Текст книги "Богатство и бедность царской России (СИ)"

Автор книги: Валерий Анишкин

Соавторы: Людмила Шманева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Глава 16

РОССИЯ В 1612 ГОДУ

Грамоты архимандрита Дионисия. – Новое ополчение. – Освобождение Москвы и России от поляков. – Итоги польско-шведской интервенции.

Грамоты Дионисия

После того как патриарха Гермогена взяли под стра-жу, Троице-Сергиева Лавра стала во главе сопротивления.

Настоятель монастыря архимандрит Дионисий ранее был игуменом Старицкого монастыря, а также советником и сторонником царя Василия Шуйского. Настоятелем Троице-Сергиевской Лавры Дионисий стал в 1610 г., когда она еще не оправилась после осады поляков и нуждалась в восстановлении.

Дионисий был другом патриарха Гермогена и после заключения Гермогена, он вместе с Авраамием Палицы-ным стал рассылать по городам патриотические грамоты. В них описывалось бедственное положение Москвы, неволя Патриарха, и содержался призыв к русскому народу под-няться на врагов за веру и отечество.

Время было для России тяжелое. Москва находилась в руках поляков. Народ страдал от зверства поляков и казац-ких шаек. Толпы обездоленных русских людей шли к Тро-ицкой лавре. У многих были изуродованы лица, ожоги на теле, вырваны на голове волосы. На дорогах валялись кале-ки, у которых были отрублены руки и ноги или вырезаны на спинах ремни кожи. Иноки лавры хоронили мертвых и старались приютить живых.

В 1611-1612 гг. Дионисий и келарь Авраамий Палицын призывали идти на помощь Москве. Грамоты от их имени рас-сылались в Рязань, в Пермь, в Ярославль, в Нижний Новгород, князю Димитрию Пожарскому и Косьме Минину.

В 1611 г. Дионисий посылал свои грамоты в "смутные города", призывая к объединению для борьбы с врагом, а когда 19 марта 1611 г. в Троице-Сергиевом монастыре уз-нали о восстании в Москве, войскам Первого ополчения под Москву были посланы 50 монастырских слуг и 200 стрельцов. Приходившим в монастырь раненым ратникам из-под Москвы, из Переяславля и др. мест троицкие иноки выделяли из своих запасов ржаной и пшеничный хлеб, а сами питались овсяным хлебом и водой.

Обеспокоенный разногласием руководства Первого ополчения, Дионисий в июле 1611 г. направлял грамоты во многие города с призывом действовать сообща, а городам оказывать помощь "ратными людьми и казною". Осенью 1611 г. архимандрит предупреждал о том, что польское войско Ходкевича с запасами для польского гарнизона приближается к Москве, и призывал оказать помощь опол-чению ратными людьми. Эта грамота пришла из Троице-Сергиевого монастыря в Н. Новгород и способствовала то-му, что нижегородцы приняли решение идти на помощь "Московскому государству". "Православ╛ные христиане, – писалось в этих посланиях, – вспомните истинную право-славную веру и покажите подвиг свой, молите служилых людей, чтобы быть всем православным в соединении и стать сообща против предателей христианских (изменни-ков отечеству) и против вечных врагов христианства поль-ских и литовских людей!"

Троице-Сергиев монастырь отказался присягнуть но-вому самозванцу – Лжедмитрию III. Во многие города и под Москву из монастыря были посланы грамоты с призы-вом не поддаваться новой смуте. В результате многие го-рода отказались присягать самозванцу.

Троицкие иноки во главе с Дионисием обратились с посланием к руководству Второго ополчения. Они призы-вали руководство Второго ополчения идти к Троице-Сергиеву монастырю и обещали приложить все усилия, чтобы все защитники страны собрались "во едино" на зем-ской совет, где был бы выбран законный правитель Русско-го государства.

Грамоты Дионисия сыграли большую роль в деле объединения сил Первого и Второго ополчений для борьбы с поляками.

Новое ополчение

Летом 1611 г. после захвата Смоленска поляками и шведами Новгорода положение стало особенно тяжёлым. Московское государство стояло на краю гибели. Население было разорено и вымирало от голода и болезней. Крестья-не, спасаясь от насилий интервентов, бросали дома и скры-вались в лесах. Пустели города. Встала торговля. По всей стране бродили шайки разбойников и грабили народ, так как никакой власти не было. Казалось, что Московскому государству пришёл конец.

Но уже поднималась новая волна патриотического движения. По призыву земского старосты Кузьмы Минина в Нижнем Новгороде начало формироваться второе опол-чение.

9 октября 1611 г., большой колокол собрал нижего-родцев в Спасский собор Кремля, была прочитана грамота Дионисия. Потом с патриотическим обращением выступил Кузьма Минин, после чего пошли пожертвования. Деньги, ценности, домашние вещи приносились на площадь, а зем-ский староста вел им счет и сдавал на хранение в соборные подвалы. Есть сведения, что сам Минин все свои сбереже-ния пожертвовал на рать. Некоторые отдавали последнее. Из летописей известен рассказ о богатой вдове, которая из имевшихся у нее двенадцати тысяч рублей десять отдала на ополчение. Помимо добровольных взносов, был установ-лен обязательный оклад в размере одной пятой от общей стоимости имущества.

Для руководства военными делами требовался воена-чальник. Выбор пал на князя Дмитрия Михайловича По-жарского, который долечивал полученные во время восста-ния раны в своем имении недалеко от Новгорода. Выбор Пожарского был не случайным. Воевода не подличал и не примыкал к самозванцам, как многие бояре, не жаловал польского короля и одним из первых примкнул к Ляпуно-ву, когда тот пошел на Москву.

Грамоты с призывом подняться на борьбу за освобо-ждение Москвы быстро распространились среди населе-ния. Народное ополчение становилось общим для всех рус-ских делом.

В начале 1612 г. ополчение насчитывало в своих ря-дах от 20 до 30 тыс. человек. Все ополченцы получили хо-рошее содержание: служилым людям положили денежные оклады от 50 до 30 рублей в год. Наличие у ополченцев по-стоянного денежного довольствия привлекло в ополчение новых служилых людей со всех окрестных областей. При-шли коломенцы, рязанцы, казаки и стрельцы из окраинных городов и другие. Но общая обстановка не позволяла не-медленно начать поход на Москву. Из Нижнего Новгорода второе ополчение двинулось в конце февраля 1612 г. в Ярославль. Ряды ополченцев непрерывно пополнялись добровольцами.

Народное ополчение простояло в Ярославле с апреля по август 1612 г. Причины были уважительные: ждали каз-ну и подкрепление; собирали данные о силах, которые мо-жет выдвинуть против нас польский король, договарива-лись со шведами, чтобы они прекратили военные действия против Москвы, а для этого обещали царский трон их ко-ролевичу. Но на самом деле русские уже не хотели иметь чужеземного царя, так как они достаточно натерпелись от иноземцев; теперь Россия хотела выбрать царем кого-то из своих бояр. В Ярославле Пожарский также формировал и обучал армию. Пехоту и конницу учили тесному взаимо-действию в бою. Пожарский ввел общее питание из котла, наладил производство копий, бердышей и доспехов. В Ярославле окончательно оформилось "земское правитель-ство", то есть "Совет всея земли".

К концу 1612 г. власть правительства народного ополчения распространилась уже на половину территории государства. Территория, занятая врагами, освобождалась при участии местного населения. Крестьяне, вооружённые топорами, вилами, беспощадно уничтожали захватчиков, рыскавших по деревням в поисках продовольствия. Всюду в тылу врага действовали крестьянские партизанские отря-ды. Второе ополчение поддержал Трубецкой с частью ка-заков. Заруцкий же выступил против Пожарского и пошел на сговор с поляками.

Поляков беспокоили успехи ополчения, и они обрати-лись к Сигизмунду с просьбой о помощи. Сигизмунд III направил в Москву большие силы наёмников под командой гетмана Ходкевича, к которому примкнул Заруцкий с ча-стью казаков.

4 августа 1612 г. отряды Нижегородского ополчения подошли к Троице-Сергиевой обители. Здесь ратники стоя-ли четыре дня, до получения тревожных известий о про-движении войск Ходкевича к Москве. 18 августа иноки обители с иконами святых провожали ополченцев. Через два дня армия Минина и Пожарского подходила к столице.

Освобождение Москвы и России от поляков

Вместо Гонсевского, который ушел из Москвы и увез с собой много драгоценностей и реликвий, в Кремле остал-ся отряд польского полковник Струся и Будилы.

Известие о движении гетмана Ходкевича к Москве ускорило выступление второго ополчения из Ярославля. Руководители ополчения хотели помешать соединению Ходкевича с польским гарнизоном в Москве.

Первый отряд ополченцев численностью в 400 всад-ников подошёл к Москве 24 июля. Главные силы ополче-ния выступили из Ярославля в конце июля, 20 августа они подошли к Москве и укрепились у стен Белого города.

Сражение с войском Ходкевича 24 августа закончи-лось полным разгромом поляков, остатки которых отошли к Вязьме. 25 августа Ходкевич и вовсе удалился через Мо-жайск к литовской границе.

Окружив плотным кольцом Китай-город и Кремль, где засел польский гарнизон, ополченцы начали их общую осаду, затянувшуюся на два месяца.

15 сентября Пожарский послал осажденным грамоту с предложением сдаться во избежание кровопролития, но в ответ получил оскорбительное письмо. Поляки все еще на-деялись на помощь польского короля. Пожарский предла-гал осажденным свободный выход со знаменами и оружи-ем, но без награбленных сокровищ. С деньгами поляки рас-ставаться не желали, но и Кремль уже защищать не могли. Тогда ополчение Пожарского приступило к осаде. 22 ок-тября был взят Китай-город. Осажденные в Кремле были окружены со всех сторон. У них не было боеприпасов и не было еды.

Они от голода съели всех лошадей, собак, крыс и ва-рили кожаные переплеты книг. Н.И. Костомаров пишет, что, заняв Китай-город, русские увидели там чаны с чело-веческим мясом.

Сначала поляки выпустили боярынь с детьми, а потом сами запросили пощады и просили им жизнь. Пожарский с полком встал на Каменном мосту у Троицких ворот Крем-ля, чтобы защитить их от казаков, которые были возмуще-ны этим, т.к. хотели поживиться за счет богатых боярынь. Среди вышедших из Кремля находилась и инокиня Марфа с сыном Михаилом Романовым, попавшие в осаду вместе с другими семьями русских бояр – сторонников поляков. Вскоре мать и сын уехали в свои костромские вотчины.

26 октября 1612 г. поляки сдались и покинули Кремль. Столица была освобождена.

Полковник Будила с остатками своего полка попал в стан Пожарского, потому все и остались живыми. Струсь же попал к Трубецкому, казаки которого порубили всех поля-ков.

27 октября москвичи начали очищать город от трупов и развалин, а 1 ноября состоялся крестный ход по Москве с участием казаков Трубецкого и ополченцев Минина и По-жарского. У Лобного моста архимандрит Троице-Сергиевого монастыря Дионисий совершил торжественный молебен в честь победы ополченцев. Под звон колоколов победители при массовом стечении народа со знамёнами и хоругвями вступили в Кремль.

Так закончилось освобождение Москвы и России от польских интервентов.

Итоги польско-шведской интервенции

В Смутное время на рубеже XVI – XVII вв. Москов-ское государство, Россию потрясали стихийные бедствия, польско-шведская интервенция, политический, экономиче-ский, государственный и социальный кризис.

Но Смута подняла самосознание народа и дала толчок патриотическому движению, что позволило освободить Россию от поляков. Оставался еще Сигизмунд, который шел к Москве на выручку своих подданных с небольшим войском и сыном Владиславом в надежде на то, что рус-ские послушно примут королевича как царя, которому они недавно присягали. Но русский народ уже не хотел видеть на московском престоле ни Владислава, ни другого ино-земца и объявил, что Россия готова воевать с королем. Си-гизмунд понял бессмысленность продолжения похода на Москву с небольшим войском, да еще в преддверии зимних холодов, и вернулся домой вместе с сыном Владиславом.

Когда шведы узнали, что россияне освободились от поляков и собираются выбирать царя, то напомнили, что сами выбрали шведского королевича на свой престол, но получили твердый ответ, что теперь, когда прогнали от Москвы поляков, готовы биться и со шведами, но Влади-слава на московском престоле видеть не хотят.

Освободительная борьба выдвинула много героев. Это и Кузьма Минин, и Дмитрий Пожарский. Одним из них стал костромской крестьянин села Домнина, Костром-ского уезда Иван Сусанин, который завел в непроходимые леса отряд интервентов. К сожалению, осталось неизвест-ным имя другого крестьянина, совершившего подобный подвиг близ Волоколамска.

В борьбе русского народа с польскими и шведскими интервентами принимали участие и другие народности, входившие в состав Русского государства. Это и карелы, и башкиры, конница которых участвовала в освобождении Москвы. Народ коми давал ратников и в Первое и во Вто-рое ополчения.

Глава 17

РОССИЯ В XVII ВЕКЕ

Россия после смуты. – Москва конца XVII века. – Кремль и московские достопримечательности. – Города XVII века. – Объединение России и внешние связи. – Укрепление гра-ниц. – Моральная сторона украинского вопроса. – Влияние быта на оседлость населения. – Реформы и налоги. – Деньги в XVII веке. – Цены и жалования. – Торговля внеш-няя и внутренняя. – Природное изобилие России. – Боль-шие столы. – Милостыня и благотворительность – Пьянство в XVII веке. – Одежда. – Домашний быт и рус-ские бани. – Стрельцы в XVII веке. – Природные катак-лизмы.

Россия после смуты

События периода Смутного времени привели к хозяй-ственной разрухе и обнищанию страны. В результате сму-ты Россия потеряла Смоленск, западную Украину, Коль-ский полуостров, и возвращать эти земли России предстоя-ло с большим трудом. Торговля с Западной Европой стано-вилась проблемной, потому что был закрыт выход к морю. Ослабленное русское государство окружали враждебно на-строенные Польша и Швеция. Опасность представляли и ногайские и крымские татары, перед которыми Россия ока-залась беззащитной. Центральные и северные области, не говоря уже об окраинных, страдали от набегов казаков и литовцев, оставшихся после Лжедмитрия II. Эти шайки хлынули из разоренных областей туда, где оставалось еще, чем поживиться; они доходили до самой Москвы, а часто и дальше на север. Служилые люди не получали содержания и жаловались, что "им жить не с чего". В Москве ощущал-ся недостаток продовольствия, так как доставить его не всегда удавалось из-за грабежа на дорогах. Дворцовые зем-ли и целые волости были разорены, в казну не поступали ни деньги, ни хлеб.

Города, которые были призваны защищать страну, сами теперь требовали защиты. Летописи Углича, напри-мер, говорят о сломанных мостах, пробитых башнях, засы-панных рвах; ни пороха, ни хлеба, и почти полное отсутст-вие жителей.

Один из голландских послов, Антоний Гетеерис, так описывал состояние России того времени: "В пустынной рав-нине кучи пепла указывали места сожженных деревень, кое-где лишь попадались полуразрушенный монастырь или изба, вход в которую был закрыт целою кучею мертвых тел".

А.Е. Пресняков пишет, что исход второго десятилетия XVII в. был моментом наибольшего упадка хозяйственного благосостояния центральных областей Московского госу-дарства.

Россия XVII в. знаменательна бунтами. Кроме Разин-ского восстания, в России отмечались многочисленные го-родские восстания, выступления раскольников.

Россия выстояла, хотя, по образному выражению Н.М. Карамзина, после освобождения от польской и швед-ской интервенции, представляла собой "пепелище крова-вое, пустыню". С другой стороны, борьба российского на-рода сплотила и усилила самосознание русского народа.

Интересно мнение некоторых иностранцев, которое разделяют и русские сочинения о событиях, предшест-вующих освобождению России. Это мнение связано с иде-ей воздаяния за грехи.

Одним из иностранных авторов, писавших о событиях Смуты, был голландец Исаак Масса . Молодому голланд-скому купцу довелось быть свидетелем массового голода, падения династии Годуновых, воцарения и убийства Лже-дмитрия, пожара, гражданской войны при новом царе Ва-силии Шуйском.

По мнению этого автора, Годунов был наказан появ-лением самозванца за убийства царевича Дмитрия и царя Федора, а также за устранение законных наследников – бояр Романовых. Лжедмитрий лишился жизни за его пре-ступления, а московиты поплатились вторжением поляков за братоубийственную вражду и за другие грехи

Москва конца ХVII века.

В XVII в. Москва представлялась современникам большим городом. Приезжие иностранцы сравнивали ее с Парижем, Прагой, Лондоном. Олеарий, например, ссылаясь на Матфея из Мехова , говорит о том, что Москва в его время была вдвое больше Праги в Чехии, но в отличие от городов Европы, она разрасталась вширь, и возведение крепостных стен не поспевало за дворовым строительст-вом. Большинство домов в Москве было в один или в два этажа. Высокими зданиями были, в основном, церкви и ко-локольни.

В Москве случались частые пожары. Секретарь одно-го посольства, Лысек, прибывший в Москву в 1676 г., пи-сал, что за время его девятилетнего пребывания в россий-ской столице на его глазах произошло шесть больших по-жаров, уничтоживших более тысячи домов.

Каменные дома имели маленькие окна и закрывались железными ставнями, чтобы пресечь доступ огню.

Московские улицы были широкими, но в осеннюю распутицу и в дождливую погоду становились вязкими от грязи. Большинство улиц мостились круглыми бревнами.

Каждый двор в Москве был огорожен высоким забо-ром. "При каждом доме есть непременно сад и широкий двор; оттого говорят, что Москва обширнее Константино-поля и более открыта, чем он", – писал грек Павел Алепп-ский.

Отмечая красоту русской столицы, Я. Рейтенфельс пи-сал: "...местоположение ее [Москвы] весьма красиво; она по-ражает своими приблизительно двумя тысячами церквей, кои почти все каменные и придают городу великолепный вид. Этой внешней красоте немало способствуют семь умеренной высоты холмов, на которых она отлого возвышается". Многие путешественники с восторгом говорили о Московии весной, которая представляла собой вид огромного яркозеленого сада, наполненного певчими птицами. Но при всем этом путешест-венников поражала бедность жилищ со слюдяными окнами, большие пустыри, грязь на улицах.

Вообще, вся наша страна, т.е. Московское государст-во, путешественникам казалась обширным лесом, который кое-где расчистили под жилье и пашни. В лесах Подмоско-вья было много диких зверей и скрывались разбойники, что тоже представляло немалую угрозу для путешественников.

Но большое количество лесов имело свои отрица-тельные стороны: сырость, множество болот затрудняли проезд летом и вынуждали мостить дороги деревом, что было очень тяжелым трудом. В летние ночи путешествен-ники раскладывали около Москвы костры, которые хоть как-то спасали от комаров и мошкары.

В лесах Подмосковья было много диких зверей и скрывались разбойники, что тоже представляло немалую угрозу для путешественников.

В малонаселенной России редко встречались как не-большие села, так и большие огороженные населенные пункты и города, но Москва производила хорошее впечат-ление.

Являясь самым крупным городом России, Москва за-нимала первое место и по численности населения. Несмот-ря на войны, болезни, природные и политические катак-лизмы, население столицы в XVI-XVII вв. составляло около 100 тысяч человек. После Смуты численность жите-лей столицы хотя и медленно, но возрастало. Уже во вто-рой половине столетия Яков Рейтенфельс писал, что Моск-ва "заключает в себе более 600 тысяч жителей...". Цифра явно завышена, но дает представление о многолюдности российской столицы.

Население Новгорода, второго по величине города в стране после Москвы, в то время не превышало 30 тысяч человек.

Кремль и московские достопримечательности

Кремль в XVII в. уже окончательно сложился как ре-зиденция царей. После Смуты, при Михаиле Федоровиче и, особенно, при Алексее Михайловиче, строительство цар-ского дворца было завершено.

Подлинного своего расцвета Кремль достигает уже в годы правления царя Федора Алексеевича. Приезжим и иностранцам в Москве было что посмотреть. Подробное описание Кремля дает придворный врач англичанин С.Коллинз .

Все высокие купола церквей и колоколен были покрыты позолоченной жестью и ярко блестели на солнце. Особенно, поражали кремлевские колокола. За кремлевской стеной нахо-дились 24 живописные церкви с позолоченными главами, ук-рашенными большими крестами. Во внутренней ограде нахо-дились также пять мужских монастырей и три женских и большая часть приказов.

Посреди Кремлевской площади стояла высокая коло-кольня – "Иван Великий" с множеством колоколов, а ря-дом с ней была колокольня с 40 или 50 колоколами, самым большим из которых был колокол весом в 356 центнеров, отлитый еще во времена Бориса Годунова. В этот колокол звонили только в особых случаях и приводили его в дви-жение 24, а то и более людей, стоявших внизу на площади. Иностранцев удивляло и то, что мастером огромного коло-кола был русский.

Не проходили иностранцы и мимо огромных орудий на Красной площади. Еще в начале XVII в. писали, что в стволе одного из орудий запросто могли поместиться три человека и играть в карты. Указывали, что в таких пушках человек мог сидеть и шить. Их каменные ядра были величиною с купол. Две пушки на Красной площади лежали прямо на земле. Эти орудия были таковы, что для них невозможно было сделать соответствующие лафеты. Царь Алексей Михайлович иногда присутствовал при испытании новых орудий. Однажды он чуть не погиб при разрыве большой мортиры. Крупный оско-лок убил слугу, стоявшего рядом с царем. Одновременно рус-ских и иностранных современников поражал своей искусно-стью, пожалуй, лишь один памятник столицы – Покровский собор (собор Василия Блаженного). В XVI в. собор был крас-но-белый, но в XVII в. он стал разноцветным. Иностранцы не-однократно отмечали, что русские называли Покровский собор Иерусалимом или Иерусалимской церковью, связывая его с главной святынью христианского мира.

Города в ХVII веке

Развитию городского ремесла и производства способ-ствовал быстрый рост числа городов. Так, в 1649 г. насчи-тывалось 923 города против 208 в 1550 г. Рост же ремесла и возникновение крупной промышленности, в свою очередь вели к увеличению числа городов и городских поселений. Вместе с этим, росла и численность городского населения. К середине XVII в. только в 226 городах уже насчитыва-лось несколько сот тысяч жителей,

Все русские города были похожи друг на друга. В сере-дине располагался сам город, т.е. крепость, редко каменная, обычно деревянная. В городе – соборная церковь, приказная изба, где сидел воевода; губная изба для приказных дел, казен-ный погреб или амбар, где хранилась пороховая и пушечная казна; тюрьма или несколько тюрем, двор воеводы, дворы по-мещиков и вотчинников. За стеной – посад с большой площа-дью, где в торговые дни продавался разный товар. На площади – земская изба, где было сосредоточено мирское управление и сидели посадские люди с земскими старостами. Среди других строений: гостиный двор, таможня, кружечный двор, конская изба, дальше шли дворы тяглых людей с избой, баней, клетью и погребом. Все это нехитрое строение стоило 3 рубля.

Весной, когда наступали теплые дни, было запрещено топить бани, ходить с огнем или сидеть с огнем, а для выпечки хлеба нужно было класть печи в огородах, подальше от хором. В холодные весенние дни люди мерзли. Часто печи в огородах за зиму разваливались, а каменщиков забирали в Москву на царские работы. И тогда люди жаловались, что "ни щей сва-рить нельзя, ни хлеба испечь".

Объединение и внешние связи России

Задача объединения под царской властью всего рус-ского и православного населения Восточно-Европейской равнины не была решена при Алексее. Но зато при нем стало уделяться большое внимание политической и куль-турной жизни.

С утверждением на престоле новой династии Романо-вых Московскому государству пришлось вновь налаживать свои отношения с Западом. Во время Смуты Москва поте-ряла значительную часть своей территории и утратила прежнее значение среди иностранных держав. На западной границе Россия оказалась отброшенной назад к временам до Ивана III. Западные соседи стремились закрепить за со-бой захваченные территории и отказывались признавать факт восстановления царского престола в Москве. Смута дала повод для вмешательств иностранцев в наши дела, ко-торые препятствовали восстановлению в России порядка.

Москва пыталась наладить свои отношения с запад-ными соседями, но разоренная Россия не вызывала у запада политического интереса. Зато у западного мира Россия вы-зывала неизменный интерес как рынок для приобретения сырья и для сбыта европейских товаров и как страна, вла-деющая путями в Азию, особенно в богатую шелком Пер-сию . Московские посольства доказывали Западной Евро-пе, что Россию нельзя исключить из общей семьи народов христианской культуры и что она может быть союзником в борьбе с проникновение мусульманства. Однако западно-европейские страны оставались равнодушными к стремле-ниям России.

Плачевное состояние собственной промышленности вызывало большую потребность в иностранных товарах. Нам также были необходимы иностранные специалисты для разработки минерального сырья, для заводского и фаб-ричного дела.

И все же с каждым последующим десятилетием связи Москвы с Западной Европой становились все сложнее и глубже.

Укреплялись связи с Англией и Голландией, велись переговоры с Францией, Испанией, Венецией, заключались торговые договоры с Пруссией и Швецией.

Конец XVII в. стал эпохой упорной борьбы европей-ских держав, которые оспаривали друг у друга монополию торговли на северо-востоке. У России отсутствовали пор-ты, и она старалась перенести европейский торг с балтий-ских портов в Архангельск.

Можно сказать, что ХVII в. подготовил Россию для вступления в ряд передовых европейских держав.

Укрепление границ

Смутное время остановило развитие военной колони-зации и расширение укреплений на юге. Теперь правитель-ство могло вернуться к постройке приграничных городов и их заселению. Строились новые города .

В южных областях стали появляться новые поселенцы не только из России, но и из Польши. Казаков наделили землей, хлебом и денежным довольствием и определили на пограничную службу. Но во второй половине XVII в. большая часть казаков ушла назад в Польшу из-за нелегкой московской службы и от московских воевод.

На Востоке русских привлекали промысловые угодья и свободные земли. Пионеры этого движения достигли бе-регов Охотского моря и заселили берега Енисея и Лены. В 1619 г. возник Ейск, в 1620 – Красноярск. Отсюда русские подчинили тунгусов и бурят. В 1632 г. был построен Якут-ский острог, а вскоре русские заняли Анадырь, Забайкалье и предприняли первые попытки утвердиться на Амуре.

Покорение Сибири показало не только необычные способности русских людей, но и их удивительное мужест-во и доблесть. Еще в царствование Михаила атаман Колес-ников построил форт на Ангаре и наложил ясак на бурятов и прибрежных тунгусов. Василий Поярков с отрядом в сто тридцать три человека вышел в 1643 г. из Якутска, спус-тился к Лене, прошел через горы и достиг моря, спустив-шись по реке Амур. Только через три года он вернулся в Якутск с большой добычей соболей, потеряв восемьдесят человек, двадцать из которых были убиты в сражениях с прибрежными жителями Амура.

В 50-х годах путь Пояркова повторил Ерофей Хаба-ров, но он следовал более коротким путем.

Таким образом, в ХVII в. произошло значительное расширение границ России, которое, в конечном счете, обеспечило ей великое будущее. Если сравнивать, то в конце правления Ивана Грозного Россия умещалась на 2 000 000 километрах, а в конце царствования Алексея эта цифра уже составляла 14 520 000 километров .

Моральная сторона украинского вопроса

Украина или Окраина означает собой пограничную страну. В России так называли и другие окраинные терри-тории своей империи: польские губернии, Закавказье, Среднеазиатские земли. К. Валишевский пишет, что через эти окраинные территории в Европу проникал азиатский мир, и здесь сталкивались цивилизация и варварство. Раз-вивая эту мысль, историк говорит, что эти два течения, по-являясь с одного и другого континента, встречались и стал-кивались с ужасной силой. Известны слова польского поэта Адама Мицкевича: "На этой ниве, вспаханной лошадины-ми копытами, унавоженной человеческими трупами, усе-янной белыми костями, орошенной горячим дождем крови, выросла жатва печали".

Являясь пограничной страной, Украина часто меняла и границы, и подданство. До приглашения варяжских князей в Киев у нее не было других известных властителей. Позже, во второй половине IХ в., Киевское и Новгородское княжества объединились и положили начало Древнерусскому государст-ву со столицей в Киеве (Киевская Русь), во второй половине ХII в. Киев потерял значение столицы Руси, а во второй поло-вине ХIV в. При литовском князе Ольгерде Киевское княже-ство присоединилось к Великому Княжеству Литовскому. В ХVI в. Украина пополнила собой владения Польши. Об-ширными территориями в Украине владели польские фамилии Бучацкие, Ясловецкие, Сенявские и др.

В 1654 г. было провозглашено, так называемое, воссо-единение Украины с Россией, положившее началу освобо-ждения от польской зависимости и имевшее большое зна-чение для укрепления Русского государства.

Киев не может отречься от своего исторического рус-ского прошлого, связанного с блестящими именами Вла-димира, Игоря, Ольги. Польская же оккупация не принесла сколько-нибудь значительного в культуру и быт украинцев. Так что возвращение русских в свой древний очаг мог рас-сматриваться в XVII в. как законное возвращение своей по-тери.

После разгрома Польши, по мирному договору, под-писанному в Вильне в октябре 1656 г., русский царь Алек-сей получил и право наследования престола Польши.

Влияние быта на оседлость населения

У русских людей даже в то время, когда намечались преобразования, не было таких прочных жилищ, с которы-ми было бы трудно расстаться. Города представляли собой кучку деревянных изб, которые легко воспламенялись от огня и часто сгорали до тла. Движимого имущества у насе-ления было мало, его можно было легко унести с собой; построить новый дом ничего не стоило, т.к. материал стоил дешево. В результате русский человек мог легко покинуть свой дом, свой город или родное село. Русскому человеку было не трудно уйти от тяжелой подати или от плохого воеводы так же, как он уходил раньше от татарина или ли-товца; как выразился С.М. Соловьев, везде можно было найти одно и то же, везде Русью пахло.

Нужно также иметь в виду, что Россия занимала ог-ромное пространство, в котором можно было легко зате-ряться, тем более, имея небольшое население, а если про-блема заселенности восточной части России существует до сих пор, то что говорить о России XVII в.