Текст книги "Великие женщины великих мужчин"

Автор книги: Валентин Бадрак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Сперва речь пойдет о некоей Луизе Хей – простодушной, необразованной, но все-таки неординарной женщине, историей которой справедливо восхищаются многие женщины начала нового тысячелетия – вследствие, по всей видимости, предельной откровенности самой Луизы, а также ее непреклонной воли и решимости изменить свою жизнь. А еще потому, что эта незамысловатая женщина достигла самого дна, а затем сумела победить свои негативные представления, стать знаменитой и счастливой. Она это заслужила. И такая глубокая трансформация сближает Луизу с очень и очень многими современницами.

Вот ее признания. До сорока пяти лет жизнь Луизы не имела «особого смысла и приносила только страдания и огорчения». В этом возрасте она приняла идею позитивного мышления и уже через пять лет сумела основать собственное издательство. На седьмом десятке своей жизни эта самоотверженная женщина начала с энтузиазмом изучать живопись, писать и продавать собственные полотна. После 65 лет начала осваивать танцы, что было ее детской мечтой. Получив «удовлетворение от движения под музыку», в 70 лет Луиза серьезно увлеклась йогой, причем сумела приобрести легкость и эластичность тела, укрепить гибкость мышления. К окончанию восьмого десятка она превратилась в настоящий феномен: почтенная матрона излучала здоровье и счастье и уверенно смотрела в будущее, ничуть не утратив элегантности, яркости и радостного отношения к жизни.

А ведь ее судьба начиналась вовсе не радужно. В зловонной атмосфере нищеты и вечной депрессии, изнасилованная в пятилетнем возрасте бродягой, унижаемая и обделенная, она знала только темные углы жизни и никогда не знала любви. В своей книге она впоследствии опишет психологическую драму ребенка-изгоя, мечтающего о кусочке торта на школьной вечеринке, но так и не отведавшего вожделенной сладости, потому что другие, более проворные, съели по нескольку кусков. «Сейчас мне совершенно ясно, что мое собственное убеждение в том, что я ничего не стоила и ничего не заслужила, поставило меня в конец очереди», – написала она, будучи зрелой и успешной женщиной.

Ее путь к самодостаточности и уверенности в себе оказался не так прост, как обычно бывает в сказках со счастливым концом. Но, вероятно, потому, что она выпила горькую чашу до дна, а затем сумела круто повернуть русло своей пересыхающей жизни, образ этой женщины и привлекает. Итак, став взрослой, она сталкивалась преимущественно с презрением и унижением со стороны мужчин, и даже вынужденное материнство (и отказ от ребенка) принесло ей лишь страдания. Но, достигнув илистого дна жизни, она осознала, что есть только два пути: начать менять себя и свой мир, как бы родиться заново, – или же прекратить свое нелепое путешествие на земле. Даже когда ей удалось стать успешной манекенщицей и выйти замуж за «прекрасного, высокообразованного английского джентльмена», шанс стать счастливой ускользнул из рук – через четырнадцать лет муж ушел к другой женщине. Все по той же причине – отсутствие у Луизы веры в себя, недостаток достоинства, неспособность развиваться духовно. Отсюда проистекает и главный грех – отсутствие любви к себе и, естественно, как логичная рефлексия, отсутствие любви со стороны других людей (невозможно любить того, кто сам себя не любит). В конце концов ответом на презрение к себе и извечную обиду на мужчин стала болезнь – рак. Это был еще один вызов в цепи предыдущих, и вызов поистине судьбоносный.

Луиза Хей жаждала полноценной жизни, ей хотелось обрести целостность. И это придало ей сил. Как было сказано, она глубоко восприняла идею о том, что позитивное мышление способно изменить материальный мир. Осознанно сделанная ставка на прощение и воспитание любви к себе и к ближнему дала ей устойчивый иммунитет на многие десятилетия. Она продолжила свой жизненный проект единственно возможным способом – любя, прощая и реализуясь как духовная сущность. Это – поистине уникальный опыт. Ключевой фразой в воспоминаниях этой женщины является та, что утверждает доминирование позитивного мышления: «Сейчас мужчины, унижающие женщин, даже не подозревают о моем существовании, потому что наши образы мышления больше не совпадают». Став думать иначе, чем раньше, она поднялась до нового, более высокого уровня вибраций. А люди с разным уровнем вибраций, как правило, друг другу не встречаются.

Луиза Хей превосходно доказала, что скачок в мышлении можно сделать за счет новых знаний. Не формального образования, но приобщения к мудрости Вселенной, подключения к информационной базе данных, созданной Совокупным Разумом. Она шагнула так далеко, что обучалась даже трансцендентальной медитации. Приобщение к новым идеям, осознанная учеба, следование принципам любви и отказа от зла сделали свое дело. Не случайно ее книга «Исцели свою жизнь» выдержала фантастический тираж – более 35 миллионов экземпляров более чем на 30 языках мира.

Однако, справедливо заметит взыскательная читательница, при чем тут принцы и короли? Если наша замечательная Луиза и принца не выбрала, и потенциального короля не уберегла. Кстати, будучи весьма привлекательной дамочкой (иначе не работала бы моделью и не попадала бы на обложки популярных глянцевых изданий). Сама она в своей поздней биографии старательно умалчивает о мужчинах, больше говоря о любви к сестре и старой матери. Все так. Ее женская (а не социальная) судьба не столь яркая, как, скажем, у Лени Рифеншталь. Но не будем строги. Главное для наблюдателя – вовсе не умение копировать образ, а нечто противоположное копированию. Понять образ мышления – это представляется гораздо более важным. Никто не станет оспаривать, что Луиза в своем жизненном проекте одержала победу. Она уверенно и безапелляционно создала свое крепкое королевство без короля, она достигла (или почти достигла) гармонии, соткав новый ажурный мир там, где была чудовищная паутина. Этому стоит поучиться. Менять мышление – самый крутой поворот для всякого человека. А ее женская недовоплощенность тоже легко объяснима – все в мире должно происходить вовремя. Она обратилась к себе тогда, когда наверстать все было невозможно, но компенсировать утраченное – вполне реально. Ее жизнь справедливо можно назвать искусством возвращения возможного, ее опыт определенно может быть классикой изменения сознания. И точкой отсчета для беглого анализа других образов.

Своим опытом борьбы Хилари Клинтон доказала, что судьба ошибалась, когда перевела ее в категорию жалких обманутых женщин. Осмотрительная и вместе с тем решительная женщина вместо банальной обиды на мужа избрала персональный рост – ведь именно публичное обсуждение неверности президента США приковало к ней внимание миллионов. Если же говорить о психике, то женщине удалось преодолеть состояние уязвленности и обиженности.

Вряд ли кто станет упорствовать по поводу того, что госсекретарь США и бывшая первая леди Америки Хилари Клинтон за считанные годы после президентской каденции своего неверного мужа Билла Клинтона превратилась в настоящую знаменитость, создав достаточно яркий и самобытный образ женщины начала XXI века, представив себя миру самодостаточной и многомерной персоной. Иногда ее называют тщеславной, но чаще – осознающей свою компетенцию и значимость.

Своим опытом борьбы Хилари Клинтон доказала, что судьба ошибалась, когда перевела ее в категорию жалких обманутых женщин. Она на практике сделала то, что настойчиво рекомендовал Дейл Карнеги: получив лимон, постарайтесь превратить его в лимонад. Осмотрительная и вместе с тем решительная женщина вместо банальной обиды на мужа избрала персональный рост – ведь именно публичное обсуждение неверности президента США приковало к ней внимание миллионов. И она ловко использовала положение жертвы, вызывающей симпатии терпением, спокойствием и предсказуемостью. Если же говорить о психике, то женщине удалось преодолеть состояние уязвленности и обиженности. И удалось это исключительно благодаря сосредоточению на деятельности. Она сумела предстать перед всем миром с обновленным имиджем, в котором не было жажды мести, а был оптимизм и чувство юмора. Это подкупало, ибо демонстрировало силу духа нашей героини. Предательство партнера она сделала козырем, потому и в их паре слабым звеном стали считать мужчину. Конечно, крайне важно, что Хилари была независимой в финансовом отношении и социально самодостаточной. Это хороший урок женщинам, ибо самодостаточность позволяет им справляться с подобными крупными стрессами.

Конечно, Хилари Клинтон максимально использовала ситуацию, – измена мужа-президента и последовавший за этим публичный скандал мирового масштаба сделали ее потерпевшей стороной. И эту потерпевшую сторону все потенциально готовы были поддержать – как бы дать ей откупную, компенсировать уязвленное самолюбие и оскорбленную женственность. А еще такая поддержка должна была запечатлеть публичное осуждение мужчины как организатора столь одиозного зрелища. Если бы Хилари замкнулась в себе, принялась поливать грязью негодного партнера или, что еще хуже, стала травить себя ядом переживаний и жажды мести, ее дальнейшая судьба оказалась бы печальной. Поддержать можно только того, кто хочет быть поддержанным, кто, упав, поднимается и идет. Кто желает большего! Хорошо понимая психологический настрой многих американских женщин, Хилари предстала перед публикой сильной, несгибаемой натурой, способной брать на свои плечи ответственность. Эта женщина сумела занять высокий государственный пост в системе власти Соединенных Штатов и реально влиять на внутреннюю и международную политику.

Но, конечно, важно не то, что она сделала как представитель власти. Она искала в первую очередь доказательства собственной значимости. Все эти достижения нужны были ей самой, а не для того, чтобы презрительно бросить их обидчику-мужу, как перчатку. Важно, что она нашла новую реальность, площадку для нового старта, начала новый отсчет времени в своей судьбе.

Хилари Клинтон поступила крайне рассудительно. Если счастливая семья невозможна, то пусть будет семья успешная. Если процветание и гармония блокированы вследствие сознательного выбора партнера, то пусть их заменят внешние достижения, значимые в обществе. Обиду, ведущую к болезням и смерти, она заменила новым качеством жизни. Без упреков и оглядок на прошлое. Самый прорывной момент в жизни Хилари – момент прощения. Если бы его не было, то злость и отчаяние погубили бы ее. Социальное полотно с умильным узором вполне заслонило темную дыру в сознании обманутой женщины. Причем речь ведь не о социальном контексте – все формальные достижения обнуляются, если остается боль внутри. Как кажется, Хилари эту боль преодолела.

Однако отмотаем немного ленту времени. Вышла ли Хилари замуж за принца? Несомненно. Сделала ли она своего избранника королем? Вряд ли у кого возникнет сомнение. Известно, что с молодых лет пара осознанно вкладывала усилия и средства в профессиональную карьеру. Имеются небезосновательные утверждения, что без поддержки Хилари Билл Клинтон не только не сумел бы стать главой государства, но даже никогда бы не выставил свою кандидатуру на президентских выборах. Она отлично потрудилась как женщина, связавшая свою жизнь с перспективным партнером. Умела быть привлекательной, терпеливой, интеллигентной. Приобрела множество разносторонних знаний, убедительно играла в любом социуме роль лидера. Будучи председателем студенческого самоуправления, организовала демонстрацию против войны во Вьетнаме. А немного позже выступила с неслыханной критикой администрации Никсона. Аргументация студентки настолько впечатлила журналистов, что ее речь была напечатана в журнале «Лайф». Это лишь штрихи, говорящие о том, что образ Хилари с самого начала ее карьеры был вызывающе ярким. Но главное – и это хорошо почувствовал партнер – она сама имела намерение расти и демонстрировала идеологию роста для избранника. И он не мог не почувствовать в ней немалый потенциал.

Одним словом, Хилари вела себя как принцесса. Но не как эгоистичная, избалованная барышня, а как сильный партнер, готовый к семейно-командной работе. Люди, мыслящие рационально, объединяются не столько вследствие вспышки страсти, сколько от осознания перспектив. Страсть же становится некоей последующей реакцией, неосознанной рефлексией. Разумеется, у пары должны совпасть ценности, взгляды на цели и ориентиры. Но для того-то люди и общаются. Через какой-то год после свадьбы Билл Клинтон уже стал генеральным прокурором штата – разве это не свидетельство верности выбора? Сам факт, что Клинтоны с самого начала совместного пути яростно ухватились за идею двойной карьеры, свидетельствует об их ментальной состыковке. А прямым подтверждением может служить то, что Хилари долго считала себя «чем-то большим, чем жена президента». И даже наказала обслуживающему персоналу не называть ее первой леди, избрав другое обозначение – «партнер президента». Это очень показательно. К слову, на момент победы своего мужа на президентских выборах Хилари слыла столь компетентным и известным в стране юристом, что всерьез рассматривался вопрос о назначении ее генеральным прокурором. Так, вероятно, и случилось бы, если бы не закон, запрещающий назначать членов семьи на должности, подотчетные лицу, которое осуществляет назначение. Вообще, представляется важным высокий уровень самореализации Хилари, – это в значительной степени помогло ей преодолеть труднейший период совместной жизни и выработать искреннее решение – простить.

Сама по себе история Хилари Клинтон весьма поучительна. Она демонстрирует, что сознательный выбор жить и побеждать крайне актуален для современной женщины, которая должна быть способной к решительным персональным действиям. Современная женщина также должна быть способной брать ответственность за свою судьбу, когда партнер пасует. К слову, Билл Клинтон всегда знал о высоком потенциале жены. Когда его однажды прямо спросили, не боится ли он, что жена опередит его, он заметил: «Я всегда любил сильных женщин… Мне не повредит, если люди считают, что моя супруга будет хорошим президентом. Я и сам это утверждаю».

Опыт Хилари Клинтон важен для многих миллионов разочаровавшихся в себе женщин. Это опыт-свидетельство. Во-первых, счастью есть достойная замена. Во-вторых, женщина способна преодолеть предательство и оставаться здоровой, сильной, привлекательной. В-третьих, женщина способна продолжать игру всегда; она может оказаться в дамках, если сама выбирает новую партию. В-четвертых, в женщине заложены неимоверные резервы, просто их надо правильно и смело использовать. В-пятых, для победы надо оставить прошлое, перестать жить им, устремить взгляд в будущее.

Мы живем в бушующем мире идей, каждая из которых может быть выращена до грандиозной. Если только действовать. Как молодое неокрепшее деревцо требует влаги, так юная идея жаждет усилий, деятельности, дерзости. Главное – пробудить глубинные силы внутри нас. Это тождественно для обоих полов. Изменение отношения к жизни влечет за собой изменение качества самой жизни. Никто, кроме нас самих, не несет ответственности за наш успех или наши неудачи, а позитивное мышление может стать палочкой-выручалочкой для всех желающих. Главный исцеляющий принцип для сознания таков: сосредоточиться на формировании качественно новых привычек. Они будут порождать позитивные мысли и самым естественным образом вытеснять старое, отжившее, ненужное, вредное…

Глава двенадцатая. О чем говорят художественные образы

Упоминаемые образы: Паола Форрест, Таис Афинская, Скарлетт О’Хара

Наша цивилизация зиждется на тесном взаимодействии мужчины и женщины, и гармоничное пребывание любого индивидуума в этом мире в значительной степени зависит от качества этого взаимодействия. Потому мужчины-литераторы вполне закономерно создают художественные образы женщин, каких представляют в своем воображении. Некоторые из этих образов умиляют, иные возмущают, а третьи совершенно сбивают с толку читательниц. Однако часть подобных авторских разработок определенно достойна рассмотрения самими женщинами с расстояния более близкого, нежели просто читательское созерцание. Стоит принять во внимание, что большинство художественных образов являются отражением мужского восприятия женщины, помноженным на моделирование, порой гротескно преувеличенное, а порой намеренно приуменьшенное, в зависимости от задачи автора. В любом случае это рефлексия коллективных ожиданий или опасений, связанная с моделированием роли и задач женщин-современниц, иногда – женщин будущего.

В последующей главе о Софье Берс есть упоминания о созданных Львом Толстым женских образах. Они соответствуют его персональным представлениям о роли женщины, и эти представления не лишены особенностей, которые полезны современнице, связывающей себя с подобным типом мужчины. Но художественные образы учат не только размышлять, но и моделировать. Если женщина будет изначально знать, что ее избранник, наделенный толстовскими представлениями о семейном строительстве, не собирается рассматривать ее как подругу, но видит в ней лишь безропотную мать будущих детей и смиренную помощницу, ей стоит основательно подумать. Потому что взгляды на будущую совместную жизнь, несмотря на возможные порывы пылкой страсти, могут оказаться диаметрально противоположными. С весьма горькими последствиями. И хотя Толстой в своих взглядах на женщину явно несовременен, приуменьшенное отношение к женщине все еще свойственно определенной категории мужчин.

В то же время широкое развитие в литературе нашло и идеализированное представление женщины. На нем хотелось бы больше заострить внимание, потому что именно эти образы открывают ориентиры новых возможностей и новых выборов – ведь это выплеснутые на бумагу ожидания многих мужчин. Достичь идеала, может быть, и не представится возможности (а может, и не захочется), но знать, как выглядят тайные устремления мужчин, не помешает. Конечно, совершенный результат потребовал бы изучения и аналитического препарирования довольно большого набора различных образов, наш же способ наглядности ограничится лишь несколькими. Для получения рельефности образа, полученного из разных составляющих, можно воспользоваться двумя довольно показательными (и весьма популярными) героинями: античной гетерой Таис из романа Ивана Ефремова «Таис Афинская» и образцовой домохозяйкой начала ХХ века Паолой Форрест из романа Джека Лондона «Маленькая хозяйка большого дома».

Две виртуальные женщины (хотя Таис – реальный исторический персонаж, читатель в первую очередь имеет дело с образом мышления Ивана Ефремова) имеют черты, которые авторы желали бы видеть не только у своих спутниц, но у всякой представительницы прекрасного пола, рассчитывающей на успешные отношения с мужчиной. Мы уже знаем, что Джек писал «Маленькую хозяйку…» на закате своей литературной карьеры (фактически перед смертью), когда четко осознал, что его вторая жена Чармиан Киттередж – далеко не идеал (хотя кое-что от характера и особенностей жены в приукрашенном виде он все-таки взял). Напомним и то, что «Маленькая хозяйка…» – далеко не самое сильное произведение Джека Лондона, написанное в период творческого кризиса. Гораздо важнее понимать, что сам писатель представлял редкий тип мужественного, упорного, успешного и одновременно нежного и заботливого партнера. Такого, который заинтересовал бы многих женщин. И, опуская всю сказочную высокопарность романа (равно как и неестественный сюжет), нельзя не заметить, что образ Паолы – это личные представления писателя о совершенной женщине. Образ без изъянов и недостатков, пусть и выдуманный. Образ, представленный писателем, – всего лишь схема, абрис искомого, и обращаться к нему стоит из знания самого Джека – одного из настоящих мужчин из тех, кто когда-либо брались за перо и сумели поведать о себе и своих фантазиях.

«Маленькая хозяйка большого дома» – это нереализованная или, может быть, недореализованная мечта мужчины о совершенном доме с правильно (на его взгляд) распределенными ролями. Дом тут выступает не просто жилищем – в это понятие вкладывается смысл организации всего жизненного уклада любящих мужчины и женщины, мировосприятия, отношений не только человека с человеком, но и со всем окружающим миром, со всей Вселенной.

«Маленькая хозяйка большого дома» – это нереализованная или, может быть, недореа-лизованная мечта мужчины о совершенном доме с правильно (на его взгляд) распределенными ролями. Дом тут выступает не просто жилищем – в это понятие вкладывается смысл организации всего жизненного уклада любящих мужчины и женщины, мировосприятия, отношений не только человека с человеком, но и со всем окружающим миром, со всей Вселенной. Роман инфантилен, излишне сентиментален и далек от реальности – как и сам автор. Глубоко внутри его жил фермер и собственник, но в романе он рисовал именно то, что в жизни оказывалось недостижимым, – гармонию с окружающим миром. Джек Лондон прятал за красивыми строками свою наивность и витание в мире милых его сердцу представлений. Он и на самом деле пытался внедрить определенные преобразования на купленных им землях, но фермеры-старожилы смеялись над незадачливым хозяйственником. Выдающийся писатель, обладатель неоспоримого художественного таланта и незыблемой воли, великодушный и добрый человек, он был никудышным менеджером, и сумбурные и непоследовательные решения не могли спасти от финансовых потрясений даже того, кто за считанные годы превратился из но-вичка-литератора в самого высокооплачиваемого писателя своего времени. «Маленькая хозяйка…», как никакая другая книга, была его психологическим лекарством, живой задокументированной мечтой. В конце жизни он уже понял: идиллия не удалась, несмотря на многие счастливые мгновения с Чармиан, второй женой. Он писал о себе как обладателе гармоничного мира в семье, в работе, в бизнесе, мира с радостными детьми и любимыми животными – в общем, чистый сюрреализм! Писал так, как будто всеми этими благами он обладал.

Точно так же Иван Ефремов дописывал «Таис Афинскую», будучи в шаге от небытия, и кроил ее образ скорее как завещание, как показатель возможного. Нас не должно смущать, что этот образ извлечен из глубокого прошлого, – он принадлежит будущему. К концу жизни, не без влияния своей супруги, писатель чудесно облек в литературную форму целую доктрину женщины – той, что способна стать истинной подругой мужчины. То есть быть незаурядной, мудреющей с возрастом личностью и в то же время – вожделенной партнершей в интимном саду желаний. Роман Ефремова уникален в своем роде – это и философский труд, и захватывающее художественное произведение. Однако его ключевая сила, в отличие от примера Джека Лондона, не в самом творце, но в его могучем таланте, исследовательском терпении и умении представлять идеалы прошлого (не приуменьшая того, что и в жизни Иван Ефремов был уникален).

Оба автора предстают коллекционерами представлений о сильных сторонах дочерей Евы с точки зрения восприятия их сильным полом. Потому, несмотря на идеализацию образов и разную художественную ценность произведений, обе книги оказались бы вполне полезными для девушек, стремящихся создать когда-нибудь собственную крепкую семью.

Начать стоит с того, что сами авторы, представляя собой консервативную часть общества, намеревались оторваться от границ своего времени в представлении идеала женщины. Джек Лондон использовал воображение и визуализацию собственных желаний для формирования образа будущего – раскованной, непринужденной, по-современному мудрой женщины с тонким чутьем и острым умом. Иван Ефремов эти же черты старательно вытаскивал на поверхность из дебрей древности, неосознанно акцентируя на том, что «почти идеальная женщина» уже мелькала на бездорожье истории. У героини Джека Лондона «университетский диплом по факультету древних языков», и писатель, который сам бросил университет из-за слабости образовательной системы, как бы подчеркивает этот нюанс, не столько возводя образование женщины в ее неоспоримый козырь, сколько объясняя истоки ее развитого ума. Правда, тут же устами ее мужа автор решительно поправляется: «Для наших женщин в большинстве случаев самое главное – любовь к мужчине и материнство, к которому они предназначены природой». Важная деталь, ибо в ней содержится ясное послание: мужчина ценит умную женщину, но этот ум должен быть направлен не на эфемерные достижения (которые предназначены мужчине), а на закрепление и развитие семейных ценностей (среди которых, разумеется, он, мужчина, занимает центральное место).

Важно, что в обоих случаях женщина являет собой прежде всего личность, причем удивительно сильную, самобытную, самодостаточную, многостороннюю. Выразительный индивидуум, способный на собственные решения и совершающий собственные поступки, какими бы сумасбродными они ни были. Такая женщина хорошо знает себе цену и никогда не опускается до уровня просто сексуальной самки. Даже если она гетера, то все равно четко осознает свою роль и пределы возможностей: «Таких, как я, силой не берут. Мы или умираем, убив себя, или убиваем того, кто позволил себе это насилие». Одним словом, такую женщину следует завоевывать согласно контексту ее жизни – силой ли, деликатностью ли, или весомостью положенной у ее ног добычи.

«Та, которая родилась быть музой, но вынуждена быть домашней хозяйкой, всегда живет под искушением самоубийства», – еще одна цитата из «Таис Афинской», говорящая о двух важнейших постулатах для женщины. Цель достижения согласия с собой требует от нее, во-первых, слушать голос своих истинных желаний и, во-вторых, невозмутимо оставаться самой собой. Во что бы то ни стало. Презирая сарказм и гримасы так называемого общества. Подавление истинных желаний у современных женщин, так же как и обиды, прорывается опухолями и смертоносными депрессиями. Ефремов не случайно подчеркивает: женщина должна быть способна на освобождение от традиционных стереотипов, если сама чувствует острую необходимость в этом. Тут невозможно не вспомнить французского психолога и феминистку первой волны Элизабет Бадинтер, как-то всердцах написавшую: «Ничто не заставит нас вновь поверить в то, что семейный очаг – наше единственное назначение, а домашнее хозяйство и материнство – непреложная, обязательная судьба». Добавить к этому можно лишь то, что выбор женщины должен опираться на ее глубинные желания, а не на преходящие стереотипы.

Но – и это представляется важным – отдавая дань развитию личности, оба писателя ненавязчиво демонстрируют способность своих героинь быть привлекательными, очаровывать, отчаянно любить. Обе женщины – проворные наездницы, и этим авторы, не сговариваясь, намекают на желанность физически здоровой, превосходно сложенной подруги (при том, что ни один из них не акцентирует внимание на красивых чертах лица). Таис остается в великолепной физической форме, даже пройдя сквозь годы, и от заботливого читателя не ускользает ни то, что она употребляет в пищу, ни то, чем питается духовно. Да и Паола после двенадцати лет замужества балует мужские взгляды умопомрачительными прыжками в воду. По книге у нее два мальчика и три девочки. Естественно, что обеим нравится быть в центре внимания, и обе предназначают себя лучшему мужчине, имея для этого выбор. Паола в свои 40 лет легко зажигает двух лучших мужчин, провоцируя в них противоборство, состязание, и тут опять два авторских послания. Например, что быть прелестной в 40 лет ничего не стоит – следует лишь уделять этому внимание. Второй импульс в потоке информации направлен скорее мужчинам: природа женщины сильнее ее мудрости, она заставляет ее вожделеть мужского соперничества; отсюда следует, что мужчина-победитель обязан оказаться лучшим. А что же Паола? Чем не пример для подражания для нашей современницы, которая, скажем, восстанавливает свои былые формы после родов? Ведь многие не делают этого, пребывая в иллюзии, что будут любимы всегда, потому что сумели подарить суженому ребенка…

Хотя для Таис любовь – профессиональная деятельность, читатель ни за что не признает в ней тривиальную продажную женщину. Скорее, узрит личность, предпочитающую свободу своеобразному виду рабства (который, кстати, сохранился в сублимированных формах и до начала XXI века). Философия свободы сквозит в словах Ефремова, вкладываемых в уста героини: «Их жены – рабыни, они могут воспитывать только рабов. Такова расплата за темных и запуганных их женщин» (эта фраза в равной степени направлялась мужчинам и женщинам). В этом Таис походит на более реальную женщину античности – Аспазию, но подруге Перикла повезло больше: она встретила мужчину, стремящегося к очагу, жаждущего семейного тепла, а не только жара страсти. Зато Таис знает о любви именно то, что приковывает мужчин и заставляет их никогда не забывать даже о мимолетной встрече. Ефремов не случайно вводит эпизод ночного купания героини в Евфрате и ее неожиданной встречи с царем. Сутки напролет, возбужденные друг другом и искусно используемыми стимуляторами, они забываются в диком огне безудержной обоюдной страсти. Эта сцена – для демонстрации сугубо женской силы. И для подчеркивания необходимости ее наличия и развития.

В уникальном абсолюте свободы Таис и кроется ее небывалое женское могущество. Но ключевой момент жизни Таис все же иной: она вышла замуж за Птолемея (принца в нашем понимании), а после смерти Александра Македонского стала царицей Египта. Тут среди прочего, показан великий переход в женщине – от силы страсти к могуществу мудрости. Таис действительно непрерывно и последовательно растет, и прежде всего духовно.

У каждой героини – своя песнь любви, и у каждой – своя драма отношений с мужчинами. В обоих случаях концовка додумана автором. Но симптоматично, что мудрость (у Таис) побеждает все остальные метаморфозы. Ефремов тут говорит за двоих: «Проходят годы, и вдруг ты открываешь в себе отсутствие прежних желаний и понимание своего места в жизни. Приходит самоограничение, осторожность в действиях, предвидение последствий, и ты – мудр».

В уникальном абсолюте свободы Таис и кроется ее небывалое женское могущество. Она демонстрирует готовность следовать за воителем, почти наверняка зная, что будет им отвержена, но также зная, что способна зажечь его демоническим огнем. В этом – ее осознание магии женщины, призванной воспламенять и направлять, наделять новыми импульсами. Но ключевой момент жизни Таис все же иной: она вышла замуж за Птолемея (принца в нашем понимании), а после смерти Александра Македонского стала царицей Египта. Тут среди прочего, показан великий переход в женщине – от силы страсти к могуществу мудрости. «Если вы хотите, чтобы рядом с вами был Великий человек, то надо тоже быть Великой», – этот комментарий одной из читательниц «Таис Афинской» невозможно оставить без внимания, ибо он удивительно точно отражает философию успешной и гармоничной женщины. И Таис действительно непрерывно и последовательно растет, и прежде всего духовно.