![](/files/books/160/oblozhka-knigi-aliskina-mechta-si-333803.jpg)
Текст книги "Алискина мечта (СИ)"
Автор книги: Татьяна Волк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
– Но я собственно тебя не для этого позвал.
Смотрю на него с удивлением, и он продолжает.
– Я тут надумал тебя к Валькиной сестре по блату устроить. У них правда профиль другой. Но основные обязанности те же. Ничего. Подучишь методичку, зато зарплата в два раза больше. Что ты там хотела? Уйти от своих мужей, проблем и неадекватных сожителей? Ну вот. У тебя будет такой шанс.
Я прикрутила было свою радость и осторожно поинтересовалась. Ну правда с чего бы такой аттракцион невиданной щедрости? И с чего это Слава Сергеевич так от меня избавиться спешит?
– А почему? Я что плохо работала?
Зубов глянул на меня и изогнул бровь. Всё-таки достал сигарету.
– Да наоборот. И даже про мой «секрет» подружкам своим не растрепалась. Вагина, я столько узнал о тебе в последнее время, что теперь даже чувствую за тебя и твоего ребёнка какую-то ответственность что ли. Как сама понимаешь своих детей у меня нет и не будет. Но может хоть крёстным отцом сделаешь?
У! Какой «тонкий» намек. Я почему-то расчувствовалась.
– Может, – уже не могу скрыть улыбку сквозь слёзы. Потому что если у меня появится шанс наконец выбраться из этой чёрной полосы, которая всё никак не заканчивается, то конечно я буду бесконечно счастлива. – Спасибо Вам, Вячеслав Сергеевич!
Он пожимает плечами.
– Ну спасибо пока рано говорить. Я же за тебя работать не смогу. Так что всё остальное зависит только от тебя. К тому же там есть возможность и удалённо работать. Думаю, не пропадёшь.
Вот умеет он мне настроение поднять. Я очень надеюсь, что теперь у меня наконец всё хорошо будет и я перестану чувствовать себя неприкаянной сироткой, которая вынуждена по чужим углам скитаться. И наконец полноценно к своему скорому материнству начну готовиться. Без этих постоянных нервов и стрессов!
39
Вечером возвращаюсь домой обнадёженная Вячеславом Сергеевичем. Честно говоря, выучить текст из методички для меня не проблема, зато наконец смогу съехать отсюда. Держу кулачки чтобы всё получилось и захожу в подъезд. Как обычно, по закону подлости через минуту рядом с лифтом появляются Глеб и мамин этот Анатолий Николаевич, который не придумал ничего лучше, как подойти ко мне сзади чуть ли не вплотную. Дышит рвано мне в ухо под косыми взглядами Степнова. Заходим втроем в лифт и это чудовище, остановившись рядом со мной, заговаривает:
– Вот зря матери вчера всё рассказала. А я тебе по-настоящему помочь могу. И деньгами помогать буду. Тебе и ребёночку твоему. Давай приду к тебе ночью. Только ты сегодня-то не кричи.
Почему он решил, что мне можно говорить подобное при Степнове я понятия не имею. Видимо подумал, что раз мужик заменил меня в своей квартире на другую женщину, то нас теперь совсем ничего не связывает. Но у Глеба на этот счёт кажется было своё мнение. Даже слушать мой ответ не стал. Резко ударил по кнопкам, останавливая лифт не на нашем этаже. Двери не успевают разъехаться, как он схватил за грудки маминого Толясика и вытряхнул того из лифта, зарядив ему кулаком по лицу и печени.
Я вскрикнула и выскочила за ним на лестничную клетку, где он уже валял маминого сожителя по бетонному полу. Ещё блин убьёт его!
– Глеб! – прикрикнув вцепилась в его плечо, пытаясь оторвать от этого мужика. Не стоит он того, чтобы из-за него в тюрьму садиться. И так всё лицо ему разбил. Хватит с него.
– Домой иди! – вместо того, чтобы послушать меня строго приказал мне Степнов, поднимая себя и сожителя моей матери с пола. Морду он ему бить не стал больше, а я не стала досматривать эту сцену до конца, заскочив в лифт. Попасть под горячую руку во время мужских разборок это вообще последнее, чего бы мне сейчас хотелось. Хотя может это было и неправильно с мой стороны. Ведь в какой-то степени начались они из-за меня.
Ещё несколько минут после этого я с опаской ждала появления взбешенного Анатолия Николаевича уже в нашей квартире. И как оказалось совершенно напрасно. Не знаю, что Глеб такого сказал этому мужику, но суть в том, что появился он возле нашей однушки только когда мать пришла с работы. И к моему удивлению начал нести ей про свою жену, которая уехала в отпуск к детям, а сейчас наконец возвращается. И он соответственно тоже возвращается. К своей жене. Правдой это было или бредом навеянным страхом перед Степновым ни я, ни моя мама конечно же не стали выяснять. И вещи её ещё некогда почти любимого Толяна летали по всему нашему подъезду. С громкими криками и матами доносившимися из уст моей матери.
Под конец, когда она уже захлопнула дверь, рухнула рядом со мной на диван.
– Господи, я так устала быть одна! – всхлипнула она. – Но мужики эти! Кого вообще в этой жизни они могут осчастливить?!
Такие точно никого, но пока подбирала правильные слова для ответа маме, в дверь нашей квартиры позвонил ещё один представитель сильного пола.
– Если это Толик, гони его в шею! – крикнула мне вдогонку мать, когда я вышла в коридор. Я бы конечно с большим удовольствием это сделала, но вместо её мужика у нас на пороге оказался Степнов.
Вышла к нему на лестничную клетку и прикрыла дверь, чтобы мама не слышала нашего разговора.
– Чего тебе? – меня уже так достали за вечер все эти скандалы, драки и выяснения отношений что я даже не пытаюсь казаться вежливой.
– Алиса, ты могла сказать, что этот мужик к тебе пристает? – начал было сердито Глеб, но я посмотрела на него как на круглого дурака.
– И как ты себе это вообще представляешь? – раздражаясь хмыкнула я. – Нет. Правда. Ты живёшь там со своей Лизой, и ждешь, что я буду про какого-то козла тебе рассказывать?
Как будто только я самоустранилась из этих отношений. Нет он конечно утром красиво мне все рассказывал о том, что я могу сделать. Прийти к нему за помощью и всё-такое. Но последние два дня каждый из нас был зациклен только на своей уязвленной гордости. Мы толком не разговаривали, и я даже не представляла себе, как это можно сделать. В такие условия он нас поставил. И он тоже! Как будто он раньше этого Толяна не видел! Смотрит на меня с таким невинным видом, а я не знаю, как ему сказать что меня унижает подходить к нему со своими проблемами после такого! Он с другой женщиной живёт! В конце-то концов! Как бы она его не обманывала, но это или крайняя степень мягкотелости, или просто ему уже так удобно! Как бы то ни было говорю ему прямо об этом. Добавив напоследок:
– Спасибо тебе конечно за помощь сегодня. Но ты со своей бабой разберись для начала! А потом уже в мою жизнь лезь и требуй от меня что-то!
Ведь с мужчинами он может быть очень даже грубым. Но вот с женщинами так какой-то мягкий плюшевый мишка, из которого верёвки можно вить особенно ушлым. И я вот уже даже не знаю. Нужно мне это по жизни или нет? Больше склоняюсь к тому, что всё-таки нет.
Кто бы знал, что сама решу его проблему буквально на следующий день.
…
У меня был выходной. Так что решила разгрести в квартире тот бардак, который образовался в том числе и после ухода маминого сожителя. С буквально вывернутым содержимым шкафов на ковер в нашем зале и разными мелочами, которые хотелось поскорее за ним убрать, чтобы забыть об этом Анатолии как о страшном сне.
Ближе к двум часам дня вышла к мусоропроводу, чтобы выбросить пакеты с мусором и освободить мусорное ведро и пока всем этим занималась услышала, как на смежном общем балконе за расхлябанной жильцами нашего дома дверью по телефону с кем-то разговаривает бывшая девушка Глеба. Мне конечно хочется поскорее уйти, но в то время как я в спешке избавляюсь от следов пребывания мужчины в нашей квартире до меня все равно долетают обрывки её разговора.
– Связь здесь конечно жуткое дерьмо, – кричит она с балкона. – Приходится орать чтобы ты меня услышала.
Для меня лично ничего интересного она не говорит, так что я открываю мусоропровод. Высыпаю мусор. Правда чуть не промахнулась, когда услышала следующее:
– Мариш, да какая на хрен беременность?! – фыркает Лиза. – Ты же меня знаешь. Я убеждённая чайлдфри.
Мне показалось, что я ослышалась. Потому что если это правда, то ну не может же она быть такой дурой! Вот так открыто вопить об этом, при том что если Глеб в это время дня и не находится дома, то его дед ведь вполне может выйти на лестничную клетку и её услышать. И вообще на что она рассчитывала, когда появилась здесь и убеждала всех в том, чего нет и близко?
– Сейчас просто перекантуюсь в этой Тьму-Таракани, пока мне визу откроют. А потом только меня и видели. Тем более мой Адильчик меня уже заждался.
Понятно. На мужчин тюфяков она видимо рассчитывала. Только как она собиралась целый месяц лапшу им на уши вешать я даже не представляю.
Все ещё высыпаю мусор. Теперь уже из ведра, но пакет порвался, так что не без омерзения пытаюсь избавиться от остатков грязи и очисток от овощей, налипших к внутренней стороне ведра. И борюсь с огромным желанием, открыть эту чёртову дверь и вывалить это всё ей на голову. Лиза же затихает на несколько секунд. Потом опять тараторит без умолку.
– Мариш, ну какая деревня! Чтоб я в деревне у матери коров пасла?! Где я и где эта деревня! Лучше уж здесь. Хотя думала Глеб посговорчивее будет. Раньше ты сама помнишь какой он был, – мечтательно произносит эта курица. – А сейчас таким занудой стал. Я к нему и так и этак. Даже бельё новое недавно надела. А этот. Как увидел, разорался. Выгнал из комнаты.
Лучше бы в поликлинику её ещё выгнал. Стою и поражаюсь умению этой девушки неопределенного возраста делать из мужчин ослов. Я бы так точно не смогла. Лизка в это время хохочет.
– Чего говоришь? Импотент? Ну а кто ещё! Я же тебе так и говорю. Вообще ведь на меня не смотрит, словно ему всё равно, что рядом с ним живая женщина!
Этот запах мусора меня уже достал так же, как и её бесконечный треп. Я стучу ведром по раззявленной пасти мусоропровода, а эта курица доводит меня до крайней точки кипения.
– Ну как буду выкручиваться? Скажу, что выкидыш случился. Вот так. На нервной почве. Сам меня довёл.
Я возмущенно выдохнула и всё-таки решила, что выкидыш у этой бабы случится гораздо раньше.
Отставляю ведро и распахиваю дверь на балкон. Лиза поворачивается ко мне и бледнеет, не зная слышала я хоть что-нибудь из её разговора или нет. Коротко бросает своей собеседнице:
– Я тебе потом перезвоню, – и сбрасывает вызов. Мнется с телефоном в руке. – Ну, привет что ли, – говорит мне как-то нервно и пожимает плечом, не зная чего от меня ожидать.
Я не стала ходить вокруг да около. Более того, ещё и решила действовать её методами. Да попросту приврать. Как она любит. Ну мало ли. Вдруг поверит?
– Вообще-то я всё слышала. И даже успела на диктофон записать, – есть в моем телефоне такая функция. А без этих идиотских шпионских штучек ещё подумает, что могла бы как-то выйти из этой ситуации и опять Степновых за нос водить. – Так что или ты Глебу всё сама расскажешь, чайлдфри, – с издёвкой повторила я за ней. – Или я ему эту запись дам послушать. И тогда я не знаю, что он с тобой за этот обман сделает. Да попросту прибьёт, наверное. Он мужик порывистый. Грубый. И церемониться с тобой после такого уже точно не будет.
Лиза ещё больше побледнела, а я добила её.
– Как по мне так коров в деревне у мамочки лучше пасти. Чем такой расклад. Но думай сама. Даю тебе время до завтра.
Выхожу с балкона и забираю свое ведро, пока эта хитрая дамочка приходит в себя. На самом деле я конечно ничего не записала, но она-то об этом не знает. И хорошо ещё, что доказать не попросила. Хотя поначалу доказывать её беременность тоже никто не просил. Мы блин простые люди. Привыкли верить на слово. В конце концов особых причин так врать в общем-то и не было. Глеб не богатенький Буратино какой. Он обычный мужчина. Который однако тоже умудрился вляпаться.
Ещё несколько часов после этого я не выходила из дома. Ждала, чем это всё закончится. Но Глебушкина Лиза поняла, что лучше лично ему все не рассказывать. Огорошила опять старика. Пока младший Степнов был на работе. Но вот если она рассчитывала, что дед Степан это безобидный божий одуван, то явно просчиталась. Потому что Степан Георгиевич где-то не меньше часа после этого орал на неё выходя на лестничную клетку. Швырял её вещи и грозился побить по заднице тростью. Потому что в детстве эту мандавошку явно мало пороли. И это кстати не мои слова. Просто его крики на весь подъезд были слышны. Включая нашу квартиру.
Через полчаса после того, как Лизавета уехала я всё-таки зашла к нему проверить как он.
Дед абсолютно разбит. Уселся на кухне и сердито вздыхал, всё ещё ругаясь на стерву, с которой его внук связался.
– Как земля-то таких носит? Врала мне всё это время! – потеряно выговаривал мне старик, пока я капала «Корвалол» ему в чашку. – И я дурак старый поначалу даже подумал, что это может быть правдой. Размяк как девка, наговорил тебе…
Да чего уж там. В тот вечер, когда Лиза со своими сказками появилась, по-моему, все отличились.
Ставлю перед ним чашку, и убираю со стола грязные кружки с засохшей пленкой чая на стенках. На автомате стираю крошки со стола, пока дед Степан мне жалуется, что на старости лет умудрился так опростоволоситься и не разобрался в человеке. А кто из нас смог? Хотя с себя в силу возраста он спрашивает больше. Ворчит пока я убираюсь на его кухне. Не потому что я какая-то всепрощающая дура и сейчас хочу, чтобы старший Степнов посмотрел на меня и оценил какую умницу и красавицу они потеряли. Да просто как-то не привыкла я жить в бардаке, а руки требуют, чтобы их чем-то заняли. Иначе сяду со стариком за стол и вместе с ним начну возмущаться, как ловко нас оказывается можно обвести вокруг пальца. Ведь эта Лиза оказалась не только той ещё неряхой. После появления которой не то что чей-то стручок, даже мои цветы с такой любовью расставленные на подоконнике на кухне Степновых и те завяли, заваленные потушенными в них бычками. Вот за них мне вдвойне обидно. А ещё эта женщина оказалась совершенно бессовестной врушкой. И вот к такому обману точно никто из нас готов не был.
40
Как-то потихоньку всё в моей жизни начало устаканиваться что ли. С моим пузожителем всё хорошо. Я прошла обучение и теперь работаю на новом месте. Пока ещё живу у мамы, но иногда переписываюсь с Вячеславом Сергеевичем. Он по-прежнему интересуется моей жизнью и выполняет роль друга что ли. Кстати с друзьями мне сейчас особенно повезло, потому что Степнов после отъезда его Лизы опять начал проявлять активность. Но я быстро дала ему понять, что у меня нет желания связываться с ним во второй раз. Ещё и вчера сдуру ляпнула, что подыскиваю себе новую квартиру и собираюсь съезжать отсюда. Сложно объяснить, но не могу простить, что он вот так долго со своей бывшей не знал что делать. И как с ней справиться. Ну нельзя же быть таким мягкотелым!
Теперь, то сама себя уверяла, что не нужен мне такой мужчина и ждала, что он окончательно от меня откажется. То, несмотря на всё это, понимала, что всё-таки его люблю и как какая-то романтично настроенная женщина, перечитавшая книг и насмотревшаяся мелодрам в своё время, по глупости ждала от Глеба какого-то поступка. Раз уж с этой Лизой он не смог проявить себя рядом со мной настоящим мужчиной у которого всё всегда под контролем. И который не даёт слабину. То хотя бы сейчас я ждала что он придёт ко мне красивый. С цветами. Бахнется на одно колено и скажет, что жить без меня не может. Любит только меня. Да был дураком, но больше таких ошибок не совершит. И вообще теперь гарантирует мне светлую и красивую жизнь. Но я сразу могла бы понять, что если полюбила такого дурака, то не стоит ждать от него каких-то красивых поступков или слов опять же. Надо просто воспринимать его таким какой он есть. А Глеб такой какой он есть временами это. Просто капец в квадрате.
Вот и сейчас смотрю в глазок, а он вместо цветов какую-то ерунду приволок. Это Глеб в очередной раз решил скрасить мне одинокий вечер. Сколько мы с ним переговорили в последнее время, словами не передать. Даже о том, что этот мамин Анатолий Николаевич действительно мать обманывал и к жене планировал вернуться. Она у меня после этого поначалу раскисла, но теперь ничего. Даже кроватки для моего ребёнка присматривает. Готовится стать бабушкой. А Глебу я уже всё объяснила и про свои страхи и неоправданные ожидания. И что боюсь, что подобное может повториться. А у меня ребёнок будет и вот вся эта нервотрепка мне совершенно ни к чему. Может если бы я этот разговор его бывшей случайно не услышала, он и дальше как телёнок у неё на поводу шел, подстраиваясь под эту бабу. И вот зачем мне такое? Я такого не хочу. Сто раз ему уже это говорила, а он упёрся рогом и всё тут. Приперся ко мне опять пока матери не было дома. Принес какие-то орешки и прочую дребедень якобы для того, чтобы не так скучно было фильм смотреть. А я наивная душа, наслушалась его Лизаветы, поверила, что у него всё равно половая дисфункция уже. Значит приставать точно не будет. Иначе к ней бы он приставал точно, когда возможность такая была. По крайней мере Игорь бы так и поступил. А Степнов до сих пор после отъезда Лизы, даже со мной вполне культурно себя вёл. Лапы не распускал. Слушал меня. То, что слышать не хотел, что я ему говорила это уже другой вопрос. Но он хотя бы по-хамски себя не вёл. Так что пожала плечом и впустила в квартиру.
– Ладно. Заходи.
Прошла с ним в зал. Села скромно на диван, ожидала от него того же. Но этот бык развалился рядом со мной заняв большую часть и зачем-то плотно прижав ногу к моему бедру. От него исходил такой жар, что я естественно тут же отодвинулась. Потом ещё. Потому что Степнов, тут же придвинулся снова, выбирая для себя более удобную позу. В итоге вжал меня в подлокотник дивана с одной стороны. С другой подпер своим телом, так что я чуть не задохнулась от его мужского одеколона, и, закинув мне на плечо свою лапу, с блядской улыбкой выдохнул мне в лицо.
– Алиска, да не жамкайся ты. Мы же с тобой друзья.
Ага! Друзья как же! Может у него там конечно чего-то и не работает уже. Но со мной-то всё нормально! И каким бы он ни был придурком мое тело на него очень даже реагирует. Поэтому смерила его уничтожающим взглядом. Скинула его граблю со своего плеча и холодно выпалила:
– Слышишь, друг! Ты держи себя в рамках приличия! И яйца свои ко мне не подкатывай. Второй раз такое не прокатит. Сколько раз тебе это объяснять? Тем более, что я вообще-то не позволяю ничего подобного своим просто приятелям!
Глеб хмыкнул, но спасибо, что хоть руку с моего тела убрал. И отодвинулся немного, так что его бедро, обтянутое джинсами, перестало на мою ногу напирать. Конечно это не повод не ждать от него какой-нибудь диверсии, но на первые пятнадцать минут фильма он дал мне возможность расслабиться. В смысле не предпринимал новых попыток меня пощупать и каких-то поползновений с его стороны я не заметила.
Выдохнула почти успокоившись и закинула ногу на ногу. Тем более, что и сюжет фильма меня тоже увлек. Там началась какая-то детективная завязка, так что вслушиваясь в диалоги персонажей я как-то пропустила момент, когда Глебушка опять решил проявить свою хамскую суть. Да просто как какой-то недоделанный циркач начал подбрасывать орешки и ловить их ртом. Я бы честно не обращала внимания на эту его идиотию, если бы не одно «но». Этот пи*дюк специально бросал их так, чтобы один из них таки угодил в зону моего декольте на майке. И вот когда я увлеченная сюжетом чуть склоняюсь вперёд, чтобы лучше слышать героев мне прямо между сисек падает орех, а следом за ним туда же ныряют жирные пальцы моего соседа.
Аааа! Тут же повернулась к нему с перекошенным от злости лицом напрочь наплевав и на фильм, и на то, что мне было интересно и, сжав пальцы в кулак, смачно двинула в плечо этого урода рядом со мной.
– Божечки, да можешь ты сегодня хоть пять минут вести себя прилично или нет?!! – цежу ему сквозь зубы, в то время как Степнов делает совершенно невинный вид.
– Да это случайно вышло! – взмахивает ладошками перед собой, ну чисто ребёнок-раздолбай.
Снова смерила его убийственным взглядом и повернулась к экрану. Думаете он угомонился? Прошло минуты две, и опять начал подбрасывать орехи. Да долбаная ж ты белка!
Вжалась в спинку дивана, пытаясь быть как мне казалось, как можно дальше от радиуса его действий. Но то ли мой сосед такой нереальный кретин. То ли скорее всего по моей версии он специально бросал орехи себе за спину. В итоге вновь меткое попадание. Я красная от гнева, а Степнов со взглядом полным азарта и довольной улыбкой на роже опять тянется к моей груди с фразой:
– Я сейчас все уберу!
Ох и идиот! Но нифига!
– А ну стоять! – рявкнула на него, вынудив отшатнуться. – Я сама.
Поднимаю руки чтобы стряхнуть с себя эту солёную дрянь, но в итоге орех падает в вырез моей майки, теряясь ещё глубже под грудью.
– Блядь! – оттягиваю её ниже не замечая, как багровеет мой сосед от такого зрелища и только успеваю выудить эту хрень, застрявшую между моим телом и куском синтетической тряпки, как на меня как какой-то обезумевший от страсти гамадрил набрасывается мой сосед. Запуская свои загребущие руки не только на мои ничем не прикрытые бедра, но и в вырез этой самой майки. Сказать, что я в а*ере это ничего не сказать. Только вот и сказать ничего мне не дают, потому что рот заткнули чужие губы и язык, ворвавшийся в него едва не по самые гланды. Кое-как попробовала его оттолкнуть и выдохнула в самые губы, чтобы сбавил прыть.
– Ты же импотент! Что происходит вообще?
Выкрикнула, ожидая, что угомонится наконец. А он. Отстранился только немного и такой:
– С чего это ты взяла?
Хоть бы лапу свою горячую с моего бедра убрал! Так нет же! Еще и тянется опять к моим губам хотя и не так резво, как раньше.
– Глеб, но так Лиза твоя говорила?! – возмущенно выталкиваю сквозь зубы и пытаюсь убрать его руки с себя. Выражение его лица от этого ни капли не меняется. Взгляд такой же мутный как раньше и сконцентрированный только на моих губах. – Ну не можешь ничего. Доскакался по бабам. Так что успокойся уже, а! – добавляю для пущей убедительности. Иначе с чего бы это он красивую женщину от себя прогонял, когда она сама к нему липла?
– Да ладно? Серьёзно так думаешь? – с усмешкой переспрашивает меня Степнов. Давит мне на бедро своим хозяйством, и я тяжело сглатываю потому что похоже рановато я поверила чужим словам и списала его со счетов. – Не переживай, я осторожно, – добавляет и опять тянется к моим губам, несмотря на то, что я пытаюсь увернуться.
– В смысле осторожно?! – я так сконцентрировала свое внимание на том, чтобы отодрать его ладонь со своего бедра, что даже не сразу сообразила, что несет этот бородатый увалень. – Ты конечно извини, но я окончательно решила с тобой больше не связываться. У тебя то какие-то беременные бабы, то переписка непонятно с кем. Мне хватает своих проблем, чтобы ещё с проблемными мужчинами связываться. На фиг мне эти лишние драмы сейчас?
Говорю на эмоциях. Пытаясь не дать понять, что в глубине души я за последний месяц его ну очень неуклюжих ухаживаний, ну не умеет он по-другому и хоть ты тресни, как последняя идиотка всё-таки дала слабину и возможно ломаюсь сейчас только для галочки. Ну или жду что он меня дожмёт.
Глеб смотрит на меня несколько секунд.
– Алис, я не знаю зачем тебе эти драмы, просто меня задолбало, что ты всё время бегаешь от меня. Этот раз был последним. Понял я всё. Понял! Думаешь совсем дурак? Но хватит ломаться и хернёй страдать. Я же знаю, что ты тоже меня любишь. И знаю, что боишься, что опять тебя подведу. Только больше я тебя не отпущу. Я люблю только тебя. И больше никаких переписок, и других баб у меня не будет. Лиза последняя, кто мог быть от меня беременным. Всех остальных можно гнать в шею. Симку сломал. Ни в каких соцсетях меня больше нет. Теперь только ты будешь. И вот скажи зачем жизнь тратить на обиды, страхи и ерунду в таком случае? Лучше пошли в загс? Заявление подавать.
– А если появится женщина с уже родившимся ребёнком? – изогнула я бровь. Как появится какая-нибудь с десятилетним отпрыском Степнова. И что я делать буду? С такими кобелями, как Глебушка, кажется к чему угодно нужно быть готовой. И не то чтобы я проводила нелепый инструктаж, просто хотелось бы знать на что иду. А то опять размякнут на пару с дедом перед очередной бабой, будто жизнь их ничему не учит. А мне потом страдай.
– Тест ДНК заставлю сделать.
– ТЫ заставишь?! – я опять с сомнением на него взглянула.
– Блядь, Алиса, – взмахнув рукой выговорил Степнов. – Да хоть на плече отнесу мамашу с детьми вместе с волосами, слюной или что там надо и куда надо! Только давай ты со мной останешься!
Я насупилась. Ну вроде бы обещает искренне. Но я всё-таки, задрав подбородок, гордо вякнула чтобы он от меня отсел.
– Я подумаю.
Глебка взревел от досады. За это время он чего только не перепробовал уже со мной. Веники таскал. Прощения просил. Как нормальный мужик. (Под дурака полного он косит, когда со мной уже ничто другое не срабатывает.) А я всё воспитательные меры провожу. Мне казалось, что он сдастся. Женщин у него было много. И в его любви ко мне я порядком разуверилась. Мы ведь и были-то вместе всего ничего. Но Глеб неожиданно оказался упрямым. Вот и думала я на самом деле недолго. Заявила ему только что третьего шанса не дам. Потому что первый раз женщина не знает с кем связывается. Второй просто прощает. А на третий делает сознательный выбор в пользу мужика-мудака, который опять проштрафился. Я с мудаками жить не хочу. Но и сознательно гордо убегать насовсем от своих чувств, чтобы потом страдать это тоже для меня странный выбор. Мужчин без недостатков ведь не бывает на самом деле. Все они совершают ошибки. Только некоторые прощать точно нельзя. Это я в этот раз сдалась и простила.
Расписали нас довольно быстро после этого. Просто в загсе свидетельство получили. Не хотелось всех этих шумных торжеств ни мне, ни ему.
Многие не поймут мой выбор. Ведь мужчина должен быть такой, чтоб за ним как за каменной стеной, а этот может подвести. Так какая же это стена? На это могу ответить только одно. На мужчину надейся, но и сама не плошай. Я прекрасно знаю, что он у меня неидеальный. Ещё и от его поступков глупых часто хочется стукнуть себя ладонью по лбу. Но вот такой он. Может ошибаться. Может временами быть слабым. Как и я. Оба мы с ним какие-то несовершенные. Но как ни странно нам хорошо вместе. И, наверное, это главное. Ну а со всем остальным, думаю, вместе как-нибудь справимся.
…
Был правда ещё один раз, когда я понервничала со Сепновым. Когда нашей дочке Иришке был годик с лишним, Зубов ненадолго заскочил к нам поздравить свою крестницу с Новым годом. (Да. У нас всё-таки дочка родилась.) Причем пришёл мой бывший начальник не один, а с мальчишкой лет шести. Слава поздоровался с нами и серьёзным голосом вдруг небрежно бросил, вместо того чтобы ребёнка представить:
– Ну, а этого пацана я в подъезде встретил. Утверждает, что он твой сын.
И главное на моего мужа смотрит. Я, по-прежнему наивная душа уже не ожидавшая никакого подвоха, покачнулась и растерянно выдохнула:
– Как? Опять?
Благо мое округлившееся от второй беременности тело поймали крепкие руки Степнова.
– Лисён, ну ты-то куда? Ты что не видишь, что это развод? – выговорил мой муженёк, злобно уставившись на крёстного нашей дочери, за то, что тот переживать меня сейчас заставляет. Я тоже перевела взгляд с вихрастого пацана на своего бывшего начальника. Слава ещё пару секунд держал строгое лицо, но потом всё-таки не выдержал и расплылся в улыбке.
– Ай! Ладно! Раскусили. Пошутил я. Это всего лишь Валькин племянник, Колька. Вот развлекаем на праздники. По городу возим.
Ну не сволочь, а? Зыркнула на него злобным взглядом.
– Слава, я вообще-то женщина беременная. Нервная. И за плохие шутки могу и сковородкой огреть!
На самом деле не могу конечно. Я же с ума ещё не сошла. Но с другой стороны, а что он издевается?! Только глянул на моё взбешенное от гнева лицо и поднял ладошки к верху.
– Степнова, ну чего ты так напряглась-то сразу? Сказал же. Шутка! Просто шутка.
Дурак какой-то. Ещё не хватало, чтобы и у сына такой же крёстный был. Хотя там уже какой-то друг Глеба набивается. Тоже бородатый и весь в татуировках. Я пока сопротивляюсь как могу, но мне изо всех сил доказывают, что по внешности судить не стоит. Потому что внешность бывает обманчива. Я ведь однажды как какая-то дурёха из детских книжек умудрилась влюбиться в чудовище живущее по соседству. Даже замуж за него вышла. И знаете. Честно говоря, с тех пор ни капельки об этом не пожалела.