Текст книги "Сбежавшая невеста, или Переполох в Академии Фаргис (СИ)"

Автор книги: Василиса Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 26 Тьма полна загадок и сюрпризов

Глава 26 Тьма полна загадок и сюрпризов

Рея

Дело, странное с самого начала.

Дело с дырой посередине. Пончик?

© к/ф «Достать ножи».

– Не прикасайся к ней ради всех Святых, Мелисса! И ничего здесь не трогай, если не хочешь, чтобы и тебя высосало следом за ней! – я снова рыкнула на подругу, потому что та настойчиво зашагала вперед.

Ее тянуло к неподвижному телу, словно магнитом, так что мне пришлось схватить приятельницу за плечо и резко встряхнуть. Но мешкать было нельзя, на случай, если неуловимый убийца допустил ошибку и оставил какой-то след. Поэтому свободной рукой я уже давила на золотистого грифона на нагрудном кармане пиджака. Символ был вышит не просто для украшения, а мог экстренно вызвать куратора, чего я и добивалась.

Не успела я досчитать до тридцати, как из воронки выскочил Арт – сосредоточенный, собранный и до невозможности серьезный. Он коротко кивнул мне, мазнул взглядом по остекленевшей Лиссе и принялся сооружать защитный купол.

Второй на место происшествие прибыла Виктория. В свободной тунике, штанах-шароварах, мягких тапочках, с локонами, собранными в высокий хвост на затылке, она больше походила на нашу ровесницу, нежели на строгую преподавательницу защитных искусств. Оценив обстановку, она присоединилась к мужу и спешно вырисовывала уже знакомые мне руны в воздухе.

Последним в нашу компанию влился Мрак. В черной рубашке, расстегнутой почти до самого пояса, черных штанах, с взъерошенными волосами, которые он и не собирался приглаживать, Этьен тоже больше напоминал выпускника боевого факультета, а не умудренного опытом магистра.

– Этьен, нет! – только и успела воскликнуть Виктория, как теневик уже растворился в подернувшемся маревом пространстве. Она выдохнула обреченно и прижалась к де Бри, который погладил ее по чуть сгорбившейся спине, и твердо заключил.

– Ему срочно нужна связанная. Иначе рано или поздно он не вернется из-за грани.

На долгие десять минут в парке повисла могильная тишина. Не было слышно ни стрекота цикад, ни щебетания птиц, ни шума ветра, запутавшегося в густой зеленой листве. Только звуки нашего нестройного дыхания убеждали, что время не остановилось и продолжало течь, несмотря ни на что.

Когда я уже начала всерьез опасаться за жизнь и здоровье Фабри, он выпал неподалеку от нас, словно из ниоткуда. Упер ладони в колени и дышал так тяжело, как будто только что пробежал изнуряющий марафон. Посеревшая кожа, бисеринки пота, выступившие на висках, красноречиво свидетельствовали о том, как тяжело ему даются путешествия по изнанке мира.

– Ничего. Чернильно-черная пустота, – бросил он недовольно и выпрямился, разминая подрагивающие плечи.

– Опять опоздали? – спросил Арт, продолжая сжимать Викторию в своих объятьях, на что Этьен отрицательно покачал головой.

– Не думаю. Скорее, маскирующие чары настолько высокого порядка, что через них не пробиться. Я сделал все, что мог – безрезультатно.

– Никто не способен на большее, – тихо произнесла Виктория в надежде поддержать товарища, но добилась обратного эффекта.

– Эвелин была способна, – грубо отчеканил Фабри и вновь превратился в мрачную безэмоциональную тень. – Нужно допросить всех, кто остался в парке. По очереди. Вдруг кто-то из студентов что-то заметил.

Миг, и все пришло в движение. Арт одним щелчком разрушил отделявший нас от посторонних купол и вместе с Этьеном направился на шум голосов приближающихся к беседке адептов. Скрытые зеленью деревьев парень с девушкой звонко смеялись и даже не подозревали, какая трагедия разыгралась неподалеку. Ну а Виктория сунула нам с Мелиссой по флакону успокаивающего зелья, велела выпить не больше трети и приглашающе указала на открытый ею портал.

Мы с подругой перенеслись в холл академии и застыли, как по команде. Было, наверное, глупо думать, что после удачной охоты преступник повторит покушение, но я решила на всякий случай сплести диагност. Маленький полупрозрачный шарик, сотканный из прожилок огня, взметнулся вверх по лестнице, промчался вдоль стен нашего этажа и вернулся, чтобы сообщить, что ничего сверхъестественного по пути к комнатам не обнаружил.

Я уверенно зашагала вперед, но Лисса не шелохнулась, так что мне пришлось притормозить и обернуться.

– Все в порядке, Лисс. Никакие опасности не подстерегают нас там.

– Ты спасла меня, Рея. Спасибо.

– Да ладно. Пустяки, – я легкомысленно от нее отмахнулась, потому что не сомневалась, что Мелисса сделала бы для меня то же самое, но подруга уже оправилась от потрясения и сложила воедино детали, на которые сразу не обратила внимания.

– Тебе что-то известно, так? Ты точно знала, что девушку нельзя трогать. Что творится в Фаргисе, Ри?

– Я не могу рассказать тебе всего. Лучше спроси у куратора, ладно?

Я понимала, что, скорее всего, обижаю Лиссу своей скрытностью, но червячок сомнений зародился и грыз меня изнутри, мешал поделиться всем, что мне известно. Смерти в Академии множились, отгадки ускользали, и я поймала себя на мысли, что не доверяю здесь никому, кроме разве что куратора, его жены и мрачного Этьена.

С тяжелым сердцем я крутанулась на пятках и не стала дожидаться подругу. Соорудив щит, я миновала пустынный коридор, юркнула к себе и завалилась на кровать, не раздеваясь. Дремавший мирно Снежок приоткрыл один глаз, сладко зевнул и встряхнулся, реагируя на вторжение хозяйки.

– Ну что, Снеж, думала, что буду постигать азы магической науки в лучшем учебном заведении Эллеи, а попала в логово сумасшедшего маньяка.

Фамильяр, конечно, ничего не ответил, только фыркнул тихонько и подполз ближе, подставляя голову для ласки. Так мы и уснули – в растрепанных чувствах я и теплый сладко сопящий питомец.

А утро началось, как обычно, не с кофе, не с булочек с маком и не с вишневых пирожков. Жуткий будильник мерзко возвестил о том, что пора пробуждаться, и тут же за ним последовало разнесшееся эхом по этажу объявление.

– Адепты, сегодня все лекции и практические занятия отменяются. Вам запрещается выходить куда-то по одному. Столовую, библиотеку, зал для медитаций разрешено посещать в количестве не меньше, чем по три человека. Полигон также закрыт, тренировки должны быть согласованы с куратором заранее. Каждого из вас пригласят для беседы с магистром де Бри, об этом вам дополнительно сообщит вестник или метка. Не впадайте в панику, ничего не предпринимайте и проведите это время с пользой для себя.

Вынужденный перерыв не радовал меня совершенно. Произошедшее вчера, к сожалению, не оказалось фантомным кошмаром, голова ломилась и пухла от разных порой самых невероятных версий, а из рук все валилось, потому что перед взором то и дело появлялась новая жертва.

Я не успела ее как следует рассмотреть и теперь гадала, кем была погибшая девушка. Магом огня, воздуха, земли? Менталисткой? Или, может быть, редкой на курсе целительницей? Что она делала в беседке? Кого ждала? И как ее туда выманил неизвестный?

Завтрак я пропустила, потому что вряд ли бы смогла впихнуть в себя что-то съедобное. На учебе сосредоточиться тоже не получилось, так что единственным решением стало отложить конспекты в сторону и понадеяться, что вредный историк повременит с проверкой очередного доклада. Снежок активно вилял хвостом, ластился и всячески пытался меня развеселить, но вопреки его стараниям к обеду я уже была готова лезть на стену.

Спасением стал вестник от Виктории, которая приглашала меня к себе. Так что я торопливо расчесала волосы, пригладила форму и отправилась в преподавательское крыло с фамильяром подмышкой.

И, если я с утра упивалась приступом социопатии, то большинство студентов были моей полной противоположностью. Они сбились в большие и маленькие стайки и возбужденно галдели.

– Вы слышали, убили Анну Рэй с некромантского!

– С чего это убили? Может, она сама провела запрещенный ритуал и не справилась с призывом?

– Тогда почему Академия перешла на осадное положение?

– Концлагерь какой-то а не учебка. Запреты, допросы, недомолвки…

Я силилась отгородиться от назойливого шума, поднимавшего градус всеобщего напряжения, но правильные, в общем-то вопросы, застревали в подкорке сознания, как колючки кактуса или шипы роз.

Преодолев последние двадцать метров, я выдохнула с ощутимым облегчением и юркнула в покои Виктории мышкой.

– Привет, – поздоровалась я негромко и застыла в нерешительности в центре комнаты.

Пока я спала, гостиная четы де Бри превратилась из уютного гнездышка в тактический центр. На стене вместо морского пейзажа красовалась карта нашей Академии с отметками, где происходили убийства. На столе внушительной пирамидой взгромоздились старинные фолианты. А в воздухе повисли клочки проекций, способные по щелчку воспроизвести тот или иной эпизод.

Их-то как раз и изучала задумчивая Виктория.

– Доброе утро, Рея. Или уже день? Располагайся. Перекусим? Ты голодная?

– Пожалуй, – я прислушалась к организму и поняла, что готова целиком проглотить если не слона, то сочного цыпленка с подрумяненной корочкой.

– Я тоже ничего не ела сегодня. Сейчас что-нибудь сообразим.

Свернув нематериальные изображения, Виктория быстро накрыла на стол и поманила меня жестом. Я устроилась напротив нее и с аппетитом вгрызлась в бутерброд с бужениной. Ромашковый чай, заваренный хозяйкой, был ароматным и немного успокаивал расшатанные нервы.

Между нами воцарилось комфортное молчание, но продлилось оно не долго.

– Ты не заметила ничего странного вчера, Рея? Может, что-то показалось противоестественным? Никто из ребят не выбивался из общей картины? Кто-то покинул вечеринку в самом разгаре?

– Это безнадежно, – проронила я обреченно и крепче вцепилась в фарфоровую чашку. – На неофициальном посвящении было столько людей, что нереально кого-то отследить. Каждый из нас на какое-то время выпадал из поля зрения и оставался один. И я, и Мелисса, и Кристофер, и Аннабет. Да любой! Получается все мы под подозрением.

Виктория глянула на меня коротко, закусила губу, а потом выдала то, чего я втайне боялась.

– Не только адепты, Рея. Преподаватели тоже. В это время каждый был у себя. Даже нас с Артом нельзя списывать со счетов, потому что мы муж и жена и в любой ситуации друг друга прикроем.

– Но что теперь делать?

Вопрос, на который у нас не была ответа, повис в воздухе. И именно в этот момент прямо перед моим носом соткался силуэт полупрозрачного крылатого волчонка, только вот записка в его лапке была самая настоящая. Я осторожно подцепила скатанную в маленький рулон бумажку и развернула ее.

«Успел проверить троих из списка. Минус тень, пророчица и артефактор. Продолжаю поиски. Люблю тебя».

– Это от Дария! Он параллельно ведет свое расследование.

– Ты обо всем ему рассказала?

– Да. Мы ведь связаны, мне сложно что-то от него скрывать.

– А знаешь что, Рея? Напиши ему о том, что еще одну девушку убили вчера.

– Думаешь, стоит?

– Стоит. Это откроет путь Константину и его ищейкам. Сами мы вряд ли быстро докопаемся до истины.

– А ректор?

– Никогда не попросит о помощи. Но отвергнутьее, когда дознаватели перенесутся в Фаргис, уже не сможет.

Я согласно кивнула, перевернула записку обратной стороной и схватилась за перо.

Глава 27 Большой или малый долг есть у всех

Глава 27 Большой или малый долг есть у всех

Дарий

По правде, мне жениться так не хочется —

С такой невестой каждый обхохочется.

© к/ф «За двумя зайцами».

После множества портальных переходов и пустых бесед, не принесших практически никакой ценной информации, я хотел тишины, а вместо этого получил головомойку. Вернувшись от брата, я собирался принять ванну и уснуть мертвецким сном, но у мамы были совсем другие планы на мой досуг.

Она ворвалась в мои покои маленьким, но решительным вихрем, критически оценила мой внешний вид, начиная от запылившихся сапог, заканчивая походной поясной сумкой из потертой кожи, и недовольно скривилась.

– Дарий, ну ты ведь давно уже не трудный импульсивный подросток. Разве так можно?

– Как так?

– Бросил невест и умчался невесть куда. Бедные девочки в ужасе после ужина с Константином.

– По-моему, это не эти отнюдь не невинные ромашки в ужасе, а мой брат, – я попытался, было, возразить, но маму моими язвительными ремарками было не пронять.

Она наморщила лоб и выразительно возвела очи к потолку.

– Твое поведение недостойно принца.

– Пускай. Может, они поймут, что я отвратительная кандидатура для будущего супруга и откажутся от отбора? – с надеждой протянул я, мама же громче зашипела, напоминая не особу королевских кровей, а ядовитую песчаную эфу, приготовившуюся к атаке.

– Ты должен загладить свою вину. Завтра. Протесты не принимаются.

И столько стали было в ее интонациях, что я счел за благо прекратить спор.

– Хорошо. Двадцать минут на каждую. С Оже я позавтракаю. С Виккерс выпью кофе. А с Франс прогуляюсь по саду.

– И только попробуй сбежать. Я найду тебя на краю света и притащу домой, как нашкодившего котенка.

Оставив последнее слово за собой, мама удалилась, впечатывая каблуки туфель в ни в чем неповинный пол. Я же наскоро ополоснулся и отдался блаженной дремоте. И снилась мне Рея – податливая, соблазнительная, с влажными волосами, в моей рубашке, наброшенной на голое тело, она обнимала меня нежно и говорила о чем-то важном.

И настолько реальной представлялась эта фантазия, что было до невозможности жалко расставаться с ней поутру. Но дела не ждали, да и претендентки наверняка вовсю изнывали от предвкушения встречи с суженым, которым я не был.

Стиснув зубы, я быстро привел себя в порядок и направился в малую столовую, где уже было накрыто на две персоны. Терезой Оже оказалась зеленоглазая брюнетка, облаченная в персиковое платье-облако. И я бы мог посчитать ее симпатичной, если бы не крупноватый нос и тяжелый квадратный подбородок.

– Доброе утро.

– Доброе утро, Ваше Высочество.

Девушка присела в глубоком реверансе, а я почувствовал, как бесконтрольное жгучее раздражение разливается в крови. И если я рассчитывал получить хоть немного молчания вместе с питательной трапезой, то зря. Графиня Оже вознамерилась поведать мне всю свою биографию и начала с пра-пра-прадеда, от которого пошел их род.

В общем, через пять минут от ее несмолкаемой трескотни у меня разболелась голова, а через десять – желание выдворить невесту за пределы дворца, последовав совету брата, возросло до небес.

– Спасибо за то, что составили компанию, милая леди.

– Я была так рада провести время с вами, Ваше Высочество, – Оже воззрилась на меня с плохо скрываемой надеждой, я же вытолкал не слишком любезное неопределенное.

– Возможно.

Присцилла Виккерс, следующая на очереди, в качестве наряда выбрала светло-голубое платье с длинным газовым шлейфом. Оно должно было выгодно подчеркивать ее длинные светлые локоны и выразительные глаза цвета неба, но прогадала. Единственное, о чем я думал, так это о том, не споткнется ли девушка об этот массив ткани и не придется ли мне ее ловить.

К счастью, бог миловал.

Не забыв о печальном опыте брата с ее вокалом, я сразу же предложил своей визави насладиться тишиной и неторопливо пригубил черного кофе с корицей. Маркиза же, расстроившись, что не удалось произвести впечатление песней, решила потрясти меня вкусом и попросила служанку приготовить ей нечто невообразимое по старинному рецепту.

Потрясти удалось. В самых страшных кошмарах я и не предполагал, что кто-то в трезвом уме и здравой памяти до сих пор пьет эту бурду с яичными желтками и ликером, популярную несколько столетий назад.

– Благодарен за ваше общество.

– Я могу надеяться еще на одно свидание?

– Не сегодня.

– Может быть, завтра?

– Не могу ничего вам пообещать. Накопилось много поистине важных дел, – сообщил я не слишком вежливо и ретировался в сад, где меня уже дожидалась последняя в списке моих пыток на сегодняшнее утро.

Валери Франс обладала густыми рыжими кудряшками, овечьими глазами серого цвета и была преступна юна. Настолько юна, что я не выдержал и спросил.

– Сколько вам лет, баронесса?

– Две недели назад исполнилось восемнадцать, – робко проронила она и потупила взгляд, я же устало вздохнул.

– Не рановато ли для брака?

– Батюшка считает, что нет.

Еще тише прошептала она, ну а я осознал, что, если бы вдруг, в параллельной реальности, в бреду тропической лихорадки решил связать свою жизнь с ней, то взял бы в жены не несмышленую девчонку, а всю ее семью во главе с ретроградом-папашей.

Мысль об этом заставила содрогнуться и сбиться с шага.

В отличие от двух своих предшественниц, Франс нарядилась в не слишком вычурное плиссированное платье и избежала опасности запутаться в подоле и растянуться посреди дорожки. В общем, короткий променад прошел без происшествий и закончился все теми же банальными фразами.

– Спасибо за чудесно проведенное время.

– Я так счастлива, Ваше Высочество. Это была незабываемая прогулка.

– Угу.

– Я могу рассчитывать, что вы подарите мне первый танец на Весеннем балу?

– Будущее покажет.

Я намеренно отделался туманным ответом и выпустил вздох облегчения, когда с необходимыми формальностями было покончено. Сменил парадный мундир на ставшие более привычными рубашку, штаны, плащ и потертую сумку и вновь активировал портал.

Я успел охватить часть западных земель, но и там не нашел ничего интересного. Вайолет Тейт, некогда одна из сильнейших боевиков, в совершенстве управлявшая стихией огня, отказалась от переноса дара. Сочтя ритуал слишком опасным и сомнительным, она вышла замуж за генерала в отставке и родила ему двойню. Сейчас бывшая магичка витала на седьмом небе от счастья, растила двух замечательных мальчишек с глазами цвета насыщенного изумруда и ни о чем не жалела.

– Вы никогда не хотели повернуть время вспять? Вернуть силу, что дарует неограниченные возможности?

– Нет. У меня идеальная в своей неидеальности семья. Муж любит меня и сыновей больше жизни, я отвечаю ему взаимностью. Так зачем гнаться за журавлем в небе, когда в руках такая вот потрясающая синица?

– Да хранят вас стихии, госпожа Тейт.

– И вас, Ваше Высочество.

Пятый в составленном братом списке, мастер теней, предотвративший с десяток покушений на моего отца, Кроуфорд Грей тоже не походил на маньяка, как и все предыдущие маги, которых я успел посетить. Отказавшись от дарованной императором милости, он выкупил плантацию кофе и открыл небольшое заведение, пользовавшееся огромной популярностью у жителей не только Вестэнда, но и близлежащих окрестностей.

– Ваше Высочество, какой неожиданный визит! Присматриваете резиденцию или решили тоже заняться разведением кофейных зерен?

– Еще не определился.

– Тогда рекомендую гляссе. Мороженое, которое мы туда добавляем, готовит моя супруга. По старинному рецепту ее семьи. Позвольте представить – моя ненаглядная половина Магдалина Ром.

Женщина с волнистыми каштановыми локонами в белом переднике отвлеклась от десерта, над которым колдовала, мягко улыбнулась и принялась суетиться, хватаясь попеременно то за турку, то за узорчатую ложку из серебра, то за сахарницу, чем укрепила меня в мысли, что здесь тоже нечего ловить.

Счастливые люди не убивают, не прибегают к помощи запретных амулетов и не заметают следы страшного преступления. Они просыпаются поутру, сладко зевают, заправляют за аккуратное розовое ушко прядь непослушных волос и отправляются готовить завтрак своему обожаемому мужу. Они пекут тонкие ажурные блинчики, заворачивают в кружево из теста мясную начинку и прижимаются к боку супруга со всевозможной нежностью, как сейчас это сделала Магдалина, стоило только Кроуфорду к ней приблизиться.

Пять-ноль в пользу неизвестного психопата.

Отчаявшись, я заглянул в обитель Ивара Гэллоу. Наемника, некогда славившегося тем, что он умело управлялся с любой из стихий. Атаковал воздушными вихрями, заковывал противников в ледяной кокон и сжигал тех, кому был вынесен смертный приговор, прямиком в снежном плену. А после предавал бездыханное тело земле, охотно откликавшейся на зов Гэллоу.

И если надежда на то, что маг ступил на опасную тропку, еще теплилась, то ее окончательно похоронили слезы убитой горем вдовы.

– Ваше Высочество, чем могу быть полезна? – девушка возраста, который невозможно было определить, в черной косынке, стерла влагу рукавом такого же черного бесформенного одеяния и попыталась через боль выдавить улыбку.

– Извините за беспокойство. Я хотел узнать, как чувствует себя ваш муж после обряда.

– Сегодня годовщина. Ивар скончался ровно год назад в этот день. Лучше бы он отказался от этого проклятого ритуала. Его тело оказалось слишком изношенным, чтобы вместить ту силу, которую ему пытались передать.

– Я могу чем-то помочь?

– Если только молитвой.

Сдерживаемые слезы вновь потекли рекой по щекам собеседницы, я же почувствовал себя крайне неуютно. Последнее, чего я хотел, так это разбередить чужие кровоточащие до сих пор раны.

Потеряв очередные ниточки, которые могли привести меня к злодею, я вернулся во дворец несолоно хлебавши. Растекся по видавшему виду и пятьдесят оттенок перемены моего настроения креслу, прикрыл уставшие веки и сформировал практически материальную иллюзию, способную преодолеть огромное расстояние и передать весть Рее.

Я хотел поведать своей истинной о неутешительных результатах моего путешествия, но послание, зажатое в лапах крылатого волка, вымело остатки мыслей из моей головы и одним махом смыло охватившую меня апатию.

'Убита еще одна девушка. Анна Рэй, некромант. Обычная. Ничем не выделявшаяся среди других адептов. Не слишком сильная, не слишком слабая. Сомневаюсь, что она решила призвать демонов с изнанки в разгар студенческой вечеринки.

П. с. Я тоже люблю тебя, Дарий. Очень'.

Страх за светловолосую занозу, укравшую мое сердце, вмиг затопил все существо и заставил действовать. Я не помнил, как перенесся во владения брата, как сшиб с ног его верную помощницу и как опрокинул стакан с водой на наверняка важные бумаги, рассыпанные по столу. Пришел в себя только тогда, когда навис над фигурой главного дознавателя и с огромным трудом удержал контроль над закручивавшемся на пальцах смерчем.

– Мы должны отправиться на Острова. Срочно.

– Ты так соскучился по своей истинной, что не можешь больше терпеть? – Константин вальяжно смахнул с лица попавшие туда капли и смерил меня ироничным взглядом, ну а я осознал, что готов сравнять его не слишком уютный кабинет, камеры и допросные с землей, если он продолжит хохмить.

– Не время для шуток, брат. В Фаргисе новая жертва.