Текст книги "Бывшая жена. Я восстану из пепла (СИ)"

Автор книги: Тая Наварская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Тая Наварская
Бывшая жена. Я восстану из пепла

Глава 1

«Аделиночка, прости, опаздываю. Попала в пробку», – пишет подруга.

Мы с Верой договаривались встретиться ровно в шесть. Я приехала на пятнадцать минут раньше, а она по обыкновению задерживается. Значит, придется провести в ожидании не меньше получаса.

Ну ничего, пока закажу поесть. Я на девятом месяце беременности, так что аппетит у меня отменный.

Толкаю массивную стеклянную дверь и захожу в просторное светлое помещение. «Элегия» – одно из лучших заведений столицы. А все благодаря основателю и шеф-повару Юрию Баранову, который несколько десятилетий проработал в лучших ресторанах Европы, а потом вернулся на родину и открыл свой собственный. С прекрасным интерьером и идеально проработанным меню.

Помнится, именно здесь мы с мужем праздновали десятую годовщину свадьбы. Это было всего три года назад, а кажется, что прошла целая вечность.

Оставив верхнюю одежду в гардеробе, занимаю заранее забронированный столик и принимаюсь за выбор блюда на ужин. Подкопченная грудка перепелки? Или, может быть, осьминог со сметанным соусом?

Дочурка недовольно толкается пяточкой мне в ребра, как бы предупреждая о том, что никаких осьминогов она не потерпит. Усмехнувшись, накрываю рукой живот и любовно поглаживаю его. Посыл понят: значит, остановимся на перепелке.

Мы с мужем давно планировали второго ребенка, но у нас долго не получалось. Даже подумывали об ЭКО, однако в последний момент все сложилось само собой: тест заалел двумя долгожданными полосками.

Я помню, как в тот день прыгала до потолка от счастья. Миша тоже радовался, только куда более сдержанно, чем я. Он у меня вообще не особо эмоциональный. Предпочитает держать чувства под контролем. Профессиональная необходимость, говорит.

Я влюбилась в него с первого взгляда, с первой секунды. Мое сердце остановилось, пропустило удар и с тех пор бьется чуточку чаще.

Это было еще в школе. В восьмом классе. Я только-только перевелась в элитную частную гимназию и встретила его – высокого красивого одиннадцатиклассника, который тотчас меня покорил.

Поначалу Миша не воспринимал меня всерьез. Относился как к младшей сестре, в шутку называл малявкой… Но я всегда была упорной. Во всем. Будь то учеба, спорт или завоевание сердца понравившегося парня.

Прошло всего несколько лет, и Миша стал моим. Сначала другом, потом любовником, ну и в конце концов – мужем.

Я озвучиваю свой выбор подошедшему официанту и, расслабленно откинувшись на спинку удобного дивана, окидываю взглядом наполненный гостями зал. У кого-то тут деловая встреча, у кого-то – дружеские посиделки, ну а у кого-то – свидание. Однако вне зависимости от цели визита внешний вид посетителей радует глаз: все опрятные, нарядные, улыбчивые.

Потираю виски и немного морщусь от неприятного укола в области темени. В последнее время голова какая-то тяжелая. Не столько болит, сколько ноет. Дело то ли в скачущем давлении, то ли в приближающихся родах…

Внезапно мое бесцельно блуждающее внимание цепляется за парочку, которая сидит в паре столов от меня. Нас отделяет небольшая полупрозрачная шторка, но, если чуть вытянуть шею, можно без труда рассмотреть их страстный, прямо-таки на грани приличий поцелуй.

Ведомая естественным человеческим любопытством, подаюсь чуть вперед. А в следующий миг нервы напрягаются в приступе узнавания. Сначала – смутного, бессознательного… А секундой позже – явного и совершенно обескураживающего.

Ибо за соседним столиком сидит никто иной, как мой муж.

Разорвав глубокий влажный поцелуй с ярко накрашенной блондинкой, Миша проводит рукой вверх по ее бедру и ухмыляется. С той самой дерзкой манерностью хищника, в которую я когда-то до одури влюбилась.

Смотрю на него широко распахнутыми глазами и медленно погибаю.

Поверить не могу.

Мой муж мне изменяет?..

С девицей, которая моложе его на десять-пятнадцать лет.

К горлу подкатывает тугой колючий ком, и я делаю судорожный глоток воды, дабы не вывалить содержимое своего желудка прямо на до блеска начищенный пол.

Токсикоз уже давно позади, однако меня все равно изрядно мутит. Такое чувство, будто в область солнечного сплетения подложили раскаленный кусок железа, а внутренности скрутились в морской узел.

Больно.

Тошно.

Хочется выть. От обиды, ревности и… непонимания.

Ведь у нас с Мишей все было хорошо. Мы были счастливы вместе! Но тогда кто эта блондинка? И почему ее язык так упоенно ласкал его рот?..

Делаю глубокий вдох и медленный выдох, пытаясь вернуть утерянное самообладание. Дрожащими пальцами ставлю стакана с водой обратно на стол и промаргиваюсь.

Спокойно, Аделя. Дыши. Еще немного – и полегчает.

Однако вопреки увещеваниям внутреннего голоса, легче не становится. Ни на йоту, ни на грамм. Наоборот, осознание того, что в этот самый момент Миша поглаживает ногу моложавой профурсетки, удавкой стягивает горло.

Снова вскидываю взгляд на пару. Они больше не целуются – просто разговаривают. Интимно склонившись друг другу. У них на столе напитки и изысканные закуски, а у меня в чреве ребенок.

Ребенок, которого мы с Мишей так хотели. И который как-то враз оказался ему ненужным.

Малышка беспокойно лягается, будто чувствует неладное. Снова опускаю руку на живот и шепчу:

– Ничего, милая. Мы справимся. Справимся, несмотря ни на что.

Первый порыв – вскочить на ноги и унестись прочь. Подальше от Миши и его любовницы. Подальше от предательства, что змеиным ядом отравляет душу…

Но следом приходит простая и ясная мысль – а какого, собственно, черта? Почему я должна убегать? Я ни в чем не виновата и заслужила, как минимум, объяснений.

Накрыв рукой зудящие веки и просидев так несколько мучительно долгих секунд, я наконец собираю волю в кулак и выхожу из-за стола.

Одергиваю свободное шелковое платье и, расправив плечи, направляюсь к столику мужа.

– Добрый вечер, – роняю холодно.

Глава 2

Миша поворачивает голову на звук моего голоса, и в его взгляде отражаются панические всполохи. Яркие и совершенно нехарактерные для по обыкновению спокойного мужественного лица.

– Аделина?.. – вопрошает сипло.

Замечаю, как сильные пальцы вонзаются в тканевую салфетку. А напрягшиеся жевательные мышцы чуть резче обозначаются на гладко выбритой линии челюсти.

– Представь себе, – губы растягиваются в невеселой усмешке. – Не отвлекаю?

Муж прокашливается. Берет себя в руки. А затем уже куда ровнее произносит:

– Познакомься, это Екатерина Анохина, наш новый антикризисный менеджер.

Перевожу взгляд на девицу. Она чуть старше, чем показалась мне издалека. Я думала, ей слегка за двадцать, но при ближайшем рассмотрении вижу, что не меньше двадцати пяти. Хорошая кожа. Броский макияж. Губы явно увеличены при помощи инъекций, а крашеный блонд слегка отдает желтизной.

– Не знала, что антикризисные менеджеры специализируются на оральных ласках.

– Аделина, прошу… – Миша стискивает кулаки.

Он не выносит моей резкости. Поэтому обычно я стараюсь держать колкости при себе. Обычно – но не сейчас.

– Она в курсе, что ты женат? – смотрю на мужа.

Пристально. В упор.

Он вздыхает, но при этом совсем не выглядит виноватым. Будто тот факт, что я застала его целующимся с другой женщиной, ничего не меняет. В его глазах нет ни сожаления, ни раскаяния… Только глухое раздражение и желание как можно скорее завершить неприятный диалог, невольными свидетелями которого становятся десятки других посетителей ресторана.

– Поговорим дома, – цедит сквозь зубы. – Хорошо?

Я дергаю подбородком, выражая протест. «Хорошо» – слово, явно не подходящее для сложившейся ситуации. Я бы описала ее как «отвратительно». Или даже «трагично». Но точно не хорошо.

– А почему не сейчас? Или ты боишься, что твоя пассия узнает слишком много твоих секретов? – я опускаю выразительный взор на свой беременный живот.

– Послушай, у меня с Екатериной деловая беседа, – говорит с нажимом. – Мы закончим, и я сразу отправлюсь домой, где мы сможем обсудить случившееся как взрослые люди.

Во мне клокочут обида и злость. Да он издевается, черт подери!

Деловая беседа? Взрослые люди?..

И как давно мой супруг делает из меня дуру?!

Прежде мне казалось, что я знаю его. Привычки, вкусы, предпочтения, политические взгляды… Но сейчас я смотрю в холодные серые глаза с металлическим отблеском и понимаю, что передо мной незнакомец, который все эти годы скрывался под маской заботливого мужа.

Жестокий, двуличный, равнодушный.

Мне больно. Так невыносимо, душераздирающе больно, что хочется забиться в темный угол, осесть на пол и реветь навзрыд.

А еще голова разболелась… Теперь она не просто ноет, а прямо-таки на куски разрывается!

Но я держу лицо. Заставляю себя держать. Ибо бабушка всегда учила, что перед врагом нельзя показывать слабость.

– Дамочка, ну правда, чего вы тут стоите? – капризно изогнув губки, поддакивает блондинка. – У нас с Мишей ужин, а вы мешаете.

Она демонстративно закатывает глаза, а я впервые в жизни ловлю себя на мысли, что хочу совершить убийство. Не гипотетическое, а вполне реальное.

– Кать, не лезь, – рявкает муж, чуть повернув к ней голову. А потом поднимается на ноги и, заглянув мне в глаза, вкрадчиво произносит: – Аделин, я умоляю, давай обойдемся без сцен. Посмотри, тут полно народу. Разве нам нужен скандал при всех этих людях? К тому же, – его рука находит мою ладонь, но я тотчас ее выдергиваю, – в твоем положении вредно волноваться. Ну же, дорогая. Ты всегда была благоразумной женщиной.

Это верно. Благоразумие – мой конек. А еще я умна, терпелива и умею держать хорошую мину при плохой игре. Но я терпеть не могу, когда мной манипулируют, пытаясь обратить мои сильные стороны в оружие против меня.

Благоразумна? О да. Но у любого благоразумия есть предел.

– Ты любишь ее?

– Что? – муж явно не ожидал от меня подобного вопроса.

– Я спросила, любишь ли ты ее? – повторяю максимально членораздельно.

Он снова вздыхает. Проводит пятерней по волосам и с усилием выдавливает:

– Это не то, что ты подумала. Мы просто…

– Просто что?

Миша сжимает челюсти. Его взор становится мрачным и колючим.

– Мы просто развлекались. Вот и все.

Я медленно киваю. Потому что ответ более чем исчерпывающий.

А затем беру в руки стоящий на столе бокал красного вина и хладнокровно выливаю его на голову хамоватой любовницы.

– А-а-х! – взвизгивает она, привлекая к нам еще больше общественного внимания.

– Вот тебе развлечение, дорогой, – припечатываю жестко, пока обалдевшая блондинка отплевывается и пыхтит. – Надеюсь, достаточно весело.

Ставлю пустой бокал обратно на стол. Откидываю покоящиеся на плечах волосы за спину. И, не проронив больше ни слова, устремляюсь прочь.

Глава 3

Подхожу к своему столику и, спешно выудив из кошелька несколько купюр, кидаю их на столешницу. Этого должно хватить для оплаты заказа. Есть я, понятное дело, уже не буду. Но, пока я «беседовала» с мужем и его любовницей, мне успели принести чай. Да и еда наверняка на подходе.

Забрав в гардеробе пальто, вылетаю на морозный воздух и судорожно ищу глазами свой автомобиль. Он припаркован неподалеку, в десятке метров от крыльца. Забираюсь в салон, который еще не успел остыть, и обхватываю руль дрожащими от волнения пальцами.

Слезы приходят не сразу.

Я успеваю завести мотор, включить дворники и даже тронуться с места, прежде чем горькое осознание семейной трагедии обваливается на меня гранитной плитой.

Резко даю по тормозам и, уронив раскалывающуюся голову на руль, издаю долгий протяжный всхлип.

Тринадцать лет брака. Крепкие родственные связи, устоявшийся быт. Замечательный сын и лапочка-дочка на подходе. Как Миша мог это все перечеркнуть?

И главный вопрос – неужели оно того стоило?..

Перед глазами до сих пор стоит лицо его любовницы. Самодовольное, нахальное, ехидное. В момент моего внезапного появления девица совсем не выглядела смущенной или пристыженной… Наоборот – смотрела на меня с вызовом и плохо скрываемым превосходством. А значит, она знала, что он женат. Знала – и все равно закрутила с ним интрижку.

Я знаю, глупо винить в случившемся любовницу. Ведь она, в отличие от мужа, ничего мне не обещала. Но я так злюсь! Так злюсь на эту молодую, наглую, подлую! Размалеванная дрянь – вот кто она! А Миша… Ох, про Мишу я даже думать не хочу! Слишком много ругательств вертится на языке…

Сигнал клаксона, раздавшийся где-то поблизости, возвращает меня к реальности. Я отрываю лоб от руля и оглядываюсь по сторонам: похоже, я перекрыла проезд

Вновь выжав педаль газа, отъезжаю в сторону, чтобы никому не мешать. Сердце в груди обливается кровью, а из глаз ручьями текут горячие слезы. Из-за них я почти ничего не вижу: взор будто затянут мутной пеленой.

Пока я пытаюсь втиснуть автомобиль между черной Маздой и белой Ауди, дабы успокоиться и привести себя в чувства, в сумочке звонит телефон. Одной рукой извлекаю его наружу и, бегло глянув на экран, выдыхаю:

– Алло.

– Адель, ты где? – в трубке слышится недоуменный голос Веры. – Я приехала в ресторан, а мне сказали, что ты ушла…

Черт! Со всей этой суетой я чуть не забыла про подругу и наш запланированный ужин.

– Да, ушла. Ты тоже выходи на улицу. Я тебе сейчас все объясню.

– Так ты где-то поблизости? – удивляется.

– Метрах в пятидесяти от ресторана. Как выйдешь, сразу поворачивай налево. Я в машине тебя подожду.

– Эм… Ну ладно. Иду.

Голос у Веры взволнованный. Наверняка в ее голове роятся десятки вопросов. Я сказала, что все ей объясню, но, если честно, понятия не имею, что говорить…

Что мой муж мне изменяет? Господи, это даже звучит унизительно… Хотя иных вариантов у меня нет. Вера – самая близкая моя подруга. Проверенная невзгодами и временем. Так что лгать ей я не стану.

Вера забирается на пассажирское сидение моего автомобиля спустя пару минут после нашего телефонного разговора. Окидывает мрачным взглядом мое зареванное лицо и дрожащие руки и тяжело выдыхает:

– Что произошло?

Выкладываю как есть. Мол, увидела Мишу с какой-то блондинкой. Они целовались и выглядели очень даже довольными. Потом я к ним подошла, прояснила ситуацию и вылила на голову шлюхи бокал вина. Теперь прячусь в машине и силюсь собрать себя по кусочкам.

– Кошмар, – шокировано тянет Вера, когда я завершаю свой рассказ. – Выходит, он того… спит с нею?

– Я не знаю, – качаю головой. – Но, наверное, одними поцелуями их близость не ограничивается…

От мысли о том, что Миша, вполне возможно, трахает эту стерву, мне становится дурно. К горлу опять подкатывает тошнота, а перед глазами начинают плясать звездочки.

– Адель, что с тобой? – Вера обеспокоенно заглядывает мне в лицо. – Нормально себя чувствуешь?

– Хреново, – признаюсь честно. – Голова трещит… И в груди как будто дыру пробили…

– Бедная моя! – она притягивает меня к себе и крепко обвивает руками. – Не ожидала я от Миши такого! Совершенно не ожидала! У вас ведь такая замечательная семья… Да и малышка вот-вот родится… Как же он мог, ирод окаянный?! Как же мог?!

Пока Вера гневно причитает, я утыкаюсь щекой в воротник ее пальто и закрываю глаза. Произошедшее кажется каким-то психоделическим сюром, но в глубине души я знаю, что измена мужа реальна.

Мне придется принять этот факт и научиться как-то с ним жить.

Вера гладит меня по волосам, утешает, и понемногу я успокаиваюсь. Дело не в том, что от слов подруги мне становится легче, вовсе нет… Просто я умом понимаю, что пора сворачивать истерику.

Да, больно. Да, обидно. Но слезами горю не поможешь, а значит, надо сжать зубы, взять эмоции под контроль и подумать над тем, как быть дальше.

– Спасибо тебе, Вер, – шмыгнув носом, высвобождаюсь из объятий подруги. – Но я, пожалуй, домой поеду. Ленька из школы уже пришел… Да и мне лекарство выпить нужно.

– Хорошо, – кивает подруга. – Но ты точно сама доедешь? А то, может, такси лучше вызовем?

– Не надо такси, – мотаю головой. – Я справлюсь.

– А когда Миша домой придет, что ты ему скажешь?

– Не знаю… Потребую объяснений, наверное. Спрошу, спит ли он с ней.

– А если спит? – Вера взволнованно покусывает губы.

Я медленно выдыхаю. На секунду прикрываю веки, пытаясь примириться с неизбежным, а затем твердо произношу:

– Тогда мне придется подать на развод.

Глава 4

К тому времени, как Миша возвращается домой, я успеваю накормить сына, отпустить няню и домработницу и смыть с лица смазавшийся от недавних слез макияж.

Услышав шум открывающейся входной двери, доносящийся с первого этажа, я собираю волосы в хвост на затылке, потуже затягиваю пояс халата под грудью и неторопливо устремляюсь вниз по лестнице.

В душе по-прежнему завывает лютая вьюга, но мои глаза абсолютно сухи.

Миша окидывает меня долгим задумчивым взглядом, но разговор заводить не спешит. Молча проходит мимо, в гостевую уборную, и, закатав рукава рубашки, принимается неспешно намыливать руки.

Решаю подождать его в столовой. Дабы усмирить все еще подрагивающие от напряжения нервы, завариваю себе чашку зеленого чая. Голова по-прежнему болит, хоть я и выпила две таблетки парацетамола.

– Ленька у себя в комнате? – спрашивает муж, входя в помещение.

– Да. Уроки уже сделал, и я разрешила ему немного поиграть в приставку.

Это неспроста: сын обожает рубиться в видеоигры в наушниках. С полным, так сказать, погружением. Поэтому он точно не услышит наш с Мишей диалог, который обещает быть крайне неприятным.

– Я вижу, ты уже успокоилась, – одобрительно подмечает он, становясь с противоположной стороны широкого каменного островка. – Взяла себя в руки.

– Да, но это вовсе не значит, что у меня нет вопросов. Кто эта женщина на самом деле?

– Я же сказал, наш новый антикризисный менеджер, – Миша впечатляюще невозмутим. – Устроилась в компанию полгода назад и уже показала довольно неплохие результаты по…

– Хватит, – обрываю я.

Я не повышаю голос, но по моему тону – хлесткому и холодному – муж понимает, что я не настроена слушать эту чепуху. Какое мне дело до профессиональных качеств его пигалицы, если на кону целостность нашего брака?

Миша сглатывает. Слегка оттягивает галстук, освобождая горло. А затем упирается ладонями в столешницу и глухо произносит:

– Хочешь правды? Тогда держи. Я увлекся Катериной. Да, правда увлекся. Она напомнила мне о том, как хорошо может быть с женщиной.

Его слова – такие колкие и обидные – подобны пощечине. У меня аж голова невольно назад дергается. И щеки болезненно вспыхивают. Будто в них кипятком плеснули.

Напомнила, как хорошо может быть с женщиной?.. Черт возьми! Да как это вообще понимать?!

– То есть… со мной тебе хорошо не было? – хриплю я, едва помня себя от шока.

Муж дергает челюстью. Проходится дальше, вдоль стены, и, притормозив у бара, наливает себе выпить.

– Ты сложная, Аделин. Ершистая, своенравная, у тебя на все свое мнение.

– И это, по-твоему, плохо? – я начинаю задыхаться от переизбытка эмоций.

Он никогда не говорил мне ничего подобного. Никогда не упоминал, что ему не по душе мой характер.

Да, я с юности была упрямой, амбициозной и независимой. Строила карьеру, без проблем путешествовала в одиночку, могла с легкостью первой написать понравившемуся парню. Мне казалось, что я живу смело, честно и открыто.

Никогда бы не подумала, что годы спустя любимый человек поставит мне это в упрек.

– Нет. Просто у тебя и у твоей семьи очень много требований, которым порой так утомительно соответствовать, – Миша направляет на меня усталый взгляд. – А мне хотелось легкости, спонтанности, комфорта. Хотелось, чтобы мной восхищались и заглядывали мне в рот. Хотя бы изредка, понимаешь? Но ты слишком крута для этого, – он горько усмехается. – Для тебя брак – это лишь сцена, где ты можешь в очередной раз продемонстрировать свою незаурядность и исключительность.

– Так вот чего тебе не хватало? Подобострастного заглядывания в рот? – чтобы не упасть, я обеими руками хватаюсь за край столешницы.

Виски горят огнем. Боль невыносимым спазмом опоясывает голову. Такое чувство, что она вот-вот расколется надвое.

– Я всего лишь хотел понимания, дорогая. Простой женской ласки, кроткости, уступчивости… Ты ведь никогда мне уступала, помнишь? Всегда стояла на своем до последнего. А еще эти твои вечные устремления… Быстрее, выше, лучше. Кто бы знал, как я от всего этого устал… Как мне надоело постоянно с тобой конкурировать…

– То есть я должна была остановиться в развитии для того, чтобы ты мог почувствовать себя мужиком? – выплевываю ядовито.

Меня душат обида и ярость. Прямо сейчас, в эту минуту Миша голыми руками разрывает мне сердце. Ведь я никогда не хотела обидеть его. Более того – я действительно им восхищалась! Мне казалось, что мы с ним на одной волне – обеспеченные, успешные, яркие. Рука об руку идем по жизни, вдохновляя и поддерживая друг друга.

И да, возможно, я не так хороша в дешевой театральщине и неприкрытой лести. Если я хвалю, то хвалю за дело. Если восхищаюсь, то от души. Но, похоже, Мише этого было мало. Ему не нужна была самодостаточная женщина. Он отчаянно мечтал об удобной.

– Вот опять, – муж делает несколько жадных глотков из бокала. – Я пытаюсь рассказать тебе о том, что чувствовал все эти годы, а ты думаешь только о своем клятом развитии.

– Выходит, эта Катя дала тебе все, о чем ты мечтал и чего не получал от меня? – картинка перед глазами мажется от нестерпимой боли, но я считаю необходимым докопаться до сути. – Понимание, покорность и, должно быть, какой-нибудь жутко извращенный секс?

– Мы с ней не спали.

– Что?

– Между нами не было ничего, кроме сегодняшнего поцелуя, – мрачно поясняет муж. – Долгое время мы просто общались. Часами разговаривали на офисной крыше, делились наболевшим. Поначалу я воспринимал ее исключительно как друга, а потом… начал что-то чувствовать. Но я всегда относился к тебе с уважением, Адель. Всегда берег твои чувства, – он выдерживает паузу и шумно выпускает воздух через ноздри. – Поэтому нет, никакого извращенного секса у нас не было.

Отчего-то мне кажется, что он говорит правду. Однако этот факт не приносит ни радости, ни облегчения.

– Но ты бы хотел этого, не так ли?

Миша, не моргая, выдерживает мой тяжелый испытующий взгляд. А потом залпом осушает бокал и добивает меня контрольным:

– Хотел бы.

На мгновение опускаю веки, борясь с невыносимой тошнотой, которая волной поднимается вверх по пищеводу. А в следующую секунду от темени к шее прокатывается такая мучительная резь, что мир перед глазами вмиг темнеет.

– Аделина, что с тобой? – голос Миши доносится до меня как через толщу воды. – Аделина! Ты меня слышишь?

Меня неумолимо ведет куда-то в сторону. Пытаюсь крепче вцепиться в столешницу, но не выходит. Равновесие безбожно теряется, сознание ускользает…

Мишин испуганный возглас.

Глухой удар тела об пол.

А дальше – зловещая тишина…