![](/files/books/160/oblozhka-knigi-aliskina-mechta-si-333803.jpg)
Текст книги "Алискина мечта (СИ)"
Автор книги: Татьяна Волк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
14
Осторожно захожу в квартиру. Хотя какой смысл красться, если мать и так меня только что видела во всей красе. Уже через несколько секунд, после того как открыла и закрыла входную дверь, щелкнув замками, слышу её голос.
– Дочь, а ты молодец, – доносится из единственной комнаты, которая служит нам и залом, и спальней. – Не пропадёшь.
Мне даже думать не хочется на что она намекает. Просто молча разуваюсь, когда она выходит ко мне в коридор.
– Зря я вообще переживала за тебя.
В её руках открытая банка с кремом. Из тех что часто рекламируют, но ужасно впитываются в кожу. Мать наносит этот крем на лицо и поглядывает на меня сверху вниз, пока я снимаю обувь, устроившись на низкой полке прихожки. Крем на её физиономии уже похож на низкопробную белую маску, но маму больше заботит другое.
– А Глеб-то вообще знает про твоё интересное положение? Или это его ребёнок?
Я краснею из-за такого её предположения. Обидно, что она вот так обо мне думает.
– Не было у меня с ним ничего такого! – выпаливаю, отставляя обувь на полку.
– Ну, так может надо чтобы это случилось?! У тебя сколько недель? На маленьком сроке ещё вполне можешь сделать вид, что этот твой ребёнок от него.
Я ошарашенно поднимаю голову, понимая к чему она клонит. Нет, у меня конечно есть сомнения знает Глеб о моей беременности или нет, но его дед-то точно в курсе, что мой ребенок не от его внука. А даже если бы они оба не знали, то я бы все равно не стала пытаться никого обмануть и делать вид, что мой малыш от Глеба. Как-то это слишком подло что ли. Вот и бросила матери сердито:
– Не говори ерунды! Я всё равно не стала бы делать ничего подобного!
Резко поднимаюсь. Мне хочется избежать этого неприятного разговора и на десять минут скрыться от неё хотя бы в ванной. Но мама догоняет меня язвительной репликой:
– В таком случае мне даже интересно как ты собираешься ему сообщить такую новость. Ведь «ничего такого», – передразнила она меня, – у вас ещё не было, а ребёнок через несколько месяцев у тебя уже появится! Представляю, как Глеб подобному «обрадуется»!
По её словам, так Степнов такому точно рад не был бы. Уж очень она выделила это слово особенной интонацией. Я поджала губы от досады, потому что действительно не знаю слышал он мой разговор с его дедом или нет. Но и выяснять у него это мне кажется глупым и по меньшей мере странным. Не такие у нас с ним отношения, чтобы я лезла к нему с подобными вопросами или разговорами. А мать продолжает наседать.
– Нет. Глеб конечно мужик хороший, но я бы на твоем месте сделала сейчас аборт, пока он интерес к тебе не потерял. Ведь наверняка же сразу решит, что ему не нужны такие проблемы. У него и без тебя женщин хватает. А значит он точно с беременной возиться не будет. Зачем? Если и так желающих хватает его к рукам прибрать.
Она говорит и не останавливается. А мне, чем больше она говорит, тем противнее становится. Почему-то задевают её слова, хотя мне дела не должно быть, как до женщин Степнова, так и до интереса или его чувств ко мне.
Не должно быть, но психанув брякнула матери:
– Значит и мне никакой Глеб не нужен, если его мой ребёнок так пугает!
Быстро прошла мимо неё и хлопнув дверью закрылась в ванной.
Опять она меня довела до такой степени, что всю трясёт. Закрываю дверь на защёлку и подхожу к зеркалу. Включаю холодную воду.
Глядя на свое отражение вижу вспухшие и покрасневшие от поцелуя Глеба губы и щупаю их пальцами. Их до сих пор почему-то покалывает. С Игорем больше нежности в поцелуях было. Хотя если честно признаться, то дело даже не в нежности, а как сказала бы Надька довольно слабой химии между нами. А здесь я действительно ловила звёзды, как говорит мать. Чему я и сама удивилась немало. Чтобы я так от одного поцелуя горела это ещё надо постараться. Причем Игорь за всё время сколько я его знаю так расстараться не смог.
Ещё раз взглянула на свою обескураженную физиономию в зеркале и покачала головой. Вот действительно самое время в себе женщину открывать, когда от другого безнадёжно беременна. В конце концов я действительно не знаю, а целовал бы он меня вообще, если бы знал, что у меня ребёнок от бывшего мужа будет? В том, что Игорь бывший у меня не осталось никаких сомнений. Но и в том, что у меня что-то может быть с Глебом я тоже не уверена. Хмыкнула и брызнула на лицо водой, чтобы глупые мысли от себя отогнать.
– Ну и дура ты, Алиска!
Мне сейчас вообще надо только о будущем ребёнка думать, а не о каких-то мужиках!
15
Проснулась утром. Мать уже суетилась на кухне. Вчера после того, как вышла из ванной ещё часа два, наверное, слушала её наставления. Вернее, пропускала мимо ушей. Жить по её указке или прислушиваться к её советам у меня вряд ли получится. Уж слишком мы с ней разные. Хотя, как она утверждает, то во мне она видит свое отражение. В молодости так же сглупила. Оставила ребёнка, а теперь вот в итоге мало того, что из-за меня она осталась одна, так ещё и я выросла и ни во что её не ставлю. Мне немало пришлось переслушать прошлым вечером, но даже несмотря на это я в своем решении осталась непреклонной. Буду рожать и точка!
Вышла к ней на кухню где-то через минут двадцать. Когда уже успела привести себя в порядок и переодеться. Мы всё равно с матерью живем в одной квартире, что же мне теперь прятаться от неё? Мама при моём появлении сразу оживилась.
– Тебе тут записка от твоего скамеечного кавалера, – она помахала белым конвертом передо мной и протянула его мне.
Письмо хоть и было запечатано до того, как попасть в руки мамы, но передавала она мне этот конверт уже разорванным с одной стороны. А значит его содержимое она уже знала.
Я взяла из её рук это послание и достала сложенный вдвое лист. Там было всего несколько строчек, написанных размашистым почерком.
«Алиса, я уехал по работе на две недели. Дождись меня. Нужно поговорить».
Внизу была подпись «Глеб».
Надо же. Даже деда на это время оставил. Только задумалась о том, что надо будет зайти к старику, мало ли ему что-нибудь нужно будет во время отъезда внука, как меня из этих размышлений выдернула мать. Всё это время она смотрела на меня ехидным взглядом, и стоило мне дочитать, как она тут же высказала свое мнение по этому поводу.
– На твоем месте я бы использовала это время с пользой и сделала аборт. Так у тебя будет хоть какой-то шанс удержать этого шикарного мужика.
Опять она за старое! Я сузила глаза и запихнула записку обратно в конверт.
– Но ты не на моём месте, мам! Я тебе по этому поводу всё сказала ещё вчера! Если, как ты говоришь этого шикарного мужика не устраивает мой ребёнок, значит мне просто не нужен этот мужик!
Демонстративно порвала при ней это «письмо» и выбросила в мусорное ведро. Хотя и кольнуло что-то внутри в который раз, когда задумалась о Глебе. Но если выбирать между мужчиной и моим малышом, я всегда выберу своего ребёнка.
Мать подобной жертвенности с моей стороны не оценила. Крикнула на меня:
– Вот назло матери и уши бы себе отморозила! Просто всё готова сделать лишь бы мне наперекор! А я же только о тебе, дуре, забочусь!
Весьма своеобразно. В очередной раз поморщилась и выскочила в подъезд. Впереди у меня был целый рабочий день, чтобы отойти от её заботы.
16
В последнее время я стала ловить себя на том, что меня сильно тошнит по утрам, и надо что-нибудь съесть, чтобы это прошло. Из дома я выскочила голодная, а вот по пути на работу не удержалась от того, чтобы купить себе пару пирожков. Пока ещё было время заскочила на кухню в нашем офисе и, щелкнув выключателем электрического чайника уже предвкушала завтрак с пирожками и чаем, когда рядом с дверью нашей общей кухни остановился наш начальник. Вряд ли он видел, как я сюда заходила, да и сидела я здесь одна довольно тихо. Может поэтому мне «посчастливилось» ненароком подслушать его разговор по телефону.
– Мам, ты же прекрасно знаешь про Вальку. К чему эта конспирация?
Я молча завариваю чай с бергамотом и шуршу пакетиком с пирожком, откусывая долгожданный кусок. Размешиваю сахар в кружке. Вячеслав Сергеевич в это время молчит и по всей видимости слушает своего собеседника. Нас разделяет запертая дверь и через непрозрачное белое матовое стекло я вижу разве что его силуэт. И слышу его голос через минуту напряженного молчания.
– Ах, дед не в курсе! – хмыкает Вячеслав Сергеевич. – И ты переживаешь, как он воспримет такую новость. Мама, может мне ещё и на какой-нибудь девушке жениться, только чтобы на здоровье деда моя жизнь никак не отражалась? Он ведь давно чего-то такого хотел!
Вроде бы обычный разговор. Но Вячеслава Сергеевича он кажется вывел из себя. Ох уж эти родители, которые вмешиваются в жизнь повзрослевших детей!
Я тоскливо вздыхаю и откусываю ещё один кусок румяного пирога с яблоками. Набила рот как хомяк и как назло именно в этот момент, завершив свой разговор, дверь на кухню неожиданно открывает начальник. Мы уставились друг на друга большими коровьими глазами. Так что я даже жевать перестала. А вообще я что? Я ведь ничего! Я даже ничего толком не слышала и не поняла из этого его разговора. Но вглядываясь в напряженное лицо Вячеслава Сергеевича подозреваю, что он не слишком доволен тем, что я его вообще хоть каким-нибудь образом услышала.
– ВАгина! – строго обратился он ко мне по фамилии. Подозреваю, что первоначальным его желанием было накричать на меня или отчитать за что-то. За что именно не знаю. Может за то, что притаилась тут как шпиён в засаде вместо того, чтобы подать знак начальству, что конфиденциальный разговор уже не такой конфиденциальный. А я невольно грею уши. Но прищурившись Вячеслав Сергеевич задумчиво изогнул бровь и ещё раз ко мне присмотрелся. – Так. А ну-ка встань-ка?!
Я хлопнула ресницами, недоумевая из-за этого нелепого требования, но не очень уверенно всё-таки выполнила его. Поднялась со стула, на котором сидела. И, наверное, чуть ли не впервые за всё время, что я здесь работаю наш начальник окинул меня каким-то оценивающим взглядом.
Моя бровь поползла вверх от удивления, а Вячеслав Сергеевич, совсем охамев, приказал, махнув мне рукой.
– Покрутись.
Тут уж я не выдержала и, проглотив недожеванный пирог, нахмурившись выпалила:
– А может Вам ещё и сплясать?! Вячеслав Сергеевич, я понимаю ещё, что на хамство клиентов я вежливо должна отвечать. В конце концов мне за это платят. Но Вы-то куда?!
Мой начальник в ответ как ни странно даже бровью не повёл. Продолжая всё также задумчиво сверлить меня взглядом. Потом, игнорируя мою вспышку неповиновения, произнёс невпопад.
– Да, пожалуй. Ты должна ему понравиться.
Кому?! Ему?!
Мое непонимание происходящего и так достигало критической точки. Но Вячеслав Сергеевич решил подкинуть новую задачку для моего и без того ничего не понимающего мозга.
– К двум часам будь готова! Мы с тобой обедаем в ресторане.
Прозвучало, как приказ. Но извините, кто он мне такой, чтобы тащить в какой-то ресторан, не спрашивая моего мнения по этому поводу? Это же уже явно не по работе, поэтому я и фыркнула:
– Извините, а на кой мне это?!
Наш бедный Славочка явно не ожидал, что я посмею выказать хоть какое-то сопротивление его заманчивому предложению. Вскинул вверх брови. Физиономию свою ангельскую скривил.
– Ну. Поешь вкусно, – пожал он плечами, придумав для меня не самое удачное оправдание.
– Вкусно поесть я и дома могу, – опять фыркнула я. – Тем более что ещё не известно из чего и как там это готовят…
Вячеслав Сергеевич нахмурил брови и резонно заметил:
– ВАгина! Ты только что уличную выпечку с большим удовольствием топтала. С чего вдруг ты начала корчить из себя принцессу и выеживаться?
– Может быть, как раз потому, что я предпочитаю сама решать, что, где и с кем мне «топтать»?
Я уперла кулаки в бока, решив стоять до упора на своем. На фиг мне эти неожиданные фортели? Что ему там в голову взбрело, чтобы меня куда-то там приглашать? И чем ещё это для меня обернется?
Мой начальник тяжело вздохнул. Видимо устал со мной препираться.
– ВАгина, я даже не подозревал, что ты такая проблемная. Ну хочешь я тебе премию выпишу?
Я опять нахмурилась.
– Вы что меня в рабство кому-то продать хотите?
С чего вдруг такая щедрость?
– Ага. Сексуальное! – мрачно бросил мужчина. – Я не понимаю, это на тебя так фамилия что ли влияет? Или тебе деньги не нужны? Я же сказал. Просто молча посидишь рядом и пожуешь. Что там тебе принесут. Всё в рамках закона. Никто домогаться тебя даже не собирается. Что за глупости такие тебе в голову лезут? Просто, – он выделил это особой интонацией видимо рассчитывая окончательно меня либо этим убедить либо послать ко всем чертям с моими заморочками. – Поешь. И получишь премиальные.
Ну уж после этого, после того, как начальник убедил меня, что во время этого обеда меня не ждёт ничего криминального и он сказал это волшебное слово, «премиальные», мои сомнения отпали сами собой. Конечно нам с малышом сейчас деньги нужны. Так что не время ломаться. Даже если просьба моего начальника выглядит какой-то странной и непонятной, а бесплатного сыра не бывает даже в мышеловке.
17
Еду в машине с Вячеславом Сергеевичем и слушаю его короткий инструктаж. Слишком короткий, чтобы я что-либо понимала.
– В общем я везу тебя на встречу с моими родственниками. Молчи и подыгрывай мне. А главное постарайся моему деду понравиться, – заявил мне мужчина.
В качестве кого? Вслух я правда другое спросила:
– Так молчать или подыгрывать? – не поняла я. Вообще конечно мне ещё и очень интересно как это я молча кому-то понравиться умудрюсь. Но бывает же так, что некоторые девушки чудо, как хороши, пока не откроют рот. Видимо мой начальник меня к таким же причисляет. Обидно. Но что поделать?
Вячеслав Сергеевич раздраженно рыкнул и зыркнул на меня злым взглядом, явно уверившись что слишком поспешил с кандидатурой на роль своей напарницы в этой его сомнительной затее.
– Ты молчишь! И не возражаешь, когда я говорю.
Я пожала плечами. Уже сама не рада, что в это всё ввязалась, но напоминаю ему:
– Да говорите на здоровье. Главное, чтобы мне мою эту «помощь» оплачивали потом хорошо.
Я надеюсь мой намёк был не слишком тонким и до Вячеслава Сергеевича дойдёт, что я на щедрые премиальные рассчитываю. Осторожно повернулась к нему. И он с силой сжимает руль. Я как-то раньше не обращала внимания, или попросту у меня такой возможности не было, но именно сейчас мне почему-то стало интересно, а его в быту все женщины раздражают? Или только я?
Где-то минуту мы едем молча, но стоило ему остановиться на светофоре, как мое любопытство все-таки победило здравый смысл и нежелание лезть к и без того раздраженному мужику с разговорами.
– Вы меня конечно извините, а что с Вашей настоящей девушкой не так? У неё что татуировка на все тело, что Вы её Вашему деду предъявить боитесь?
Мой начальник почему-то в недоумении вскинул брови.
– У моей девушки?
– Ну, Валя. Вы же по телефону говорили…
Или я что-то неправильно поняла?
Начальник ещё больше наморщил лоб, так что я уже начала корить себя за то, что вовремя не прикусила язык. С чего я вообще сделала такие выводы, что это его вторая половинка или кем там эта Валька ему приходится? Да ещё и полезла к своему начальнику с такими разговорами. Ну, не дура? Хорошо хоть Вячеслав Сергеевич к этому более-менее спокойно отнёсся, и расслабившись усмехнулся, прежде чем мне всё объяснить.
– Ах, да. У моей девушки, – он почему-то так выделил это слово «девушки», что я невольно опять нахмурилась.
– Вагина, мой дед недавно перенес инфаркт. А Валя, довольно необычная пара для меня в его представлении. Дед у меня конечно прогрессивный человек, но не настолько, чтобы принять это всё. Плюс опять же его слабое здоровье. В общем он знает, что у меня кто-то есть, но я не могу ему сейчас представить именно Валю. Его это просто добьёт.
Я небрежно пожала плечом. До этого я как-то не думала, что нашего Вячеслава Сергеевича может заинтересовать какой-то фрик. Но может правду говорят, что противоположности притягиваются? Хотя и любопытно немного, что же это за девушка такая, если его родственника от одного её вида как минимум удар хватить может?
– То есть Вы вместо Вали Вашему дедушке меня решили представить? – я в общем-то не такая глупая, чтобы не понять к чему все это идёт, но все равно решила уточнить. Чтобы лишнего не додумывать и обозначить кое-какие рамки.
– В качестве моей невесты, – осторожно подтвердил мужчина. И уточнил, чтобы я губу не раскатывала:
– Подставной.
Как будто я уже согласилась стать настоящей! Вячеслав Сергеевич мужчина конечно может и симпатичный, но тоже пусть не обольщается! Я не настолько им очарована, чтобы из кожи вон лезть лишь бы его добиться. Тем более сейчас, когда я поняла, что он несвободен. Ещё и с девушкой своей так некрасиво поступает. Мало того, что у нас на работе никто не в курсе её существования, так мне, например, было бы ещё и очень обидно, если бы меня так даже родне стыдились представить. А он ей кажется и шанса не предоставил себя проявить. Уж в крайнем случае татуировки можно замазать, пирсинг снять и подыграть любимому, чтобы деда его до больницы не доводить своим вызывающим внешним видом. Но это видимо только я так думаю, а Вячеслав Сергеевич явно другого мнения на этот счёт. И похоже с чужим он в этом вопросе совсем не считается. Так что я взбрыкнула. А нечего быть таким снобом и эгоистом!
– Вообще Вы о таком могли бы и предупредить меня сначала, прежде чем везти непонятно куда и кому-то представлять в подобной роли. Мы ведь об этом точно не договаривались! Я уж не говорю о том, как Ваша девушка могла бы воспринять подобное!
Мой начальник только молча поворачивается ко мне и опустив ладонь с руля характерным движением пальцев напоминает о деньгах.
– Об этом же мы с тобой успели договориться?! – напоминает мне довольно грубо.
– Очевидно, что Вы забыли рассказать о некоторых важных деталях! – фыркаю я в ответ и, скрестив руки на груди, сверлю его недовольным взглядом. Так что Вячеслав Сергеевич сквозь зубы раздраженно бросает:
– Хорошо! За это ты получишь много денег! И кстати не беспокойся. Волосы тебе никто за один обед с моей роднёй выдергивать не будет. Валя не в курсе этой встречи.
Я конечно сразу прикинула, чем мне может это обернуться. Нормальная и адекватная женщина конечно и вовсе не должна была бы вестись на подобные авантюры! А я вместо этого подсчитываю в уме сколько мне денег понадобиться на ребёнка даже на первое время. Тут уж если честно не до гордости и показывания нрава. Да и кто мне такая его девушка, чтобы я сейчас её интересы отстаивала в ущерб себе? Я выругалась про себя, потому что в итоге мне приходится наплевать на свои принципы, не связываться с женатыми и несвободными, и пытаться торговаться, оправдывая себя тем, что я скоро матерью стану и мне сейчас не только о себе нужно думать. Ведь нам с ребёнком дополнительная копейка никак лишней не будет. Тем более что я же не проституткой собираюсь стать и ничего этакого я этому «жениху» разумеется позволять не собираюсь. Перебьется, даже если захочет, так что никакой Вале меня упрекнуть не в чем будет. Это просто для дела. Опять же чтоб чей-то дед здоровее был.
– Много денег, – на автомате повторила я, перечисляя в своей голове все благородные мотивы, которые я преследую, соглашаясь на это все, и закусила уголок нижней губы. – Деньги – это конечно хорошо, – кивнула я головой. Но необходимость обозначить кое-какие рамки, по-моему, стала только более очевидной. А то знаю я этих мужиков. Сначала разговоры о том, что домогаться никто не будет и о какой-то Вале, чудесном создании, а стоит к себе чуть поближе подпустить так сразу вопьётся в мой рот, как Глеб всего день назад.
Из-за мыслей о Степнове я только опять помрачнела и непроизвольно коснулась пальцами собственных губ. Когда до меня дошло, что я делаю, я резко отдернула руку от своего рта и довольно жестко обратилась к начальнику.
– Вячеслав Сергеевич, знаете если я всё же соглашаюсь, то в таком случае давайте договоримся ещё раз, чтобы точно никаких поцелуев на публику и вообще желательно без тактильного контакта! Даже за деньги! Я не собираюсь чем-то подобным с Вами заниматься лишь бы Вашего дедушку порадовать!
Мой босс от таких моих речей едва удержал управление. Весь скривился, будто кислючий лимон только что съел, представив то, о чём я ему говорила. Тоже мне! Я между прочим красивая девушка, а не урод какой. И он ещё за честь должен был бы считать, если бы я его поцеловать решила. А не рожу кривить! Но это если бы у него девушки не было.
Но мой начальник на этот счёт был явно другого мнения.
– Ради деда. Вот об этом я как раз не подумал, что они чего-то такого могут от нас ждать, – хмуро отозвался. – Раз уж ты напомнила, то да. Давай всё-таки обойдемся без всей этой прилюдной демонстрации несуществующих чувств. И если мы с тобой, как говорится «в одной лодке», то давай ты будешь ко мне обращаться просто по имени. Слава.
– Тогда, Алиса, – уточнила я более спокойным голосом. Почти вовремя, потому что мой шеф как раз вырулил к парковке возле ресторана, в котором нас ждали его родственники.
Наконец мы вышли из машины, и Вячеслав Сергеевич завел меня внутрь. Вообще не понимаю я этих современных интерьеров. Вокруг яркие сочные оттенки. Дорогие стулья, обитые серым, синим и оранжевым бархатом и при этом какие-то связки сена посреди зала, накрытые непонятно чем и заставленные пеньками и вазонами с экзотическими растениями, которые на фоне сена и пеньков как по мне смотрятся совсем неуместно.
Я грустно вздохнула. Надеюсь здесь хотя бы кормят вкусно.
Мой начальник, или как он попросил называть себя в машине, Слава подошел ко мне сзади и, забыв о нашем условии, подтолкнул меня в спину. Потому что уж слишком я задержалась, рассматривая всё это «великолепие». Я повернулась к нему, и мужчина кивком головы указал на деревянный стол, за которым нас уже ждала пожилая пара в компании женщины лет пятидесяти. С виду милые старички, да и мама Вячеслава Сергеевича, как я поняла это была именно его мама, на первый взгляд производила приятное впечатление. У неё были прямые окрашенные в черный цвет волосы до плеч, серые глаза и довольно нервная усмешка, которая должна была символизировать её радость от встречи с нами. Мной и её сыном естественно.
Мы подходим к ним, и я тоже натягиваю на свою физиономию улыбку, как было условлено в нашем устном договоре со Славой, а мой начальник, представляет нас:
– Дед, бабуля, познакомьтесь. Это моя невеста, Алиса.
По его логике с его мамой, Ксенией Тарасовной, я уже должна была не раз видеться до этого. Поэтому женщина при моем появлении поднялась и довольно неуклюже расцеловала меня в обе щеки будто мы давно знакомы.
Я стерла со своей щеки алый след, оставшийся от её помады и осторожно уселась на стул. Вот прямо напротив большого панорамного окна с видом на парковку и парковую зону, засаженную деревьями и зеленью за ней. Правда вдоволь полюбоваться этим не дала бабка Славы. Она так восторженно всплеснула руками при виде меня.
– Славушка, я уж думала мы с дедом не доживём до того момента, когда ты нам хоть какую-то девушку представишь! Ксюша мне говорила, что ты с кем-то встречаешься, но я если честно уже даже начала побаиваться, что ты у нас из этих! – она сделала такие страшные глаза и заговорщицки переглянулась со мной, словно я должна была понимать из каких таких «этих» её внук мог бы быть, не будь у него прекрасной меня.
Если честно, то я очень смутилась из-за её громкого голоса, который пронесся по всему залу ресторана. Так что некоторые посетители начали на нас оглядываться. Я не люблю привлекать к себе внимание, поэтому чтобы хоть как-то скрыть свою неловкость из-за поступка этой громкоголосой женщины, повернулась к деду Вячеслава Сергеевича. Тот насуплено смотрел на меня из-под своих кустистых бровей, пока его жена качала головой глядя на порозовевшего Славу и продолжала выплескивать свои эмоции чрезмерного восторга на окружающих.
– Твой дед бы точно не пережил такого позора!
Ну вот. Теперь я ещё и потупилась, и опустила глаза в стол. Да уж. Этот обед явно не обещает быть томным. И что за намёки такие со стороны Нины Терентьевны, бабушки Вячеслава Сергеевича? Что она его за двадцать шесть лет ни разу с девушкой что ли не видела, чтобы так радоваться этому? Как-то чем дальше, тем всё более чудесатым мне все это стало казаться.