Текст книги "Моя Академия 14 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Это несколько приободряет.

Даже простое понимание, что в боевом отношении я порядком потерял, но в основном за счёт защиты. И если посмотреть в другом приближении, то даже стал более опасным. Пока не налажу контроль магии, для себя в том числе.

А вот мои слабые росчерки уничтожали тварей практически так же, как и те росчерки, которые формирую сейчас, пусть и перекачанные магией. Так что в атаке я остался тем же. Просто к контактам третьей степени надо подходить как можно аккуратнее.

Спокойно шагаю по тропам, присматриваясь к языкам хмари. Пока не вижу ничего такого, о чём стоило бы переживать. Икорь тоже не выказывает признаков беспокойства. Так что, в общем и целом, порядок.

Вполне можно заняться зарядкой костяной пластины. Благо, сама зарядка идёт с той же скоростью, с которой у меня происходит восстановление резерва в Междумирье. Здесь, конечно, нет точки Хаоса, но что-то подобное определённо присутствует. Заряжаюсь тут даже быстрее, чем в Академии.

Тропа ведёт прямо. Чувствую себя вполне бодрым: сказал бы, что птички поют и солнышко светит, но тут нет ни того, ни другого. Только серый туман хмари, который отступает в десятке метров от меня.

На границе восприятия чувствую Икоря, который нарезает круги вокруг. А вот троих его подчинённых совсем не вижу. Но мне достаточно знать, где перемещается главный бесёнок.

Когда один из троих бесенят, истошно вереща, выпрыгивает из стены тумана и быстро перебегает на другую сторону поляны, мне хватает секунды, чтобы поймать приближающуюся проблему. Рефлекторно ставлю щит, который тут же сносит удар огромного щупальца.

Щит прекрасно останавливает атаку, и то, что я теряю половину своего резерва, никак на это не влияет. Вижу, как монстр пытается схватить мелкого бесёнка, но на секунду замирает, ударившись о щит. Мне этой недолгой заминки хватает ровно на два действия. Первым ставлю новую плоскость щита и с её помощью отрубаю часть щупальца. Вторым действием стреляю из револьвера в предполагаемое тело монстра. Этого хватает, чтобы проверить оружие в деле.

Лёгкое ускорение помогает отследить результат. Пули, при попадании, как я и подозревал, съедают небольшой кусочек резерва. И если раньше это проходило совсем незаметно, то сейчас, после двух серьёзных трат, успеваю уловить эту потерю: еле-еле, на грани чувствительности.

Сразу после ощущения потеря на меня накатывает волна магии, которая восстанавливает примерно треть резерва. Похоже, существо было громадным.

Где-то там, вдали, туман озаряется огромной вспышкой. Отсветы проходят через плотную вату тумана, а хмарь равномерно колышется

Надеюсь, что никто из бесенят не пострадал. Знаю только одно: Икорь сейчас находится совсем в другой стороне, а вот остальных его подчиненных не чувствую. По идее, они тоже не должны пострадать.

Отрубленный кусок щупальца прямо на глазах высыхает и превращается в уже знакомый плотный кусок дерева примерно в метр длиной. Он больше похож на ветку старого пня. Прекрасно помню одно из таких существ. Интересно, это его следующая эволюционная форма или предыдущая? Или они вообще не имеют друг к другу отношения? Пока не совсем понятно, как местные существа переходят из одного материального вида в другое. Может быть, им не сильно важна как таковая эволюция? Возможно, там играет роль плотность энергии или концентрация магии. В общем, сплошные вопросы, на которые вряд ли получится узнать ответы, поскольку исследовательских групп на тропах Междумирья не то чтобы много.

Забираю трофей с собой. Палка хоть и тяжёлая, но вполне себе подъёмная. Прекрасно помню, как завхоз в своё время облизывался на маленький кусок похожей древесины. Здесь материал практически такой же: лоснящаяся, плотная, почти чёрная поверхность.

В общем, моя идея использовать бесенят в качестве разведки полностью окупается.

Не уверен, что стандартный покупной щит выдержал бы удар таким щупальцем. Да, щит последнего шанса, наверняка взял бы весь урон на себя, но его у меня нет. А вот бесенята – молодцы. Справились со своей задачей не просто хорошо, я бы сказал замечательно. Да и моя идея по поводу небезопасного перемещения в Междумирье тоже оправдывается на все сто. Здесь всегда что-нибудь да происходит. То ли тропы выводят на монстров, то ли пространство само по себе плотно населено всякой гадостью. Кем именно увидеть так и не удаётся: остатки монстров пропадают в стене тумана. А, может, и хорошо, что не видно, с кем именно имею дело. Результат, как не ходи, остаётся тем же: каждый раз натыкаюсь на какую-нибудь здоровенную ерундовину.

Чувствую, что до Ариадны остаётся всего пара шагов. Якорь, по ощущениям, уже здесь. Осталось только остановиться и протянуть руку.

Бесёнок, подпрыгивая, выбегает из тумана.

– Всё, ждите меня здесь. Скоро буду, – говорю монстрикам и делаю шаг к своему якорю.

Глава 22
Сижу в тюрьме

Настраиваюсь на шаг до выхода. Якорь совсем рядом: осталось только руку протянуть. Собственно, уже неоднократно так делал.

Тянусь разумом к Ариадне. Сейчас могу попробовать ощутить разве что слепок её состояния, но даже он сможет о многом сказать, если всё-таки удастся установить связь. Подобный контакт у нас был только в бою, но сейчас другая ситуация и другие обстоятельства.

Жаль, что нет ещё одного директорского кольца для связи – такого же как со всеми ребятами из нашей группы. И кольца с постоянной защитой, как показывает практика, тоже не хватает. Вот, кстати, ещё один пункт, с которым нужно идти к директору. Ладно, пока не до этого.

Пытаюсь настроиться на ощущения Ариадны – так же, как обычно настраиваюсь на Икоря. Всё-таки есть что-то общее в этом процессе. Вот только я ни разу не менталист: могу организовать только собственный внутренний мир по своему пониманию. Да и знания Кольцова постоянно вспоминаются частями – надо бы с этим тоже что-то сделать.

Уверен, что все техники, с помощью которых мне помогала Ариадна, и то, о чём говорил Пилюлькин, можно сделать самому. Как к этому прийти, я уже знаю. Некоторые вещи тоже помню: их просто нужно углубить и расширить. Значит, сделаю и это, но чуть позже.

Выдыхаю и стараюсь выбросить лишние мысли из головы – они пока не нужны.

Икорь не проявляет никаких признаков беспокойства и зевает. С другой стороны, в прошлый раз с ним было примерно то же самое.

Ладно, если вдруг произойдет что-нибудь непредвиденное, надеюсь, защитное кольцо справится.

Ещё физрук говорил, что на тропах безопаснее, когда находишься в постоянном движении. Да и все итоговые занятия в Академии Седьмого шага прямо на это указывали в первых двух Шагах. Только останавливаешься, как почти сразу могут появиться проблемы. Преподы Академии, похоже, довольно часто сталкиваются или сталкивались раньше с частью Междумирья, как рыбаки, которые ловят рыбу с берега. В том смысле, что про воду они кое-что знают, но выходить в открытый океан не могут.

Собираюсь. Отбрасываю непрошеные мысли, чтобы наконец сосредоточиться. Как назло, когда нужно очистить разум здесь и сейчас, со всех сторон наваливается лишнее.

Стараюсь нащупать эмоции Ариадны – и у меня получается. Воспринимаю её состояние на грани чувствительности. Прямо сейчас девчонка не в агрессии, значит не в бою. Вроде как, находится в безопасности, но чувствует боль, усталость и что-то ещё…

Нужно почувствовать больше. Судя по всему, менталистка выжата после короткой, но жестокой стычки. Теперь хочется понять, что происходит рядом – могу это сделать только через её ощущения. Все очень размыто, но врубаться с первых секунд в боёвку, вроде бы, не придётся. Отлично, это самое главное, а дальше определюсь. Тем более, как обычно, готов практически ко всему. На том уровне, который мне сейчас доступен, но как есть.

Выдыхаю. Если верить тем ощущениям, которые удалось выцепить, у них там сейчас как минимум долгая пауза. Значит, всё получится.

Делаю шаг в туман, чтобы выйти рядом с Ариадной.

Мгновенно ставлю сферический щит вокруг себя и девчонки. Правда, он сжирает у меня две трети резерва. На сферу сыплется крошка. Оглядываюсь и понимаю, что нахожусь в длинном узком колодце. Девчонка жива-здорова: опирается на кирпичную стену и вялым движением руки пытается стереть струйку крови под носом. На лице и руках несколько длинных царапин, но вроде не критично. Такое ощущение, что менталистка только-только из схватки.

Как только перемещаюсь и осматриваю девчонку, её резко бросает от стенки колодца на меня. Ариадна открывает глаза и слабо улыбается. Словно всё это время она была приколочена к стенке, а как только я появляюсь в колодце, из девушки будто вытаскивают гвоздь. Еле успеваю выставить руки и поймать. Тут же убираю сферический щит и пытаюсь хорошенько осмотреться.

Первые ощущения, которые удаётся уловить – тут очень холодно. Нахожусь в узком темном помещении, полтора на метр в сечении, эдакий карцер. Нет ни стула, ни кровати, ничего. Даже нормального окна нет. Только где-то высоко-высоко, примерно метрах в двадцати, виднеется узкое зарешёченное окошко. Похоже, оно выходит на улицу: сквозь решётку виден кусок неба – вроде даже звезды светят. Дверь во всю стену – тоже узкая, метровая, со странными фиолетовыми полосами. Примерно такие же фиолетовые отблески вижу на стенах и на полу. Приглядываюсь. Поблизости нет ни одного, даже самого слабого языка хмари.

Холод, который мне почудился с самого начала, тоже не совсем холод.

Скорее, работа этого пространства. Оно неприятно прощупывает меня и, будто через трубочку, вытягивает магию. Словно сами стены и пол вытягивают жизнь. А еще – четкое ощущение, что магия здесь отрезана наглухо, словно мы оказались в абсолютной пустоте. Очень неприятное место.

Упавшая на меня крошка – куски потолка или стен. Кажется, при создании щита, неосознанно выбиваю часть стены. Точно, так и есть – вон, даже трещина пошла. Видимо, с помощью сферы, я раздвинул пределы карцера. Ничего себе импульс!

Поднимаю с пола маленький кусочек стены. Камень как камень, только с легким фиолетовым отсветом. Ощущение от него тоже крайне неприятное – кажется, что он со всех сторон острый. Колется. Но неожиданно знакомым образом. Где-то такое уже встречал. А! Точно! Наручники у следаков. Похожее ощущение. Пусть и недолго, но прочувствовать на себе успел.

Хм. Похоже, что из этого материала здесь сделана вся стена. Либо целиком, либо с такими вкраплениями.

Ариадна теряет сознание и совсем обмякает у меня на руках. В этот момент вообще не ощущаю её эмоций и состояния. Всё ещё непонятно, что здесь находится, и что происходит. Магии вокруг тоже не чувствую.

В любом другом месте мира чувствую, а здесь – только внутреннюю, свою. И, соответственно, ощущаю свои накопители, в которых у меня осталось примерно полтора резерва. Тут же впитываю магию в себя.

Самое удивительное, что деревяшка в моей руке неплохо себя показывает. Кусок дерева на секунду словно загорается и снова гаснет. Кажется, что становится теплее. Будто в этом месте он работает как нагреватель, не меньше.

Непонятно, но и не очень-то интересно.

Крепче обнимаю девушку. Достаю пространственную мину, быстро взвожу и активирую её. Бросаю под ноги.

Вот только всё, что происходит дальше, мне совершенно не нравится: мина вспыхивает, и на секунду появляется портал. Только его тут же словно рвет на части, и эти части ритуального круга уходят в стены, почти мгновенно впитываясь.

А вот сейчас я ничего не понял.

Вижу, как зеленоватая энергия от мины расходится волной по стенам камеры. Будто стены впитали свечение и с двойной силой вернули его обратно.

Это не здорово. Активировать мину в руке точно не смогу – оторвет. Да и любой портал, который активируется с помощью такой мины, коснётся стен, и, похоже, его разметает точно так же. Не очень приятная история.

Не нравится мне всё происходящее. Хотя стены и пол пьют магию, но, вроде бы, это несложно изменить. Для проверки накидываю пелену, и отток магии сразу останавливается. Правда, работать с пеленой никак не получается. Восстановления тоже нет. Разве что могу использовать накопитель – магия с лёгкостью поддаётся.

Внимательно рассматриваю Ариадну. Девчонка всё ещё без сознания, и это совсем плохо. Никаких видимых повреждений на её теле не замечаю. Когда я появился, стояла сама, руки-ноги не берегла, значит, скорее всего, переломов нет. Ушибов, пятен крови или ран тоже вроде бы нет. Почему не приходит в себя – непонятно.

Ждать, пока кто-нибудь войдёт в дверь – идея тоже так себе.

Пытаюсь понять, что делать. Пробую наименее рисковый вариант.

Скажем так, пробить железную дверь, в которой не вижу запоров, вряд ли получится. Можно было бы попробовать, но точно не в моем состоянии. Да и дверь идёт внакладку на каменные стены. Петель здесь нет. Есть ли там ручки – тоже непонятно: с виду просто сплошная дверь с фиолетовыми полосами. Не факт, что другие люди заметили бы эти полосы. Вижу их, скорее, внутренним зрением, чем обычным.

В принципе, если дождаться, пока кто-нибудь войдёт в карцер, то с помощью револьвера и доброго слова можно сделать очень многое. Но в таком случае у вошедшего сразу появится много ненужных вопросов. По типу: «Что я вообще тут делаю? Кто я такой и как здесь оказался?»

Отвечать на подобные вопросы мне не особо хочется, да и афишировать способность перемещаться к маякам по Междумирью не стоит. Всё-таки она не так очевидна.

Кроме того, через сколько здесь хоть кто-нибудь появится? Когда придёт время ужина или просто захотят проверить состояние Ариадны? Кстати, интересно: если бы не моё появление в карцере, как долго менталистка могла простоять, или вообще – пролежать здесь без сознания?

В общем, нужно попробовать ускорить посещение проверяющего или того, кто запрятал девушку в эту комнату. Очевидно, что ей нужен целитель, и как можно скорее.

Светить способностями очень не хочется, но выбирать между здоровьем Ариадны и своей тайной хочется ещё меньше. Да и выбор, прямо скажем, очевиден. Не могу допустить, чтобы с менталисткой что-то случилось. Если моя тайна выйдет за границы этой комнаты, ничего страшного: проблема решаемая. Например, можно заставить человека дать клятву имперскую магу.

Накидываю варианты, а сам продолжаю искать самый быстрый выход. Стучу деревяшкой в дверь и сразу же понимаю, что это бесполезное занятие – от слова совсем. Дверь хоть и железная, но звук не проводит. Складывается ощущение, что стучу по камню. Удары глухие, будто задеваю вовсе не дверь: с тем же результатом можно постучать в стену. Понятно. Отбрасываю самый условно безопасный вариант.

Так, можно быстро просмотреть, что у меня есть с собой. Мы же с ребятами закупали в городе простенькие целительские амулеты. Вот только применять их в этом помещении, стало быть, совсем бесполезно. Чёрт. Боюсь, что пространство тут же впитает любые активные магические волны. А вот амулет у меня всего один. Если ничего не получится, то на обратной дороге его уже не применить.

Ладно. Тогда остаются не самые очевидные варианты. Придётся немного рискнуть. Снимаю пелену и тянусь разумом к Икорю.

Теперь важно сделать так, чтобы бесёнок среагировал нужным образом. В красках передаю призыв. Вкладываю все силы, чтобы объяснить, как мне требуется присутствие монстрика здесь и сейчас. Благо, Икорь долго не сомневается и сразу же бросается в мою сторону. Чувствую каждое его движение.

Пространство карцера разрывается зеленоватой нитью. Оттуда, практически в шаге от меня, появляется коготь бесенка. Коготь оставляет след в воздухе и опускается вдоль стены, прямо до пола.

Из разрыва появляется лапа Икоря, касается пола, и монстрик резко одёргивает её обратно. Не понял.

Из зеленой трещины в пространстве выглядывает голова бесёнка. Он тихо верещит и ругается. Похоже, Икорю больно.

Бесёнок щурит глаза, оглядывается, замечает меня. Потом видит стены карцера и в ужасе ныряет обратно в зеленоватый разрыв. Не задумываясь ни на секунду, подхватываю Ариадну и ныряю вслед за бесёнком.

Пространство за моей спиной тут же схлопывается.

Тут же достаю целительский амулет и накладываю на Ариадну. Мелкие царапины на лице и руках заживают прямо на глазах. Дыхание выравнивается. На этом всё. Всего несколько манипуляций – и амулет разряжен не больше чем на треть. Значит, повреждений, как я и думал, немного. И все незначительные. Хоть одна хорошая новость.

– И-и-и!!! – пищит Икорь. Он прыгает вокруг меня и держится за лапку. Показывает мне большой ожог и поднимает недоумённый взгляд. Напоминает обиженного ребёнка. Абсолютно нечеловеческой внешности, но в то же время пострадавшего.

– Ну-ну, успокойся, – говорю ему. – Иди сюда, – подзываю монстрика.

Вот ведь. Похоже, что материал стен вдобавок ещё и с сюрпризом. На таких монстриков действует как раскаленный металл.

Икорь подпрыгивает на одной лапке и недоверчиво поглядывает в мою сторону, мол, ты меня не предупредил.

– И-и-и, – жалобно пищит бесёнок, но всё же медленно идёт в мою сторону.

– Извини. Не знал, – говорю монстрику. – Всё в порядке. Мы сейчас всё поправим. Ты сделал большое дело. Давай, ещё ближе. Иначе не смогу помочь.

Монстрик издаёт несколько тяжелых вздохов и подходит. Кладу руку на его немного шершавую голову. Мягко толкаю часть своего резерва. В этом я уже навострился, заряжая и разряжая накопители. А мою энергию из накопителей бесенок уже точил.

Икоря окутывает золотистое сияние, и монстрик на секунду замирает. Сияние спадает.

– И-и-и! – Бесёнок садится на корточки и радостно пищит.

Забавно, но он прекрасно воспринимает мою энергию. Вроде бы Икорь – монстр Прорыва, но при этом не превращается в пепел и не погибает. Наоборот, моя магия его исцеляет. С обычными монстрами обычно происходит наоборот.

Может быть, это ещё зависит от моего настроя? И ведь я точно знал, что не причиню бесёнку никакого вреда. Да и мы уже делали что-то похожее. Только сейчас передача магии была совсем очевидной.

Да и монстрик мне полностью доверился, пусть и с некоторым опасением. Но его несложно понять: вызвал непонятно куда и непонятно зачем, пространство карцера причинило боль, и после этого прошу доверять. Благо, Икорь недолго таит на меня обиду – весело подпрыгивает рядом с немым вопросом в глазах: «Куда дальше?»

– Подожди немного, – говорю ему и стараюсь переварить новый опыт.

У меня получилось исцелить небольшой ожог бесёнка совсем небольшим количеством магии. А это, скажем прямо, неплохо. Но, опять же, поднимает важные, но совсем несвоевременные вопросы. Взять, например, тот же сегмент щита… когда я разрезаю существ кромкой – он же их не уничтожает. Монстров уничтожают конкретные действия, направленные на убийство. В момент формирования росчерка или выстрела из револьвера, даже не задумываюсь о том, чтобы причинить максимальный вред, но техники и оружие нужны именно для этого. Даже метательные ножи – работа с ними тоже сопровождается конкретными мыслями. В идеале, конечно, требуются эксперименты, но точно не сейчас.

Оглядываюсь посреди туманной Тропы.

Похоже я вернулся примерно туда же, где был до перемещения в карцер. Хотя туман настолько плотный, а участки тропы слишком одинаковые – сейчас точно и не скажешь, новое это место или старое. Замечаю кое-что другое: с большим удовольствием ощущаю мир вокруг. Да, я его не вижу, но зато отчетливо чувствую магию. Волнует другое – Ариадна так и не приходит в себя.

Менталистка безвольной куклой лежит у меня на руках. Слышу только стук сердца – ровный, но с длинными паузами.

Всё, что происходит, мне абсолютно не нравится.

Мысленно пользуюсь «качелями» менталиста. Сознательно убеждаю себя, что я в панике, и мне нужен контроль. Много контроля! И, как я подозревал, эмоции в очередной раз срабатывают.

Снова делаю то, что сложно понять умом, зато понятно на уровне ощущений. На короткое мгновение кажется, что всё-таки беру магию под контроль. Правда, в этот раз она не восхитительно податливая и послушная, как обычно… появляется ощущение, будто стараюсь управлять плотным горячим желе: медленным, норовящим постоянно уйти из-под контроля. На этот плотный контроль у меня уходит почти половина резерва.

Другого выхода нет: если в ближайшее время ничего не придумаю, то Ариадне придётся туго.

Выписываю глиф имперского мага. Медленно. Права на ошибку нет. Второй раз эту технику прямо сейчас не повторю. Действую неторопливо и очень аккуратно. Соблюдаю каждую завитушку и каждый мудрёный узор объёмного рисунка. Рисую несколько линий одновременно – так, будто пишу в прописи для детей.

С трудом заканчиваю глиф и отпускаю его в менталистку.