Текст книги "S-T-I-K-S. Алтари (СИ)"

Автор книги: Валерий Сопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– А ведь и вправду, – удивленно хмыкнул Странник. – Облегчив самого себя вы и взлететь сможете. Сколько здесь живу, а Улей не перестает меня поражать.

Переговариваясь с Паломником Странник не прекращал своих манипуляций, проводя руками вокруг головы инвалида, отчего у того возникало ощущение щекотки по всему телу. Наконец сеанс ускоренного усвоения жемчужины был завершен. Странник, не говоря больше ни слова, всунул алый голыш в руку Паломника и просто исчез., оставив того в состоянии полного недоумения. Паломник отчего-то ждал этакой процедуры пафосного расставания. С многочисленными пожеланиями, наставлениями и увещеваниями. А тут раз и вроде ничего не было. Пустое кресло. Девушки, занимающиеся своими делами вдалике и один из Альбертов, тот что с черным пятном под глазом и кисточками на ушах, подкрадывающийся к Паломнику с явно недобрыми намерениями.

Не слишком задумываясь над последствиями, Паломник на интуитивном уровне применил к коту свой новый дар, желая чтобы нахал почувствовал на своей шкуре всю тяжесть длани инвалида. Кошак утробно мявкну. Лапы у него разъехались в разные стороны, как будто-бы сила тяжести и вправду увеличилась для него раз в пять. Правда все тут же устаканилось. И Альберт с жалобным воем вскочил на ноги и задрав хвост умчался в лес к своим подельникам.

– А ведь и вправду работает, – пришел в полный восторг Паломник. С огорчением при этом ощущая, что следующую попытку сможет сделать не раньше, нежели через несколько минут.

Кавалькада транспортных средств, включающая бронированный вездеход под управлением Баристы и Рыжей в качестве стрелка, байка Блонды и инвалидной коляски Паломника выдвинулась из лагеря в Великом Лесу в сторону Нестабильного кластера без четверти четыре. Практически в Час Волка, в то время когда всякие добропорядочные люди должны мирно почивать в своих постелях. Нынешняя ночь подкинула иммунным редкий подарок. Тот самый случай, когда ночное небо внезапно освобождается от мутной дымки и на небосводе появляется безумно плотная по яркости и насыщенности россыпь звезд, звездных скоплений. галактик, туманностей, увенчанная в центре, ровно в зените, огромной Черной Дырой, вокруг которой, казалось, вращается весь мир. Зрелище, которое там, на Земле, и вообразить себе было невозможно.

В который раз Паломник задумался над тем, насколько все то, что он видет, является реальным. А не просто болезненным воображением его мозга, в мгновение перед смертью, наступившей от соударения с тела брусчаткой у входа в Башню Инвалида. Мгновением, растянутым на годы. Потом отбросил напрочь эти пораженческие мысли. К тому же вскоре бездонное небо снова затянулось туманной, слегка светящейся дымкой. Напрочь скрывашей звезды, но позволяющей различать окружающий мир. Пусть и не слишком четко, но в достаточной степени. Навроде того, как это смотрится в поздних сумерках на Земле. К тому же Паломник обратил внимание, что со временем у него появился этакий аналог ночного зрения. Впрочем, не слишком качественный. И это был вовсе не Дар Улья, поскольку со временем практически все иммунные приобретали подобную способность.

Так что кавалькада безо всяких затруднений, связанных с плохой видимостью, двигалась по степной дороге, ведущей в Великий Устюг.

К границе Нестабильного Кластерао ни добрались минут за десять до начала обновления. На первый взгляд ничего не нарушало спокойствие мирно спящего города. Хотя о каком мире можно было говорить, если речь шла о территории, где основным принципом существования был: «Убей ближнего своего и стань сильнее, или умри». Вскоре появились отдельные рваные клочки тумана. Они потихоньку разрастались вверх и в стороны, покрывая улицы города и накрывая дома. При этом ни на сантиметр не выходя за границу Нестабильного Кластера, как будто бы забродившая квашня в стеклянной банке.

Паломник вздрогнул, представив на секунду себя в этом тумане. Все понимающего и неспособного ничего изменить. С ужасом ожидающего того момента, когда превратится в слюнявого идиота, а потом и вовсе будет вычеркнут из окружающей реальности.

Инвалиду неоднократно доводилось присутствовать на границе обновляемого кластера в момент окончания перезагрузки. А вот начало он видел впервые. Во всяком случае со стороны. Поскольку собственное попадание в Улей полугодичной давности вряд ли стоит принимать во внимание.

Внезапно белый туман как-будто бы взорвался. Он резко вырос вверх на многокилометровую высоту и из белого превратился в черный. Внутри черноты вспыхнули многочисленные многокилометровые огненные шнуры. Те самые беззвучные молнии, свидетельствующие об загрузке к кластер новой копии Великого Устюга. Сама перезагрузка прошла, с точки зрения Паломника, совершенно штатно. И буквально минут через десять чернота схлынула, явив взору обновленный город. Чистый и свежий. Еще не успевший напитаться безумием, страхом и кровью.

Далее группа действовала в соответствии с оговоренной заранее процедурой. Рыжая из крупнокалиберного пулемета расстреляла срез бетонки. Там где проспект Тракторостроителей обрывался переходя в степную грунтовку и образуя полутораметровый перепад высот. Тяжелые пули разворотили и обрушили ровный срез, организовав этакий импровизированный пандус, по которому в город без труда въехал сначала вездеход, а вслед за ним и Блонда на байке, и инвалид на своей коляске. Бетонка была практически пустой. Только издали навстречу кавалькаде двигалась фура, водителю которого вскоре предстоит добраться до границы кластера и первым из горожан обнаружить, что прежнего мира больше не существует.

По договоренности отряд направился в знакомое кафе «У Лейлы». Никакой особой надобности в этом не было и инвалид предполагал, по ситуации, либо забраться в Башню Инвалида, при условии, что таковая подгрузится на этот раз, либо сразу двигаться к полицейскому участку. И там, дождавшись, когда в городе начнется хаос, организовать место для отстрела тварей стикса. Но Бариста, настояла на посещении кафе. Утверждая, что на этот раз Башня Инвалида не появится, а ожидать у входа в полицейский участок, демонстрируя окружающим джип, укомплектованный тяжелым пулеметом, не безопасно. Возможно инвалид и проигнорировал бы просьбу девушки. Вот только он заподозрил, что за этим стоит ее Дар Видящей и решил не рисковать.

Правда Паломника беспокоило и то, как Бариста поведет себя, столкнувшись со своей полной копией. Только не иммунной, а зараженной. ВАриант с том, что и новая Лейла окажется иммунной он напрочь отбрасывал. С одной стороны как слишком маловероятный, с другой, как грозящий многочисленными непредсказуемыми неприятностями, о которых даже и думат не хотелось. Впрочем Видящая его успокоила. Сообщив, что за то время, которое прошло в Улье, а это две недели, ровно столько же прошло и на Земле. И к этому моменту ее оригинал ушел в отпуск. Причем у Земной Лейлы на руках была путевка в Марморис. Так что встреча не намечается. А вид своего сменщика, Ильи, она как-нибудь переерпит. Учитывая, опять же, не самые дружеские отношения с молодым человеком, пытающимся всячески напакостить девушке и очернить ее в глазах владельца бизнеса.

Команда, промчавшись по улицам практически пустого города, затормозила у знакомого здания. И хотя на часах было только шесть утра, кафе «У Лейлы», распахнув двери ожидало посетителей. Впрочем это и не удивительно. Поскольку бар работал круглосуточно. А то, что Лейла всегда при перезагрузках обслуживала Паломника и Рыжую, было следствием того, что девушка предпочитала ночные смены. Команда расположилась на террасе второго этажа, откуда прекрасно была видна Центральная площадь, и можно было сверху наблюдать за сохранностью собственных транспортных средств. На этот раз не только Блонда оставила свой байк рядом с джипом, но и Паломник не стал тащить наверх инвалидную коляску. Его навыки движения с использованием телекинеза развились настолько, что сторонний наблюдатель замечал разве что некую дерганность при ходьбе.

Молодой человек быстро выполнил их заказ, поставив перед на столик перед присутствующими чашки с кофе. Баристу Илья не узнал. Во всяком случае до того момента, когда девушка обратилась к нему на китайском языке.比起阿拉比卡咖啡，我更喜欢摩卡啡。

Глава девятнадцатая

Неприятности на пустом месте

Глава девятнадцатая. Неприятности на пустом месте.

Молодой человек быстро выполнил заказ, поставив на столик перед клиентами чашки с кофе. Свою сменщицу Илья не признал. Во всяком случае до того момента, когда девушка обратилась к нему на китайском языке.比起阿拉比卡咖啡，我更喜欢摩卡啡。

Первым на афронт Видящей отреагировал Паломник. Правда мысленно.

– Это что за чертовщина. Откуда Бариста знает китайский. Во всяком случае не от меня. Такую фразу я точно не разучивал. Тем более, что сам предпочитаю арабику, а не мокко. И зачем она тестирует этого юнца на предмет возможного иммунитета. Маловероятно, но вдруг сработает. Нам сейчас только с новичком возиться недоставало. Вместо того чтобы охоту организовывать, придется лекцию по правилам поведения в Улье читать. Тот самый случай, когда в многих знаниях многие печали.

– Впрочем сам виноват. Не надо было рассказывать подруге про тест Судьи Фараона.

Обдумывая последнюю мысль, Паломник сообразил, что напрасно на себя грешит. Поскольку никогда и не посвящал Баристу в тайные знания. И случившееся можно пояснить либо внезапно обострившейся тягой Видящей к исторической Родине, что выглядело маловероятным, поскольку, несмотря на выраженный восточный тип лица девушки, на китаянку та совсем не тянула, либо болтливостью Рыжей. Определившись с виноватыми Паломник расслабился в ожидании реакции молодого человека. И та незамедлительно последовала. Причем в совершенно неожиданной форме.

Илья на секунду остолбенел, а затем вперившись в Баристу буквально зарычал:

– А ты что тут делаешь? Ты же сейчас должна в Турции тусоваться. Что, на мое место метишь? Я тебя, тварь дешевая, сразу раскусил.

С каждой последующей фразой речь молодого человека становилась все более бессвязной. Содержательную часть сменил поток грязных ругательств. Да и внешний вид Ильи начал претерпевать изменения. Его как будто бы что-то корежило изнутри. Шея неестественно выгнулась, изо рта потекла струйка слюны, глаза закатились. Апофеозом всей этой сцены стало то, что сменщик Баристы уронил поднос на пол и бросился на девушку, пытаясь зубами вцепиться ей горло.

В этой ситуации откровенно облажались все. Сама Бариста, которая сподобилась разве что на то, чтобы прикрыть шею руками. Паломник, взирающий на происходящее с открытым от удивления ртом, Блонда, способная в обычной ситуации за мгновение преодолеть десятки метров и нашинковать любого пустыша в фарш, а сейчас застывшая в ступоре. И наконец Рыжая, громко завизжавшая от ужаса.

Именно последнее и спасло Видящую от незавидной участи, пасть от зубов новообращенного зараженного. А то что Илья за считанные секунды трансформировался из попаданца в Улей в классического пустыша, охваченного одной только страстью: рвать и жрать своих менее удачливых соседей, которым, в большинстве своем, еще только предстоит обратиться, не вызывало сомнения. Другое дело, что Паломник не слышал о том, чтобы трансформация проистекала столь стремительно. Еще минуту назад молодой человек вполне осознанно выполнял разумные действия: приготовил кофе, разлил его по чашкам посетителей, а через несколько секунд попытался вцепится в горло одной из клиенток. Пусть и знакомой по прежней жизни.

Паломник и раньше, во время предыдущих обновлений Нестабильного кластера, обращал внимание на то, что превращение Лейлы в зараженную идет опережающими темпами в сравнении с другими горожанами. На этой основе даже делал прогнозы, касательно времени до предстоящего обновления. Тогда он пояснял для себя этот феномен своим личным влиянием на хозяйку бара. Гипотеза ничем не обоснованная, но вполне инвалида удовлетворяющая. Нынешняя ситуация и вовсе ни в какие ворота не лезла. И хотя любой из членов команды одним небрежным движением любой конечности мог бы без особого труда прибить новообращенного пустыша, все же пребывание в Улье и регулярное употребление живчика способствует значительному росту физических кондиций, это не говоря о Дарах Улья, всеобщая растерянность и неслаженность команды чуть было не сыграли с ними роковую роль. Чреватую гибелью Баристы.

Спасла Видящую истерика Рыжей, которая при виде опасности, угрожающей жизни ее подруги, принялась громко визжать, перемежая ор выкриками. В том числе прозвучал и такой: «Стой! Прекрати немедленно!». Именно эта фраза, подкрепленная спонтанным использованием Дара Нимфы, и стала триггером, переключившим зараженного в новое состояние. Пустыш мгновенно замер, оторвавшись от Баристы и вперившись белесыми брукалами в Нимфу в ожидании нового распоряжения.

– Ну вот, подтвердились слова Странника, о том что Рыжая, по мере развития Дара, сможет тварями стикса командовать, – мелькнуло в голове инвалида.

В относительную норму членам команды Паломника удалось прийти минут через десять. Пустыш, по указанию Нимфы, замер в дальнем углу бара в ожидании своей участи. Блонда робко предложила свои услуги с тем, чтобы свернуть шею потенциальной угрозе. Но не слишком при этом и настаивала. К тому же понимания и одобрения своему предложению не нашла. Все продолжали пребывать в растерянности, медленно осознавая тот факт, что прошли буквально по грани. Причем на пустом месте.

Сама Бриста припомнила свои навыки хозяйки кафешки и убрав опрокинутый столик сварила всем новый кофе. Потом глубоко вздохнула и обращаясь к Паломнику произнесла: «Я помню Странника. Хотя так и не должно быть. И знаю, что стала Видящей. Только мой дар на меня саму не распространяется. Поэтому и с Ильей так произошло».

После чего повернулась к девушкам. Те недоуменно переглядывались между собой. Имя Страник юным социологиня ни о чем не говорило.

– Да ладно вам, не расстраивайтесь. О том что вы обе шпионки, тайные убийцы и невероятно крутые, забывайте. Здесь Улей, а не Земля. Здесь все по другому. И растеряться могут даже самые-самые… Попозже все вам про Странника и про ваши Дары Улья расскажу. Когда время будет и Босс от нас уйдет. Сейчас не до того. Через двадцать минут тут начнется полная вакханалия. Перебираться в другое место не стоит. Все равно не успеем. И еще, я не знаю, чем все закончится. Но давайте попробуем выжить.

– Кажется на кухню доставили свежую выпечку. Сейчас принесу.

С этими словам Бариста спустилась на первый этаж, оставив подруг и в состоянии близком к гроги.

В свою очередь Паломник уцепился за слова Видящей, подтверждающие его подозрение, что с выпускниками, вернее выпускницами, местного соц. фака дело обстоит нечисто. Но промолчал, решив уточнить детали попозже, если случай подвернется, а сейчас приготовиться к надвигающимся неприятностям, обещанным Баристой в ближайшее время.

Впрочем все приготовления свелись к тому, что Паломник спустился на улицу, а потом затащил наверх свою инвалидную коляску. Не столько в качестве транспортного средства, размеры бара не слишком способствовали этому, сколько в виде мобильной огневой точки, снабженной отличной снайперской винтовкой. На вопрос, отчего бы не встретить потенциальную угрозу, расположившись в бронированном вездеходе, к тому же оснащенном тяжелым пулеметом, Видящая ответить не смогла. Но чуть ли не впала в истерику, в ответ такое предложение Паломника. Настаивая, что делать так ни в коем случае нельзя.

В очередной раз, прислушавшись к своей интуиции, которая категорически рекомендовала не спорить с истеричными дамами, Паломник махнул рукой и решив, что сделал все возможное в этой ситуации. После чего занялся выпечкой, удивляясь и восхищаясь тем, что даже в самых тяжелых ситуациях всегда можно обратится к вечным ценностям. Перечень которых, включающий утреннюю чашку ароматного кофе и легкий миньет, он расширил свежей сдобой. Наслаждаясь минутой тишины и неги инвалид загадал: сможет ли он почувствовать надвигающуюся угрозу.

Почувствовать приближение полного трындеца Паломнику не удалось. По той простой причине, что в подобном предчувствии не оказалось никакой надобности. Поскольку на этот раз интуицию заменили классические органы чувств: слух и зрение. Проигнорировать мчащуюся по узкой тенистой улице в сторону Центральной Площади стаю тварей стикса, насчитывающую никак не меньше трех десяткой монстров, преследующую бронированный вездеход, навроде того, что стоял сейчас у входа в кафе, было совершенно невозможно. И не только потому, что с террасы открывался прекрасный вид на происходящее, но и потому, что беглецы поливали своих преследователей редкими короткими очередями из тяжелого пулемета.

Впрочем на ход преследования это никоим образом не отражалось. Разве что по пути следования стаи монстром на асфальте оставались одинокие туши зараженных. Из числа тех, которые послабее. При этом складывалось впечатление, что общая численность монстров преследующих бронированную машину не уменьшалась, а то и вовсе возрастала. Низкая эффективность обстрела была обусловлена, как показалось Паломнику, экономией боеприпасов и не слишком высоким умением стрелка. Который умудрялся каждую вторую очередь пулять невесть куда, чаще всего над головами у преследователей. Вряд ли точной стрельбе мешала дистанция в сто метров, отделяющая тварей стикса от вездехода. Для Корда это чуть ли не оптимальное расстояние прицельного огня. А вот то что машина выписывала на дороге вензеля, да и сами твари не стояли на месте, то сокращая расстояние, то отставая, сказывалось на результате. Опять же, привлеченные громкими звуками выстрелов в преследование включались все новые и новые твари.

Нетрудно было сообразить, что произошло. Обычно, войдя в город стая тварей стикса расползалась по его окраинным районам, рассредоточившись на значительной территории, с тем чтобы впоследствии неторопливо двигаться к центру, подъедая на своем пути неудачников, из числа иммунных, либо не успевших переродиться горожан. На этот раз все пошло немного по другому сценарию. По видимому, вездеход попал в поле зрения нескольких монстров. А попытка отбиться от зараженных, используя огнестрельное оружие, звук которого слышен на многие километровка в округе, привлек внимание практически всех пришлых тварей стикса. Не удивительно, что численность преследователей, по прикидкам Паломника, постоянно возрастала. В погоню ручейками со всех сторон вливались все новые и новые монстры.

До сих пор от смерти экипаж вездехода спасал разве что тот факт, что в числе преследователей не было элитника. Возможно лидер вторженцев, организовавший поход стаи монстров от Белогорска до Верхнего Устюга, был занят чем-то более важным, нежели преследование одинокой машины. А то что во главе пришлых стоял элитник у Паломника не вызывало никаких сомнений. Впрочем и пары кусачей, возглавляющих погоню, было вполне достаточно, чтобы расправится с наглыми иммунными.

Вряд ли впавшие в раж зараженные осознают то, что содержимого вездехода на всех не хватет. И гораздо разумнее, вместо того, чтобы скопом мчаться за одинокой машиной, устроить сафари на тех же, пусть и немногочисленных поутру горожан, которым не посчастливилось выйти на улицу. И сейчас они в ужасе прижимались к домам, пропуская мимо себя непонятных чудовищ.

А то, что жертвами тварей стикса в ближайшее время может стать и он, вместе с девицами, Паломник осознал в тот момент, когда бронированный джип выполнил совершенно дурацкий маневр. Вместо того, чтобы продолжит свое ралли и вырвавшись со сравнительно узких улиц на оперативный простор в виде широкого проспекта Тракторостроителей, где можно было резко ускорится и оторваться от преследователей. Для чего и надо было пересечь Центральную Площадь и свернуть налево. Вот только водитель вездехода либо плохо ориентировался на месте, либо решил, что «на людях и смерть красна». Выполнив резкий разворот, вездеход припарковался практически вплотную к машине принадлежащей команде Паломника. По ходу дела снеся в сторону байк Блонды. Стало ясно, что обе машины вышли из рук одних и тех же умельцев. Одинаковая основа, схожее бронирование и вооружение намекали о чуть ли не мелкосерийном производстве.

Что натолкнуло Паломника на не слишком-то приятную мысль о том, что к ним в гости на огонек заглянула очередная команда муров. И нет чтобы самим появится. Но зачем же за собой тащить хвост из тварей стикса. Численность которых возросла уже голов до пятидесяти. А расстояние до ближайшего преследователя составляло от силы метров семьдесят. Что в пересчете на время контакта, с учетом скорости движения монстров, не превосходило и десяти секунд. И за эти десять секунд Паломнику надо было определится в своем отношении к гостям. Как иммунным, таки зараженным. И если с четверкой муров, которые выскочили из припарковавшегося вездехода, он рассчитывал справится, то что делать с полусотней не самых слабых монстров, просто не представлял. Весь его опыт, как личный, так и совместной с Рыжей охоты на зараженных, предполагал индивидуальный подход. Вступать в схватку с толпой Паломник был не обучен. К тому же предыдущий инцидент с пустышом, ярко продемонстрировал, что на боевые качества девушек не следует слишком полагаться. Та что интуиция однозначно рекомендовала Паломнику: быстро разобраться с мурами, а потом столь же быстро ретироваться, не вступая в прямую конфронтацию со стаей монстров. Возможно даже через черный ход. Рассчитывая на то, что вездеход останется цел и за ним можно будет позже прийти. Инвалидную коляску он своевременно забрал. А байк Блонды, после того, как на него наехал вездеход муров, вряд ли восстановлению подлежит без сдачи в специализированную ремонтную мастерскую.

Как всегда, в последнее время, интуиция Паломника подвела.

Троица муров, во главе с рыжебородым великаном, выскочила из из вездеходов. После чего стрелок, оставшийся внутри транспортного средства, развернул свой пулемет и в упор расстрелял преследователей, приблизившихся к этому времени на расстояние метров в двадцать. Паломник тут же шаркнул ножкой, осознав что из стационарной позиции стрелок со своим тяжелым пулеметом буквально творит чудеса. Одной, но невероятно длинной очередью он уложил чуть ли не половину стаи, причем умудрился расстрелять одного из двоих застрельщиков гонки – матерого кусача. На остальных монстров это подействовало отрезвляюще. И стая притормозила. Потом раздался командный рык выжившего лидера и твари рассредоточились, с тем чтобы охватить противника с флангов.

Судя по виду рыжебородого и его приспешников, проблемы с монстрами их не слишком заботили. Паломник даже на секунду заподозрил, что и вся погоня была сознательно спровоцирована самими мурами. А неумелая стрельба и вовсе фикция. Сродни тому как профессиональный жонглер все время неловко роняет булавы, умудряясь поймать их буквально в последний момент.

Сам же командир отряда муров, выйдя из вездехода с удовольствием потянулся, разминая конечности, а затем рявкнул: «Дуб, ты что тут делаешь? Неужто кофей пьешь. А шеф тебя заждался. Третью неделю от тебя ни слуху не духу. Даже беспокоиться начал. Интересуется, как там наш Дуб с Бесом и Щепкой поживают. И отчего это на базу не возвращаются. Неужели нашел что-то интересное и делиться не хотят. Вот и меня за тобой послал».

Глава двадцатая

Мягкая сил

Глава двадцатая. Мягкая сила.

Слова рыжебородого мура повергли Паломника в полное недоумение. По прошествии трех недель с момента охоты на элитника он не сразу и вспомнил кто такие Бес и Щепка. Хорошо хоть имя Дед, героя шахеда по принуждению, бросившегося в объятия высшей твари, будучи увешанным гранатами по самое немогу, накрепко сохранилось в памяти. Цепь ассоциаций, связанных с обстоятельствами установления контроля над теми мурами, тут же подсказали инвалиду стратегию взаимоотношений с нынешними. В голове забрезжила перспективная мысль: а не повторить ли хорошо оправдавший себя сценарий добычи жемчуга и на этот раз. При условии, что у самих муров в вездеходе окажется должный запас взрывчатых веществ. Впрочем, в наличии таковых Паломник практически не сомневался. Дополнительным аргументом, позволяющим рассчитывать на то, что в этот раз все будет гораздо легче и ему лично не придется участвовать в схватке с монстром, разве что на заключительной стадии, связанной с разделкой мечом джедая туши, выступал тот факт, что на этот раз отряд смертников должен был состоять не из одного Дуба, а насчитывать три, а то и четыре персоны. Жалеть муров инвалид не собирался. Всем им подлежало сложить голову за правое дело в виде обеспечения команды инвалида дефицитными ресурсами. И тем самым частично улучшить свою карму, значительно ухудшенную неблаговидными поступками, составляющими основу жизни любого мура.

Правда, тут же в голове у Паломника возник дурацкий вопрос, касательно этой самой кармы. Изначально концепция кармы связана с проблемой перерождения бессмертной души и приобретения ею того, либо иного материального носителя. Тот же Буддизм утверждал, что ежели ты изначально прыщеватый подростом, объект постоянных насмешек и тычков со стороны одноклассников, но при этом хорошо себя ведешь, слушаешь старших и по утрам чистишь зубы, то у тебя появится реальный шанс в следующей жизни переродиться в Мисс Вселенной. После чего оторваться на полную, пустившись во все тяжкие. Естественно, такое поведение скажется на карме самым негативным образом, зато пожить сможешь в свое удовольствие.

И хотя сам Паломник, будучи по своей природе агрессивным агностиком, в грош не ставил все эти религиозные бредни, его здорово заинтересовал вопрос, каким образом те же буддисты собираются выкручиваться из ситуации, когда все обитатели Улья являются на самом деле всего лишь копиями реальных людей, живущих на Землях в многочисленных параллельных мирах. И наличие души, по отношению к которой и должны работать кармические законы, у иммунных, предполагает что эта самая душа допускает дублирование. Идея, по самой своей сути, совершенно неприемлемая для любого религиозного ортодокса. А ежели у обитателей Улья души таки нет, то о каких кармических законах можно рассуждать?

Сделав на основании этой цепочки рассуждений вывод о том, что мурам вряд ли стоит рассчитывать в охоте на элитника на профит духовного плана и все сливки достанутся его команде. Что, впрочем, Паломник вполне устраивало.

В практическом же плане, взвесив все за и против подобного подхода, Паломник отказался от идеи расстрелять муров из засады, воспользовавшись эффектом неожиданности, в момент когда они поднимутся на второй этаж, и коротко проинструктировал Рыжую. На которую в этом раскладе и делалась ставка. Нимфа должно была взять муров под контроль.

После чего Рыжебородый командир, следуя указаниям Нимфы решал проблему со своим стрелком, оставшимся в вездеходе. Ну а дальше все по расписанию. Учитывая тот факт, что с момента столкновения с Дубом и его командой, Дар Нимфы у Рыжей здорово усилился, инвалид не ожидал особых затруднений. Его даже не тревожил факт возможного наличия у муров негатора, навроде того же Щепки. Который, гипотетически, мог бы помешать Рыжей взять контроль над нежданными гостями. Во-первых, чтобы задействовать это умение муру нежно было время. А Рыжая должна была бы взять под контроль входящих практически мгновенно. И во-вторых, Дар Негатора встречается необычайно редко. Трудно было себе вообразить, чтобы две команды подряд включали в свой состав подобных уникумов. К тому же, с точки зрения боевых кондиций, совершено бесполезных. Поскольку на зараженных этот дар не действовал.

– Опа-на, – удивленно отреагировал Рыжебородый, ввалившись в бар на втором этаже в сопровождении двух клевретов мрачной наружности, при виде Паломника и девиц, сидящих на террасе за столиком и попивающих кофе. Бариста в это время орудовала за стойкой у кофе машины, а пустыш свернулся по указанию Нимфы калачиком в самом дальнем углу помещения. Такую диспозицию предложил Паломник, с тем чтобы создать для муров иллюзию полной безопасности и дать Рыже некоторое время для того, чтобы полностью сосредоточиться на входящих, не упустив из поля своего зрения никого из них. Дело в том, что у Дара Нимфы в исполнении Лейлы, было определенное ограничение. Рыжая могла взять объект под свой контроль не иначе нежели глядя на него. Желательно и вовсе в глаза. Это потом, после того как мужчина попадал в ее сети, она могла манипулировать им даже на расстоянии. По прикидкам в несколько километров. При этом требования визуального контроля полностью снимались. А вот если контроль в силу каких-нибудь обстоятельств был утрачен, то ли из-за расстояния, то ли оттого что сама Рыжая прекращала контролировать объект периодически подпитывая первичное внушение небольшими порция ментальной силы и контроль со временем угасал сам по себе, тогда для восстановления статус кво снова требовался прямой визуальный контакт. Именно поэтому, Паломник опасаясь того, что кто-нибудь из команды рыжебородого задержится и избежит влияния Нимфы, а потом заподозрит неладное, инвалид и оговорил подобную диспозицию И не прогадал. Вся троица муров застыла у входной двери, будучи полностью доступной Нимфе, а Рыжебородый и вовсе вступил в словесные дебаты с Паломником, в котором он опознал старшего.

– Слышь ты, убогий. Поясни, отчего это внизу стоит вездеход Дуба, а самого моего дорогого кореша я не вижу. Неужто Дуб дуба врезал. Собственная шутка показалась муру необычайно смешной и он разразился восторженным смехом, чем-то напоминающим конское ржание. Судя по тому, как охотно сопровождающие поддержали своего командира, организовав лошадиный гогот в три горла, Дуб особой популярностью у своих корешей не пользовался.

Прежде чем рыжебородый успел продолжить опрос Паломника, в дело вступила Рыжая.

В последнее время инвалид стал замечать, что использование Даров Улья в непосредственной близости от него, вызывает на лице кратковременное ощущение холодка. То ли это было обусловлено самовнушением, то ли он и на самом деле приобрел способность чувствовать применение Дара, но на этот раз ощущение холодка по своей интенсивности приблизилось к двадцатиградусному морозу. Похоже, Рыжая решила силы не экономить.

Ментальный удар по мурам девушка сопроводила речевой командой:

«Стоять! Бояться!». И хотя подобное указание приличествовало больше какому-нибудь деду старослужащему, воспитывающему карасей, а не юной девушке, тем не менее посыл сработал. Ржание резко оборвалось, а лица муров из команды рыжебородого перекосило выражение откровенного ужаса. Настолько сильное, что Паломик даже забеспокоился. Как бы тех кондрашка от страха не хватила. Впрочем этого беспокойства ему хватило ровно на секунду, поскольку через секунду появился повод для гораздо большего беспокойства. Дел в том, что на старшего мура команда Рыжей должного впечатления не произвела. Он презрительно скривился и цыкнув зубом плюнул на пол. После чего совершенно не высказывая опасений задумчиво принялся рассуждать вслух: