Текст книги "Король драконов. Её тайный попечитель (СИ)"

Автор книги: Татьяна Демидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32. Опасная беседа

Я замираю, чувствуя, как под взглядом этого возрастного дракона по спине пробегает холодок. У него взгляд охотника, оценивающего добычу с профессиональным интересом.

– Благодарю вас, лорд, – отвечаю я, заставляя губы сложиться в подобие вежливой улыбки.

– Каэлан, – представляется он, слегка склоняя голову. – Мой сын, Дерсин, учится с вами в Академии. Он иногда делится наблюдениями.

Дерсин… высокомерный дракон из общего потока, один из тех, кто смотрел на меня, как на насекомое.

Значит, передо мной его отец…

– Дерсин говорил о вашем уникальном даре, – произносит Каэлан, делая глоток из хрустального бокала.

Сказал и замолчал, изучающе разглядывая меня.

– Я всего лишь адепт, – говорю я, опуская взгляд.

– Скромность украшает, – мягко соглашается он.

Не понимаю, зачем я ему. Для чего он подошёл? К чему этот разговор?

– Не пугайтесь, – его голос становится ещё тише, интимнее. – Я навёл о вас справки. Деньги и влияние, знаете ли, открывает многие тайны. Вам определённо нужна защита. И оправа для уникальной драгоценности, которой является ваш дар.

Я ошарашенно вскидываю на него взгляд.

– У моей семьи есть определённые возможности, – тонко улыбается дракон. – Мы можем предложить вам убежище. Статус. Покровительство сильного клана, у которого свои интересы, далёкие от дворцовых интриг.

Его взгляд опускается на мою грудь, и мне тут же хочется сбежать и помыться.

– Вдовцу, обременённому управлением наследством, всё же требуется преданная спутница, – продолжает он. – Чтобы скрасить одиночество и укрепить связи. Такая спутница, конечно, была бы под самой надёжной защитой. Вне зоны досягаемости любых ненужных вопросов.

Он не произносит слова брак, но рисует его тонкими изящными мазками. Брак как сделка. Как спасение.

Меня тошнит от его предложения. От этой расчётливой заботы. От понимания, что для таких, как он, я – вещь, которую можно купить, перепродать, взять под свой контроль.

– Я польщена вашим вниманием, лорд Каэлан, – с трудом выдавливаю я. – Но я здесь, чтобы учиться. И моя судьба – в руках короля и Академии.

Каэлан улыбается. Улыбка красивая, хищная. И расчётливая.

– Разумеется. Я лишь предлагаю перспективу. На случай, если ваша нынешняя роль внезапно завершится. Подумайте. Хрупкость – не порок, но она требует мудрого покровительства.

Он делает ещё один маленький глоток, его цепкие глаза задерживаются на моём лице.

И в этот самый момент через весь зал, полный мерцающего света и скользящих теней, я ловлю другой взгляд.

Рядом с троном стоит король Вейдар. Он слушает, что говорит ему седовласый дракон в воинских регалиях.

Глаза короля-дракона, ледяные бесстрастные глубины, сейчас устремлены прямо на нас. На меня и лорда Каэлана, стоящих слишком близко в тени колонны.

И в этих глазах всего на мгновение я ловлю яростное рубиновое драконье пламя. То самое, что я видела в расщелине. Оно бушует в его зрачках, живое, дикое, полное такой первобытной, немой ярости, что воздух между нами, кажется, трещит от натяжения.

И почти сразу рядом с нами появляется старый, могучего вида дракон. Его мощная рука падает на плечо Каэлана с виду дружески, но с такой силой, что тот слегка пошатывается.

– Каэлан, старый друг! – раздаётся громовой радушный голос. – Как раз искал тебя! Ты должен взглянуть на новую карту северных рубежей, там такое творится с ледовыми потоками…

Лорд Каэлан на мгновение теряет свою безупречную учтивость. На его лице мелькает досада, быстро сменяясь привычной светской маской. Он бросает мне быстрый, ничего не значащий кивок и позволяет увести себя в сторону, погружаясь в оживлённую беседу.

Я остаюсь одна. Дрожь, которую я сдерживала, теперь бьёт меня волнами. Я прижимаюсь спиной к ледяной колонне, чувствуя, как её холод проникает сквозь бархат платья.

Поднимаю глаза. Король снова смотрит в другую сторону, беседует с кем-то, его лицо – снова безупречная ледяная маска.

Может, мне показалось? И Каэлана от меня случайно тот дракон отвёл? Взгляд, полный рубиного огня, длился мгновения... Или всё же я не ошиблась в том, что видела?

Я закрываю глаза, чувствуя, как печать на животе отвечает на моё волнение жаркой пульсацией. Она горит, словно тайное сердце.

Страх от предложения Каэлана ещё бродит внутри. Но поверх него теперь нарастает другое чувство: острое, сладкое, опасное торжество.

Точно ли я видела то, что видела? Смотрю на Вейдара... И тут король драконов переводит взгляд прямо на меня.

Прямой, яростный и обжигающий взгляд. Меня в жар бросает, а печать на животе просто сходит с ума, отчаянно, горячо пульсируя.

Нет, это не ошибка… Мне сразу становится легче.

– Даника, пойдём, – отвлекает меня магистр. – Наше присутствие больше не нужно.

Я киваю и снова бросаю взгляд на короля. Он уже снова холодный и непроницаемый, величественный и недосягаемый, продолжает разговор, не глядя на меня.

Но меня этим уже не обмануть... Я знаю, что я видела. Мне этого достаточно. Пока ещё достаточно...

Я киваю магистру и позволяю увлечь себя из зала, чувствуя невероятное облегчение и… тоску, что даже теперь посмотреть на Вейдара не смогу.

Заставляю себя больше не думать. Даже получается.

Зато, заходя в свои покои, вижу их будто заново.

Это уютная комната, в которой продумано всё до мелочей.

Тёплый золотистый свет исходит от замысловатых светильников в виде сплетённых ветвей с магическими кристаллами. Стены отделаны панелями из тёплого орехового дерева с тонкой резьбой. Пол устилают толстые мягкие ковры.

На прикроватном столике стоит кувшин с водой и изящная чашка, а рядом – свежие фрукты. Много полезных бытовых артефактов и безделушек. Всё здесь дышит тихой глубокой заботой о том, кому предстоит здесь жить. Обо мне.

Я раздеваюсь, моюсь перед сном, смывая с себя тяжесть бала. Ложусь в огромную, невероятно мягкую постель. Ткань сорочки, выданной служанками, нежная и тёплая. Я утопаю в ароматных подушках, укрываюсь тёплым мягчайшим одеялом.

Усталость наконец побеждает. Мысли медленно расплываются, и я проваливаюсь в глубокий безмятежный сон.

Только вот вскоре я просыпаюсь. От движения.

От ощущение, что постель мягко прогибается под новым весом.

Одеяло приподнимается, и за моей спиной возникает источник жара. Могучего, живого, знакомого.

Я вздрагиваю, на мгновение леденея от страха, но прежде, чем успеваю вскрикнуть или отпрянуть, узнаю… Вейдар!

Глава 33. Слова

Вейдар ложится рядом, прижимается к моей спине, а руки властно обнимают и вжимают меня в мощное твёрдое тело.

Его тяжёлая рука ложится мне на живот, притягивая меня ближе. Чувствую сквозь тонкую ткань моей сорочки его жар, внушительный рельеф.

Я лежу, не дыша, превратившись в один сплошной слух, одно сплошное ощущение. Его дыхание тёплой волной касается шеи. Там, где его грудь прижата к моей спине, ощущаю знакомую форму Сапфира.

Вейдар… это правда он. Пришёл ко мне. Он здесь. Настоящий.

Он медленно поворачивает меня к себе. Его движения неспешны, полны сдерживаемой силы. В полумраке комнаты, освещённой лишь мягким золотым светом, я вижу его лицо.

И глаза… Его ледяные голубые глаза сейчас полны жизни. В них читается голод – острый, ненасытный. Нетерпение, от которого, кажется, дрожит воздух.

И что-то ещё, что заставляет моё сердце сжаться, а потом забиться с бешеной силой.

Счастье. Я вижу в его глазах – чистое, дикое, ничем не замаскированное счастье от того, что я здесь, в его руках.

И пока я смотрю в эти глаза, они меняются. Голубизна уходит, растворяется, вытесняемая изнутри глубоким рубиновым огнём.

Они вспыхивают, как два драгоценных камня, и в этом пламени горит вся его истинная суть.

Вейдар прижимает меня к себе так крепко и бережно, что у меня перехватывает дыхание, и я чувствую каждую линию его мощного совершенного тела. Он зарывается лицом в мои волосы, а губами касается виска.

– Думал, смогу остаться в стороне, – горячо шепчет он в мои волосы. – Думал, хватит силы воли наблюдать за тобой издалека, пока всё не закончу. Но когда увидел тебя там, в зале… Даника моя, сердце моё. Я чуть все силы, всю магию не потратил, чтобы остаться рядом с троном и не выдать нас. Чтобы не сорваться, не унести тебя в свои покои. Только понимание, что поставлю тебя под удар, помогло удержаться. Даника моя...

От его слов ледяная корка страхов и сомнений трескается. Ослепительное счастье снова быть в его руках затмевает всё… Я обвиваю его руками, прижимаюсь к его горячей твёрдой груди, жадно вдыхаю его хищный притягательный запах.

В его объятиях возвращается чувство принадлежности. Истинного счастья. То, воспоминание о котором согревало меня все эти долгие недели разлуки. Оно накрывает меня с головой, тёплое и успокаивающее, как неожиданно тёплое солнце морозной зимой.

– Я нашёл их, – продолжает шептать Вейдар, а его губы скользят по моей щеке. – Тех, кто вызвал вихрь в столице. Кто сбросил тебя со скалы. Знаю их по именам. Осталось вычислить самого главного, того, кто стоит за ними. Но он точно здесь, в Цитадели. И он совершенно точно был сегодня в тронном зале. Осталось совсем немного, любимая. Верь мне.

И я… понимаю, что верю. Каждому его слову. Каждой искре в его горящих рубиновых глазах.

Я киваю, прижимаясь лбом к его груди, прямо над Сапфиром, чувствуя его прохладную кожу и живую пульсацию внутри.

Вейдар отстраняется, чтобы снова посмотреть мне в лицо.

Его руки скользят вверх, ладони обнимают моё лицо, большие пальцы осторожно проводят по скулам. В его глазах, полных рубинового пламени, теперь читается… глубокая, тщательно скрываемая боль. Я вижу её. Не могу не видеть. Чувствую его так остро…

– Как ты? – выдыхает он, и его голос звучит надтреснуто. – Любимая. Я умирал без тебя. Каждый день. Как ты это всё пережила?

Его вопрос, полный боли, растворяет последний лёд в моей груди.

Я не хочу жаловаться. Но слова вырываются сами, тихим, срывающимся шёпотом, пока его пальцы ласкают мою кожу.

– Я… старалась. Училась. Нашла друзей. Но ректор… – мой голос срывается, но я всё же продолжаю. – Он мне всё время говорил, что я угроза для Римеи. Что я временный инструмент. Что когда ты найдёшь способ защитить Сапфир от подобных мне… я стану не нужна. Ещё и Каэлан сейчас… Сказал, что осведомлён о многом. Предолжил покровительство, брак, как способ спастись от тебя, когда я стану… лишней.

Я чувствую, как его тело каменеет, а дыхание замирает.

Вжимаюсь в него, зажмуриваясь, и выдыхаю:

– Я так тосковала по тебе. Часто сомневалась. Твоя печать успокаивала… Становилось легче. И подарки. Они же от тебя? Блокнот, перчатки, кристалл… Кристалл очень помогал. Но всё равно сомнений много было, Вейдар. Я так радовалась, что увижу тебя. Но сегодня я смотрела на тебя в зале и… – вжимаюсь в него сильнее, – ты был такой ледяной, такой далёкий! И я снова начала сомневаться. Во всём.

Всё же сказала. Набираюсь смелости, поднимаю на него взгляд и съёживаюсь… Рубиновый огонь в его глазах пылает так ярко, что кажется, вот-вот испепелит всё вокруг.

Его лицо становится жёстким, красивые черты заостряются.

Но дальнейшие его слова потрясают меня.

– Прости, – звучит одно-единственное слово, и нём я слышу не только ярость дракона, но и бездонную горечь. – Прости меня, Даника. Я должен был решить всё иначе. Должен был забрать тебя к себе сразу, открыто, а не прятать, как тайну. Не позволить никому говорить тебе ядовитые слова.

Он сжимает меня так крепко, и бережно, что у меня что-то обрывается внутри, и я прижимаюсь к нему сама.

– Но теперь всё, – жёстко говорит он в мои волосы. – Никуда тебя не отпущу. Ни за что. Никто не посмеет даже взглянуть на тебя косо. Ты моя. Только моя.

Глава 34. Жажда

И он целует меня. Этот поцелуй – властный, невыносимо нежный, и в то же время полный такой яростной решимости, что у меня срывает дыхание. Его губы заявляют права, его язык – завоёвывает, а его руки на моём теле превращают мою кровь в кипяток.

И я сдаюсь. Полностью. Безусловно. Сразу. Вся. Совсем.

Несмотря на то, что сомнения ещё есть. Хоть ядовитый голос в глубине души и нашёптывает: а вдруг это всё – лишь прихоть короля?

Ведь завтра он может снова надеть ледяную маску. Может даже… казнить меня, если сочтёт это нужным для Римеи.

Но его руки, сильные, нежные, уже знающие каждый изгиб моего тела – убеждают в искренности его слов.

Его губы, шепчущие моё имя между поцелуями, утверждают правду, от которой тает лёд в душе.

И я понимаю самую главную, самую страшную правду: я люблю его. До безумия. До готовности принять любую боль, лишь бы быть с ним.

Пусть эта ночь – последняя. Пусть завтра я проснусь в темнице или на плахе.

Но эту ночь я буду с ним, моим Вейдаром, моим королём…

Это понимание, это моё решение меняет всё.

Я отвечаю на его поцелуй с такой же жаждой, обвиваю его шею руками, погружаюсь пальцами в его густые волосы. Я позволяю волне его страсти накрыть меня с головой, тону в ней, растворяюсь.

Вейдар сбрасывает с нас одеяло, его руки освобождают меня от тонкой сорочки.

Он скидывает с себя одежду, и я вижу его полностью. От одного взгляда на его совершенное тело перехватывает дыхание. Широкие плечи, рельефный торс с чёткими линиями мышц, уходящий в узкие бёдра.

И пылающие глаза на суровом, мужественном и искажённом страстью красивом лице.

Вейдар накрывает меня собой, и я чувствую его внушительную твёрдость, пугающую и столь мною желанную. Волна жара прокатывается по всему телу, заставляя меня выгнуться навстречу ему.

– Вейдар… – со стоном вырывается у меня его имя.

– Я здесь, любимая, – отвечает он, и его губы находят мои в медленном, глубоком поцелуе.

Пока наши губы слиты, его руки продолжает своё путешествие вниз.

Пальцы скользят по моему животу, задевая край его защитной печати, и она отзывается горячей волной, смешиваясь с нарастающим внутри желанием.

Он ласкает нежно кожу у самого края лона, дразня, заставляя всё тело трепетать в ожидании. Я непроизвольно двигаю бёдрами, жажду большего, но он убирает руку, целуя меня в уголок рта, в щёку, в веко.

– Тшшш... я хочу наверстать, – шепчет он, и в его голосе звучит тёплая усмешка. – Заласкаю тебя за каждую секунду без тебя.

Меня накрывает шквал поцелуев, прикосновений, ласк, горячих слов. Бесконечно нежный. Обжигающе страстный. С горьким надрывом, рождённым долгой, мучительной разлукой.

– Ты так прекрасна, – продолжает шептать он, и его голос, низкий и хриплый, вибрирует у меня в груди. – Моя Даника. Любимая моя.

Он опускается ниже. Его губы и язык прокладывают влажный, горячий путь по моей груди. Он окружает один сосок медленными, круговыми поцелуями, дышит на него, заставляя его становиться ещё твёрже, болезненно чувствительным. Потом вбирает его в рот.

Ласкает настойчиво, ритмично, иногда чуть прикусывая и посылая потоки наслаждения прямо в низ живота.

Я снова стону, запустив пальцы в его густые волосы, не в силах молчать.

– Любимый мой...

– Да, любимая моя. Наслаждайся. А я наслаждаюсь тобой...

Его губы спускаются ниже. Он целует солнечное сплетение, проводит кончиком языка по пупку.

Каждое прикосновение его губ, каждое дуновение – это отдельная пытка и отдельное блаженство.

Вейдар целует внутреннюю поверхность бёдер, так близко к тому месту, которое уже пульсирует влажным, жгучим ожиданием. Я вздрагиваю всем телом и издаю тихий, умоляющий звук.

Он касается лёгким поцелуем моего лона и тут же проникает языком, вибрирующе лаская так, что моё тело выгибается, руки впиваются в простыни.

Быстрые, искусные касания сменяются более сильными, ритмичными. Меня охватывает нарастающее, становящееся невыносимым давление – предвкушение, наслаждение глубоко внутри.

– Вейдар, я так хочу… – прошу я, но он и не думает ускоряться.

Растягивает моё удовольствие. Заставляет замереть на самом краю.

И, когда кажется, что это будет длиться вечно, его умелые ласки становятся настойчивее.

Он делает со мной своим ртом что-то такое, что меня выгибает дугой, бросает в сладкую дрожь, а с губ срывается протяжный длинный стон.

Вейдар накрывает меня своим высоким мощным телом. Я чувствую его член внизу, между нижних губ – твёрдый, горячий, невероятно большой.

Мой дракон смотрит мне в глаза, и в его рубиновом взгляде я вижу готовность взять то, что принадлежит ему по праву.

Обнимаю его за плечи и тянусь к его губам за поцелуям, подаваясь бёдрами ему навстречу.

От моего отклика его глаза вспыхивают торжеством. Он целует меня нежно-нежно и делает первый толчок. Медленный, неотвратимый, заполняющий.

Чувство растяжения, забытой полноты заставляет меня резко втянуть воздух, задерживая дыхание. Он крупный, обжигающе большой, но боли нет, только глубокая, всепоглощающая правильность.

Вейдар замирает, полностью внутри. С хриплым стоном углубляет поцелуй и начинает двигаться.

Сначала медленно, давая мне привыкнуть. Но скоро ритм меняется. Его толчки становятся глубже, сильнее, точнее. Он входит в меня так глубоко, что кажется, касается самой души.

Мои стоны становятся громче. Мои руки скользят по его спине, ощущая игру мышц под горячей кожей, впиваются в его плечи. Я отвечаю ему движениями бёдер, стараясь принять его ещё глубже, ещё полнее.

Каждое его движение, каждый толчок – это и вопрос, и утверждение. Он шепчет, и я всей кожей вбираю его слова «прости», «скучал», «боялся потерять» и «никогда больше не отпущу».

Вейдар берёт меня с сокрушающей бережностью, а поцелуй наполнен стальной уверенностью дракона, знающего, что его сокровище наконец-то с ним, его.

Я отвечаю ему всем телом, каждой клеткой, всей своей сутью. Изгибом спины, протяжными стонами. Подрагивающими пальцами, впивающимися в жёсткие мускулы его плеч.

Жар его кожи под моими ладонями. Вкус его губ. Глубина, с которой он наполняет меня, смывая одиночество и страх.

Его руки ласкают меня с уверенностью и жадной нежностью. А в поцелуях столько чувства, что слёзы наворачиваются на глаза.

Сапфир холодной точкой давит мне на грудь, и он перекидывает его на спину. Впивается в мои губы снова, и его тело, его дыхание, его шепот – всё это создаёт такой вихрь чувств, что я теряю границы, теряю себя.

Это слияние не только тел, но и всей нашей сути. Его магия, дикая и древняя, обволакивает меня, а моя тишина, больше не испуганная, а ликующая, отвечает ей изнутри, создавая странную, совершенную гармонию.

Кажется, время в этой тёплой, уединённой комнате течёт теперь иначе, подчиняясь ритму нашего дыхания, биению наших сердец.

Вейдар двигается внутри меня плавно. Изучает меня заново, как будто боится что-то упустить, стремиться вспомнить за всё время нашей разлуки.

Его проникновения размерены и глубоки. Поцелуи осыпают мои плечи, ключицы, шею, скулы.

– Люблю тебя, Вейдар… – выдыхаю я. – Люби меня... сильней…

От моих слов он замирает, впивается взглядом в моё лицо.

– Даника моя…

Его властный, уже несдержанный поцелуй обрушивается на мои губы. Его движения становятся резче, отчаяннее.

Мой король, мой дракон… Особенно остро чувствую его всего. Мужчина, который слишком долго ждал, слишком сильно желал.

– Моя, – рычит он прямо в мои губы. – Навсегда моя.

Это последнее, что я слышу внятно. Потому что следующее его движение, глубокое и сокрушительное, запускает во мне новый вихрь, ещё более мощный, чем первый.

Я падаю в бездну, не видя, не слыша, чувствуя только его внутри себя, его имя на своих губах и всепоглощающую волну абсолютного, совершенного экстаза.

И сразу после чувствую, как его тело напрягается, как он изливается в меня горячим потоком, продлевая моё наслаждение.

Он тяжело опускается на меня, его вес давит, но это желанная тяжесть. Тут же сдвигается в сторону. Его дыхание горячее у меня в волосах. Мы лежим, сплетённые, с соединёнными губами. Его ласкающие губы медленно исследуют мои.

Его дыхание ещё не выровнялось, а его рука спускается на мой живот. Его чуткие пальцы медленно описывают круги по моей коже, чуть ниже пупка. Этот неспешный, властный жест заставляет дрожь, едва утихшую, пробежать по всему моему телу снова.

– Ещё, – шепчет он прямо в кожу моего виска. – Я не насытился. И не смогу насытиться тобой.

Он приподнимается на локтях, и в его глазах, всё ещё рубиновых, но теперь с тёмным, дымчатым оттенком, я вижу неутолённый голод. Жажда, которая копилась, и она требует большего. Глубже. Полнее.

– Мне тоже мало, – несдержанно признаюсь я. – Ещё хочу тебя…

Даже дыхание перехватывает от его довольной хищной усмешки.

– Рад это слышать, – хрипло отвечает он. – Тогда тебе понравится вот так.