Текст книги "Неофит"

Автор книги: Таран Матару

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 24

Дворяне вышли к завтраку поздно и тут же уселись в противоположном от простолюдинов конце столовой, демонстративно не обращая на них внимания. Первыми шли Таркин и Исадора, явно претендовавшие на роль заводил, хотя дружеское похлопывание по плечу и хохот дали понять Флетчеру, что большая часть дворян и так друг с другом знакомы.

– Почему они нас игнорируют? – спросил Атлас, глядя через плечо, когда дворяне начали громогласно возмущаться плохим качеством еды.

– Это нормально, – спокойно сказал Сераф. – Дворяне всегда сторонятся простолюдинов. Вчера поглядел на их комнаты. Каждая размером такая же, как все наши, вместе взятые, если не больше!

– Я не думаю, что это правильно, – сказал Рори. – Разве нам не предстоит жить здесь вместе следующие два года? Их всего пятеро. Наверняка они очень быстро друг другу наскучат, а?

– Сомневаюсь, – предположил Флетчер. – Один из слуг мне сказал, что дворяне обычно проводят свободное время в Корсилуме. Это мы будем торчать в замке без особых развлечений. В лучшем случае подружимся с простолюдинами со второго курса.

Как раз в этот момент в столовую начали входить второкурсники, громко разговаривая. Разделились на две группы и сели за разными столами, но в отличие от первокурсников они явно свободно между собой общались, без особой враждебности. Но, судя по качеству формы, дворяне и простолюдины со второго курса тоже сидели отдельно, без исключений.

– Рановато они завтракать пришли, – заметил Сераф, когда второкурсники оценивающе поглядели на новичков, особенно на Отелло. Один толкнул локтем другого, показывая на Голема, которого Отелло назвал Соломоном, и на Игнатия. Гном поежился и опустил взгляд к тарелке.

– Хорошо бы мы каждый день одновременно с ними завтракали. Здесь места не на одну сотню людей хватит, – сказала Женевьева, опершись лбом на ладони и зевая.

Флетчер с подозрением глянул на рыжеволосую девушку. Не ее ли он видел ночью убегающей из Цитадели?

Слуги разнесли еду вновь пришедшим, и все вдруг зашептались. Оторвав взгляд от еды, Флетчер увидел, что в столовую решительным шагом вошел Ректор, а следом за ним шли двое мужчин и женщина в форме офицеров. В одном из них он с удивлением узнал Арктура, но тот явно его не заметил. Позади них шла девушка-эльфийка, и среди студентов снова пошел шепот. Она шла с гордо поднятой головой и села подальше от простолюдинов. Позади нее улегся ее Канид, нервно колотя пушистым хвостом и настороженно оглядывая столовую.

Четверо офицеров остановились и оглядели столовую, скрестив руки на груди, пока не наступила полная тишина.

– Добро пожаловать в Цитадель! Уверен, вы уже хорошо устроились, – провозгласил Ректор Сципион, шевеля пышными усами. – Вы имеете честь оказаться последним, самым малочисленным поколением студентов, допущенных в священные стены этой академии.

Флетчер огляделся, пересчитывая всех. Второкурсников было четырнадцать, а первокурсников – всего десять.

– Наши традиции восходят к временам правления первого короля Хоминума, две тысячи лет назад, – продолжил Сципион. – Пусть нас и немного, но боевые маги, выходящие из этих стен, становятся лучшими офицерами нашей армии, воюя под знаменами короля и наших знатнейших дворянских родов.

Флетчер увидел, как Таркин наклонился к Исадоре и что-то зашептал. Тихий звенящий смех девушки услышал не только он. Сципион побагровел от гнева и показал на молодого дворянина:

– Ты, встать! Я не потерплю невежливости ни от кого, будь он дворянин или простолюдин! Встать, я сказал! Объяснись!

Таркин медленно встал, явно не испугавшись гнева Ректора. Засунул большие пальцы в карманы брюк и заговорил, громко и отчетливо:

– Меня зовут Таркин, перворожденный герцогов Поленции. Мой отец, герцог Захария Форсис, командующий «Фурий Форсиса».

Когда второкурсники тихо заговорили, услышав его титул, он ухмыльнулся. Его отец был главой одного из старейших и влиятельнейших дворянских родов Хоминума. Про Поленцию Флетчер тоже знал, это были плодородные земли от Весанийского моря и до центра Хоминума.

Сципион промолчал, продолжая выжидательно глядеть на Таркина из-под кустистых бровей. Тот выждал, пока в столовой снова не воцарилась тишина, и заговорил снова, уже менее решительно:

– Я извиняюсь за свою невежливость. Я лишь сказал сестре, что… горжусь тем, что принят в это славное заведение.

– Лишь из уважения к твоему отцу я не отправлю тебя отсюда в комнату, как проказливого ребенка, – фыркнул Сципион. – Садись и держи рот закрытым, пока я не закончил.

Таркин склонил голову, улыбнувшись, и сел, нисколько не обеспокоенный происшедшим. Флетчер не знал, уверенность это или просто заносчивость, но склонялся ко второму. Сципион еще некоторое время глядел на Таркина, а затем обернулся к стоящим позади него офицерам.

– Это ваши преподаватели, майор Гудвин и капитаны Арктур и Ловетт. Относитесь к ним с надлежащим уважением, которое они заслужили, и не забывайте, что, пока они здесь вас учат, солдаты на фронте лишены их защиты и руководства.

Флетчер оглядел двоих учителей, с которыми еще не был знаком. Капитан Ловетт, красивая женщина с волосами цвета воронова крыла и холодными глазами, улыбнулась первокурсникам, когда назвали ее имя, и ее лицо смягчилось. Майор Гудвин на вид был ровесником Сципиона, дородный и с – густой седой бородой. Он носил очки в золотой оправе, а красный нос выдавал любителя крепкой выпивки.

– Итак. Второкурсники, вероятно, удивлены, почему их вызвали сегодня так рано, – продолжил Сципион, и студенты резко выпрямились. С их лиц исчезли скучающие выражения. – У меня объявление, которое касается всех вас. Принятое нами решение, возможно, не слишком приятное, но сделано оно по необходимости. В этом учебном году в выпускных экзаменах и турнире будут участвовать и второкурсники, и первокурсники. Если кто-то из студентов первого года обучения покажет хорошие навыки и знания, им также будут предложены офицерские должности, и они отправятся на фронт на год раньше, поскольку сейчас там нужны все.

Поднялся шум, но Сципион поднял руку и рявкнул, призывая к тишине:

– Я понимаю, что это усилит конкуренцию за самые высокие из должностей, которые будут предложены студентам второго года обучения. И напоминаю им, что у них фора, целый год, который они уже здесь провели. Если кто-то из первокурсников вас опередит, значит, вы вообще не заслуживаете звания офицера.

Флетчер нахмурился. Лучше некуда, чтобы подружиться со второкурсниками-простолюдинами.

– Что же до первокурсников, вы, возможно, обеспокоены тем, что получите худшие должности, чем те, что могли бы получить, учась два года. Заверяю вас, что вы все равно получите звание лейтенанта или звание младшего лейтенанта, если пожелаете. Победитель турнира получит звание капитана, самое высокое для боевого мага, не имеющего боевого опыта.

Второкурсники снова зашептались. Флетчер подозревал, что они довольны тем, что смогут оставить на долю первокурсников все должности младших лейтенантов, самые низкие из офицерских.

– Кроме того, король даровал вам еще одну возможность. Победитель турнира получит место в королевском совете с правом голоса по вопросам государственной важности. Король желает иметь при себе представителя нового поколения боевых магов. Если вас не прельщает должность старшего офицера, то это точно воодушевит, – сдержанно сказал Сципион.

– А в какие части будут назначены офицеры? Все ли одинаково рискуют оказаться во главе частей, набранных из гномов и преступников? – спросил рослый парень из простолюдинов, второкурсник, вставая.

Отелло вспыхнул, услышав эти слова, но Сципион сам наказал говорящего.

– Ты отправишься в ту часть, куда тебя пошлют, проклятье! – рыкнул Ректор.

Парень поспешно сел, но данный ему ответ породил новую волну недовольного шепота. Глядя на мрачные лица студентов, Сципион немного смягчился.

– У остальных такие шансы, как и у тебя. Это все, что я могу сказать, – добавил он.

– И еще. Вы, наверное, удивлены, видя среди нас эльфа, – продолжил Сципион, подходя к девушке с серебристыми волосами. – Мирные переговоры между послами Хоминума и вождями эльфийских кланов были долгими и трудными, но недавно мы достигли прогресса в них. Вместо уплаты подати эльфы согласились вступить в войну с орками, отдавая своих соплеменников в солдаты, как и гномы. Недоверие между нами еще велико, трудно было бы ожидать иного. Поэтому в качестве жеста доброй воли дочь вождя одного из кланов послана учиться на боевого мага, первая из множества эльфов, которые вступят в нашу армию в ближайшие годы. – Он натянуто улыбнулся эльфийке. – Ее зовут Сильва, и постарайтесь отнестись к ней с подобающим гостеприимством. По сути, мы и эльфы никогда не были врагами, как бы ни думали многие. Будем надеяться, что это станет первым шагом к долговременному и плодотворному союзу.

Лицо Сильвы осталось безучастным, но Флетчер заметил, как Сариэль снова забила хвостом под столом. Какая отважная эта девушка, подумал он. Оставить свою страну и дом, чтобы вступить в чужую войну вместе с теми, кто инстинктивно не доверяет их расе. Он уже раздумывал, как бы перед ней извиниться, когда Сципион заговорил снова:

– Итак, все свободны. Через пару минут начнутся занятия. Кстати, Флетчер. Ко мне в кабинет. Немедленно, – добавил он, глядя на Флетчера.

Глава 25

В кабинете Сципиона было удушающе жарко, как и в прошлый раз, но на этот раз ставни на окнах были открыты, и яркие лучи света падали в промежуток между Флетчером и столом Ректора. Сципион уже с минуту глядел на него поверх сложенных домиком пальцев, и Флетчер начал нервничать.

– Парень, почему ты мне солгал? – спросил Сципион, переводя взгляд с лица Флетчера на Игнатия и обратно.

– Я не хотел, – ответил Флетчер, – Ректор Сципион, сэр, – добавил он, спустя мгновение.

– Я спросил тебя, откуда ты взял этого демона, ты ответил, что тебя прислал Арктур. Думаешь, ты ответил на мой вопрос? Думаешь, что данный тобой ответ не подразумевал вещей, совершенно определенных? Неужели думал, что я не узнаю правды, поговорив с Арктуром?

Сципион говорил спокойно и размеренно, вовсе не так громогласно, как пару минут назад в столовой. Флетчер не знал, чего ему больше бояться.

– Я… я не знаю, почему так сказал. То, что меня прислал Арктур – правда, но я понимаю, что вы имеете в виду. Я был неправ, солгав вам. Просто мне очень хотелось остаться здесь учиться. Простите, сэр.

Флетчер опустил голову, чувствуя себя глупо. Если бы он просто сказал правду, он бы сейчас уже был на уроке у Арктура, учился, как сделать путеводный огонь. А вместо этого стоит здесь, ожидая, выгонят его из академии в первый же день за ложь старшему офицеру или нет. Сципион хмыкнул одобрительно, как показалось Флетчеру, и подозвал его ближе к – столу:

– Я тоже тут ошибся. Надо было быть внимательнее. В конце концов, исследования способов обретения новых рас демонов – то, чем должен заниматься каждый боевой маг. Я так полагаю, что ты и не представляешь себе последствий того, что у тебя Саламандра… хотя последнее время я слишком много предполагаю, – сказал он, вздохнув. – Арктур объяснил мне, как ты обрел своего демона… свиток вызывания, сделанный орочьим шаманом, кто бы мог подумать? Думаю, корень моего недовольства в том, что мы не сделали это открытие сами, что нам попросту повезло. Единственное, ты должен отдать книгу, про которую мне рассказал Арктур, библиотекарю, на случай если она сможет почерпнуть из нее еще какие-нибудь знания. Судя по всему, Джеймс Бейкер был человеком скрытным.

Флетчер стоял молча, а старый воин оценивающе глядел на него. А затем взял лист бумаги и положил перед ним.

– Это обязательство, которое подписывают все кадеты перед тем, как вступить в армию Хоминума. Подписав его, ты официально станешь военнослужащим и курсантом этой академии, на службе Его Величества. Тебе будет положено ежегодное содержание в тысячу шиллингов, за вычетом платы за комнату, еду и обучение. Здесь все написано. Подписывай и свободен.

Он протянул большой лист Флетчеру, и тот спешно написал свое имя внизу, переполненный радостью.

– Фамилии нет? – спросил Сципион, приглядываясь к подписи.

– Некому дать было, – стыдливо ответил Флетчер.

– Ладно, тогда придумай. К офицерам обращаются по фамилии, не по имени, – сказал Сципион, постучав пальцем по бумаге. Бердон носил фамилию Вульф, и Флетчер решил написать ее.

– Бегом в атриум, курсант Вульф. Твой поручитель уже ведет первый урок, а ты на пять минут опоздал, – сказал Сципион, и его лицо озарилось нечастой для него улыбкой.

Флетчер выбежал в атриум, в котором уже мелькало множество блуждающих огоньков, будто бесцельно летающие светлячки. Помещение озарял яркий сине-зеленый свет, парни из дворян смеялись, скидывая с пальцев шары, один за другим, и соревнуясь, кто самый большой сделает. Из простолюдинов здесь были лишь Отелло, Женевьева и Рори, и они стояли в отдалении, пристыженно молча.

– Быстро они. Это действительно так просто? – спросил Флетчер, глядя, как Таркин сделал шар размером с кулак, к изумлению остальных дворян.

– Нет, нам еще ничего и не показали. Уж точно, если твои родители – вызывающие, будешь уметь побольше, – с завистью и разочарованием прошептал Рори.

Арктур стоял в центре зала, безразлично глядя на дворян. А потом щелкнул пальцами, и все шары погасли. Зал погрузился в кромешную тьму. Потом на конце его пальца медленно появился небольшой путеводный огонь. От других пальцев к нему протянулись тоненькие голубые нити, пульсируя, и сфера стала размером с человеческую голову. Он отпустил ее, и она повисла у него над головой, неподвижно, будто подвешенная к потолку. Зал наполнился мягким голубым светом.

– Я не просил вас демонстрировать уровень способностей, лишь само по себе умение. Естественно, вы, дворяне, обучены этому родителями. Так что можете идти, если пожелаете. Расписание занятий вам уже принесли в комнаты. Рекомендую вам его запомнить. Опоздания недопустимы.

Говоря последние слова, Арктур многозначительно поглядел на Флетчера.

– Я знала, что этот урок будет легким. Пошли, пусть любители пытаются нас догнать, – громко сказала Исадора. Другая девушка-дворянка, брюнетка с большими карими глазами, нерешительно кивнула. Исадора порхнула прочь, и вторая девушка за ней последовала, перед этим виновато поглядев на Арктура.

Таркин лениво пошел следом, вместе с двумя другими парнями дворянской крови, рослым юношей с темными, как соболиный мех, волосами и загорелой, как у Серафа, кожей и другим, поминиатюрнее, с мышиного цвета волосами и ангельским личиком. Проходя мимо Флетчера, Таркин поглядел на его потрепанную и плохо сидящую форму и синяки на лице. Демонстративно сморщил нос и пошел дальше. Флетчер был в слишком хорошем настроении, чтобы обратить на это внимание.

– Пусть идут, – сказал Арктур, когда дворяне ушли. – Они не умеют управлять движением своих путеводных огней. На следующем уроке догонять придется им. А принципы управления огнями такие же, как и при выполнении заклинаний.

Он подошел к ним, и путеводный огонь двинулся одновременно с ним. В неземном свете шрам на его лице выглядел еще ужаснее.

– А где Сераф и Атлас? – спросил Флетчер, проталкиваясь между Рори и Женевьевой.

Арктур наконец заметил его.

– Сэр, – тихо сказал он.

– Сэр, – громко и с нетерпением повторил – Флетчер.

– Подозреваю, они отправились получать собственных демонов. Поскольку я являюсь твоим поручителем, мне не пришлось отдавать тебе одного из своих демонов, как это обычно бывает, Ректор решил, что будет справедливо, если я отдам демона одному из других простолюдинов. Я поймал его вчера, подвергнув Сахариссу большому риску. Надеюсь, вы будете их достойны, – с сожалением сказал он.

Флетчер огорчился.

– Значит, это могучий демон? – с воодушевлением спросил Рори, еще больше огорчив Флетчера.

– Необязательно. Будет со временем, но он слишком редкий, и я не мог пройти мимо. Одному из твоих друзей очень повезло, что он его получил. Я еще с таким не сталкивался. А теперь хватит вопросов. Сядьте на пол и закройте глаза.

Они сели и слышали лишь шаги Арктура, ходящего рядом с ними.

– Дайте сознанию освободиться от мыслей. Сосредоточьтесь на моем голосе.

Флетчер попытался унять сердцебиение, слушая слова Арктура. Голос капитана был удивительно мягким, окутывая их, будто теплый ветер.

– Свяжите ум со своим демоном, почувствуйте эту связь. Будьте аккуратны. Вероятно, вы впервые устанавливаете такую связь. Не беспокойтесь, если это получится не сразу. Чем больше вы будете практиковаться, тем легче это станет получаться.

Флетчер постарался сделать все сказанное, пытаясь ощутить иные сознания поблизости. Ощутил сознание своего демона, коснулся его, и Игнатий недовольно пошевелился у него на шее. Это не были чувства, при помощи которых Флетчер пытался общаться с ним прежде, но нечто иное.

– Добившись этого, вы ощутите, как сквозь вас струится энергия демона. Вы должны принять ее и сконцентрировать на указательном пальце ведущей руки. Пока что это все, что от вас требуется.

Флетчер ощутил, как его вновь охватывает ясность восприятия, даже сильнее, чем тогда, когда он вызвал демона на кладбище. Она пронеслась сквозь него, будто ураган, он почувствовал, что дрожит всем телом.

– Только в палец, Флетчер, ты слишком много берешь! Контролируй себя! – крикнул Арктур. Его голос доносился будто издалека.

Флетчер сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, выставляя палец и направляя в него поток. Палец начало колоть, одновременно обжигая огнем и холодом. Сквозь веки начал проникать голубой свет.

– Открой глаза, Флетчер, – сказал Арктур, положив ему руку на плечо. Флетчер понял, что шумно дышит, и попытался успокоиться, а затем нерешительно открыл глаза.

Кончик его пальца сверкал, будто раскаленный добела. Он двинул им, и палец оставил в воздухе светящийся след, будто головешка, которой махнули в полной темноте.

– Я сказал, через палец, а не в него, Флетчер, – сказал Арктур, но в его голосе слышалась плохо скрываемая гордость.

– Со мной все в порядке? – в ужасе спросил Флетчер, нарисовав в воздухе восьмерку. Другие тоже открывали глаза, один за другим. Судя по всему, у них ушло куда больше времени, чтобы обуздать энергию демонов. Флетчер не дал себе возгордиться, вспомнив, что он общается со своим демоном на неделю дольше, чем они.

– Ты ухитрился сделать то, что вы будете проходить еще через несколько занятий. Мастерство рисования символов. Смотри внимательно.

Арктур поднял палец, кончик которого засветился голубым, но намного слабее. Нарисовал в воздухе круг, а потом равносторонний треугольник, внутри круга. Двинул палец перед собой, и символ последовал за ним, будто привязанный невидимой нитью. Когда символ начал угасать, Арктур выбросил нити света от пальцев к символу. Пройдя сквозь него, они превратились в светящуюся паутину и образовали щит, такой же, что спас Флетчеру жизнь еще вчера.

– Если мы используем энергию без символа, не образуется ничего, кроме путеводного огня. Когда ты рисуешь символ и пропускаешь энергию через него, то получаешь доступ к главным инструментам боевого мага. Это непросто, для того чтобы создать щит, подобный моему, а не некую бесформенную массу, нужны время и усердные занятия. Даже правильное создание шара путеводного огня потребует некоторой тренировки.

Палец Флетчера снова приобрел нормальный розовый цвет, и он опасливо прижал его к груди. Игнатий низко заурчал и спрыгнул на пол. Лизнул палец Флетчера треугольным языком, неожиданно мягким, и странное колющее ощущение в пальце начало стихать.

– Так что же мы пропустили? – радостно спросил Сераф позади него.

Флетчер обернулся. Сераф, Атлас и капитан Ловетт вышли из зала вызывания. И с ними были демоны.

Глава 26

Сераф улыбался, как безумный, совершенно счастливый. Его демон шел рядом неуклюже, похожий, на взгляд Флетчера, на большого барсука. Но походкой сходство и ограничивалось. Создание было покрыто грубой кожей, походящей на кору дерева, сверху покрытой плесенью. Вдоль хребта шел ряд толстых шипов, в дюйм длиной, острых, будто нож хирурга. Они напомнили Флетчеру шипы боярышника, те, что без труда протыкают кожу.

– Что это? – тихо спросил Рори, глядя, как создание подбежало к ногам Арктура и принюхалось. Открыло рот на коротком приплюснутом рыле, обнажив странные костяные наросты вместо зубов. Флетчер увидел во рту демона остатки пережеванных листьев, которые тот быстро глотал, двигая коричневым кожистым языком.

– Это Користый, – ответил Арктур. – Они мастера маскировки, поэтому их так трудно поймать. По классификации элементов они сродни Големам, и их сложно кормить, поскольку им необходимо не меньше фунта листьев в день. Уверен, майор Гудвин все это вам расскажет подробно на уроке по демонологии.

Поглядев на демона со смешанными чувствами, он задумчиво потер голову. Подошел Сераф и благодарно ему улыбнулся.

– Я бы с удовольствием оставил этого демона себе и поймал тебе другого, Сераф, но мерзкое создание выстрелило в Сахариссу горсть своих иголок, когда та к нему подошла. Серьезно ранена и не смогла бы второй раз отправиться в эфир. Бедняжка едва выжила, когда тащила его через портал, а я едва успел провести обуздание. Ловить другого уже поздно. Надеюсь, у тебя с ним все хорошо получится.

– Спасибо вам огромное! – воскликнул Сераф, аккуратно поднимая демона на руки и пошатнувшись от его веса. – Вы представить себе не можете, что это для меня значит. Я назвал его Щепкой.

Атлас топтался позади, с его лица тоже не сходила улыбка. Его демон был размером с большую собаку, с густым блестящим мехом и двумя острыми клыками, торчащими из пасти. Он был похож на огромную выдру с клыками, как у кабана, и крысиным хвостом, оканчивающимся колючим шаром, будто моргенштерн. Демон оказался на удивление подвижным и бегал вокруг Атласа, едва касаясь пола.

– Я назвал своего Шипом, за его хвост. Это Лутра.

– Шип, – повторил Арктур. – Подумай еще, это не совсем… традиционное имя для демона. Почему бы не Шипастый? Знал я еще одного демона, которого так звали.

– Отлично! – радостно ответил Атлас.

Капитан Ловетт ушла в зал вызывания, но Флетчер успел заметить за дверью мелькнувшие там темно-коричневые перья. Интересно, кто это. Похоже, в Хоминуме умели ловить куда больше демонов, чем он думал!

Арктур открыл рот, чтобы продолжить урок, но Флетчер поднял руку, желая задать вопрос. Ему надо было кое-что узнать.

– А где сейчас Сахарисса? И где демоны ребят-дворян? Сидят у них в комнатах в ожидании? – спросил он, не в силах унять любопытство.

– Тебе известно, что такое слияние? – спросил в ответ Арктур, внимательно глядя на Флетчера. Тот покачал головой.

– Слияние – действие, когда вызывающий поглощает демона, принимая его внутрь себя, чтобы демон мог отдохнуть и исцелиться. В это время вызывающий может общаться с демоном и даже использовать его энергию, но демон остается внутри, в безопасности. Очень полезная штука, когда на тебя сыплются орочьи дротики, чтобы демон в живых остался. Научитесь этому завтра на уроке по вызыванию, который проведет капитан Ловетт. Я специализируюсь на заклинаниях, так что не мне этому вас учить. Достаточно?

– Да, сэр, благодарю вас.

Когда урок окончился, все пребывали в отличном настроении. Смеясь и улыбаясь, пошли вверх по лестнице. Флетчер, Отелло и Сераф смогли создать путеводные огни, маленькие, но вполне пригодные для того, чтобы освещать путь, и теперь они горели у них над головами. У остальных получилось создать лишь нити голубого света, но не хватило сосредоточенности, чтобы превратить их в шары. Несмотря на это, первый урок по заклинаниям воодушевил всех, и Рори с Женевьевой не тратили силы на зависть. Даже Атлас не огорчился, продолжая радостно гладить по голове Шипастого.

– Буду тренироваться в управлении путеводным огнем у себя в комнате, – радостно заявил Сераф, когда они дошли до своего этажа. – Могу его двигать, но пока не могу удержать в полной неподвижности, как Арктур!

Он ушел в комнату мальчиков, и Щепка радостно зашагал следом. Сильвы опять нигде не было, она куда-то пропала. Флетчер не знал, почему ей позволили пропустить первый урок, но не терял надежды принести ей свои извинения.

– Интересно, не стоило ли и нам подождать, – мрачно сказал Рори, глядя на своего Малахи.

– Мне Азура все равно нравится, но теперь я думаю, что нам придется попотеть. Если Арктур считает, что поймать нового демона будет сложно, на что нам надеяться? – тихо сказала Женевьева, соглашаясь с ним.

Флетчер уже принялся думать, как бы подбодрить товарищей, но первым, на удивление, заговорил молчаливый Отелло.

– Пока вы не сможете поймать такого могущественного демона, как Користый, но вполне можете поймать еще одного Кроху. Мы живем близко к фронту и слышали, что боевые маги решают этот вопрос по-разному. Одни заводят себе одного могучего демона, которым сложно управлять, а другие – множество небольших, точно так же как поступают орочьи шаманы. Почему бы не наслать на врага целый рой Крох? Или послать сразу несколько Крох в эфир, чтобы использовать их совокупную силу и поймать более сильного демона? – сказал он, почесывая подбородок.

– Эй, а ты прав, – ответил Рори, широко улыбаясь. – Только представьте себе тысячу таких, как Малахи. Это будет зрелище!

Сераф вернулся в общую комнату, держа в руках лист бумаги и небольшой полотняный мешок.

– Только посмотрите! – сказал он, положив лист бумаги перед ними. Это было расписание занятий.

– Всего три урока в неделю, каждый раз после завтрака, тренировка с оружием по желанию, в подвале, в четвертый день. Остальное – самостоятельная учеба! Можем делать все, что вздумается!

Рори рассмеялся и хлопнул ладонью по столу. Малахи и Азура взлетели, недовольно жужжа.

– Упс! – сказал Рори и выставил ладонь, давая испуганному насекомому сесть на нее. И коснулся губами зеленого панциря.

– И это не все! Они выплатили нам жалованье за первый месяц, за вычетом платы за еду и комнату! Зачем поступать в университет, если можно пойти на службу и получать деньги за учебу? – сказал Сераф, встряхнув мешочек. Тот звякнул. – Тут шестьдесят шиллингов.

– Думаю, надо съездить в Корсилум! – воскликнула Женевьева, ослепительно улыбаясь. – Это больше, чем моя мама за день зарабатывает, с утра до ночи. Сходим на ланч и отправимся.

– Да уж, мне определенно надо зайти к портному, – согласился Флетчер, коснувшись пальцем обтрепанного края воротника.

– Моя семья обо мне беспокоится. С радостью воспользуюсь шансом и расскажу им, что у меня тут… друзья появились, – сказал Отелло, смущенно взявшись рукой за бороду.

– Значит, договорились. Кто сказал, что у нас ни гроша не будет, чтобы в Корсилум съездить? Может, потом мы руки или ноги лишимся, раз сюда попали, так что пусть это будет не напрасно! – сказал Сераф и ринулся обратно в свою комнату.

На лестнице раздались шаги, а затем и голоса.

– И кто бы это? – вслух спросил Флетчер.

– Так что, сама понимаешь… они поселили меня с простолюдинами, хотя моя кровь такая же благородная, как твоя. Какое бесчестье! Уверена, если ты поговоришь с Ректором от моего имени, я смогу перебраться поближе к вам.

Это оказалась Сильва, следом за ней шли Исадора и другая девушка-дворянка.

– У-у, меньше, чем моя ванная комната, – фыркнула Исадора и сморщила нос, будто в комнате дурно пахло.

– Еще бы! Видела бы ты мою комнату. Давай – покажу, – сказала Сильва. Она попыталась затащить Исадору дальше, но та замерла, оглядела собравшихся, прищурившись, и остановила взгляд на Отелло.

– Погоди, – ядовито сказала она и топнула изящной ножкой. – Пора сказать этим простолюдинам, как все здесь будет в этом году.