Текст книги "Неоновый пепел. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 11

Свет в убежище мигал так часто, словно старое здание никак не могло проснуться после векового сна. Я шёл по коридору, касаясь ладонью стены, и переступал через кабели, вылезшие из пола. Под ногами хрустел мусор. Пахло пылью и нагретой изоляцией.

– Сколько осталось заряда? – спросил я, хотя по тусклым лампам и так понимал: немного.

Старый динамик над дверью вновь с треском ожил.

– Резервные батареи заряжены на четыре процента. Основные контуры отключены. Для восстановления питания необходимо запустить аварийный генератор вручную.

– Очень удобно. Где его искать?

– В машинном отсеке. Я включу напольные указатели, но часть линии повреждена.

На полу появилась узкая световая полоса. Она уходила в левый проход, огибала перевёрнутый шкаф и пропадала возле герметичной двери. Я двинулся следом, заглядывая в комнаты. В оружейной остались только пустые крепления, а в мастерской лежали проржавевшие инструменты. Даже отвёртку нормальную не украсть.

– Хорошо вы тут без меня пожили, – пробормотал я.

– Запасы были законсервированы, – ответила система. – Часть имущества изъяли нарушители.

– Те самые воры, которые теперь покоятся техническом шлюзе?

– Они искали оружие и оборудование.

Я обошёл провал в полу и усмехнулся.

– Надеюсь, ты предупредила их, что это плохая идея?

– Предупредила. Они проигнорировали рекомендации, после чего перестали проявлять активность.

– Значит, всё прошло штатно.

– Уточните значение слова «штатно».

– Не надо. Иногда лучше оставаться старой доброй машиной.

Дверь машинного отсека не открылась. Я дёрнул ручку, затем упёрся плечом. Металл скрипнул, створка сдвинулась на ладонь и застряла.

– Привод шлюза обесточен, – подсказала система.

– Спасибо. Без тебя я бы решил, что дверь просто капризничает.

Я просунул пальцы в щель, напрягся и отжал створку. Та сдалась с таким звуком, будто я ломал ей кости. За дверью стояла темнота. Я медленно провёл лучом фонаря по помещению.

Генератор занимал почти всю дальнюю стену. В моё время этот агрегат уже считался старьём, а теперь годился разве что для музея. И всё же корпус уцелел, провода не сгнили, а на панели горел слабый красный огонёк.

– Эта рухлядь точно заведётся? – спросил я, осматривая машину.

– Вероятность успешного запуска составляет шестьдесят восемь процентов. Необходимо открыть топливный клапан и повернуть рычаг стартера.

– А если не получится?

– Убежище окончательно обесточится через двадцать семь минут.

– Вот теперь у меня появилась мотивация.

Топливный клапан закис. Я попробовал повернуть его рукой, потом нашёл на полу обрезок трубы и использовал как рычаг. Металл поддался с резким щелчком, и откуда-то снизу потянуло горючим.

– Утечка?

– Незначительная. Советую не курить.

– Полезный совет. Особенно для человека, который не курит.

Я подошёл к панели. Кнопки запали, рычаг покрылся ржавчиной. Первый рывок ничего не дал. При втором внутри что-то глухо стукнуло, но генератор не завёлся.

– Может, попросить вежливо? – спросил я.

– Голосовое управление у этой модели отсутствует.

– Я не тебя спрашивал.

Я упёрся ногой в основание, взялся обеими руками и дёрнул рычаг на себя. Генератор заскрежетал, выплюнул облако пыли и задрожал. На секунду мне показалось, что он сейчас развалится, но двигатель набрал обороты и перешёл на ровный гул.

Под потолком вспыхнул свет. Несколько ламп перегорели сразу, но остальные загорелись вполне нормально.

– Аварийное питание восстановлено, – сообщила система. – Резервные батареи заряжаются. Доступна активация жилого и технического отсеков.

Я отряхнул рукава и присел на ящик.

– Отлично. Теперь давай плохие новости. Что осталось из еды?

– Продовольственные контейнеры повреждены. Содержимое испорчено.

– Питьевая вода?

– Отсутствует. Техническую воду можно очистить после ремонта фильтра.

– Переносное оружие?

– Изъято нарушителями, к сожалению некоторым удалось всё же убежать. Стационарные турели разряжены.

Я потёр лицо и посмотрел на ожившую панель генератора.

– Тогда подключай меня к городской сети. Надо понять, где мы вообще находимся.

– Подключение невозможно. Современная городская сеть отклоняет устаревшие протоколы и требует подтверждённую цифровую личность.

– То есть я добрался до собственного убежища, но здесь нельзя поесть или выйти в сеть. Хоть кофе остался?

Система ответила не сразу, словно действительно проверяла склады.

– В жилом отсеке обнаружена банка с истлевшим органическим содержимым. Предположительно, раньше там находился кофе.

Я рассмеялся, хотя сил на это почти не осталось.

– Сто лет прошло, а главная трагедия всё та же. Кофе кончился.

– Он не закончился, а испортился.

– Спасибо за уточнение. Теперь мне стало гораздо легче.

– Я стараюсь предоставлять точные сведения.

– Именно поэтому с тобой иногда тяжело разговаривать.

В жилом отсеке почти ничего не изменилось. Кровать покрывал толстый слой пыли, шкаф перекосило, но стол стоял на прежнем месте. На нём лежала металлическая кружка с тёмным налётом. Я взял её в руки и стёр пыль большим пальцем.

Когда-то из неё пил Клайв. Тогда у него были старый город, привычные враги и уверенность, что любую проблему можно решить пулей или хорошим взрывом. Теперь его мир исчез, а сам Клайв казался мне человеком, которого я знал слишком близко, но давно перестал понимать.

Я поставил кружку обратно.

– А теперь самый простой, но в то же время сложный вопрос – что здесь произошло за время моего отсутствия?

– О, это весьма интересная история, которая должна вам понравится.

– И почему я в этом сомневаюсь?

Как оказалось, не зря. По факту, киберпанк продолжал своё гиблое дело. Город разросся, а слои населения поделились ещё сильнее. После взрыва башни «Танака» корпорация этого ублюдка развалилась. Никто не решился её поднимать из руин… первые тридцать лет. Но потом появилась ОНА. Да, да, Магда собственной персоной. На фото её можно было легко узнать, правда, имя она всё же изменила. Впрочем, неудивительно. Она ведь присвоила себе все лавры Асаши, достижения корпорации и всё, чем они занимались, конечно же, возведя это в ранг Абсолюта, но уже в новой корпорации «Мнемозины».

А вот моё имя оказалось растоптанным. Клайва или Мора здесь смешали с грязью, обвинив во всех грехах человеческих. Впрочем… плевать. Мне бы добраться до этой твари, свернуть ей шею, вытащить Люду и свалить отсюда обратно в Российскую империю. Да, жизнь там тоже не сахар, но всяко лучше, чем здесь.

– Ладно, – пробормотал я с кривой усмешкой. – Еду и нормальную одежду придётся искать снаружи. Рынок «Шов» ещё существует?

– В прежнем секторе зафиксирована торговая активность. Название сохранилось, но правила обмена изменились.

– Правила всегда меняются, – сказал я, проверяя магазин оружия. – А чёрный рынок остаётся чёрным рынком.

– У вас нет местной валюты.

– Значит, придётся быть обаятельным.

– Согласно архивным данным, вы редко использовали обаяние при торговых операциях.

Я усмехнулся и направился к выходу.

– Вот видишь? Начинаешь меня вспоминать.

* * *

«Шов» всё ещё находился под старым путепроводом, хотя теперь над ним висело ещё несколько городских уровней. Между бетонными опорами тянулись торговые ряды, перекрытые лоскутами брезента. Вместо обычных ламп использовали гибкие световые ленты. Они красили лица покупателей в грязно-синий цвет.

В моё время здесь торговали оружием и нелегальными имплантами. Теперь на прилавках лежали искусственные органы, блоки памяти и дешёвые документы. Один продавец предлагал взять напрокат чужую биографию. Другой обещал очистить кредитную историю вместе с половиной воспоминаний о семье.

Я шёл вдоль рядов и старался не привлекать внимания. Одежда после перехода была порвана, а на рукавах засохла кровь. Большинство торговцев сразу отводили глаза. Они решили, что я либо нищий, либо просто псих. Меня устраивали оба варианта.

Над рынком висели рекламные экраны. На одном из них шёл ролик «Мнемозины». Я услышал знакомое имя и остановился.

– Великий Асаши Танака подарил человечеству надежду на продолжение жизни, – рассказывала женщина с мягким голосом. – Его исследования позволили победить старение и сохранить личность после гибели тела.

На экране появился Асаши. Молодой, спокойный, с доброй улыбкой. Я помнил его старым и перепуганным. Перед смертью он ползал по полу, хватал меня за сапоги и обещал всё, что угодно.

– Однако один человек попытался уничтожить это будущее, – продолжила ведущая. – Террорист Клайв взорвал башню корпорации «Танака», лишив миллионы людей доступа к спасительным технологиям.

– Ну да, – тихо сказал я. – А про подвалы и живых подопытных вы решили не вспоминать.

Рядом стояла женщина с корзиной протезов. Она посмотрела на меня, но тут же отвернулась. Для неё ролик был обычным шумом, который давно никто не слушал.

На экране показали моё старое лицо. Запись была размытой, но я узнал себя по походке и привычке чуть склонять голову перед нападением.

– Клайв был уничтожен, однако его идеи до сих пор привлекают опасных радикалов, – сообщила ведущая. – Помните: отказ от непрерывности ведёт к настоящей смерти.

Я пошёл дальше, стараясь не смотреть на собственное изображение. Возле экрана кто-то нарисовал клыкастую пасть. Краска ещё не высохла, а под рисунком читались слова:

«Мор жив».

Я остановился и провёл пальцем рядом с надписью.

– Похоже, у меня появились поклонники, – пробормотал я. – Надеюсь, хотя бы не совсем идиоты.

– Смотря кого ты называешь идиотами, – заметил проходивший мимо торговец. – За такой рисунок здесь можно лишиться цифрового имени.

– Тогда художник смелый.

– Или молодой придурок. А это зачастую одно и то же.

Торговец поспешил уйти. Я проводил его взглядом и продолжил путь.

* * *

Шум возле бокового прохода привлёк моё внимание. Двое мужчин в серых куртках тащили к фургону худого парня лет семнадцати. Тот упирался каблуками в бетон, но заметно выдохся. Один охотник держал его за локоть, второй сжимал ворот куртки.

У фургона стоял их напарник. Он курил и смотрел на происходящее так, будто ждал окончания скучной погрузки.

– Отпустите меня, – просил парень, задыхаясь. – Я заплачу. Мне нужна всего неделя, я уже нашёл работу.

– Ты обещал это месяц назад, – ответил охотник и подтянул его ближе. – Имплант три месяца в просрочке. Сегодня его отключат, и твои обещания станут нашей последней проблемой.

– Без него я умру.

– Не умрёшь. Мы переведём долг новому владельцу, а он решит, что с тобой делать.

– Вы же знаете, что он врос в нервную ткань!

Мужчина усмехнулся.

– Поэтому ты стоишь дороже обычного должника.

Я остановился. Рядом со мной замер старик, который вёз тележку с пустыми канистрами. Он заметил мой взгляд и покачал головой.

– Даже не думай вмешиваться, парень, – тихо сказал он. – Это долговые охотники. У них лицензия Консорциума и патруль на быстром вызове.

– За что забирают мальчишку?

– Взял кредит на медицинский имплант. Без него сердце работает через раз, а теперь платить нечем.

– Значит, снимут устройство?

Старик криво усмехнулся.

– Вместе с частью мозга. Парень занимался эмоциональными алгоритмами, поэтому его навыки тоже продадут. Тело оставят работать на складе, если после операции сможет ходить.

Я посмотрел на парня. Тот уже не вырывался, но всё ещё пытался говорить с охотниками.

– Я отдам им весь следующий контракт, – повторял он. – Пожалуйста, свяжитесь с моей сестрой. Она найдёт деньги.

– Сестра уже получила уведомление, – бросил один из мужчин. – Если бы у неё были деньги, она пришла бы раньше нас.

Я нахмурился.

– И часто здесь так людей разбирают?

Старик поправил канистры.

– Каждый день. Закон говорит, что имплант принадлежит кредитору, а всё, во что он врос, считается сопутствующим имуществом. Не нравится – живи без медицины.

– Удобный закон.

– Для тех, кто его писал. Ты, кстати, тоже не отсвечивай. У тебя цифрового следа вообще нет. Если сканер проверит, отправишься в переработку без всякого долга.

– Спасибо, что предупредил.

– Я о рынке беспокоюсь, а не о тебе. Если начнётся драка, патруль закроет ряды на проверку.

Я кивнул на парня.

– Как его зовут?

– Тео Рейес. Вроде неглупый, но с деньгами у него всегда беда.

– А сестра?

– Иона. Торгует чужими именами и умеет находить неприятности. Если узнает, что брата забрали, прольётся кровь.

Я посмотрел на фургон. Охотники уже открывали заднюю дверь.

– Хорошо, – сказал я. – Значит, мне не придётся долго объяснять, зачем я его привёл.

Старик наконец повернулся ко мне.

– Ты меня вообще слушал?

– Конечно. Патруль приедет быстро, поэтому надо закончить ещё быстрее.

– Вот же придурок, – выдохнул он и покатил тележку прочь.

* * *

Я не стал предупреждать охотников, это было бы верхом глупости. Подошёл к ближайшему киоску, схватил силовой кабель и выдернул его из разъёма. Контакты вспыхнули, и часть ламп погасла, а над рынком завыла сигнализация.

Мужчины у фургона одновременно обернулись.

– Кто это сделал⁈ – крикнул один из них, отпуская Тео.

Я уже был рядом. Ударил первого под ухо, и тот рухнул на колени. Второй полез под куртку за оружием. Я перехватил его запястье, развернул и приложил лицом о борт фургона. Металл загудел, а мужчина обмяк.

– Ты совсем охренел⁈ – заорал тот, что курил.

Он бросил сигарету и пошёл на меня. Двигался уверенно, а руки держал правильно. Явно не просто вышибала. Я отступил, пропустил его рывок и ударил по колену, но мужчина только пошатнулся. Под штаниной блеснул усиленный сустав.

– Хорошая нога, – заметил я. – В кредит взял или снял с должника?

– Сейчас узнаешь.

Он выхватил нож и ударил снизу. Я отвёл клинок предплечьем, схватил его за запястье и потянул на себя. Мужчина не сопротивлялся, а пошёл следом, пытаясь ударить головой. Неплохой приём. Жаль, я пользовался им чаще.

Я присел, пропуская его над собой, и толкнул в спину. Охотник налетел на плотный и высокий контейнер с предупреждающим знаком, изнутри которого тут же донёсся гул.

Он развернулся, прижал нож к предплечью и оскалился.

– Ты понимаешь, что сейчас сюда приедет патруль? За нападение на лицензированного взыскателя тебя сотрут без суда.

– Звучит неприятно, – признал я. – Но ты всё равно до этого не доживёшь.

Его улыбка исчезла.

Я видел таких людей и в прошлом мире. Работа могла быть законной, но слишком уж ему нравился чужой страх. Когда он смотрел на Тео, то думал не о деньгах.

Охотник бросился вперёд. Я ушёл с линии удара, перехватил его руку и сломал запястье. Нож звякнул о бетон. Мужчина закричал, а я схватил его за куртку и прижал к контейнеру.

– Твоя система записывает операции? – спросил я, заглянув ему в глаза. – Там наверняка найдутся должники, которых вы забрали без оформления.

– Пошёл ты!

– Значит, найдутся.

Он попытался ударить меня коленом. Я отбил ногу и распахнул крышку контейнера. Внутри шевелилась серая масса нанофагов, прожорливых и охочих до кибернетической плоти тварей.

– Последний шанс. Запусти имплант парня заново или что вы там с ним сделали.

– Тебе конец, ублюдок! Корпорация найдёт тебя за час!

– У меня сегодня плотный день. Придётся им поторопиться.

Я сбросил его внутрь и захлопнул крышку. Контейнер завибрировал. Раздалось шипение, которое быстро перешло в хриплый крик. Через несколько секунд всё стихло.

Я не стал смотреть, что осталось внутри.

Тео сидел у стены. Он прижимал ладонь к груди и тяжело дышал. Возле ключицы под кожей мигал красный индикатор.

Я опустился рядом.

– Слышишь меня? Как тебя зовут?

– Тео, – выдавил он и сглотнул. – Тео Рейес. Ты только что убил человека.

– Он сделал выбор. Встать сможешь?

– Не знаю. Имплант уже ограничивает работу сердца.

Я взял его за запястье и нащупал пульс. Неровный, слишком быстрый.

– Тогда поднимайся медленно. Обопрись на меня.

Тео послушался. Его ноги подкашивались, поэтому часть веса пришлось взять на себя.

– Спасибо, – пробормотал он. – Только теперь всё стало хуже. Пришлют других охотников, а имплант могут отключить в любой момент.

– Значит, уберём их доступ.

Он посмотрел на меня так, будто я предложил вынуть сердце кухонным ножом.

– Ты вообще понимаешь, о чём говоришь? Имплант связан с нервной системой. Если его просто отключить, я не переживу и минуты.

– Тогда найдём врача, который сможет перепрошить устройство.

– Такие врачи работают на корпорации.

– Не все.

– Ты даже не знаешь, кто я.

– Знаю. Тео Рейес, специалист по эмоциональным алгоритмам. У тебя есть сестра Иона, которая торгует поддельными личностями. Для начала достаточно.

Парень нахмурился.

– Откуда ты знаешь про Иону?

– Мир не без добрых людей. Один старик рассказал, пока сваливал подальше от этого места.

Тео нервно оглянулся.

– Нам надо уходить. Патруль уже близко.

И сирена за путепроводом подтвердила его слова.

– Где можно встретиться с твоей сестрой?

– У старой насосной станции. Отсюда два квартала вниз, потом через сервисный тоннель. Но Иона не любит незнакомцев.

– Я тоже. Значит, мы найдём общий язык.

* * *

Мы не успели выйти с рынка. Из-за бетонной опоры выехала бронированная платформа, перекрыв главный проход. Следом появился штурмовой киборг. Он возвышался над толпой, а под бронёй двигались искусственные мышцы. По бокам головы раскрылись блоки камер.

Торговцы начали закрывать киоски, а покупатели разбегались по проходам.

– Всем оставаться на местах, – прогремел динамик. – Зафиксировано нападение на лицензированных сотрудников. Проводится проверка цифровых личностей.

– Вот и всё, – прошептал Тео. – Нас поймали.

– Нет. Тебя они пока даже не видят.

Я толкнул его к узкому проходу между киосками.

– Иди к насосной станции и жди меня там. Если не появлюсь через полчаса, найди сестру и расскажи, что произошло.

– А ты что будешь делать?

Я посмотрел на киборга, который уже поворачивал камеры в нашу сторону.

– Постараюсь объяснить ему, что проверка окончена.

– Он тебя разорвёт.

– Не успеет. Беги, Тео.

Парень ещё секунду смотрел на меня, затем кивнул и скрылся в проходе.

В этот же момент киборг навёл на меня сенсоры.

– Неопознанный объект. Подтвердите цифровую личность и опустите оружие.

– Личности нет, оружие опускать не собираюсь, – ответил я. – Есть другой вариант?

– Вы классифицированы как объект К-0. Сопротивление приведёт к ликвидации.

– Вот этот вариант мне тоже не нравится.

Из корпуса платформы поднялись два дрона. Они разошлись в стороны и перекрыли проходы. Киборг двинулся ко мне, оттесняя людей к прилавкам.

Я побежал первым.

Запрыгнул на стойку с протезами, оттолкнулся от навеса и оказался на крыше киоска. Дроны открыли огонь. Разряды прошили брезент за моей спиной, и торговец снизу заорал так, будто стреляли лично в него.

– Осторожнее с товаром! – крикнул я, перескакивая на соседний навес.

– Немедленно остановитесь!

– Не могу. Очень спешу.

Киборг поднял руку. Встроенная пушка щёлкнула, и из ствола вылетела небольшая ракета. Я спрыгнул с крыши. Снаряд взорвал пустой киоск, разметав доски и куски пластика. Ударная волна толкнула меня в спину, я прокатился по полу и врезался плечом в опору.

Правая рука на секунду онемела.

– Хорошо стреляешь, – процедил я, поднимаясь. – Только рынок потом сам восстанавливать будешь.

Киборг развернулся. Пушка на руке начала заряжаться снова. Один дрон зашёл справа, второй завис над головой. Я бросил в ближайший кусок трубы, но тот лишь отскочил от корпуса.

Обычным оружием броню не пробить. Наниты ещё не восстановились после перехода, а местная сеть могла выпустить нанофагов. Оставался Исток.

Я прислушался к себе. Внутри ещё теплилась сила, но она не восстанавливалась. В этом мире вокруг не было привычного фона, от которого Исток набирал энергию. Каждая вспышка теперь отнимала часть моего личного запаса.

Киборг пошёл на меня, а дроны сомкнули кольцо.

– Ладно, – тихо произнёс я, поднимая руку. – Только один удар.

Тьма вырвалась из ладони и собралась в узкий клинок. Воздух дрогнул. Я рубанул по ближайшему дрону, затем продолжил движение и направил волну в грудь киборга.

Дрон распался на части. Броня машины треснула, словно её разрезали изнутри. Киборг проехал ещё немного, а затем резко притормозил. Из пробоины посыпались искры.

Платформа начала разворачивать турель.

Я не стал ждать. Перепрыгнул через прилавок и нырнул в боковой тоннель. За спиной прогремела очередь, и пули выбили крошку из стены. Осколки ударили по шее, но я продолжал бежать.

Через два квартала ноги стали тяжёлыми. Исток почти погас, а в груди появилась тупая боль. Перед глазами плыло, а тело постепенно прекращало меня слушаться.

– Плохо, – выдохнул я, прислоняясь к стене. – Один удар, а будто неделю не ел.

Сирены приближались. Я заставил себя оттолкнуться от стены и добрался до насосной станции.

Тео ждал возле ржавой трубы. Увидев меня, он вскочил, но сразу схватился за грудь.

– Ты всё-таки пришёл, – сказал он с явным облегчением. – Я уже решил, что патруль тебя убил.

– Они старались. Получилось паршиво.

– Я слышал взрыв. Потом камеры на рынке отключились.

– Значит, у меня ещё остались полезные привычки.

Тео подошёл ближе и посмотрел на моё лицо.

– Тебе плохо. Ты ранен?

– Просто потратил больше сил, чем собирался. До сестры далеко?

– Минут пятнадцать, если через тоннели. Но сначала скажи, кто ты. Обычный человек не может разрубить штурмового киборга голой рукой.

Я выпрямился, хотя перед глазами снова потемнело.

– Меня зовут Илья.

Тео ждал продолжения.

– И всё?

– Для первой встречи достаточно.

– Иона всё равно спросит. Она никого не пускает в убежище без проверки, а после твоей драки вообще решит, что ты корпоративная приманка.

– Пусть проверяет. Только предупреди, чтобы не стреляла сразу.

– Она не любит героев, – сказал Тео, помогая мне идти. – Особенно тех, кто пытается изображать Клайва.

Я посмотрел на него.

– Почему именно Клайва?

– Потому что из-за его легенды уже погибло слишком много людей. Каждый второй псих в нижнем городе рисует клыкастую пасть и обещает устроить революцию. Потом корпорации приходят за всеми, кто оказался рядом.

– Разумная позиция.

– Ты не обиделся?

– На правду обижаются те, кто не умеет с ней жить.

Тео какое-то время молчал. Затем осторожно спросил:

– Ты ведь как-то связан с ним?

Я усмехнулся и убрал руку с его плеча, показывая, что уже могу идти сам.

– Скажем так, мы давно знакомы.

– Иона тебя выгонит.

– Возможно, – ответил я, всматриваясь в тёмный тоннель. – Но сначала ей придётся меня выслушать.

Мы пошли дальше. За спиной выли сирены, впереди ждали Иона и разговор о том, чем стал этот мир.

Кажется, скучать мне здесь не придётся.