332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Валерий Евтушенко » Пришествие Аватара (СИ) » Текст книги (страница 11)
Пришествие Аватара (СИ)
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:36

Текст книги "Пришествие Аватара (СИ)"


Автор книги: Валерий Евтушенко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Возвратясь к себе, Сергей заглянул в ресторан, заказал легкий ужин. Потягивая апельсиновый сок из высокого стакана, вновь прокрутил в памяти события этого вечера. Вспомнил черный автомобиль, выезжавший из хоздвора гостиницы. Непонятно почему, но этот эпизод не давал ему покоя.

Уже позже в своем номере, он подумал: " А была, не была, если и разбужу его, ничего страшного не случится", – и набрал телефон Юганова. В трубке раздались длинные гудки, но к телефону никто не подходил. Повторив вызов несколько раз с тем же успехом, Матросов оставил телефон в покое и стал размышлять."По‑видимому, произошел контакт Васи со Спрутом или с кем‑то из его людей. Примем это допущение за основу для дальнейших рассуждений. Если бы этот контакт был связан с угрозой его жизни, Юганов вступил бы в бой. Зная его возможности, можно смело утверждать, что кто‑то уже бы вылетел из окна. Следовательно, прямой угрозы для его жизни не было. Однако, в номере его нет, следовательно, он уехал куда‑то уехал, но добровольно. Зачем?".

У Матросова все больше крепла уверенность, что автомобиль, который выезжал из ворот внутреннего двора гостиницы имеет к Юганову прямое отношение.

"Собственно говоря, – подумал он, – все идет по плану, за исключением того, что местонахождение Василия не известно. Но, что это, в конечном итоге, меняет? Надо подождать. Уверен, он найдет способ сообщить о себе."

"Легко сказать, найдет способ сообщить о себе, – вдруг мелькнула трезвая мысль, – такие они идиоты, чтобы дать ему возможность звонить по телефону. Нет, он сейчас под жестким контролем, и выйти на связь вряд ли сможет".

В любом случае Матросов решил подождать до утра и пока ничего не предпринимать. Как был в одежде он лег на кровать и стал анализировать ситуацию. Внезапно он поймал себя на мысли, что в его мозгу звучит фраза: " Матросов откликнись, это я Юганов".

"Черт побери, у меня кажется слуховые галлюцинации, – удивился Сергей, – пора обращаться к психиатру".

– Слава Богу, наконец‑то я на тебя вышел, – снова ясно услышал он голос у себя в голове, – это не галлюцинации и с головой у тебя все в порядке. А теперь слушай меня внимательно…

Ровно в половине седьмого вечера на дороге возле химкомбината остановился джип. Из него вышел человек и направился к кирпичной стене, ограждавшей территорию комбината. Хотя с этой стороны к самому забору подступали деревья, листьев на них еще не было, поэтому фигура человека была отчетливо видна. Подойдя к стене, он прошел немного вдоль нее и куда‑то исчез. Один из двух оставшихся в машине плечистых парней, поднял трубку радиотелефона и набрал номер.

– Все в порядке, отсчет времени пошел, – произнес он.

– Как только отъедите на полкилометра, кончайте с ним. Труп выбросите там же. Машину на мойку.

– Понял, все сделаем на высшем уровне.

8.

За забором Юганова ожидал Матросов. Они крепко пожали друг другу руки и Василий начал переодеваться, достав из сумки костюм химзащиты.

Затем Сергей забрал у него мину и внимательно осмотрел ее.

– Вроде без сюрпризов. А ты возьми вот это устройство, – он протянул Василию какую‑то небольшую коробку. – Метрах в двадцати от основного цеха увидишь несколько бочек, установленных на автомобильных шинах. Коробку поставишь внизу между ними и срочно сюда. Там наши ребята уже стоят наготове с огнетушителями, серьезного пожара не допустят.

Когда Юганов возвратился к забору. Сергей уже был там.

– Мину я обезвредил и отдал нашим, теперь все в порядке. Ты переодевайся и будем линять. Сейчас тут такое начнется, – он засмеялся – страшного, конечно, ничего не произойдет, но зрелище будет не для слабонервных.

– Нам во что бы то не стало нужно захватить этого Спрута, – решительно сказал Василий стягивая с себя костюм химзащиты, – а лучше просто уничтожить, он мне порядком надоел. Тем более, боюсь, что, если он останется в живых, то сделает так, что меня обвинят в убийстве той девушки.

Василий нахмурился.

– Я не хотел тебе говорить, но труп уже обнаружили и милиция ведет твой розыск. Но, конечно со Спрутом надо кончать. Да, и со всей его бандой тоже.

– Я не хочу напрасных убийств, даже если эти люди и заслужили смерти, – покачал головой Василий, – поступим по другому. Я сейчас пойду к машине, а ты выжди минут пять и тоже подходи к ней.

Не доходя до джипа метров десять, он нагнулся и снял туфлю, будто вытряхивая из нее попавший туда камешек, но в это время его сознание прощупало мозги сидящих в машине. Узнав последнее распоряжение Спрута о его ликвидации, он подошел к джипу и внимательно посмотрел в глаза обоим парням. Не сговариваясь, они вышли из автомобиля и медленно побрели вдоль дороги.

В это время к Юганову подошел Матросов.

– Что это с ними, – кивнул он в сторону бывших конвоиров Василия, – бредут как автоматы.

– Они и есть автоматы, – пожал плечами тот, – я стер им память, теперь у них мозг, как у новорожденных младенцев.

– Ну, вы, блин, даете, Василий Григорьевич, – с уважением протянул Сергей, – вот так запросто раз и памяти нет?

– А теперь к Каракотову! Мне не терпится поговорить с ним по душам, – не ответив на вопрос Сергея, произнес Юганов, тронув автомобиль с места.

Едва они отъехали от химкомбината метров на пятьсот, раздался глухой взрыв и высоко вверх взметнулось облако, в котором черный дым смешивался с желтым.

– Неплохой фейерверк, – обернулся назад Матросов, – но ничего серьезного, так имитация. Хотя кое‑кого инфаркт вполне может хватить.

Юганов не ответил, сосредоточенно управляя джипом.

К офису Каракотова они подъехали минут через тридцать. Поднявшись на двадцатый этаж, они подошли к двери. Пока Матросов раздумывал, чем ее открыть, Юганов проник в мозг одного из находившихся там охранников и отдал мысленную команду открыть дверь изнутри. В то время как двое остальных телохранителя Каракотова соображали, что делает их напарник, Сергей и Василий вошли в помещение. Один из охранников оказался проворнее остальных, в его руке блеснула вороненая сталь пистолета, но Матросов был наготове и ударом энергетического поля в грудь, остановил его сердце. Двух остальных взял под контроль Юганов, они бросили оружие и безучастно уставились друг на друга. Вся эта сцена не заняла и десяти секунд, но когда оба мстителя ворвались в кабинет Каракотова, тот стоял на подоконнике открытого окна. На спине его была сумка, которую видел Юганов, когда первый раз побывал в этом офисе.

– До скорой встречи, господа, – воскликнул Спрут и, картинно взмахнув руками, ринулся вниз.

Юганов и Матросов подбежали к окну и успели заметить, что раскрывшийся парашют относит Каракотова в сторону улицы Серебренниковской. Спустя несколько секунд, он приземлился и помахал рукой в их сторону.

– Вот прохиндей, – с чувством сказал Матросов, – опять оставил нас в дураках. Теперь ищи ветра в поле.

Юганов промолчал. Он думал о том, что после случившегося Каракотов не успокоится, пока не засадит его в тюрьму лет на десять.

Матросов понял, о чем задумался его друг и решительно сказал:

– Надо нам отсюда делать ноги, чем быстрее, тем лучше. Вернемся в Томск, доложимся руководству, глядишь, что‑нибудь и придумаем. Коллективный разум – великая вещь, как говорят хохлы, гуртом и батька легче бить.

Юганов невесело улыбнулся, продолжая думать о своем.

9.

Ехать решили на автомобиле Матросова, а машину Юганова оставить на стоянке у гостиницы "Новосибирск".

– Пусть все думают, что ты еще в городе, – сказал Сергей, – и джип оставим на месте, до моей машины тут всего три квартала, пешком пройдемся.

Когда друзья оказались за городом, выехав на кемеровскую трассу, Сергей внезапно свернул с дороги на проселок.

– Ты куда? – удивился Василий.

– Отъедем немного подальше и покемарим часика два‑три. Устал я, – глухо ответил Матросов.

Юганов и сам почувствовал, как на него тяжелой волной накатывается усталость, все‑таки они не отдыхали уже вторые сутки. Мысленно согласившись с предложением Сергея, он погрузился в сон.

Проснулся Юганов от звука работающего двигателя, взглянул на часы: начало пятого.

– Где мы сейчас? – спросил он у Матросова.

– Да почти там же, где и заночевали. Я только что выбрался на трассу. Вон там впереди видишь, пост ГАИ?

Юганов подумал, что на посту их могут остановить, но все обошлось, милиционеры и сами дремали в стеклянной будке, а один лениво разбирался с водителем какой‑то "фуры".На их машину внимания никто не обратил.

Сергей вел автомобиль не торопясь, спешить им особенно было некуда. В пять часов проехали Мошково.

Небо постепенно светлело, хотя подступающий к самой дороге лес, по‑прежнему, стоял сплошной черной стеной.

Вдруг прямо над ними на высоте не более тридцати – сорока метров пронесся вертолет. Шум его лопастей на некоторое время заглушил звук мотора.

– Ми‑24, куда это он? – удивился Матросов, – да еще в такую рань. – Военные по ночам обычно не летают.

Вертолет удалился от них на расстояние нескольких километров прямо по курсу и они даже потерли его из виду, когда в том месте, где он должен был находиться, вдруг расцвел огненный цветок, озарив половину утреннего неба.

– Черт, кто это его так? – закричал Матросов и резко нажал на тормоза. – Похоже на выстрел из "Стингера", но откуда тут ему взяться.

Они вышли из машины и прислушались. Из того места, где они наблюдали взрыв, доносились звуки автоматных очередей. Где‑то впереди шел бой.

Обменявшись взглядами, они возвратились в машину, и Матросов повел ее вперед. Минут через пять они выехали на пригорок и Сергей выключил двигатель. Справа от дороги догорали обломки вертолета, немного впереди на правой обочине горела "Волга", а слева в кювете находился опрокинутый "Мерседес". Вокруг обеих машин лежали неподвижные тела.

Матросов бросился к автомобилю, который лежал в кювете, подумав, что он пострадал меньше и, возможно, кому‑то требуется помощь. Но внутри никого не было. Сергей стал осматривать лежавших людей. Перевернув с помощью подбежавшего Юганова тело одного из мужчин он увидел, что пуля вошла ему прямо в висок. Еще у двоих также были смертельные ранения в голову. Последний был еще жив, но без сознания. Взглянув ему в лицо, Матросов крикнул: "Батя!". Он узнал своего первого командира в Афганистане, майора Гордеева.

Поддерживая раненого за плечи и голову он заорал Юганову: "Ну, что стоишь, сделай же что‑нибудь, мать твою..".

Тот склонился над бывшим командиром Матросова и с первого взгляда определил, что состояние его тяжелое, хотя и не безнадежное. Одна пуля повредила правую руку, вторая прошла навылет через грудную клетку, не затронув, по‑видимому, внутренних органов. Отстранив Матросова, он сосредоточился и приступил к работе. Рана на руке затянулась в течение нескольких минут. Ранение грудной клетки он заживил лишь слегка, решив не рисковать, вдруг внутри натекло много крови. Они с Матросовым перенесли раненого в машину, где Юганов, разорвав свою сорочку, наложил ему на грудь тугую повязку. Между тем, Гордеев пришел в себя. Открыв глаза, он увидел склонившегося над ним Матросова и спросил слабым голосом:

– Сергей, это ты? Как ты здесь оказался?

– Все в порядке, Батя, сейчас доставим в больницу, потерпи немного, – ответил Матросов, усаживаясь за руль.

Внезапно раненый приподнялся и выглянул в окно на дорогу. Он обвел взглядом догорающие обломки вертолета, горящую и опрокинутую машины.

– В живых кто‑то остался? – хриплым голосом спросил он. Матросов отрицательно покачал головой.

– А "Камаз"?

– Какой "Камаз"? Не было тут никого, когда мы подъехали.

Раненый схватил Матросова за рукав, развернул к себе, остро взглянул ему в глаза:

– Их надо догнать во чтобы то ни стало. В "Камазе" они везут похищенные ПЗРК. Если комплексы попадут в Чечню, быть большой беде. Это дело государственной важности…

Он потерял сознание и уронил голову на подушки сидения.

Матросов бросил вопросительный взгляд в сторону Юганова. Тот молча пожал плечами. События последних дней сделали его фаталистом. Машина рванулась вперед.

10.

В пути Матросов познакомил пришедшего в себя своего бывшего командира с Югановым. Раненый, представившись Вячеславом Константиновичем (Матросов с трудом вспомнил его имя и отчество, обычно все называли его Батя), никак не мог поверить, что ранение в руку Юганов исцелил ему за несколько минут. Как Василий и думал, пуля, пройдя грудную клетку, внутренних органов не задела, поэтому Вячеслав Константинович был в сознании и чувствовал себя относительно неплохо. В нескольких фразах он рассказал о том, что вначале все шло по разработанному плану. "Камаз" остановился по требованию "милиционера", машины сопровождения тоже. В этот момент на трассу выехали и оперативные машины. Завязался бой, уже виден был подлетавший вертолет, когда задняя дверь "Камаза" открылась и из нее выскочили несколько боевиков. У одного из них был ПЗРК, из которого он и выпустил ракету по вертолету. Второй боевик из "мухи" подбил оперативную машину. Третий остался в "Камазе" и открыл оттуда огонь из крупнокалиберного пулемета. Обе машины сопровождения оказались бронированными, поэтому от выстрелов оперативников никто из сидящих в них людей не пострадал. Выскочив из машин, боевики рассредоточились и перекрестным огнем уничтожили всех оперативников.

– Конечно, наши сообразят, что операция развивается не по плану, – добавил Вячеслав Константинович, – тем более через полчаса сюда по плану должен прибыть второй вертолет для страховки. Но важно догнать "Камаз" и держать его в поле зрения. Если они свернут с трассы, потом их не найти.

Матросов прибавил скорость. Тем временем Юганов отвечал на вопросы Вячеслава Константиновича о том, как они оказались в столь раннее утро на этой трассе. Раненый слушал его внимательно.

– Не беспокойтесь ни о чем, – сказал он. – Думаю, все это уладить большого труда не составит.

Тем временем впереди показался какой‑то автомобиль, по типу "Мерседес", движущийся в попутном направлении.

– Мне кажется, это одна из машин сопровождения, – произнес полулежавший на заднем сидении Вячеслав Константинович, – не обгоняй ее, Сергей, просто подойди немного ближе.

Когда расстояние между машинами сократилось примерно до двухсот метров, Юганов сосредоточился и направил телепатический импульс в мозг водителя "Мерседеса". Автомобиль внезапно вильнул вправо, выскочил за обочину, проскочил кювет и ударившись о какое‑то дерево, перевернулся.

– Что это с ним случилось? – удивленно спросил Вячеслав Константинович.

– Все под контролем, Батя, – весело ответил Матросов уже понявший в чем дело. – Сейчас догоню второго.

Вскоре в зоне видимости оказался второй "Мерседес" следующий на расстоянии полусотни метров от впереди идущего "Камаза".

Матросов увеличил скорость. Юганов расслабился в кресле, входя в состояние транса. Его сознанию вновь удалось войти в контакт с мозгом водителя и "Мерседес", съехав с дороги, устремился в лесополосу.

– Что происходит? – вновь спросил Вячеслав Константинович, но ему никто не ответил, так как "Камаз" притормозил и стал останавливаться. Его водитель, увидел, что "Мерседес" съехал с дороги и решил выяснить, что произошло.

– Обходи его слева, – сказал Юганов.

– Так и поступим, – ответил Сергей, – приготовься!

Он на скорости обошел "Камаз" и сразу же затормозил, В то же мгновение они оба выскочили из машины. Матросов ударом энергетического поля вырубил водителя, а Юганов, усилием воли войдя в состояние ускорения, одним гигантским прыжком преодолел расстояние метров в пятнадцать и оказался у дверцы пассажира. Рванув ее на себя, он открыл дверцу и выбросил из кабины сидящего рядом с мертвым водителем боевика. Тот не успел даже поднять автомат.

Василий, вернувшись в обычное состояние, только сейчас осознал, что ему в первый раз удалось, сознательно ускорить обмен веществ в своем организме. Но его размышления прервал голос подбегавшего Матросова:

– Смотри!

Он взглянул на трассу и увидел, что к "Камазу" бегут боевики, которые были в опрокинувшемся "Мерседесе". Они держали в руках автоматы, но не стреляли. В полукилометре за ними он увидел вертолет, идущий с большой скоростью очень низко над самыми верхушками деревьев. В это время задняя дверь "Камаза" открылась и из нее на землю спрыгнули два или три человека, держа в руках ПЗРК.

Юганов еще успел заметить, как от вертолета отделилась огненная стрела и понеслась прямо на него. Последним усилием сознания ему захотелось оказаться в стороне от "Камаза". Вспышки пламени и грохота взрыва он уже не слышал.

11.

Спустя несколько дней Вячеслав Константинович, еще не оправившийся от ранения, докладывал Путилину о результатах операции. Слушая его, Владимир Валерьевич все больше мрачнел.

– Что же это получается? – произнес он, когда Гордеев умолк. – Мы потеряли семь своих сотрудников, пятнадцать десантников и четырех членов экипажа вертолета. Не слишком ли дорогая цена за предотвращение теракта, который, в принципе, можно было предотвратить и другим способом? Кроме того, если бы не эти двое, то операция и вовсе провалилась бы.

Вячеслав Константинович покраснел, упрек был вполне справедлив.

– Я с себя ответственности не снимаю, – медленно произнес он, стараясь не встретиться глазами с Путилиным, – но хочу доложить: методы террористов очень сильно изменились за последние несколько лет. Дело не только в техническом оснащении, но главное – в их подготовке. А наши оперативники, к сожалению, этой подготовкой похвастаться не могут. У нас нет ни сотрудников "Альфы", ни "Вымпела". Баркатину они оказались не нужны. Если мы срочно не примем меры, террористы все время будут опережать нас.

– Вы вновь возвращаетесь к нашему предыдущему разговору, – задумчиво сказал Путилин, – о создании внутри "Сферы" новой организации с чрезвычайными или точнее сказать, неограниченными, полномочиями?

– Владимир Валериевич, я просто не вижу другого выхода, – твердо ответил собеседник.

– Это должна быть мобильная группа из двух, максимум трех человек, но с такой подготовкой, которая бы позволила им совершать настоящие чудеса. Эти люди для всего остального мира не должны существовать. Они не будут связаны никакими законами и процессуальным крючкотворством. Их задачей будет физическое устранение главарей террористов безо всякого суда и следствия, где застали, хоть в туалете, там изамочили. Без своих лидеров остальные боевики не будут представлять серьезной опасности.

– Интересно, где вы найдете таких людей, – саркастически поинтересовался Путилин.

– Двух из них я уже видел в деле, это те, о которых я вам докладывал. Матросова я знаю еще по Афганистану, он и тогда владел всеми приемами рукопашного боя, а сейчас, как я понял, обладает способностью создавать вокруг себя энергетическое поле, превращать его в узко направленный луч и поражать противника на расстоянии.

– Это что нечто вроде бесконтактного боя? – заинтересовался Путилин, сам увлекавшийся борьбой.

– Бесконтактный бой в каратэ основан на принципе удара сжатым воздухом и достигается за счет скорости руки, здесь же принцип другой, насколько я понимаю, использование энергии собственного биополя. Есть еще одна важная особенность: в каратэ такой удар возможен только в непосредственной близости от того или другого участка тела человека, а Матросов может наносить его с расстояния пятнадцать‑ двадцать метров с летальным исходом.

– Да, это очень интересно. Не думаю, что таким умением обладает он один, – сказал Владимир Валерьевич. – Уверен, у него был свой учитель, а у того есть и другие ученики. Надо выяснить все это поточнее, ведь речь идет фактически о новой школе боя без оружия.

– По сравнению с тем, что умеет его товарищ, – продолжал Гордеев, – Матросов выглядит очень бледно. Тот парень – вот настоящий волшебник. Насколько я понял, он очень сильный телепат и способен воздействовать на мозг человека на расстоянии. Готов поклясться, что он способен ускорять процессы обмена веществ в своем теле, за счет чего его сила и ловкость возрастают неимоверно. Наконец, – Гордеев несколько секунд поколебался, раздумывая, стоит ли говорить дальше, но наконец решился, – вы будете смеяться, но я готов поклясться, что он обладает способностью телепортироваться.

– Что вы такое говорите, – не выдержал Путилин, – это уже чистая фантастика!

– Послушайте меня, – Вячеслав Константинович придвинулся ближе к своему шефу, – я видел этот момент так же отчетливо, как сейчас вижу вас. Он стоял у самого "Камаза" и неминуемо должен был погибнуть, но за мгновение до того как в машину попала выпущенная из вертолета ракета, оказался рядом с Матросовым, находившимся метрах в пятнадцати от автомобиля. Именно поэтому их только тяжело контузило. Сейчас процесс выздоровления идет нормально, наши врачи их вскоре поставят на ноги, тем более, что этот второй парень и сам великолепный лекарь. Мне он ранение руки вылечил за две минуты.

Путилин не до конца поверил собеседнику, но все же сказал:

– Вы меня убедили, способности этих двоих мы должны использовать. Но все должно быть абсолютно на добровольной основе. Хотя некоторые меры нужно принять уже сейчас, в частности, неплохо было бы сообщить в сибирских средствах массовой информации об их смерти. Скажем, случайно оказались в районе боя с террористами и погибли.

– Значит, можно считать, что новая организация создана.

Путилин улыбнулся:

– Да, назовем ее, – он задумался, – "Новая сфера" или лучше так Агенство "Носферату", их ведь двое, по‑английски два произносится, как "ту"..

– Но ведь Носферату – это прозвище одного из особо опасных вампиров, – удивился Вячеслав Константинович, – нечто вроде Дракулы.

– Вот и хорошо, вампиры они ведь тоже разные бывают, а эти парни пусть станут грозой террористов и высасывают из них кровь, где только встретят. Как вы там говорили‑ даже в туалете, – рассмеялся Путилин. – А возглавить Агенство придется вам, товарищ полковник, инициатива, как известно, наказуема.

Уже серьезным тоном он добавил:

– То, что вы предлагаете, дело новое, небывалое. Правда, существовал в свое время в МГБ отдел возглавляемый генералом Судоплатовым, но там специфика была иная. Следует продумать, где разместить новую организацию с учетом всех степеней конспирации; каким образом ее финансировать, из каких источников; необходимо предусмотреть автономную компьютерную сеть для организации собственной аналитической работы; обеспечить условия для постоянной физической подготовки агентов. Трех дней для решения этих чисто организационных вопросов, думаю, будет достаточно. Главное, кроме нас с вами, об этом никто не должен знать, конкретные задания будете получать только от меня.

Глава восьмая. Заложник

1.

Городок на берегу Черного моря носил адыгейское название Джугба. В прежние годы подобно другим курортным городам черноморского побережья, с осени до весны он казался сонным и безжизненным, но с наступлением тепла просыпался от зимней спячки и готовился к встрече нового курортного сезона. Уже в апреле начиналась обычная перед наплывом курортников суета. Собственники жилья, сдаваемого приезжим, доставали банки с краской и начинали освежать местами облупившиеся заборы, руководители домов отдыха и пансионатов приступали к более серьезному ремонту и реконструкции своих корпусов, местные власти начинали уборку и оборудование пляжей. Уже в начале мая в город начинали прибывать первые отдыхающие, местные жители встречали их на вокзалах, предлагая самые выгодные условия для съема квартир. В июне количество курортников начинало уже превышать численность населения городка, а люди все прибывали и прибывали до самого сентября. Затем приезжих становилось все меньше, и вот опять городок впадал в зимнюю спячку, а затем все повторялось сначала.

Так было когда‑то, но с началом рыночной экономики все резко изменилось. "Новые русские" олигархи и новый криминалитет, что, собственно, было одним и тем же, предпочитали отдыхать на курортах дальнего зарубежья Не желая отставать от своих кумиров, огромная масса "полуновых‑ полурусских": всякого рода "офисного планктона"‑менеджеров низшего и среднего звена, рыночных предпринимателей, разного мелкого жулья, устремилась на Канарские острова, Кипр, в Турцию. В поисках новых неизведанных ощущений какая‑нибудь секретарша в Москве, перейдя на строгую диету и, отказывая себе во всем, копила целый год деньги, чтобы хоть одним глазком взглянуть на чудеса капиталистического рая. Посещать же свои курорты и привычные места отдыха становилось зазорным – отдавало "совком".

Джугба не избежала общей участи и некогда цветущий город‑ курорт переживал сейчас не лучшие времена. Поток приезжих иссяк, большинство людей, которые раньше могли позволить себе поездку на черноморское побережье превратились в условиях развитого "дикого" рынка в нищих, обездоленных людей, помышляющих не об отдыхе на курорте, а о том как свести концы с концами, когда зарплата не выплачивается по полгода и больше. Население городка тоже нищало, мэрия постоянно нуждалась в деньгах и вынуждена была продавать в частные руки и по довольно низким ценам здания и сооружения курортного назначения. Но даже и на таких условиях желающих приобрести в собственность бывшие курорты и санатории в то время находилось не очень много. Поэтому, когда в мэрию обратился некий гость из Москвы с предложением приобрести в собственность здание бывшего пансионата одного из профсоюзов, вопрос был согласован за несколько дней. Гареев, как представился, предприниматель, сразу же после оформления надлежащих документов, приступил к реконструкции здания, которое было расположено на самом берегу моря у черты города в уединенном месте. Это довольно большое трехэтажное здание Гареев переоборудовал в современном стиле загородного дома. В подвальном помещении располагался гараж, способный вместить в себя пять‑шесть машин. На первом этаже было оборудовано пятнадцать номеров класса "люкс", две сауны. На втором этаже располагались ресторан, кабинеты врачебного персонала и процедурные. Третий этаж был разделен пополам. В одной половине находился кабинет самого владельца пансионата с небольшой приемной и несколькими административными помещениями. В другую половину этажа можно было попасть лишь, набрав на двери кодовый замок. Там был оборудован просторный спортзал, а также четыре изолированных номера. Здесь же размещалась небольшая удобная кухня и столовая с двумя столами. На третий этаж можно было попасть и по винтовой лестнице с тыльной стороны здания. После окончания реконструкции пансионат был окружен высоким забором из металлических плит, подобно тем, которые служат покрытием для взлетной полосы, а на крыше установлена антенна спутниковой связи. По окончанию этих работ группа рабочих под личным руководством Гареева несколько дней рыла глубокую траншею к какому‑то одному ему известному месту. Когда рабочие удалились на отдых, Гареев позвонил кому по радиотелефону. Вскоре сюда подъехал спецавтомобиль связи и вышедшие из него люди занялись укладкой какого‑то кабеля, судя по весу, бронированного. К утру работы были окончены, траншея засыпана и на ее месте появилась асфальтовая дорожка. Возле ворот с будкой охраны установили табличку: "Частная собственность. Въезд по пропускам". Над аркой ворот появилась вывеска крупными буквами "Амрита", а под ней надпись "частный пансионат".

В своем кабинете на третьем этаже здания Гареев поднял трубку телефона без диска и когда абонент ответил, негромко произнес:

– Докладываю, Владимир Валерьевич, Агенство к работе готово.

– Хорошо, – ответил голос в трубке, – ждите указаний. До связи.

2.

Когда Гордеев после разговора с Путилиным предложил Матросову и Юганову стать сотрудниками Агенства "Носферату" и сообщил о том, что они уже вычеркнуты из списков живых, первым чувством, охватившим обоих, был гнев.

– Как вы могли сообщить о нашей гибели, даже не спросив нашего мнения? Следовательно, вы заранее все решили за нас? – возмутился Василий. – Но имейте в виду, я не солдат и вообще не военный человек, и под принуждением ничего делать не буду.

Матросов его поддержал:

– Что касается меня, то я хоть и офицер запаса, но уволился из органов не для того, чтобы снова быть игрушкой в руках политиков, которые все будут за меня решать.

Вячеслав Константинович выслушал их возражения без особых эмоций и объяснил:

– Во‑первых, вы ошибаетесь в том, что мы все решили за вас. Сообщение о вашей гибели носило превентивный характер. Вы были контужены, спрашивать ваше согласие возможности не было, а время шло. Мы дали такое сообщение в расчете на то, что вы примите наше предложение. Но в случае отказа, не сложно вас "воскресить"., объяснив все ошибкой. Во‑вторых, следствие по уголовному делу о гибели той девушки, версию о вашей причастности полностью исключает. Следователи разыскивают в этой связи Каракотова. Если вы посчитаете нужным вернуться к прежним занятиям, то никаких препятствий для этого нет.

– Что касается тебя Сергей, – он строго взглянул на Матросова, – то, подавая рапорт об увольнении, ты обронил фразу о том, что вернешься назад только в том случае, когда органы безопасности снова займут достойное место в государстве. Так вот скажу тебе – это время уже близится. И согласившись стать одним из карающих мечей этих органов, ты сам приблизишь это время. Наконец, никакие политики решать за вас ничего не будут. Если вы посчитаете не приемлемым для себя выполнять конкретное задание по ликвидации того или иного человека, принуждать вас к этому никто не будет. А теперь решать вам, как поступать.

Он помолчал, потом посмотрел обоим в глаза и тихим голосом сказал:

– Просто сейчас у нас нет людей с вашей подготовкой. Если вы откажетесь, мы будем продолжать свою работу, будут гибнуть другие люди, потому, что они уступают не только вашим возможностям, но и подготовке боевиков, в чем вы сами могли убедиться не так давно. Мы потеряли двадцать пять человек там, где вы справились бы вообще без потерь.

Повисло напряженное молчание. Матросов и Юганов сидели опустив головы, Гордеев медленно прохаживался по комнате. Наконец Василий и Сергей подняли головы и посмотрели друг другу в глаза. Взгляды синих и карих глаз скрестились, без слов поняв друг друга.

– Хорошо, мы согласны, – одновременно сказали оба.

Гордеев просветлел лицом:

– Впрочем, другого решения я от вас и не ожидал. Мы все трое должны будем изменить частично свою внешность, а также фамилии, имена и отчества. Впрочем, имена лучше оставим прежние, чтобы если случайно встретит кто‑то из знакомых, не случился бы конфуз. Это особенно касается тебя Сергей. У Василия знакомых гораздо меньше. Я свои имя и отчество оставлю, изменю лишь фамилию на Гареева. А сейчас выздоравливайте, восстанавливайте форму. Я же займусь подготовкой нашей базы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю