Текст книги "Слишком дружелюбный незнакомец"

Автор книги: Валентен Мюссо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

И первым делом она махнула рукой скучающему Берию. И что удивительно, мужчина сразу понял, чего от него хотят. Показательно закатил глаза и стремительно вышел из комнаты, чтобы подождать за дверью. Лекарка же улыбнулась и снова посмотрела на Дею. Шали тихо стояла рядом, позади. Она почти не покидала принцессу, особенно если рядом не было Берия или Аснара.

— Меня зовут Атара, — мягко сказала женщина. — Позволишь?

Дея так и не поняла, зачем она выгнала из комнаты Берия, ведь весь «осмотр» заключался только в одном прикосновении руки к животу. Старческие пальцы коснулись голубого шёлка, и принцесса вздрогнула от пронзившей тело тягучей тёплой волны, которая пробежала по позвоночнику и отозвалась лёгкой болью в висках. На лбу выступила испарина, хотя больше никаких неприятных ощущений не было.

Атара прикрыла глаза, прислушиваясь к чему-то внутри себя. Дея оглянулась на Шали, служанка ободряюще улыбнулась и кивнула, показывая, что всё идёт как надо.

— Интересно… — пробормотала лекарка. — Очень интересно…

— Что? — нетерпеливо спросила принцесса, хмурясь.

— Твои повреждения были очень серьёзны… — Атара всё ещё не открывала глаз. — И залечены были плохо. Тебе пытались спасти жизнь, делали всё возможное. Яд нежити очень опасен. Живые ткани от него разлагаются и начинают отмирать.

У девушки холодок пробежал по спине от этих слов, а в ушах снова появился почти забытый жуткий клёкот огромных жвал.

— Но, тем не менее, — продолжала женщина. — Беременность протекает прекрасно. Потоки энергии очень активные, мать — сильная и здоровая и дети тоже.

— Дети? — Дея переспросила раньше, чем осознала. От волнения она перехватила руку женщины.

Наверное, этого делать не стоило, так как Атара резко распахнула глаза, а принцесса вскрикнула от боли, огненным пламенем пробежавшей по венам, взгляд тут же заволокла какая-то багровая дымка, а в ушах застучало: пульсирующий звук сердцебиения, эхом отдающийся по телу. Две маленькие сияющие искры в темноте.

Принцесса пришла в себя на кровати. Шали держала на её лбу прохладную тряпочку, а лекарка стояла рядом, задумчивая и серьёзная.

— Очнулась? — сказала она недовольно. — Твоё счастье, что оказалась достаточно сильной, чтобы справится с «астральным взглядом».

— С чем? — Дея довольно резко отбросила руку Шали, поднимаясь. Сама же прикоснулась к животу. Этот жест уже становился привычкой. Лекарка поджала губы и отвернулась, видимо собираясь покинуть комнату.

Дея не решилась больше прикасаться к ней, чтобы остановить, поэтому просто приказала:

— Стой. — В голосе принцессы послышался металл. Атара замерла, не оборачивалась. — Не смей уходить.

— Осмотр прошёл нормально, — скрипуче ответила лекарка. — Госпожа в полном порядке.

— Я оскорбила тебя? — спросила Дея спокойно.

— Нет, госпожа.

— Тогда вернись и расскажи всё подробно.

Атара вздохнула. Постояла ещё немного, но ослушаться приказа не посмела. Медленно подошла к постели.

— Почему ты хотела уйти? — спросила принцесса прямо.

Женщина отвела взгляд. Морщины на её лице словно стали глубже, прибавив десяток лет и какую-то усталость.

— Она испугалась, — вдруг сказала Шали. Дея обернулась к ней:

— Говори.

— Госпожа, вы перехватили её магию и энергию, а подобное убило бы любого человека. Её за это казнили бы.

— Почему ты не предупредила меня? — строго спросила Деамара у лекарки, чувствуя неприятную оскомину. Жутко — погибнуть от руки той, что призвана исцелять.

— Этого не должно было произойти, — тихо сказала Атара, снова вздыхая. — Но госпожи коснулось создание Тёмного и рука Светлой. Её дух изменился. Я этого не знала.

— Что это значит?

— Дух госпожи стал чувствительным к магии.

— Ты говоришь, что у меня появились магические способности?

— Нет. Но госпожа может научиться видеть магию, ощущать энергию и использовать чужие силы. Иногда.

— Таких людей у нас называли «видящими», — сказала Шали. — Но это большая редкость.

— Так и есть, — согласилась Атара.

— Ты можешь научить меня? — неожиданно спросила принцесса. — Использовать это?

— Я… — лекарка замялась, удивлённо взглянув на госпожу. — Я могу обучить вас лекарскому делу: готовить и смешивать нужные травы, разбираться в ядах, благовониях и эфирах. Но «видение»… может быть опасным.

— Для меня или для вас, маркатов? — резко спросила Дея, вставая. — Я вам не враг, Атара. Или ты боишься человеческой девчонки?

Лекарка обиженно вскинула голову:

— Я не боюсь! — она ещё помолчала, но всё же сказала, — Я научу госпожу «видению». Но только если она пообещает соблюдать все мои правила и будет слушать меня.

— Я обещаю, — согласилась принцесса легко. — Теперь же скажи, что ты имела в виду, когда сказала «дети».

— У вас близнецы, госпожа, — ответила Атара. — И их энергии чуть различны. Посмею предположить, что это дети обоих правителей.

— Что? — принцесса в один миг превратилась в обычную чуть испуганную молодую девушку. — Ты говоришь, что и Берий и Аснар…

— У каждого свой ребёнок, да, — важно кивнула Атара.

Дея внутренне ахнула и про себя помянула Богиню жутко неприличным словом, которое когда-то слышала от отца, при этом почему-то испытав восхищение. Ей даже показалось, что она слышит тихий серебристый смех, который быстро тает где-то на грани сознания.

— Какая радостная новость! — всплеснула руками Шали. Дея покосилась на неё, но девушка и правда казалась счастливой. — Это же чудо! — воскликнула она. — Представьте реакцию людей, когда они узнают, что вы вовсе не проклятие, а благословение! Ой!

Сообразив, что сказала, она испуганно закрыла себе рот руками и округлила глаза. Но Деамара лишь улыбнулась, всё ещё отходя от удивления. Зато Атара посмотрела на черноволосую девушку неодобрительно и чуть покачала головой.

— Я позову вас позже, — сказала принцесса, отпуская лекарку. Прежде чем исчезнуть за дверью, та кинула ей задумчивый взгляд.

— Позови Берия, — попросила Дея, обращаясь к Шали. — И ещё, принеси нам обед, я голодна.

***

Берий воспринял новость с диким восторгом. Дея даже сначала немного испугалась его перекошенного лица с горящими глазами, когда до оборотня дошло осознание.

Он взъерошил волосы руками, ещё более походя на безумца, а потом вдруг резко метнулся к девушке, упал на колени, осторожно ткнувшись головой в её живот, потом поцеловал сквозь ткань, пугая жаром. Положил обе руки, недоверчиво и жадно впитывая тепло её тела, принцесса же ощутила тянущее чувство внизу живота. Взглянула в сияющие глаза мужа и чуть не расплакалась. Губы Берия обжигали, словно он был болен, а во взгляде сквозила такая благодарность, что Дея не выдержала: солёные капли всё же упали, впитываясь в дорогой шёлк.

Через какое-то время они лежали на постели. Дея, положив голову на грудь марката, прикрыв глаза, слушала его быстрое сердцебиение и изнывала от жары, но отодвигаться было чудовищно лень. Во всём теле растекалась такая нега, что двигаться казалось преступлением.

Берий нежно поглаживал рукой её спину, но девушка почти не ощущала этих прикосновений, словно все её чувства притупились.

— Нужно объявить о детях, — произнёс оборотень лениво. — Зря Аснар тянет с этим.

— Когда? — Дея открыла глаза, любуясь мужественным и спокойным лицом.

— Аснар ждёт дня зимнего солнцестояния, — Берий с удовольствием пропустил сквозь пальцы мягкие серебристые пряди. — Когда уже всё будет… — мужчина замялся, а потом вздохнул. — Когда не будет уже никакой угрозы малышам.

— О чём ты говоришь? — Дея обеспокоено посмотрела на мужа.

— Мы боялись, — Берий всё же отвёл глаза, — что плод может не прижиться из-за того, что ты человек. Но раз осмотр не выявил опасности, то бояться нечего, — поспешно закончил он, явно волнуясь.

— Ясно, — принцесса вздохнула, снова прикрывая глаза. Она была внутренне абсолютно уверена, что ничего не угрожает её малышам, ведь они — благословение Богини. Зато угрожать могут ей, слишком уж велико недовольство маркатов. Вражда и недоверие между двумя народами слишком сильны.

— Ты не испугалась? — спросил мужчина осторожно.

— Нет, — спокойно улыбнулась принцесса. — Поверь, дети совершенно здоровы. Я чувствую.

Она действительно чувствовала себя на удивление хорошо. У неё было много сил, её не мучала тошнота и перепады настроения. Если бы не смутно растущее беспокойство… То Дея была бы практически счастлива. Но оно приходило извне, словно угроза росла и таилась где-то рядом, но невидимая взгляду.

Берий заметил, как лёгкая тень пробежала по лицу любимой, и ему вдруг на мгновение стало холодно. Что, если с ней что-то случится? Конечно, в замке она в полной безопасности. Должна быть. Но всё же, всё же… Он крепче обнял её, такую тёплую, такую родную. Ту, что носит его ребёнка. От этой мысли горячие мурашки пробежали по телу.

Мужчина невольно вспомнил их с Деей первую встречу, и внутренне содрогнулся, словно услышав слова, которые произнёс. Какое счастье, что Пресветлая не приняла их всерьёз. Всё же, нужно ещё раз проверить безопасность жилых зон замка. Маркат вздохнул. Солнце за окном садилось, и его свет окрасил белоснежную кожу девушки в розовые тона. Она была так хороша сейчас. Берий подумал, что мог бы вот так бесконечно касаться её мягкой тёплой кожи, шелковистых волос, чувственных губ.

Почему же тогда кажется, что это всё может исчезнуть в один миг? И мысль эта отдаётся щемящей болью где-то под сердцем.

Глава 15. Травы и дым

Светильники бросали на стены причудливые тени. Блики падали на большое потрескавшееся полотно с изображением битвы. Из-за их движения казалось, будто люди на полотне оживают, смотрят холодными, всё понимающими взглядами прямо в душу.

Особенно один: высокий рыжеволосый воин с красными широкими полосами на плечах. Он держал копьё, которое почти сорвалось с руки в смертельном полёте, но смотрел не на врага, а на зрителя. Казалось, во взгляде читалось некое осуждение. Или нет? Свет снова изменился, и взгляд воина стал совершенно равнодушным.

Ларана поёжилась: по плечам тут же мазнули кисточки длинных серёжек из крошечных бусин горного хрусталя. Не очень-то дорогие, но красивые, а самое главное — любимые. Девушка берегла их и почти никогда не одевала, но сегодня был особенный случай.

Холодный воздух то и дело забирался под плащ, а спина начинала ныть. Девушка перевела взгляд на высокую двустворчатую дверь, украшенную резьбой и мелкими каплями янтаря.

Богиня знает, сколько она тут торчит, в этом узком коридоре. Ларана в сердцах сжала кулаки.

Ночь давно опустилась на замок, а хозяин кабинета всё так и не вышел. По телу ещё раз пробежали мурашки от холода, и дочь советника не выдержала: решительно подошла к двери, занесла руку. Остановилась, закусив губу. На мгновение прикрыла глаза и постучала.

— Да? — тут же отозвался чуть удивлённый голос. Низкий, красивый, до боли знакомый. Жар хлынул по телу от этого голоса, и сердце забилось вдвое быстрее.

Ларана вошла в комнату, стараясь идти гордо и плавно, сжимая липкий страх глубоко внутри, не позволяя ему вырваться наружу.

Здесь было тепло. В большом камине тлели алые угли, над массивным столом низко висел светильник. За столом в мягком и удобном кресле, с красной обивкой, расположился мужчина в чёрном камзоле, он читал и перебирал бумаги в нескольких аккуратных стопках. Перед ним стоял кувшин, запечатанный восковой пробкой и всего один бокал, пустой.

Маркат оторвался от бумаг и посмотрел на гостью, чуть приподняв бровь.

Ларана почувствовала, как холодеют руки, и сжимается всё внутри от одного его взгляда. Аснар с каждой их встречей словно становился всё красивее, он был всегда лучше, чем она его помнила. Вот на шее тонкий шрам — она его не помнит, скулы заострились чуть больше, на лбу тонкая морщинка, которая появилась, должно быть, совсем недавно.

— Ларана, что-то случилось? — спросил мужчина. — Ты странно выглядишь.

Дочь советника опустила глаза. Да, она знала, как выглядит. Видела такое и не раз. Бледная, с лихорадочным румянцем, припухшими губами и блестящими глазами. Как глупо.

— Я в порядке, — сказала она тише, чем рассчитывала.

— Тогда, чем обязан в столь поздний час? — ровно спросил маркат, откладывая бумаги. И, кажется, едва слышно вздохнул.

-Я… — Ларана неожиданно смутилась. Аснар выжидательно смотрел на неё. Да, не так она себе это представляла. Не думала, что он будет так холоден и официален. В груди всколыхнулась злость. — Я пришла поговорить.

— Я понял, — мужчина чуть насмешливо приподнял брови. — Будешь?

Он указал на кувшин, и девушка кивнула. Аснар встал, ловко срезал пробку ножом для бумаг и налил вино в кубок. Ларана замерла: мужчина был так близко, что она ощущала его запах. Такой знакомый, сводящий с ума, с нотками горечи и свежести.

Он передал ей бокал, и девушка осторожно приняла его, едва заметно вздрогнув, когда их пальцы соприкоснулись.

От этого простого прикосновения волна жара прокатилась по телу, и девушка едва не застонала от отчаяния. Она сделала несколько жадных глотков холодного и сладкого вина, пытаясь вернуть себе контроль над чувствами.

Аснар отпил прямо из кувшина, немного поморщился от сладости и отставил вино подальше. Потом сложил руки на груди и присел на стол, как-то странно посмотрев на серьги в ушах девушки. «Узнал» — поняла Ларана. И обрадовалась.

- Уже поздно, — заметил он. — Твой разговор действительно так важен?

«Наверное, он понял, чего я хочу» — подумала дочь советника, также отставляя почти пустой бокал. Она почти не ела сегодня, так что вино сразу вскружило голову и разлилось по телу приятным теплом.

— Ты помнишь, — Ларана на мгновение прикрыла глаза. — Это когда-то был кабинет твоего отца.

По лицу мужчины пробежала тень, но гостья её не заметила. Она посмотрела на окно, сейчас задрапированное тяжёлыми портьерами, и на низкий удобный диван под ним.

— Однажды мы прятались здесь, — она улыбнулась. — Тебя всегда тянуло в этот кабинет, ведь здесь хранились важные вещи: документы, печати, перстни в шкатулке из тёмного дерева. Отец тебя не пускал, говорил, что ты мешаешь ему работать. Так что мы приходили сюда, когда его не было. Перебирали книги…

Она обернулась, посмотрев на выцветшую карту, которая висела почти под потолком над дверью.

— Здесь ничего не изменилось, — удовлетворённо заметила девушка. — Всё на своих местах. И мы…снова здесь.

— Зачем ты это говоришь? — Аснар нахмурился, взгляд его похолодел.

— А ты помнишь, как привёл меня сюда после летнего бала? Здесь было душно. И темно, — Ларана приблизилась, голос её стал низким и чувственным, а её руки легли на плечи мужчины. — Это была длинная ночь. А после ты подарил мне их, — она медленно провела рукой по длинной шее, касаясь серёжки.

— Это было давно, — хмуро сказал мужчина. — И мы были почти детьми.

— Давно, — согласилась девушка. — Но разве ты не скучаешь по тем временам? По нашим тайным свиданиям? По мне?

Длинная накидка соскользнула с её плеч. Прохладный воздух пробежался по спине и плечам: длинная ночная сорочка из тонкого золотистого кружева была почти прозрачной. Дорогая ткань из города магов.

Зелёные глаза Аснара потемнели, Ларана с удовольствием ощутила, как напряглись горячие мышцы под её ладонями.

А потом он оттолкнул её. Резко и грубо.

— Тебе пора об этом забыть, — жестко сказал мужчина.

Ларана до боли закусила губу, едва сдержав колючие слёзы. Внутри глухо заворочалась тёмная ярость и вместе с ней холодный страх. Она не могла позволить ему так обращаться с собой, но ей было слишком страшно, что он уйдёт. И больше никогда не заговорит с ней.

— Я не верю тебе, — шепнула она упрямо. — Не верю, что ты больше меня не хочешь. Ты обещал, что женишься на мне.

— Мне было семнадцать! — почти прорычал маркат. — Я был молод и глуп, Ларана! Чего ты хочешь?

— Вернись ко мне, — ей не хватило сил прямо смотреть в его глаза, полные гнева.

— Нет.

Ларану словно ожгло огненной плетью. Да как он смеет? Сдерживаемая злость смешалась с вином и победила страх, затопив разум. Девушка не могла поверить в то, что её так просто отвергают. Ведь она красива. Умна. Богата. И он любил её. Всё ещё любил, когда весной уезжал из замка.

— Она околдовала тебя, — прошипела девушка. — Не знаю как, но она это сделала.

Аснар посмотрел на неё и Ларана попятилась. Он никогда так страшно на неё не смотрел.

Девушка почувствовала себя в западне в этой маленькой комнате, ей не хватало воздуха. Мир словно сжимался вокруг, душил её невидимой рукой.

— Вон.

Девушка пошатнулась.

— Аснар… — жалко прошептала она, осознав, что совершила ужасную ошибку.

— Вон! — глиняный кувшин оглушительно разбился, ударившись в стену, мокрые осколки брызнули в стороны. Рубиновая жидкость стремительно впитывалась в ковёр.

Дочь советника замолчала, на мгновение ощутив щекой лёгкое дуновение, от едва не задевшего её кувшина. Она нагнулась, поднимая накидку, и стремительно вышла из комнаты, не говоря больше ни слова.

Аснар тихо выдохнул сквозь зубы. Недовольно покосился на лакированную столешницу. Там остались светлые полосы от когтей.

***

От низкого стола на маленьких толстых ножках по комнате расползался синеватый терпкий дымок. Пахло сухой полынью, мятой, мёдом и лекарством.

Лекарка со знанием дела смешивала ингредиенты в белых глиняных мисках, а Дея старалась на ходу запомнить в каких пропорциях и что нужно смешивать, чем заливать и сколько настаивать. Атара словно специально пыталась запутать принцессу, то ли из вредности, то ли ещё по какой причине. Но, к счастью, Деамара никогда не жаловалась на память и всё схватывала на лету.

— Две ложки горчицы, четыре ложки аврана, полчашки мёда и это… — Дея указала на миску с порошком, похожим на голубую соль. — Правильно?

— Верно, — Атара невольно улыбнулась и посмотрела на принцессу с уважением. За всю жизнь у неё было много учеников, и из всех вышел толк, но никто ещё не слушал её с таким рвением и упрямством. — Сутки настаиваешь, накладываешь на ушибы, и боль как рукой снимает.

Дея вытерла лоб тыльной стороной ладони, ещё раз тихо проговаривая всё, чтобы лучше запомнить. Поставила на столик ступку, в которой последние полчаса превращала в пыль красноватые корешки.

Шали посматривала на неё с плохо скрываемым сочувствием и почему-то гордостью, но не вмешивалась. Служанка сидела рядом, на полу, и вышивала: яркие птицы летели по голубому шёлку платка, как по небу.

Дверь в спальню распахнулась, и Дея увидела Аснара. Мужчина в последнее время постоянно пропадал, занятый государственными делами и виделись они только по ночам, да и то, принцесса часто засыпала раньше, чем он возвращался. Зайдя, маркат остановился на пороге, удивлённо осматривая комнату и чуть морщась от дыма. Атара почему-то довольно заухмылялась, глядя на него.

— Что тут происходит? — наконец спросил Аснар. — Дея?

Принцесса мягко улыбнулась ему, потирая уставшие руки, потом кивнула Атаре. Лекарка быстро собрала свои вещи и, легко поклонившись, покинула покои. Шали задула свечи, накрыла чашки на столе специальными крышками и также удалилась. Дея поднялась, снимая холщовый фартук, который накинула, чтобы не пачкать светло-бежевое шёлковое платье.

— Вот значит, чем ты занимаешься, пока мужа нет рядом? — строго спросил оборотень, но глаза его смеялись.

Дея подбежала к нему, потянулась за поцелуем. Мужчина с готовностью ответил, обнял её, а потом чуть приподнял над полом.

— У меня немного времени. Пообедаешь со мной? — спросил он.

— Спрашиваешь, — улыбнулась принцесса. — Я по тебе скучала.

Ещё один жаркий поцелуй, и её опустили на пол. Двери снова открылись, и молчаливые слуги начали заносить подносы с едой. Дея заинтересованно потянулась к столу, очень уж соблазнительные запахи там витали, чем рассмешила Аснара.

Они сели в большом кресле, так, как любил мужчина: девушка удобно устроилась на его коленях. Дея кормила его с рук, стараясь не смеяться, а маркат бережно обнимал жену за талию и довольно щурил глаза.

— Значит, решила изучить лекарское искусство? — спросил мужчина, насытившись.

— Да. А ещё Шали учит меня вашему языку. Говорит, что говорю я почти без акцента, — не удержалась и похвасталась Дея.

— Правда? — лукаво улыбнулся Аснар. — Знаешь, Атара ещё нас с Берием в детве учила — отец настоял. Я ненавидел её занятия. Видела, как она ухмылялась? Наверное, вспомнила, как охаживала нас хворостиной за непослушание, — в глазах мужчины проскользнула детская обида, так что Дея не выдержала и рассмеялась.

Рассказывать о том, что Атара учит её ещё и «видению» принцесса не стала. Ей почему-то хотелось сохранить это в тайне, ведь Берий и Аснар и так всё знают про неё. Хотелось иметь свой маленький секрет. Что-то личное.

— Аснар, — Дея поймала руку мужчины на своём животе. — Когда ты объявишь о детях?

— Уже скоро, — мужчина внимательно посмотрел на жену. — Тебя что-то беспокоит?

— Я…я не знаю, — принцесса прильнула к его плечу. — Мне кажется, чем раньше твои люди узнают о беременности, тем лучше. Может тогда они наконец смирятся с тем, что я — анмарка.

— Тебе что-то сказали? Кто? — тут же спросил маркат, голос его похолодел. — Если кто-то смеет выказывать тебе неуважение, сразу сообщай мне. Они понесут справедливое наказание.

— Нет, что ты! — Дея прикрыла глаза, обнимая мужа, и радуясь мгновениям, пока он рядом. — Всё хорошо.

***

Праздник зимнего солнцестояния постепенно приближался. Дея с большим интересом занималась с Атарой и с Шали. В библиотеке принцесса нашла прекрасные книги с большими красочными иллюстрациями и брала их для чтения, которое давалось ей всё легче и легче.

Аснара и Берия часто не было рядом, и Дея немного скучала. Когда она выходила из комнаты в сопровождении служанки, за ними неслышными тенями следовали телохранители.

Однажды вечером Атара не пришла, сославшись на дурное самочувствие, так что Деамара коротала время за чтением, а Шали, как всегда, вышивала, сидя в удобном кресле.

Солнце постепенно клонилось к закату, когда принцесса заметила, что её служанка задремала. Медные колечки в её тёмных волосах светились на солнце и чуть покачивались в такт дыханию. Цветные шёлковые нитки скатились по подолу платья и размотались.

Сейчас Шали казалась совсем девочкой. Она рассказывала, что в детстве помогала матери, та была торговкой на пристани в Шарааме и продавала бусы из красивых камней и ракушек. Когда покупателей было совсем мало, пятилетняя малышка надевала на себя несколько цветных бус, вставала на прилавок, пела и танцевала. Тогда вокруг охотно собирался народ, бывало, даже кидали медные монетки.

До тех пор, пока девочку с бронзовой кожей и ясными голубыми глазами не заметил кто-то из маркатских купцов. Год был голодный, и Шали вскоре отправилась на корабле в Эмберг, а её мать получила солидную сумму в золоте, чтобы было чем кормить двух младших братьев и сестру Шали. Дея по-тихому жалела служанку, но видела, что здесь ей живётся хорошо.

Наверное, глупость толкнула её под руку в тот вечер. Принцесса осторожно поднялась с постели, стараясь шагать неслышно, чтобы не разбудить девушку. Ей хотелось ощутить немного свободы. Совсем чуть-чуть побыть без наблюдения, наедине со своими мыслями и чувствами. Увидеть замок таким, какой он есть на самом деле, а не ту маску, которую показывают жене правителей.

Дея осторожно открыла шкаф с одеждой, в котором уже почти не осталось места: новые наряды постоянно появлялись там по приказу то одного, то другого брата. Недостаток внимания маркаты пытались компенсировать подарками.

Перебрав несколько платьев, принцесса нашла простые серые штаны из тёплой шерсти, шелковую рубашку и накидку, подбитую мехом, достаточно простую, похожую на те, которые иногда носит Шали. На ноги нашлись удобные и мягкие тапочки с завязками.

Ещё минута и принцесса, одетая как служанка, прикрыв лицо и серебряные волосы широким капюшоном, выскользнула из покоев. Один из стражей, что прятались в нишах, дёрнулся было за ней, но почти сразу вернулся на свой пост, осознав, что обознался. Дее от этого почему-то сделалось так весело, что она едва смогла сдержать смех.

Она, незаметная для всех, шла по коридорам замка, уходя всё дальше и дальше. Эта одежда сделала её невидимкой: никто не останавливался и не кланялся, не приветствовал её, не спешил исчезнуть с её пути.

Слугам и господам не было до неё дела: они спешили по своим делам, ругались, передавали приказы, обсуждали кого-то. Дея видела их настоящие лица, лишённые приторных и лживых улыбок. Лица, на которых были чувства: зависть, желание, настороженность, любопытство. А не страх, презрение и подобострастие. Принцесса видела совершенно обычных людей, рыжеволосых и белокожих, разных возрастов. С различными мечтами и стремлениями.

Какой-то детский азарт вёл её всё дальше и дальше. Она заглянула в библиотеку и увидела влюблённую пару, которая пряталась в сумраке стеллажей, пытаясь сдерживать стоны.

На кухне кипела работа, полыхало жерло огромной печи, густой пар висел в воздухе, а повара метались в нём, как в аду. Совсем молодой юноша крепкими руками вымешивал тесто, которое должно будет стать пышным и мягким горячим хлебом. Молодая девушка рядом с ним в белом фартуке, украдкой наблюдала за его работой, и щёки её отчего-то заливались морковным румянцем.

В одной из купален собрались женщины. Нагие, с длинными рыжими волосами и розовыми телами. Все одинаковые. Без одежды не понять кто перед тобой: служанка или госпожа.

В одном из залов дрались на мечах: высокий худой старик против мальчишки в голубом камзоле и белом воротнике. И оба не уступали друг другу. Учитель и его ученик.

Витая узкая лестница, за неприметной дверью, вела в башню. Небо в окнах стало рубиново-алым, и принцесса пожелала увидеть закат. Маленькие ступеньки легко ложились под ноги, а от взгляда наверх слегка кружилась голова.

Лестница закончилась маленькой каменной площадкой и ещё одной дверью. Принцесса прикоснулась к ручке, покрытой изморосью, боясь, что обзорная площадка может быть закрыта, но нет — дверь легко распахнулась.

Дея закашлялась, резко вдохнув ледяной воздух. В глаза ударило яркое солнце: его алый шар висел над самым лесом. Прозрачные снежинки порхали в воздухе. Далеко внизу купался в лучах солнца город: светились розовым крыши и башенки, сновали люди. По небу растекался малиново-красный холодный закат. Принцесса глубоко вдохнула и рассмеялась от нахлынувшей эйфории.

Смотровая площадка опоясывала башню, а от пропасти защищал только невысокий ажурный заборчик. К краю подходить было жутко, казалось, что малейший порыв ветра может сорвать тебя вниз. Так что Дея замерла, в восторге от открывшейся красоты, и настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала, как скрипнула за спиной дверь.

***

Берий зашёл в кабинет и увидел брата за рабочим столом. На лбу Аснара прорезалась морщинка, а под глазами залегли тени. Стол был завален бумагами, какими-то камнями, рудой, амулетами, сломанными перьями и брусочками цветного воска. Там же стояли несколько пустых кружек.

— Ты давно отдыхал? — невольно вырвалось у Берия, хотя спросить он хотел совсем другое. Например, съязвить что-нибудь по поводу беспорядка. Брат ведь всегда так щепетилен и аккуратен, а тут явно не убирались несколько дней.

Аснар поднял глаза от бумаг и криво улыбнулся. Кивнул на кресло. Берий тут же с размаху уселся в него, заставив мебель жалобно скрипнуть, и закинул ноги на стол. Старший брат поморщился, но ничего не сказал. Вместо этого он вытащил из горки амулетов один с серым камнем в центре: по нему бежали красновато-бурые ржавые прожилки.

— Посмотри, — маркат кинул амулет в руки Берию. Тот озадаченно повертел медный кругляш в руках несколько мгновений.

— И что я должен увидеть?

Аснар молчал, не торопясь объяснять. Только чуть прищурил глаза.

— А, погоди, — заинтересовался Берий, сосредоточившись. — Какое странное заклинание. Я подумал сначала, что тут стандартная защита от нежити. Но… — оборотень задумался. — Никогда раньше такого не видел. Двойное плетение?

— Моя разработка, — Аснар вздохнул.

— Работает? — тут же спросил Берий, воодушевившись.

— Да. Но не радуйся так. Камень держит только один заряд. Я перепробовал сотни разных пород, — Аснар показал на кусочки цветной руды и камешки на столе. — Но заклинание либо не держится в них, либо быстро разрушает основу. Никак не получается повесить туда же закрепитель.

— Ты ведь хочешь закончить их к весне? — проницательно заметил Берий. Аснар согласно кивнул.

Оба понимали, зачем нужны подобные амулеты с усиленной защитой от нежити. Они не раз обсуждали это, после начала зимы. Та нежить, что напала на анмарцев на границе, никуда не делась. Она впала в спячку, но отсрочка, которую дают морозы, рано или поздно закончится. Земли маркатов находятся за рекой, все знают, что нежить не выносит проточной воды и не может её пересечь. Но за той нежитью явно кто-то стоит. Слишком много было тварей на том берегу, слишком слаженно они двигались и нападали. Словно по приказу. Рано или поздно они найдут способ пересечь реку.

— Я подумал, может ты что-то сообразишь. Ты всегда отличался…нестандартным подходом, — тут Аснар не выдержал и хмыкнул.

Берий же поморщился, невольно потерев бедро. За «нестандартный» подход учителя не раз награждали его розгами. Сейчас Берий мог их понять: никакого терпения не хватит, если ученик несколько раз подчистую разносит лабораторию, устраивая то взрывы, то разливая едкую смесь, которая значительно разъедает каменную кладку на полу. Но всё же, брат был прав. В ходе своих экспериментов, Берий не раз натыкался на совершенно новое решение для известных проблем.