Текст книги "Волшебная аптека попаданки 2 (СИ)"

Автор книги: Вера Амулетова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 21

Я приклеилась к месту, разглядывая вырезанный на прилавке символ. Может быть, показалось? Но нет, с какой стороны я на него ни смотрела, знак не выглядел как случайный набор элементов. Что же это?

Стоило мне отбросить все мысли про орден и про поиски философского камня и сосредоточиться на будничных делах, как эта история снова напомнила о себе. Скрывался ли в этом особый смысл? Или просто совпадение? Если орден был популярным, то ничего странного в том, что я обнаружила его следы в магазине со старой мебелью, по идее, не было. Или все же было?

– Сколько стоит этот прилавок? – спохватилась я, услышав покашливание хозяйки за моей спиной.

– Сто пятьдесят терралов, – безразлично ответила женщина.

– Я его беру, – быстро сказала я.

Я настолько была взбудоражена открытием, что даже забыла поторговаться. Мне не терпелось оказаться дома и как следует изучить купленный мной новый предмет интерьера. Вдруг в нем обнаружится тайник или какие-нибудь зашифрованные послания ордена.

Я еще немного порылась среди старой мебели и приобрела прекрасно сохранившийся гарнитур из стола, четырех стульев и кушетки для отдыха, который запланировала поставить в торговый зал, а также шесть хрустальных светильников. И все это – за бесценок, если сравнивать с Амбердорфом. Мысленно поблагодарила Диксона-старшего за то, что рассказал мне про Галифакс.

Договорилась с хозяйкой, что мебель мне доставят на следующий день, и отправилась на поиски стеллажей и оборудования для аптеки.

Мне пришлось наведаться еще не в одну лавку, перебрать развалы, порыться в горах хлама, прежде чем я нашла то, что искала. В итоге мои труды были вознаграждены. Я купила три стеллажа из темного дерева в очень хорошем состоянии, на одном из них не хватало всего двух полок, что быстро исправит Стенли. Приобрела кассовый аппарат, три коробки с пузырьками и баночками, два набора старинных колб с выгравированным на них гербом в виде цветка и выползающей из него змейки.

Не удержалась и добавила к покупкам еще хрустальную люстру конусообразной формы, которой тоже планировала украсить торговый зал. Второй этаж аптеки я пока решила оставить без мебели. Возможно, со временем оборудую одну спальню, чтобы можно было там жить, но пока я выделила финансы на то, чтобы открыться.

Я прошла почти все торговые ряды и приобрела еще мешки с сырьем и бутыли с растворами для изготовления лекарств. Все это время мысли крутились вокруг прилавка и загадочного ордена. Идея наведаться в поместье Лиора вновь возникла в голове, но я тут же себя осадила. Ольга, у тебя кредит и нет флагманского продукта, а ты собираешься лазать по разрушенным домам только потому, что увидела на старой вещи знакомый символ. Пора бы уже вернуться в реальность и начать снова трезво смотреть на жизнь, которая, кстати, не преминула напомнить о себе комьями грязи и пыли, вылетевшими из-под колес кареты, пронесшейся мимо.

– С дороги! – услышала я возглас кучера.

Я посмотрела на испачканное платье и вздохнула. Пока моя реальность была далека от золота всего мира.

Закончив с покупками, я вернулась на площадь и наняла извозчика. Я с ног валилась от усталости и голода. Даже не побрезговала уличной лепешкой, которая еще утром вызывала у меня вопросы. Усевшись в коляску, я откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Меня уже не беспокоили ни рытвины, ни ухабы. Я даже не заметила, как провалилась в сон.

Дома я оказалась поздней ночью. Разложила те покупки, что взяла с собой, быстро приняла ванну, смывая с себя дорогу и усталость, и отправилась спать.

Все утро я провела в ожидании доставки мебели, меряя шагами лабораторию и допытывая Чандлера.

– Вы видели раньше подобные прилавки? Что означает этот символ? Может быть, за ним что-то скрыто?

– Леди Беверли, мы все выясним через несколько часов, – проговорил старик, – имейте терпение.

Вот чего-чего, а терпения мне как раз не хватало, поэтому чтобы хоть чем-то себя занять, я решила перемыть и простерилизовать все колбы, пузырьки, стеклянные палочки-пипетки и пробирки, которые приобрела вчера, а, закончив с этим, поехала на стройку.

За делами время пролетело незаметно, и, когда я вновь оказалась в аптеке, Китси и Чандлер как раз объясняли рабочим, как разместить прилавок на заднем дворе. Торговый зал в новой аптеке был еще не готов, так что мебель привезли на улицу Лланвайер.

Как только с разгрузкой было покончено, я тут же бросилась к прилавку – принялась прощупывать миллиметр за миллиметром в надежде услышать заветный щелчок.

Не знаю, сколько по времени я так провозилась, но в итоге была вынуждена признать, что ошиблась. Не было здесь никакого тайника или послания. Расстроенная, я уселась на траву и уставилась на символ. Ко мне подошел Чандлер.

– Как успехи леди Беверли? – поинтересовался старик.

– Их нет, – проворчала я, – я ничего не нашла.

Аптекарь подошел к прилавку и начал его осматривать.

– Если вы думаете, что я там не смотрела, то вы ошибаетесь, – сказала я старику, который исчез с другой стороны массивной столешницы.

– Эта деталь лишняя, – услышала я голос Чандлера через какое-то время, – идите сюда.

В одно мгновение я оказалась рядом со стариком, который снимал с проржавевшего крепления резной квадратик. Я почти не дышала и наблюдала за его руками.

Под квадратиком оказалась темная полость, откуда Чандлер извлек лист бумаги и стопку пожелтевших от времени фотографий. Старик протянул мне находки.

Я взяла первую фотографию и пригляделась. Одиннадцать человек – шесть женщин и пять мужчин сидели в кругу перед кристаллом, установленном на своеобразном алтаре.

– О нет! Я не думал, что мне снова придется с ней встретиться! – воскликнул Закари.

Я в недоумении перевела взгляд на призрака, который схватился за горло и сделал вид, что упал замертво.

Глава 22

– Не хотелось бы тебе напоминать, но ты уже… – начала было я, но вовремя вспомнила о стоявшем рядом Чандлере. Он-то не видел изображающего смертельные муки Закари. Я притворилась, что закашлялась, и принялась рассматривать фотографию.

Взгляд скользил по сосредоточенным лицам мужчин и женщин. Правая рука каждого лежала на алтаре, глаза смотрели на кристалл. Казалось, еще немного и картинка оживет – произойдет то, что все они ждали.

Снимок был настолько старым и выцветшим, что лица сидевших у алтаря людей я могла разглядеть с трудом. Но все же четкости хватило на то, чтобы понять – одна из девушек была если не точной копией, то очень похожей на меня. Те же кудрявые, непослушные волосы, выбивающиеся из-под покрывающего голову капюшона, тонкие губы, большие глаза. Предположу, что голубые.

Я быстро просмотрела другие фото в этой же стопке. На всех был запечатлен мужчина с пышными усами и преимущественно за работой в аптеке.

– Позвольте взглянуть? – попросил Чандлер.

Я протянула старику снимки. Чандлер долго рассматривал общую фотографию, а потом перевел взгляд на меня. Он не мог не заметить нашего сходства с одной из участниц загадочного ритуала.

– Леди Беверли, – сказал старик, – на этом снимке… кажется… ваша родственница?

– Хах! Родственница! – неожиданно «ожил» призрак. Я даже вздрогнула. – Отравительница!

– Да замолчи… да, мне тоже так показалось, – обратилась я к Чандлеру.

– Вы что-нибудь о ней знаете? – недоуменно поинтересовался старик.

Я о себе-то ничего не знала, не то что о родственниках. Но, кажется, семейка у меня была интересная. Прабабка, отравившая молодого лорда и состоявшая в тайном ордене Золотого Кальдиса – как минимум это уже о многом говорило.

– К сожалению, нет. Мать никогда не рассказывала мне о чем-то подобном, – я постаралась сформулировать ответ как можно более неопределенно, боясь себя выдать, – посмотрите, здесь какой-то рецепт.

С этими словами я вручила аптекарю извлеченный из тайника лист бумаги. Мне хотелось отвлечь его от моей родовой истории.

– Попробуем его повторить? – спросила я.

Старик пробежал глазами полустертые строки.

– У нас вряд ли это получится, – ответил он после небольшой паузы, – здесь неполный рецепт. Чандлер указал мне на оторванный край, который я не сразу заметила.

Это мы еще посмотрим. По всей видимости, рецепт принадлежал аптекарю, который был изображен на большинстве снимков. Очень может быть, что, собираясь такой вот прекрасной компанией, они что-то и изобрели. Что-то, что скрыли от всех и уже унесли с собой в другие миры. Но…

– Если вы позволите, я попробую с ним поработать, – сказал Чандлер, прервав поток моих мыслей, – перепишу ингредиенты.

– Да-да, пожалуйста, – быстро ответила я.

Старик отправился в лабораторию, а я села на лужайку перед прилавком и уставилась на символ ордена. Вот как все получилось. Теперь я отказывалась верить в совпадения. Сначала – замки-головоломки, потом история ордена, которая меня заинтересовала, и вот вишенка на торте – моя прабабка на старом фото, найденном в случайном тайнике. Этот мир определенно мне на что-то намекал.

Вечером, когда Чандлер уже ушел, я засела в лаборатории, поднесла фотографию к лампе, вооружилась лупой и принялась заново изучать снимок. Теперь я хотела рассмотреть каждую деталь.

Люди сидели в просторной комнате с каменными стенами. Пол был застелен ковром с восточным орнаментом. На стенах висели светильники с горящими свечами внутри и гобелены.

На алтаре, помимо кристалла, я разглядела две колбы, заполненные жидкостями стеклянную палочку. На емкостях – какой-то рисунок. К сожалению, как я ни напрягала зрение, понять, что было на гравировке – не смогла.

Рядом с одним из мужчин на полу лежали книга или тетрадь.

Я снова посмотрела на свою родственницу. На изящном запястье вроде бы был браслет и, кажется, перстень на указательном пальце. Этих украшений среди вещей моей предшественницы я не нашла. Или плохо искала? Надо бы получше перерыть фургон. Может быть, и там обнаружится тайник.

А это что? Я сощурилась и почти вплотную приникла к лупе. Из стены, рядом с украшающим ее гобеленом торчала какая-то штука. Рычаг? Или просто тень? Но тень здесь нечему было отбрасывать.

Я откинулась на стуле и задумалась. Тайна ордена, теперь еще и связанная с прабабкой Беверли, притягивала магнитом. Поддайся я внутреннему импульсу, то прямо сейчас вскочила бы и побежала в поместье Лиора. Доказательств, что на фото было именно оно, у меня не имелось. Но и других идей, где еще искать эту комнату, тоже.

Да, лезть ночью в старый дом, было глупо и против всякой логики, но что-то внутри меня заставляло всерьез об этом задуматься. Я же ничего не теряла. Я вскочила и схватила с полки свечи.

Ольга, отправляйся-ка спать, а завтра, добро пожаловать на стройку. Внешнюю стену плохо побелили, и ты хотела обратить на это внимание Диксона-старшего. От младшего все равно толку мало. К тому же нужно попросить Стенли заняться купленными стеллажами. И еще обнаруженная сегодня трещина на оконной раме на втором этаже…

Положи корзину, свечи, убери подальше фотографию и не старайся разгадать все тайны этого мира. Первый платеж по кредиту, кстати, уже не за горами, а еще налоги…

Я вздохнула и подчинилась голосу разума. Все так. Мне нужно было хорошенько выспаться и утром отправиться в новую аптеку. Тем не менее наполовину собранную корзину я оставила как есть. Я просто не пойду в поместье Лиора сейчас, но я эта идея уже проросла во мне, так что я не могла от нее отказаться.

Глава 23

Следующие три дня я корпела на стройке. У меня в буквальном смысле не было ни одной свободной минуты, так что к фотографии и к мысли о посещении особняка Лиора я возвращалась лишь вечерами, уже в лаборатории.

Чандлер, в свою очередь, возился с найденным рецептом, пытаясь разгадать его назначение и дополнить ингредиентами. Как аптекарь ни старался, у него ничего не выходило. Точнее, выходила непонятная густая смесь черного цвета, которую вряд ли можно было использовать в качестве снадобья.

В один из вечеров я тоже решила попытать счастье с рецептом в надежде, что родственные связи дадут о себе знать – я войду в творческий поток и пойму, чего же в нем не хватало. Вместо этого я создала еще две разновидности капель от насморка, которые, кстати, не пользовались большим спросом, так как погода в Амбердорфе по большей части была прекрасной. Единственное, где люди могли простудиться – это на реке, и то, если приложат к этому сверхусилия.

После того как я нашла фотографию, Закари словно воды в рот набрал и держался от меня на почтительном расстоянии. Неужели один вид моей прабабки внушал ему такой ужас? Как я ни пыталась выудить у призрака подробности его прошлой жизни (помимо рассказов про бесконечные адюльтеры), у меня ничего не получалось.

Солнечным утром третьего дня я вышла из аптеки и столкнулась с леди Милн. Глядя на озабоченное лицо булочницы, я сразу заподозрила что-то неладное.

– Леди Беверли, – запричитала женщина, – у меня для вас не очень хорошие новости. Мой дорогой Стенли…

– Что с ним случилось? – быстро спросила я, начиная беспокоиться.

– Вчера, когда муж вернулся домой, я стала разогревать его любимую рыбную похлебку. Я вам потом дам рецепт этого чудесного супа. А под такое блюдо Стенли иногда любит пропустить рюмочку крепкого. Он подошел к буфету, открыл дверцу и потянулся к верхней полке, чтобы взять графин. А потом… раз! – леди Милн театрально замолчала.

– Что «раз»? – в недоумении переспросила я.

– Чихнул.

– И?

– Вскрикнул и скорчился от боли, схватившись за спину. Со вчерашнего дня не может разогнуться, – посетовала булочница, – я пришла за согревающей мазью и сообщить, что Стенли не сможет в ближайшие дни работать на стройке.

Ох! Скорее всего, у бедняги Стенли была грыжа, и согревающая мазь тут вряд ли быстро поможет. Хороший массажист и противовоспалительный укол сработали бы лучше, но таких опций не было. Я выдала расстроенной леди Милн банку со снадобьем, пожелала Стенли скорейшего выздоровления и отправилась в аптеку, где остался его напарник.

Что же, придется быть на подхвате. Дощатый пол я, конечно, не уложу, но прибить пару полок я точно была в состоянии. Хотя отдавала себе отчет, что отсутствие одного работника (к тому же основного) сильно замедлит процесс.

В голове снова возникла мысль о создании лекарства быстрого действия. Только как мне это сделать? Пока из-под моей руки выходили лишь капли против насморка или аллергии.

Работа на участке кипела. С дома уже сняли леса, и я с удовольствием окинула взглядом свежеокрашенное здание с ярко-красной черепичной крышей. Аптека достойно вписывалась в стиль домов на улице Пяти углов и в районе площади Торлингов. Только вот состояние сада оставляло желать лучшего. Почти весь он был раскурочен. Навстречу мне шел господин Питерс, который занимался электрикой и коммуникациями.

– Леди Беверли, – проговорил мужчина, – водопровод не работал, и я позволил себе выкопать траншею, чтобы добраться до трубы.

– Траншею? – переспросила я, озираясь вокруг. – Вы перекопали весь сад!

– Мы не знали, где она точно находится, – пожал плечами Питерс, – к этим работам мне пришлось привлечь новых людей. Их старания нужно будет оплатить отдельно.

Когда я услышала сумму, я готова была схватить лопату и ударить им Питерса по голове. Да за сто десять терралов я бы сама вскопала сад и нашла эту злосчастную трубу!

Учитывая, что это была чистая самодеятельность со стороны господина Питерса, я уведомила его, что заплачу тридцать терралов и ни слотки больше.

– Впредь не предпринимайте действий, которые со мной не согласованы! – заявила я и, оставив ошарашенного работника на лужайке, отправилась переодеваться. Я была даже рада, что мне сегодня предстояло поработать молотком. Нужно было выплеснуть эмоции.

Помощи в плотницком деле от меня было, конечно, немного. Прибила заднюю стенку буфета да три полки в торговом зале. И тут же взялась их красить. Раз купленный в Галифаксе стеллаж (который пока не доставили) был из черного дерева, я решила всю мебель выкрасить в темный оттенок. В сочетании со светлыми стенами и текстилем должно было хорошо смотреться. А когда повешу светильники и люстру…

День меня порядком вымотал. Однообразная картинка и проблемы погрузили рутину, из которой мне пока сложно было выбраться. К тому же задачи калейдоскопом сменяли друг друга. Одни решались, и тут же появлялись новые. Теперь нужно было искать садовника и где-то найти деньги.

Придя домой, я взяла со стола корзину, которую начала собирать еще три дня назад и положила туда маленький совок и бутыль с водой. Я понятия не имела, что еще мне могло понадобиться в разрушенном поместье Лиора, но я твердо решила отправиться туда завтра же.

Глава 24

На имеющейся у меня карте города, которую я приобрела еще в свою первую прогулку по Амбердорфу, Чандлер показал мне район, где находилось поместье Лиора. Это была самая окраина южной части.

– Зачем вам проделывать такой пути ради дома, от которого мало, что осталось? – с сомнением в голосе спросил меня аптекарь. – Вы думаете, никто не обыскивал поместье после смерти мага? Поверьте мне, охотников за философским камнем было немало.

В этом я как раз нисколько не сомневалась. Меня и саму посещали те же мысли. Но комната, увиденная на старом снимке, уже настолько прочно поселилась в голове, что я обязана была проверить единственное доступное место, где она могла бы находиться.

– От поместья остались одни развалины, будьте аккуратнее, – произнес Чандлер и окинул взглядом мое платье, как бы намекая, что в пышной юбке лазать меж древних стен было не очень удобно. Не могла же я отправиться в городском экипаже в таком же виде, как разгуливала на стройке. Придется смириться с неудобствами.

Я попрощалась со стариком, взяла корзину, куда дополнительно уложила еще пару бутербродов, и вышла на улицу. Извозчики здесь были рады дальним заказам как хорошей возможности подзаработать. Что за несправедливость? В поместье Лиора к черту на куличики ехать был готов каждый второй экипаж, а на улицу Пяти углов к моей новое аптеке желающих еще надо было поискать. Видимо, предания о маге и ордене уже потеряли свою актуальность.

На подъезде к тому месту, где должно было быть поместье, выяснилось, что ремонтом ведущей к дому дороги никто не занимался, видимо, со времен самого Лиора. Так что я отпустила извозчика и отправилась по уходившей наверх улице, от которой осталось одно название. Здесь был пустырь да парочку нежилых хибар.

Вдалеке маячили зеленые кроны деревьев.

Порядком запыхавшись, я дошла до заброшенного парка. О том, что я двигалась в верном направлении, говорили покосившиеся створки чугунных ворот с приколоченной рядом с ними табличкой. Я достала из корзины бутыль с водой и тряпку и протерла едва различимую надпись.

Сей дом принадлежит Лиору.

Величайшему из ныне живущих магов.

Я усмехнулась. Скромности хозяину поместья было не занимать. Под последней строкой разглядела уже знакомый мне символ ордена Золотого Кальдиса.

Прошла в ворота и тут же оказалась окутанной тенистой прохладой и тишиной, словно я пересекла невидимую черту между будничным миром и миром тайны. В сердце поселилось чувство предвкушения, смешанное с любопытством.

Я решительно зашагала по аллее к тому месту, где, как я предполагала, должен был находиться дом, точнее, то, что от него осталось. Меня окружали высоченные старые деревья. То тут, то там слышались шорохи. Ветер гулял в пышных кронах, загораживающих солнце.

С каждым шагом я уходила от света и привычной житейской суеты в загадочный сумрак. Бррр… мне даже стало не по себе, когда я оглянулась и увидела, что деревья будто бы сдвинулись за моей спиной, скрыв дорогу.

Ольга, это просто визуальный эффект. Видимо, так и было задумано архитектором, чтобы нагнать жути и тайны на посетителей.

Справа от меня стояла почерневшая от времени мраморная скамейка, а в глубине парка я заприметила крышу беседки. Чтобы добраться до нее, пришлось бы лезть через бурелом, чего мне не хотелось. Не хватало еще порвать чулки или подвернуть ногу. Кстати, надо было взять удобную одежду с собой. В этих зарослях я точно бродила в одиночестве.

Когда я, наконец, увидела впереди просвет, то поняла, что порядком устала. Все же аллея была рассчитана на то, чтобы по ней ездили верхом, а не преодолевали марш-броском на своих двоих. Я присела на поваленное дерево и перевела дух. По большому счету мой квест только начинался.

Аллея закончилась, и передо мной открылся вид на бывшее поместье – разрушенный каменный забор, за ним – сад с колючими кустарниками и дом, если это покалеченное временем сооружение можно было так назвать.

Я подвязала платье выше колен, чтобы не цепляться кружевной юбкой за шипы и ветки, и направилась к темнеющим колоннам, которые раньше украшали фасад.

Возникло ощущение, что воздух здесь как будто бы был более густой. Я даже остановилась ненадолго и сделала пару глубоких вдохов и выдохов. Я, конечно, не верила ни в какие потоки энергии, места силы и все в этом роде (пока была человеком двадцать первого века на планете Земля), но сейчас… мне казалось, что поместье, да и вся окружающая его территория были окутаны магической аурой. Уж не знаю, было ли это наследие Лиора, или он изначально выбрал «особенное» место для своего дома.

Чем ближе я подходила к крыльцу, тем сильнее чувствовала вибрации в теле и тем больше замедляла шаг. Как будто кто-то невидимый задавал мне вопрос. Точно ли я хочу туда проникнуть?

– Естественно, – сказала я вслух и испугалась собственного голоса, прозвучавшего слишком громко в царившей вокруг тишине.

Ай! В ногу впилась колючка, а в следующий момент мне пришлось продираться сквозь сплетенные ветви кустарника. Цепляясь волосами и платьем за шипы, я кое-как пролезла через дикую арку и оказалась перед круглой мраморной тумбой – солнечными часами. Поодаль валялись осколки статуи. Я разглядела половину кудрявой женской головы, поросшую мхом.

Обошла часы и приблизилась к ступеням. Посмотрела наверх – черная дыра в лепнине над дверью. Видимо, когда-то здесь был герб или символ. Собственно, от самой двери осталась лишь половина.

Поместье было огромным. Я насчитала двадцать уцелевших колонн, расходящихся от входа. Где-то уже не было стен, где-то части крыши, а та, что еще не рухнула, поросла травой и маленькими деревцами. Еще несколько лет, и здесь повсюду будут бушевать колючки.

Я постаралась унять поднявшуюся внутри тревогу и сделала осторожный шаг в темнеющее передо мной пространство.