Текст книги "Гарем-академия 6. Мать народа (СИ)"

Автор книги: Варвара Мадоши

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

Гарем-академия 6. Мать народа

Глава 1
Пролог

Сиара Салагон прожила сравнительно короткую жизнь – что там, ей едва перевалило за пятьдесят! Она рассчитывала протянуть как минимум еще лет тридцать, тем более что для хорошей магички и сотня – не предел. Правда, в ее профессии редко кто перешагивает предел обычного пожилого возраста, и виной тому не столько козни врагов, сколько нервы и общее напряжение.

Но Сиара нанимала хороших лекарей, старалась спать минимум семь часов в сутки, а нервов у нее не было вовсе – еще с юности.

И все эти ожидания отправились в топку ее неверного расчета. Тоже профессиональный риск.

Когда Владыка протащил ее через портал, она совершенно точно поняла: настал ее смертный час. В Нечистом измерении никто не может жить без подготовки. Нужны теоретические познания и много, много тренировок. Сиара читала основы еще а Академии, но разобраться в теории межизмеренческих перемещений не смогла ни тогда, ни после. Тут нужно капитально сломать мозг и посвятить этому несколько лет жизни, а Сиару Салагон всегда интересовали более практически ориентированные направления магической науки. Не то что Раири Оро – та в подобные умствования плюхалась с головой, только брызги летели, и доносила до Сиары самое основное. Что Сиару вполне устраивало: на то и нужна команда, разве нет?

Да и что изменило бы понимание теории? Тут не просто понимать, тут нужно готовить свое тело. Необходимы еще более специфичные тренировки, чем те, что используют маги, дабы научиться пропускать через себя мощные потоки энергии.

В общем, госпожа Салагон как-то сразу поняла, что выжить в Нечистом измерении ей не удастся. Но сдаваться без боя не стала – не тот характер. За мгновения, что кокон портала смыкался вокруг нее, она успела набрать в грудь воздуха и попытаться активировать амулеты, которые еще оставались при ней. Сугубо защитные: нападать на Дракона значило добровольно пожертвовать последними секундами жизни, дававшими хоть какую-то тень шанса на спасение.

При этом Сиара не исключала, что, оказавшись в Нечистом измерении, она просто сразу рассыпется в пыль.

Сперва ей показалось, что все ещё хуже: она умрет, даже не попав туда. Проход через портал стал второй по мучительности пыткой в ее богатом опыте; начальницу дворцовой СБ выворачивало наизнанку (буквально! обычная рвота показалась бы сейчас благословением), кожа трещала, глаза лезли из орбит. Казалось, что какой-то великан сдавил ее тело в кулаке, одновременно пытаясь выжать его, как мокрое белье. Так предусмотрительно набранный воздух вышибло из легких тут же – но даже крика не вышло, потому что от сильнейшей боли все мышцы выгнуло спазмом.

Продолжалось это всего несколько секунд – но это Сиара поняла лишь когда все закончилось. Она пришла в себя, стоя на коленях, дрожа и всхлипывая. Удивительно, но руки и не думали рассыпаться в прах. Голова у нее кружилась, во рту стоял металлический привкус, мысли путались. В общем, по сравнению с тем, что пришлось только что пережить – сущие пустяки.

Она увидела, что под ее ладонями – серый слоистый крошащийся материал. Ничего подобного она никогда не видела: слишком хрупкий для камня, слишком твердый и жесткий для органики, слишком странная текстура для теплого льда и его производных. Больше всего он напоминал вусмерть сожженный пирог из слоеного теста, только намного твёрже – порядочно царапал ладони.

– Поднимайся, – сказал ломкий голос подростка у нее над головой. – Я прикрыл тебя своим щитом, так что ты можешь тут существовать. Тебе, конечно, несладко, но встать ты в состоянии.

Сиара сперва поднялась на колени и огляделась.

Материал под нею все-таки оказался камнем: из него состояли скалы вокруг. Они с Драконом оказались на утесе в скальной гряде, под ним лежала долина. То есть в нормальном мире это была бы долина, и по ней протекала бы река; здесь вместо земли внизу лениво колыхались какие-то волны – для воды слишком медленные, для деревьев, которые раскачивал бы ветер, слишком… хищные. Из-за отсутствия привычных предметов Сиара даже не могла прикинуть, насколько далеко внизу эта «долина».

– Ты сказал, что хочешь, чтобы я что-то увидела своими глазами? – спросила Сиара.

Язык у нее еле слушался, губы немели. Но все же, несмотря на дурное самочувствие, воскресла нелепая надежда: может, если Владыка не убил ее до сих пор, какой-нибудь маленький шанс сохранить жизнь найдется? Глупо, конечно. Когда Сиаре приходилось еще самой марать руки, она немалое количество народу ликвидировала, заговаривая им зубы – тоже до последнего не верили, что выхода нет и все уже решено… А еще есть такой прием, древний, но действенный: спросить что-нибудь левое, вроде «ты за какой город на Магических Дуэлях болеешь?» – и долбануть разрядом, как только начнет отвечать.

Но Владыка не спешил ее ликвидировать. Он довольно благодушно кивнул.

– Да. Я хочу показать тебе Идеальную Тысячу.

– Что это?

Термин абсолютно ничего не говорил Сиаре. А она считала себя одним из самых осведомленных людей в Цивилизации – и не без оснований.

– Скоро увидишь, – хмыкнул Владыка. – Мы на самой границе их укрепленной территории. Почуют меня и придут.

Он поглядел на Сиару Салагон сумрачным взглядом.

– Очень удачно, – заметил он, – что мы с тобой были очень близки почти всю твою жизнь. Ты пропиталась моим духом.

– Запахом? – уточнила Сиара, подбираясь.

По тону Дракона она поняла, что вот-вот придется драться. Появились у него такие характерные интонации.

– Духом, – поправил Владыка. – Именно духом. Не думаю, что эти господа способны учуять телесные запахи…

Все еще в виде Ари, он стоял на краю обрыва, ветер трепал его густые волосы. И выражение лица… такое, особенное.

«Позер, – подумала Сиара, пытаясь справиться с невольным умилением, которое всегда вызывал у нее Ари. – До последнего – позер».

Но она ничего не могла поделать с собой. Даже зная, что Дракон собирается так или иначе пустить ее в расход, она вновь попала под обаяние его личности. Вокруг него словно складывался собственный мир, в котором привычные человеческие правила и законы не работали, мир, в котором возможно все.

Как бы ты ни был холоден, с каким бы презрением ни смотрел на сантименты, у тебя все равно останется хоть одно слабое место. У Сиары Салагон, бездетной, бессемейной и предавшей единственную подругу, оно было – таким. В форме Владыки.

– Чего все-таки ждать? – спросила Сиара. – Как с ними сражаться?

– Они выглядят, как я, – сказал Ари. – В истинной форме. Только больше, злее и вообще в целом страшнее. И возможностей у них побольше. Каждый – искуснейший маг, совершенствовавший свои таланты десятки тысяч лет. Мне до них – как до Малого континента пешком.

Сиара ругнулась, но беззлобно. Как ни странно, слова Владыки развеселили ее.

– Ты сказал, Идеальная Тысяча? Надеюсь, это ради красного словца?

– Примерно. На самом деле их восемьсот девяносто шесть. Была реально тысяча, но они там друг друга проредили… К нам сейчас явятся один или двое. Поверь, тебе хватит.

Сиара Салагон и не думала сомневаться.

– И какой у тебя план？Как ты надеешься их победить?

– Никак не надеюсь. Надеюсь проверить их возможности, узнать один-два новых трюка и сбежать… Я так периодически развлекаюсь последние пару тысяч лет. А ты мне поможешь.

– Ну надо же, – вопреки всему, Сиара почувствовала что-то вроде предвкушения перед боем. С таким противником ей явно еще не доводилось сталкиваться. – И как часто твои жены погибали потому, что ты их брал сюда?

– Ни разу, – тон Владыки стал неожиданно серьезен, без намека на едкий сарказм. – Я ни разу не пытался сражаться с ними вместе с магом из людей. Мне было очень важно, чтобы они вас недооценивали.

– А теперь, значит, неважно?

– Теперь я надеюсь, что твоя героическая смерть заставит их поостеречься. Ты, Сиара, неизмеримо слабее их – но магов у меня десятки миллионов, из них примерно миллион сильных магов с реальным боевым опытом. Даже Идеальная Тысяча поостережется выходить против такой силы, – он помедлил. – Надеюсь.

– То есть ты собираешься швырнуть меня на них и сбежать?

– Примерно так.

«Не на ту напали, – подумала Сиара Салагон. – Если они никогда не имели дело с людьми, быть может, у меня найдется что им предложить? Они готовят вторжение в наш мир – иначе Владыке было бы нечего с ними делить. Стало быть, человек на местности может им пригодится…»

При этом Сиара, разумеется, не думала на самом деле служить захватчикам. Просто сработал рефлекс подковерных интриг. В следующую секунду эту полуавтоматическую мысль догнала другая: Владыка не идиот, он отлично знает Сиару и то, как она мыслит. Если он поставил ее в эту ситуацию, значит, рассчитывает, что она ни при каких обстоятельствах не сможет наладить контакт с этими врагами.

Интересно, почему?

Ну, надо думать, скоро она все узнает.

Думая так, Сиара начала готовиться к бою.

Одежда на ней была удобная, это хорошо; амулетов и артефактов, в том числе аккумуляторных, она припасла много. Не настолько много, как хотелось бы – все-таки вес, который она могла поднять с помощью летательного аппарата, ограничен – но и не с голой жопой тут оказалась, уже хорошо. Правда, большую часть защитных уже израсходовала – но эффект у них длительный, должны ещё работать.

Она покрутила головой, повращала плечами. Попыталась выпустить разведывательные заклятья – и ничего толком не вышло. Во-первых, Дракон, разумеется, охранял их своим собственным плотным коконом (видно, тем, что она начала чувствовать еще в нормальном мире – перетащил за собой). Во-вторых, сама среда, казалось, сопротивлялась ее прощупыванию. Как будто воздух был плотным.

И почти сразу после этого…

– Идут, – сказал Дракон самым будничным тоном.

А чего ему нервничать, в самом деле. Если не соврал, для него это рутина.

Что ж, когда-то и для Сиары было рутиной рисковать жизнью и ходить по краю. Давно она от этого отвыкла, правда. Привыкла, наоборот, беречь свою шкуру.

Она сощурила глаза, завертела головой, пытаясь понять, откуда приближаются противники.

Но они не «приближались».

Враг просто возник – перед ними, над ними, вдали, рядом, всюду. В одну секунду. Удар по нервам, глазам и ушам был такой, словно Сиара открыла шумоподавляющую дверь в своем кабинете в Точчиконе и вышла на балкон, нависающий над проспектом Благоденствия – чего она никогда не делала, поскольку ещё не спятила – а на проспекте как раз устроили гонки грузовиков на выживание, и при этом от всех участников потребовали сигналить как можно громче.

Грохот, лязг, вспышка, чувство невыносимого жара и невыносимого холода одновременно – госпожа Салагон, несмотря на весь свой опыт составления оперативных донесений, не смогла бы описать это доходчиво, даже будь у нее время. Просто все ее существо словно бы отшатнулось в ужасе от реальности, которая вдруг встала на дыбы и впустила в себя это.

Это – существо… если его можно так назвать. Владыка в своей драконьей форме был велик, но появившийся Враг закрывал собой полнеба. По сравнению с ним Дракон казался гусеницей.

Кроме того, оно больше походило на грозу, принявшую форму; на живое порождение магии; на мятежного духа из старинных легенд; на разъевшегося демона какого-то невообразимого ранга; на тварь из Нечистого измерения, которая съела целый город – слышала госпожа Салагон страшилку на эту тему… С чем угодно его можно было сравнить, но не с живым существом.

Через секунду, когда первый и самый мощный шок прошел, Сиарой овладело отвращение – настолько же инстинктивное и малообъяснимое, которое одни люди чувствуют к насекомым, а другие – к множеству разнокалиберных отверстий.

Как-то вдруг сразу она не разумом, а всем телом поняла: с этой херней нельзя договариваться. Ее можно только убить – или быть убитой.

«Так, стоп, – сказала себе Сиара, хотя руки ее уже потянулись в астрал за заготовкой боевого заклятья, самого сильного, которое у нее только было, – почему ты так считаешь? Нет такого существа, с которым нельзя было бы договориться! Все чего-то боятся, все чего-то хотят…»

Это она знала, как никто. У каждого есть слабое место. Даже если ты очень силен – может быть, неумение быть слабым как раз и станет тем крючком, на который тебя подцепят.

Разум же человека, когда-то занимавшегося наукой, говорил: так называемый «инстинкт» может быть продуктом воспитания и предрассудков. Иногда, чтобы поступить правильно, нужно пойти наперекор природе. Например, нельзя поддаваться состраданию и давать мясо умирающему с голоду, пусть сначала напьется рисового отвара.

Опыт же вопил другое: доверяй ощущениям – особенно таким сильным и таким глубоким.

Сиара ударила еще прежде, чем додумала предыдущую мысль.

Самое мощное заклятье в арсенале главы службы Дворцовой безопасности было действительно убойным. Она знала множество способов убить противника – одного или группу, виртуозно умела наводить иллюзии, особенно звуковые (недооцененная сфера магического мастерства, ибо, хотя звуковые иллюзии не настолько впечатляют, как зрительные, но и фальшивку распознать сложнее – любая зрительная иллюзия обязательно хоть немного, да просвечивает, а вот звуковую можно сделать безупречно). Особенно же искусной Сиара Салагон стала в области защиты.

И все же она как никто осознавала: бывают такие битвы, где у кого больше дубина – тот и победил. Поэтому постаралась обзавестись самым большим и шипастым моргенштерном. Это была ее личная разработка, хотя в основе лежал тот же принцип, что и у стандартной «бомбы» демоноборцев. Только те стремились отсечь демона от источников питания, вакуум же создавался как побочный продукт. А госпожа Салагон поставила себе целью создать не просто чистый вакуум, но и уничтожить саму материю, все, что оказывается в определенной сфере. Не испарить резким повышением температуры, не разорвать взрывной волной – именно уничтожить, исключить саму возможность существования материи в сфере нахождения заклятья.

Никогда прежде она не применяла это заклятье полностью, только отдельные компоненты – и только в тщательно защищенном двойной дуэльной защитой зале. Но безумные времена требуют отчаянных мер.

Эффект превзошел все ее ожидания.

По ушам ударил оглушительный вой и грохот, куда сильнее, чем те, что сопровождали появление эмиссара Идеальной Тысячи.

Мощнейший удар швырнул саму Сиару на землю, протащил волоком несколько метров, обдирая о слишком хрупкую не-скалу, и вжал в сухую пористую поверхность. Пыль вокруг взметнулась столбом, жгуче забиваясь в глаза – Сиара едва успела зажмуриться. К счастью, несколько ее защитных амулетов все-таки сработали, а не то она сломала бы себе шею. Или, что вероятнее, ее зацепил бы один из обломков, которые проносились мимо.

Не вставая, Сиара выпустила универсальное аналитическое заклятье – оно у нее тоже было подвешено в астрале в виде шаблона, можно запустить за доли секунды.

Бесполезно: полная мешанина и какофония, невозможно интерпретировать результат. Пришлось рискнуть и попытаться встать… почему не получается, неужели ее так сильно приложило? Странно, она ведь ничего не чувствует… ну хоть поднять голову…

Поднять голову получилось, а вот глаза открыть – не сразу; жгучая едкая пыль, казалось, царапала роговицу под веками. Однако через несколько секунд (целая вечность в бою, но что поделать) Сиаре все же удалось проморгаться, она поняла, почему не получилось встать.

Ее держало щупальце, словно сотканное из тумана и молний. Абсолютно неощутимое на коже, оно сковывало движения почище смирительной рубашки (да, был у Сиары и такой опыт). Плотно спеленав женщину, оно прикрутило ее к обломку скалы, и прямо вместе с ним держало напротив морды – одновременно удивительно красивой и страшной, хоть мочевой пузырь опорожняй.

Эмиссар Идеальной тысячи поймал ее и теперь внимательно разглядывал, решая что-то.

«Последний шанс!..» – промелькнуло в голове у Сиары.

– Я знаю слабое место Дракона… – прокаркала она пересохшим горлом, преодолевая отвращение, от которого не мутило. – Мы можем договориться.

При этом она уже знала: договариваться с ней никто не будет. С едой не договариваются. Но не попробовать не могла.

«Умереть с достоинством» – это сказка для слабаков и пораженцев. Сиара знала, что никакого достоинства в смерти нет – уж она-то насмотрелась на смерть во всех ее видах.

В следующий миг она поняла, что нет, не во всех.

Глава 2
Разговор в императорском семействе (без правок)

– Ты хочешь сказать, что Сиара Салагон умудрилась выжить? – ахнула Даари.

Она сидела на тахте, сжимая в руках элегантнейший бокал с особо элитным самогоном, изготовленным собственноручно старшей супругой Фаранией Ночной Астрой. Пока еще Даари была слишком выбита из колеи, чтобы сделать хоть глоток.

– Нет, – Владыка, незнакомо-знакомый, пожилой, в очках, покачал головой. – Но она погибла с немалой пользой. Можно сказать, искупила грехи кровью. Так что и почетная награда, которую я дал ей посмертно, вполне заслужена.

Даари вспомнила, что читала об этом не так давно. У Сиары Салагон не было родни, так что прославляющую табличку на дом, роскошное украшение для волос и церемониальное оружие принимала госпожа Лайет, ее наследница по завещанию.

– То есть эти существа отправляли к нам в набеги тварей из Нечистого измерения, чтобы прощупать почву? И они же перехватывали наши разговоры по Сети? – спросила госпожа Териат. – Именно поэтому нам так и не удалось найти разумных среди Нечистых тварей, несмотря на то, что явная координация имелась? И они же, должно быть, создали демонов – как этакое биологическое оружие?

Несколько старших супруг повернулись к ней с легким удивлением на лицах – насколько Даари вообще разбиралась в их физиогномике.

Госпожа Териат, скрипнув, покачнулась на своем надувном лебеде.

– Я внимательно слушаю сына, когда он жалуется на работу, – сказала она с легкой улыбкой. – Чего и вам советую.

– Демоны не могут быть биологическим оружием! – перебила ее Илина Карт. Насколько Даари помнила, почетный председатель ученых советов нескольких университетов. Не самая старшая из супруг, она, тем не менее, имела больше всего научных званий – преимущественно в области биологии и лекарского дела, хотя занималась и «чистой» теорией магии – и считалась самым знающим магом-теоретиком. – У тех образцов, что нам удалось исследовать, слишком архаичный геном. Крайне маловероятно, что он был модифицирован.

– Не буду с вами спорить, – любезно согласилась госпожа Териат.

– Может быть, демоны и не были созданы искусственно, – миролюбиво проговорил Дракон. – Скорее всего, Идеальные всего лишь изменили какого-то паразита, который и без них уже существовал в Нечистом измерении и прекрасно себя чувствовал. Плод взаимодействия этого паразита с сильной тварью или магом-человеком мы и называем демоном. Так тебя устроит, Илина?

– Такой вариант допускаю, – суховато сказала эта дама.

По тону чувствовалось, что если бы говорил с ней не Владыка, она бы так легко не уступила.

Даари подумала: «А ведь эта женщина та еще формалистка – и наверняка так просто не смирится, что я оказалась выше нее, даже Академию не закончив! Эх, если придется с ней взаимодействовать по делам космоса, туго мне придется».

– Так все-таки, кто создал демонов? – неожиданно трубным басом спросила госпожа Саалания. – Какие-такие «Идеальные»? Я уже в том возрасте, когда могу на середине любой речи дать дуба, так что кончай переливать из пустого в порожнее.

Выглядела госпожа Саалания лет на восемьдесят (на хорошие такие восемьдесят, в которые богатые пенсионерки еще ходят по горам и на яхтах), но Даари помнила, что ей больше сотни.

– Они – драконы, – сказал Владыка. – Или, точнее, были драконами. Дорогие мои, я не помню в точности: все ли из вас изучали эволюционную экологию в Академии?

«Как минимум, я не изучала», – подумала Даари, но не сказала этого вслух.

Кроме нее тоже никто не признался.

Владыка вздохнул.

– Ясно. Вы не могли ее изучать, и уж точно не в Академии, потому что такого направления не существует. Я его только что придумал. А если где-то и запустили программу с таким названием, то мне еще не сообщили. Тем не менее, эволюционисты среди нашей научной братии имеются и иногда даже заняты делом. Так, вы, наверняка знаете, что некоторые виды живых существ склонны менять свою среду обитания – иногда до такой степени, что она становится непригодной уже для них. После чего вид мигрирует или вымирает. Иногда вместе со всей биотой. Первый пример – нашествия саранчи. Второй пример – кислородная революция пару миллиардов лет назад.

Дракон сделал паузу абсолютно в учительской манере и обвел всех взглядом, словно ожидал, что кто-то сейчас сделает из его слов правильный вывод.

Даари понятия не имела, что такое кислородная революция, но сделала мысленную пометку спросить у Саюры (последнее время ей даже некогда было самой искать информацию в Сети). Однако остальные жены не подвели.

– Идеальная Тысяча – аналог Драконов из Нечистого мира, которые угробили свою среду обитания и хотят завоевать нашу？ – меланхолично поинтересовалась совсем молодая женщина с очень грустным лицом, Сетана Каат. Она работала в министерстве просвещения, а в Сети имела прозвище Печальная супруга. После Даари она и впрямь была самой юной (лет тридцати двух-трех), ее сыну недавно исполнилось четыре.

– Наоборот, – с непередаваемой интонацией произнес Владыка. – Они – своеобразная экологическая полиция. Считают, что это остальные драконы уничтожают все миры, в которых поселяются.

В комнате повисло молчание. Выдержав короткую паузу, Владыка продолжил:

– Драконы – хищный вид, более того, вид экспансивный. Молодые самцы стремятся заматереть и захватить новые территории, причем чем обширнее, тем лучше. С возрастом наши аппетиты только растут. Вечное противостояние между самцами и самками, которые стремятся к консервации статуса кво и стабильности для выращивания потомства, до некоторой степени сдерживает бесконтрольный рост популяции – но все равно рано или поздно наступает момент, когда демографическое давление пересиливает, и одного мира становится для нас мало.

– Ты говоришь так, как будто это до сих пор происходит, – сказала Улания.

– Да, – кивнул Дракон. – По всей вероятности, это до сих пор происходит… В каких-то других мирах. Потому что драконий род издавна – настолько издавна, что никто даже и не помнит, когда это началось – путешествует из мира в мир, порой уничтожая эти миры в процессе. Тут с Идеальными не поспоришь.

Дракон снова сделал театральную паузу и Даари решилась таки отхлебнуть из своего бокала. Чуть не закашлялась: гадость редкостная, горький и даже вроде бы острый! И остальные это пьют? Или ее разыграли по доброте душевной?

Но нет, примерно половина супруг держали бокалы с такой же мутной жидкостью, и перед Владыкой на столе тоже такой стоял. М-да. В следующий раз надо будет принести с собой какой-нибудь ликер послаще.

– То есть ты хочешь сказать, – неверящим тоном произнесла Илина Крат, – что эта возмутительная теория о множественности обитаемых миров верна? И что Нечистое измерение – это не изнанка нашего мира, а мир-спутник, связанный с нашим, как Планета с лунами?

– Потрясающе, Илки, как всегда попала в точку, – улыбнулся ей Дракон.

– Но это невозможно! – возмущение не покидало голоса Илины. – Тогда почему ни один человеческий маг не заметил существования этих миров и не смог пробить туда проход⁈

– Потому что это принципиально другой уровень магической энергетики. Даже из Драконов на это способны были только самые старые старики, и то лишь в космическом пространстве, – пояснил Дракон. – Детали этого процесса я знаю слабо, в силу своей малой образованности и нежного возраста, но одно помню отчетливо: для успешного открытия портала нужно выйти за пределы гравитационного поля планеты. Или, может быть, даже Солнца – не могу точно вспомнить, когда мне об этом рассказывали, я думал только о том, как бы незаметно свалить из Гнезда да поохотиться за орлами, – он усмехнулся. – Наши ученые – я имею в виду учёных Цивилизации – работают над этим уже сотни лет в том или ином виде. Таарн Латарр был первым, кто нащупал верный подход: не качать личное могущество, все равно люди тут с драконами не сравнятся, а использовать техномагию. Даари уже в курсе, она будет этим заниматься.

– Интересные новости! – воскликнула Фарания. – Почему я впервые слышу, что у нас какие-то проблемы с космической программой⁈

– Потому что, уважаемая старшая сестра, вас давно уже ничего не занимает, кроме свежих любовных романов, – довольно едко проговорила Илия.

«Ага, – подумала Даари, – у них с Фаранией вражда. Надо запомнить».

– Недостаток гуманитарного образования у молодого поколения прискорбен, – заметила Фарания. – Впрочем, не удивительно, что человек, ставящий свое имя под чужими научными достижениями, не отличает любовные романы от детективов.

Илина Крат покраснела как помидор и явно собиралась возмущенно возразить, но Дракон прервал ее.

– Девочки, не ссорьтесь, – миролюбиво проговорил он. – Проблемы с нашей космической программой тщательно маскировались, то, что люди, которые не занимались этим специально, ничего не знают – хорошо и правильно. Значит, задача выполнена.

– Вот именно, – проговорила Улиана, – мои ребята отлично работают на поле агитпропа… Владыка, прости их, я уверена, они не хотели перебивать. Что всё-таки с идеальной тысячей? Они – драконы из другого мира?

– И да и нет, – вздохнул Дракон. – Есть мнение, что они происходят из мира изначального. Оттуда, откуда мы все пошли… много миллионов лет назад, в незапамятные времена.

Даари попыталась представить себе эту бездну времени – и тут же поняла, что тут лучше не представлять. Даже на тысяче лет ее разум буксовал. Миллион, а тем более многие миллионы лет… нет, лучше не задумываться, целее будешь.

– Когда я был ребенком, – продолжал Дракон, – мне не рассказывали многого. Но даже тогда у меня сложилось впечатления, что сведения нашего народа об Идеальных фрагментарны. Есуа это косвенно подтвердила.

– А, так вот о чем вы с ней говорили два часа… – пробормотала Гешвири Териат.

– И об этом тоже, – обворожительно улыбнулся Дракон. – Главным образом обсуждали философские вопросы, можете себе представить… Короче говоря, из того, что я знаю, достоверно одно: эти твари когда-то были драконами, но по некоторым соображениям сознательно прекратили ими быть. А вот чем они стали – вопрос. Сами они считают, что стерли грань между живой и неживой природой, чтобы более не наносить ущерба мирозданию.

– Это как? – сварливым старческим тоном спросила Саалания. – Говори толком, кончай вешать мне лапшу на уши! Вот возьму и помру, не разобравшись в твоих иносказаниях.

– Вот поэтому я и начал было рассказывать по порядку, – вздохнул Дракон. – Но вам ведь обязательно надо вылезти с вопросами, верно? – он обвел весь свой «ближний гарем» скептическим взглядом. – В общем, смотрите: миллионы лет мой народ переселялся из мира в мир, когда демографическое давление превышало определенный порог. Было подсчитано, что планета такого размера как наша может поддерживать не более ста тысяч особей моего вида.

– Это же как маленький город! – против воли воскликнула Даари.

И тут же пожалела, что вообще заговорила: она не собиралась подавать голос в этом гадюшнике – ясно же, что каждая из ее реплик будет препарироваться всеми старшими супругами.

– Да, по человеческим меркам это население небольшого города, – легко согласился Дракон. – Но наш народ жил разобщенно и размножался сравнительно медленно. У нас рождались в основном мальчики, рождение девочек было редкостью. И из сотни мальчиков хорошо если один-двое доживали до зрелости. А стариками становились и вовсе один из тысячи.

– Ты сейчас говоришь, что если бы не Катастрофа, у тебя не было бы шансов выжить, – ворчливо произнесла Саалания.

– Вроде того, – кивнул Дракон. – Хотя не так мало, как тебе нравится думать, дражайшая. Дело в том, что меня с детства выделили как обладающего более высоким интеллектом и, скажем так, эмпатическими способностями, чем средний самец. Поведали кое-какие жизненные секреты. Примерный индекс выживаемость среди таких, как я, подсчитать уже невозможно – у меня просто нет таких цифр. Но, по ощущениям, он был примерно на порядок выше, чем у других самцов.

– Так, ладно, – сказала Даари, послав к бесам всякую осторожность, потому что ее уже серьезно начало напрягать то, как другие старшие жены перебивают Владыку. – Все-таки, при чем тут вред для мироздания? Как с этим связаны эти враги?

– Спасибо, милая императрица, – Дракон подчеркнуто уважительно поклонился ей. – Давай в самом деле вернемся в конструктивное русло… Так вот, как вы можете себе представить, когда демографическое давление достигало такого уровня, что часть населения вынуждена была отправиться за кордон искать лучшей доли – это значило, что сам мир частенько находился в весьма плачевном состоянии. Загрязнение сырой магией, мутации среди животных и растений, Проклятые земли на половине охотничьих угодий…

– Постой-постой, – теперь Дракона перебила Илина, и на нее тут же злобно покосились все остальные жены, не исключая Даари. – Сырая, вредная для природы магия поступает к нам из Нечистого измерения! Но ты сам сказал ранее, что Нечистое измерение – это не изнанка нашего мира, а другой мир, связанный с нашим в силу естественных причин! Выходит, в других мирах магия должна иметь другую природу…

Даари подумала, что разговоры о природе магии нельзя вести на трезвую голову, и все-таки сделала один глоток. Пожалуй, не такой ужасный привкус, как ей сначала показалось, к этому можно привыкнуть. Главное, что потом по горлу и по груди разливается приятное тепло…

– Нет, – покачал головой Владыка. – Нашему миру просто больше повезло в том смысле, что он оказался соединен с соседним, где магии вырабатывается больше. Но так-то магия есть везде и везде она, будучи выпущена на свободу в товарных количествах, меняет среду под себя. Сама подумай, если бы в других мирах не было магии, как бы драконы вообще сумели там существовать? Без магии мы не способны даже поддерживать собственный вес! Есть мнение… или, во всяком случае, было у моего народа, что накопление магии рано или поздно приводит к тому, что все миры превращаются в подобие Нечистого измерения, а имеющаяся в них жизнь принимает узнаваемый облик Нечистых тварей. Кроме тех миров, разумеется, где магии настолько мало, что ни животные, ни разумные существа не могут использовать ее для колдовства.

– А есть и такие? – спросила госпожа Илина Крат.