Текст книги "Солнечное Копьё (СИ)"

Автор книги: Валерий Камнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

* * *

Но если большинство соплеменников с радостью вернулись к спокойной жизни, избавившись от ночного ужаса, то моё главное дело так и осталось нерешённым. Добраться до Мягких Лап всё не удавалось, как не старался я спровоцировать охотника.

Я бродил в одиночку по окрестностям, якобы добывая птиц. Не менял маршрутов, и вообще вёл себя крайне самонадеянно. Но охотник, скорее всего, раскусил мою хитрость, и не проявлял инициативы. В моё отсутствие Искре и Жёлтому Дереву было строго запрещено куда-либо отлучаться из лагеря, а потому не приходилось опасаться за женщин.

На совместных охотах, тем более, не представлялось удобного момента. Уже неоднократно мы охотились на бизонов под руководством Грынка, но ничего нельзя было придумать. Нас всегда окружали другие охотники, а сам Мягкие Лапы никогда не уходил из лагеря в одиночестве.

Обычным спутником Мягких Лап был Твёрдая Рука, сильно изменившийся после нападения гомотерия на жену. К удивлению всех, Большие Глаза оправилась от ран, или, вернее сказать, осталась в живых. Звериные когти серьёзно повредили ей руку, и Большие Глаза осталась калекой. Её правая рука, когда-то бывшая изящной и красивой, превратилась в скрюченное подобие конечности. Ладонь завернуло вниз, пальцы не шевелились, да и вся рука выглядела словно поджатой к телу. По мнению многих, Большим Глазам куда лучше было бы умереть, чем оказаться бесполезной обузой.

Но сама девушка, наверное, думает совсем по-другому. Она ценит и любит жизнь, какой бы та ни была. Большие Глаза понимает свою безрадостную участь, но точно не стремится оказаться на том свете. Я видел, как она старается делать работу только одной рукой, и понимал, что жена почти-брата попытается выжить, а не лишить себя жизни.

К не меньшему удивлению соплеменников, Рычащий Медведь – воплощение крепости и силы, сгорел от лихорадки после кошачьего укуса. Казалось, что у него куда больше шансов выздороветь, чем у тонкой девушки, но запас жизненных сил у могучего охотника оказался скромнее.

Ярче Огня – красивая изящная женщина, рано осталась вдовой, и неподдельно горевала о погибшем супруге. С её хорошенькой внешностью не придётся долго вдовствовать, но никто из наших мужчин пока не предложил ей роль жены.

Нить же, потеряв мужа, не тратила много времени на оплакивание. Боясь остаться без помощи, женщина попросилась к Видящему Тень. Охотник с удовольствием взял вторую жену, хоть его Бабочка, всегда дружившая с Нитью, оказалась не слишком довольной. Нить куда симпатичнее неё, и скорее всего, первая жена справедливо опасается утратить расположение супруга.

А вот Купающаяся с Коленями не слишком хорошо соображает. Идущий в Одиночку, оставшись без жены, обратил внимание на вдову. Судя по всему, охотник предложил стать его женщиной, и потому вдова решила нарушить наш договор. Ей больше не хочется уговаривать дочь стать женщиной Ловкого, а сама Земляная Сова ещё не слишком освоилась в племени, и вряд ли желает выйти замуж именно сейчас.

Но вдова зря планирует перейти к Идущему в Одиночку вместе с дочерью. Приняв их под свой кров, охотник станет распоряжаться судьбами женщин. Человек он практичный и выдаст замуж Земляную Сову, подождав до осени. Девушка крепкая и хорошо сложена, а значит, за неё можно будет получить неплохой выкуп. А что там хочет сама Земляная Сова, уже не будет иметь никакого значения.

Эта девушка мне не очень нравится, хоть почти-брат заинтересовался ею, и я даже решился поговорить с ней от его имени. Но ничего хорошего из этого не получилось. Земляная Сова оказалась упрямой и несговорчивой, под стать своей матери. Она твёрдо уверовала, что та не даст её в обиду, а потому совсем не против стать дочерью Идущего в Одиночку. Земляная Сова не способна просчитать дальнейшие шаги новоявленного родителя. Мать никак не сможет повлиять на своего мужчину. Лучше бы девушке выйти замуж сейчас. Тем более, что Ловкий – очень неплохой вариант для неё. К тому же, у него есть отец и два брата, а потому в случае несчастья, его вдова не останется без помощи.

Но Земляную Сову не убедить. Я попросту теряю терпение от бесплодных попыток, и отгоняю мысли устроить счастье Ловкого. Хотя почти-брату очень не помешала бы женщина. Разубедив Ловкого в виновности отца, я зря решил поделиться своими подозрениями по поводу смерти Доброй. Теперь почти-брата так и тянет рассчитаться с Мягкими Лапами, и я боюсь, как бы Ловкий не выкинул чего-нибудь самостоятельно. Женщина бы помогла ему отвлечься от навязчивых мыслей.

Я окидываю стоянку взглядом, но вариантов попросту нет. Беседовать ещё раз с Земляной Совой точно не выдержу, а кроме неё подходящих женщин не наблюдается. Разве что попробовать убедить Ярче Огня… Но вряд ли женщина ко мне прислушается. Хотя… Стоит попытаться.

Ярче Огня носит хворост на стоянку в компании Сухих Листьев и Холодной Росы. Только сегодня она впервые смыла с лица траурную грязь, и наконец-то стала выглядеть нормально. В очередной раз вернувшись, женщины сваливают вязанки топлива, а потом жёны Серой Спины отправляются к своему шатру, а я, будто невзначай, прохожу мимо Ярче Огня, пока женщина не нашла себе новое занятие.

– Рычащий Медведь был смелым охотником, – говорю негромко. – Жаль, что он погиб.

– Очень жаль, – удивлённо отвечает Ярче Огня. – Он был хорошим мужчиной.

– Да, он заботился о тебе. А теперь ты осталась одна. Тебе нужно найти охотника, который бы хорошо обращался с тобой.

Ярче Огня усмехается:

– Тебе мало двоих?

– Что такое две женщины? Разве это много? Но я не имел ввиду себя, когда говорил об охотнике.

– А кого же тогда?

– Ловкому нужна хорошая женщина.

– Ловкому⁈ – Ярче Огня хмыкает. – А я думала, ты хочешь позвать меня к себе.

– Нет, я хочу помочь почти-брату.

– Ты заботишься о своих женщинах. Жалеешь их. Это хорошо. Я могла бы стать одной из них.

– Ловкий тоже не станет тебя обижать.

– Он мне не нравится.

– Почему?

– Охотник должен быть твёрд. А Ловкий?

– Он молод. Он ещё станет таким.

– Вот когда станет, тогда и возьмёт женщину!

– Я думал, ты не только красива, но и умна. Скажи, разве тебе не хочется быть единственной женщиной?

– Всегда хорошо быть первой.

– Вот и я об этом. Ловкий станет храбрым охотником, можешь не сомневаться. Да, сейчас он молод, и не знает женщин. Но ведь это хорошо для тебя.

– Почему?

– Как почему? Он станет слышать твои слова. Ты сможешь потихоньку советовать ему, как поступать верно. К тому же, Ловкий будет рад тебе куда больше, чем другой из наших мужчин. Ему захочется заботиться о своей женщине, а не только нагружать её работой. Подумай, Ярче Огня, ведь ты умная женщина. В паре с Ловким, ты будешь главной какое-то время, хоть он и не сможет это понять.

– Я хочу сильного и храброго мужчину!

– Мы с Ловким убили Кровавого Охотника.

– Мы! – фыркает женщина. – Лучше скажи – я убил его!

– Ловкий не мог выстрелить в него. Кровавый Охотник не прошёл мимо. Но почти-брат сидел в засаде вместе со мной. Он не боялся Кровавых Охотников.

– Я бы тоже могла не бояться, сидя на дереве.

– Да. Ты смелая. Ты бы не боялась.

– Вот и возьми меня!

– Нет, Ярче Огня. Мои женщины не примут тебя. Но ты очень хорошая. Поверь, я желаю тебе счастья. Ловкий не плох, просто у него мало опыта. Получив тебя, он обрадуется и захочет сделать так, чтобы его женщина тоже радовалась. Он станет носить тебе мясо и шкуры. Ты зря думаешь, что Ловкий плохой охотник. Он прокормит тебя и не заставит пожалеть о выборе. Вот увидишь.

– Я хочу гордиться своим мужчиной. Рычащий Медведь был очень храбрым!

– Но его нет.

– Мягкие Лапы смелый охотник.

– Он говорил с тобой?

– Нет, не говорил. Ведь я красила лицо. Нельзя говорить с вдовой, пока она скорбит. Но он смотрит на меня. Я знаю, что подойдёт.

– Он не нужен тебе, Ярче Огня.

– Почему?

– Я не хочу говорить. Просто поверь. Да и не думаю, что ты захочешь подчиняться Женщине-Облаку.

– Твёрдой Руке тоже нужна вторая женщина. Большие Глаза стала бесполезная. Может он и не прогонит её, но ведь теперь она не справится с работой.

– Ты хочешь к нему?

– Не знаю. Но Твёрдая Рука лучше своего брата.

– Ты зря думаешь так. Ловкий бы не прогнал женщину, которая носит его ребёнка.

– Земля говорит – Добрую брали много мужчин. Потому Твёрдая Рука и не признал ребёнка.

– Земля – дура. Я лучше знаю, как было.

– Кто убил Добрую? – тихо спрашивает женщина. – Твой почти-отец?

– Нет.

– Ты⁈

– Будто больше некому! Нет, не я.

– Кто же тогда?

– Откуда я знаю? Я не видел. А думать можно многое. Но поверь, Ярче Огня, ни я, ни почти-отец не убивали её.

– Твёрдая Рука⁈

Я молча пожимаю плечами.

– Это Ловкий попросил тебя поговорить со мной?

– Нет. Он не знает о нашем разговоре.

– Тогда зачем тебе это?

– Купающаяся с Коленями хочет, чтобы Ловкий взял Земляную Сову. Он молод и может согласиться.

– Пусть берёт! Она крепкая девушка.

– Посмотри на себя и на неё! Ты намного лучше.

– Думаешь⁈ – Ярче Огня смущённо улыбается.

– Вижу! Вот я и хочу, чтобы тебе достался хороший охотник. Ты зря переживаешь – Ловкий умеет добывать зверя и будет добр к тебе.

– А тебе какая разница?

– Мне жаль, что ты осталась без мужчины. Ты хорошая. Я хотел тебе помочь.

– Правда?

– Правда.

На деле ничего особенно хорошего в ней нет, но надо же как-то убедить женщину. Я вижу, что она вот-вот решится.

– И ты думаешь, Ловкий мне подойдёт?

– Из тех, кто есть – да. Это хороший выход. Тебе лучше подходил Рычащий Медведь, но второго такого можно никогда не найти.

– Да… – вздыхает женщина. – В этом ты прав.

Я не тороплю её. Ярче Огня какое-то время раздумывает, а потом произносит:

– Хорошо. Пусть Ловкий приходит и говорит со мной. Я согласна. Только смотри! – женщина вдруг тычет пальцем мне в грудь. – Я поверила твоим словам, а не его! Ты сказал, что у меня будут шкуры и мясо!

– Ловкий добудет тебе их, не сомневайся.

– Не сомневаюсь. Ведь ты помогаешь ему.

– Он и сам справится.

– Если с ним что-то случится, и у меня будут дети, то я приду в твой шатёр и сяду у твоего очага. Я потребую, чтобы ты взял меня, согласно обычаям.

– Сначала тебе придётся пойти к Твёрдой Руке! – усмехаюсь. – Он старший. Ему и брать вдову. Но не переживай – с Ловким ничего не случится.

– Надеюсь, что не случится. Дурно терять мужчину. Это большое несчастье.

– Да. Но теперь ты станешь немного счастливее. Всё будет хорошо, Ярче Огня.

– Лучше бы ты позвал меня. Тогда бы я не сомневалась.

– Не могу, – серьёзно отвечаю. – Мои женщины станут сердиться.

– Сердиться! – фыркает вдова. – Да они должны сидеть тихо, как мыши! У одной нет лица, а вторая притащила двух чужих сыновей! Им бы лучше помалкивать.

– Зачем нужны женщины, если они боятся говорить правду? Мне нравится, когда они могут сказать, что думают.

– Ты слишком много разрешаешь им.

– Будь ты на их месте, так бы не считала.

– Это верно, – улыбается Ярче Огня.

– Пойду говорить с почти-братом.

Ловкий едва всё не испортил. Двоюродный брат уже настроился взять Земляную Сову, а тут я подбрасываю новую идею. Парень будто побаивался Ярче Огня, и мне пришлось высмеять его, чтобы заставить всё-таки поговорить с женщиной. Ярче Огня согласилась не сразу, поломав комедию для приличия, но потом решилась, и теперь почти-брат рассказывал отцу радостную новость. Вернее, для кого как.

– Её первый сын болел и умер! – морщится Волчий Человек. – Ярче Огня несчастливая. Почему ты сначала не посоветовался со мной?

– Она красивая. Я не думал, что она согласится.

– Да кому она нужна! – хмыкает дядюшка. – Ты поспешил.

– Ему нужна женщина, – осторожно вмешиваюсь. – До осени слишком много времени. Ни к чему ждать. Ярче Огня не хуже других.

– Ты знал? – Волчий Человек злится.

– Я видел, что Ловкий нравится ей. Ничего удивительного, что она согласилась.

– Будто у неё был выбор!

– Был, – отвечаю. – Мягкие Лапы хотел взять её.

– И она выбрала Ловкого?

– Как видишь. Я тоже удивился.

– Надо добыть оленя! – произносит Ловкий.

– Добудем, – киваю. – Но сначала ты должен договориться со Слышащим.

Ловкий уходит к вождю, а Волчий Человек тяжело смотрит на меня:

– Это ты посоветовал ему взять Ярче Огня?

– Я.

– Зачем?

– Чтобы он не вспоминал Добрую.

– А он вспоминает?

– Конечно. Только другая женщина может заставить забыть о ней.

– Лучше было бы взять дочь Купающейся с Коленями. Она не знала мужчины.

– Она такая же дура, как и её мать.

– Ты говорил с ними?

– Лучше бы не говорил.

– Эта вдова несчастливая.

– Может, это Рычащий Медведь был несчастливый, а вместе с Ловким удача вернётся к ней. Ярче Огня неплохая женщина. Ловкий познает её ласки и перестанет грустить.

– Охотнику не подобает грустить!

– В любом случае, Ловкому нельзя без женщины. Ярче Огня молодая и красивая. Ты зря переживаешь. Я думаю, у них будет хорошая семья.

– Не нужно было спешить.

– Нужно. Ловкий не должен думать о Доброй. Он может решиться убить Мягкие Лапы самостоятельно. Я думаю, он бы уже попробовал, если бы не сомневался.

– В чём? В том, что справится?

– Нет. В его вине. Ловкий думает, что это был Твёрдая Рука.

– Я говорил с сыном. Он не трогал её.

– Уверен?

– Да. Жаль, что это был не он.

Странно хотеть, чтобы сын убил женщину со своим нерождённым ребёнком. Но Волчий Человек и сам бы с удовольствием придушил Добрую. А так дядюшка решил, что у Твёрдой Руки слишком слабый характер.

– Надо что-то придумать. Мне надоел Мягкие Лапы. Постоянно приходится следить за своими женщинами.

– Трудно, – хмурится Волчий Человек. – Он всё понимает и никогда не бывает один. Я не знаю, как добраться до него.

– Да. Ты прав. Я даже думал промахнуться на охоте, стреляя в бизона, а попав в него. Но пока не выпадает удобного момента.

– Тогда тебе придётся взять Женщину-Облако!

– Она не захочет. Буду давать ей мясо, вот и всё. Ничего страшного.

– А если захочет?

– Тогда мы пойдём купаться в реке, и я буду долго горевать, что не уследил за новой женщиной.

Разговор прерывается. Ловкий, несказанно довольный, возвращается. Не сомневаюсь, что Слышащий одобрил. Но мне, в отличие от почти-брата, не слишком радостно. Оленей поблизости мало, а добывать вилорога очень утомительное занятие.

Но я представляю лицо Земли, когда она узнает о предстоящей свадьбе, и настроение улучшается. Ради такого зрелища надо добыть зверя без отлагательств.

* * *

Большая часть бизоньих стад откочевала западнее, и теперь на равнине преобладали табуны коней. Будучи осторожнее, чем быки, эти лошади представляли собой не слишком уязвимую цель. Но это только на открытых просторах. Мы стерегли коней у водопоев, и ещё не бывало дня, когда выпадало вернуться с пустыми руками.

Несмотря на зиму, погода стояла тёплая, лишь по ночам напоминая о времени года едва заметным морозцем. В последнее время мы охотились далеко от стоянки, и вместо того, чтобы дожидаться женщин, обычно утаскивали мясо самостоятельно.

Яркое солнце сияло в безоблачном небе, и слабый ветерок тянул с юга, наполняя лёгкие утренней свежестью. Мы разделали двоих убитых лошадей и увязали на заблаговременно подготовленные волокуши. Никому не хотелось терять половину дня, стоя подле реки в ожидании женщин, а потому быстро тронулись в путь, заранее предвкушая хороший пир.

Из тринадцати уцелевших охотников, только трое осталось сторожить лагерь. Тапир, Высокий и Идущий в Одиночку. Остальных вождь забрал на охоту, наверное, решив прервать установившееся разделение по дружбе между охотниками. Грынк ставил цель объединить нас воедино, и это было разумно, вот только совершенно бесполезно. Пока присутствует вождь – одно дело, но нельзя изменить мужчин. Если не доверяешь человеку, то не захочешь взять его с собой на охоту.

Но сегодня всеобщая идиллия. Мягкие Лапы и Волчий Человек, как ни в чём не бывало, бредут бок о бок. Твёрдая Рука в последнее время почти прекратил общаться с Мягкими Лапами, но и с отцом не стал налаживать отношения. Почти-брат сильно помрачнел после ранения Больших Глаз, и как-то замкнулся в себе.

Ловкий же, обретя жену, преобразился. Мне кажется, они неплохо поладили. По крайней мере, Ярче Огня не выглядит недовольной, в отличие от матери Ловкого. Но женщине на Землю глубоко наплевать. Характер у Ярче Огня стойкий, и она полностью игнорирует поучающие реплики Земли. Благо, живут они отдельно. По моему совету, Ловкий поставил новый шатёр как можно дальше от матери, рядом с Твёрдой Рукой. Братья и раньше не слишком общались, а теперь и подавно почти не разговаривают, но удобное место для шатра было именно тут.

Волчий Человек перестал гневаться на сына и вроде бы привык к его новой жене. Наверное, он больше не считает её плохим выбором. Тем более, что Земляная Сова внезапно вышла замуж за Тёмного, чем удивила почти каждого охотника.

Раздолбая, похлеще Тёмного, отыскать трудно. Плюс к тому, на шее охотника висит мать и трое младших детей. Чем руководствовалась Купающаяся с Коленями, мне непонятно, хотя может просто смирилась с выбором дочери.

Камень терпеть не может тащить волокушу и недоволен долгой дорогой. Маленький Ворон остался на стоянке, а вот Первый всегда отправляется с нами. Камень не теряет надежды воспитать того настоящим охотником, а потому всё подбивает меня поохотиться на мамонта, чтобы проверить крепость характера мальчишки. Я оттягиваю этот момент, убеждая, что глупо убивать такую гору мяса, если нельзя её сохранить. Но рано или поздно придётся составить охотнику компанию. Эта навязчивая идея никуда не денется из головы Камня.

Стоянка уже неподалёку. Мы минуем последние десятки метров лесной тропы, и до нашего слуха долетают громкие голоса. Кто-то умудрился поссориться в наше отсутствие. Сначала не обращаю внимание. Женщины регулярно выясняют отношения из-за всяких мелочей, особенно когда поблизости нет вождя. Но потом различаю говор Жёлтого Дерева, и едва сдерживаюсь, чтобы не опустить волокушу посреди тропы. Вэл-юу обычно не участвует в женских склоках. Мне не нравится происходящее, и я тороплюсь изо всех сил. Но передо мной медленно движется Волчий Человек, а ещё дальше – сам вождь. Грынк тоже прибавляет шагу, заслышав скандал, и мы выходим к лагерю.

Вот теперь я бросаю волокушу, не смотря ни на кого. Происходящая ссора явно касается кого-то из моих женщин. Но дело не в этом. Она слишком серьёзная, ведь никто не остаётся в стороне. Так не бывает по мелочам. Я вижу Тапира возле своего шатра, и спешу туда.

При моём приближении часть голосов смолкает. Тапир с облегчением выдыхает, заприметив вождя. Я оказываюсь рядом с охотником, который загораживает собой Искру, и спрашиваю:

– Что случилось?

– Твоя женщина хотела убить Высокого.

Глава 23

Я гляжу на Искру и замечаю, что лицо у жены покраснело и отекло, а белки глаз приобрели кровавый цвет. Уже догадавшись о случившемся, осторожно поднимаю её подбородок, и вижу следы пальцев на распухшей шее.

– Где он?

Высокий, изображая жертву, лежит на бизоньей шкуре у своего шатра. Его уже обступили вернувшиеся охотники.

Пытаюсь протолкуться, но Грынк хватает меня за правую руку. Едва сдерживаюсь, чтобы не залепить вождю левой, и нехотя останавливаюсь.

– Пусть скажет! – кивает Слышащий на лежащего.

Через правую сторону лица Высокого идёт широкая борозда от пореза. Мне кажется, нож метил в глаз, но охотник успел уклониться от удара. Щека рассечена до зубов и покрыта подсохшей кровью. Ещё одна неглубокая рана с той стороны в шею, и самый опасный удар виден на обнажённом животе. Нож угодил в брюхо и судя по всему, здорово зацепил потроха.

– Говори! – громко произносит вождь.

– Я брал безносую, – хрипло отвечает Высокий, – но появился мальчишка и увидел нас. Тогда она стала бить меня ножом и кричать, чтобы он подумал, будто я брал её силой. Вот как было.

– Ты брал мою женщину? – спрашиваю.

– Брал.

– Тогда ты умрёшь.

– Она виновата! – выкрикивает Два Крыла. – Посмотри, что твоя женщина сделала с ним!

– Ты дура. Ты сейчас посмотришь, что я сделаю с ним.

– Если он брал её по согласию, то не заслужил смерти, – вмешивается Мягкие Лапы.

– Лучше молчи, – отвечаю.

– А то что? Убьёшь и меня?

– Если понадобится, то убью.

– Попробуй! – охотник ухмыляется. – Я попрошу разрешить поединок!

– Приведите Искру! – громко произносит вождь.

Жена уже рядом. Её незачем приводить. Грынк недовольно спрашивает:

– Скажи, как было на самом деле?

– Мы пошли искать птиц с Солнечным Лучом, – едва слышным шёпотом произносит Искра. – Их сейчас мало, и мы разошлись в разные стороны. Я услышала шаги, но узнала Высокого и не испугалась. Он шёл, будто собирался пройти мимо, а потом бросился и сбил меня с ног. Стал душить, а я никак не могла достать нож. Я пыталась кричать, но не получалось. А потом он бросил меня, и я смогла вытащить нож. Я ударила его в живот, и вывернулась в сторону. А потом мы с Солнечным Лучом бежали до стоянки.

Солнечный Луч держится в отдалении, и я жестом подзываю мальчишку. На его поясе нет подаренного мной ножа, и становится понятно, почему Высокий внезапно разжал руки.

– Что случилось? – спрашиваю его громко. – Рассказывай.

– Я услышал крик и побежал. Я думал на Искру напал Кровавый Охотник. Но когда прибежал, он душил её! – мальчишка со злостью показывает на Высокого. – Я не знал, что делать. Я схватил нож и ударил его в лицо.

– Искра была одета, когда ты прибежал?

– Да, – Солнечный Луч удивляется вопросу.

– А он?

– Одетый! – без раздумий отвечает мальчишка.

– Он лжёт! – проговаривает Высокий. – Ему нельзя верить. Безносая подговорила его.

– Нет, – ухмыляюсь. – Это твои слова ничего не значат. Ложь тебя не спасёт. Зачем ты хотел убить её?

– Я не хотел её убивать.

– Если бы не он, – показываю на Солнечного Луча. – Ты бы её задушил. Никто не может сказать, что я не должен убить тебя за это.

– Верно! – говорит Камень. – С него нужно снять кожу.

– Ты сумасшедший? – не выдерживает Волчий Человек, обращаясь к Высокому. – Убить чужую женщину!

– Она лжёт. Безносым нельзя верить.

– Нельзя верить тому, кто уже убил женщину! – раздаётся каркающий голос Синего Цветка.

Высокий вдруг испуганно дёргается, ловя взглядом старуху, и я понимаю, что Синий Цветок говорит правду.

– Что ты хочешь сказать? – спрашивает у неё вождь.

– Он убил Добрую. Я видела.

– Ложь! – вспыхивает Два Крыла. – Ты заодно с ней! – женщина кивает на Искру.

– Клянусь Солнцем! – торжественно произносит старуха, и стойбище смолкает на миг, а потом целый хор голосов начинает обсуждать сказанное. В клятву Солнцем тут истинно верят.

Два Крыла растерянно опускает руки. При взгляде на мужа, она понимает, что старуха не лжёт. Женщина сжимает кулаки, будто собирается отлупить супруга.

– Зачем? – спрашивает она. – Зачем ты сделал это?

Высокий молчит. Он понял, что вилять бессмысленно. Охотники тоже умолкают, и заговаривает вождь:

– Это правда? Ты убил Добрую?

– Я.

– Почему? – удивляется Грынк.

– Она оказалась дурной женщиной. Ей нельзя было жить среди нас.

– А ты, значит, решаешь кому можно?

– Её надо было прогнать, а не отдавать мальчишке.

– А моя женщина? – спрашиваю. – Её зачем убивать?

– Она хуже всех. Безносая – колдунья. Она позвала зверей, и те сожрали мою дочь. Они сожрали многих из нас. Ей нужно умереть. Дурно держать её в роду.

– Верно, – говорит Мягкие Лапы. – Никто не принимает безносых. Они приносят несчастье.

Отдельные женские голоса звучат одобрительно, но большинство людей молча наблюдают за происходящим. Грынк, казалось, забывает обо всём, поворачиваясь к Мягким Лапам.

– Женщина Пятнистого не умеет колдовать! – прищурясь, заявляет вождь. – Мне ли не знать этого?

– Ты можешь ошибаться.

– Ты часто недоволен, – медленно произносит Грынк. – Тебе лучше вернуться в род Режущего Нити.

– Но я не хочу. Я не нарушил обычаи. Это ты нарушаешь их, разрешив охотнику взять безносую. Ты – плохой вождь.

Камень хмыкает, поправляя палицу на поясе.

– Тебе нужно уйти к хорошему вождю! – проговаривает Грынк, только необыкновенным усилием воли сохраняя спокойствие.

– Ты не можешь изгнать меня! – ухмыляется охотник. – Пусть мужской совет решит, кто из нас прав.

– Лучше спросить духов! – Волчий Человек скалится в улыбке. – Так будет вернее. Ты лжец, Мягкие Лапы! Ты позоришь наш род. Я требую поединка!

Охотник испытующе глядит на Волчьего Человека. Они вроде бы разные, но чем-то неуловимо похожи.

– Нет, – отрезает Грынк. – Я буду сражаться с ним.

– Это нечестно, – вмешиваюсь.

– Почему? – почти одновременно спрашивают окружающие охотники.

– Мягким Лапам придётся сражаться с вождём, а если он победит, то с Волчьим Человеком. Если справится с ним, то будет сражаться со мной. Это нехорошо. У него мало шансов. Лучше отправить его назад к Пляшущему Волку. Пусть расскажет, что не выполнил его поручение.

– Какое? – удивляется Грынк.

– Убить тебя.

Чёрт его знает, что именно Пляшущий Волк поручал охотнику. Может быть только убрать меня или Искру. Но Мягкие Лапы зря нарывался на конфликт с вождём. Теперь ему не оправдаться.

– Ложь! – фыркает охотник. – Я буду драться с тобой первым!

– Откуда ты знаешь? – спрашивает Грынк у меня.

– Знаю. Он ведь пришёл к нам только для этого. Он не ссорился со своим вождём и не бросал семью. Он просто должен был выполнить поручение.

– Глупые слова, – усмехается Мягкие Лапы, но самообладание охотника пошатывается.

– Зачем Пляшущему Волку хотеть меня убить? – недоверчиво спрашивает Грынк.

– Чтобы у нашего рода был послушный вождь.

– Ты можешь ошибаться!

– Ты сам знаешь, что это правда! Ну зачем Мягким Лапам эта старая лошадь! – киваю на Женщину-Облако. – По-твоему он сошёл с ума? Нет, он хорошо соображает. Слишком хорошо.

Лицо Грынка суровеет, а Мягкие Лапы постепенно теряет неизменную ухмылку. Он понимает, что поддержки ему не видать. Идущий в Одиночку, вроде бы сочувствует охотнику, или же просто считает вождя слабым. Твёрдая Рука, к моему удивлению, тоже не произносит и слова, а потому Мягкие Лапы неохотно говорит:

– Я должен был убить тебя, а не его.

– Пятнистого? – удивляется вождь. – Зачем?

– Злые духи помогают ему! – отвечает охотник. – Пляшущий Волк сказал – он пришёл из темноты и привёл их с собой! Они навредят всему племени. Ты же видишь – это правда. Пятнистый притягивает несчастье.

– Ты определись, – усмехаюсь. – Они помогают мне или вредят?

Но Грынку вовсе не смешно. Он смотрит на меня хмуро и подозрительно. Наверное, кто-то из шаманов уже говорил вождю нечто подобное. Я поднимаю голову, оценивая солнце, и повернувшись, встречаюсь с испуганными глазами Вэл-юу.

– Жёлтое Дерево! – обращаюсь к жене. – Принеси мои талисманы.

Грынк открывает рот, наверное, собираясь запретить, но я успеваю сказать быстрее:

– Ты знаешь, я и вправду пришёл из темноты. Ты сам встречал меня. Мне надоело притворяться. Сейчас я стану просить Великого Отца, и все поймут, что Мягкие Лапы лжёт.

Вокруг меня образовывается круг. Соплеменники глядят внимательно и настороженно. Разве что дядюшка явно заинтересован. Жёлтое Дерево не спешит. Она идёт медленно, сохраняя торжественность, и соплеменники перешёптываются. В левой руке у жены зажато хрустальное копьё, а в правой – мой несостоявшийся подарок Грынку – бубен из оленьей кожи.

К моему удивлению, на копьё почти не обращают внимание, а вот с бубна просто не сводят глаз. Рукоять сзади выполнена в виде солнца, а спереди Жёлтое Дерево ещё не успела украсить его вышивкой. Увидев бубен, Грынк открывает рот.

– Растопку! – надменно требую у Вэл-юу. – И побыстрее!

Жена спешит за мешком, в котором заранее припасён подходящий набор сушёной травы, стружек и тончайших веточек. Все расступаются перед ней, а я выбираю подходящее место.

– Искра! – пытаюсь изобразить повелевающий тон. – Ты станешь просить Великого Отца вместе со мной! Пусть больше никто не осмелится назвать тебя колдуньей!

Она едва может говорить, но что-то покорно шепчет. Искра улавливает серьёзность момента, от которого зависит наше будущее.

В моих руках бубен. Я поднимаю его вверх, показывая солнцу, и громко выкрикиваю:

– Великий Отец! Услышь нас! Приди и согрей теплом своего огня! Мы просим тебя!

Обёрнутая шкурой колотушка начинает выбивать ритм, и я всецело погружаюсь в ритуал. Звук бубна заставляет соплеменников невольно покачиваться в такт ударам, и я вскидываю руки перед собой, заставляя женщин вздрогнуть:

– Просите его! Просите Великого Отца вместе со мной! Он подарит нам свою доброту! Просите!

Бубен не умолкает, а я изображаю шаманскую пляску, или, вернее сказать, что-то смутно похожее на неё. Но соплеменники восхищённо таращатся на диск бубна, и скачут в диком ритме пляски.

Их лица серьёзные. Даже у охотников. Несмолкаемый ритм будто завораживает их. Если смотреть со стороны, это должно выглядеть до крайности смешным. Но мне сейчас не до смеха. Эти восторженные люди мигом поменяют своё отношение, стоит мне оплошать. Они убьют и меня, и жён, если поверят в злое колдовство. Потому, опасаясь растягивать пляску надолго, я набираю ритм, и останавливаюсь:

– Великий Отец! Дай нам своего огня!

Искра падает на колени, протягивая мне копьё, но я торжественным жестом указываю ей на растопку, и разгоняю людей, загораживающих солнце.

– Просите! – обращаюсь к соплеменникам. – Просите Великого Отца!

– Огня! – выкрикиваю, глядя в небо, и слышу гул голосов, повторяющих за мной.

Только бы Искра не оплошала…

– Великий Отец! – кричу во весь голос. – Ты знаешь мысли каждого из нас! От тебя ничего не скрыть! Докажи всем, что моя женщина угодна тебе! Покажи им своё покровительство! Пусть она принесёт огня своей рукой! Подари нам небесный огонь!

Я вскидываю руки вверх, уставившись на солнце, и понимаю, что каждый повторяет мой жест. Стою, моля, чтобы Искра справилась, когда слышу изумлённый гул. Запах дыма долетает до ноздрей, но я не опускаю рук, пока шум изумлённых голосов не начинает сопровождаться треском огня. Великий Отец снизошёл к нам.

С торжественным видом я отыскиваю вождя глазами. Сейчас всё будет зависеть от его реакции. Ни одному шаману не понравится, когда затмевают его искусство общения с высшими силами. Но наш Слышащий, к счастью, не совсем обычный шаман. Он истово верит в духов. А потому, мой ритуал привёл Слышащего в восторг. Огонь, спустившийся с небес – это великое доказательство благосклонности Солнца. Вождь, скорее всего, даже не помышлял о такой возможности.

Но надо ковать железо, пока оно горячее. Потому придаю себе строгости и громко спрашиваю:

– Кто-то ещё считает мою женщину колдуньей? Великий Отец покровительствует ей! А вы просто глупцы, не видящие дальше отрезанного носа! Своими мыслями о колдовстве вы сами притягиваете злых духов! Позор моему племени! Мне стыдно за вас перед Великим Отцом!

Главное, не перегнуть. Я сурово оглядываю соплеменников. Но они серьёзные, как никогда. Женщины смущённо отводят взгляды, а охотники смотрят внимательно, будто ожидая, что я ещё скажу им.