Текст книги "Моя Академия 14 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

– Хорошее предложение, – слегка морщится имперский маг.

– … Только один ты не потянешь, – усмехается физрук, продолжая фразу за магом.

– Дим, ты берега-то отслеживай, не перегибай, – обращается Юрий Олегович к преподу. – Ты сюда пришёл без приглашения, весь в белом, пока я всё это время защищаю город. А ещё по мере возможности стараюсь уберечь ребят. Если бы я здесь был один – то возможно и результат был бы совсем другой.

– Ну да, конечно, другой! Как скажешь, – деланно соглашается физрук и задает тот самый вопрос, который вертится у меня в голове чуть ли не с самого начала всей этой эпопеи. – Юра, а ты случайно не думал, что эти существа – ловушка? На тебя или на таких, как ты.

Препод на самом деле очень быстро просекает основную проблему. Тварей становится меньше, но они становятся опаснее и крупнее. И если бы Юрий Олегович уничтожил их всех одновременно – что тогда родилось бы из объединений тех, кто был испепелён имперским магом?

Вообще эта схема и правда очень хорошо ложится в ступенчатую ловушку, в которую мы въезжаем со всего размаха.

– А ведь без Орлова, ты бы, Юра, живенько так отбросил коньки, – замечает физрук.

– Не нагнетай, – отмахивается имперский маг. – Как-нибудь справились бы.

– Вот именно – как-нибудь, – смеётся препод. – Но ты только прикинь, как эта штука зацепила бы столицу. – На лице физрука мелькает недобрая ухмылка.

– Не любишь ты столицу, Дим, – вздыхает Юрий Олегович.

– А за что мне её любить? – спрашивает физрук. – Всё, чего я тут добился, – добился сам. Своим талантом, своими силами и вопреки твоим столичным дружкам, – препод осекается и сводит тему. – Вы мне скажите другое: что будем делать? Моих сил, сразу говорю, не хватит. Парень, кстати говоря, предложил хорошую идею, – кидает на меня одобрительный взгляд.

– Можно попробовать растянуть стазис, – предлагает имперский маг.

– Почему нет? – соглашается физрук. – Так сколько монстров ты сможешь уничтожить за раз? – обращается ко мне.

– Сколько угодно – лишь бы по очереди, – отвечаю. – Чтобы осталось время отвести магию.

– Сколько угодно – это не цифра, – хмыкает физрук. – Говори точнее.

– Два-три существа за пять минуты. – Прикидываю.

– Хорошо, – сосредоточенно кивает препод. – А если вытянуть из тебя резерв?

– Тогда десятка два… – предполагаю.

– О, это уже интересно. – У физрука загораются глаза. – Ты как, Юра, полный?

Имперский маг морщится и нехотя качает головой из стороны в сторону.

– Вот и я про то же, – говорит физрук. – Давай забабахаем армейскую подпитку, посадим туда студента – и будем косяками подводить к нему теней. Остальные – на площадь, во временный стазис. Его тоже запитаем от студента. Как я придумал, а?

– Ты больной? – сплёвывает имперский маг. – Это у вас в армии так можно поступать с людьми, а с моим учеником!.. Да что там? Ты действительно, на полном серьезе, поступишь так со своим учеником?

– Юра, скажи честно, что бы ты выбрал – ученика или столицу? – Зло улыбается физрук. – Ты же не справишься своими силами. Да и я в данном случае так себе помощник.

Глава 7
Проживаю вечности

– Минуту. О чём вообще речь? – спрашиваю.

– Просто этот упырь хочет сделать из тебя батарейку, – имперский маг кивает на физрука.

– Да, хочу! – соглашается физрук. – Орлову это пойдёт на пользу, ты и сам знаешь. Ты же помнишь свою проблему, студент? – задает вопрос препод, обращаясь ко мне.

– Помню, – киваю и жду, к чему приведёт этот разговор.

– Ну, вот. А Юра не хуже моего знает, что таким образом можно раскачать твою пелену, – говорит препод и кидает взгляд на имперца.

– Риски, – коротко поясняет своё недовольство Юрий Олегович.

– Риски есть всегда и практически во всём. И мы все когда-нибудь умрём, – холодно смеётся физрук. – Вот только где ты ещё найдёшь такое! – Обводит руками хаос, который творится вокруг. – Мы сейчас на грани, и ты это знаешь. Да, можно справиться вдвоём – не спорю. Да ты и один мог прекрасно справиться, если бы нас всех здесь не было. Но зато представь, какой представился шанс раскачать парня?

– Ему потом придётся налаживать контроль почти с самого начала, – с сомнением замечает имперский маг.

– Наладит, он упёртый, – улыбается препод.

Отправляю несколько росчерков в сторону теней – благо, резерва хватает.

– Так, а можно узнать, что конкретно представляет из себя ваша идея? – задаю вопрос, как только заканчиваю с тенями.

– Сейчас объясню, – усмехается физрук. – Обычно этот финт проворачивают для целителей. Когда в лазарете слишком много раненых, а у целителей нет возможности вытянуть всех и сразу – банально не хватает сил. А накопителей либо нет, либо их не привезли вовремя из центра. – Глядя в глаза имперскому магу, рассказывает физрук. И, похоже, что история имеет прямое отношение к преподу. – И вот тогда, тот, кто выжил и тот, кто умеет быстро восстанавливаться, встаёт в общий круг. В том же кругу стоят все, у кого есть возможность перекачивать энергию из личных накопителей. Маги этого круга дают целителям нейтральную магию. В основном этим занимаются слабые маги.

– Почему именно слабые? – спрашиваю.

– Всё просто. Они быстрее восстанавливаются, – отвечает препод. – Считай, запустил карусель из десятка магов – и у тебя всегда есть постоянный приток энергии. Пока девять человек из круга восстанавливаются, один в это же время рвёт из себя душу.

Имперский маг недовольно откашливается, но физрук даже не поворачивается в его сторону. Менталистки стоят неподалеку и очевидно слышат весь наш разговор, но обе делают крайне сосредоточенный вид и отрабатывают замедление по разным боевым точкам.

– В каком смысле рвёт душу? – не понимаю.

– В прямом, – всё так же холодно скалится препод. – Предупреждаю сразу: это не самый приятный опыт, но, как и говорил, он точно пойдёт тебе на пользу. Те, кто проходят такой магический круг, кратно увеличивают свой внутренний резерв или пропускную способность – что очень важно как раз в твоём случае.

– Откуда вы об этом знаете? – интересуюсь и вижу, как имперец закатывает глаза в преддверии ответа.

– Откуда, откуда… оттуда. – Дёргает щекой физрук. – Мы сутки стояли, ждали, пока к нам из центра придёт помощь.

– Я не имею к этому никакого отношения, – говорит Юрий Олегович.

– Знаю. Но кто-то из ваших имеет. – Физрук переводит взгляд на меня. – Так что смотри, Орлов: у тебя есть шанс кратно усилить свою мощь и выйти на уровень того же Синегорского. А если что-то пойдёт не так – откачаем. Целительские амулеты есть у всех, армейские части скоро подойдут… Наверное. Целители у них в штате тоже имеются. Тепличные условия, Орлов.

«Соглашайся», – возникает мысль в моей голове. И, кажется, не только в моей. Ариадна с удивлением смотрит на меня. Непонятно, откуда дует ветер, но осмысленный тяжёлый взгляд Юли расставляет всё на свои места. Менталистка тут же прячет глаза. Очень интересно.

«Я поддержу», – в голове возникает серьёзный и решительный голос Ариадны. Помню, что такие техники доступны менталистам. В случае чего, девушка разделит со мной боль или поделится сосредоточенностью. Конечно, если это будет нужно.

– Делаем, – соглашаюсь и слышу глубокий вздох имперца. Он явно против этой идеи. – Только объясните алгоритм.

– Алгоритм простой, – объясняет физрук. – Мы начинаем закутывать в стазис всё, что так или иначе движется к нам. Вдвоём справимся быстро. Юра бы справился сам, если бы не бойцы. Стазис до этого момента был плохой идеей. А вот сейчас идея выглядит бодро. В общем, ты встаёшь в круг и делишься магией – и со мной, и с Юрой. Учти, мы будем очень быстро тебя выпивать, ты это почувствуешь, но ни в коем случае не прекращай работать. Просто уничтожаешь существ пачками, чтобы восстанавливаться. Понимаешь логику?

– Но у меня не такая большая пропускная способность, – замечаю.

– В этом и заключается идея, – спокойно поясняет физрук. – Ритуал не зависит от твоей способности отдавать магию накопителям. Он зависит только от твоего резерва. А резерв у тебя на зависть многим.

– Это да, – соглашаюсь.

– И раз ты имеешь возможность так быстро восстанавливаться – мы этих тварей помножим на ноль минут за десять, – злобно смеётся физрук, всматриваясь за границы стен.

В принципе, особого выбора нет. Патроны у бойцов показывают дно – остаётся чуть ли не последний ящик. Бой постепенно захлебывается – невозможно вести столь тяжёлый контакт больше двадцати минут. Лица бойцов серые и практически без эмоций. Бойцы вряд ли понимают, о чём мы разговариваем, но свою задачу выполняют прекрасно. Тени и немногочисленные восставшие существа благодаря беспрестанному огню держатся от нас вдалеке.

Теней становится всё больше – и кольцо из существ сжимается вокруг нас всё плотнее. Радует, что всё происходит медленно. Некоторых монстров сдерживают менталистки, а самых активных беру на себя и стараюсь отстреливать их как можно быстрее.

Всё же у существ развит инстинкт самосохранения. Иначе они бы хлынули на нас все разом – и тогда не знаю, чем бы всё кончилось. Скорее всего, Юрий Олегович в очередной раз выжег бы всех без разбора, и в итоге мы бы получили что-то большое и опасное. Хоть и в меньшем количестве. В общем – плохая идея.

Пока я об этом думаю, оба мага, действуют сообща и выстраивают сложную структуру. Но мне не составляет труда её запомнить. Виртуальный круг – не плоский, как почти все привычные ритуалы, а объёмный, как сканирующий круг Пилюлькина. Кажется, для перекачки всё моё тело должно находиться внутри ритуала. Это я прекрасно понимаю и вижу. А вот маги, похоже, делают всё, опираясь на интуицию и большой опыт. За время построения техники, имперский маг ни разу не обращается к физруку. И тот и другой знают, что, откуда и как плести. Вязь получается плотной. Вряд ли повторю такую же в ближайшее время, а вот запомнить – запоминаю. Все-таки техники менталистов не дают обычным магам просто так – это ведь насколько бы они стали опаснее⁈

– Вставай, Орлов, будем начинать, – говорит имперец, не скрывая своё недовольство.

Встаю в круг – и чувствую, как ко мне присасываются десятки, а то и сотни мелких невидимых пиявок. Холодным и выверенным одновременным движением они опустошают чуть ли не половину моего резерва за раз. От внезапного холода и лёгкой боли не сразу соображаю, что делать.

– Чего стоишь? Убивай теней! – тут же орёт мне в ухо физрук.

Передо мной словно снимается ближайшая часть защиты, и тени рвутся прямо туда неудержимым потоком. Бахаю росчерки как заведённый. Тени от неожиданности даже притормаживают, и мне этого хватает: за пару секунд уничтожаю с десяток существ.

Думал, что в прошлый раз, в кабинете Пилюлькина, когда я чуть не потерял себя при отработке глифа имперского мага, мне было неприятно. Ничего подобного. Даже близко было не так. Такой боли – словно из каждой клеточки твоего тела вытягивают жизнь – не чувствовал никогда. И это ещё при условии, что часть всех замечательных ощущений взяла на себя Ариадна. Абсолютно в этом не сомневаюсь.

Фактически мой горизонт событий сузился до мизерного сектора боя. Я почти перестал слышать звуки, хотя уверен, что вокруг всё это время стреляли. Почти не ощущал людей вокруг, хотя уверен, что все они там тоже были – меня точно чем-то поили, чтобы привести в себя. Скорее всего, теми же самыми эликсирами на восстановление Пилюлькина или тем, что нашлось в заначках у обоих магов.

Я чувствовал, как Ариадну тоже откачивают. Девчонка периодически теряла сознание от фантомной боли.

Я всё это знаю, но не чувствую. Пропустить через себя все ощущения до капли невозможно. Стараюсь оградить менталистку от всего происходящего. И мои навыки с этим прекрасно справляются: снова проявляются в нужный момент, и за счет них Ариадне достаётся, от силы, процентов десять общей едва выносимой боли. Но эти десять процентов, при напряжении остального ментала, несколько раз перегружают её нервную систему за какие-то минуты. Но меня она, конечно, заметно спасает.

Понимаю умом, что весь бой идёт не больше четверти часа. Скорее даже меньше. Но каждая секунда неприлично растягивается.

Маги вдвоём спрессовывают всю орду до узкого конуса. Разворачивают острием ко мне и создают стазисное поле. Юрий Олегович держит его один, пока физрук формирует громадное заклятие на всю остальную площадь. Это я еще помню. Не очень понимаю, почему имперский маг не сделал так сразу, но почти уверен, что в одиночку это было невозможно. Наверняка были определенные ограничения.

А вот потом… всё происходящее сливается в одну полосу – боль, опустошение, росчерки, переполнение, снова боль…

Всё заканчивается. Минуты растягиваются в маленькую вечность. За эти мгновения много раз чувствую себя полупустым, а потом снова переполненным магией. Много раз меня словно рвёт на части как перекачанный шар, и в то же время выжимает как тряпку. Не могу посчитать, сколько раз это со мной происходит. Сбиваюсь после десяти. При этом с каждым новой волной опустошения вижу, что пелена снимается. Всё больше и больше.

В Академии для временного снятия пелены приходилось тренировать навык – и он тоже никуда не исчезает. Всё так же могу самостоятельно снимать пелену и снова формировать её на своём резерве. Чувствую, что могу делать это снова и снова. Могу остановить пелену и снова её снять. Только сопротивляться ритуалу нет никакого желания – боль в любом случае не уменьшу. Да и с каждым разом управление пеленой становится легче, а получение доступа к магии – более простым.

Последние росчерки становятся настолько агрессивными, что тени не сгорают, они взрываются громким хлопком. Причём глиф разносит не одну или две, он уничтожает существ небольшими группами. Магия становится более плотной, но и тратится значительно быстрее. И к этому тоже нужно будет привыкать.

Как там говорил Юрий Олегович: придётся восстанавливать контроль? Так и есть. Управлять магией с каждым глифом становится все сложнее. Структуры так и норовят выскользнуть из сознания, как поначалу та же вязь глифов для моей комнаты. И если раньше я словно орудовал тонкой шпагой – аккуратными быстрыми уколами, то сейчас мне в руки дают огроменную дубину с отвратительным балансом. Сам не всегда знаю, куда попадёт следующий удар. Если бы не автоматическое наведение на тварей – сомневаюсь, что попал бы, куда хотел.

Пока что меткость выстрелов вытягивает талант, заточенный исключительно на существ с переизбытком магии. Ведь я их по большому счёту не убиваю – скорее, стабилизирую и делаю нормальными для этого мира. И это ещё одна вещь, которую начинаю понимать очень чётко. Тени взрываются не оттого, что переполнены энергией. Просто стабилизированные существа после применения моего таланта теряют возможность существовать в этом мире. Как только законы их внутренней природы гармонизируются с внешними – их просто-напросто разрывает противоречиями, они словно аннигилируют. Поэтому: чем больше магии – тем глобальнее взрывы. И всему виной энергия.

За небольшое время понимаю все взаимосвязи кристально ясно. примерно то же самое случается с людьми и существами. Пока физиология может удерживать противоречия с законами мира – существа ведут вполне себе нормальную жизнь. Но как только процент противоречий становится больше – существ видоизменяет.

И вот тут на сцене появляюсь я – со стабилизацией и с привнесением законов мира внутрь магических существ. С чем они и не справляются. Абсолютное оружие. И самое смешное – на тропах оно тоже работает. Я словно становлюсь представителем этой реальности – можно сказать, её амбассадором. А любая личность, кроме, возможно, божественных, всё-таки меньше, чем сам Принцип.

Кажется, что хорошо знакомый мне глиф диагностики, всё ещё не убранный из сознания, за это время несколько изменяется. На него влияют в том числе внешние условия. Глиф не только продолжает качать магию в накопители, но и грузит мое сознание все более точным пониманием, что со мной происходит. Сил на то, чтобы отказаться от него банально не хватает. Будто попадаю в колесо – пищи, но беги. Именно такие мысли летают в моей голове в момент едва выносимой боли. И я их не отгоняю, а, наоборот, наблюдаю за течением. Тем самым отвлекаюсь – иначе пришлось бы полноценно погрузиться в чувства и ощущать всё то, что со мной происходит.

В который раз благодарю лже-Кольцова, который сделал мне более серьёзный подарок, чем можно было вообразить. Может быть, в каком-то смысле он поменял мою жизнь. Без этого подарка я бы сейчас элементарно сдох. С другой стороны, без такого подарка я бы сюда и не попал.

Постепенно прихожу в себя. Просто в какой-то момент перестаю быть необходимым – стрелять больше не нужно. Передо мной не появляются зеленоватые, вызывающие тошноту, массы существ. Резерв практически полный – и недавно выцветшая реальность понемногу обретает краски. Медленно, но неотвратимо.

Вокруг звенящая тишина. Такая, будто нахожусь в абсолютно пустом зале среди зеркал и тишины.

Лёгкий скрип камней – слышу, как поворачивается физрук.

– Мы справились, Юра, – говорит он.

Пара щелчков справа – кажется, у кого-то из бойцов только что закончились патроны. Как нельзя вовремя.

– Справились ведь? – спрашивает физрук у менталистки имперского мага, пока Юрий Олегович не произносит ни слова.

С трудом поворачиваю голову.

Юля оглядывает меня и устало кивает.

На моё плечо ложится рука Ариадны – и я ощущаю немое чувство заботы, участия и вопроса: «Как ты?»

– Нормально, – отвечаю вслух. Медленно привыкаю к своему телу. – Вроде бы всё в порядке, – с некоторым удивлением прислушиваюсь к своим ощущениям.

– В Академию полетишь дирижаблем, – произносит Юрий Олегович. – И чтобы никакой магии по дороге.

С трудом перевожу взгляд с имперского мага на физрука – тот только кивает. Как ни странно, сейчас он смотрит не так, как обычно. Во взгляде нет привычного холода и цинизма, только яркое сочувствие. Буквально ощущаю его эмоции – хотя, возможно, это происходит благодаря Ариадне.

– Я найду вам корабль, – продолжает имперский маг.

– А свой не выделишь? – без язвительности, а скорее просто по привычке спрашивает физрук.

– Нет смысла, – не реагируя на замечание, качает головой имперский маг. – Винтокрыл хорош на близкие расстояния, а вам добираться почти сутки. Корабль подгоню хороший – заслужили. Не переживай.

– Да… так и быть, верю, – машет рукой физрук. Кажется, у него хватает сил только на уже привычное ворчание.

Прислушиваюсь к своим ощущениям. Чувствую себя на удивление неплохо. Прямо скажем, боль в теле всё ещё есть – но она не естественная, не физическая. Точно фантомная. Будто меня разбирали на части, а потом снова собрали: нервы, мышцы, кожа – всё на месте, всё функционирует как надо. Тело прекрасно помнит, что его только что разбирали, и никак не может с этим смириться.

– Пройдёт, – со знанием дела говорит физрук, замечая моё состояние. – Боль пройдёт. Не торопись, – обращается к имперскому магу. – Кстати, хочешь, скажу, почему армейские части до сих пор не пришли сюда?

Глава 8
Покидаем столицу

– Ты что-то знаешь? – спрашивает Юрий Олегович и оборачивается к преподу.

– Конечно знаю, – усмехается физрук. – Я же шёл к вам из города.

– Ну и не тяни тогда, – недовольно говорит имперский маг.

– Над складами туман, – объясняет препод. – И, похоже, он имеет магическую природу – туман стоит на месте и никуда не уходит. Я не стал тратить на него свое время. Причём, как я теперь понимаю, изнутри его не видно. А снаружи выглядит как обычный туман вокруг очерченной тобой границы. Винтокрылы пытаются его разогнать и хоть что-то увидеть. Но у них не получается. Поэтому они сюда и не суются, – криво улыбается физрук. – Боятся потерять машины.

– Но ты же каким-то образом сюда прошёл, – замечает имперец.

– Я – это я, – пожимает плечами физрук. – А техника есть техника. Да и одарённые там слабые. Они и сами это понимают, вот и боятся. Представляешь, долбанутся об твою границу, их сразу же и накроет. Снаружи ни черта толком не разобрать: плотная стена тумана, а за этой стеной вспышки, всполохи огня и взрывы. А связи, говоришь, внутри нет? Вы всё попробовали?

– Да, – коротко кивает Юрий Олегович.

– Если внутри нет связи, тогда снаружи ориентируются на твои предыдущие приказы, – хмыкает физрук. – Вот и смотри.

Имперский маг недовольно поджимает губы. А вот физрук определенно доволен.

В мой разум стучится ощущение Икоря. Ловлю образ. Бесёнок с гордостью показывает, как его мелкие подопечные дожирают последние структуры портала.

– Всё, Юрий Олегович, – говорю. – Портал больше не откроется. Осталось уничтожить ключи к ним – но это можно сделать и позже.

Имперский маг оборачивается ко мне, кивает и кидает диагностический глиф в ту сторону, где стоял портал. Но даже отсюда чувствую, что место перестало быть структурированным. Тонкое пространство ещё остаётся, а вот сама структура полностью исчезает.

По идее, отсюда я тоже мог бы «уйти», точно так же, как из дома в нашем городе. Но только в том случае, если бы уверенно чувствовал себя со стандартными глифами. Иначе на тропах у меня просто не будет защиты. А судя по моей последней активности и словам имперского мага про восстановление, мне теперь действительно придется учиться заново их ставить. А то поставлю защиту, но вдруг она получится сферической или в два раза плотнее и меньше, чем задумывалось? Либо вообще случайно задействую весь резерв. Магия для моего разума становится немного «скользкой». Понимаю, что и как нужно делать, но этого мало: даже простые глифы сейчас формируются с большим трудом.

– Орлов, ты что делаешь? – спрашивает имперский маг.

– Да вот – собирался сформировать глиф защиты, – отвечаю.

– Я же тебе понятным языком сказал: до завтрашнего утра – даже не задумывайся об этом, – серьезно произносит Юрий Олегович.

– Думаете, одного дня хватит? – уточняю.

– Думаю, что тебе, по крайней мере, будет проще находить общий язык с самим собой, – говорит имперец. – Короче, послушай опытного человека и прекращай свои эксперименты.

– Хорошо, – соглашаюсь, хотя идея снова попробовать глифы в действии не пропадает. В теле сохраняется странное ощущение. Будто у тебя неожиданно отнялись ноги, ты упал посреди поля и тебе говорят не вставать.

– Значит, говоришь, граница? – переспрашивает физрука имперец и оборачивается к Юле. – Кто-то еще здесь остался?

– Я никого не чувствую, – отвечает девушка. – Кажется, вы справились, Юрий Олегович.

Полусфера, которой маг накрывал всё пространство вокруг складов резко пропадает. Юрий Олегович выдыхает – видимо, защита города даётся ему непросто. Как только полусфера снимается, хлопья магического тумана вокруг складов, без подпитки порталом или самими существами, начинают резко таять – буквально на глазах. А ещё возвращаются все звуки, в том числе и стрекот винтокрыла.

Один из пяти кораблей тут же садится на площадку. Оттуда высыпается пятёрка бойцов и ещё один маг – в форменной робе целителя.

– На этом корабле я вас и отправлю, – имперец кивает в сторону винтокрыла. – Работы у меня теперь значительно прибавится, а вы мне тут будете только мешать.

Имперский маг тут же обращается к прибывшей группе бойцов и отдаёт несколько приказов.

Стены нашего форта медленно и аккуратно уходят в землю – словно их никогда тут и не было. Армейские бойцы и бойцы зачистки садятся прямо на землю: там, где стоят. За время боя люди выматываются так, словно всю ночь разгружали тяжёлые вагоны. Физрук бросает оценивающий взгляд на нас и идет к армейским.

Вокруг из целого на пару десятков метров – один пакгауз и две стены. Остальное держится на честном слове.

– Теперь можем спокойно уезжать, – тоже оглядываясь, говорю Ариадне.

– Вы ещё здесь? – Оборачивается к нам Юрий Олегович. – Давайте живо в корабль! Он вас перевезет в порт, там пересядете. Оттуда в Академию вам лететь почти сутки.

Физрук отвлекается от разговора с военными. Похоже, пока мы занимались своими делами, он слегка подлечивал армейцев – тех, кого отбраковал целитель. Все-таки нуждающихся в срочной помощи в нашем форте несколько больше, чем казалось.

Из винтокрыла выскакивает пилот и очень активно машет рукой – зовёт с собой. Да и нам здесь, в принципе, делать уже нечего. Переглядываемся с Ариадной и направляемся к кораблю.

За спиной остаются основательно раздолбанные склады. При взлёте это особенно заметно.

Внизу довольно много строений, но далеко не одно из них ушло под землю. В пяти-шести местах образуются огромные провалы, заполненые туманом. Пара провалов сходится друг с другом. Вряд ли кто-то будет спускаться туда в ближайшее время – думаю, таких идиотов не найдётся. Что и подтверждается яркой вспышкой внутри одного из провалов. Похоже, имперский маг начал плотную дезинсекцию – от всего, что может появиться там в будущем.

Не осталось ни теней, ни поднятых. Да и моё внутреннее состояние ни о чем подобном не сигнализирует. Покидаю это место в полном спокойствии.

Внутри винтокрыла не так тесно как в прошлый раз. Лезу за пазуху и достаю свои накопители. Слегка удивленно смотрю на получившиеся амулеты. Они становятся идентичны. Настолько одинаковые, что не понимаю, какой из них какой.

Физруку на нас в общем-то наплевать. Как только мы грузимся на корабль, препод делает жест рукой, и звуки снаружи заметно затихают. Физрука тоже не слышно. Он достает информер и начинает что-то активно уточнять. Переговаривается и чуть ли не ругается с тем, кто находится на втором конце провода.

Похоже, препод не успел закончить дела в столице, что практически сразу и подтверждается.

– Слушай, Орлов, – нарушает тишину его голос.

Отвлекаюсь от своих пластин.

– На тебя вообще можно положиться? – спрашивает физрук.

Ариадна приподнимает брови, но тут же делает незаинтересованный вид и отворачивается к небольшому окошку.

– А с чего такой вопрос? – усмехаюсь. – Вроде можно.

– Ты можешь пообещать мне одну простейшую вещь? – задаёт вопрос препод. – Скажи, что не будешь обращаться к магии ровно до прилёта в Академию?

– Если по пути ничего критичного не случится – то не буду, – пожимаю плечами.

– То есть всё равно попробуешь: всё с тобой понятно, – делает вывод физрук. – Тогда так, – продолжает он. – Я сейчас сброшу на твой информер инструкцию. Будешь делать всё чётко по ней, больше ничего. Остальное запрещаю. На тебя можно положиться?

– Я могу проследить, – предлагает Ариадна, отвернувшись от окна. Девушка снова обретает уверенность. Но меня эта фраза нисколько не смущает, всё ещё чувствую, что менталистка на моей стороне.

– Хорошая идея, молодец, – усмехается препод. – Проследи за парнем. Только у меня будет ещё одна просьба, но лично к тебе, – обращается к менталистке, оглядывая ее пристальным взглядом.

И это удивляет нас обоих.

– Никаких личных отношений на борту судна, – говорит физрук. – Кивни, если поняла.

– Да мне лет-то сколько? – удивляюсь.

– А причём здесь возраст? – хмыкает физрук. – Ты себя в зеркало-то видел? Или ты про закон? – смеется. – Нет, у магов это не так работает. Как ты думаешь, почему первый год вас так серьёзно контролируют и не считают полноценными совершеннолетними? Да чего далеко ходить? Вас, перваков, даже в кабак не пускают. Точнее, не должны пускать. – Показывает свою осведомленность препод.

– И почему же? – интересуюсь.

– Да потому что магия меняет вас под ваше внутреннее состояние, – объясняет препод. – А за этот год, конкретно за первые несколько Шагов вы с нашей помощью подгоняете себя к более-менее сознательному адекватному состоянию. Именно поэтому вас ограждают от ваших семей – они помнят вас другими, тянут назад. Магов не надо мерять той же линейкой, что и неодаренных. Кому-то из них на взросление иногда не хватает жизни, – смеется. – Вам столько лет, на сколько вы выглядите. А выглядите на столько, сколько вам лет. Это взаимозаменяемо и не имеет отношения к календарным датам. Глянь сначала на себя, потом в зеркало. Наверное, надо было оставить тебе стандартную академическую одежду: ты бы менял её каждый месяц – и понимал, что меняешься сам.

Ариадна слегка смущается, но старается не подавать вида. На меня не смотрит.

– В общем, так, девочка, – обращается к менталистке физрук. – Повторюсь: никакой романтики на корабле, даже если очень хочется. Иначе вы сожжёте в дирижабле всю энергетику и грохнетесь с высоты. Идея понятна?

Ариадна молча кивает, а я слегка удивляюсь. Если так подумать, и правда давно не смотрел на себя в зеркало. И это прямой ответ на вопрос, почему студенты второго года обучения выглядят значительно старше. Будто они перепрыгнули через три-четыре курса.

Похоже, сама система воспитания Академии Седьмого Шага способствует этому. Подростки государству абсолютно не упёрлись. А вот будущие маги – вполне себе. Задумываюсь. Может быть, именно поэтому нам готовят специфическую еду в столовой? Много раз замечал разницу между обедами в городе и в Академии. В городском ресторанчике или кафе любое блюдо воспринимается после Академии как ненастоящее. Неважно, как много ты съешь. И ведь сколько раз делал на этом внутренний акцент – но сложить это в одну картинку так и не получилось. Сейчас же многое становится понятным.

– Ладно, вроде всё сказал, – подытоживает препод. – Всё равно вам ещё лететь и лететь. Короче, Орлов, скинул тебе инструкцию – выполняй. И постарайся больше не пользоваться магией, – ловит мой скептический взгляд. – Хотя бы день. Само собой, если будете падать или если на вас будет совершено нападение, тогда можешь смело махнуть рукой на всё, что я сказал.

– Нам? – переспрашиваю, как только до меня доходит смысл сказанного. Похоже, препод не собирается продолжать путь вместе с нами. – А вы куда?

– А я с вами не полечу, – машет рукой физрук. – У меня ещё встреча в столице. – Показывает на свой информер. Видимо, дела не отпускают даже после боя. – Так что удачного вам путешествия.

На корабле снова повисает тишина, а препод утыкается в информер.

Ариадна прячет глаза.

Рассматриваю девчонку и сравниваю её со своими недавними воспоминаниями. А ведь Ариадна за короткое время очень сильно изменилась. Будто сбросила несколько лет, и теперь можно сказать, что мы одного возраста. Это странно, но, кажется, работает.

– Слушай… – начинаю разговор, но девчонка меня прерывает.

– Нет, Ларион, я сейчас не готова это обсуждать… – немного резковато заявляет менталистка.

– Хорошо, – отвечаю. – Давай тогда обсудим кое-что другое. – Показываю ей две пластины.

– Ты же одну из них забрал в городе? – задаёт вопрос, намекая на развалины в городке.

– Да, это только одна из них, – подтверждаю. – Вторая стала идентична первой. И какая из них была у меня изначально, определить вряд ли смогу, даже если очень сильно захочу.