Текст книги "Безвозвратно (ЛП)"
Автор книги: Тиффани А. Сноу
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)
– Беги! – заорал Марк, толкнув меня вперед. Мне не нужно было говорить дважды – я кинулась вниз по аллее, и Марк последовал за мной. Я слышала, как дверь забегаловки открылась, с грохотом ударившись о кирпичную стену, но не стала оглядываться и только удвоила скорость, чувствуя, как легкие горели огнем, а ноги летели по асфальту.
Послышался выстрел, и я, вскрикнув, нырнула за угол, прижатая телом Марка к стене.
– Кэтлин! – его дыхание было резким и сбивчивым. – Возьми это, – он сунул мне в руки рюкзак. – Мы разделимся. Это я им нужен. Мы будем с тобой на связи. Теперь беги!
– Что?! – мой голос чуть не сорвался на всхлип. – Я не оставлю тебя! – Мои глаза жгло от слез, и я лихорадочно их сморгнула. Я не собиралась его оставлять. С неожиданной силой он оттолкнул меня прочь.
– Беги! – бросил Марк, и прежде чем я успела воспротивиться, он развернулся и помчался в противоположную сторону. На мгновение я замерла на месте, пытаясь заставить себя двигаться, но уже через пару секунд со всех ног рванулась вниз по улице, перекинув рюкзак через плечо.
То, что через пару метров я увидела в конце аллеи, заставило меня резко остановиться. Там стоял он. Незнакомец в черном. Он смотрел на меня, направляя в мою сторону револьвер.
Ладно. Это, однозначно, разочаровывало, но я решительно отказывалась думать об этом сейчас. На это еще будет время. Если будет.
Инстинктивно я развернулась, словно в замедленной съемке, и побежала в обратном направлении. Но уже через несколько метров снова застыла на месте, потому что тот тип, который гнался за мной и Марком по кафе, появился на другом конце улицы, а это значило, что я оказалась в ловушке.
Мой взгляд загнанно метался по сторонам, пока я лихорадочно пыталась понять, что делать дальше. Слева находилась какая-то обшарпанная дверь, и я, не теряя ни секунды, рванулась к ней, мысленно молясь, чтобы она оказалась не запертой. Бог, наверное, почувствовал ко мне сострадание, потому что – чудо из чудес – ручка повернулась в моей руке, и я ввалилась в помещение как раз в тот момент, когда что-то очень похожее на пулю со свистом отскочило от кирпичной стены. Задыхаясь, я судорожно задвинула за собой дверной засов.
По всей видимости, мне посчастливилось оказаться на заброшенном складе, потому что повсюду валялись пустые коробки, и мое прерывистое дыхание сотрясало гробовую тишину, пока я лихорадочно оглядывалась по сторонам в поисках чего-нибудь похожего на оружие. Мое внимание привлек покосившийся деревянный стул, и я кинулась к нему.
Схватившись за одну из ножек, я попыталась ее отломить, но хотя это казалось сравнительно несложным, когда происходило в фильмах, даже несмотря на всю свою расшатанность, стул отказывался поддаваться моим попыткам его разломать. Выдохнув несколько хлестких слов, я замерла на месте, услышав позади себя скрежет, заставивший мое дыхание застыть в легких.
Схватив все еще целостный стул и углубившись в тень пыльного склада, я занесла табурет над головой. Как раз в этот момент дверь с грохотом распахнулась, и я услышала приближавшиеся шаги. Выждав подходящий момент, я сделала глубокий вдох и, зажмурившись, с размаху опустила стул вниз.
– Ого! Вот черт!.. Остановись, Кэтлин!
Мое имя, произнесенное вслух, заставило меня вздрогнуть, и я, уронив табурет, бросилась к мерцавшему свету. Это был тот самый незнакомец в черном. Я сбила стулом его с ног, и теперь он потирал затылок, потеряв во время падения оружие, которое я тут же подобрала, снова вернувшись на безопасное расстояние.
Сев, он поднял на меня взгляд.
Оружие в моей руке казалось чем-то крайне странным и тяжелым. Я не стреляла с тех пор, как умер отец, но, чтобы там ни было, мне удалось направить револьвер на своего преследователя твердой рукой.
– Откуда тебе известно мое имя? – потребовала я повышенным голосом. – И почему ты меня преследуешь?
– Я не преследую тебя, – спокойно возразил он. Слишком спокойно (если спросите меня) для того, на кого был нацелен револьвер. – Я пытаюсь тебе помочь. – Он поднялся на ноги, и я отступила назад, глядя на него настороженно.
– У тебя крайне забавный способ демонстрировать свою помощь. – Даже для моих собственных ушей это прозвучало стервозно, но мне казалось, что я имела на это полное право. – Почему я должна тебе верить? И ты все еще не сказал мне, откуда тебе известно мое имя.
Угол его рта дернулся вверх, и мне пришлось проигнорировать то, как сжался в ответ мой желудок. Ни один мужчина не имел права выглядеть так хорошо после того, как его оглушили по голове.
– Скажем так… я посчитал для себя обязательным выяснить твое имя после инцидента в суде.
Ох. Ладно, в этом была определенная логика. Я в смятении почувствовала, как вспыхнули мои щеки от осознания, что он мной интересовался.
– Кто ты такой?
– Тебя, похоже, тянет на неприятности, – произнес он, игнорируя мой вопрос. – Сначала псих в суде, потом шпионаж за Младшим… – он закатил глаза, когда сказал «Младший», из чего я сделала вывод, что он был невысокого мнения о Джеймсе. – А сегодня тебя преследует вооруженный тип…
Ладно, когда он представил все это в подобном свете, это казалось, действительно, крайне странным. И это притом, что он не знал о Шейле.
– Моя жизнь, обычно, не такая, – запротестовала я, запоздало сообразив, что пыталась зачем-то оправдаться перед человеком, который даже не хотел назвать своего имени.
– Кто ты такой? – потребовала я снова, используя револьвер для акцентирования вопроса. Его ровный взгляд остановился на мне, и на какой-то момент я подумала, что он не собирался мне отвечать.
– Деннон, – произнес, наконец, он. – Кейд Деннон. Теперь, почему бы тебе не рассказать мне, из-за чего ты здесь?
– Я здесь, потому что меня преследовал вооруженный псих, – с издевкой произнесла я, намеренно умолчав о Марке.
Взгляд, которым смерил меня Деннон, говорил о том, что он не поверил мне ни на секунду, но я решительно поджала губы, отказываясь поддаваться давлению, и при этом совершенно не заметила, как он переместился ближе и за считанные секунды вывернул револьвер из моей руки. С моих губ сорвался вопль ужаса, и я отшатнулась в сторону.
– Пойдем отсюда, – бросил он, засунув револьвер за пояс и взяв меня за руку. Его самоуправство совершенно меня не устраивало, в особенности после того, как ему так легко удалось меня обезоружить.
– Я в состоянии передвигаться самостоятельно, – выдернув руку, проинформировала я отрывисто, совершенно не доверяя ему, даже, несмотря на то, что он утверждал, будто пытался мне помочь. Мы подошли к центральному выходу, который оказался таким же заброшенным, как и служебный.
– Что случилось с тем типом? – спросила я, испытывая опасения, что он был убит. Кейд, видимо, прочитал мои мысли.
– Жив, – сухо ответил он, не вдаваясь в детали. Открыв дверь, мы вышли на улицу, и меня странным образом поразило, насколько все вокруг выглядело совершенно обычным. Еще несколько минут назад у меня кровь закипала в жилах, и я бежала, чтобы спасти свою жизнь, и после всего этого… солнце светило все также ярко, прохожие спешили по своим повседневным делам, и только я, казалось, вышла из сумеречной зоны.
– Позволь помочь тебе, – произнес Кейд, потянувшись за рюкзаком Марка, который все еще висел у меня за плечом. Я тут же отступила назад за пределы его досягаемости.
– Нет, спасибо. Все в порядке. – Наши глаза встретились, и в этот момент я поняла, что ему нужно было то, что находилось в этом рюкзаке. Он, должно быть, видел, как Марк передавал мне рюкзак, и это значило, что Кейд лгал мне. Я снова почувствовала страх, сковывавший мою грудь. Я бы предпочла, чтобы меня преследовали. По крайней мере, тогда бы я точно знала, кто на чьей стороне. Кейд же пытался внушить мне доверие, и это меня пугало. Развернувшись, я направилась в сторону суда, но он тут же сравнялся со мной, и его рука на этот раз сжала мою так, что у меня не оставалось никаких шансов освободиться.
Я не знала, что делать. Он был вооружен. Это, по сути, кардинально ограничивало все мои возможности. В паническом настроении я пыталась понять, в какую аферу мог влипнуть Марк, и почему ему так обязательно было утащить за собой меня.
Когда мы приблизились к зданию суда, с нами сравнялась многочисленная группа подростков, идущих на экскурсию. Их было не меньше сотни, и они в считанные минуты заполнили всю улицу.
Именно в этот момент меня осенила идея, и я резко остановилась на своем пути. Кейд тут же застыл рядом со мной, вопросительно взглянув в мою сторону, и я, не теряя ни секунды, начала кричать самым громким и восторженным голосом, на который была способна:
– О, мой Бог! Это же тот самый парень с ТВ! – Чтобы закрепить созданное впечатление, я вдохновенно заверещала, указывая на Деннона пальцем.
Эффект был моментальным. Ближайшая ко мне девочка тут же обернулась и, основательно взглянув на Кейда, тоже начала кричать. Волна тел, словно по команде, хлынула в нашем направлении, и я увидела, как на лице Кейда промелькнуло выражение ужаса, когда он оказался окруженным толпой школьниц. Он больше не мог удерживать мою руку, потому что девочки ринулись между нами, и я, тут же воспользовавшись ситуацией, скользнула в толпу.
На ходу сориентировавшись, я протолкнулась к дверям суда и, оглянувшись через плечо, увидела, как все камеры и сотовые телефоны были направлены в сторону Кейда. Он поднял голову, и наши взгляды столкнулись.
Выражение его лица не было счастливым. Совсем.
По сути, если быть точной, Деннон выглядел разъяренным. Тем не менее, он кивнул мне, словно признавал, что был мною обыгран, и я поняла, что видела его далеко не в последний раз.
Глава шестая
Я поспешила через здание суда к тому крылу, у которого припарковала машину. Проходя через охрану, я вдруг подумала, что Ханк мог мне помочь, поэтому, найдя его взглядом среди толпы, направилась прямиком к нему.
– Ханк, у тебя есть свободная минутка? – окликнула его я, и он, удивленно оглянувшись, широко улыбнулся.
– Для тебя, Кэтлин? Ну, еще бы, – он дал знак другому секьюрити, чтобы тот занял его место, и последовал за мной в менее людную часть фойе.
– Чем я могу тебе помочь? – осведомился он заинтересованно.
Я надеялась, что Ханк, знавший на регулярной основе всех, кто проходил через двери суда, мог быть в курсе относительно Кейда.
– Я тут подумала, возможно… ты знаешь одного человека. Его зовут Кейд Деннон. Когда – нибудь слышал о таком?
Улыбка Ханка померкла.
– Почему ты о нем спрашиваешь, Кэтлин? – Его брови хмуро сошлись на переносице.
– Я… случайно с ним пересеклась, это все, – уклончиво ответила я. – Он показался мне… необычным. – А еще сексуальным и опасным, но этого я, разумеется, не добавила.
Губы Ханка поджались в неодобрении, и мне показалось, что он видел меня насквозь.
– Тебе вряд ли стоит «пересекаться» с Денноном, Кэтлин, – произнес он, и его тон был угрюмым, как никогда. – Если, конечно, не хочешь неприятностей.
Да уж. Как будто об этом я не догадывалась самостоятельно.
– Что ты имеешь в виду? – продолжала настаивать я. Детали, Ханк, пожалуйста, детали.
– Он хорошо известен в определенных кругах, – неохотно произнес Ханк, и в его голосе слышалось отвращение, которое совершенно точно не было адресовано мне. – Наёмник, который находится вне досягаемости закона и работает на тех, кто хорошо платит за то, чтобы работа была сделана.
Я сразу же подумала о жутком Джимми, работавшем на братьев Сантини.
– Ты имеешь в виду, как Джимми Сильвер?
У Ханка вырвался гавкающий смех, и он покачал головой:
– Джимми – любитель по сравнению с Денноном, – голос Ханка понизился до едва слышного. – Джимми посылают, когда нужно кого-то предупредить. Кейда – когда нужно, чтобы кто-то просто исчез.
Мне совершенно не нравилось, как все это звучало.
– То есть, он тоже работает на братьев Сантини? – Почему-то мне казалось это сомнительным. Ханк снова покачал головой.
– Он работает на самого себя. Братья Сантини, вероятно, могут его нанять, но он не работает на них. – На этом Ханк мрачно вздохнул: – Я тебе все это говорю только для того, чтобы ты имела представление, с кем имеешь дело. Для твоего же блага, Кэтлин, давай сделаем вид, что этого разговора не было, и ты никогда не знала этого человека.
– Ладно… возможно, именно так и следует сделать, – выдохнула я, поморщившись. – Спасибо за информацию, Ханк. – Время шло, и мне, однозначно, хотелось убраться из здания суда до того, как Кейд успеет освободиться от толпы подростков. – Еще увидимся, – помахала ему рукой я, и Ханк кивнул, провожая меня тревожным взглядом.
Вторая половина дня прошла без каких-либо событий. Я вернулась в офис и спокойно закончила рабочий день, пытаясь безуспешно игнорировать «два слона в посудной лавке»: цветы от Блейна и рюкзак Марка. Мне не хотелось бы говорить, что я намеренно уклонялась от разговора с Блейном, но… для одного дня стресса для меня и так было более чем достаточно. Не говоря уже о том, что мне пришлось забрать корзину цветов домой, чтобы избежать вопросов со стороны интересующихся коллег.
Вечером меня ожидала очередная смена в «Дроп» и, честно говоря, я была рада отвлечься. Вернувшись домой, я переоделась в униформу, заплела волосы в тугую французскую косу и, прихватив рюкзак Марка с собой, чтобы закрыть его в багажнике, поспешила к выходу. После того, как из квартиры исчез сотовый Шейлы, мне больше не хотелось рисковать, оставляя здесь что-то важное.
Замыкая квартиру, я заметила на улице грузовик. По всей видимости, кто-то заселялся в квартиру Шейлы, что стало для меня полнейшей неожиданностью, и я сглотнула ком горечи. По пути к машине мне встретилась хрупкая девушка, несущая коробки вверх по лестнице. Одетая во все черное, она была примерно моего роста, и ее волосы цвета вороньего крыла рваными локонами падали на плечи, при чем одна из длинных прядей была выкрашена в кричащий красный. Хмм. Если можно было основываться только на внешности, то я сомневалась, что мы когда-нибудь могли бы стать подругами.
В любом случае, я, конечно, познакомилась бы с ней, раз уж нам предстояло жить по соседству, но так как времени у меня почти не оставалось, я поспешно села за руль и направилась в центр города.
Этим вечером мне предстояло работать за барной стойкой одной, потому что по средам в заведении было не очень людно. В качестве официанток мне ассистировали Тиш и Джилл, и так как Ромео планировал закатить настоящую вечеринку в честь Хэллоуина, выпадавшего в этом году на пятницу, нам пришлось все свободное время в течение смены потратить на декорирование интерьера. Если честно, я была рада, что следующая смена выпадала именно на Хэллоуин, потому что, обычно, чаевые на этом мероприятии никогда не разочаровывали.
– Итак… кем ты будешь в пятницу, Кэтлин? – спросила меня Тиш, когда мы натягивали очередную гирлянду в виде светящихся тыкв над центральными окнами. Вопрос удивил меня, потому что до этого момента я не подозревала, что нам нужно было в кого-то наряжаться.
– Мы должны будем работать… в костюмах?
Тиш, подмигнув, кивнула.
– Ромео думает, что это привлечет больше посетителей. Причем он настоятельно порекомендовал всем девушкам привнести эротизм в свои наряды. – Она закатила глаза, и я с ней в этом была полностью солидарна, потому что сомневалась, чтобы шеф «порекомендовал» Скотту «привнести эротизм» в егонаряд.
– Даже не знаю насчет костюма, – призналась я честно. – А кем будешь ты?
На этом Тиш просияла так, как будто очень ждала этого вопроса.
– Ну, – с энтузиазмом протянула она, – на самом деле, у меня есть кое-какая идея. У тебя ведь получается потрясающая Бритни Спирс, верно? – Ладно, не судите меня строго, но я действительно любила Бритни. Не все из нас могут быть фанатами Паваротти, так ведь? Еще в школе я обнаружила, что могла неплохо эмитировать Бритни, и как-то в одну из ночей в «Дроп» я подпела нескольким ее композициям. С тех самых пор все здесь знали об этом моем маленьком таланте.
– Да, – медленно кивнула я, пытаясь понять, куда она клонила, потому что подозревала, что мне это вряд ли понравится.
– Я подумала, было бы потрясающе, если бы ты была Бритни, а я… Мадонной! Я уже переговорила с Джилл, и она будет нашей Кристиной, а из Дидре выйдет приличная Бейонсе. Что скажешь?
К этому моменту я уже перестала натягивать гирлянду, и мой рот открылся, но я не знала, что сказать.
– Ты ведь несерьезно, – наконец, произнесла я, покачав головой. – Я не смогу это вытянуть.
Тиш тут же отмахнулась, поведя плечами.
– Разумеется, сможешь! У меня уже даже есть костюм для тебя. – Когда я все еще продолжала на нее смотреть, она пояснила, пожав плечами: – Несколько лет назад я изображала Бритни на одной вечеринке. Костюм в раздевалке. Я отдам его тебе в конце смены.
Судя по ее тону, я поняла, что не было никаких вариантов даже пытаться ее от этого отговаривать. Тиш, конечно, была милой девушкой, но если ей чего-то хотелось, она превращалась в настоящего бульдога. У меня было дурное предчувствие по поводу этой затеи, но, возможно, все могло обернуться не так уж и плохо. В конце концов, я не одевалась в костюм на Хэллоуин уже целую вечность.
– Хорошо, – согласилась я неохотно. – Но предупреждаю, целоваться с тобой я не стану.
Она рассмеялась, и я наградила ее кислой гримасой, прежде чем направиться в кладовку за очередной коробкой черно-оранжевых свечей, которые должны были декорировать центр столов.
К тому моменту, когда мы закончили с украшением, мое настроение значительно улучшилось, потому что я была неисправимой любительницей праздников. Причем, любых праздников, начиная от «Блинного дня» и заканчивая «Днем Флага».
Посетителей, как и следовало ожидать, было немного, и все они успели разойтись до конца смены, что всегда было хорошо, потому что у нас оставалось время перед уходом подготовить бар к следующему дню.
Я как раз завершала натирать последние стаканы, когда Тиш поставила передо мной на барную стойку бумажный пакет.
– Не забудь про косы, – напомнила она, улыбаясь, и я, не сдержавшись, закатила глаза.
– Уже уходишь?
Она кивнула:
– Да, если только ты не хочешь, чтобы я тебя подождала.
– Нет-нет, – поспешно покачала головой я. – Все в порядке. Я уже тоже заканчиваю.
Бар располагался в достаточно респектабельном квартале, и я припарковалась на ближайшей стоянке, поэтому не было смысла задерживать Тиш.
Уже пятнадцать минут спустя, я, балансируя с бумажным пакетом и сумочкой в руках, закрыла бар и, спустившись со ступеней, резко застыла на месте, потому что увидела стоявшего в тени мужчину. Страх волной прокатился по моему позвоночнику, прежде чем я поняла, что силуэт был знакомым.
Блейн.
Он стоял, прислонившись к припаркованной вдоль бордюра машине, одетый в демократичную кожаную куртку, темный свитер, джинсы и достаточно массивные черные ботинки. Его руки были скрещены на груди, а его взгляд не отрывался от меня.
– Если бы ты перестал пугать меня до полусмерти всякий раз, когда появляешься, я была бы тебе крайне благодарна, – бросила я сухо, подозревая, что он делал это намеренно.
– Ты получила цветы? – поинтересовался он, игнорируя мой выговор, и я сразу же почувствовала вину за то, что не поблагодарила его за цветы, которые, вероятно, стоили ему небольшого состояния.
Для моей матери цветы всегда были роскошью, и хотя она постоянно высказывала отцу по поводу того, что букеты были слишком дорогим удовольствием, в глубине души она любила цветы, и ее особое к ним отношение, в конечном итоге, привилось и мне.
– Получила, – кивнула я скованно. – Спасибо. Они очень красивые. – Я сделала шаг назад для того, чтобы проложить между нами безопасную дистанцию.
Его губы дрогнули, сдерживая улыбку.
– Это так тяготит тебя, просто быть мне благодарной? – поинтересовался он, и я поспешно покачала головой.
– Конечно, нет, – солгала я, и мои щеки вспыхнули от неловкости из-за того, что он мог подумать, будто я дурно воспитана. – Просто, мне не совсем понятно, зачем ты мне их подарил, вот и все.
Он оттолкнулся от машины и через пару шагов стоял слишком близко для того, чтобы мое сердцебиение оставалось комфортным. Я инстинктивно отступила назад, уперевшись поясницей в перила, в то время как Блейн продолжал приближаться до тех пор, пока мне не пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его.
Тусклый свет от фонарного столба за его спиной бросал блики на его лицо, и он стоял достаточно близко, чтобы я чувствовала едва уловимый терпкий запах его парфюма.
– Как прошло твое свидание? – мягко спросил он, и его рука, потянувшись к моим волосам, заплетенным в косу, лениво стянула резинку. У меня перехватило дыхание, и хотя я слышала, что он о чем-то спросил, мне было крайне трудно сосредоточиться. В конечном итоге, его вопрос достиг моего сознания.
– Хорошо… все прошло хорошо, – выпалила я, пытаясь безрезультатно разглядеть в темноте его лицо, в то время как его пальцы продолжали методично расплетать мои волосы.
– Звучит впечатляюще, – сухо заметил он, и я пожалела, что не подготовила для него более продуманную версию.
К этому моменту он уже полностью расплел мои волосы и теперь пропускал волнистые локоны между пальцев. Мне всегда нравилось, когда касались моих волос, и если добавить к этому чувственность и врожденную харизму Блейна, то, признаться, я чувствовала себя так, словно вот – вот превращусь в желейную лужицу на асфальте.
– Чт… что ты делаешь? – выдохнула я, запинаясь.
– Касаюсь тебя, – ответил он едва слышно, и мне показалось, что мое сердцебиение утроилось. Всего два слова породили в моем сознании образы, которые не имели права на существование. Я усиленно пыталась вспомнить, почему должна была держаться от него подальше, но у меня не слишком получалось.
– Остановись, – выдохнула я, наконец, но этот протест прозвучал как-то совсем жалко. В действительности, я даже удивилась, что он не рассмеялся надо мной после этого.
– Ты хочешь, чтобы я остановился? – спросил он сипло, и по моему телу пронеслась предательская дрожь. Я не могла думать, когда он находился так близко, с его пальцами в моих волосах и его рукой поверх моего бедра. Поэтому я выпалила первое, что пришло мне в голову, чтобы снова восстановить свою оборону.
– Ты выяснил что-нибудь по поводу тех номеров… из сотового Шейлы?
Его рука застыла в моих волосах.
– Я знаю, что это ты забрал телефон, – настаивала я. – Это, кстати, было низко с твоей стороны, знаешь?
– Почему ты решила, что это я его забрал? – спросил он, и на этот раз в его голосе слышалась резкость, заставившая меня содрогнуться в нехорошем смысле этого слова. Я запоздало осознала, что находилась в крайне уязвимом положении. Блейн притупил мою настороженность, и теперь мне оставалось пенять только на саму себя за свою типичную легковерность.
– Я не знаю… то есть, ты мог быть тем, кто это сделал, но, возможно, это не так… – пыталась оправдаться я. – Полагаю, кто-угодно мог пробраться в квартиру и забрать сотовый. В конце концов, что я вообще знаю?
Понимая, что нервозно тараторила, я заставила себя замолчать. После нескольких секунд, он ответил:
– Ты права, это я взял телефон.
Какая-то часть моего сознания восторжествовала, потому что мой инстинкт меня не подвел; но другая часть, более адекватная и реалистичная, понимала, что я только что поставила сама себя в крайне уязвимую ситуацию. Предупреждение Марка о том, что не стоило доверять ни фирме, ни Блейну эхом пронеслось у меня в голове, и теперь, когда мы с ним стояли одни на улице поздно ночью, я очень хорошо вспомнила его руку на моем горле. Боже, какой я все-таки была идиоткой.
Пальцы Блейна снова продолжили перебирать мои волосы, и я инстинктивно отпрянула назад. Теперь тень на его лице казалась не таинственной, а угрожающей. Дрожь пробежала по моей спине, и он, должно быть, почувствовал это тоже, потому что его ладонь переместилась к моему затылку, и его пальцы, захватив горсть моих волос, заставили меня поднять на него взгляд.
– Я не хочу тебе навредить, – жестким тоном произнес он. – Я забрал сотовый только для того, чтобы защитить тебя, Кэтлин. – Должно быть, я выглядела не слишком убежденной, потому что он продолжил: – Люди, убившие твою соседку… они не станут думать дважды, чтобы сделать то же самое с тобой.
Его слова вызвали у меня много вопросов, но один из них выделялся на фоне остальных особенно сильно.
– Ты знаешь, кто убил Шейлу? – Я всматривалась в его лицо в надежде, что смогу определить, лгал он мне или нет.
К моему разочарованию, Блейн покачал головой.
– Держись от всего этого подальше, Кэтлин, – произнес он в приказном тоне. – Или закончишь так же.
Мой темперамент снова полыхнул.
– Это угроза? – вскинулась я, и мои глаза сузились со злостью, потому что его игры начинали утомлять. Мне нужно было знать, кто приходился мне другом, и (что наиболее важно) кто был моим врагом.
Рука Блейна сильнее зажала мои волосы и потянула назад, заставив меня ахнуть. Обхватив мою талию, он притягивал меня к себе до тех пор, пока я не оказалась полностью прижатой к его телу.
Уронив бумажный пакет из рук, я попыталась ладонями упереться в его грудь, но мне не удалось этого сделать. Лицо Блейна склонилось в сантиметре от моего, и его глаза, всматриваясь в меня, отливали в ночи серебром.
– Ты как загнанная в угол кошка, Кэтлин, – произнес он, покачав головой. – Все еще шипишь и притворяешься, будто можешь процарапать себе путь к освобождению… Я пытаюсь защитить тебя. Позволь мне это сделать.
Я не была уверена, что мне нравилось быть сравненной с кошкой, но, полагаю, существовали сравнения и хуже.
Моя решительность пошатнулась, потому что он казался искренним, и я могла чувствовать под ладонью его сердце, бившееся в том же ритме, что и мое.
– Зачем… тебе это? – спросила я, сбитая с толку. В его словах не было никакого смысла. Я не понимала, как он вообще посмотрел в мою сторону больше одного раза, не говоря уже о желании помочь… По сути, я была для него никем.
Мое дыхание перехватило, когда я почувствовала, как его губы коснулись моего подбородка, и его рука снова потянула назад, запрокидывая мою голову сильнее, чтобы получить доступ к моей шее. Его рот затронул изгиб моего плеча, и я содрогнулась.
– Не знаю, – пробормотал он поверх моей кожи. – Кажется, я просто не могу устоять.
Мне было крайне сложно следить за тем, что он говорил, когда его губы прокладывали чувственную дорожку между изгибом моего плеча и шеи. Мои глаза закрылись, с губ сорвался тихий всхлип, и мои руки уже сами собой обвились вокруг его шеи, жадно зарывшись в его волосах, в то время как его рот, слегка присосавшись к моей шее, заставлял полыхать все мое тело.
– Мэм, вы в порядке?
Неожиданно громкий голос сотряс ледяной воздух, и Блейн тут же отпрянул назад, задвинув меня за свою спину, пока оборачивался, чтобы увидеть полицейского, стоявшего в нескольких метрах от нас. Моя голова все еще кружилась, когда офицер снова заговорил:
– Мэм, вам нужна помощь?
Я выступила из-за спины Блейна, чувствуя, как подгибались мои колени, в то время как полицейский смотрел на Блейна с явным подозрением, и его рука задержалась на кобуре.
– Все в порядке, – поспешно ответила я. – Просто… возвращаюсь домой с вечерней смены.
Я украдкой взглянула на Блейна, лицо, которого было совершенно непроницаемым, если не считать сжатой челюсти.
– До встречи, Блейн, – негромко произнесла я и после нерешительной паузы поспешила к машине, сопровождаемая бдительным взглядом офицера. Уже за рулем мои глаза снова встретились с глазами Блейна, и я с облегчением, смешанным с изрядной дозой разочарования, завела машину и выехала со стоянки.
По пути домой я не слишком обращала внимание на дорогу, потому что была слишком поглощена мыслями о Блейне.
О том, что он сказал.
Что сделал.
Я понимала, что мне следовало перестать уступать, потому что ему явно нравилось преследовать свою добычу.
Проблема заключалась в том, что с такими мужчинами, как он, всегда было так. Удовлетворив свою жажду преследования, он сразу же потеряет интерес, в то время как я, в конечном итоге, останусь с разбитым сердцем и утешительным подарком, выбранным по его указанию предусмотрительной Клэрис.
Уже поднявшись к своей квартире, я вдруг вспомнила, что обронила пакет с костюмом у бара и, разумеется, не подобрала его обратно.
– Вот, черт! – вырвалось у меня, и я в нерешительности застыла на лестнице. Мне реально не хотелось возвращаться назад.
– Что-то случилось?
Я подняла взгляд, обнаружив ту самую девушку, которая въехала в квартиру Шейлы. Она облокотилась о перила возле своей двери и смотрела в мою сторону. Было темно, поэтому мне не сразу удалось ее разглядеть, но теперь, когда мои глаза немного привыкли, я заметила в ее руке дымившуюся сигарету.
– Ничего, – покачала головой я, – просто кое-что забыла… – Я поднялась на этаж, в нерешительности остановившись напротив девушки. Казалось, что мне следовало сказать что-то еще. – Меня зовут Кэтлин, – наконец, произнесла я в качестве знакомства, протянув ей руку. Она посмотрела на меня, и на какой-то момент мне показалось, что я так и не получу ответа, когда девушка, зажав сигарету между зубами, все-таки пожала мне руку. Находясь в шаге от нее, я отметила, что на вид ей было не больше двадцати.
– Сиджи, – произнесла девушка, – приятно познакомиться. – После этого она снова прислонилась к перилам, выдохнув дым. Я не была уверена, что расслышала ее имя правильно, поэтому переспросила:
– Сиджи? – Когда девушка кивнула, я слабо улыбнулась: – Ладно, мне тоже приятно с тобой познакомиться, – мой тон был формальным, да и Сиджи, казалось, была не слишком склонна к разговорам, поэтому я спокойно направилась к своей двери. – Что ж… спокойной ночи, – попрощалась я, и уже в квартире, мне показалось, услышала ее ответное «спокойной ночи». Закрыв за собой дверь, я поняла, насколько сильно устала. Сделав мысленную заметку, что к пятнице мне нужно было, во что бы то ни стало, найти новый костюм Бритни Спирс, я со стоном упала на кровать.
К счастью, четверг выдался насыщенным рабочим днем, и у меня почти не оставалось времени ни на тревогу о Марке, ни на одержимость Блейном. Хотя, конечно, не то чтобы я была одержима последним… просто, без остановки вспоминала события вчерашней ночи. Не слишком адекватно с моей стороны, я знаю, и уж точно неполезно для моей решимости держаться от него подальше. В итоге, я была сильно удивлена, когда увидела, как после полудня объект моего «одержания» переступил порог моей секции.
– Нам нужно съездить в даунтаун, – коротко оповестил он. Мое сердце болезненно подпрыгнуло и, как только наши взгляды встретились, я почувствовала, как мои щеки вспыхнули. Его слова не сразу дошли до моего сознания, потому что все, о чем я могла думать, это о том, как он сказал, что не мог устоять, и о том, как он меня целовал. Он даже оставил небольшой след у меня на шее, который я отказывалась называть засосом.
