Текст книги "Хозяйка Фамильяров (СИ)"

Автор книги: Тори Блэквуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 24. Даже у драконов есть бюрократия

Глава 24. Даже у драконов есть бюрократия

Возвращение домой оказалось странным.

Мы вошли в нашу квартиру под вечер, усталые, грязные, пропахшие дымом и магией. Ксандер едва держался на ногах. Всю дорогу от Чёрного Пика он провёл в форме ящера, человеческая отнимала слишком много энергии, а истинная была пока недоступна. Маленький, ослабевший, с потускневшей чешуёй, он сидел на моём плече, обвив хвостом шею, и молчал.

Я отперла дверь, переступила порог и замерла.

Всё было точно так же, как мы оставили. Книжные стопки на полу. Немытая кружка на столе. Плед, свёрнутый в кресле. Его «сокровищница» на книжной полке, заколка, скрепка, пуговица, монетка, крышка от газировки. Всё на своих местах. Словно не было ни Совета, ни Чёрного Пика, ни Архимага. Словно мы просто вышли за продуктами и вернулись.

Но мы не просто вышли за продуктами. Мы уничтожили древнее зло. Мы спасли магический мир. Мы чуть не погибли.

–Дом, – прошелестел голос Ксандера в моей голове.

– Дом, – согласилась я.

Я сняла его с плеча и уложила на подушку. Он свернулся клубком, обвив хвостом край одеяла. Его чешуя была тусклой, не серой, как в первые дни, но и не той сияющей индиго, к которой я привыкла. Глаза горели слабо, как догорающие угли.

– Ты как? – спросила я.

–Устал. Очень устал. Но живой, – он прикрыл глаза. —Благодаря тебе.

– Благодаря нам, – я села на кровать рядом с ним. – Ты сражался как лев. Точнее, как дракон.

–Львы жалкие создания по сравнению с драконами.

– Вот таким я тебя и люблю. Невыносимым.

Он тихо фыркнул, это был почти смех.

Я заварила чай. Села у окна с кружкой и смотрела, как за стеклом сгущаются сумерки. Первые спокойные сумерки за долгое время. Никто не угрожал нам. Никто не требовал отдать Ксандера. Никто не охотился за нашей связью. Архимаг мёртв. Вэллс исчез, то ли погиб под завалами Чёрного Пика, то ли сбежал, но уже не представлял угрозы. Совет Магов снял все обвинения.

Мы победили.

Я отпила чай. Он был горячим, с жасмином, как всегда. Но почему-то казался вкуснее, чем обычно. Может быть, потому что я пила его, зная, что завтра не будет битвы.

*****

Следующие несколько дней прошли как в тумане.

Ксандер восстанавливался. Медленно. Очень медленно. Почти всё время он проводил в форме ящера, спал на подушке, пил чай из блюдца, иногда выползал на подоконник, чтобы посмотреть на город. Его резерв наполнялся по капле. Я помогала как могла, через связь, через прикосновения, через те самые «сеансы», с которых всё началось. Но теперь это было иначе. Не уроки. Не процедура. Просто близость. Просто любовь.

Морганус заходил каждый день. Приносил новости из Академии, восстанавливающие зелья (которые Ксандер пил с отвращением, но пил) и свои бесконечные вопросы. Старый профессор был счастлив. Его глаза горели, не только гордостью за ученика, но и предвкушением. Он уже строил планы: совместные исследования, лекции, статьи в магических журналах. «Вы представляете, сколько мы сможем узнать? Драконья магия, связь источника и дракона, ритуал единения – это же революция в науке!» Ксандер отвечал ему что-то язвительное, но я видела: ему приятно. Он снова был нужен. Не как оружие. Не как последний ресурс. А как учёный. Как учитель. Как друг.

Элли забегала реже, у неё были свои экзамены, но каждый раз приносила что-нибудь вкусное. Однажды целый пирог с яблоками. В другой раз шоколадное печенье. «Для восстановления», – говорила она, подмигивая. И я была благодарна. За пирог. За поддержку. За то, что она была рядом, когда это было нужно.

А я... я просто была с Ксандером. Спала рядом с ним (он по-прежнему предпочитал спать на моей подушке, свернувшись клубком). Готовила ему чай. Читала вслух книги, когда ему становилось скучно. Мы говорили о прошлом, о будущем, о том, что будем делать, когда он полностью восстановится.

–Я хочу путешествовать, – сказал он однажды вечером. Мы сидели на кровати: я с книгой, он в форме ящера, на моём плече. —Показать тебе мир. Настоящий мир. Горы, где я родился. Озёра, над которыми я летал.

– Ты уже говорил, – я погладила его по голове. – Я согласна. Только давай сначала я защищу диплом.

–Диплом? – он фыркнул. —Ты спасла магический мир. Какой диплом?

– Обычный. По артефакторике. Я четыре года училась, я не собираюсь бросать.

–Ты удивительная, – он прикрыл глаза. —Спасаешь мир, а думаешь о дипломе.

– Я думаю о будущем. О нашем будущем. Ты преподаватель, я артефактор. Будем работать в Академии. Жить здесь. Иногда путешествовать.

–Звучит как план.

– Это план.

Он тихо замурлыкал, странный звук, похожий на кошачий, но с вибрацией, которая отдавалась во мне через связь. Я улыбнулась. Кажется, мы оба заслужили немного покоя.

*****

На пятый день после возвращения Ксандер впервые перекинулся в человеческую форму.

Это случилось утром. Я просыпалась и увидела его. Он стоял у окна, обнажённый, с крыльями, плотно прижатыми к спине, с хвостом, обвивающим ногу. Солнечный свет (редкий для ноября) падал на его лицо, на чешуйчатые татуировки, на волосы, которые он не заплетал, они свободно спадали на плечи.

– Ты перекинулся, – сказала я хриплым со сна голосом.

– Да, – он повернулся ко мне. – Резерв восстановился процентов на сорок. Достаточно, чтобы быть человеком несколько часов.

– Это хороший знак.

– Это отличный знак, – он подошёл к кровати и сел рядом. – Я хотел тебе кое-что сказать.

Я села, подобрав ноги. Сердце забилось быстрее.

– Что?

– Я думал о нашем будущем. О том, что мы будем делать. О связи крыла.

– Связь крыла?

– Я говорил тебе о ней. Это древний ритуал. Союз дракона и источника. Клятва, которая связывает навечно, – он взял мою руку. – Я хочу дать тебе эту клятву. Если ты согласна.

Я смотрела на него. На его серьёзное лицо. На его янтарные глаза, которые горели, теперь не голодом и не яростью, а чем-то другим. Чем-то тёплым. Чем-то, что было только для меня.

– А как же моя смертность? – тихо спросила я. – Ты готов связать себя с тем, кто проживёт всего пятьдесят-шестьдесят лет?

– Я уже ответил на этот вопрос. Я предпочту пятьдесят лет с тобой, чем вечность без тебя.

– Но...

– Никаких «но», – он приложил палец к моим губам. – Я знаю, на что иду. Я знаю, что однажды потеряю тебя. Но до этого дня я хочу быть с тобой. Полностью. Без остатка. Связь крыла – это не просто слова. Это клятва на крови и магии. Она сделает нас единым целым.

– Мы и так единое целое.

– Да. Но я хочу, чтобы это было официально, – он улыбнулся. – Даже у драконов есть бюрократия.

Я рассмеялась. Смех получился нервным, но искренним.

– Ты делаешь мне предложение?

– Да. Именно.

Я посмотрела на него. На его лицо, которое я знала так хорошо. На его руки, которые держали мои. На его крылья, которые чуть приподнялись за спиной, создавая полукруг.

– Да, – сказала я.

– Что?

– Да. Я согласна. Связь крыла. Клятва. Всё. Я хочу быть с тобой навсегда. Сколько бы «навсегда» ни продлилось.

Он выдохнул, словно всё это время не дышал. Потом наклонился и поцеловал меня. Медленно. Нежно. Его хвост обвил мою ногу. Его руки притянули меня ближе.

Когда мы оторвались друг от друга, я спросила:

– А как проводится этот ритуал?

– Это... – он замялся. – Это довольно интимно.

– Интимнее, чем наш ритуал в Чёрном Пике?

– Примерно так же. Только без Архимага.

– Значит, уже лучше.

Он рассмеялся и поцеловал меня снова. А потом мы занялись любовью, медленно, нежно, без спешки. Не ради ритуала. Не ради энергии. Просто потому, что мы оба этого хотели. Просто потому, что мы были живы. Просто потому, что мы были вместе.

И когда он заснул после, в человеческой форме, раскинув крылья на полкровати, я лежала рядом и смотрела на него. На его лицо, спокойное во сне. На его татуировки, которые тихо мерцали. На его хвост, который даже во сне обвивал мою лодыжку.

Я думала о том, как странно повернулась жизнь. Ещё два месяца назад я была одинокой студенткой с синдромом отличницы и страхом перед близостью. А теперь у меня есть дракон. Любимый дракон. Который делает мне предложение. Который готов связать со мной свою вечную жизнь, зная, что я смертна.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

Он не ответил, спал. Но его хвост чуть крепче сжался вокруг моей ноги.

И этого было достаточно.

Глава 25. Совет Магов

Глава 25. Совет Магов

Заседание Совета Магов, на котором нас с Ксандером должны были чествовать, назначили на понедельник.

Я никогда не любила понедельники. В студенческие годы они означали ранние подъёмы, невыученные конспекты и холодные аудитории. Но этот понедельник был особенным. Этот понедельник должен был стать днём нашего триумфа.

–Ты нервничаешь, – заметил Ксандер, когда я в четвёртый раз поправляла причёску перед зеркалом.

– Я не нервничаю. Я выбираю наряд.

–Ты перемерила уже три платья. Это называется «нервничать».

– Я хочу выглядеть достойно. Это Совет Магов. Там будут все: ректор, декан, профессора, члены Совета. Может, даже журналисты.

Ксандер спрыгнул с подоконника, где сидел в форме ящера, и перекинулся в человека. Подошёл ко мне сзади, положил руки на плечи. В зеркале отразились мы оба: он, высокий, с распущенными волосами, с чешуйчатыми татуировками на плечах, и я, маленькая, полная, в тёмно-синем платье и очках.

– Ты выглядишь как королева, – сказал он. – Как богиня. Как источник последнего дракона.

– Это комплимент?

– Это констатация факта.

Я улыбнулась и поправила очки.

– Тогда идём.

*****

Зал Совета был полон.

Те же каменные стены, те же высокие окна, тот же массивный стол в центре. Но атмосфера была другой. Праздничной. Торжественной. В прошлый раз нас обвиняли, теперь чествовали.

Элли помахала мне с заднего ряда. Морганус сидел в первом ряду, прямой, как палка, с выражением гордости на лице. За столом Совета пять магов. Председатель, седой маг с длинной бородой, поднялся и ударил посохом об пол.

– Сегодня мы собрались не для суда, а для чествования. Мисс Мира Вэнь, лорд Ксандриэль Игнис, прошу вас выйти вперёд.

Мы вышли. Ксандер в человеческой форме, в тёмном костюме с прорезями для крыльев и хвоста. Я в своём тёмно-синем платье, с заколкой в волосах и сердцем, колотящимся где-то в горле.

– Два месяца назад магический мир не подозревал, что драконы ещё существуют, – начал председатель. – Сегодня мы знаем: последний из рода Небесных Драконов жив. Более того, он спас нас всех от угрозы, о которой мы не подозревали. Архимаг уничтожен. Его крепость пала. И всё это стало возможным благодаря мужеству Ксандриэля Игниса и его источника Миры Вэнь. Совет Магов выражает им свою глубочайшую благодарность.

Зал взорвался аплодисментами.

– Однако у нас есть не только благодарности, – председатель поднял руку. – У нас есть предложение. Лорд Игнис, Совет хотел бы предложить вам должность декана обновлённой кафедры Драконологии.

Ксандер приподнял бровь.

– Кафедра Драконологии уже существует.

– Существовала, – поправил ректор. – Профессор Вэллс отстранён. Кафедра будет реорганизована. Мы не можем представить лучшего кандидата, чем вы.

– Вы предлагаете мне преподавать студентам, которые путают руны накопления с рунами рассеивания?

– Именно, – подтвердил Морганус. – Ваши знания бесценны.

Ксандер посмотрел на меня. Я чуть заметно кивнула. Он вздохнул.

– Хорошо. Но с одним условием. Мисс Вэнь получает звание магистра артефакторики без дополнительных экзаменов.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Зал загудел. Председатель переглянулся с членами Совета.

– Принимается. Мисс Вэнь, поздравляю вас со званием магистра.

Зал снова взорвался аплодисментами. Элли свистела. Морганус аплодировал стоя.

– Ты невозможен, – прошептала я.

–Я знаю, – ответил Ксандер мысленно.

*****

После официальной части началось то, чего я боялась больше всего.

Заседание Совета.

Да, нас уже наградили. Но Совет Магов – это бюрократическая машина. Они не могли просто вручить нам благодарность и отпустить. Нужно было обсудить детали. Реорганизацию кафедры. Учебный план. Распределение бюджета. Бесконечные вопросы, ответы, прения, голосования. Я сидела за длинным столом среди профессоров и членов Совета и чувствовала, как мой энтузиазм медленно угасает.

Ксандер сидел напротив. В человеческой форме. Он выглядел собранным и внимательным, обсуждал учебные часы, древние тексты, какие-то особые условия для драконьей магии. Но я знала его достаточно хорошо, чтобы заметить: он тоже устал. Кончик его хвоста под столом нервно подрагивал.

– Следующий вопрос, – бубнил председатель, – утверждение бюджета на новый учебный год...

Я подавила зевок. Заседание длилось уже два часа.

И тут я почувствовала прикосновение.

Что-то коснулось моей лодыжки. Я вздрогнула, но не подала виду. Опустила глаза под стол и увидела знакомый индиговый силуэт. Ксандер. В форме ящера. Он каким-то образом незаметно перекинулся под столом и теперь пробирался по моей ноге.

–Что ты делаешь?! – мысленно закричала я.

–Заседание скучное, – ответил он. —Я решил развлечься.

–Ты не можешь развлекаться на заседании Совета Магов!

–Уже могу.

Его когтистые лапки осторожно цеплялись за ткань моей юбки. Он поднимался всё выше, по голени, по колену, по бедру. Я судорожно сжала руки на столе. Лицо постаралась сохранить невозмутимым.

– Мисс Вэнь, – обратился ко мне декан, – как вы оцениваете перспективы применения драконьей магии в артефакторике?

– Очень... многообещающие, – выдавила я.

Ксандер добрался до края юбки и скользнул под неё.

Я чуть не подпрыгнула на стуле. Его чешуя была тёплой и гладкой, и она касалась самых чувствительных участков кожи на внутренней стороне бедра. Он двигался медленно, явно наслаждаясь эффектом.

–Что ты творишь?! – снова закричала я мысленно.

–Проверяю, насколько ты умеешь сохранять самообладание перед лицом Совета.

–Ты... ты...

–Расслабься. Никто не видит.

Я огляделась. Морганус обсуждал с ректором учебный план. Элли сидела далеко, на скамьях для зрителей. Профессора уткнулись в бумаги. Никто не смотрел на меня. Никто не замечал, что под столом творится безобразие.

А Ксандер тем временем добрался до кружевного края моих трусиков.

–Ты не посмеешь, – прошептала я мысленно.

–Посмею.

Его раздвоенный язык коснулся кожи, прямо там, где ткань трусиков уже стала влажной. Я закусила губу и вцепилась в подлокотники кресла.

– Мисс Вэнь, – председатель снова обратился ко мне, – вы согласны с предложенным распределением часов?

– Да, – ответила я голосом, который, надеюсь, звучал нормально. – Полностью согласна.

Ксандер тем временем отодвинул край трусиков в сторону. Его язык, раздвоенный, горячий, коснулся клитора. Я чуть не застонала вслух. Прикусила щёку изнутри. Почувствовала вкус крови.

–Тише, – прошептал он. —Никто не должен знать.

–Я тебя убью. После заседания. Собственноручно.

–Обещания, обещания...

Он продолжил. Медленно. Очень медленно. Его язык двигался по кругу, как он учил меня когда-то. Мои пальцы побелели на подлокотниках. Дыхание стало прерывистым. Я чувствовала, как жар разливается по телу, как соски твердеют под платьем, как влага собирается между ног.

– Мисс Вэнь, вам нехорошо? – спросил Морганус, наклоняясь ко мне.

– Нет-нет, всё в порядке, – быстро сказала я. – Просто душно.

– Открыть окно?

– Да, пожалуйста.

Пока Морганус отвлёкся на окно, Ксандер усилил напор. Его язык задвигался быстрее. Я закрыла глаза на секунду, пытаясь совладать с собой. Это было невозможно. Невозможно сидеть с невозмутимым лицом, когда под столом дракон вытворяет такое.

–Близка? – спросил он мысленно.

–Да, – выдохнула я.

–Тогда давай. Кончи для меня. Здесь. Сейчас. При всех.

И я кончила.

Оргазм накатил, тихий, скрытый, подавленный, но от этого не менее мощный. Я сжала бёдра, поймав голову Ксандера между ними, и замерла. Волна прошла по телу, быстро, остро, ослепительно. Я закашлялась, прикрывая рот рукой.

– Мисс Вэнь, вам точно нехорошо? – встревожился декан.

– Всё... в порядке, – просипела я. – Вода попала не в то горло.

Ксандер выскользнул из-под юбки. Я увидела краем глаза, как он перебирается под столом на свою сторону, маленький, индиговый, с горящими глазами. Через минуту он уже сидел на своём месте в человеческой форме, поправляя воротник костюма. Его лицо было невозмутимым. Но кончик хвоста под столом самодовольно подрагивал.

–Ты... – я даже не могла подобрать слов.

–Я знаю. Я великолепен.

–Ты чудовище.

–Дракон. Не путай.

Я залпом выпила стакан воды и постаралась сосредоточиться на заседании. Получалось плохо. Ноги всё ещё дрожали. Между бёдер было горячо и влажно. А Ксандер смотрел на меня через стол с выражением абсолютного, самодовольного торжества.

Я отомщу. Обязательно. Но позже.

*****

После заседания был приём. Шампанское, закуски, десерты. Я стояла у окна с бокалом и смотрела, как Ксандер общается с деканом и ректором. Он выглядел абсолютно спокойным, словно и не он только что довёл меня до оргазма под столом Совета Магов.

– Поздравляю, магистр Вэнь, – раздался голос за спиной. Элли.

– Спасибо.

– Ты какая-то красная. Всё в порядке?

– Да, – я отпила шампанского. – Просто душно.

Элли прищурилась, но ничего не сказала. Только улыбнулась уголками губ, кажется, она что-то подозревала.

Вечер клонился к концу. Гости расходились. Ксандер, утомлённый долгим днём, перекинулся в форму ящера и устроился у меня на плече. Мы попрощались с Морганусом, с Элли, с деканом и вышли из Академии.

Ночь была ясной и холодной. На небе звёзды.

–Ты злишься? – спросил Ксандер.

– Нет. Но я отомщу.

–Жду с нетерпением.

Я рассмеялась и погладила его по голове.

– Идём домой.

–Домой.

Глава 26. Дом

Глава 26. Дом

Прошло полгода.

Полгода с тех пор, как мы уничтожили Архимага. Полгода с тех пор, как Ксандер чуть не погиб, а я держала его на руках под дождём из пепла. Полгода с тех пор, как Совет Магов чествовал нас, а Ксандер, мой невыносимый, наглый, любимый дракон, довёл меня до оргазма прямо под столом во время заседания.

Я до сих пор не знаю, заметил ли кто-нибудь. Морганус пару раз странно на меня смотрел. Элли однажды спросила: «Что у тебя с лицом было в тот день?», но я отшутилась. Некоторые секреты должны оставаться секретами.

За полгода изменилось многое.

Кафедра Драконологии открылась в январе. Ксандер лично разработал учебный план, без дурацких монографий Вэллса, без устаревших теорий, без «драконоведения по костям». Настоящая драконология. Живая. От первого лица. Студенты записывались на его курс за месяц вперёд. Ещё бы: лекции читает последний дракон. Кто такое пропустит?

Я защитила диплом. Точнее, мне его зачли автоматически, но я всё равно написала работу. Из принципа. Четыре года учёбы не должны были пропасть даром. Мой дипломный проект, артефакт на основе драконьей энергии связи, получил высший балл. Морганус сказал, что это «революция в артефакторике». Я не была так уверена, но всё равно гордилась.

Мы переехали. Недалеко, всего на два квартала от старой квартиры. Новая была просторнее: две комнаты, большая кухня, окна на юг. И самое главное высокие потолки. Ксандер мог расправлять крылья, не задевая люстру. Для дракона это было важно.

Его «сокровищница» переехала с нами. Заколка, скрепка, пуговица, монетка, крышка от газировки всё это теперь хранилось на отдельной полке, в специальной шкатулке, которую я подарила ему на день пробуждения (мы решили отмечать эту дату как его второй день рождения). Он делал вид, что это пустяк, но я заметила, как часто он перебирает свои богатства.

Морганус стал деканом факультета теоретической магии. Элли защитила кандидатскую по зоомагии и теперь работала в Академии. Мы виделись почти каждый день, обедали вместе в профессорской столовой, обсуждали новости, смеялись. Жизнь вошла в колею. Спокойную. Тихую. Счастливую.

Но сегодня был особенный день.

Сегодня Ксандер читал свою первую лекцию.

–Я нервничаю, – сказал он утром, стоя перед зеркалом.

– Ты? Нервничаешь?

–Это моя первая лекция. Там будет сто студентов. Сто.

– Ты сражался с Архимагом.

–Там был один враг. Здесь сто. И все будут задавать вопросы.

Я рассмеялась и поправила ему воротник. Он был в человеческой форме, в тёмно-синем костюме с прорезями для крыльев, том самом, который Морганус заказал для него к Совету. Волосы собраны в низкий хвост. Чешуйчатые татуировки на предплечьях слабо мерцали. Он выглядел как профессор из аниме-фэнтези, и я знала, что половина студенток придёт на лекцию не ради драконологии.

– Ты справишься, – сказала я. – Ты Ксандриэль Игнис. Лорд Западного Пика. Повелитель Грозового Ущелья. Какие-то сто студентов для тебя ерунда.

–Ты правда так думаешь?

– Я знаю.

Он выдохнул и поцеловал меня в лоб.

–Тогда идём.

*****

Аудитория была заполнена до отказа.

Я сидела в первом ряду, Ксандер настоял. Сказал, что хочет видеть моё лицо. Элли сидела рядом. Морганус чуть поодаль, с блокнотом и самодовольным выражением лица. Декан, ректор, несколько профессоров все пришли посмотреть на исторический момент. Первая лекция последнего дракона.

Ксандер стоял у доски. Высокий, с расправленными крыльями (сегодня он их не прятал, пусть студенты сразу привыкают). Хвост обвивал ножку кафедры. Глаза горели янтарём. Он обвёл взглядом аудиторию и начал:

– Доброе утро. Меня зовут Ксандриэль Игнис. Я последний дракон. И сегодня я расскажу вам, почему всё, что вы знали о драконах, неправда.

В аудитории повисла тишина. Потом смех, аплодисменты, оживлённый шёпот. Ксандер чуть улыбнулся, той самой улыбкой, от которой у меня всё переворачивалось внутри, и продолжил.

Лекция была блестящей.

Он говорил о магии драконов, настоящей, не той, что описывали в учебниках Вэллса. О связи с источниками. О древних ритуалах. О небе. О звёздах. Студенты слушали, затаив дыхание. Даже Морганус перестал писать и просто смотрел, открыв рот.

А я смотрела на Ксандера и думала о том, как далеко мы прошли.

От мусорного проулка, где я подобрала умирающего ящера. От коробки с грелкой. От первого неловкого сеанса. От ссор, страхов, битв. До этого момента. До этой аудитории. До этой лекции.

Мой дракон стоял у доски и рассказывал людям о том, что считалось утерянным навсегда. Он вернул магию. Не только свою, магию вообще. Показал, что легенды могут быть реальными. Что даже последний представитель вымирающего вида может найти новую жизнь.

Он поймал мой взгляд и чуть улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.

После лекции аплодисменты. Долгие. Оглушительные. Студенты встали. Кто-то даже свистел. Ксандер стоял у доски, чуть смущённый (хотя ни за что бы в этом не признался), и принимал овации. Элли хлопала меня по плечу. Морганус вытирал глаза платком.

– Он справился, – сказала я.

– Ещё как, – ответила Элли.

Когда аудитория опустела, я подошла к кафедре. Ксандер всё ещё стоял там, собирая какие-то бумаги.

– Профессор Игнис, – сказала я, – можно автограф?

Он поднял глаза и улыбнулся.

– Только если ты поужинаешь со мной.

– Договорились.

*****

Вечером мы сидели дома. Пили чай. Смотрели, как за окном сгущаются сумерки. Завтра у Ксандера была ещё одна лекция, у меня работа в лаборатории. Обычный вечер. Обычная жизнь.

Но она была нашей.

–Знаешь, – сказал Ксандер, обвивая хвостом мою лодыжку, —я думал, что после победы над Архимагом всё станет... скучно. Что без врагов, без битв, без опасностей жизнь потеряет смысл.

– И как?

–Оказалось, наоборот, – он посмотрел на меня. —Смысл не в битвах. Смысл в том, ради чего ты сражаешься.

Я погладила его по голове. Он прикрыл глаза и чуть подался навстречу прикосновению.

– Мы сражались ради этого, – сказала я. – Ради тихих вечеров. Ради чая с жасмином. Ради лекций и дипломов. Ради жизни.

–Ради нас.

– Да. Ради нас.

Он перекинулся в человеческую форму и притянул меня к себе. Мы сидели в обнимку на диване, и за окном зажигались огни города. Где-то далеко, на севере, лежали руины Чёрного Пика. Где-то в архивах хранились свитки с описанием нашей битвы. Но здесь, в нашей квартире, мы были просто Мирой и Ксандером. Источником и драконом. Мужчиной и женщиной, которые нашли друг друга в мире, где никто не верил в чудеса.

– Я люблю тебя, – сказала я.

– Я люблю тебя, – ответил он.

И это было всё, что имело значение.

*****

Год спустя

Ксандер

Я стоял у доски в аудитории номер три и готовился к лекции.

Год. Прошёл целый год с тех пор, как я впервые вошёл в эту аудиторию и сказал сотне студентов, что всё, что они знали о драконах, неправда. Теперь здесь сидели новые лица. Второй поток. Драконология стала одним из самых популярных курсов в Академии.

Я поправил бумаги на кафедре. Мои заметки были аккуратно разложены по порядку. Хвост привычно обвил ножку кафедры. Крылья были расслаблены, сегодня я собирался показывать демонстрацию полёта на следующей паре, и нужно было беречь силы.

Аудитория постепенно заполнялась. Студенты рассаживались, доставали конспекты, перешёптывались. Я скользнул взглядом по рядам и нашёл её.

Мира сидела в первом ряду.

Она всегда сидела в первом ряду. На каждой моей лекции. Даже когда у неё была своя работа в лаборатории. Даже когда она уставала после бессонной ночи (мы работали над совместным проектом, артефактом, усиливающим связь источника и дракона). Она приходила, садилась на своё место и смотрела на меня своими тёмными глазами. И от этого взгляда я до сих пор чувствовал себя так, словно у меня вырастали крылья. Настоящие, не те, что за спиной.

Сегодня она была в новом платье, тёмно-зелёном, с серебряной вышивкой. Волосы собраны в пучок, но несколько прядей, как всегда, выбились. Очки чуть сползли на нос. Она поправила их привычным жестом и улыбнулась мне.

Я улыбнулся в ответ.

– Доброе утро, – начал я, и мой голос разнёсся по аудитории. – Меня зовут Ксандриэль Игнис. Я последний дракон. И сегодня я расскажу вам о том, как драконья магия взаимодействует с человеческой через связь источника. Но сначала...

Я сделал паузу. Студенты замерли.

– Сначала я хочу сказать вам кое-что важное. Год назад я стоял в этой же аудитории и думал, что моя жизнь кончена. Что я последний. Что мой род умер. Что я остался один в мире, который не помнит драконов, – я посмотрел на Миру. – А потом одна студентка подобрала меня в мусорном проулке.

По аудитории пробежал смех. Эту историю знали уже все, Морганус позаботился.

– Она приняла меня за сбежавший эксперимент с кафедры Химерологии. Посадила в коробку с грелкой. Напоила чаем. И спасла мне жизнь, – я обвёл взглядом студентов. – С тех пор я понял: дело не в том, последний ты или нет. Дело в том, кого ты найдёшь на своём пути. И что ты готов для них сделать.

В аудитории было тихо. Мира улыбалась, и в её глазах блестели слёзы.

– А теперь, – сказал я, возвращаясь к кафедре, – откройте конспекты. Лекция первая. Драконья магия: основы энергетического обмена.

Студенты зашуршали страницами. Я начал лекцию. Хвост привычно обвил ножку кафедры. Крылья чуть расправились за спиной. Солнечный свет лился сквозь высокие окна.

И в этом свете, в этой аудитории, в этом городе, который стал моим домом, я был счастлив. По-настоящему. Впервые за две тысячи лет.

*****

После лекции мы шли домой через парк. Весна только начиналась, на деревьях набухали почки, в воздухе пахло сырой землёй и чем-то сладким. Мира держала меня под руку. Я был в человеческой форме, после лекций я всегда оставался человеком, чтобы мы могли гулять вот так, вместе.

– Знаешь, – сказала она, – когда я слушаю твои лекции, я каждый раз думаю: как же мне повезло.

– Ты о чём?

– О том, что я пошла тем вечером через проулок за лабораторным корпусом. Что я услышала воронов. Что я не прошла мимо.

– Это не везение, – я покачал головой. – Это судьба.

– Ты веришь в судьбу?

– Я верю в тебя.

Она улыбнулась и прижалась к моему плечу. Мы шли по аллее, и встречные студенты оборачивались нам вслед. Ещё бы: декан кафедры Драконологии и его источник, магистр артефакторики, идут под ручку, как обычная пара. Мы давно привыкли к вниманию. Оно больше не смущало.

*****

Дома нас ждал чай. Зелёный, с жасмином. Я заварил его сам, за год я наконец научился делать это правильно. Мы сидели на диване, и я смотрел на Миру. На её мягкие щёки. На сползшие на нос очки. На ямочку на подбородке. На её руки, которые держали кружку.

Она поймала мой взгляд.

– Что?

– Ничего. Просто смотрю.

– На что?

– На дом.

Она моргнула.

– Дом это квартира.

– Нет, – я покачал головой. – Дом это не место. Дом это человек. Ты мой дом, Мира Вэнь.

Она поставила кружку и обняла меня. Я обнял её в ответ. Крылья сомкнулись вокруг нас, отгораживая от мира. Хвост обвил её ногу. Мы сидели в тишине, и где-то за окном пели птицы.

Год назад я был последним драконом. Одиноким. Умирающим. Всеми забытым.

Теперь я был последним драконом, у которого есть источник. Пара. Любовь. Дом.

И это было всё, что имело значение.