Текст книги "Бывшая жена. Я восстану из пепла (СИ)"

Автор книги: Тая Наварская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 29

Громкий цокот моих каблуков эхом разносится по коридору.

Ну надо же! Директор отдела продакшна! Да где это, черт возьми, видано?!

Я проработала в «ГрандМедиа» больше десяти лет и не собираюсь отдавать свои по праву заслуженные влияние и авторитет какому-то накаченному выпендрежнику! Пусть проваливает в какое-нибудь другое агентство! А у нас тут и без него все прекрасно!

Залетаю в приемную генерального и обращаюсь к улыбчивой секретарше, имени которой не знаю:

– Борис Андреевич на месте?

– Да. Как вас представить?

– Аделина Ниценко. Он должен меня ожидать.

Зажав кнопку селектора, девушка оповещает босса о моем приходе, и тот тотчас велит пропустить меня в его кабинет.

С Борисом Андреевичем Полянским нас всегда связывали теплые отношения. Во-первых, он давний друг моего отца. Во-вторых, был одним из членов комиссии, когда я защищала диплом в университете. Ну и, в-третьих, в формате начальник-подчиненная мы с ним тоже чудно поладили.

Он часто хвалил мои идеи, поддерживал начинания и давал полную творческую свободу. А во время моего длительного больничного пару раз приезжал ко мне домой. Чтобы лично оказать поддержку.

– Аделиночка! Ну наконец-то! – восклицает Полянский, увидев меня на пороге своего кабинета.

Его глаза за стеклами толстых очков в темной роговой оправе радостно поблескивают, а лицо, подернутое сетью глубоких, но отнюдь не портящих его морщин, расплывается в улыбке.

– Здравствуйте, Борис Андреевич, – я приближаюсь к начальнику и сердечно жму его руку. – Да, настало время вернуться в строй.

– И мы невыразимо этому рады! Прошу, – жестом указывает на стул для посетителей, – присаживайся.

– Благодарю, – опускаюсь на мягкую обивку и поправляю подол юбки.

– Как твое здоровье, Аделина? Ты хорошо себя чувствуешь?

– Более чем, – заверяю я. – Врачи и правильный психологический настрой сделали свое дело.

– Ты даже не представляешь, как я счастлив это слышать, – искренне выдыхает он. – Когда с тобой приключилась беда, мы с Танечкой места себе не находили…

Татьяна Александровна Полянская – жена Бориса Андреевича, с которой я тоже лично знакома. Приятная светлая женщина. Такая же, как и ее супруг.

– Ну, к счастью, темные времена в прошлом, – бодро произношу я. – Теперь я снова с вами и готова работать не покладая рук.

– Ты в своем репертуаре, – босс шутливо грозит мне пальцем. – Только вышла, а уже рвешься в бой.

– Я ждала этого момента несколько месяцев. Какие у нас текущие проекты? Есть новые заказчики?

– Ох, новостей у нас много. Даже не знаю, с какой начать. Вот, пожалуй, из главного: «Глобал Финанс Банк» заключил с нами долгосрочный контракт.

– Да вы что? – ахаю я. – Вот уж поистине жирный улов!

Еще во времена моей работы агентство активно охотилось за этим крупным клиентом, но все безуспешно. Однако, судя по всему, гиганты финансового мира все же дрогнули под напором нашего креатива.

– И не говори, – усмехается Полянский. – Этот контракт обеспечил нас работой на годы вперед, и все благодаря нашему новому сотруднику!

– Новому сотруднику?.. – хрипло перепрашиваю я, с ужасом догадываясь, о ком сейчас пойдет речь.

– Да. Его зовут Егор Владимирович Аршавский, – подтверждая мои худшие опасения, заявляет босс. – Уникальный персонаж! Послужной список впечатляет! Год назад перебрался в Москву из Питера. Говоря по правде, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы его заполучить… Да что там! На московском рекламном рынке за него началась настоящая борьба! Но я ведь тоже не лыком шит, да? – Борис Андреевич задорно мне подмигивает. – Предложил Аршавскому такие условия, от которых он не смог отказаться. А через пару месяцев он привел к нам в компанию несколько новых клиентов, в числе которых был и заветный «Глобал Финанс Банк».

Настроение, заметно улучшившееся после радушного приема Полянского, вновь стремительно скатывается в отрицательную плоскость. Выходит, этот Аршавский – натуральный клад для агентства, и руководство никогда в жизни его не отпустит.

– Совсем скоро ты с ним познакомишься, – воодушевленно продолжает Полянский. – Пока ты отсутствовала, он выполнял твои обязанности. А теперь, когда ты вновь в обойме, Аршавский возьмет на себя ответственность за продакшн. Так что вам придется довольно тесно сотрудничать.

– Мы уже познакомились, – я выдавливаю кислую улыбку. – Он сидел в моем кабинете.

– Верно. Надеюсь, ты не в обиде? Просто в кабинете, отведенном для Аршавского, делали косметический ремонт, и мы…

– Никаких проблем, – перебиваю я, чтобы босс ни дай бог не решил, что я по-детски обиделась из-за такой мелочи. – Это все рабочие моменты. Разберемся.

– Вот за это я тебя и ценю, Аделин, – одобряет он. – Всегда мыслишь прагматично.

– Значит, сейчас мы активно работаем над рекламными проектами «Глобал Финанс Банка»? – я возвращаюсь к сути.

– Этими проектами полностью руководит Аршавский, – отмахивается Борис Андреевич. – А для тебя я подготовил кое-что новое и интересное.

– И что же? – в душе вспыхивает давно забытый азарт.

– Ты слышала про компанию «Элеганс Блум»?

– Конечно, слышала, – киваю.

– Это английский бренд одежды, довольно популярный в Европе. Сейчас они заходят на российский рынок и находятся в поиске тех, кто сможет грамотно их позиционировать.

– Это наш шанс!

– Вот именно, Адель, – одобрительно улыбается Полянский. – Мы обязаны заполучить их.

– Задача ясна, – выпаливаю я, мгновенно сосредотачиваясь. – Где я могу ознакомиться с техническим заданием клиента?

– Всю информацию я передал Виктории Черединой. Насколько я знаю, она твоя правая рука.

– Верно. В таком случае пойду работать, – решительно принимаю вертикальное положение.

– Удачи, Адель, – усмехается босс. И немного помолчав, добавляет. – Я правда рад, что ты снова с нами.

Глава 30

Разговор с генеральным не принес облегчения, хотя многое объяснил. Теперь мне, по крайней мере, понятно, почему этот Аршавский вел себя так… вальяжно. Словно хозяин положения: наглющая усмешка, выражение превосходства в холодных голубых глазах, ноги на столе… Должно быть, считает, что раз заполучил в клиенты «Глобал Финанс Банк», то имеет карт-бланш на… чудачество.

Мне знаком такой тип мужчин. Нарциссы, твердо убежденные, что весь мир лежит у их ног. Ну ничего… И не таких обтесывали. Сфера рекламы в принципе состоит из подобных экземпляров: самовлюбленных, эгоистичных, напыщенных. Но и я, как говорится, не первый год замужем. Найду способ, как спустить зарвавшегося коллегу с небес на землю.

Дабы снова не натыкаться на Аршавского, который наверняка еще не успел освободить мой кабинет, беру чуть левее и сворачиваю в крыло, где трудится Вика Чередина. Моя первая заместительница. Удивительно, что подчиненная, регулярно держащая меня в курсе дел, не упомянула о появлении в компании Аршавского.

Забыла? Или намеренно скрыла эту информацию в попытке сберечь мое душевное равновесие?

– Аделина Алексеевна! – Вика вскакивает на ноги и, распахнув объятия, несется ко мне, едва я перешагиваю порог ее кабинета.

У нас с ней всегда были хорошие отношения. Приятельские, можно сказать. Хотя до откровенного панибратства мы никогда не скатывались. Все же между начальством и подчиненными должна быть хоть какая-то субординация.

– Добрый день, Вика, – с улыбкой похлопываю девушку по плечу.

– Вернулись, значит? – отстранившись, она заглядывает мне в лицо.

– Как видишь, – усмехнувшись, присаживаюсь на мягкий диванчик, расположенный в углу. – Как вы тут без меня жили?

– Да потихоньку, – она тоже присаживается рядом. – Работы, как всегда, навалом. А времени катастрофически не хватает.

– Мне тут птичка на хвосте принесла, что у нас изменения в штате, – осторожно подбираюсь к волнующей меня теме.

– Да, Дина Сергеевна, наш копирайтер, в декрет ушла, – кивает Чередина. – На ее место взяли какого-то молодого парня. Но я пока не поняла, что он за фрукт. Присматриваюсь.

– Я не о Дине сейчас говорю. А о господине Аршавском, который обосновался в моем кабинете.

Вика прикусывает губу. Косится на меня виновато. А потом, скорбно скривившись, спрашивает:

– Уже узнали, да?

– Своими глазами увидела, – мрачно подтверждаю я.

– Я хотела вам рассказать, честно. Но ведь вам и так несладко пришлось… Вот я и не спешила с новостями. Надеялась, что к вашему возвращению оно как-нибудь само рассосется…

– Но оно не рассосалось, а даже наоборот. Аршавскому предложили постоянную должность.

– Правда? – изумленно расширяет глаза.

– Да. Я только что от генерального.

– Ну что сказать… – Вика задумчиво почесывает щеку. – Аршавский и впрямь профессионал своего дела. Заказчики на него прямо молятся.

Столь высокая оценка из уст заместительницы отзывается в груди едким послевкусием.

Поерзав на диване, я устраиваюсь поудобней и решительно прошу:

– Расскажи мне о нем. Все, что знаешь.

– Об Аршавском-то? – она вскидывается. – Информации много. Но не понять, что из этого правда, а что просто сплетни.

– Выкладывай все. По ходу разберемся.

Ведь недаром говорят: врага надо знать в лицо.

– Он родом из Питера, – деловито начинает Чередина. – Переехал в столицу в прошлом году. По слухам, в результате тяжелого развода, который вытянул из него все соки.

– Хм… Выходит, Егор Владимирович холост?

– Да, – кивает. – И, надо заметить, активно этим пользуется.

– В каком смысле? – хмурюсь.

– Да в самом что ни на есть прямом, – Вика заговорщически понижает голос. – Говорят, в его постели чуть ли не половина офиса побывала. А Ира Меркулова, наша новая ресепшионистка, и вовсе за ним как собачка бегает!

– Эта та рыженькая? С пышными формами? – припоминаю девицу, которая встречала меня сегодня утром.

– Она самая, – подтверждает. – Влюбилась в Аршавского насмерть. Это невооруженным глазом видно.

– Ну а он что?

– А он со всеми одинаково галантен и мил, – вздыхает Вика. – Улыбается, комплименты отвешивает. А на восьмое марта и вовсе каждой сотруднице букетик цветов заказал. За собственный, между прочим, счет!

М-да. А этот Аршавский еще хитрее, чем кажется. Знает, как подобрать ключик к впечатлительным женским сердцам. Потратился на цветочки и вуаля – лояльность женской половины коллектива у него в кармане.

Изобретателен подлец, ничего не скажешь.

– Понятно. Дамский угодник, в общем, – хмыкаю. – Ну а по слабостям у него что? Какие уязвимые места у нашего героя-любовника?

– Вот этого я не знаю, – разводит руками Чередина. – Фасад у него крепкий. Просто так не подкопаешься. На работу приходит вовремя. Задерживается, как и все. Иногда даже дольше. Проекты сдает в срок. На корпоративах алкоголем не злоупотребляет.

– Значит, кроме интрижек, ничего?

– Увы.

– Ясно, – тяну задумчиво. – Похоже, это будет труднее, чем я думала.

– Вы о чем?

– Да так, – отмахиваюсь. – Ты знала, что Аршавский теперь возглавит продакшн?

– Ого… Так это что же получается? Вы с ним бок о бок работать будете?

– Выходит, что так, – киваю без капли энтузиазма.

Что-то мне подсказывает, что эта совместная работа будет ну очень «веселой».

Глава 31

Первый день проходит крайне суматошно, но в то же время интересно. Домой я приползаю без сил, зато чувствую себя удовлетворенной. Наконец-то я в процессе! Ощущаю себя важной и нужной! Одному богу известно, как я скучала по этим эмоциям…

Аршавский, надо отдать ему должное, освободил мой кабинет довольно быстро. Дважды напоминать не пришлось. Так что уже в десятом часу утра я разместилась за любимым рабочим столом и приступила к делу.

А дальше: десятки телефонных звонков, кипы бумаг, технические задания, примеры, визуальные доски. Я занырнула в работу с головой, а когда очнулась, на часах был уже вечер.

Спохватившись, сорвалась в садик за Лизой. И только потом – домой. Ужин в компании детей, проверка Ленькиного домашнего задания, короткая гимнастика перед сном, и вот я наконец в постели. Блаженно вытянула ноги и закрыла глаза.

Трель мобильника, лежащего на тумбочке, вынуждает меня распахнуть веки и недовольно скривиться. Если честно, за сегодняшний день я изрядно устала от разговоров. Сейчас хочется одного: лежать и молчать.

Подношу гаджет к лицу, и с губ срывается обреченный вздох. Михаил звонит. Он делает это нечасто, но каждый наш телефонный диалог испытывает нервы на прочность…

И дело даже не в том, что он говорит что-то не то или я как-то не так реагирую, просто… Общение с бывшим мужем – это всегда сложно. Особенно теперь, когда у каждого из нас своя жизнь.

– Алло, – принимаю вызов, вновь опустив голову на подушку.

– Привет, Адель, – голос Миши звучит сухо и по-деловому.

– Привет.

– Как прошел первый рабочий день?

Ну надо же. Не забыл. Хотя я упоминала о своих планах лишь вскользь…

– Отлично, – нарочито бодро отзываюсь я. – Дел невпроворот, но это даже к лучшему.

– Что ж, я рад за тебя, – отзывается после небольшой паузы. – Я звоню по поводу дня рождения Лени.

– А что с ним?

– Он уже через месяц.

– Я знаю. Я ведь сама его родила, – не удерживаюсь от сарказма.

– Мы с Катей хотим свозить его в Сочи на пару дней. Надеюсь, ты не возражаешь?

На меня наваливается ступор. Колючий и промозглый, словно ушат ледяной воды, выплеснутой на голову. Мне бы давно пора смириться с тем, что Миша не сам по себе, а «мы с Катей». Но каждый раз для меня это шок. Каждый раз – невидимый удар под дых.

Бывший муж женился на своей любовнице спустя полгода после развода со мной. Свадьба была шумная, яркая и богатая. Разумеется, я не следила за ними специально, просто, находясь в одном информационном поле, сложно не замечать очевидного.

По словам общих знакомых, Михаил преподнес молодой невесте кольцо с внушительным бриллиантом, а после свадьбы они на месяц укатили на Маврикий, где плавали с китами и нежились на солнышке.

Чувства, которые я испытывала, слушая про счастливую личную жизнь бывшего, были смешанными. Рациональная часть меня твердила, что происходящее абсолютно естественно и мне нет никакого смысла тревожиться и переживать. Ну в самом деле, мы ведь теперь в разводе. Миша – свободный человек и волен делать все, что ему заблагорассудится.

Однако иррациональная частичка – униженная и уязвленная – нашептывала совсем иное. Меня бесило, что, разорвав узы нашего брака, бывший муж так быстро вступил в новый союз. Будто годы, прожитые со мной, ничего для него не значили! Будто он никогда меня не любил…

Знаю-знаю, горевать об этом сейчас глупо и бессмысленно, вот только эмоции, идущие из глубины души, не всегда поддаются контролю. И уж самой-то себе я могу признаться в том, что порой мне по-прежнему бывает больно. Что время от времени я ощущаю себя подавленной и разбитой. А все из-за того, что человек, в котором я когда-то видела смысл жизни, с такой потрясающей легкостью променял меня на другую…

Все же между просто бывшим и бывшим мужем-отцом твоих детей есть огромная разница. Просто бывшего можно навсегда вычеркнуть из жизни, оборвав с ним всякие контакты. А вот с отцом детей такой номер, увы, не прокатит.

Из-за Лени и Лизы мы с Мишей вынуждены регулярно общаться и, признаться честно, иногда это жутко напрягает. Вот как сейчас, например. День рождение намечается у нашего сына, но бывший какого-то черта хочет отвезти его в отпуск со своей новой женой. Разве это справедливо?

– Я бы и сама хотела провести этот праздничный день со своим сыном, – отвечаю сдержанно.

– Я предполагал, что ты скажешь нечто подобное, – вздыхает Миша. – Поэтому планирую поездку после самого Дня рождения.

– А как же школа? – хватаюсь за последний разумный аргумент.

– Улетим в пятницу, вернемся в понедельник. Пару дней пропустит, ничего страшного.

Я чуть сильнее стискиваю пальцами корпус мобильника, стараясь не выдавать обуявшего меня смятения.

– Хорошо, – выдавливаю с усилием. – Я поговорю с Леней.

– Не надо, – обрывает как-то торопливо. – Я сам с ним поговорю. Когда заберу к себе на выходные.

Как это понимать? Миша мне не доверяет? Боится, что в процессе разговора с сыном я настрою его против этой спонтанной идеи?..

Отвратительно. Я, может, и не идеальная бывшая жена, но в наши личные разборки детей никогда не впутывала. И сколько бы обиды ни было в моем сердце, я не позволяла себе некорректных слов в адрес Михаила. Тем более – при Лене с Лизой.

– Как скажешь, – холодно роняю я.

А затем, не дожидаясь его ответной реплики, сбрасываю вызов.

Глава 32

– Аделина Алексеевна! – с первого этажа до меня доносится голос домработницы. – Там Михаил Андреич пожаловал.

Нехотя откладываю с колен ноутбук и, поднявшись с постели, подхожу к окну.

Ну точно. Пожаловал. Черный глянцевый внедорожник бывшего мужа, паркующийся на подъездной дорожке, так и искрится в лучах мягкого предзакатного солнца.

Очередные выходные подошли к концу, а значит, время Лени с отцом тоже закончилось. Миша привез сына к положенному часу, и после ужина мы с ним успеем глянуть одну серию любимого сериала. Наша добрая традиция, сохранившаяся еще со времен моей болезни.

Выхожу из спальни и спускаюсь вниз. Погода нынче теплая, поэтому можно обойтись без верхней одежды. Просовываю ноги в удобные кеды и выхожу на улицу как есть – в длинном домашнем халате и с небрежно заправленными за уши волосами.

Время, когда я красовалась перед Мишей, давно прошло.

– Мама, привет! – из машины показывается улыбающееся лицо сына.

Он бежит мне навстречу и, приблизившись, тотчас заключает меня в объятия. Такие крепкие, будто мы не виделись не два дня, а двести лет.

– Привет, мой хороший, – ласково треплю Леньку по волосам. – Как прошли выходные?

– Все, как всегда, – не вдаваясь в подробности, отзывается сын. – Лизка дома? Я ее любимые мармеладки привез.

– Да, мультики смотрит, – киваю я.

И сын пулей взлетает вверх по крыльцу, скрываясь за массивной входной дверью.

– Привет, Адель, – ко мне подступает Михаил, протягивая спортивную сумку с Ленькиными вещами.

Тот по обыкновению забыл ее в машине.

– Здравствуй, – сдержанно отвечаю я, принимая поклажу сына. – Все в порядке?

– Да. Вот только…

Неопределенная интонация бывшего вынуждает меня напрячься. Терпеть не могу недосказанности.

– Только что? – настороженно подхватываю я.

– В общем, я переговорил с Леней по поводу поездки в Сочи на его день рождения. И он… отказался.

Я изумленно приподнимаю брови. Неожиданно однако. Я, признаться честно, полагала, что сын придет в восторг от этой идеи…

– Да? И почему же?

– Не знаю, – Миша почесывает седеющий висок. – Сказал, что хочет провести время с друзьями и все такое… Но, как по мне, это больше похоже на отговорку. Будто он просто не хочет ехать и придумывает какие-то нелепые причины.

– Что ж, – переступаю с ноги на ногу. – Даже не знаю, что тебе ответить.

– Я чувствую некую отчужденность с его стороны, – продолжает бывший. – Как думаешь, с чем это может быть связано?

Его вопрос заводит меня в тупик. Прежде мы никогда не обсуждали подобные темы. Мне казалось, что отец и сын прекрасно ладят… Я и подумать не могла, что между ними наблюдается какое-то напряжение.

– Ну… Может, Ленька просто был не в духе? В конце концов, он подросток и…

– Прошу прощения, что вмешиваюсь! – из-за спины Михаила показывается его молодая пассия.

Хотя нет, уже не пассия – законная супруга.

Ее длинные густые волосы цвета выжженой на солнце пшеницы художественно развеваются на ветру, а неестественно пухлые губы растягиваются в не слишком искренней улыбке.

– Что такое, Кать? – через плечо бросает бывший.

– Мне нужно в туалет. Вот прям невтерпеж! – скривившись, сообщает девушка. А затем переводит взгляд на меня и добавляет. – Можно я в ваш схожу?

С одной стороны, меня так и подмывает поддаться порыву мелочной мстительности и брякнуть «нет». Пусть хоть описается на месте! Но с другой – мы ведь тут все взрослые адекватные люди. И своим нелепым отказом я скомпрометирую в первую очередь себя.

– Ну разумеется, – с усилием вздергиваю уголки губ. – Туалет в доме. Прямо по коридору и…

– Я знаю, где он, – бесцеремонно перебивает Катя и с удивительной прытью залетает внутрь.

Я провожаю взглядом ее точеную фигуру, стараясь не думать о том, откуда девице известно местонахождение уборной. Неужели, пока я лежала в коме, Миша развлекался с ней не только на стороне, но и у нас дома?..

– Так что ты говорила? – голос бывшего возвращает меня к реальности. – По поводу Лени?

– Я сказала, что в его возрасте непостоянство в плане принятия решений вполне естественно. Попробуй вернуться к этому разговору на следующей неделе. Может, он изменит свое мнение.

– Хорошо, попробую, – кивает Миша, с каким-то чересчур пристальным вниманием вглядываясь в мое лицо. А затем вдруг добавляет: – Ты прическу сменила?

– Да нет, – чисто интуитивно касаюсь своих прядей. – Просто длину немного убрала. Перед выходом на работу.

– Красиво, – неожиданно резюмирует бывший. – Тебе идет.

Пожимаю плечами, не зная, как еще отреагировать на его комплимент. Потом отвожу взгляд в сторону и глухо роняю:

– Ну я, пожалуй, пойду. Дел много. Да и к завтрашнему дню готовиться нужно.

– Конечно, иди. Я Катю тут подожду.

Я захожу в дом и, не желая сталкиваться с оккупировавшей мой туалет блондинкой, сразу поднимаюсь на второй этаж, в комнату сына.

– Ты вещи у отца в машине забыл, – кидаю его сумку на ковер рядом с кроватью.

– Точно, – кивает Ленька, не отрывая взгляда от телефона. – Чуть позже разберу, хорошо?

Я молча опускаюсь на краешек его постели. С интересом наблюдаю за родным и любимым лицом, в котором с каждым днем становится все меньше детского и все больше мужского.

– Лень. А можно вопрос?

– Конечно, ма, – отзывается сын, все еще увлеченный содержимым своего гаджета.

– Убери телефон, пожалуйста.

Мальчик со вздохом откладывает мобильник на покрывало.

– Почему ты отказал отцу, когда он предложил тебе поездку с Сочи на день рождения?

– Не знаю. Просто не захотел. В этом есть какая-то проблема?

– Нет, просто интересны твои мотивы. Ведь любой другой подросток на твоем месте был бы рад такой возможности.

– Наверное, – неопределенно поводит плечом. – Просто я бы хотел провести этот день дома. А потом – затусить с друзьями.

– То есть причина только в этом?

– Ага, – отвечает сын. А потом, чуть помедлив, бросает. – Ну и в том, что он хотел взять с собой в Сочи Катю…

– Катю? – переспрашиваю удивленно. – А ты что, против ее компании?

– Не то чтобы, просто… – мальчик заминается.

Я вижу, что у него на языке вертится какая-то мысль, но он не знает, как правильно ее сформулировать.

– Говори как есть, сын, – подбадриваю я. – Ты же знаешь, я всегда пойму.

– Я знаю, Катя – папина жена, и я должен относиться к ней хорошо, но… Порой ее бывает слишком много, – признается Леня. – И порой она жутко меня бесит.

– Ты не говорил об этом раньше, – тяну пораженно.

– Не хотел тебя расстраивать. Ты ведь за то, чтобы мы все жили дружно.

– Да, так и есть, – киваю несколько заторможенно. – Но ты не должен себя насиловать, слышишь? Если тебе не нравится проводить время с Катей, может, стоит сказать об этом папе?

– Он не поймет, – отмахивается сын. – Опять начнет причитать о том, что она его спутница и я обязан уважать его выбор. Короче, проще сослаться на желание провести время с друзьями, чем объяснять папе, почему я не хочу ехать в Сочи с его женой.

Я понимающе вздыхаю.

Что ж, раз Леня действительно так чувствует, то я не вправе его переубеждать. Тем более, что я сама далеко не в восторге от женщины, которая с впечатляющей беспринципностью заняла мое место рядом с Мишей.