Текст книги "Сбежавшая невеста, или Переполох в Академии Фаргис (СИ)"

Автор книги: Василиса Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 37 Держи друзей близко, а врагов еще ближе

Глава 37 Держи друзей близко, а врагов еще ближе

Рея

Не бойтесь друзей, бойтесь врагов.

Предают друзья, а не враги.

© Джонни Депп.

Умом-то я понимала, что вести непринужденные беседы с той, кто в один миг из близкой подруги превратилась в заклятого врага глупо, опрометчиво, недальновидно, но… Как говорила мама, любопытство родилось раньше меня, так что даже перед лицом смертельной опасности я не могла проглотить мучившие меня вопросы.

– Почему, Лисса?

– Ты не поймешь, – тряхнула копной синих волос девушка, которую я, как выяснилось, совсем не знала и продолжила с плохо скрываемой ненавистью. – Вы другие, Рея. Небожители, помеченные самими Святыми. Ты родилась с золотой ложкой во рту. Тебе все доставалось на блюдечке с голубой каемочкой, стоило только пожелать, ведь так?

– Допустим.

– А теперь представь, каково это быть посредственностью в собственной семье. Серой мышью на фоне других детей, а их помимо меня шестеро. Я не обладала и половиной таланта выдающихся старшеньких Финика и Честера. Не могла похвастать природным обаянием, как Мари и Арман. И никогда не была любимой, как младшие Гор и Селеста. В лучшем случае меня не замечали, в худшем – пеняли на недостатки.

– Ты могла доказать, что они не правы. Училась бы честно и прилежно, выпустилась бы с дипломом лучшей академии, – я попыталась, было, возразить, но Мелисса резко меня перебила и судорожно втянула ноздрями воздух.

– Могла? – горько усмехнулась она, покачав головой. – Когда мне исполнилось пятнадцать, силы начали вытекать из моего тела, как из дырявого решета. Это ради тебя мать подняла бы на уши лучших целителей и организовала бы первоклассное лечение. Разве император отказал бы своей незаменимой провидице? А у нас не было таких денег. На меня просто махнули рукой. Знаешь, каково это каждый день сталкиваться с теми, кто наполнен магией до краев, и задыхаться от беспомощности и бешеной зависти? Конечно, не знаешь!

Запальчиво выкрикнула Лисса, как будто это я была виновна во всех ее бедах, и отвлеклась ровно на секунду, которой мне хватило на то, чтобы сплести заклинание и метнуть в противницу огненную сферу. Только эффект от моего выпада вышел нулевым. Сгусток обогнул Мелиссу, не причинив ей вреда. Медальон из черного оникса с матовой поверхностью и каплей ртути внутри, висевший на ее шее, сверкнул и вернул мне заклятье с отдачей.

Ударная волна оказалась такой мощной, что едва не сбила меня с ног. Она заставила меня пошатнуться, упасть на одно колено и сжать онемевшие пальцы в кулак.

– Рассчитываешь справиться со мной? Глупо, – Лисса хохотнула безумно и горделиво вздернула подбородок. – В сравнении с некроманткой Лазо и менталисткой Руис ты безобидный котенок.

Решив больше не экспериментировать с атакующими маневрами, я развернула щит, но и он не продержался больше двух минут. Чертов амулет играючи смял его, как листок бумаги, и принялся с утроенной скоростью выпивать мой резерв.

«Думай, Рея! Думай».

Я мысленно чертыхнулась и прикинула, как вели себя Лоис и Ниам, когда Мелисса заманила их в свои сети. Наверняка девушки оборонялись и отчаянно старались обвешаться защитой. Но что, если…?

Идея озарила меня внезапно и ослепительной молнией мелькнула в мозгу. Моя сила связана с силой Дария, благословлена Богами острова Фэй и, если не безгранична, то внушительна. Стоит ли ее прятать?

Поднявшись с колен, я отряхнулась, раскинула руки в стороны и подняла голову вверх, отдаваясь на волю судьбе. Избавившись от губительной паники, я сняла блоки и позволила стихии затопить меня от макушки до самых пят. Мгновение, и я превратилась в пылающий факел.

– Хочешь мою магию? Возьми! Сможешь вобрать ее всю?

Произнесла я с вызовом и шире расставила ноги, представляя, как врастаю в землю. Чистейшее пламя взметнулось до самого неба, с треском прошило купол и безжалостно раскрошило созданную неизвестным злоумышленником иллюзию. Досталось и Лиссе. Огненный таран врезался в ее грудь, откинул на пару метров назад и с шипением уничтожил роковой медальон.

– Рея, отзывай стихию! Срочно!

Обеспокоенный голос Арта донесся до меня сквозь плотный слой ваты и принес блаженное умиротворение. Я представила, как магия сворачивается под сердцем послушным клубочком, щелкнула пальцами и положила конец светопреставлению, озираясь по сторонам.

Студенты, стоявшие поодаль, испуганно раскрыли рты и часто-часто моргали. Взволнованный Снежок несся ко мне сквозь толпу, энергично размахивая подросшими крыльями. Виктория устанавливала оградительный барьер, ругаясь и путая руны. И только де Бри оставался более-менее хладнокровным.

– Расскажешь, что тут у вас произошло?

– Можно чуть позже и не при всех?

– Хорошо.

– Проверишь, как она?

Я кивком указала на лежащую без сознания Мелиссу и внутренне поежилась. Несмотря на то, что она напала на меня первой и планировала выпить досуха, я отчаянно не хотела оказаться убийцей.

Пока адепты успешно изображали окаменевшие под взглядом Медузы-Горгоны статуи, куратор приблизился к Лиссе, опустился на корточки и прижал пальцы к ее шее. Замер, прислушался и выдохнул спустя вечность.

– Жива.

– Хвала Святым, – пробормотала я тихо и уткнулась носом в пушистую шерстку громко урчащего фамильяра.

Неужели этот бесконечный экзамен завершился?

Бам, и развернувшийся над полигоном пузырь тишины лопнул с оглушительным хлопком. Студенты синхронно загомонили, выдвигая разные теории и сыпля десятком вопросов.

– Кто-то испортил лабиринт?

– А что случилось с Мелиссой?

– Это ее Рея так приложила?

– О-бал-деть!

– Ну и гарь!

– Кострище такое, как будто здесь кого-то принесли в жертву древним Богам.

– Молча-а-ать!

Это Арт отвлекся от пострадавшей, выпрямился и одним окриком остановил набиравшую обороты вакханалию. Однокурсники разом умолкли, словно набрали в рот воды, и принялись пятиться, опасаясь, что строгий, но справедливый преподаватель пропишет им целебные подзатыльники за слишком длинный язык или наградит какой-нибудь особенно изощренной иллюзией.

Но магистр был не в том настроении, чтобы долго и нудно воспитывать расшалившихся первогодок. Он обвел присмиревшую толпу пронзительным взглядом, лукаво прищурился и озвучил лучшую новость, которую адепты только могли вообразить.

– Считаю до десяти. Кто успеет ретироваться с арены, освобождается от прохождения испытания на сегодня. Один, два, три…

Не успел де Бри добраться и до пяти, как юных волшебников и след простыл. Они улизнули так виртуозно, что ни травинка не примялась, ни листочек не шелохнулся.

– Вот это я понимаю, искусство исчезновения. Можно сказать, зачет по сто первому приему боевых магов «спасение бегством» все сдали на отлично, – иронично хмыкнул Арт и обратился к нам с Викторией. – Отправляйтесь домой, а я перенесу Блум к целителям, обеспечу ее антимагическими наручниками и вернусь.

Мы не заставили уговаривать себя дважды и спустя десять минут вошли в уютную гостиную, где было проведено много душевных вечеров. Я примостилась в углу дивана, поджав под себя ноги, Снежок устроился рядом, а Виктория укутала меня в теплый пушистый плед и начала суетиться. Она одновременно кипятила воду, кидала в заварник смесь трав и подливала туда восстанавливающее зелье.

– Как себя чувствуешь?

Озабоченно поинтересовалась она, протягивая мне пузатую глиняную чашку с душистым дымящимся напитком.

– На удивление, хорошо.

– Странно. По идее, такой выброс должен был опустошить едва ли не весь твой резерв.

– Но не опустошил. Я полна сил и энергии. Могу с легкостью пройти хоть полосу, хоть лабиринт.

– Вот уж не надо. Хватит с тебя подвигов.

Добродушно усмехнулась Виктория и, вопреки моим словам, запустила диагност. Плетение прокатилось по всему моему телу и мигнуло ровным голубоватым свечением, утверждая, что нет ни повреждений, ни истощения.

– Славно.

Успокоено кивнула магесса, оставшись довольной результатом исследования, и села в кресло, откидываясь на его спинку. Мы молча пили ароматный чай и не спешили ничего обсуждать, дожидаясь Арта. Задумчивый, он составил нам компанию через полчаса.

Я в мельчайших подробностях пересказала детали произошедшего инцидента, описала строение Лиссиного амулета и ощущения, которые испытывала, когда он пытался меня иссушить, и внимательно уставилась на куратора.

– Я могу поговорить с Мелиссой?

– Когда она очнется. Она снова в глубокой коме. Твоя стихия смела ее, как игрушечную куклу, и разметала присвоенную ей магию.

– Я не хотела причинять ей вреда. По крайней мере, намеренно. Я просто защищалась.

– В любом случае, она заслужила, – резко рубанул де Бри, поморщившись. – Каждый сам выбирает свою судьбу.

– Когда ее заберут в столицу?

– Вряд ли скоро. Во дворце сейчас самое настоящее сумасшествие. Неизвестные организовали покушение, принцесса Эсфира серьезно ранена. Кандидаток отбора заперли в покоях и приставили к ним охрану, порталы закрыты на выход. Константин вместе со всей своей службой рыщет по всей империи в поисках заговорщиков. Ему пока не до нас.

Переварив обрушившиеся на меня новости, я поблагодарила гостеприимных хозяев за заботу, распрощалась с ними и ушла к себе. Стянула одежду, бросила ее на стул и юркнула под одеяло, проваливаясь в блаженный здоровый сон.

А на следующий день все потекло своим чередом, словно не было ни испорченного лабиринта, ни леденящей душу схватки. Мы с Литой, Лейтом и воздушницей, подругой Аннабет, преодолели полосу препятствий с рекордным временем, заслужив высший бал, и принялись грызть гранит науки.

Осталась только теория. Рунологию и символику, введение в алхимию и этику и право в магическом сообществе я сдала с первого раза. А вот с историей государства и великих магов, прогнозируемо, возникли проблемы. Я штурмовала кабинет господина Фалька четырежды и на пятый раз уже была готова разбить палатку прямо перед его носом. К счастью, билет мне достался легкий. Расписав три листка убористым шрифтом, я пересела за первую парту и приготовилась отвечать.

– На юго-западе от Эллеи расположен Эсфир. Он поставляет в империю различные ткани, все сорта кофе и драгоценности. Его ювелиры славятся своим мастерством и тем, что никогда не повторяются при изготовлении украшений. Джар-Ват граничит с Эллей на востоке. Государство отличается суровыми нравами и замкнутостью. Добывает полезные ископаемые и редкие минералы, но предпочитает использовать их для собственных нужд. Глеймвальд простирается к северу от империи. Он богат ледяным кварцем, морозной сталью, серебряными жилами и уникальными травами, растущими под слоем снега, пригодными для штучных зелий.

– Неплохо. А что ты можешь сказать о династии Вейнмар?

Я нацелилась поразить профессора своими знаниями и получить выстраданный зачет, но в горле запершило, и я громко закашлялась. Преподаватель любезно предложил мне стакан, и я жадно осушила воду до последней капли. Только вот продолжить речь не смогла – перед глазами все поплыло, и меня окунуло в жар.

– Подействовало?

Уточнил магистр, и мне вдруг почудился подозрительный блеск в глубине его глаз.

Глава 38 Обычное утро

Глава 38 Обычное утро

Дарий

Хочешь рассмешить Бога —

расскажи ему о своих планах.

© Вуди Аллен.

Это было самое обыкновенное утро. Такое же, как три предыдущих. Весна полностью вошла в свои права. Трава зеленела, разросшиеся оливковые и кипарисовые рощи радовали глаз густотой, птицы за окном звонко щебетали, долину заливал аромат цветущего миндаля. А я медленно, но верно зверел от набивших оскомину прогулок с кандидатками и таких же надоевших хуже горькой полыни пустых бесед.

На этот раз Константин выбрался из своих казематов, и мы завтракали в моих покоях яичницей с пряностями из южных земель, мясными рулетиками и булочками с маслом.

– Я все хуже и хуже справляюсь с ролью в этом дрянном спектакле. Пора его заканчивать, – наверное, в сотый раз повторил я брату и продемонстрировал руны, сияющие на запястьях. – Мы с Реей завершили обряд на Острове Фэй. Наш союз нельзя оспорить или расторгнуть. Сколько еще я буду его скрывать⁈

Последнее время эмоции во мне били ключом и грозили прорвать хлипкую плотину контроля. Свободолюбивая, стихия во мне бушевала. Я уже и не замечал, как небольшие воздушные смерчи закручивались на ладонях, сбрасывали бумаги со стола и своенравно ерошили серебристые волосы старшего принца. Ветер нельзя поймать в клетку, нельзя запереть, нельзя ограничить. Он обязательно найдет пусть даже самую крохотную щелочку и ускользнет на волю.

– Дай мне еще неделю, брат. Мои люди вплотную подобрались к заговорщикам. У меня уже есть примерный список, осталось только убедиться, что все, кто есть в нем, действительно, причастны к готовящемуся бунту. Нужно исключить вероятность ошибки. Ты же не позволишь арестовать невиновных?

– Неделя. Не больше.

Стиснув зубы, согласился я и спустя полчаса отправился в тронный зал вместе с братом. Завершающая фаза разработанной Константином операции была в самом разгаре – во дворец прибыли достопочтенные семьи, чтобы услышать, кто из претенденток на руку и сердце младшего принца продолжит гонку невест.

– Добро пожаловать на заключительный этап отбора, мои дорогие гости. От всей души я хочу поблагодарить девушек и их родных за участие. Каждая из присутствующих здесь юных леди доказала, что способна стать заботливой и мудрой женой, любящей матерью и верной соратницей, но пришло время назвать имена трех финалисток.

Сегодня сидевший на троне с прямой спиной отец выглядел особенно торжественно. Роскошная мантия, нарядная белоснежная рубашка, серебристый жакет, инкрустированный бриллиантами скипетр подчеркивали важность события.

– Первая конкурсантка – Розалин, принцесса Эсфира. Вторая – Лиэлла из Глеймвальда. Третья – Тамира из Сурайна.

Бурные овации смешались с недовольными шепотками. Многие из дворян мечтали породниться с правящей династией и в своих фантазиях уже примеряли корону на голову наследницы рода. Только вот ничьим планам не суждено было сбыться – я уже был глубоко женат и бесконечно счастлив.

– Испытаний в ближайшие несколько дней не будет, но не спешите расходиться. Я с радостью приглашаю вас разделить праздничную трапезу, а потом присоединиться к балу.

Император закончил свою речь, поднялся и величественным жестом указал на дверь, ведущую в Атриум Рассветного Пира. Там уже были накрыты ломившиеся от экзотических угощений столы, над которыми трудились лучшие повара континента. Гости медленно потянулись к выходу, но покинуть зал не успели – раздался душераздирающий грохот, как будто небо упало на землю.

Я не рассмотрел, кто именно в толпе активировал взрывной артефакт, но среагировать успел. Метнулся к отцу, на ходу разворачивая энергетический щит. С другой стороны Константин выстраивал шипастую ледяную сферу, в которой застревали металлические иглы и отравленные стрелы. Не сплоховала и королевская стража. Плотным кольцом они окружили правителя, заслоняя его от угрозы, а личные телохранители, обученные тени, тут же утянули его на изнанку. Там императора никто не сможет достать.

И, если мы с братом отделались легким шумом в ушах и досадой от того, что не удалось предотвратить покушение, то многим пришлось не сладко. Кому-то расцарапало спину, кого-то отбросило на пол или к колоннам и оглушило, кому-то посекло руки и ноги мелкими осколками. Но опаснее всего выглядело ранение принцессы Розалин – она лежала на отполированном до блеска паркете с побледневшими губами, в области ее живота расползалось кроваво-красное пятно, а дыхание было едва различимым, как будто девушка собиралась в царство к Аиду.

– Лекарей срочно! Кандидаток отвести в покои и приставить к ним охрану. Запечатать порталы. Оказать первую помощь и никого не выпускать.

Брат не зря ел свой хлеб, руководя службой имперских гончих. Он мгновенно сориентировался, активировал переговорный артефакт и сухо и властно раздавал приказы своим людям, появившимся из ниоткуда. Мужчины и женщины в черной униформе с характерными нашивками ринулись расхлебывать последствия обрушившегося на дворец хаоса, пока Константин колдовал над наследницей Эсфира. Он сплел мощнейшее заклинание стазиса, наложил заморозку и принялся вливать в Розалин жизненные силы.

– Мы не можем ее потерять, иначе нас ждет жуткий дипломатический скандал.

Сквозь зубы процедил старший, а я присел рядом и присоединил к его потоку свой. Общими стараниями мы вытащили девчонку из-за грани и передали на попечение врачевателей.

– Реверансы закончились. Я с группой перенесусь на восток и задержу всех подозреваемых до выяснения обстоятельств. Ты же убедись, чтобы ни одна мышь не выскользнула из дворца, ладно?

– Не переживай. Проконтролирую.

Я коротко кивнул брату и ободряюще сжал его предплечье. Проверил пострадавших, которым целители обрабатывали раны, успокоил забившихся в спальни претенденток и дал жесткий наказ стражникам не спускать с подопечных глаз и не оставлять их одних, чтобы они не смогли ничего сообщить предателям, если были связаны с кем-то из них. После чего вернулся в кабинет и принялся перебирать списки, над которыми корпел Константин, до тех пор, пока сознание не зацепилось за знакомую фамилию.

Торвин Фальк. Фальк…

Сердце остановилось и ухнуло куда-то в желудок. Липкая паника расползлась вдоль позвоночника. Паззл сошелся. Так звали профессора, который преподавал историю в Академии.

– Рея!

Черт! Черт! Черт!

Пронеслось в затуманенном диким необузданным страхом сознании, а руки уже жили собственной жизнью. Бросали в поясную сумку Осколок Забытых Эпох – артефакт, похожий на большие круглые механические часы, кровоостанавливающее и тонизирующее зелья, камни-накопители.

Я отправил брату магическое послание о своих догадках, но вряд ли надеялся, что Константин помчится со своим отрядом через всю империю – слишком уж важной была его миссия. Охрану снимать я тоже не стал на случай, если заговорщики добивались именно этого. Длинно выдохнув, я активировал амулет переноса и нырнул в портал.

Пока меня перекидывало в Фаргис, я никак не мог отделаться от мысли, что что-то непоправимое уже происходит, и я катастрофически опаздываю, отстаю от хитрого изощренного преступника не на шаг – на целый десяток. Я кожей ощущал, как секунды утекают сквозь пальцы, поэтому сразу ринулся по ниточке связи, ведущей меня к истинной.

Ри я нашел в одной из многочисленных аудиторий, и выглядела она паршиво. Влажные пряди прилипли к вискам, краски отлили от лица, а ладони мелко нервно дрожали. Рядом с ней без сознания лежала черноволосая девушка в форме факультета теней. А в центре кабинета разверзлась огромная черная воронка с набухшими пурпурными прожилками, которая с утробным рычанием затягивала внутрь книги, свитки, чернильницы и перья.

– Ваше Высочество, какая честь. Добро пожаловать на наше представление. Вас-то нам и не хватало, – безумно хохотнул профессор, любовно поглаживая плоский диск из тусклого металла, на котором была выбита спираль, переходящая в лабиринт.

– Ты – псих, Торвин, – проронил я угрюмо и приготовился швырнуть в него атакующее заклинание.

Но Рея меня опередила – медленно подняла подбородок, покачав головой, и слабо просипела.

– Не трать энергию, Дар. Он увешан амулетами, твое плетение не причинит ему вреда. Только отрикошетит.

– Умная девочка, – иронично похвалил ее старик и скривил губы в торжествующей победоносной ухмылке.

– А ты – нет, – парировал я и с трудом сдержал порыв попробовать его оборону на прочность. – Чего ты добиваешься, Фальк? Тебе не сбежать целым и невредимым. С минуты на минуту сюда явятся имперские гончие и закуют тебя в кандалы.

– Это уже не важно. Мне хватит времени, чтобы с вами расправиться. Сначала умрет твоя суженая. За ней сдохнешь ты. Потом к праотцам отправится твой обожаемый братец. Ну а дальше соратники завершат начатое мной.

Только сейчас я осознал всю степень нависшей над нами опасности. Предмет, который бережно прижимал к себе магистр, высасывал из меня силы и лишал возможности что-то предпринять. И я смотрел на этого сухонького сгорбленного мужчину и гадал, как мы умудрились его проморгать. Почему не копнули биографию глубже?

Фальк лишился магии вместе с супругой в последнее восстание. Тогда их трагедию списали на действия мятежников. Торвина проводили со службы с почетом и даже наградили каким-то орденом, никто и не предполагал, что уважаемый профессор, автор многочисленных научных трудов мог стоять во главе бунтовщиков. Пока его жена угасала, он корпел над формулами и пытался изобрести идеальный механизм, который восстановит ее утраченный дар. Но тщетно – едва мерцавшая искра Делии истаяла, и женщина не смогла с этим смириться, тихо удалившись в объятья Аида.

– Зачем тебе это, Фальк?

Раз уж сражаться с сумасшедшим в прямом столкновении было глупо, я решил прибегнуть к старой, как мир, стратегии – заговорить противнику зубы.

– Во славу династии Вейнмар, конечно. Ее потомки вернут себе трон и былое могущество, объединят раздробленные королевства и установят строгие порядки. Стране нужен жесткий правитель, а не рохля, как твой отец!

Торвин упивался заранее заготовленной речью, а я шаг за шагом продвигался к Рее, чтобы передать ей Осколок.

– Зажми сапфир в сердцевине и не отпускай.

Произнес я полушепотом, и любимая послушно выполнила то, о чем я ее попросил. Но съехавший с катушек старикашка, судя по всему, просчитал все возможные вероятности. Время не остановилось, как было должно, не отмоталось назад, а бросилось вскачь с немыслимой скоростью. Воронка росла и ширилась, поглощая уже стулья и столы.

Окончательно ослабев, я упал на колени, заслоняя Рею собой, и развернул хлипкий прозрачный щит. Я понимал, что не продержусь долго – мечтал только о том, чтобы случилось чудо, и кому-то из гончих брата удалось спасти мою истинную.

– Прости, что не уберег, – бросил я обреченно через плечо и почувствовал, как тонкие пальчики нежно прикасаются к моей спине сквозь рубашку.

– Я люблю тебя, Дар, и буду любить до последнего вздоха. В этой жизни. И в следующих.

Ри повторила слова данной на Острове Фэй клятвы, и вдруг все вокруг замерло. Черная дыра, порождение бездны, схлопнулась, как по волшебству, выплюнув все, что успела сожрать. Теперь в центре аудитории громоздилась мебель, верхушку которой венчали книги с чернильницами. А Торвин безуспешно щелкал пальцами, стараясь призвать ее вновь.

– Хорошая попытка, Фальк. Я бы сказал, идеальная. Если бы не одно «но».

Из сумрака вышел Этьен, и вид он имел такой угрожающий, что стало страшно даже мне. Никогда еще я не видел друга в таком состоянии. Его зрачки полностью поглотила тьма, вены вздулись и почернели, под ногами стелился не серый – черный туман.

Фабри не зря носил прозвище Мрак. В это мгновение он был высшим воплощением изнанки – ее судьей и карающим мечом.