Текст книги "Неофит"

Автор книги: Таран Матару

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 35

Флетчеру очень хотелось поглядеть, какие демоны у дворян, он надеялся их увидеть, когда Ловетт объединила две группы, чтобы провести вторую часть занятия, но она приказала всем вобрать демонов прежде, чем раздвинула занавесь. На удивление, Женевьеве и Рори слияние удалось очень легко, а вот Серафу, Атласу и Отелло потребовалось по нескольку попыток. Вероятно, чем могущественнее демон, тем труднее выполнить слияние.

– Подойдите все и встаньте в круг, – крикнула Ловетт. Вошли четверо слуг и вынесли в центр зала круглый каменный стол. Он был покрыт белой скатертью, под которой в середине возвышалась выпуклость. Все стали вокруг стола, теснясь. Исадора скривилась, когда рядом с ней к столу протиснулся мокрый от пота Атлас, и демонстративно прикрыла нос кружевным платком.

– Извини, – смущенно пробормотал Атлас.

Ловетт отошла от стола и стала на колени у самого большого пентакля, в середине зала. В отличие от других листов кожи, которые они использовали для вызывания, у вершин этого пентакля были нарисованы странные символы, такие же, как на обложке книги Джеймса Бейкера.

– Никогда не используйте пентакль с ключами в отсутствие преподавателя, понятно? – резко сказала Ловетт, показывая на тот, что перед ней. – Нарушение этого правила является основанием для немедленного исключения! Я вас предупредила!

Курсанты послушно кивнули. Ловетт направила энергию в пентакль, линии засверкали и заискрились. На этот раз Ловетт несколько минут стояла на коленях, склонив голову, с перекошенным от напряжения лицом. Пентакль пульсировал светом и издавал странные звуки, будто неразборчивое бормотание безумца.

– Вау, если у Ловетт на это столько времени уходит, вряд ли я смогу использовать пентакль с ключами, даже если захочу, – прошептал Сераф. – Я едва сознание не потерял, когда Щепку в себя втягивал.

– Не нервничай. Второе слияние получилось у меня намного легче, а ты только один раз его сделал. Уверен, в следующий раз и тебе будет намного легче, – тихо сказал в ответ Флетчер, стараясь подбодрить товарища.

Наконец из центра пентакля поднялась синяя сфера и повисла, будто тусклый голубой солнечный шар. Ловетт шумно дышала. Приподнявшись, передвинулась к другому пентаклю, на коленях. Едва коснувшись его, вызвала демона, который повис в воздухе.

– Кроха! – возбужденно шепнула Рори Женевьева. Ловетт услышала и повернулась к ним, с усталой улыбкой:

– Точно. Они самые лучшие разведчики и всегда пригодятся, когда надо охотиться в эфире. Валенс – мой первый демон. Без него мне бы никогда не удалось поймать Лисандра, как и всех тех демонов, которые были у меня до него.

Ловетт встала и подошла к столу. Одной рукой коснулась белой скатерти. Во второй она держала длинную полоску кожи, соединенную с первым пентаклем, с ключами. Флетчер подумал, что с помощью полоски она продолжает передавать энергию.

– То, что я покажу вам сейчас, – самое ценное оборудование в академии. Не трогайте его и даже не дышите на него. Просто смотрите, – жестко сказала Ловетт, по очереди глядя в глаза всем курсантам. Все закивали. Сделав последнее предупреждение, Ловетт сдернула ткань.

В середину столешницы из белого мрамора был вделан огромный самоцвет, прозрачный, как горный ручей, темно-лилового цвета, как цветок вереска.

– Это очень редкий сорт кристалла, называемого корундом, – сказала Ловетт. – Они бывают самых разных цветов, но такие большие и прозрачные находят очень редко. Мы называем их камнями ясновидения, а этот называется Окулус. Если вы не сможете сами приобрести себе такой камень, академия вам предоставит его, хотя то, что вы получите, может показаться вам весьма… недостаточным.

Ловетт поманила к себе Валенса, и маленькое создание пролетело у них над головами и село на камень. В отличие от Малахи и Азуры панцирь этого Крохи был скучного темно-коричневого цвета. Будто угадав мысли Флетчера, Ловетт понимающе улыбнулась ему и погладила демона.

– Валенс отлично подходит для той работы, которую я ему поручаю. Он, конечно, не слишком красиво смотрится у меня на плече, но голодному демону в эфире будет куда труднее его заметить.

Флетчер вспомнил, как Игнатий жевал коричневого жука, когда он его вызвал, правда, намного меньшего, чем эти Крохи. Может, другой вид.

– Хорошо, начинаем наше представление. Для этого надо направить энергию в демона и в камень, подобный этому, – сказала Ловетт, накрывая свободной рукой Валенса.

Самоцвет почернел. Когда она убрала руку, камень снова поменял цвет. Сначала Флетчеру показалось, что самоцвет стал зеркальным и он видит в нем отражение своего лица, но вскоре он увидел в камне лицо Серафа.

– Сейчас вы видите в камне то, что видит Валенс. Это мы и называем ясновидением. Полезное умение, когда требуется вести разведку и управлять демоном на расстоянии. Мысли демона мы всегда ощущаем, а теперь можем и видеть его глазами, с помощью кристалла. Очень важно проверить, что происходит на другой стороне портала, посылая для этого в эфир самого незначительного из ваших демонов. Если там будет что-то опасное, когда он пройдет сквозь портал, лучше рискнуть Валенсом, чем Лисандром.

Изображение задрожало, когда Валенс, жужжа, поднялся в воздух и завис перед вращающейся синей сферой. Ловетт прищелкнула языком, и демон пулей ринулся внутрь сферы.

Сначала Флетчер увидел красновато-желтую почву. Над ней вихрями кружился мельчайший песок, несомый пронизывающим ветром. Небо было оранжевое, как при восходе солнца, но в этом цвете не было ни капли тепла, и в небе не было видимых источников света. Вокруг торчали приземистые деревья, ветви которых были скручены, будто в предсмертной муке. Никакой жизни, лишь сухие останки давно мертвой земли.

– Идеально, – сказала Ловетт. – Мы попали в мертвые земли.

– Мертвые земли? – ошеломленно спросил Рори.

– Путешествие в эфир – не точные науки. Есть очень большая погрешность относительно того, куда можешь попасть. У мертвых земель есть свои плюсы и минусы, в зависимости от того, какова твоя цель. Здесь никто не нападет неожиданно, но если ты хочешь поймать демона, то тебе придется очень долго тащить его обратно к порталу. Если бы я охотилась, то закрыла бы этот портал и открыла новый, но для нынешнего урока он идеален. Мертвые земли лежат между пустотой и внешним кругом обитаемого эфира, – напряженно проговорила Ловетт. Флетчер увидел, как у нее на лбу бьется жилка. Очевидно, выход в эфир требовал сильной концентрации и множества энергии.

Валенс полетел прочь от портала, постепенно набирая высоту. В зале повисла странная тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Ловетт. Пейзаж становился все более пустынным, деревьев было все меньше. Лишь плоская голая земля.

– Откуда вы знаете, куда надо двигаться? – спросил Таркин. – Мне все одинаковым кажется.

Флетчер решил, что это хороший вопрос. Молодой дворянин, может, и не слишком хороший парень, но уж не дурак.

– Портал всегда обращен к центру эфира, так что, когда твой демон туда отправляется, ты знаешь нужное направление. Кроме того, демонов инстинктивно влечет к центру эфира, они чувствуют, где он находится. Я могу ориентироваться, используя это, однако не слишком точно, и для этого требуется опыт. Поэтому выходить в эфир рискованно всегда. Я не могу вечно держать портал открытым, и если я его закрою прежде, чем Валенс пройдет сквозь него, наша связь прервется, и я его потеряю, – принялась объяснять Ловетт. Таркин уже открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но Флетчер его опередил:

– А что вы имеете в виду под центром? Значит ли это, что эфир имеет определенную форму? – спросил он.

– Насколько нам известно, эфир имеет форму диска. Более слабые демоны стараются держаться во внешних кругах, более сильные тяготеют к центру. Тут есть определенная пищевая цепочка, в самом низу которой находятся самые слабые из Крох. Они живут поблизости от мертвых земель.

Таркин снова хотел что-то сказать, но Ловетт подняла руку, останавливая его:

– Вопросы оставьте на потом. Достаточно тяжело одновременно держать портал открытым и вести Валенса в нужном направлении, чтобы еще и думать над ответами.

В этот момент пентакль слегка мигнул. Ловетт крякнула, и он снова засветился ровным фиолетовым светом.

Горизонт удалялся, стремительно темнело. Небо превратилось в беззвездную черноту, но Кроха летел все выше и выше. А затем замедлил полет и поглядел вниз.

– Глядите внимательнее и увидите их, – устало сказала Ловетт.

Земля оборвалась ровной линией, отвесным утесом, ниже которого была смутная тьма. Флетчер увидел, что обрыв тянется в обе стороны вдаль, едва изгибаясь на границе видимости. Он понял, что этот диск огромен, размером с тысячи Хоминумов. Скверное место, если здесь потеряешься, мрачно подумал он.

Но его мысли прервались, когда он увидел, что шевелится в бездне. Глаза демона приспособились к темноте, и они увидели копошащуюся массу, мерзко извивающуюся, хаос из щупалец, глаз и зазубренных зубов.

– Чудища, – с ужасом прошептала Сильва.

– Точно, Чудища. Ты хорошо занималась, Сильва, – мрачно сказала Ловетт, вытирая пот со лба. – Некоторые называют их Древними. Они вечно голодают там, внизу, пожирая друг друга, и ждут. Чудища в состоянии поймать любого демона, который окажется слишком близко от них. Обычно эта участь ждет больных или увечных, которые ищут место для отдыха. Именно поэтому мы летим так высоко. Это первый и единственный раз, когда я рискую, подводя Валенса так близко к ним. Запомните этот урок хорошенько и держитесь подальше отсюда.

Валенс развернулся и полетел обратно. На этот раз вопросов не было. Курсанты тихо переговаривались, обсуждая кошмарных тварей, которых только что увидели. Уродливые и измученные существа эти чудовища, подумал Флетчер. Хоть он ничего и не слышал, но мог представить себе их мучительные вопли.

Они увидели голубой шар портала, но Валенс полетел дальше. Летел высоко, обзор был хороший, земля внизу неслась, как опавшие листья в быстрой реке. Интересно, подумал Флетчер, как это ощущает Ловетт, когда летит над полем боя на спине Грифона.

– Я быстро покажу вам, где начинаются места охоты, а потом придется возвращаться, – сквозь зубы сказала Ловетт. – Обычно я могу держать портал намного дольше, но сейчас я еще не до конца восстановилась после поимки Лутры для Атласа, за пару дней. Хорошо, Ректор Сципион был рядом, чтобы – обуздать его.

– Обуздать? – спросил Рори.

Ловетт не обратила внимания на вопрос, показывая на кристалл.

Все стало зеленым. Валенс видел под собой лес, но растения были незнакомы Флетчеру. Он увидел вдалеке стада летающих демонов, кружащихся и снующих, будто скворцы. Низко над землей летел рой Крох, совсем маленьких, и вдруг другой Кроха, размером с Валенса, подлетел к ним и выхватил одного прямо из воздуха. Вдалеке виднелись облака пепельного цвета и вулканы, из которых текла лава и поднимались столбы дыма, будто колонны, подпирающие небеса.

И тут что-то сильно ударило Валенса. Демон начал падать, Ловетт вскричала от боли. Изображение завертелось, как в калейдоскопе, навстречу неслись деревья. А потом все почернело.

Глава 36

Все в ужасе смотрели на почерневший камень, затаив дыхание. Ловетт сжала кожаную ленту с такой силой, что побелели костяшки пальцев, из пентакля сыпались синие искры, кожа шипела и дымилась, пошел запах паленого волоса.

Внезапно Окулус ожил. Изображение было дымчатым и нечетким, но оно медленно двигалось. Валенс глядел на изумрудные вершины деревьев. Маленький демон был жив!

– Этого я и боялась, – пробормотала Ловетт. – В это время года над нашими охотничьими угодьями перелет у Сорокопутов. Обычно я жду месяц, прежде чем проводить урок по выходу в эфир, но с учетом того, что первокурсники тоже будут участвовать в турнире в конце года, пришлось поторопиться. Будь проклят Сципион с его желанием поскорее отправить вас в бой. Когда он сам учился, обучение длилось пять лет. Мог бы догадаться!

Она длинно и витиевато выругалась, почище весанийского моряка. У Флетчера уши покраснели от таких оборотов, но внутренне он улыбнулся. Эта леди может ругаться не хуже любого простолюдина!

– Сорокопут обязательно вернется, но у Валенса повреждено одно крыло. Ему придется как-то лететь к порталу. С Сорокопутом он сражаться не сможет, этот демон на три уровня выше его. А может, и на пять, если это матриарх стаи.

Последние слова для Флетчера не значили абсолютно ничего, но он на мгновение задумался, какой уровень у Игнатия в этой системе. Кроха зажужжал и неловко поднялся в воздух, и Флетчер снова стал следить за событиями.

Бедный демон летел медленнее из-за поврежденного крыла. Держался низко над голой землей пустыни, шатался под порывами ветра, поднимающими клубы песка и заслоняющими обзор. Тянулись минуты мучительно, и Флетчер что-то увидел впереди. Тень, но чья – непонятно.

– Там что-то над нами, – сказал он, показывая на темный силуэт.

– Знаю. С того самого момента, как Валенс вылетел из леса. Сорокопуты обычно ранят добычу, нанося неожиданный удар, а потом летят следом за ней, пока она не упадет, ослабев. Эффективная тактика, но сегодня она нам на пользу. Необузданные демоны инстинктивно боятся порталов и редко сами в них лезут, если мы их не тащим. Если мы сможем провести Валенса через портал, Сорокопут от него отстанет. Потом я сделаю слияние, и Валенс исцелится. Надеюсь лишь, что ему удастся вернуться, – сказала Ловетт, убирая с глаз промокшую от пота прядь волос.

Наконец на горизонте появился портал. Лететь до него было еще далеко, Валенс летел рывками, изображение в Окулусе то и дело меркло.

– Ну, еще немного, – прошептала Ловетт, хмурясь.

Но Кроха уже выбился из сил. Валенс упал на землю в считаных метрах от портала, подняв облачко пыли, и лежал неподвижно. О том, что он еще жив, говорило лишь свечение кристалла, в котором отражались вихри пыли, вздымаемые порывами ветра.

– Давайте мне костюм для эфира, быстро! В последнем шкафу у дальней стены. Я не знаю, сколько у нас еще осталось времени!

Первым среагировал Сераф, бегом бросившись к шкафу и достав объемистый сверток.

– Помогайте, он тяжелый! – крикнул он.

Отелло спешно бросился на помощь, и вместе они подтащили сверток Ловетт. Флетчер неотрывно глядел в кристалл. Снова мелькнула тень.

– Я не могу послать ему на помощь Игнатия? – спросил он.

– Нет, наши энергии смешаются, если твой демон войдет через мой портал. Смешение энергий опасно, им трудно управлять. Если ты не сделаешь этого с первой попытки, портал закроется, и мы точно потеряем Валенса.

Ловетт с трудом влезала в массивный костюм, сделанный из толстой кожи, с сапогами с обитыми железом носами внизу и металлическим кольцом сверху. Вставив ноги в костюм, Ловетт присоединила кожаную полоску, питающую энергией пентакль, к другой, идущей от задней части костюма, несколько метров в длину. К шлему, лежащему на полу, был присоединен длинный шланг, свернутый кольцами.

– Сераф, разворачивай воздушную трубу. Мне нужно, чтобы воздух свободно шел через нее, – приказала Ловетт, поднимая шлем, в нижней части которого было металлическое кольцо. Сераф принялся лихорадочно разматывать шланг, и Ловетт надела шлем. Раздался щелчок.

– Он должен быть непроницаем! – послышался ее голос, приглушенный шлемом. – Воздух эфира для нас ядовит. Если у меня будет дырка в костюме, вытаскивайте меня немедленно, за кожаную ленту, вне зависимости от того, подобрала я Валенса или нет!

– Это же всего лишь Кроха. Зачем вам рисковать жизнью, если вы завтра можете другого поймать? – скептически спросил Таркин.

Ловетт повернулась к нему. Ее лицо было плохо видно через толстое стекло медного шлема. Поверх стекла шла решетка, чтобы предохранить его от ударов.

– Демон – не вещь, которую можно выбросить, как старую рубашку, – зло сказала она. – Когда сходишь в бой бок о бок со своим, может, поймешь.

И с этими прощальными словами она ступила в портал.

В кристалле они увидели, как Ловетт вышла из портала, неясная фигура, плывущая в глазах Валенса. Это было так странно, увидеть ее, вышедшую из синего полумрака зала вызывания и оказавшуюся под иссушенными небесами эфира, в течение пары секунд. Но она была там, с трудом ступая по песку к Крохе, медленно и аккуратно.

Вскоре ее рука в перчатке подобрала Валенса и поднесла к шлему. Они увидели ее серые глаза, в которых горели страх и тревога. Затем она развернулась и пошла обратно к порталу.

– Почему она так медленно идет? – встревоженно прошептала Женевьева.

– На ней тяжелый костюм, она в жаркой пустыне, и ей приходится удерживать портал в другой мир, одновременно контролируя умирающего демона. Чудо, что она вообще еще стоит, – надменно сказал Таркин. – Если портал закроется, она будет в ловушке, пока не умрет от ядовитого воздуха, когда воздушную трубу перережет надвое. Глупая женщина.

– Она справится, – тихо сказал Флетчер, мысленно пытаясь поддержать Ловетт на каждом ее шаге.

Отелло первым заметил это, маленькую черную точку в небе, которая становилась все больше. С удивлением показал на нее, а потом его глаза расширились от ужаса, когда им предстал во всей красе пернатый демон. Ловетт, похоже, тоже его заметила, поскольку пошла быстрее, а пентакль заискрился, когда ее сосредоточение ослабло.

Демон-сорокопут оказался огромной птицей с длинными черными перьями. Размах его крыльев был как рост Флетчера, и перья на краях были окаймлены белым. У него был смертоносный изогнутый клюв и ярко-красные перья под горлом, а еще красный гребень на голове, как у петуха. Флетчеру он показался похожим на огромного и уродливого стервятника.

Похожий на птицу демон пикировал на Ловетт, выставив ярко-оранжевые когти. Она пригнулась, но поздно, когти со смертельной точностью ударили ей по шлему. Попали по решетке и опрокинули на спину. Демон ударил кривым клювом, еще и еще, но, к счастью, лишь сделал вмятины в медном шлеме.

– Тащите ее! – заорал Флетчер. – Валенс у нее в руках!

Схватив кожаный шнур, он с силой потянул так, что кожа затрещала. Другие присоединились, даже Исадора изящным движением взялась за ремень и присоединилась к остальным. Они быстро вытянули пару метров ремня через портал, сыплющий искрами. Глянув на кристалл ясновидения, Флетчер увидел лишь мелькание темных перьев демона, который изо всех сил бил клювом.

Натяжение ослабло, когда Ловетт ухитрилась встать на ноги и рухнуть в портал. Курсанты уже было начали радостно кричать, но им перехватило глотки, когда они поняли, что она вернулась не одна.

Сорокопут резко каркнул, разворачивая крылья и становясь на пол зала, ростом почти с человека. Прищурил яростные желтые глаза и двинулся вперед, странно переваливаясь, будто перескакивая по квадратам «классиков». Ловетт лежала неподвижно. С ней случилось что-то очень плохое.

– Назад! – заорал Таркин, вставая на пути Сорокопута. Может, он и не нравился Флетчеру, но тот впечатлился. Таркин явно не был лишен отваги.

Молодой дворянин стал на колени, касаясь ладонями ближайшего листа кожи с пентаклем. В следующее мгновение там появился демон и тут же ринулся на Сорокопута, не раздумывая.

Демон Таркина представлял собой три змеиные головы на мощных шеях, присоединенных к телу броненосца. Головы качались, делая выпады в сторону Сорокопута, и тот попятился обратно к порталу. Они явно не уступали друг другу силой, демон Таркина был настолько большим, что его можно было бы оседлать, пусть и большая часть его длины приходилась на шеи. Ноги у Гидры были короткие и мощные, но с массивными черными когтями, которые впивались в кожу с каждым ее шагом.

– Никто не устоит перед Гидрой! – радостно заорал Таркин, когда Сорокопут испуганно каркнул, отшатнувшись от атаки трех голов сразу.

Флетчер перестал глядеть на схватку и подошел к Ловетт. Она, видимо, была в сознании, раз портал оставался открытым, но выглядела как покойница. В ее руке корчился Валенс, злобно жужжа. Демон Таркина отгонял Сорокопута. Маленький Кроха хотел помочь, но сил на это у него не было.

– Позову кого-нибудь из учителей! – крикнула Женевьева и побежала к дверям.

Присев рядом с Ловетт, Флетчер оттащил ее в сторону, а затем осторожно снял шлем. И его глаза расширились. У Ловетт изо рта шла пена, глаза закатились так, что были видны только белки. Тело сотрясали судороги, и голова билась о кожаные маты пола. Флетчер не мог понять, как она может удерживать портал в таком состоянии.

– Яд! – ахнул он, пытаясь подложить ладони ей под голову. Глянул на шлем и увидел трещину в стекле. Видимо, Сорокопут повредил шлем первым же ударом.

Он повернулся к демону, кипя гневом, и увидел, что тот стоит в полуметре от портала. На таком расстоянии страх портала перевешивал близость Гидры. Сорокопут нерешительно шагнул вперед и ударил клювом в ближайшую из голов Гидры. Брызнула кровь, Таркин вскрикнул. Так, незачем дворянину сражаться одному.

– Игнатий! – заорал Флетчер, направляя энергию в ближайший к нему пентакль мощным рывком. Саламандра появилась там почти мгновенно и с воплем ринулась в бой.

Несмотря на то что Сорокопут был во много раз его больше, Игнатий вцепился в ногу демона и принялся бить в нее острым хвостом. Сорокопут каркнул от боли и испуга и опрокинулся назад, к пентаклю. Гидра без промедления воспользовалась возможностью, вразвалку шагнув вперед и вонзив клыки всех трех своих голов в шею Сорокопуту. Закружился водоворот когтей и зубов, сопровождаемый воплями, достойными баньши.

– Давай, Игнатий! – заорал Флетчер, опасаясь, что все демоны провалятся сквозь неустойчивый портал и будут потеряны. Игнатий перекатился назад и выпустил струю пламени над головами Гидры и Сорокопута. Это стало последней каплей. В последний раз взмахнув когтями, Сорокопут обиженно каркнул и нырнул в портал. Спустя мгновение портал закрылся. Вскоре погасли и путеводные огни, и зал погрузился в кромешную тьму. Ловетт шумно вздохнула, и ее тело расслабилось. Флетчер с радостью увидел, что она продолжает прерывисто дышать.

Новички радостно закричали, но радость была недолгой. Они услышали хриплое прерывистое дыхание Ловетт. Флетчер усадил ее и принялся растирать ей спину, но тут услышал за спиной голос Таркина:

– Ты идиот, Флетчер! Я должен был одолеть Сорокопута!

Из руки Таркина вылетел путеводный огонь, и парень ткнул пальцем в Флетчера.

– Ты слишком заботился о нашем глупом учителе. Ничего, я преподам тебе урок, который ты не скоро забудешь!