Текст книги "Хозяйка Фамильяров (СИ)"

Автор книги: Тори Блэквуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 6. Первое прикосновение

Глава 6. Первое прикосновение

День обещанной трансформации начался с того, что я трижды переоделась.

Сначала натянула привычную футболку и джинсы, но, взглянув в зеркало, решила, что это слишком повседневно. Затем достала из шкафа платье, единственное, которое у меня было, тёмно-синее, с длинными рукавами, купленное три года назад на собеседование. Платье сидело хорошо, но казалось слишком парадным. Словно я собираюсь на свидание. А это было не свидание. Это была медицинская процедура. Ну, или что-то вроде того.

–Ты можешь просто остаться в халате, – заметил Ксандер, наблюдавший за моими метаниями с книжной полки. —Это всё равно будет снято.

– Спасибо, очень поддерживающе, – буркнула я, стягивая платье и возвращаясь к футболке.

В итоге я остановилась на компромиссе: мягкая хлопковая сорочка до колена, та самая, в которой я спала, и халат поверх. Халат был старым, махровым, с заплаткой на локте. Никакой романтики. То, что надо.

–Ты выглядишь так, словно готовишься к визиту врача, – прокомментировал Ксандер.

– Я готовлюсь к тому, что мой домашний ящер превратит лапы в человеческие руки и будет ко мне прикасаться. Это немного волнительно.

–Домашний ящер? – возмутился он.

– Фамильяр. Домашний дракон. Какая разница?

–Огромная. Ящеры – это безмозглые рептилии. Драконы – это...

– Да-да, повелители неба, гроза императоров, я помню. Слезай с полки, Повелитель. Будем экспериментировать.

Он фыркнул, но спрыгнул, грациозно, почти не хромая. За прошедшие дни его лапка зажила окончательно, и теперь он двигался с плавной, хищной грацией, которая резко контрастировала с его крошечным размером. Я снова подумала, что он стал крупнее, уже не тридцать сантиметров, а все сорок, если не больше. И крылья, когда он их расправлял, размахивались почти на полметра.

–Итак, – сказал он, усаживаясь на край кровати, —сегодня мы попробуем кое-что новое. Но сначала правила.

– Правила? – я села на кровать, скрестив ноги. – У нас теперь есть правила?

–Правила нужны, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.

Его голос стал серьёзным, инструкторским.

–Первое: ты можешь остановить всё в любой момент. Скажи «стоп» и я остановлюсь. Не важно, на каком этапе мы находимся.

– Хорошо.

–Второе: сегодня мы не делаем ничего, что связано с проникновением. Только внешние прикосновения. Мои руки, твоё тело. Не больше.

Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло благодарности. Он помнил о моих страхах. Он не давил.

–Третье: я хочу, чтобы ты говорила мне, что чувствуешь. Не «нормально» или «хорошо». А конкретно. Где приятно. Где щекотно. Где слишком. Поняла?

– Поняла.

–Умница.

Он чуть наклонил голову.

–Тогда начнём. Ложись на спину. Сорочку можешь оставить. Халат сними.

Я сняла халат и легла. Сорочка задралась чуть выше колен, открывая полные бёдра. Я хотела одёрнуть её, но передумала. Зачем? Он уже видел меня в трусиках. Он уже слышал мои стоны. Стыдиться сейчас было глупо.

–Закрой глаза, – скомандовал он. —И дыши. Как в прошлые разы.

Я закрыла глаза. Вдох. Выдох. Дождь за окном, привычный, успокаивающий. Тепло от лампы на столе. Тихий шорох, это Ксандер перебрался с края кровати на подушку рядом со мной.

–Сегодня я буду не просто комментировать, – его голос стал ниже, интимнее. —Я буду прикасаться. Готова?

– Да.

Я услышала странный звук. Тихий хруст, словно кто-то разминал затёкшие суставы. Шелест, как будто кожа скользила по чешуе. И через несколько секунд моей руки коснулось что-то тёплое.

Не хвост. Не лапа. А пальцы.

Человеческие пальцы.

Я вздрогнула от неожиданности. Пальцы были длинными, изящными, с чуть заострёнными кончиками, словно ногти были чуть твёрже и острее обычных. Кожа была тёплой, почти горячей, и удивительно гладкой. Они легли на мою ладонь, осторожно, словно спрашивая разрешения.

–Не открывай глаза, – предупредил Ксандер. —Сначала ощущения. Визуальное потом.

Я кивнула, не размыкая век.

Его пальцы, его человеческие пальцы, боже мой, это действительно происходило, медленно двинулись вверх по моей руке. От запястья к локтю. От локтя к плечу. Лёгкие, невесомые прикосновения, от которых кожа покрывалась мурашками. Он не давил, не хватал. Просто скользил, как по воде.

–Твоя кожа очень мягкая, – заметил он. —Я чувствую каждый волосок.

– Это... приятно, – прошептала я.

–Что именно?

– Лёгкость. Ты почти не касаешься.

–Хорошо. Запомни это. Многим женщинам нравятся лёгкие прикосновения на начальном этапе. Они разогревают.

Его пальцы добрались до моего плеча и остановились. Затем двинулись к ключице. Прочертили линию от основания шеи до плечевого сустава. Я почувствовала, как соски твердеют под сорочкой, просто от этих невесомых, почти невинных касаний.

–Теперь я хочу прикоснуться к твоему животу. Можно?

– Можно.

Ладонь, широкая, горячая, легла на мою сорочку чуть выше пупка. Не на голую кожу, через ткань. Но даже через ткань я чувствовала жар, исходящий от неё. Пальцы чуть сжались, массируя мягкую плоть, и я непроизвольно выдохнула.

–Ты напряжена, – заметил он.

– Немного.

–Из-за живота?

Я не ответила. Он сам всё понимал.

–Мира, посмотри на меня.

Я открыла глаза и повернула голову.

Ксандер, в смысле, его тело, лежал на подушке, в паре дюймов от моего плеча. Его голова, крылья, хвост, задние лапы, всё было по-прежнему ящериным. Но передние лапы исчезли. Вместо них из плечевых суставов росли человеческие руки, длинные, изящные, с тонкими запястьями и чуть заострёнными пальцами. Чешуя на них постепенно переходила в гладкую бледную кожу, создавая причудливый узор на предплечьях.

Это выглядело... странно. Но не отталкивающе. Скорее завораживающе.

–Твой живот, – сказал он, и его ладонь чуть сильнее надавила на ткань сорочки, —мягкий. Тёплый. Женственный. В нём нет ничего отвратительного. Слышишь?

– Слышу, – прошептала я.

–Повтори.

– Мой живот мягкий, тёплый и женственный.

–Хорошая девочка.

Его ладонь двинулась выше. К груди. Замерла у основания, не касаясь самой груди, только рёбер, только того места, где начинается изгиб.

–Можно?

Я заколебалась. Грудь была ещё более интимной зоной, чем живот. Но его прикосновения были такими... безопасными. Такими уважительными.

– Можно, – сказала я.

Его ладонь легла на мою грудь поверх сорочки. Мягко. Осторожно. Он не сжимал, не тискал, просто держал. Я чувствовала тепло его кожи через тонкий хлопок.

–Ты чувствуешь моё тепло?

– Да.

–Это наша связь. Твоя энергия течёт ко мне, моя к тебе. Мы замкнутый круг.

Его большой палец двинулся, медленно, едва заметно, и коснулся соска. Ткань сорочки смягчала ощущение, делая его почти невыносимо нежным. Я ахнула.

–Чувствительно?

– Да... очень.

–Хорошо. Значит, тело отзывается.

Он убрал руку.

–Теперь перевернись на живот.

– Что?

–Мы пойдём дальше. Я хочу прикоснуться к твоей спине. Там меньше эрогенных зон, и это поможет тебе привыкнуть к прикосновениям без перегрузки.

Я перевернулась. Подушка привычно приняла лицо. Я слышала, как Ксандер переместился, его тело было лёгким, почти невесомым, но кровать чуть прогнулась под его весом.

–Опусти сорочку с плеч. Не снимай, просто приспусти.

Я потянула за край сорочки, и ткань соскользнула с плеч, открывая лопатки и верхнюю часть спины. Прохладный воздух коснулся кожи.

А затем его ладони. Обе. Они легли на мои лопатки и начали медленно, очень медленно двигаться вниз. Вдоль позвоночника. По рёбрам. К пояснице. Тёплые. Сильные. Уверенные.

–У тебя красивая спина, – сказал он. —Линия позвоночника как струна. А здесь, – его пальцы надавили чуть сильнее на поясницу, —очень красивый изгиб.

– Ты делаешь мне массаж?

–Я делаю тебе приятно. Это разные вещи.

Я улыбнулась в подушку. Его ладони двигались по спине, разминали мышцы, которые я даже не знала, что напряжены. Плечи, вечно задранные от стресса. Шея, затёкшая от сидения над конспектами. Поясница, ноющая после долгих лекций.

– Господи, – простонала я, – это божественно.

–Я знаю.

– Ты невыносим.

–И поэтому ты меня обожаешь.

Я хотела возразить, но он нажал на какую-то точку между лопаток, и вместо слов из горла вырвался только стон. Довольный, расслабленный, почти животный.

–Теперь перевернись обратно, – сказал он через несколько минут. —И сними сорочку.

Я замерла.

– Что?

–Сними сорочку. Я хочу прикоснуться к тебе без ткани. Только кожа к коже.

Сердце забилось быстрее. Это был новый барьер. Новый уровень уязвимости. Но я вспомнила его правила. «Стоп» и он остановится. Он не сделает ничего, к чему я не готова.

Я перевернулась на спину. Села. Взялась за край сорочки и стянула её через голову.

Прохладный воздух коснулся обнажённой груди. Соски тут же сжались, стали твёрдыми. Я легла обратно, чувствуя себя абсолютно беззащитной. Только трусики. Только я. И он.

–Не закрывайся, – сказал он мягко. —Ты прекрасна.

Я заставила себя разжать руки, которые инстинктивно потянулись прикрыть грудь. Опустила их вдоль тела.

–Умница.

Его ладони снова легли на мой живот. Теперь без ткани. Кожа к коже. Тепло. Жар. Я чувствовала каждую линию его пальцев, каждый изгиб ладони.

–Закрой глаза. И просто чувствуй.

Я закрыла глаза.

Его руки двинулись вверх. Медленно. Очень медленно. По рёбрам. К груди. Замерли у основания.

–Дыши.

Я вдохнула. Выдохнула.

Его ладони легли на мою грудь. Мягко. Бережно. Он не сжимал, просто держал, позволяя моему телу привыкнуть к ощущению чужих рук на самой интимной зоне.

–Твоё сердце бьётся очень быстро.

– Я волнуюсь.

–Это нормально. Но я здесь. Я держу тебя.

Его большие пальцы двинулись, медленно, по кругу, вокруг сосков, не касаясь их. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от предвкушения. Соски ныли, требовали прикосновения, но он не спешил. Он играл.

–Скажи мне, чего ты хочешь.

– Я... я не знаю.

–Знаешь. Просто боишься сказать.

Я сглотнула.

– Я хочу, чтобы ты коснулся сосков.

–Хорошая девочка.

Его большие пальцы легли на соски, и я выгнулась дугой. Ощущение было острым, электрическим. Не больно, но очень, очень чувствительно. Он начал описывать круги, медленно, размеренно, с лёгким нажимом. Мои стоны стали громче. Я чувствовала, как влага собирается между ног, как клитор начинает пульсировать в такт его движениям.

–Тебе нравится, когда я касаюсь твоей груди.

– Да... очень...

–Твоё тело создано для удовольствия. Просто ты не знала об этом.

Его правая рука скользнула ниже. По животу. По линии лобка. Замерла у резинки трусиков.

–Можно?

– Можно.

Его пальцы проникли под ткань и коснулись клитора.

Я вскрикнула. Не от боли, от остроты ощущения. Его прикосновения были не такими, как мои собственные. Более чужими. Более непредсказуемыми. Я не знала, куда он двинется в следующую секунду, и эта неизвестность заводила сильнее любых ласк.

–Ты очень мокрая, – заметил он. —Это хорошо. Смазка признак того, что тело хочет.

– Я хочу, – выдохнула я.

–Чего?

– Тебя. Твоих прикосновений. Пожалуйста.

–Пожалуйста, что?

– Пожалуйста, не останавливайся.

Он не остановился.

Его пальцы двигались по клитору, круговыми движениями, как он учил меня в прошлые разы. Но теперь это были его пальцы, а не мои. Более длинные. Более умелые. Они знали, куда нажать, где замедлиться, где ускориться. Я чувствовала себя музыкальным инструментом, на котором играл виртуоз.

–Не сдерживайся. Я хочу слышать тебя.

Я застонала, громко, не стесняясь. Его левая рука всё ещё ласкала мою грудь, перекатывая сосок между пальцев. Правая на клиторе, быстрее, быстрее. Я чувствовала приближение оргазма, как волну, которая поднимается откуда-то из глубины, набухает, растёт.

–Давай, Мира. Отпусти.

И я отпустила.

Оргазм накатил, мощный, глубокий, сотрясающий всё тело. Я выгнулась, вскрикнула, и мои мышцы сжались в серии спазмов, один, второй, третий. Влагалище пульсировало вхолостую, требуя наполнения, но даже без проникновения это было самое сильное ощущение в моей жизни.

Когда всё закончилось, я рухнула на подушку, тяжело дыша. Слёзы текли по щекам, не от боли, не от грусти, а от какого-то невероятного облегчения. Словно внутри прорвало плотину, и вместе с водой ушли все страхи, все блоки, все комплексы.

–Ты плачешь, – сказал Ксандер.

– Это от счастья, – прошептала я.

Его рука, уже снова лапа, он отменил трансформацию, пока я приходила в себя, легла на мою щёку. Когти были убраны, осталась только тёплая гладкая кожа.

–Ты невероятная женщина, Мира Вэнь.

– Я только начала это понимать.

Он тихо фыркнул.

–Долго же ты шла к этому.

– У меня был плохой учитель. Вернее, не было хорошего.

–Теперь есть.

Я повернула голову и посмотрела на него. Крошечный дракон. Мой наставник. Мой партнёр. Мой... кто? Фамильяр? Друг? Любовник? Это слово казалось неправильным, мы ещё не были любовниками в полном смысле. Но что-то между нами определённо было. Что-то, чего я никогда не испытывала ни с одним человеком.

– Ксандер?

–М-м?

– Мы когда-нибудь... ну... полностью?

–Когда ты будешь готова. И когда я смогу принять полную человеческую форму.

Он чуть придвинулся ближе.

–Но не забегай вперёд. У нас впереди много работы.

– Работы?

–Ты думала, один сеанс решит все твои проблемы?

В его голосе прорезалась привычная ирония.

–Нет, Мира Вэнь. Мы только начали. Впереди месяцы тренировок. Твоё тело должно заново научиться доверять. А это долгий процесс.

– Месяцы? – я изобразила ужас. – Ты издеваешься?

–Ничуть. Я намерен сделать из тебя богиню удовольствия.

Я рассмеялась. Слёзы на щеках ещё не высохли, но смех уже пробивался, лёгкий, свободный.

– Богиню? Не слишком ли амбициозно?

–Драконы не бывают недостаточно амбициозными. Это против нашей природы.

– А что насчёт моей природы?

–Твоя природа, – он понизил голос, —быть счастливой. И я сделаю всё, чтобы ты ею стала.

Я лежала и смотрела на него. Маленький индиговый ящер. Древний повелитель небес. Мой спаситель. Он говорил о моём счастье так, словно это было его личной миссией.

Может, так и было.

– Ксандер? – позвала я.

–М-м?

– Я, кажется, начинаю тебя...

–Любить? – перебил он с усмешкой.

– Привыкать, – поправила я. – Но кто знает, что будет через пару месяцев.

Он тихо рассмеялся, ментальным, вибрирующим смехом, который отдавался где-то в глубине моего сознания.

–Я готов подождать. В конце концов, я ждал пятьсот лет. Пара месяцев ерунда.

Он свернулся клубком на моём плече. Его хвост обвил мою руку. Чешуя тихо мерцала в полумраке. Я закрыла глаза.

За окном накрапывал дождь. В комнате пахло чаем, магией и чем-то ещё, чем-то новым, чему я ещё не знала названия.

Глава 7. Человек

Глава 7. Человек

Прошло две недели.

Две недели регулярных сеансов. Две недели медленного, терпеливого обучения, в котором Ксандер раскрывал моё тело, как старинную карту, слой за слоем, осторожно, не пропуская ни одной складки. Мы не форсировали события. Он не давил. Я не убегала. Мы нашли ритм, раз в три дня, как он и предлагал, и этот ритм работал.

Я чувствовала, как меняюсь. Не только физически, хотя и физически тоже: я стала лучше спать, кожа очистилась, даже волосы заблестели так, словно я принимала какие-то волшебные витамины. Но главное, я менялась внутри. Я больше не вздрагивала, глядя на себя в зеркало. Не втягивала живот, проходя мимо витрин. Не отводила взгляд, когда кто-то смотрел на меня дольше обычного.

Элли заметила это на прошлой неделе.

– Ты светишься, – сказала она, когда мы встретились в столовой. – Что случилось? Ты влюбилась?

Я поперхнулась супом.

– С чего ты взяла?

– У тебя глаза горят. И ты улыбаешься. Последний раз я видела, как ты улыбаешься... – она задумалась. – Никогда. Я никогда не видела, как ты улыбаешься.

– Я улыбаюсь.

– Нет, ты кривишь губы в вежливой гримасе. А сейчас ты улыбалась по-настоящему.

Я отмахнулась, соврала что-то про хорошие новости по диплому. Но про себя отметила: она права. Я действительно улыбалась. И причиной тому был маленький чешуйчатый тиран, который ждал меня дома.

*****

Ксандер рос. Буквально. После каждого сеанса он прибавлял в размерах, понемногу, но стабильно. Если в день знакомства он был размером с мою ладонь, то теперь едва помещался на двух ладонях. Его крылья полностью зажили и теперь переливались всеми оттенками индиго, от густого ночного до яркого сапфирового. Он научился летать, сначала неуверенно, цепляясь крыльями за мебель, но с каждым днём всё лучше. Теперь он мог зависать в воздухе, трепеща крыльями, как крошечный вертолёт, и это зрелище неизменно вызывало у меня улыбку.

Но главное, он копил энергию. Для полной трансформации.

–Ещё один мощный сеанс, – сказал он однажды утром, разглядывая своё отражение в начищенном чайнике, —и я смогу принять человеческую форму. Настоящую. Не на пять минут, а надолго.

– Насколько надолго?

–На час. Может, два. Этого хватит, чтобы... – он осёкся.

– Чтобы что?

–Чтобы показать тебе, каким я был.

В его голосе прозвучала странная нота. Не гордость. Не бахвальство. Скорее уязвимость. Словно он боялся, что я, увидев его в истинной форме, разочаруюсь. Или испугаюсь.

– Я хочу увидеть, – сказала я.

–Правда?

– Правда. Ты видел меня, настоящую. Со всеми моими страхами, блоками, слезами. Я хочу увидеть тебя.

Он долго молчал. Потом кивнул, странный жест для ящера, но я уже научилась его понимать.

–Хорошо. Сегодня вечером.

*****

Весь день я провела как на иголках.

На лекции по истории магии я не записала ни строчки. Профессор монотонно бубнил что-то о Войне Родов пятнадцатого века, а я смотрела в окно и думала о предстоящем вечере. О том, что Ксандер станет человеком. О том, как он будет выглядеть. О том, что будет, когда он окажется не на подушке рядом со мной, а рядом. По-настоящему рядом. В человеческом теле. С человеческими руками, губами, глазами.

К концу лекции я поняла, что мои ладони вспотели.

После пар я зашла в супермаркет и купила продукты. Хорошие продукты, не обычный студенческий набор, а то, что Ксандер называл «едой, достойной дракона». Стейк. Свежие овощи. Бутылку красного вина (он как-то упомянул, что в его время вино было лучше, и мне захотелось доказать, что современное виноделие небезнадёжно). И коробку дорогого шоколада. Просто так. На всякий случай.

Дома я прибралась. Серьёзно прибралась, впервые за несколько месяцев. Разобрала завалы книг, протёрла пыль, даже пропылесосила. Ксандер наблюдал за этой лихорадочной деятельностью с книжной полки, и в его ментальном голосе сквозила ирония.

–Ты нервничаешь.

– Я не нервничаю.

–Ты протёрла пыль с люстры.

– Ей это было нужно.

–Ты пропылесосила под холодильником.

– Там было грязно.

–Ты перемыла все окна.

– Ксандер!

Он рассмеялся, тихим, вибрирующим смехом, который я уже успела полюбить.

–Не нервничай. Это всего лишь я. Тот же дракон, который ворует твои заколки и требует чай по расписанию. Просто немного больше.

– Вот этого я и боюсь, – пробормотала я.

Время тянулось медленно. Я приготовила ужин, стейк с овощами, но есть не могла. Кусок не лез в горло. Ксандер тоже не притронулся к еде (он вообще редко ел физическую пищу, предпочитая энергетическую подпитку). Мы оба ждали.

*****

Наконец за окном стемнело. Дождь, который моросил весь день, прекратился, и сквозь тучи проглянула луна, полная, яркая, серебристая.

–Пора, – сказал Ксандер.

Я сидела на кровати, подобрав ноги. Сердце колотилось где-то в горле.

– Что мне делать?

–Просто сиди. И смотри. Это может выглядеть странно. Не пугайся.

Он спрыгнул с полки и приземлился в центре комнаты. Закрыл глаза. Его чешуя начала светиться, сначала слабо, потом всё ярче. Индиго и серебро. Свечение пульсировало в такт его дыханию. Крылья расправились, хвост вытянулся. Он начал расти.

Это было похоже на ускоренную съёмку распускающегося цветка, только цветок был из чешуи, света и магии. Тело Ксандера вытягивалось, расширялось, меняло форму. Чешуя на груди расступилась, открывая гладкую бледную кожу. Передние лапы превратились в руки, те самые, которые я уже знала по частичным трансформациям, только теперь они были пропорциональны человеческому телу. Задние лапы – в ноги, длинные и сильные. Хвост, да, хвост остался, длинный, гибкий, с гребнем на конце, обвился вокруг его собственной ноги. А из спины, там, где у человека были бы лопатки, выросли крылья, огромные, перепончатые, переливающиеся индиго и серебром в лунном свете.

Я смотрела, затаив дыхание.

Это не было страшно. Это было красиво. Нечеловечески красиво.

Через несколько минут всё закончилось. Свечение погасло. Передо мной стоял мужчина.

Высокий, гораздо выше меня. С длинными иссиня-чёрными волосами, которые спадали на плечи и спину, достигая лопаток. С острыми, аристократическими чертами лица: высокие скулы, прямой нос, чёткая линия челюсти. Его глаза горели янтарным огнём, те самые глаза, которые я знала, только теперь они смотрели на меня с человеческого лица. Вертикальные зрачки сузились, адаптируясь к лунному свету.

И он был обнажён.

Я сглотнула, пытаясь не пялиться. Получалось плохо. Его тело было совершенным. Жилистым, но не перекачанным. С широкими плечами, узкой талией и длинными сильными ногами. На предплечьях, боках и бёдрах чешуя всё ещё проступала, но не как уродство, а как татуировка, переливающаяся индиго. И между ног...

Я резко отвела взгляд, чувствуя, как загорелись щёки.

– Тебе нужно что-то надеть, – выдавила я.

Ксандер посмотрел на себя, на свои руки, на грудь, на ноги. Поднёс ладонь к лицу и повертел ею, разглядывая пальцы.

– Забыл, как это – быть человеком, – сказал он.

Это был его голос. Тот самый низкий, обволакивающий баритон, который звучал в моей голове уже несколько недель. Но теперь он шёл не из сознания, а из его рта. Реальный. Физический. Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

– Халат, – сказала я, вскакивая. – Я дам тебе халат.

Я метнулась к шкафу и достала свой старый махровый халат. Самый большой из тех, что у меня были. Протянула ему, стараясь не смотреть ниже подбородка. Он взял его, наши пальцы соприкоснулись, и я снова почувствовала этот жар, исходящий от его кожи.

– Спасибо, – сказал он.

Халат, который мне был велик, ему оказался откровенно мал. Рукава доходили только до середины предплечья, а полы едва прикрывали бёдра. Но по крайней мере он перестал быть полностью обнажённым. Я выдохнула.

– Ты... – я запнулась. – Ты выглядишь...

– Странно? – подсказал он.

– Нет. Красиво. Очень красиво.

Он улыбнулся. И это была совсем другая улыбка, чем та, которую я представляла у ящера. Тёплая. Чуть ироничная. И очень, очень человеческая.

– Я боялся, что ты испугаешься.

– Я тоже боялась. Но не испугалась.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один. Я стояла, замерев, и смотрела, как он приближается, высокий, крылатый, светящийся в лунном свете. Между лопаток у него действительно были крылья, сложенные, но всё равно огромные, занимающие полкомнаты. И хвост, длинный, гибкий, с гребнем на конце, двигался сам по себе, словно жил отдельной жизнью.

Он остановился в шаге от меня. Протянул руку и осторожно, очень осторожно коснулся моего лица. Его пальцы были тёплыми. Теперь я знала эти пальцы, они касались моего тела десятки раз. Но видеть их на человеческой руке, чувствовать их на своей щеке, когда их хозяин стоит передо мной во весь рост... это было совершенно иначе.

– Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента, – сказал он тихо.

– Пятьсот лет?

– Нет. Три недели. С тех пор как ты подобрала меня в проулке.

Моё сердце пропустило удар. А потом забилось с удвоенной силой.

– Ты... – я не знала, что сказать. – Ты можешь ходить?

– Могу. Но не очень хорошо. Ноги – сложная конструкция.

– Хочешь попробовать?

Он кивнул. Я протянула ему руку, и он опёрся на неё. Мы сделали несколько шагов по комнате. Его походка была неуверенной, но не неуклюжей, скорее осторожной, как у человека, который учится заново.

– Это странно, – сказал он. – Быть такого размера. Все предметы кажутся маленькими.

– Это ты кажешься большим. Очень большим.

– Раньше я был ещё больше. В истинной драконьей форме я мог бы накрыть крылом весь этот дом.

– Но сейчас ты человек.

– Да. Сейчас я человек.

Он остановился и посмотрел на меня сверху вниз. Мы стояли очень близко. Я чувствовала тепло его тела, запах его кожи, озон, нагретый камень и что-то ещё, что-то пряное, незнакомое. Его крылья чуть шевелились за спиной, создавая лёгкий ветерок.

– Мира, – сказал он.

– Что?

– Я хочу тебя поцеловать. Можно?

Я замерла. Поцелуй. Это было новым уровнем близости. До сих пор между нами были только прикосновения, интимные, да, но не поцелуи. Поцелуй казался чем-то большим. Чем-то, что стирает последнюю грань между «процедурой» и «отношениями».

Но разве эта грань уже не стёрлась?

– Можно, – прошептала я.

Он наклонился. Медленно. Очень медленно, давая мне время передумать. Его ладонь всё ещё лежала на моей щеке. Янтарные глаза смотрели прямо в мои. И в них я видела не только древнюю магию и тысячелетнюю мудрость. Я видела нежность. Настоящую, живую, человеческую нежность.

Его губы коснулись моих.

Поцелуй был лёгким. Почти невесомым. Словно он пробовал меня на вкус. Его губы были тёплыми и чуть сухими, и они пахли чаем с жасмином, моим чаем, который он пил каждое утро. Я закрыла глаза и подалась вперёд, углубляя поцелуй.

Он ответил. Его язык коснулся моих губ, не настойчиво, а вопросительно. Я приоткрыла рот, впуская его. Раздвоенный кончик скользнул по моему языку, и я вздрогнула, это было странно, но приятно. Драконья особенность. Маленькое напоминание о том, что он не совсем человек.

Поцелуй длился, наверное, целую вечность. А может, несколько секунд. Время потеряло значение. Остались только его губы, его руки, его тепло.

Когда мы наконец отстранились, я тяжело дышала. Щёки горели. Губы припухли. Внизу живота знакомо потяжелело.

– Это было... – начала я.

– Хорошо? – подсказал он.

– Лучше, чем хорошо.

Он улыбнулся. Его хвост, который до этого был обёрнут вокруг его собственной ноги, скользнул вперёд и осторожно коснулся моей щиколотки. Я вздрогнула, но не отстранилась.

– Прости, – сказал он. – Хвост живёт своей жизнью.

– Я заметила.

– Тебе неприятно?

– Нет. Просто неожиданно.

Он кивнул. Его крылья чуть расправились, создавая вокруг нас подобие кокона. Лунный свет просачивался сквозь перепонки, окрашивая всё в индиго и серебро. Мы стояли в центре моей крошечной квартиры, человек и дракон в человеческой форме, и это было самое странное, самое волшебное, что со мной случалось.

– Что теперь? – спросила я.

– Теперь, – он снова коснулся моей щеки, – я хочу узнать этот мир. И я хочу узнать его с тобой.

– Это свидание?

Он усмехнулся.

– Если ты хочешь так это назвать.

– Я никогда не была на свидании с драконом.

– А я никогда не был на свидании со студенткой-артефакторкой. Так что мы квиты.

Я рассмеялась. Напряжение, которое копилось весь день, наконец отпустило. Это был всё тот же Ксандер. Тот же язвительный, невыносимый, заботливый дракон, который воровал мои заколки и требовал чай по расписанию. Просто теперь у него было человеческое лицо.

– Ты, наверное, голоден, – сказала я. – Я приготовила стейк.

– Стейк? – его глаза загорелись.

– И вино. Красное.

– Ты купила вино?

– Ты говорил, что в твоё время оно было лучше. Я хочу доказать, что ты ошибался.

Он рассмеялся, низким, грудным смехом, который теперь был не в моей голове, а здесь, в комнате, реальный и живой.

– Это вызов?

– Да.

– Я принимаю.

Я накрыла на стол. Достала тарелки, бокалы, штопор. Ксандер сел на стул, с некоторым трудом, потому что крылья мешали, и ему пришлось расположить их по бокам, как плащ. Хвост он обернул вокруг ножки стула. Халат предательски распахнулся на груди, открывая бледную кожу и чешуйчатые татуировки, и я поспешно отвела взгляд.

– Тебе нужно сшить что-то на заказ, – сказала я, разливая вино. – С прорезями для крыльев и хвоста.

– В моё время портные умели работать с драконами.

– А в наше время придётся поискать. Но, думаю, в магическом квартале кто-то да найдётся.

Мы сидели за столом, ели стейк, пили вино и разговаривали. О магии. О мире, который изменился за пятьсот лет. О том, что Ксандер хотел бы увидеть завтра, он сказал, что хочет пройтись по городу, посмотреть на небоскрёбы, на машины, на людей. О том, как долго он сможет продержаться в человеческой форме.

– Час, – сказал он. – Может, полтора. Потом придётся вернуться в форму ящера, чтобы восстановить резерв.

– Значит, завтрашняя прогулка будет короткой.

– Значит, нам нужно использовать время с умом.

Он посмотрел на меня поверх бокала. В его янтарных глазах плясали искры, не только магические, но и что-то ещё. Что-то, от чего моё сердце снова забилось быстрее.

– И что ты хочешь сделать? – спросила я тихо.

– Для начала допить вино, – он сделал глоток. – А потом... я бы хотел снова тебя поцеловать. Если ты не против.

Я не была против.

*****

Позже, когда он снова стал маленьким и уснул на подушке, свернувшись клубком и обвив хвостом мою руку, я лежала без сна и смотрела в потолок.

Сегодня всё изменилось.

Я увидела его. По-настоящему. И он оказался не чудовищем, не монстром, не существом, от которого хочется бежать. Он оказался мужчиной. Красивым, странным, невыносимым, но мужчиной. С которым я хотела быть. С которым я хотела целоваться. С которым я, кажется, хотела гораздо большего, чем просто сеансы энергетической подпитки.

Я повернула голову и посмотрела на спящего дракона. Его чешуя тихо мерцала в темноте.

– Кажется, я влюбляюсь, – прошептала я.

Он не ответил. Но кончик его хвоста чуть крепче сжался вокруг моей руки.