выключила свет и отправилась спать. Я была настолько взбудоражена близостью предстоящего открытия, что пришлось принять сонные капли.

Вскочила я рано. Быстро позавтракала, подхватила собранный еще с вечера саквояж, кое-как вытащила на улицу сундук с вещами и отправилась на поиски извозчика. С Чандлером мы договорились, что он сразу приедет на улицу Пяти углов. В этой же аптеке за старшего оставался Даррен, талантливый студент, о котором хорошо отзывался старик.

Парень должен был прийти после обеда. До этого же времени я оставляла аптеку на Китси, а леди Милн, узнав о том, что я переезжаю (пусть только на какое-то время) обещала со своей стороны «за всем присматривать». Мне все равно было неспокойно, но здесь уж выбирать не приходилось. Либо я доверяла тем людям, которых сама же и наняла, либо пыталась усидеть на двух стульях.

Когда мой экипаж подъехал к аптеке, Чандлер уже ждал меня на крыльце.

– Леди Беверли, – взволнованно проговорил старик, – вы превратили это пепелище в райский уголок!

– Так вдохнем же в него жизнь, – отозвалась я и открыла тяжелую дверь, – нам нужно заполнить эти витрины.

Я провела старику мини-экскурсию, напоила чаем с переданным леди Милн печеньем, и он засел за работу. Я же отправилась в типографию. Как только вышла на площадь Торлингов, купила у паренька газету. Быстро пролистала до страницы с объявлениями. Вот оно! В красивой рамочке с вензелями! Прочитала знакомый заголовок.

Торжественное открытие аптеки на улице Пяти углов!

Презентация нового лекарства. Вы забудете о боли раз и навсегда!

Возможно, обещание было слишком смелым, но по местным меркам я не вводила никого в заблуждение. К тому же Федеральной Антимонопольной Службы в этом мире не было. Все рекламировали свои продукты и услуги как хотели.

Я сложила газету и поспешила к Ноэль за новой накидкой и украшениями к платью.

Хозяйка магазина меня узнала и, прежде чем приступить к выбору нарядов, предложила отдохнуть с дороги. Пока я распивала в ее обществе вкуснейший клубничный лимонад, успела рассказать ей и про новую аптеку, и про новое обезболивающее, выравнивающую тон кожи пудру, нюхательную соль от излишнего беспокойства, а еще про фарфоровую лавку по соседству.

– Хм… – проговорила леди, – почему я раньше никогда не заходила на эту улицу? Дайте-ка вспомнить…

– Неважно, что было раньше, главное, что там есть сейчас! – воскликнула я.

Я договорилась с Ноэль, что оставлю у нее в магазине листовки с рекламой новой аптеки, которые должны были быть готовы завтра, и отправилась выбирать наряд.

– Я правильно вас поняла, что вы хотели бы оживить то самое голубое платье, что приобрели в прошлый раз? – спросила Ноэль.

Я кивнула.

– Тогда предлагаю примерить этот жакет. Он нисколько не утяжелит образ, а, наоборот, придаст ему элегантности. А еще… – профессиональный взгляд леди пробежал по полке с аксессуарами, – возьмите эту шляпку с пером и жемчужные серьги и браслет. Прическу соберете вокруг шляпки, волнами. Будет изумительно!

Идея владелицы лавки мне понравилась. Мы договорились, что я примерю образ целиком и уже тогда приму решение о покупке.

Оказавшись на улице, я быстро взяла извозчика и поехала в аптеку. Лишние руки Чандлеру сейчас точно не помешают.

Глава 35

Дни перед выставкой я пробегала в мыле, решая организационные дела, в промежутках помогая Чандлеру и студентам в аптеке, наведываясь на улицу Лланвайер и готовясь к большому открытию. В конце дня я даже не могла вспомнить, обедала ли я. Зато точно знала, сколько пунктов из написанного плана было сделано, и на какой процент были заполнены витрины.

Когда я расставляла очередную порцию баночек на полках, на пороге аптеки появилась владелица фарфоровой лавки. Женщина робко постучала в уже открытую дверь, чтобы обратить на себя внимание.

– О! Леди Уотсон! – воскликнула я. – Как я рада вас видеть! Прошу, располагайтесь в зоне отдыха. Может быть, желаете освежающего лимонада.

– Не откажусь, – проговорила женщина, – я сегодня страдаю головными болями и совершенно не могу работать. Как шикарно вы здесь все обустроили!

– Благодарю. Что же касается головных болей, попробуйте это средство, – я протянула леди маленькую коробочку с пилюлей “Рефинума Экстра”. Вскоре вы забудете о них.

– Разве такое возможно? – с сомнением проговорила моя собеседница, усаживаясь за столик.

Я подлетела и налила ей цитрусовый лимонад, который смешала полчаса назад.

– Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Мы немного поболтали о насущных пустяках. Леди Уотсон в сотый раз восхитилась старинным прилавком, гардинами, светильниками и общим видом торгового зала, а я в сотый раз поблагодарила ее, что оценила мой труд.

– Леди Беверли! – женщина встала из-за стола. – Голова! Она больше не болит!

– Я же вам говорила, – как ни в чем не бывало ответила я, – не хотите ли посмотреть косметическую секцию?

– О! С удовольствием! У моей покупательницы, леди Маргери все родственники страдают страшными мигренями. Они будут счастливы появлению такого лекарства. Единственное, приедут ли они сюда. Сами знаете слухи, которые ходят про это место.

– К сожалению, лекарство можно приобрести только в аптеке, – пожала я плечами, – и на него уже предзаказ, так что семейству Маргери стоит поторопиться, – произнесла я как бы между прочим, передавая леди Уотсон баночку с солью для ванны, – как вам аромат?

Я проводила соседку, нагруженную покупками на общую сумму около пятидесяти терралов. Неплохо для еще не открывшейся аптеки. Взяла новенькую ведомость и занесла туда наименования только что проданных товаров.

Пора было собираться на выставку. Мероприятие было назначено на пять вечера, так что у меня оставалось еще более двух часов, чтобы привести себя в порядок.

Я быстро приняла ванну, облачилась в белье и в платье. Надела новенький жакет, шляпку и собрала волосы по совету Ноэль. Дополнила образ жемчужными серьгами и браслетом. Взяла бархатную сумочку-мешочек. Невысокие каблучки атласных туфелек весело стучали по новому деревянному паркету, пока я носилась как угорелая между ванной и спальней.

– Господин Чандлер, – крикнула я старику уже из гостиной, – я постараюсь освободиться пораньше и помочь вам вечером!

– Не беспокойтесь, леди Беверли, мы прекрасно справляемся, – прозвучал глухой голос мне в ответ, а в следующий момент из лаборатории потянуло гарью.

– Томас! Я же сказал тебе – поджигай постепенно!

Я поспешила покинуть аптеку, оставив Чандлера разбираться со студентами. Надеюсь, я вернусь все так же к целому, новенькому дому.

Поймала извозчика и поехала по адресу, указанному в приглашении.

Город уже зажегся огнями, ресторации постепенно заполнялись гостями, нарядно одетая публика прогуливалась по улицам. Сегодня я, наконец, почувствовала себя частью этого мира. Я отпустила все мысли про ремонт, открытие, бесконечный список дел, огромный кредит… и просто смотрела на то, как менялись сцены за окном небольшой кареты. Сегодня я ехала не на закупки сырья, не на поиски дешевой мебели или краски, не в типографию и даже не в разрушенное поместье с воронами. Мне предстоял выход в свет, куда меня позвали благодаря уже наработанным связям. Шаг за шагом я зарабатывала себе репутацию в этом мире. Неплохо для попаданки, очнувшейся между колес старого фургона.

Поглощенная мыслями и созерцанием картин городской жизни, я совсем не заметила, как карета подкатила к большим чугунным воротам, за которыми виднелся круглый павильон.

Экипаж встал в очередь из других колясок и карет и стал медленно приближаться к подъездной аллее. Хорошо, что я выехала заранее. Не знала, что тут такой ажиотаж. Когда мы, наконец, добрались до главного входа, я выпорхнула наружу и влилась в толпу женщин и мужчин, спешивших на выставку. Вокруг меня слышались реплики и восклицания.

– Ах, леди Сноу! Как продвигается ваша научная работа? Когда будете ее представлять?

– Братья Шлегель обещали продемонстрировать новое сырье для изготовления противовоспалительных препаратов. Говорят, все, что есть в наличии, уже предсказано!

– Вы слышали? Советник Коннингтон должен сегодня держать речь!

Я чуть не споткнулась, когда прозвучало имя советника. И здесь без него не обошлось. В груди поселилось необъяснимое волнение. Как будто мне предстояло сдавать экзамен.

Ольга, что ты нагнетаешь? Здесь такое количество людей, что ты даже с ним не встретишься. Максимум послушаешь речь, которую он будет говорить со сцены.

– Леди Беверли! Какой приятный сюрприз, – чья-то рука легко коснулась моего локтя.

Я в панике обернулась, почему-то решив, что это был Коннингтон, но увидела перед собой дерзкую улыбку лорда Редгрейва.

Глава 36

Я выдавила из себя жалкое подобие улыбки и отняла руку, давая лорду понять, что мое отношение к нему нисколько не изменилось.

– Вы сегодня обворожительны. Впрочем, как и всегда, – произнес Редгрейв, не сводя с меня взгляда, который говорил гораздо красноречивее его слов.

Я снова улыбнулась.

– Когда открытие аптеки? – спросил лорд, явно намекая на то, что он не получил приглашение.

– На днях состоится мероприятие для лекарей, – холодно отозвалась я, окидывая взглядом толпу и выискивая в ней знакомые лица. Проводить вечер в обществе Редгрейва мне совершенно не хотелось. К тому же моей целью было не праздно пошататься по выставке, а завести полезные знакомства.

– Леди Беверли! – услышала я спасительный голос в толпе. Это был как раз один из братьев Пикаров, поставщиков стеклянной тары для аптекарей, которые и позвали меня на вечер.

– Прошу меня извинить, – кинула Редгрейву и стала пробираться к стоящему у столика Жану.

– Конечно, леди Беверли, – процедил мой незадачливый поклонник, – я вижу, что у вас тут дела. На губах Редгрейва появилась фальшивая улыбка, а взгляд вмиг стал холодным и жестоким.

Я поспешно отвернулась и подошла к Жану Пикару.

– Вы первый раз посещаете Большой вечер? Я рад, что вы пришли. Позвольте мне показать вам то, что я знаю.

– С большим удовольствием, – ответила я, окинув взглядом огромный зал. Не будь у меня проводника, я бы здесь потерялась.

Все пространство павильона было условно разделено на три части.

Первая – перед небольшой сценой – была организована для светского общения. Между высоких столиков сновали официанты, предлагая шампанское и легкие закуски. Люди группировались небольшими компаниями и, насколько я уловила, обсуждали преимущественно городские сплетни, а не последние новости отрасли.

В другой части стояли столы с представленной на них фармацевтической и медицинской продукцией, далекий прообраз выставочных стендов. А в третьей секции, как мне объяснил Жан, заседало научное сообщество. Желающие могли послушать доклады и выступления ученых.

– Все, что имеет значение на текущий момент, озвучит советник в приветственной речи, – сказал мой сопровождающий, – Август (младший из Пикаров) держит нам место в первом ряду. Но если вы хотите послушать, как разлагается ртуть, то можем пройти туда.

– Не сейчас, – быстро отозвалась я.

Меня гораздо больше интересовало сырье и медицинские инструменты по закупочным ценам.

Сопровождаемая Жаном, я отправилась изучать, чем жило местное профессиональное сообщество, и была приятно удивлена. Я нашла новых поставщиков на жаркую воду (или спирт), на наиболее часто используемые растворы, еще одну компанию, производящую медицинские инструменты, поставщиков бинтов, зажимов и ваты, солей и порошков для отдушек.

Везде, где я задерживалась более пяти минут и вступала в беседу, оставляла листовки с рекламой «Рефинума Экстра» и адресом новой аптеки.

– О! Так это вы? Мне сегодня кто-то уже говорил про спасительный препарат от боли, – воскликнула женщина, с которой я обсуждала растворимость сирония, – кажется, это была племянница леди Маргери. Я обязательно приду за этими пилюлями, тем более живу недалеко от площади Торлингов.

Я не ожидала, что сарафанное радио заработает так быстро. Леди Уотсон постаралась на славу.

– Буду вам очень рада! – сказала я.

– Пойдемте слушать советника, – обратился ко мне Жан.

Мы вернулись в фуршетную зону и встали в первом ряду в ожидании речи Коннингтона. Через минуту советник появился на сцене – как всегда безупречно одетый, с бесстрастным выражением лица. Его взгляд скользнул по залу. На секунду задержался на мне. Черт! Кажется, мой план затеряться в толпе не сработал.

Коннингтон начал говорить, и стоящий до этого гул в зале постепенно сошел на нет. Я заметила, как оживилось лицо советника, в глазах появился живой блеск, в голосе – эмоции (насколько это слово вообще было применимо к Коннингтону). Недаром говорят, когда человек занимается любимым, он преображается. Советник так увлеченно рассказывал про последние достижения в науке, про новые стремления, про задачи, стоящие перед медициной, что я невольно поддалась импульсу и в какой-то момент зааплодировала вместе со всеми. Хотя для человека из моего мира в озвученных открытиях не было ничего нового.

– Хорошая речь, не находите? – прозвучал рядом со мной голос Редгрейва.

Да что же за прилипчивый тип! Как ему объяснить, что я не собиралась играть в его игры?

– Не желаете ли шампанского? – лорд передал мне бокал.

Я приняла напиток, только чтобы не устраивать сцену прилюдно. В этот момент снова встретилась взглядом с Коннингтоном. Мне было неприятно, что советник видел меня в обществе кузена короля, который стоял рядом и дерзко улыбался.

От волнения и неловкости я сделала большой глоток из бокала. Меж тем Коннингтон закончил говорить и покинул сцену под громкие аплодисменты публики.

Воспользовавшись моментом, я в очередной раз ускользнула от Редгрейва, чтобы еще побродить по выставке. В толпе мелькнул знакомый сюртук. Кажется, Коннингтон был занят тем же самым. Я допила шампанское, отдала бокал официанту и стала рассматривать образцы растирочных камней, представленных на ближайшем стенде.

Наклонилась над заинтересовавшим меня экземпляром и почувствовала, что голова закружилась. Слишком сильно для одного бокала шампанского. В следующий момент мне стало трудно дышать.

– Леди… посмотрите еще вот этот образец, – сказал приятный мужчина, стоявший за столом.

– Мне… мне надо выйти на свежий воздух.

Я начала пробираться к выходу. Навстречу мне шел Коннингтон. Я чувствовала, что лицо горело, но на этот раз не от неловкости или смущения. Со мной что-то происходило.

– Воды? – я обернулась и вновь увидела рядом лорда Редгрейва.

Схватила предложенный мне стакан и выпила его залпом. Перед глазами все плыло.

– Пойдемте, вам нужно на улицу, – голос лорда звучал откуда-то издалека.

– Я… я не пойду с вами.

Сильная рука ловко подхватила меня за локоть и направила к выходу. Ноги были ватными. Что… что происходит? Куда я иду? Мне… нужно отделаться от Редгрейва.

Оказавшись на улице, я полной грудью вдохнула свежий воздух в надежде, что мне сейчас полегчает. Но стало только хуже. К крыльцу павильона подъехала небольшая черная карета. Редгрейв распахнул передо мной дверь.

– Прошу вас, леди Беверли, карета подана.

– Но… я не собираюсь с вами уезжать, – невнятно пробормотала я.

Беспомощно обвела глазами стоявших на крыльце людей. Может быть, пора было звать на помощь? Кажется, в дверях стоял Коннингтон. Или у меня уже начались галлюцинации?

Я схватилась за дверцу кареты, чтобы не упасть, и почувствовала, как лорд мягко толкнул меня внутрь.