Текст книги "Слишком дружелюбный незнакомец"

Автор книги: Валентен Мюссо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

— Но мы не успели их испытать, — заметил Берий, следуя за братом.

— Вот и проверим. Есть на ком. Собирайте всех, кто может сражаться. Всех, кто может обращаться, сразу на стену. Остальным раздайте оружие.

— Да, повелитель!

— Берий, — Аснар резко остановился, придержав брата за плечо. — Ты должен найти её.

Берий сверкнул глазами, в которых горела решимость. Он готов был броситься в огонь, если потребуется.

— Выйти за стену — самоубийство. А я не могу покинуть город сейчас, народ воспримет это как предательство и бегство, — сказал Аснар. Было видно, что он принял какое-то решение.

— Ты прав, правитель должен сражаться вместе со своими людьми, — согласился его брат.

— Слушай внимательно, — Аснар понизил голос. — Под восточной башней есть лестница в скале. Узкая и ненадёжная, она ведёт к морю. Там внизу должна быть лодка. Если ещё не сгнила. Проплывёшь вдоль восточного берега до пологого склона. Увидишь, там будет разрушенная рыбацкая хижина. Там сойдёшь на берег и сможешь обойти армию.

— Этой нежитью кто-то управляет, так ведь? — спросил Берий.

— Верно. И он не может быть слишком далеко. Скорее всего, где-то под землёй.

— Я знаю только одно место, где он может скрываться, — мрачно сказал Берий.

Они оба знали. На востоке раскинулась целая сеть подземных пещер, соединённых природными коридорами и гротами. Раньше в одной из них была медная шахта, сейчас уже заброшенная. Туда запретили ходить, но для детей любой запретный плод сладок. Так что тайные вылазки туда устраивали часто.

— Там за хижиной есть вход, — признался Аснар.

— А я всё гадал, как тебя ни разу не поймали, — осознал Берий. — Вот же!

— Только найди её, — попросил Аснар тихо.

— Обещаю.

***

Первое, что почувствовала Дея, очнувшись, это боль. Пульсировал болью затылок, болели руки, растянутые на цепях, болела спина и правый бок. Придя в себя, девушка смогла опереться на ноги, чтобы ослабить тянущую боль в запястьях, на которых она увидела массивные железные кандалы. И только после смогла осмотреться.

Помещение, в котором она находилась, напоминало подземный грот: потолок был низкий, и с него свисали сталактиты, похожие на застывшие восковые потёки от гигантской свечи. Некоторые из них походили на корни деревьев или странные диковинные башни, достигая пола. Где-то недалеко слышался тихий плеск воды.

А совсем рядом, кряхтя от застарелой боли в спине, возился уже знакомый старик. Он расставил шесть небольших треног на равном расстоянии друг от друга, вокруг плоского и низкого куска гранита. Дея рассмотрела бурую гладкую поверхность камня и её затошнило. Колдун вытащил из одной из жаровен у стены уголёк и начал чертить на полу рядом с алтарём какие-то незнакомые символы. Они пересекались, соединялись, образуя сложные и путаные линии.

Дея осторожно подвигала руками, проверяя подвижность. Цепи противно заскрежетали и зазвенели, а девушка сжалась от страха, но старик не обернулся. Он что-то тихо бормотал себе под нос. Принцесса выдохнула.

Колдун неожиданно закашлялся, напугав её, согнулся, едва не упав. Уголь выпал из старческих рук. Приступ оборвался так же быстро, как и начался. Старик вытер губы тыльной стороной ладони, подобрал уголёк и продолжил дело.

Дея поняла, что с ней будет, когда он закончит этот кошмарный рисунок. Алтарь здесь явно не для красоты поставлен. Принцесса снова посмотрела на старика. Неужели вот этот, разваливающийся и слабый колдунишка, заставлял её бояться ночами, видеть кошмары и содрогаться от ужаса? Да ведь он практически труп. Должно быть, только магия поддерживает подобие жизни в этом высохшем костлявом теле. Размышляя об этом, девушка поняла, что она устала. Устала вечно бояться и ждать худшего.

Подумав так, Дея почувствовала, что в груди разлилось странное отстранённое спокойствие. Словно всё это происходило не с ней, а с кем-то другим. Она была уверена, что Берий и Аснар найдут её. Нужно только немного подождать, потянуть время. Не дать старику закончить ритуал.

— Эй, ты, — в горле пересохло, и голос напоминал карканье вороны, девушка прокашлялась. Старик остался глух. Тогда Деамара дёрнула за цепи, вновь вызвав взрыв лязгающего грохота. — Хочешь убить меня? Отвечай!

Колдун сбился, посмотрев на неё, как на досадную помеху.

— Конечно. — Сказал он скрипучим голосом. И отвернулся.

Дея с досадой дёрнула руками и поморщилась от сухой пыли, которая посыпалась на неё со стены. Думая чем отвлечь мага, девушка потянулась ногой к ближайшей треноге. В ней поблёскивал какой-то коричневатый порошок. Если удастся опрокинуть, он рассыплется по рисунку, и это здорово задержит старика. Наверное.

Дотянутся не получалось, девушка выгнулась, чувствуя боль в руках, с усилием махнула ногой: едва задела треногу и та опасно качнулась. Колдун действительно отвлёкся. Бросил уголь, подхватывая треногу и сдвигая её чуть ближе к алтарю. Дея зло посмотрела на старика. У него были светло-серые выцветшие глаза, жутковатые и пустые. Они словно заглянули в самую душу, обдав её леденящим холодом.

— Я помню твою мать, — неожиданно сказал маг. Дея поражённо замерла, подумав, что ослышалась или что у старика не в порядке с рассудком. — Странно, я убил столько людей, а её помню.

Он сказал это равнодушно и буднично, и девушке стало не по себе. Захотелось оказаться как можно дальше от этого хладнокровного человека. Она сильнее прижалась к стене. К счастью, он не собирался к ней приближаться. Только смотрел своим жутким взглядом, пробирающим до костей.

— Она сопротивлялась так отчаянно… — ударился маг в воспоминания и зловеще улыбнулся. — Ты — её копия. Я подбросил её тело анмарскому королю, — заявил он с плохо скрываемой гордостью. — Оставил такие раны, чтобы сомнений не осталось, что её убили оборотни. И он поверил. Жалкий глупец.

Колдун хрипло рассмеялся.

— Жалкий здесь только ты! — не сдержалась девушка, чувствуя, как гнев затопил разум. Запястья обожгло огнём от натянутых цепей: если бы только она могла добраться до него!

Дея могла поспорить, что у неё хватило бы сил переломить эту хрупкую мерзкую шею. Сколько ей было лет, когда мама погибла? Кажется, пять. Деамара точно не помнила. Зато хорошо помнила, как ночами рыдала в подушку и звала её. А сколько стычек произошло между маркатами и анмарами? Уже и не сосчитать. Сотни жизней…

Колдуну явно доставлял удовольствие её гнев.

— А теперь я принесу её дочь в жертву тёмному богу, — сказал он.

— Зачем? — на самом деле, Дее плевать было на его планы. Но маг явно увлёкся беседой. Нужно было продолжать тянуть время, пока он не опомнился.

— Простой человек мне не интересен, — поделился колдун. — Вас много. Но вот твои дети…Часть божественного чуда. Богиня Луны и Тёмный Жнец — извечные соперники. Если я принесу ему столь желанную жертву, тёмный бог меня щедро наградит.

Дея едва сдержалась, чтобы не выкрикнуть проклятие, испытав жгучую ярость, смешанную с животным страхом за своих детей и отвращением. Вместо этого она закрыла глаза и попыталась успокоиться, думая о том, что Аснар и Берий скоро найдут её.

***

Берий действительно нашёл лодку. Она была привязана цепью к кольцу, вбитому в гранитную скалу. Выглядела посудина плачевно. Но на проверку оказалась достаточно прочной. Маркат оттолкнулся, пустив лодку по течению, и лег на дно, надеясь, что его никто не заметит с берега.

Старые доски пахли солёными водорослями и гнилью. Но Берий не обращал на это внимания, прижавшись к ним щекой. Он думал только о том, где сейчас его женщина. Страшно подумать, что с ней. Она, наверное, ужасно напугана. А как же дети? Это может навредить детям? Наверняка! Не зря ведь говорят, что беременным нельзя сильно волноваться.

Берий с силой сжал кулаки, гася очередной приступ жгучей ярости. Он обязательно убьёт того, кто посмел прикоснуться к его жене. И если получится — с особой жестокостью.

Вскоре, маркат поднялся, сел на вёсла и ускорился, постоянно просматривая берег. По нему росли хмурые ели, кое-где ещё остались подтаявшие сугробы, спрятанные в тени деревьев. На одной из прогалин стоял одинокий волк. Шерсть у него висела клочьями, под светлыми кусками проглядывал более тёмный мех.

Два хищника обменялись взглядами, Берий почувствовал, как непроизвольно напряглись мышцы, поднялись волосы на затылке, а нос настороженно втянул чужой запах. Постояв немного, волк отвернулся и скрылся в лесу.

Берег плавно снижался, становился пологим, пока не показался небольшой дикий пляж. Он почти полностью зарос камышом и сухой осокой, а от рыбацкой хижины остался только покосившийся остов. Из воды кое-где торчали сваи. Вытащив лодку на берег и бросив её в зарослях, Берий обернулся тигром и устремился в лес. Вход в подземелье должен был быть где-то рядом.

Вместе со второй ипостасью пришли звуки и запахи, заполнившие всё вокруг, пока маркат не привык к ним. Освоившись, он резко остановился, инстинктивно приседая на лапах.

В лесу он был не один. Чуткие уши уловили шаги. Один, два…семь человек шли, не скрываясь, совсем рядом. Они направлялись на запад, к городу. На свою беду Берий оказался у них на пути. Он был слишком близко, чтобы незаметно уйти. Яркая, тёмно-рыжая шерсть огненным всполохом выделялась среди зеленовато-серого леса. И голые ветви кустарников не могли его скрыть.

Люди шли прямо на него. И вскоре увидели оборотня. Берий поднялся, разворачиваясь к ним. Знакомые маски убитых волков вместо плащей, излюбленные парные кинжалы.

Это племя, живущее дальше на севере, давние враги маркатов. Раньше они тоже были оборотнями. Могли обращаться в волков. Но утратили эту способность. И теперь убивают своих предков, носят их шкуры в тщетной попытке получить звериную силу и ловкость. Маркатов ненавидят и завидуют им.

Берий не нападал первым. Он надеялся, что люди поймут, что с ним связываться опасно. Испугаются, развернутся и уйдут туда, откуда пришли. Он нервничал, чувствуя, что время неумолимо утекает сквозь пальцы. Каждое мгновение промедления может оказаться фатальным.

Но эти люди оказались либо слишком храбрыми, либо глупыми, либо безумными. Берий увидел, как один за другим они достают свои кинжалы и понял, что боя не избежать.

***

Дея опёрлась на стену, пытаясь найти более удобное положение: руки сводило от боли в плечах. Кто-то из детей ощутимо толкнулся в животе, очевидно чувствуя её волнение. Кроме того, Деамара совсем уж не вовремя ощутила голод, хотя, казалось бы, это невозможно в такой ситуации.

Она попыталась придумать, как отвлечь колдуна. Нужно было вытянуть его на разговор, пока он снова не ушёл в себя, но маг сам её опередил. Словно что-то вспомнив, он вдруг сказал:

— Не чувствую страха, — он прищурился и гадко ухмыльнулся. — Думаешь, они найдут тебя?

Дея замерла, не желая выдавать своих эмоций на потеху колдуну. Она вздохнула и только потом посмотрела на него. Старик держал в руке цепочки с двумя клыками. Усмехнувшись, он поднёс их к одной из треног: воздух над ней задрожал, словно от жара, а камни на цепочках, сверкнув, отсыпались тёмным пеплом. Дея не произнесла ни слова. Может это и задержит маркатов, но, она была уверена, не помещает им найти её.

— Конечно, найдут, — тем временем ответил старик сам себе. — Попытаются. — Он провёл рукой над треногой, и в ней вспыхнуло пламя. — Мои пауки не сразу научились справляться с оборотнями, те сильные и быстро восстанавливаются. Но мне удалось вывести совершенно новый вид. Усовершенствованный. С помощью крови оборотней. Так что теперь они ничем не уступают маркатам, а в количестве — значительно превосходят.

Похоже, ему понравилось хвастаться, и он продолжил говорить:

— Ты много знаешь о богах?

Дея больше всего хотела оказаться как можно дальше от колдуна и его разговоров, но пока это было невозможно, и она решила ему подыграть. Приложив все усилия, чтобы в голос звучал спокойно, а не с ненавистью, она ответила:

— Не больше остальных.

Старик закивал. Дея не понимала, ей он кивает или своим мыслям. Он подошёл к следующей треноге и зажёг огонь и там.

— Только не каждому смертному удалось лично пообщаться с божеством, не так ли? В этом мы с тобой даже похожи.

Дея подумала, что если он подойдёт к ней достаточно близко, чтобы переместить на алтарь, она попытается намотать на его шею цепь и задушить. С большим удовольствием.

— Жаль, но божества не так сильны, как все полагают, — магу явно нравилось, что у него появился слушатель. — Они могущественные существа, полные магии. Но они не могут напрямую влиять на этот мир. Только через людей. Таких, как ты. И я.

От треног быстро распространялся жар, а свет осветил весь грот. Из-за сталактитов по стенам и пололку поползли причудливые живые тени, похожие на чьи-то щупальца.

Маг же встал в центр пылающего круга, и патетично вскинув руки, заговорил на чужом языке. Это было похоже на странную молитву, и Дея знала, кому она обращена. Пламя, повинуясь его голосу, истончалось и вытягивалось. Лизнув потолок, оно с шипением опало. Старик замолчал, глядя перед собой.

Дея тоже смотрела туда, опасаясь увидеть нечто ужасное. Но… Ничего не происходило. Тогда колдун повторил свою молитву. Пламя снова взметнулось и опало. И ничего более.

— Похоже, твой бог тебя не слышит, — издевательски сказала принцесса. — Возможно, он недостаточно силён для этого.

— Молчи! — разозлился старик.

Не хватало ещё, чтобы анмарская девчонка стала свидетельницей его бессилия. Он вновь раскинул руки и прочёл заклинание.

И этот раз всё было по-другому, его голос стал низким, вибрирующим, и вдруг обрёл некую силу. Воздух вокруг загустел, едва не звеня от напряжения, а Дее стало тяжело дышать. Жар пополз по ногам и рукам. Показалось, что тени, змеями ползущие по стенам, пытаются дотянуться до неё. Их голоса были тихим шипением огня, и они звали её.

Пламя почти погасло, а в центре, над алтарём, начала собираться дымная тьма, формируя высокую фигуру. Трепещущие языки теней вылепили длинный плащ, под капюшоном которого скрывалась сама бездна. И она была живой. Маг, ощутив присутствие своего божества, упал на колени.

У принцессы такой возможности не было, хотя ноги подгибались от ужаса. Она посмотрела прямо на фигуру Жнеца, и Тьма посмотрела в ответ, заглянув в её душу.

Глава 27. Схватка

Аснар шёл по крепостной стене. Он впервые видел такое количество нежити.

Их было так много, что они буквально сталкивали своих же с обрыва. А те, которые упали, пытались ползти по скалам и по телам своих невезучих родственников. И внизу их становилось всё больше. Скоро они действительно смогут добраться до стен и башен.

Клацанье жвал, клёкот и свист сливались в один чудовищный гул. Арбалетные стрелы отскакивали от прочных хитиновых пластин на телах тварей, а если удавалась найти незащищённые места, не приносили значительного вреда.

Стражи, на лицах которых было написано беспокойство и сдерживаемый страх, при виде правителя становились спокойнее. Они увереннее сжимали оружие и прямо смотрели на противников. Стоило Аснару пройти рядом, как спины выпрямлялись, а голоса и команды становились громче и чётче.

— Они исцеляются, — разочарованно сказал кто-то из стражей, опустив арбалет, когда правитель остановился рядом.

— Амулеты работают? — спросил Аснар.

Берию всё же удалось укрепить заклинаниями камни, так что в амулетах теперь было несколько зарядов.

Стаж молча показал железный дымящийся кругляш — вместо камня было чёрное пятно.

Со стороны южной башни донеслись крики: там нежить уже сумела добраться до крепостной стены.

— Если не отбросим их, вскоре они доберутся до города, — обеспокоенно заметил пожилой страж с золотой нашивкой на рукаве. Знак командира сотни.

— Опустите мост, — приказал Аснар. — Решётку не поднимать. Десять лучших бойцов с копьями ко мне.

— Десять смертников? — проворчал страж. К счастью, правитель не обратил на это внимания.

— Выбери два отряда, пусть спустятся по воде и нападут на нежить с флангов, пока мы их отвлекаем. Мы отбросим их от стен.

Мост опустился с жутким лязгом. Твари на берегу радостно взвыли, устроив давку за лучшие места.

— Твари ядовитые, — предупредил Аснар своих людей. — Не давайте им к себе прикоснуться.

Они спустились по верёвочной лестнице и встали у решётки, которая перекрывала путь в город. Первую волну тварей тут же приняли на копья: ширина моста не позволяла восьмилапым развернуться, сзади напирали свои же.

В итоге, первые нападающие с пронзительным визгом посыпались вниз. Нежить не отличалась сообразительностью: увидев желанную добычу так близко, они со всем возможным рвением устремились на мост. Сверху их поливали градом стрел, у решётки встречали копьями.

— Когда-нибудь их станет меньше! — попытался перекричать шум один из маркатов.

— Слабо в это верится, — ответил ему другой, с трудом отбрасывая от себя тяжёлую тёмную тушу. На досках от неё осталась зеленовато-чёрная слизь.

Рядом вспыхнуло, послышался грохот и визг. Часть амулетов ещё работали. Запахло палёной плотью, а поток тварей на время иссяк. Но по мосту уже бежали, быстро перебирая мохнатыми лапами, новые пауки.

Аснар краем уха прислушиваясь к словам своих людей, молниеносно пригнулся, пропуская над головой удар мохнатой лапы, увенчанной массивным когтем. Рыжая коса ударила его по спине, а ноги уже бросили легкое тело вперёд, под незащищённое брюхо паука: панцирь здесь был совсем тонкий, мягкий и покрытый редким пушком. Копьё прошило тушу насквозь, а по ушам ударил нечеловеческий свистящий вопль. Аснар навалился на противника всем телом, и, зарычав от напряжения, сбросил бьющегося в агонии паука с моста.

— Вперёд! — приказал Аснар. — Тесните их с моста.

Древко копья стало скользким от слизи, и он покрепче перехватил его, направив вперёд. Новые пауки уже бежали к ним, не боясь смерти.

***

Жуткий первобытный страх сковал тело, сжимая сердце невидимой холодной рукой. Страх за детей стал столь сильным, что Дее хотелось выть, но она не могла произнести ни звука. У Жнеца не было глаз, но смотрел на неё, медленно выворачивая душу наизнанку.

— Великий! — колдун тяжело рухнул на колени. — Вот мой дар, тот, который ты так жаждал. Прими его!

Маг смотрел чуть левее и ниже того места, где находился воплощённый бог. Дея поняла, что старик не может видеть того, кому так усердно молился. Зато она прекрасно видела, как существо медленно повернуло голову, обратив свой жуткий взор на своего прислужника.

Цепи, которые удерживали руки девушки, ожили, потянув выше. Дея попыталась сопротивляться, понимая, что они сейчас её потянут прямо к алтарю. К этой страшной дымной фигуре, к холодному гранитному камню, который пропитала кровь многих жертв.

Жнец снова посмотрел на принцессу. На миг Дее даже показалось, что она видит что-то под его капюшоном. Что-то живое и шевелящееся. От этого сознание, и так подстёгнутое страхом, едва не покинуло её. По губам и подбородку потекло горячее, попало в рот. Принцесса ощутила металлический привкус собственной крови. Она чувствовала холодный взгляд почти физически, как он, словно лезвие ножа скользит по телу, надолго останавливается на округлившемся животе. Она инстинктивно рванулась, желая прикрыться. Цепи держали крепко.

И тут Деамара услышала голос тёмного бога, заставивший её замереть. Пробирающий до костей, чуждый этому миру, шёпот. Он произнёс только одно слово, от которого принцесса оцепенела:

— Неинтересно…

Колдун ещё только открывал в изумлении рот, а дымная фигура уже таяла и истончалась. Потусторонняя сила ускользала, растворялась, расползалась тенями по углам и трещинам. Цепи ослабли, снова став обычным металлом.

— Не оставляй меня! — тонко взвыл колдун и его голос многократным эхом отразился от стен. — Только не сейчас! Ты обещал мне награду!

Деамара смотрела на этого старика и не могла поверить, что из-за него она не спала ночами, столько боялась. Вот он, её кошмар?

Неожиданно для самой себя девушка расхохоталась. И в то же время из глаз потекли слёзы. Дея смотрела в шокированные бледные глаза старика, которые постепенно заполняла ярость, смеялась и не могла остановиться.

А потом на неё вдруг навалилась чудовищная усталость, сделав руки и ноги ватными. А глаза сами собой закрылись.

***

Когда твари сообразили, что на них напали с флангов и рассредоточились, Аснар с бойцами уже ступили на твёрдую землю. Здесь обороняться стало сложнее: пауки окружили их почти со всех сторон, и маркатам пришлось занять круговую оборону.

С флангов доносились вопли, лязг металла и вспышки заклинаний. Трупы нежити образовывали целые баррикады, которые источали вокруг отвратительный запах мёртвой плоти.

У Аснара от этой вони едва не слезились глаза. Но это было лишь досадной помехой. В крови бурлил азарт смертельного боя. Он отпустил своего зверя, дал ему полную свободу и волю.

И тот убивал. Снова и снова. С удовольствием, с яростью, упиваясь болью и смертью врагов. Каждый побеждённый противник немного заглушал тяжелый страх, прятал его глубже. А чувство свободы заполняло сознание. Он двигался так быстро и ловко, что это напоминало танец.

Он знал, что за ним его люди, что они видят его со стен. Он знал, что его сражение воодушевляет их. И чувствовал их признательность и поддержку. Не раз метко направленная стрела из арбалета отбрасывала пауков, если те нападали на правителя сзади, давая время расправится с ними. А их, несмотря на многочисленные трупы, казалось, не становится меньше.

Так продолжалось бы и дальше. Если бы Аснар не услышал за спиной крик. Полный боли и отчаяния: резко обернувшись, оборотень увидел одного из своих стражей. Тот посмотрел на правителя, немного растерянно и как то удивлённо, а потом рухнул на колени, хватая руками собственные внутренности.

Правитель не знал его лично. Но это был его человек, он сражался за него. Страж был молод, его ждала долгая и счастливая жизнь. Красная пелена повисла перед глазами, верхняя губа поползла вверх, обнажая совсем не человеческие клыки.

Аснар развернулся навстречу убийце, вращая копьё. Этот паук был крупнее своих сородичей. А панцирь на брюхе и на спине был ржаво-красным, как запёкшаяся кровь. Мелкие глаза блестели, как влажные рубины.

Наконечник копья со скрежетом встретился с длинным когтем, оставив на нём только несколько зазубрин. Паук низко зашипел, клацнув жвалами. Он не спешил нападать. Танцевал на месте, не давая оборотню обойти себя и не подпуская ближе. Ещё чей-то жуткий крик стегнул марката словно раскалённая плеть: он рванулся вперёд, в последний момент скользнув на землю, прокатился под брюхом противника, вскочил, готовый развернуться и взвыл от обжигающей боли: паук слишком стремительно повернулся следом и вскользь задел его: коготь вспорол кожаную куртку, рубашку и кожу под ними.

Аснар всё же успел выставить копьё, а противник не сумел вовремя затормозить и сам напоролся на древко, обдав оборотня зловонным дыханием.

Правитель с трудом вытащил завязшее оружие. Наконечник с чавкающим звуком вырвался из плоти, забрызгав землю слизью и темной кровью. Между лопатками жгло всё сильнее: ядовитый жар быстро расползался по спине, переходя на плечи и руки.

Аснар пошатнулся, мотнул головой, стараясь сбросить дымку, которая застилала взгляд. Сквозь неё он видел искажённые тёмные силуэты. Они обступали его со всех сторон, и быстро приближались. Правитель обернулся, схватившись за голову, потому что земля стремилась поменяться с небом местами. Никого из стражей рядом не было. Только один из них, мертвый, был погребён сразу под двумя трупами нежити.

Ноги подвели его, и он тяжело упал на колени, виски тут же отозвались глухой болью. Красные вспышки расцвели перед глазами. Аснар прижал руку к груди: под рубашкой угадывался тёплый металл. Родовой амулет, с которым он почти никогда не расставался.

Пальцы стали непослушными и с трудом вытащили тяжёлый оберег через ворот рубашки. Пусть послужит в последний раз, исполнит то, для чего был предназначен.

Аснар прищурился, пытаясь разглядеть нежить, которая подобралась совсем близко. Силуэты двоились и множились, от движения огромного количества лап закружилась голова. Маркат усмехнулся и с силой вдавил амулет в землю, кроша вставленный в него камень. Упругая волна магии стремительно вырвалась на свободу. Правителя отбросило далеко назад, а удар о землю погасил сознание.

Но самое важное уже было сделано: разрушительная волна прокатилась по земле, заставив её дрожать. Твари остановились, испуганно замерли. Как и защитники города, те, что были ещё живы и удерживали фланги, хотя им и приходилось постепенно отступать под постоянным натиском.

Волна покатилась дальше, задрожали верхушки столетних елей, с криками поднялись птицы над лесом.

Не все легенды, которые передавали родители детям из поколения в поколение, были просто легендами. Часть из них была правдой. Давно забытой, обросшей небылицами, недоверием и превратившаяся в сказку. Как и история про каменных великанов, которые уснули на века.

Только братья знали, насколько легенда правдива.

Рокот, донёсшийся из-за леса, был похож на далёкий удар грома. Или на звук расколовшейся скалы, в которую ударила молния. За ним пришёл тяжкий стон ломающихся деревьев: они падали одно за другим, под напором кого-то невидимого, но, несомненно, огромного.

-Отступаем! — в панике закричал кто-то из маркатов, когда по земле снова прошла дрожь, на этот раз она вернулась из-за леса. — За стены, быстрее!

Стражи бросали оружие, кто-то пытался тащить на себе раненых. Те, что остались на стене, опустили арбалеты, впервые увидев то, о чём матери рассказывали детям, коротая длинные зимние вечера у камина.

Из леса, руша всё на своём пути, показались странные существа. Их было двое: их тела состояли из огромных валунов горной породы, при движении они издавали низкий рокочущий грохот, плечи и головы, которые едва угадывались, покрывал зелёный мох, а кое-где цеплялись за камень и тонкие деревца.

— Это ещё что за напасть?! — командир сотни протёр глаза. — Фам, — он грубо ткнул рядом стоящего молодого стража, который смотрел за стену, открыв рот, — ты тоже это видишь, или мои глаза внезапно настигла старость?

— А? — не среагировал на тычок подчинённый.

— Это каменные големы, — ответил ему другой голос, женский.

Атара стояла, опираясь на клюку, и с усмешкой смотрела на проснувшихся великанов.

— Так это ж сказки! — очнулся тот, кого назвали Фам.

— Ну, полюбуйся, раз сказки, — травница улыбнулась шире.

Великаны тем временем выбрались из леса. Двигались они довольно медленно, но нежити была так много, что твари то и дело оказывались прямо под ногами големов. К тому же, они метались в панике, от страха неспособные даже бежать в правильном направлении. Свои давили своих же, а каменные великаны наступали на тех, кто пытался убежать и спрятаться в лесу. Дрожали даже камни, из которых была сложена крепостная стена. На одной из башен провалилась крыша.

— Вот так да! — рассмеялся командир, — Этак они всех тут растопчут.

— Дурень, — Атара неожиданно больно ткнула его палкой под рёбра. — Правитель где?

— О пресветлая! — испуганно выдохнул Фам, — Я последний раз видел его вон там. — Он указал рукой направление.

— Ничего не вижу, кроме трупов, — резко посерьёзнел командир. — Точно там его видел?

— Точно.

— Отправляй своих ребят, — потребовала травница. — Эти увальни всё там с землёй сравняют, не разбирая.

Твари с визгом метались по берегу, зажатые меж двух огней: с одной стороны наступали великаны, с другой была смертельная для них вода. Кому-то всё же удалось добраться до ельника, и они исчезали стремительно, судорожно перебирая лапами и скрываясь в тени.

— Фам, и вы двое, — командир указал на соседних стражей, — со мной! Давайте парни, кто первый найдёт правителя, получит годовое жалование!

Они сбросили верёвку и спустились на мост. Бегом бросились к тому месту, куда указывал Фам. Пауки, к счастью, не обращали на маркатов никакого внимания, у них появился противник посерьёзнее.

— Вон он! — закричал Фам что есть силы, замахал рукой. Он первый добежал до нужного места и увидел Аснара, лежащего на земле. На нём громоздился мёртвый паук. Молодой страж уперся руками в зловонную тушу, пытаясь сдвинуть её с места. Ноги заскользили в мокрой от крови земле.

— Давайте парни, помогите. Взялись разом, — подоспел командир с остальными.

Совместными усилиями они сдвинули паука.

— Он живой? — спросил кто-то из маркатов. За что и получил сразу подзатыльник от главного.

— Ерунды не болтай. Не слышишь, сердце бьётся? Берите его и бегом к воротам. Эти каменные чудища уже совсем близко.

Оглушающий грохот подтвердил его слова. До ворот добрались, подгоняемые криками со стены. Решётку для них уже приподняли, пропуская стражей внутрь, в безопасность.

Командир передал правителя подбежавшим стражам, прислонился к стене и устало вытер лоб. Справились.

Когда великаны добрались до моста, живых тварей на берегу уже не осталось. Воины на крепостной стене замерли, с трепетом глядя на ожившую легенду, и гадая, что эти существа сделают дальше? Не решат ли напасть на город?

Но опасения были напрасны. Едва один из големов вступил на мост, как сила, которая удерживала камни вместе, исчезла. Огромные валуны рассыпались, лишившись всякой жизни. А за ним и второй великан распался, превратившись в гору огромных, но самых обычных камней.

***

Второе пробуждение для анмарской принцессы оказалось ещё хуже первого. Она очнулась на алтаре, с прикованными руками. Сверху опасно нависали сталактиты, как клыки древних чудовищ. Рядом маячил колдун. Дея похолодела, увидев в его руках широкий нож, похожий на тесак.