Текст книги "Благие намеренья (СИ)"

Автор книги: Василий Коледин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Иван сел в свободное кресло, и с нетерпением посмотрел на меня. Я заметил его взгляд, но не подал виду.

– Точно не хочешь кофе? – я еще раз спросил гостя, потянувшись за второй чашкой.

– Нет, спасибо. Так ты не передумал?

– О чем? – притворно удивился я, хотя прекрасно понимал, о чем тот спрашивал.

– О твоем вчерашнем желании? Или твои слова не имеют силы? Они пустой звук? – стал он меня подначивать. Катя многозначительно посмотрела на меня, говоря глазами: «Вот видишь? Я же говорила!».

– Нет, я помню. Я готов. Что нужно делать? – не смотря ни на что, я не смог противостоять его напору.

– У тебя сейчас нет никаких дел? – спросил он и строго посмотрел на Катю. Та выдержала его взгляд, не отведя своих глаз.

– Ну, мы тут беседовали с Катей, хотели сходить…

– …Отлично! Значит свободен! – не дослушал меня Иван. – Допивай свой кофе и поехали!

– Куда?

– Кое-что покажу тебе.

Он достал сигарету, прикурил ее, сделал несколько глубоких затяжек и, развалившись в кресле, стал тарабанить свободной рукой по столу, показывая мне и Кате свое нетерпение. Я не торопясь допил вторую чашку, достал сигарету и тоже закурил.

– Далеко идти? – спросил я, выпуская вверх облако дыма.

– Ехать. Нет не очень, – скупо ответил Иван.

– Сколько по времени это займет? – продолжил уточнять я.

– Слушай! Если отказываешься ехать, то скажи прямо! А то столько вопросов! Поедешь или нет?

– Поеду, поеду.

– Не переживай, едем на часик, другой, не больше, Катя подождет, – смилостивился мужчина.

Я затушил сигарету, Иван сделал тоже самое. Мы поднялись.

– Так всё-таки поедешь? В таком виде? – еще раз спросил меня Иван, критически окинув меня взглядом.

– Собственно, что тебе не нравиться? – я опустил голову и осмотрел свою одежду. Шорты, легкая рубашка с коротким рукавом, на босу ногу мокасины. В общем очень удобно и не жарко. – Мы, что в театр едем?

– Да нет. Всё нормально. Едем!

– Катя, ты остаешься? – спросил я девушку.

– Она остается. Она всё уже видела, – ответил за девушку Иван.

Взяв под локоть, он повел меня к автопарковке. Катя осталась сидеть на веранде. Спустившись на дорожку, я оглянулся и увидел, что она встала и вошла в дом.

У Ивана оказался небольшой китайский внедорожник. Раньше я никогда не сидел внутри китайских машин, как-то не представлялась возможность. Как ни странно, машина меня не разочаровала. Конечно, комфорт был не сравним с удобствами «немок», но он точно превосходил на голову наши «тазики».

Я сел впереди на пассажирское место, рядом с Иваном. Он уверенно повернул ключ зажигания. Машина взревела. Водитель не стал торопиться, а решил немного подождать прогрева двигателя.

– Слушай, а как же вы управляете автомобилями, если у вас даже нет прав? – поинтересовался я.

– Почему нет? – он достал из бумажника пластик и протянул мне.

Я взял в руки тонкий розовый, почти гламурный прямоугольник и покрутил его в руках. Права казались настоящими. Фото было похоже на Ивана, правда тот человек звался Семёном, а фамилия у него была Смирнов.

– Семён? Смирнов? – прочитал я и посмотрел на Ивана. – Подделка?

– Ага, Семён, – засмеялся Иван. – Почему подделка?! Всё настоящее.

– А как так? – удивился я.

– Есть свои люди там… – он протянул руку и забрал у меня права.

– А машина?

– Аренда.

– На Семёна?

– Конечно, он же водитель. Ладно, поехали! – он сдал задним ходом, развернулся и выехал на дорогу.

Доехав до трассы, мы повернули не направо в сторону парома, а налево, вглубь материка. Иван хорошо разогнался, и я понял, что нам еще ехать и ехать. Водитель молчал и не предпринимал никаких попыток заговорить. Я покрутил приемник и поймал какую-то радиоволну, на которой играла приятная музыка. Мимо проносились знакомые пейзажи, виденные мной сотни раз, но в качестве водителя. Оказалось, что пассажиру они представлялись немного в другом свете.

Через двадцать минут впереди показался съезд, подъехав к которому, мы повернули направо и продолжили путь по довольно хорошей, ухоженной дороге, но очень узкой. При появлении встречных машин Ивану приходилось немного съезжать на обочину. Вскоре стали чаще попадаться лесополосы, которые совсем отсутствовали в районе возле отеля. А еще через короткое время мы въехали в лесок. Дорога стала вилять и потянулась в гору.

– Приехали! – Иван остановил «китайца» на небольшой технической площадке, на краю которой благоухал «туалет типа сортир».

– Я не хочу пока, – пошутил я.

– Мы не за этим здесь остановились. Выходи.

Я вышел вслед за Иваном из машины. Он махнул мне рукой, призывая следовать за ним и повел по тропинке вглубь леса. Признаться, я немного напрягся. Куда он меня ведет? – подумал я. – Уж не на убой ли?

Пройдя метров сто, мы уперлись в высокий кирпичный забор, тянувшийся далеко влево и вправо. Высота этого добротного сооружения была приблизительно два с половиной метра, а то и три метра. Вверху я увидел завитки колючей проволоки. Вдоль забора тянулась хорошо протоптанная дорожка, заросшая по краям высокой травой.

– Что это? Зона что ли? – спросил я.

– Нет, но местному хозяину давно следует туда переселиться. Идём вокруг. Посмотришь на все.

– Зачем? Я и так вижу, что забор неприступный.

– Потом всё объясню. Смотри внимательно, запоминай, потом обсудим.

Я пожал плечами и поспешил за Иваном, идя почти след вслед за ним. Совершенно не понимая цели нашего обхода, я, тем не менее, внимательно осматривал забор, тропинку, бегущую вдоль него, деревья, растущие рядом с ним. Через какое-то время мы вышли к высоким железным автоматическим воротам. Кроме кирпичной проходной, в которой сидел охранник, здесь стояло несколько камер наружного наблюдения. Перед воротами асфальтированная дорога значительно расширялась, переходя в большую площадку, на которой могло разместиться около двадцати машин.

Иван быстро перешел на другую сторону, я за ним. Пройдя метров десять, он остановился и повернулся лицом к проходной.

– Посмотрел?

– Да, просто так на территорию не попасть. Камеры, охрана.

– Причем охранник не один, а двое. Связь, как с вневедомственной охраной, так и с базой ЧОПа.

– Понятно. Дальше?

– Давай обойдем все вокруг. Для чистоты работы. Может твой свежий взгляд что-нибудь уловит и наведет на какую-нибудь здравую мысль.

– Хорошо, идем, правда, я так и не понимаю зачем.

Мы продолжили движение вдоль этой «кремлевской стены». Я мысленно рассудил, что такой осмотр необходим только в одном случае. И этот случай – кража – тайное хищение чужого имущества путем проникновения в жилище. Других вариантов мне на ум не пришло. Исходя из этого посыла я и стал осматривать территорию. Признаться, как я ни смотрел и не прикидывал в уме, что можно предпринять для этого самого проникновения, так ничего на ум не приходило. Забор действительно был основательным и абы кого не пропустит. Его высота и мотки колючей проволоки исключали возможность перелезть через него. Кроме того, я мог предположить, что там еще и ток пропущен. Камеры наружного наблюдения были установлены с интервалом, который не допускал «мертвых воронок» в обзоре. Деревья росли не меньше чем за три метра от тропинки, те же, что позволили нарушить установленную дистанцию были безжалостно спилены, о чем свидетельствовали очень низкие пеньки.

Территория, огороженная забором, составляла пару гектаров, не больше. Так как мы довольно быстро обошли вокруг забора и остановились в исходной точке, я запомнил её по кривой елке, согнутой у основания, словно она склонилась под тяжестью верхушки.

– Однако, – присвистнул я, – Форт Нокс и только.

– Ты так считаешь? – вздохнул Иван.

– Ну, я небольшой специалист в не знамо чём. Но забор славный и простого смертного он не пропустит. Через него просто так не перелезть, если речь идет об этом. Проходная тоже исключается, разве только штурмом. Вроде как Зимнего дворца в семнадцатом, – пошутил я.

– Ясно с этим. Пойдем! – и он уверенно зашагал к машине.

Я поспешил за ним. Мы сели в автомобиль и выехали на дорогу в обратном направлении. Через километр Иван свернул налево, проехал по дороге с глубокой колеёй и выскочил в поле, окруженное абрикосовыми лесополосами, местные называют эти деревья кульгой, по сути они и есть абрикос, только дикий. Здесь он заглушил двигатель и вышел из машины. Шпион достал из багажника какую-то коробку. Я внимательно наблюдал за ним. Открыв ее, он осторожно вынул из неё дрон, с четырьмя винтами, потом пульт управления и небольшой экран.

– Что ж, посмотрим на картинку сверху, – пробубнил он себе под нос. Потом посмотрел на меня и пояснил. – Сейчас запустим. Рассмотреть на этом экранчике всё внимательно не получится, поэтому я запишу видео, а вечером рассмотрим досконально и обсудим.

– Ладно, – согласился я, хотя понимал, что меня никто и не спрашивает.

Иван запустил летающего робота, тот стал подниматься над полем и почти сразу скрылся из глаз. Шум его четырех моторов замолк сразу, как только он поднялся на десять метров над землей. Я удивился насколько он бесшумен и почти незаметен для врага. За такими машинами будущее! – подумал я.

То, что происходило потом описывать не буду. Иван нажимал на кнопочки и рычажок пульта, смотря в экран маленького гаждета. Что он там видел, я не знаю, не смотрел. Исследовательский полет завершился приблизительно через час. Дрон вернулся к хозяину и так же, как его доставали из коробки, был помещен туда только в обратном порядке. Коробку Иван уложил в багажник и мы, сев в машину и развернувшись на кочках, вернулись сначала на узкую дорогу, а потом и на трассу, ведущую к парому. Обратный путь до отеля занял не больше получаса. Не считая времени на остановку, которую мы совершили примерно посреди пути. Иван вышел из машины и, попросив меня подождать, сходил куда-то, куда именно я не понял, так как не смотрел. Вернувшись он сел за руль, и мы продолжили движение. Вы когда-нибудь обращали внимание на то, что при путешествии путь из дома всегда гораздо длиннее чем путь к дому, по крайней мере, об этом можно сделать вывод по затраченному на дорогу времени. Мне показалось, что в отеле мы оказались совсем скоро. Иван аккуратно въехал на автопарковку и заглушил двигатель.

– До вечера, – сказал он и полез в багажник, а я в задумчивости поплелся домой.

Что вся эта поездка значила? – думал я. Уж не собираются ли они обворовать хозяев этой крепости? На душе скребли кошки. Нет, я не испугался, мне просто стало отчего-то очень неприятно, словно я измазался в застаревшей машинной смазке. Я вспомнил разговор с Катей. Она точно всё знала! Иначе зачем было заводить все те разговоры, пускать слёзы, уговаривать не участвовать в аферах Ивана.

Дома я принял душ, после чего накинул на себя белый банный халат. Выйдя из ванной комнаты, заглянул в холодильник. Там на дверце стояла початая бутылка красного вина, заботливо поставленная туда рукой Кати. Налив из мгновенно запотевшего темного стекла густой красной жидкости в скромный отельный бокал, я вышел на веранду. Дело близилось к вечеру. Солнце закатывалось и уже его лучи только скользили по крышам домиков. Отдыхающие, правда, еще не потянулись с пляжа, но по моим наблюдениям это должно было скоро произойти. Плюхнувшись в кресло и поджав под себя ноги, я стал пить вино и анализировать произошедшие события. Чем мне могло грозить участие в мероприятии, задуманном Иваном? Не знаю. Я даже не знаю, что он там задумал! Предположение с воровством просто лежало на поверхности, а, что на самом деле у того было на уме я не знал.

Выкуренная сигара не помогла моему мозговому штурму, оказавшемуся полным бессилием. И как в таких ситуациях обычно делал, я прогнал от себя все мысли, решив, что, не имея всей информации, правильных выводов сделать невозможно, а соответственно выработать своё отношение и дальнейшие действия нельзя.

– Ты вернулся, – Катя тихонько вошла на веранду. На ней был только раздельный купальник, а в руках полотенце.

– Да, только что, – как-то сухо получилось, решил я, но не стал ничего исправлять.

– А я ходила к бассейну. В нем вода теплее, а народу меньше. Но он совсем маленький. Поэтому немного позагорала.

– Не купалась?

– Купалась. Вода довольно сильно прогрелась. Подумать только, всего за несколько дней.

– Говоришь много народу на пляже?

– Да. Почти все постояльцы отеля. Наверное, все номера заняты?

– Да, почти все.

– У тебя ещё осталось вино? – спросила она, посмотрев на мой почти пустой бокал.

– По-моему ещё немного осталось. Бутылка на столе, в кухне, там же бокалы. Нальешь сама? – смягчил я тон, осознавая, что нет причин для обиды на Катю.

– Конечно, сиди, кури, сама всё сделаю.

Она положила полотенце на свободное кресло и скрылась в доме. Через пару минут вернулась с бокалом вина. Убрав полотенце, она села в кресло напротив меня и сделала глоток. Помолчав немного, будто выжидая нужного момента, но так и не дождавшись его, она решила заговорить.

– Как съездили?

– Съездили? А, хорошо…

– И что ты об этом думаешь?

– Катя, о чём? Я не понимаю, куда мы ездили, зачем и почему! Мы бродили вокруг здоровенной стены, потом запускали самолетики. Всё! Меня держат за дурака! Никто ничего не говорит! Я не обидчивый, но в этой ситуации мне обидно.

– Иван ничего не объяснил?

– Нет! Сказал только, что вечером покажет кино, которое он снял и что-то расскажет.

– Ну, тогда вечером ты всё и узнаешь.

– А ты не хочешь мне ничего рассказать?

– Хочу, но не могу. Пойми, это не моя тайна. Если Иван посчитает возможным, то он тебе всё объяснит, а если нет, то ты ничего не узнаешь. И от меня тоже ты не узнаешь, даже в первую очередь! Причем, пойми, это делается из благих намерений. Только в твоих интересах. Я считаю, что он поступает с тобой благородно и испытывает к тебе большое уважение. А я – любовь.

– В моих интересах? Как это?

– Так. Ведь «меньше знаешь, крепче спишь», не правда ли?

– Хм…, наверное…

Я постепенно стал понимать, что она имела ввиду. Действительно, если то, что затевают они опасно и несет в себе тяжкие последствия, то если я не буду участвовать в мероприятии, то мне лучше не знать ничего. Для меня незнание – это благо. Поэтому Катя не хочет мне ничего говорить, жалея меня. Во мне вдруг проснулось какое-то острое чувство нежности к сидящему передо мной прекрасному внешне и святому внутренне, по-настоящему полюбившему меня созданию. Я почувствовал сильное влечение к ней, непреодолимое желание обнять, почувствовать своей кожей ее нежную уже загорелую кожу, теплую и немного влажную. Прикоснуться к ее просоленным густым волосам. Грудью ощутить её упругую небольшую грудь. Языком дотронуться до ее языка. Видимо, Катя почувствовала мои желания. Наши взгляды встретились и, как говорят, между нами проскочила искра. Мы одновременно, не сговариваясь встали и обнявшись, пошли в дом.

Боже! Иногда я понимаю, что язык нам дан только для выражения общих, ничего не значащих действий, иногда мыслей, математических расчетов, но он совершенно не предназначен для объяснения настоящих, глубоких чувств и тонких ощущений. Впрочем, не только тонких ощущений, им невозможно объяснить и каскад взрывов любви, ковровых бомбардировок совокупления с обожаемым человеком, ядерного гриба любви. Я не могу описать то, что я чувствовал в доме рядом с Катей. У меня нет слов, нет дара точно описать моё состояние.

Как-то давно я в очень-очень желтой прессе прочитал некую теорию о жизни. В статье говорилось, что раньше мы были бестелесные духовные создания, которые летали себе, как бабочки и делали всякое добро. Но мы были лишены всех чувств, а нам чужды были все краски мира. Потом кто-то очень умный создал тела и совместил их с нашими душами. А сделал он это лишь для того, чтобы мы смогли насладиться физической жизнью, могли почувствовать прикосновения любящих, аромат моря, цветов, тела, красоту женщины и ей совершенство, услышать божественную мелодию, почувствовать вкус мёда. Все пять чувств были даны нам, дарованы, но временно и ненадолго. Расплата за это чудо – смерть – возврат в прежнее состояние бестелесного прозябания.

– Прости меня, – я целовал Кате шею и шептал ей на ухо.

– За что? – удивилась она.

– Я немного злился на тебя, дурак.

– Не злись на меня, пожалуйста. Я никогда не сделаю ничего, что может причинить тебе боль.

– Даже если эта боль будет необходимой? Единственным выходом для моего спасения?

– Нет, тогда я причиню тебе её, но только полностью осознавая её неизбежность. Обещай и ты сделать тоже!

– Обещаю.

– Обещай, что поможешь мне, когда ничего другого будет сделать нельзя, как причинить боль в последний раз. Боль, избавляющую от большей боли. Всеизбавляющую боль.

– Обещаю.

– Боже! Благодарю тебя! Благодарю за твоё великодушие и безмерную доброту ко мне. Благодарю за то, что в моей жизни могло случиться такое! Что несмотря ни на что я счастлива стала.

– Ты сейчас молишься? – улыбнулся я.

– Да, я благодарю Господа за дарованную мне жизнь. За возможность испытать такие сильные чувства. За надежду. За тебя.

– А мне тогда впору благодарить его за тебя.

– Так благодари Его!

Через открытые дверь и окно я услышал, как стали возвращаться с моря мои постояльцы. Дети бежали впереди родителей и спрашивали, что они будут делать вечером. Уставшие родители отделывались всякими отговорками. Где-то заиграла музыка, видимо, молодая пара вышла на веранду и включила погромче то ли телевизор, то ли свой гаджет. Жизнь обычная, обыденная, земная и привычная возвращалась в этот мир. Но то, что придавало ей божественность, а вернее кто придавал, лежал рядом со мной и теребил мои волосы, гладил мою грудь, дышал мне в шею. Запели замолкавшие днем птицы, но стали смолкать цикады, трещавшие без умолку в полдень. Вечер словно огромный трансатлантический гигант медленно, но уверенно вплывал в нашу жизнь.

ГЛАВА 9.

Иван, Елена, Катя, мужчина по имени Павел, совсем еще молодой человек с экзотическим именем Эрнест и, наконец, я сидели на берегу моря. Мужчины сдвинули лежаки так, чтобы все могли, расположившись кругом, слышать разговоры и сами участвовать в спорах. В центре пластмассовый шезлонг служил импровизированным столом, на котором стоял ноутбук.

До всего этого, после ужина Иван зашел ко мне домой.

– Я знал, что Катя с тобой. Идемте. Где нам лучше поговорить? Так сказать, без лишних ушей, – спросил он меня.

– Даже и не знаю. Домики довольно близко находятся между собой. Боюсь, что при желании нас легко можно подслушать из соседнего или проходя мимо, гуляя по дорожкам.

– И что нам делать?

– А знаешь, давайте пойдем на пляж. Там сейчас никого не будет. Если кто появится, то мы всегда его заметим раньше, чем он сможет что-либо разобрать в нашем разговоре. Там можно сдвинуть шезлонги и совместить полезное с приятным. Поговорить и подышать морским воздухом.

– Отличное предложение, – похвалил меня Иван. – Встречаемся на пляже через полчаса.

Он ушел, а мы с Катей остались. По её поведению я догадался, что она немного нервничает. Девушка немного суетилась там, где не стоило и несколько раз ответила мне невпопад. Я не стал акцентировать на этом внимание. Минут за десять до окончания срока, выделенного нам Иваном, мы оделись. Я накинул Кате на плечи свой теплый свитер и мы вышли на веранду.

– Зачем? – хотела она отказаться, но я настоял, так как знал, что вечером у моря довольно прохладно и она может замерзнуть. Мои доводы были убедительны, и она больше не сопротивлялась.

Когда мы появились на пляже, там уже почти все присутствовали. Не было только Эрнеста. Он появился спустя десять минут. Иван и Павел уже сдвинули шезлонги и курили, стоя у самой кромки моря. Тихие волны, плескаясь, набегая и откатываясь, не могли никак намочить их ноги. Услышав, а потом и увидев нас, они пошли нам навстречу. Иван представил мне Павла, а ему меня. Мы пожали друг другу руки, и Иван пригласил всех сесть на шезлонги, где уже ждала нас Елена.

– Итак, друзья, мы собрались здесь благодаря заботам нашего нового товарища. Спасибо, Саша! – сказал Иван, а я кивнул головой. – Наша организация посчитала возможным ввести тебя в курс дела, – обратился он уже непосредственно ко мне.

– Спасибо за доверие, но не слишком ли опрометчиво поступает организация, полностью доверяя мне? – не сдержался я.

– Спешу успокоить тебя. Организация не ошибается, никогда! Проверив твою биографию, оценив твою личность, организация пришла к выводу, что ты соответствуешь ее критериям.

– И откуда ж организации стало всё известно обо мне?

– Ты не должен недооценивать наши возможности. Это только на первый взгляд мы не представляем из себя ничего стоящего. Но ты должен знать и, наверное, догадывался, что нам симпатизируют очень многие люди. Эти люди занимают различные должности и посты. Нас пока нет в высших эшелонах, но средний уровень во многом наш. Найти информацию на человека не сложно. Проанализировать и сделать правильные выводы – задача нам подвластная.

Я, вначале скептически относящийся к словам Ивана, постепенно стал менять свое отношение к его организации.

– Если ты сомневаешься, то вот, – он достал из кармана свернутые листы бумаги и протянул мне.

Развернув три листа формата А4 я стал читать. Чем больше я читал, тем меньше я сомневался в силе организации. Вся информация обо мне была достоверна и правдива. Даже абзацы, где делались оценки моим личностным качествам не вызывали у меня сомнений. Прочитав все до конца, я вернул бумаги Ивану, а он аккуратно сложил их и снова засунул в карман.

– Надеюсь, теперь ты не сомневаешься в выборе организации? – улыбнулся мужчина.

– Нет, много верного…

– Итак, товарищи, на повестке дня у нас один вопрос. Для подготовки к выборам в местные органы самоуправления организации требуется сумма в размере порядка трехсот миллионов рублей. В настоящее время поступлений не предвидится. Руководство приняло решение изъять названную сумму. На сегодняшний момент нам известно, что ориентировочно такой суммой обладает заместитель главы администрации одной из центральных областей. Предположительно на следующей недели, информация уточняется, ему привезут наличность в его особняк, расположенный недалеко от нас.

– Прости, Иван, это тот особняк, что мы осматривали? – спросил я, начиная все понимать.

– Да. Но специально для тебя поясню. Особняк оформлен на сына чиновника. Сыну всего восемнадцать лет, но он уже генеральный директор нескольких преуспевающих фирм, постоянно выигрывающих тендеры, торги. Обладатель зарубежной недвижимости, причем приобретенной им ещё в детском, малолетнем возрасте.

– Так вы что-то вроде современных Робин Гудов? Забираете деньги у нечестных богатеев и отдаете их бедным? – спросил я.

– Если тебя такое объяснение устраивает, то да, – кивнул и немного поморщился от моих замечаний Иван.

– Хе-хе, но как вы хотите экспроприировать эти деньги? Это же чертовски сложно! – вырвалось у меня.

– Было бы просто, давно изъяли бы, причем у всех воров, – буркнул суровый мужчина по имени Павел.

– Вот мы и собрались, чтобы решить, как нам это лучше сделать, – сказал Иван.

– Допускаются различные варианты? – уточнил я.

– Совершенно! Главное, чтобы была достигнута цель. Павел, что ты думаешь?

– Пока не знаю, надо дождаться Эрнеста.

Словно услышав призыв Павла, в темноте под лунным светом на дюне показался силуэт. Он стал осторожно спускаться по песку, стараясь не соскользнуть вниз и не потерять равновесие, потом направился к нам. Я разглядел в сначала бесформенной фигуре, а потом с каждым шагом прорисовывающейся, молодого, очень худого юношу. По мере приближения его к нам, вырисовывалось все больше и больше его черт внешности. Вскоре в отблесках ночного светила можно было разглядеть и лицо. Копна волос, совсем не стриженных нависала над его высоким лбом. Пушок бороды делал его немного похожим на молодого дьякона, если бы не здоровенные очки на мясистом носу. Под мышкой нескладный подросток нес ноутбук. Подойдя к нашей компании, он стеснительно поздоровался.

– Знакомьтесь, это Эрнест, – представил его, видимо, только мне Иван. – Он у нас компьютерный гений. Поумнее всяких там Джобсов.

Парень скромно протянул мне руку. На мое пожатие он не ответил. Его рука словно дохлая рыба была влажной и безжизненной. Он просто протянул ее и позволил делать с ней все, что угодно.

– Что там, перекачал? – спросил его Иван.

– Да, хорошее качество.

– Между прочим, Александр, дрон – это тоже дело рук нашего гения. Итак, Павел, вот тебе визуальная информация. Включай Эрнест!

Парень включил ноутбук, нашел видеофайл и запустил его. Лица всех присутствующих озарились голубым светом экрана. Все молча стали смотреть видеофильм о путешествии дрона над сегодняшним особняком. Я пристроился тоже. Видеофильм простому обывателю показался бы совершенно неинтересным. На протяжении сорока пяти минут камера снимала дом, различные хозяйственные постройки, бассейн, наполненный водой, шезлонги, расставленные вокруг голубого прямоугольника, пару зонтиков, дорожки, выложенные из плиток, стилизованных под плоские камни. Сказать, что полученная информация могла оказать неоценимую помощь в налете на особняк, было нельзя. Единственным ценным, что мы увидели, мне показалось, было, огромное количество установленных камер. Таким образом, проникновение на территорию владения через забор стало совершенно неприемлемым.

Павел молча просмотрел весь сюжет. Когда фильм закончился, он достал сигарету и закурил, мысленно переваривая всё, что увидел. Иван прикурил у него и, я заметил, стал нетерпеливо ждать выводов. Видимо, Павел пользовался у них непререкаемым авторитетом. Наконец, он докурил, закопал окурок в песке и прокашлялся.

– Нет, штурмом брать имение нельзя. Даже если мы преодолеем незамеченными забор, то нас заметят на территории. Камер очень много. Соответственно сигнал будет подан и цель наша не будет достигнута. Нужно решить вопрос с сигнализацией, надо ее обесточить.

– Какие у нас варианты? – спросил с надеждой в голосе Иван.

– В лоб идти нельзя, поэтому пойдем с тылу, – он посмотрел на Ивана, – Нам нужны еще люди!

– Будут! Сколько нужно?

– Сейчас прикинем. Сколько в доме охраны?

– После двадцати одного и до десяти утра в доме остаются: два охранника на проходной; два в домике для гостей, там у них центр наблюдения и связи; один из них дежурит непосредственно в особняке и дверей, а другой, его сменщик, сидит в коморке рядом. Итого четверо чоповцев, плюс консьержка и дежурный по кухне, но они не должны оказывать сопротивление.

– Так. Кто из хозяев будет дома?

– Только сын.

– Где будут храниться деньги?

– В спальне имеется встроенный в стену сейф.

– Чёрт! Что хоть за система?

– Наш человек уточняет…

– Когда деньги привезут?

– Предположительно на следующей недели. В области состоятся торги на которых победит некая фирма. Её –то откат и привезут.

– Так-так-так… – что-то прикидывал в уме Павел. – Для нейтрализации охранников нам потребуется человек десять, это так сказать на всякий пожарный. Специалист по сейфам. Водитель. Специалист по связи и компьютерам. Пока всё. Но, возможно, потребуются ещё люди. Хотя я должен встретиться с одним человечком, он предлагает некое приспособление, современная разработка. Если она окажется действительно эффективной, то задача упростится намного.

– Люди будут в любом случае, – твердо заверил его Иван. – Хотя если работа упроститься, то лучше привлечь минимум. Ну, а если с разработкой всё получится, то сколько нужно людей?

– Сократим на обезвреживании охраны. Потребуется не десять, я человек пять.

– Хорошо, я подготовлю людей.

– Сбор людей должен осуществляться тихо, незаметно и чтоб без подозрений и ещё лучше – с последующим алиби.

Иван посмотрел на меня. Я стал догадываться о моей роли в этом опасном мероприятии.

– Александр у нас владелец отеля. Он поможет нам с размещением в своем отеле, номерами и алиби. Кроме того, где, как не в гостинице скопление людей не вызывает никакого подозрения! Как ты смотришь на такое предложение? – спросил у меня Иван.

– Думаю, что постараюсь помочь, – сказал я, оценивая свои возможности.

– Вот и хорошо. Катя, – повернулся он к девушке, сидящей справа от него, – завтра нам сообщат о системе сейфа, принесут фотографии. Ты сможешь по ним оценить возможность открыть его?

– Смогу… Но мне нужно еще знать и подключена ли к нему сигнализация.

– Я обязательно предупрежу нашего человека.

Я поднял голову и посмотрел на Катю. Она почувствовала мой взгляд и подняла на меня глаза. Я в них не заметил ни страха, ни сожаления, ни стыда. Они словно говорили мне: а ты что думал, я святая что ли? Потом она отвернулась, а я продолжал гипнотизировать ее. В моей голове никак не укладывалось то, что я узнал за этот час.

– Как нейтрализуем охрану? – Иван снова обратился к Павлу.

– Пока не знаю, думаю. Есть несколько задумок. Дай мне время до завтрашнего вечера.

– Хорошо. Эрнест, на тебе связь и блокировка всей охранной системы. Если окажется, что и сейф на сигнализации, ты должен будешь этим заняться.

– Зззаймусь, нне беспокойся. Я думаю тттам не профи, – заикаясь, но довольно бодро отозвался молодой гений.

Итак, всем были поставлены задачи и каждый углубился в себя, оценивая сложность задания и свои возможности. Почему-то о Елене Иван не сказал ни слова. Какие у нее были задачи в этом преступном сговоре? Участвовать в захвате? Нет. Сейф вскрывать будет Катя. Что должна была делать Елена? Для меня пока это оставалось загадкой. Но я не мог поверить, что Елена, этот молчаливый человек останется в стороне. Ей, я чувствовал, была поставлена не менее важная задача.

– Связь держим установленным порядком, – скомандовал Иван. – Все свободны. Павел, я отвезу тебя.

Иван и Павел на минуты две отошли от нас и стали тихонько о чем-то переговариваться. Я невольно прислушался к их разговору и понял, что речь шла, скорее всего, обо мне. Павел, наверное, сомневался в целесообразности моего участия, а Иван убеждал его, что я надежный и необходимый человек.

Пока мужчины шептались все остальные встали. Эрнест выключил компьютер, закрыл его и, замер, ожидая окончания разговора Ивана и Павла. Потом он подошел к ним и пожав всем мужчинам руки, неуклюже полез вверх на дюну. За ним полезли Иван с Павлом, сзади них карабкалась Елена. Катя подошла ко мне и взяла меня за руку.

– Ты не спешишь спать? – спросила она.

– Да что-то не хочется пока.

– Давай прогуляемся, подышим морем, – попросила она.

– Давай.

Наши соучастники преступного сговора скрылись за дюной, а мы остались совершенно одни. Луна холодно нависла над морской гладью и отражалась в спокойной воде обманчивой дорожкой. Волны едва слышно шуршали о песок. Мимо пронеслась напуганная чайка, вскрикнув пронзительно, она исчезла в темноте. Катя неуверенно взяла меня под руку, и заглянула мне в лицо, пытаясь что-то в нем прочесть.