Текст книги "Ты моя тайна. Муж моей сестры (СИ)"

Автор книги: Таня Ульянова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Ева лежала, устроившись головой у меня на коленях. Глаза закрыты. Дыхание постепенно выравнивалось, но иногда всё равно срывалось – тихо, болезненно, будто внутри что-то продолжало ломаться. Я осторожно перебирала её волосы, медленно, почти невесомо проводя пальцами. Как будто боялась причинить ещё больше боли. Как будто это могло хоть немного её успокоить. Некоторое время мы просто молчали. А потом Ева тихо заговорила. Не открывая глаз.

– Я из-за этого всего рассталась с Сашей… – ее голос звучал глухо, устало. – Мы очень любили друг друга… Я и сейчас его люблю… Он… Он сделал мне предложение…

Я замерла на секунду, но руку не убрала.

Ева медленно сняла с пальца кольцо, и бережно прижала его к губам, тихо всхлипывая.

– Он был… хороший… – продолжила Ева, с трудом подбирая слова, это было видно, как каждое дается ей тяжело, почти болезненно. – Настоящий… рядом всегда… заботился… А я…

Наступила лёгкая пауза.

И потом она продолжила тише.

– После этого… я не смогла…

Я сглотнула, чувствуя, как сжимается сердце.

– Когда узнала про беременность… – Ева едва слышно выдохнула. – Я ушла от него…

Мои пальцы на мгновение остановились.

– Просто сказала… что всё… что разлюбила… – голос Евы дрогнул. – Я соврала… Что у меня… другой…

Я видела как каждое слово дается Еве тяжело. Каждое слово давалось через боль.

– Он не поверил… – она снова тихо всхлипнула. – Смотрел так… как будто я… предала его…

Ева сжала ладонь в кула, судорожно вздыхая.

– А я… просто боялась… – почти шёпотом. – Что он узнает… и не сможет на меня смотреть… как раньше…

Я закрыла глаза. Боль накрыла с головой уже меня саму. Слишком много. Слишком жестоко для одного человека.

– Ева… – прошептала я тихо, сдавленно.

Но та лишь слабо покачала головой.

– Я всё разрушила сама… – прошептала она в ответ. – Всё…

– Нет, – сразу, почти резко отозвалась я, наклоняясь чуть ниже. – Нет, не говори так.

Я осторожно коснулась её щеки, вытирая слезу.

– Ты не разрушила. У тебя… отняли. Понимаешь?..

Ева молчала. Но по тому, как дрогнули её губы, я поняла – слова всё равно задели. Я снова провела рукой по её волосам. Медленно. Успокаивающе. И только сейчас до меня окончательно дошло. Всё. Не обрывками. Целиком. Что пережила Ева. Как её сломали. Как оставили одну. Как заставили молчать. Как она потеряла человека, которого любила… просто потому, что боялась быть отвергнутой. И всё это… из-за Лены. В груди у меня стало тяжело.

Почти невыносимо.

– Вика… – тихо позвала меня Ева.

– Мм? – откликнулась я, не переставая гладить её по волосам.

Ева замолчала, словно собиралась с силами.

– Пожалуйста… – её голос снова стал напряжённым. – Не говори Игорю…

Я напряглась. Рука на мгновение замерла.

– Ева…

– Пожалуйста, – уже тише, но с отчаянной просьбой, повторила она. – Я боюсь… ты не понимаешь… я правда боюсь…

Она открыла глаза и посмотрела на меня. И в этом взгляде было столько страха, что я не смогла сразу ответить.

– Я не выдержу… если всё это… снова начнётся… – прошептала Ева. – Я просто не выдержу…

Тишина. Тяжёлая. Выбор. С одной стороны – правда. С другой – она.

Живая. Сломанная. Дрожащая от одного только воспоминания. Я медленно выдохнула.

И наклонилась чуть ближе, мягко касаясь её лба губами.

– Хорошо… – тихо сказала я. – Я ничего не скажу. Пока ты сама не будешь готова.

Ева закрыла глаза. И впервые за долгое время… её лицо немного расслабилось. Совсем чуть-чуть. Но этого было достаточно. Я продолжала гладить её по волосам, глядя куда-то в сторону. Но внутри у меня уже всё изменилось. Я пообещала. Но это не значило, что я оставлю всё как есть.

Ева уснула неожиданно. Просто в какой-то момент её дыхание стало ровнее, пальцы ослабли, а лицо, ещё влажное от слёз, наконец расслабилось. Она лежала на диване, всё так же прижавшись ко мне, будто боялась отпустить даже во сне.

Я осторожно подвинула подушку, аккуратно уложила её поудобнее, накрыла пледом. На секунду задержалась. Провела рукой по её волосам. Тихо. Почти невесомо.

– Я рядом… – едва слышно прошептала я, хотя Ева уже не могла этого услышать.

Потом медленно встала и вышла на кухню, прикрыв за собой дверь. Тишина снова вернулась. Но теперь она была другой. Тяжёлой. Гнетущей. Я опустилась на стул, уперевшись локтями в стол, и закрыла лицо руками. Мысли не складывались. Они налетали одна за другой. Лена. Игорь. Ева. Этот ребёнок. Тот человек. Страх. Ложь.

Пять лет. Пять лет, за которые всё превратилось во что-то… чужое и страшное.

– Господи… – выдохнула я в пустоту.

В груди всё сжималось от бессилия. И от злости. Такой холодной, что от неё становилось почти физически больно. Я резко опустила руки, глядя в одну точку. Это нельзя оставлять так. Нельзя. Но и ломать Еву ещё раз – тоже нельзя.

Телефон зазвонил неожиданно. Резко. Пронзительно. Я вздрогнула.

Сначала не поняла, откуда звук. Потом заметила телефон на столе – не свой. Евин. Экран загорелся. Имя. Игорь.

Сердце болезненно сжалось. Секунда. Колебание. Я перевела взгляд в сторону гостиной. Там, за стеной, спала Ева. Спокойно. Впервые за долгое время. Телефон продолжал звонить. Я протянула руку. Взяла. И ответила на звонок.

– Да?

На том конце повисла короткая пауза.

– Вика? – голос Игоря был напряжённым, настороженным.

– Да, это я, – спокойно ответила я, стараясь, чтобы голос не выдал ничего лишнего. – Ева у меня.

Пауза. Которая длилась чуть дольше обычного.

– С ней всё в порядке? – встревожился он.

Я сжала телефон сильнее.

– Да. Она… устала. Уснула.

Тишина. И потом – глухо, сквозь сдерживаемое напряжение:

– Я скоро приеду.

Слова прозвучали не как вопрос. Как факт. Он не спрашивал. Утверждал. Я медленно выдохнула.

– Игорь…

Но он уже сбросил. Экран погас. В кухне снова стало тихо. Я опустила телефон на стол, не отводя от него взгляда. Он приедет. Скоро. И это значит – мы снова увидимся.

Я медленно поднялась. Посмотрела в сторону гостиной. Туда, где спала Ева. И впервые в жизни, я не знала как правильно поступить, чтоб не сделать Еве еще хуже. Чтоб не заставлять ее снова проходить этот ад…

Вот такая у нас получилась большая, пояснительная, и очень важная в итории глава. В связи с этим у меня созрел вопрос. Хотели бы вы, прочитать историю Евы?) Просьба дать обратную связь в комментариях.

Ваша Таня Ульянова!)))

Глава 16

Когда Ева уснула, я ушла на кухню, стараясь прийти в себя, но в мыслях после услышанного от Евы, был полный раздрай.

Руки сжимали чашку так крепко, что пальцы побелели. Горячий чай остывал почти мгновенно, но я казалось не замечала этого.

В голове не укладывалось то, что я только что услышала. Я просто не могла в это поверить.

Я знала что Лена далеко не ангел, и не самый лучший человек, но чтоб такое сотворить…

Она моя сестра. Та, с которой мы росли вместе, с которой делили детство, секреты, радости и обиды. Та, кого я знала как сильную, уверенную, иногда капризную… но никогда – жестокую. Все услышанное было для меня настоящим шоком. Словно какой-то злой розыгрыш…

– Не может быть… – выдохнула я, но это было не шёпотом, а рёвом внутреннего ужаса. – Не может быть…

Чем дольше я оставалась наедине со своими мыслями, тем больше меня окутывало самым настоящим ужасом. Оказывается, я совсем не знала свою сестру. Мы росли вместе, а я даже не подозревала какое чудовище растет рядом со мной.

От нахлынувших эмоций, казалось всё внутри трещало, ломалось, подчиняясь эмоциям, которые невозможно было контролировать.

Я пыталась собраться с мыслями, вдохнуть воздух, но легкие казались наполненными свинцом.

Господи… Как она могла так поступить с Евой? Ева же сестра Игоря… А он ее муж…

Но все было слишком явно. Перед глазами вновь и вновь, всплывало заплаканное лицо Евы. Ее взгляд полный отчаяния. Совсем юная. Впервые полюбившая… И уже пережила такой ужас…

Внутри все болезненно сжалось, от внезапно нахлынувшего чувства вины. Если бы мы тогда с Игорем не встретились… Если я держала дистанцию…

Глаза снова наполнились слезами. Я сжала чашку сильнее, пытаясь согреть онемевшие ладони. Но теплая жидкость уже не грела – она обжигала. Хотя я прекрасно понимала, что дело далеко не в чае. Дело было в нахлынувшем лавиной чувстве вины. Перед Евой, перед Игорем. Сейчас, я винила себя в том что случилось с Евой.

Это было слишко много. Слишком жестоко для одного человека, который был совсем ни в чем не виноват.

С каждой секундой в голове росла паника, и ужас, который буквально стучал зубами по костям. Я не могла понять, как человек, которого я считала своей кровной семьей, мог так сломать жизнь другого человека. Безжалостно, жестоко. Даже глазом не моргнув. Ледяные мурашки, пробежались по спине от липкого страха. От одной только мысли, что она может сделать со мной, если узнает о нашем романе с Игорем. А что она может сделать с Алисой, если узнает что она его дочь?

Очень хотелось убедить себя в том что все это неправда, что жестокое стечение обстоятельств…

Но память о словах Евы, о её слезах, о том, как она прижималась ко мне, была слишком сильной. Каждое слово, каждая деталь – как нож в сердце.

Эмоции внутри смешались в одну противную кашу. Я сжала зубы, стиснула кулаки, от злости на Лену, на саму себя, что в свое время допустила роман с ее мужчиной. Внутри все казалось разрывалось на части.

Только сейчас поняла, и осознала что Лена просто сломала чью-то жизнь, боясь что правда о ней выплывет наружу.

Я смотрела в пустую стену, пытаясь осознать, принять, что это – реальность. Что то, о чём я даже не могла никогда подумать, случилось на самом деле. Сестра. Человек, которого я знала всю жизнь… стала источником ужаса, боли и предательства.

Горечь, ярость, ужас – всё смешалось в одно ощущение, которое невозможно было вынести.

– Как же так… – прошептала я в пустоту, словно надеясь что меня услышат, и дадут ответ на вопрос.

Чай давно остыл. Стены кухни казались слишком тесными. Дверь в гостиную была закрыта, а в голове стоял только один звук – тихое всхлипывание Евы, которое не давало забыть что вот она, жестокая, суровая реальность.

Я уткнулась лицом в ладони пытаясь сдержаться, но слезы потекли сами, без контроля. Я чувствовала себя бессильной, но ярость и ужас не отпускали.

Страшно было поверить.

Страшно было принять.

Звонок в дверь, отвлек меня от мыслей, резко возвращая в реальность. Все еще находясь в шоке, и пытаясь переварить информацию, я с усилием поднялась, ноги подкашивались от напряжения, но шаг за шагом я направилась в прихожую.

Стоило открыть дверь, я замерла. На пороге стоял Игорь. Лицо напряжено, глаза сжаты, плечи подернуты тяжёлым напряжением. Как и в прошлый раз, когда он пришел ко мне вечером, выпившим.

– Вика… – тихо проговорил он.

Я замерла на секунду, потом кивнула, пропуская его в квартиру.

Напряжение читалось даже в его движения, в том как он снимает пальто. Движения были четкими, но с какой-то внутренней скованностью. Он опустил его на вешалку, не отводя взгляда от меня. Словно считывал мои эмоции, которых было уж слишком много.

Мы вместе прошли на кухню. Комната, казалось, сузилась от напряжения. Воздух стал плотным. Словно мы сидим на пороховой бочке. Одно неверное движение, и все взлетит на воздух.

Игорь сел за стол, осторожно положив руки на поверхность. На лице полное спокойствие, и сконцентрированность, а вот в глазах, гремучая смесь эмоций. Я напряглась, стоя у дверного проёма, чувствуя, как всё внутри сжимается в тугой нервный комок.

– Нам нужно поговорить, – сказал Игорь ровно, внимательно посмотрев на меня.

Я медленно кивнула, сердце сжалось, а мысли рвались в разные стороны, пытаясь подготовиться к тому, что будет дальше.

В воздухе висела тяжесть слов, которые ещё не были сказаны. Словно от этого разговора, зависела вся дальнейшая наша жизнь, наше будущее.

Игорь устало потёр лицо ладонями. Долгий вдох. Потом медленно откинулся на спинку стула, его взгляд направлен в потолок, а плечи опустились, словно он пытался расслабиться.

Я наблюдала за ним, за каждым его жестом, от чего сердце болезненно сжалось в груди. Я видела, как каждое движение отражает усталость и напряжение, но одновременно чувствовалась и какая-то скрытая тревога. Словно этот разговор ни к чему хорошему не приведет. Хотя внутри, все еще была маленькая надежда, что я просто слишком накрутила себя после рассказа Евы.

Он снова поднял голову и посмотрел прямо на меня. Глаза были серьезными, усталыми, но взгляд внимательным, и пронизывающим до мозга костей.

– Мы в прошлый раз не закончили наш разговор, – проговорил Игорь достаточно серьезным голосом, одним только тоном говоря что не собирается оставлять эту тему не закрытой. – Мне пришлось срочно уехать на работу, и практически три дня, я ночевал в автомастерской. Но сейчас, я здесь. И мы поговорим, Вика!

Я напряглась. Ладошки вспотели от волнения.

Сразу поняла, о чём идёт речь.

Об Алисе. О том, что я не рассказала ему о дочери.

В груди все сжалось, сердце казалось было готово пробить грудную клетку. Слова Игоря звучали как точный удар, не оставляя возможности уклониться, или перенести разговор на потом. Я понимала, что этого разговора не избежать, и что рано или поздно нужно поставить все точки над и.

Я сделала глубокий вдох, стараясь собраться, но сердце колотилось так, что казалось, весь мир замер вместе со мной.

Игорь посмотрел на меня, взгляд его был напряжен, полон решимости. Он медленно сложил руки на груди, будто собирая в себе всю силу воли, чтобы произнести слова, которые давно должны были прозвучать. Еще при прошлом нашем разговоре. Но тогда ему пришлось уехать. И сейчас, мне вдруг стало стыдно, что тогда я допустила мысль, что он мог поехать к Лене.

– Я хочу участвовать в жизни нашей дочери, – сказал он ровно, не давя на меня, но в голосе слышалась твердая решимость. – Я не собираюсь оставаться в стороне.

Он сделал паузу, словно проверяя себя, как звучат эти слова вслух. Затем снова посмотрел прямо на меня, не отводя взгляда, не позволяя сомнению поселиться между нами.

– Я серьёзно, Вика. – Его голос стал более твёрдым. – Я хочу быть рядом. Я хочу быть частью её жизни. Я хочу видеть, как растет моя дочь.

Я почувствовала, как напряжение в комнате усиливается. Каждое слово Игоря звучало как неотвратимое заявление о неизбежном. Я понимала, что за этими словами стоит не просто желание, а намерение действовать, право участвовать в жизни дочери, которого я больше не смогу игнорировать.

Игорь продолжал смотреть на меня неподвижно, решительно, без малейшего следа колебаний. Каждое его слово не оставляло выбора – только необходимость услышать и признать, что теперь всё изменилось.

Я медленно подняла взгляд на Игоря.

– Я прекрасно всё понимаю, – сказала я тихо, стараясь подобрать слова, чтобы передать всю серьёзность и ответственность ситуации для меня. – Но я не хочу травмировать Алису. Это не игрушки, Игорь. Алиса очень впечатлительная девочка, и ранимая.

Я глубоко вздохнула, опуская взгляд на свои руки, нервно сжав их в кулаках.

– Я должна подготовить дочь, – продолжила я, чуть дрожа, но не отступая. – Она должна понять постепенно… понять, что теперь у неё будет папа.

Мой голос стал мягче, но все еще был полон внутреннего напряжения.

– Я не хочу посвящать ребенка во взрослые проблемы, – тяжело выдохнула я. – Не хочу, чтобы она почувствовала то, через что прошли мы. Чтобы ей пришлось знать боль, страх и обиду раньше времени.

Я снова подняла взгляд на Игоря, стараясь быть честной, но осторожной:

– Я хочу, чтобы Алиса чувствовала любовь и заботу… чтобы была готова принять тебя. Она знает что у нее есть отец… Игорь, ты даже не представляешь сколько я о тебе рассказывала, когда она задавала вопросы…

Я замолчала, напряженно ожидая его реакции. Сердце бешено стучало в груди, дыхание было ровным, но внутреннее напряжение не отпускало. Каждое слово давалось тяжело, каждая мысль – болезненно ясна. А что если он сейчас не услышит меня, и настоит на своем?

Игорь кивнул. Лицо его оставалось серьезным, но голос стал мягче, спокойнее. Словно его вполне удовлетворил мой ответ.

– Я согласен, – сказал он. – Я подожду. Пока ты подготовишь Алису.

Я напряженно улыбнулась, чувствуя как с плеч медленно падает камень. Я до последнего боялась, что он может настоять, рассказать все Алиске здесь и сейчас.

Я шумно вздохнула, глубоко, будто отпуская часть собственного напряжения. Но оно вернулось с новой силой, стоило мне вспомнить о Еве.

– Игорь… – неуверенно начала я, и мой голос предательски дрогнул. – Мне нужно тебе кое-что рассказать… Это касается Лены и Евы… Ты должен кое что знать… Это очень важно…

В этот момент дверь в кухню тихо открылась. Я медленно обернулась и застыла.

В дверях стояла Ева, немного сонная, волосы были слегка растрёпаны. Она посмотрела на Вику, потом медленно перевела взгляд на Игоря, делая медленный шаг в комнату, будто ещё не совсем проснувшись.

Я замерла, слова застряли в горле. Сердце забилось быстрее. Всё, что я хотела сказать сейчас, повисло в воздухе, но теперь присутствие Евы делало невозможным продолжение разговора. Она мне не простит если я сейчас расскажу все Игорю. Но я понимала, что он обязан знать, что сделала с его сестрой его жена.

Она сделала глубокий вдох, стараясь удержать себя, но мой взгляд невольно задержался на Евe, на том, как она мягко шагает к кухонному столу, на ее усталое лицо и на ту хрупкость, которую я ощущала во всём её облике.

Девочки, перебои и со светом, и с интернетом. Пиши по возможности.

Ваша Таня Ульянова!))

Глава 17

Игорь.

Вика замерла смотря на внезапно появившуюся в комнате Еву.

Ева резко подняла голову, смотря то на меня, то на Вику, будто боясь чего-то, только чего я не понимал.

В её глазах был страх, который невозможно было скрыть.

Настоящий. Живой. От которого по спине, пробежались ледяные мурашки.

– Ты… – голос Евы дрогнул, она судорожно вдохнула, смотря на Вику.

Во взгляде Евы, была самая настоящая паника. Как будто от ответа Вики зависело всё. По ней было видно что она боится. Даже очень. Вика замерла на секунду. Всего на секунду. Затем уверенно покачала головой в знак отрицания.

– Мы просто, гочорили, – объяснила Вика спокойно.

Я все смотрельнс них, почти ничего не понимая. Что происходит, о чем они сейчас…

Ева смотрела на неё ещё мгновение.

И затем… её плечи чуть опустились.

Дыхание выровнялось, пусть и не до конца. Лицо заметно расслабилось. Словно она на секунду вышла из этого внезапного напрчжения. От взгляда Евы, внутри неприятно кольнуло. От одной только мысли, что она чего-то боится. А она действительно боялась. Эмоции слишком явно отражались на ее лице.

– Все нормально? – негромко спросила Вика.

Ева медленно кивнула. Словно выдыхая. Ее пальцы всё ещё дрожали, но уже не так сильно. Словно какой-то камень медленно упал с ее души. Она отвернулась на секунду, словно пытаясь взять себя в руки. И в этот момент… Я не выдержал. Мне с каждой минутой, было все больше непонятно что происходит.

– Я, кажется, что-то пропустил? – глядя на девушек, спросил я.

Обе вздрогнули. Вика чнова вернула свое внимание на меня, словно вспомнила что я тоже нахожусь сейчас с ними.

– Вы так смотрите друг на друга… – я посмотрел сначала на Еву, затем снова вернул взгляд на Вику. – Как будто что-то случилось…

В ответ была тишина. Напряжённая.

Плотная. Ева замерла, словно её снова парализовало каким-то страхом. Словно она боялась, что еще секунда, и откроется какая-то ее жуткая тайна.

– Всё нормально, – первой заговорила Вика, слишком спокойно. Слишком быстро. – Просто… давно не виделись…

Я не сразу поверил. На кухне повисло большое напряжение, словно еще секунда, и все взлетит навоздух. Это было видно. Это ощущалось.

Прищурившись, перевел взгляд на Еву.

– Нормально?.. – повторил я, очень сомневаясь в правдивости слов Вики.

Задержал взгляд на Еве, внимательно смотря на сестру. Заплаканные глаза.

Сбитое дыхание. Следы слёз, которые невозможно скрыть полностью. Словно плакала, сильно и очень долго.

– Ева?.. – говорил уже мягче, но с настороженностью, зная какая она стала ранимая в последнее время.

Ева опустила взгляд. Нервно сжала пальцы, и кивнула.

– Да… всё нормально.

Ответ Евы прозвучал слишком тихо. Слишком хрупко. Тяжело вздохнув, перевел взгляд обратно на Вику. Между нами повисло напряжение. Невидимое. Но ощутимое. Я еще не понимал. Но чувствовал – что-то не так.

– Ладно… – неуверенно проговорил я, не сводя с них глаз. – Если вы так говорите…

Но говорил так, чтоб по тону было понятно, что мы еще поговорим. Что я не поверил до конца.

Тишина всё ещё держалась в комнате, натянутая, как струна. Я медленно выпрямился, принимая решение не давить сейчас. Не лезть глубже. Пока. Я снова посмотрел на Еву, задержавшись на её лице чуть дольше, чем нужно.

– Слушайте… – резко сменил тему, словно всем нутром ощущая, что именно сейчас это просто необходимо. – А давайте на выходных на дачу съездим?

Вика чуть напряглась. Это было очень заметно, стоило снова взглянуть на нее.

– На дачу?

– Ну да, – я пожал плечами. – Погода вроде нормальная обещается. Свежий воздух, природа, шашлыки… – я слегка улыбнулся уголками губ. – И я, наконец, смогу нормально познакомиться с Алисой.

Последние слова я произнёс особенно мягко, с особой теплотой внутри. Почти осторожно.

Вика на секунду замолчала. Смотрела на меня. Потом – на Еву.

Внутри всё сжалось от ее взгляда. Я понимал что хочу всего быстро. Слишком быстро. Слишком резко. Слишком неожиданно для нее.

Спустя пару минут молчания, наконец Вика медленно выдохнула, словно принимая ситуацию. Понимая что дальше оттягивать неизбежное не получится. Я знаю правду, и отступать не намерен.

– Хорошо, – спокойно сказала она, соглашаясь. – Поедем.

Я чуть заметно кивнул, ожидая именно этого ответа. Но взгляд снова скользнул к Еве, которая выглядела более чем задумчивой.

– Ты с нами? – спросил я, стараясь вернуть сестру в реальность.

Ева вздрогнула словно от неожиданности. Словно я действительно выдернул ее из каких-то воспоминаний.

– Если я не помешаю вам… – тихо ответила она, с каким-то смущением. – Может вы хотели побыть втроем… А я буду мешать…

– Прекрати, ты нам не помешаешь, – сразу возразил я. – Это даже не обсуждается.

Я сделал паузу, посмотрев на наручные часы.

– Ладно, Евик, поехали уже домой, – устало проговорил, смотря на сестру. – У меня завтра важная встреча с заказчиком. Клиент непростой.

Окинул их еще одним внимательным взглядом. И на этот раз… ничего не сказал. Просто развернулся и вышел из комнаты. Оставляя их наедине. Я знал как они относятся друг другу, и старался дать еще немного времени пообщаться.

Мы попрощались уже у двери. Без лишних слов. Сдержанно. Но по Вики, было видно что она как и я с большим трудом держит эту небольшую дистанцию. Словно мы изучаем друг друга заново, спустя пять лет. Словно заново вспоминаем те чувства, которые тогда накрыли с головой, заставив забыть обо всем.

Вика обняла Еву чуть дольше, положенного. Крепче. Это было заметно.

– Я рядом, – проговорила она.

Ева кивнула слегка улыбнувшись.

Я стоял чуть в стороне, наблюдая за ними. Молча. Внимательно. Смотрел на сестру, и видел как она немного ожила, стоило ей встретиться с Викой.

Слегка улыбнулся собственным мыслям. А ведь она первая рассмотрела Вику. Еще во время первой встречи в кафе, пять лет назад. Как сейчас помнил, все уши мне прожужжала на обратной дороге домой какая у Лены классная сестра. Как они совершенно не похожи друг на друга, и оказалась права на все сто процентов.

Они действительно были две противоположности. Абсолютно два разных человека, с разными ценностями по жизни, хотя являлись родными сестрами.

Когда Вика отпустила Еву из объятий, я подошел к ней, и молча обнял, глубоко вдыхая до боли знакомый запах. Который за пять лет так и не смог забыть.

– До выходных, – чуть отстранившись проговорил я, смотря в ее глаза.

Вика слегка улыбнулась. Той самой улыбкой что при нашей самой первой встрече, у них дома, когда Лена привела меня знакомить со своими родителями.

– До выходных, – ответила она, мягко коснувшись моей щеки губами.

И вдруг замерла, по прежнему смотря мне в глаза.

Смотрел на нее, а внутри все буквально кричало “Поцелуй ее. Не отпускай”. Если бы не положение Евы, я бы остался сейчас с ней. Но после всего пережитого, Ева еще ни разу не ночевала вне дома. Словно там самое безопасное место.

– Ну поцелуйтесь вы уже… – умоляюще проговорила Ева, словно этого и ждала наблюдая за нами.

Слегка улыбнулся, и притянув Вику к себе, нежно коснулся ее губ. Оставляя легкий, нежный поцелуй. Не спешил. Не давил. Давая ей время снова привыкнуть к моему присутствию в ее жизни. Старался дать понять, что больше не дам ей исчезнуть, и сделать выбор за нам двоих.

* * *

В подъезде было прохладно и тихо. Лампочка под потолком едва мерцала, отбрасывая бледный свет на стены. Когда мы вошли в подъезд, Ева на автомате подошла к почтовым ящикам.

Тяжело вздохнул, понимая что она ждет хоть какой-то весточки от Сани, и на это больно было смотреть. Готов был плюнуть на все. Позвонить ему, рассказать что никого у нее нет. Что она соврала. Только бы она так не страдала.

– Ева… Прекрати себя мучить… – тяжело вздохнул я. – Мне больно смотреть на твои страдания…

– Тебе что-то пришло, – тихо сказала она, игнорируя мои слова, и вытащила из почтового ящика небольшой конверт.

Обычный. Без лишних отметок. С моими данными. Она уже собиралась повернуть его, рассмотреть внимательнее… Но я подошел к ней достаточно быстро, и забрал конверт. Не резко. Так чтоб она не испугалась.

Она медленно подняла на меня взгляд, в котором читалось замешательство.

– Игорь… – прошептала она, напрягшись.

Я старался выглядеть спокойно, непроницаемо. Будто это обычная бумажка. Но поганое предчувствие внутри, подсказывало что я очень глубоко ошибаюсь.

И мои пальцы, нервно сжавшие бумагу, выдали внезапно появившее напряжение.

– Это, скорее всего, от поставщиков, – сказал я ровным тоном, стараясь соврать, чтоб она не переживала, не нервничала.

Ева ничего не ответила. Лишь вопросительно изогнула бровь.

– Пойдем, – добавил я уже мягче, стараясь разрядить обстановку.

Без лишних слов, мы поднялись в квартиру. Пока снимал обувь, послышался щелчок замка, и следом тишина. Привычная. Но теперь – другая. Я остановился в прихожей, не спеша проходить дальше. Внутри все напоминало натянутую тетиву.

Конверт всё ещё был в моей руке. Сжатый. Помятый по краям. Я на секунду закрыл глаза. Собираясь с мыслями. Потом наклонился к Еве и коротко поцеловал её в макушку.

– Отдыхай, – тихо проговорил я.

И сразу же прошел внутрь квартиры.

Не оборачиваясь. Стараясь не показывать всей внутренней тревоги, которая окутала с ног до головы.

* * *

Квартира погрузилась в тишину. Глухую. Плотную. Только редкий шум машин за окном напоминал, что жизнь снаружи продолжается. Ева уснула быстро, явно намаявшись за день. Слишком быстро. Как засыпают не от спокойствия – от усталости. От того, что больше нет сил держаться.

В спальне было темно. А в гостиной – горел приглушенный свет. Я сидел на диване. Не двигаясь. Конверт лежал рядом, уже вскрытый. Пальцы сжимали официально заверенный лист бумаги с мокрыми печатями. Я перечитывал, бегая глазами по тексту. Снова. И снова. Будто надеялся, что слова изменятся. Но нет. Каждая строчка оставалась прежней. Жёсткой. Холодной. Беспощадной.

Я медленно опустил лист. Замер, чувствуя как внутри все болезненно сжимается. Потом резко откинулся на спинку дивана, с глухим выдохом.

Пальцы запустил в волосы, сжимая их, словно пытаясь удержать себя в реальности.

Твою ж мать… До последнего надеялся этого избежать, но все было на лицо…

– Чёрт… Черт… Черт… Только этого сейчас не хватало…

Я закрыл глаза. Но тут же всплыли лица. Вика. Ева. И… Лена.

В груди все болезненно сжалось. Ева… Для нее это будет еще одним ударом…

Прочитанное снова звучало в голове словно эхо. Слишком точно. Слишком не вовремя сейчас. Слишком… неслучайно. Словно какая-то подстава.

Я резко выдохнул, наклонившись вперёд. Локти уперлись в колени.

Уже бессмысленный клочок бумаги медленно выпал из рук. Но я даже не посмотрел. Сидел так, сжав пальцы, уставившись в одну точку. Переваривая. Прокручивая варианты, как можно разрулить ситуацию, но как назло в голову ничего не лезло.

Какое-то время сидел неподвижно. Пытаясь разложить смешавшиеся мысли по полочкам. Потом медленно потянулся к телефону. Экран вспыхнул холодным светом в полумраке, заставляя прищуриться.

Я смотрел на него несколько секунд.

Как будто решался, и одновременно боролся с желанием услышать ее. Вику. Мою Вику.

И желание услышать родной голос, оказалось в сто крат сильнее. Не выдержав, я нажал на ее номер.

Гудки. Длинные. Томительные. Один.

Второй. Третий…

– Игорь?..

Она ответила почти сразу. Вика. Моя родная, и любимая Вика. И в её голосе было волнение. Настоящее. Словно она ждала чего-то очень важного. Закрыв глаза, сильнее сжал телефон в руке.

– Я… – шумно выдохнул, словно пытался найти подходящие слова. – Я просто хотел услышать тебя…

На другом конце была тишина. Словно она переваривала.

– Что-то случилось?.. – тихо спросила Вика.

Я усмехнулся собственным мыслям. Случилось. Еще пять лет назад.

– Случилось… – выдохнул я. – Наверное, да…

Я откинулся на спинку дивана, устало запрокидывая голову. Провёл рукой по лицу слегка потирая небритую щетину. И снова закрыл глаза.

– Случилось… Пять лет назад, – усмехнулся я. – Я встретил тебя, и пропал… Я люблю тебя, Вика… Я так тебя люблю…

Говорил прямо. Без подготовки. Без защиты.

– Игорь… – голос Вики слегка дрогнул.

– Я любил тебя все эти чертовы пять лет, – продолжил я, почти шёпотом. – Я люблю тебя и сейчас. И спустя столько лет, кажется еще сильнее… Я пытался жить дальше. Пытался… быть правильным. Делать как надо. Но мне нужна только ты, Вика…

Между нами повисла пауза. Длинная. Оглушающая.

– Только ты… – повторил еще тише. – И больше никто.

В комнате стало оглушающе тихо. Как будто даже воздух замер. Вика молчала. Долго. Слишком долго.

Я открыл глаза, уставившись в потолок. В груди все болезненно сжалось. Я не знал, что она скажет. И скажет ли что-то вообще.

– Игорь… Я… – тихо проговорила она, но запнулась.

Тишина между нами вдруг перестала быть холодной. Она стала… мягкой. Хрупкой. Будто любое резкое слово могло её разрушить.

Я всё ещё лежал, глядя в потолок, сжимая телефон у уха.

– Я бы сейчас… – я на секунду замолчал, затем продолжил. – Я бы сейчас очень хотел быть рядом с тобой…

Сказал честно. Как есть. Без лишнего. И в этих словах была только правда… Настоящая. Чистая. Обнаженная.

– Я тоже… – тихо ответила она. – Очень.

– Если бы можно было… – продолжил я, уже почти шёпотом. – Я бы просто обнял тебя сейчас. Ничего не говорил бы. Просто держал. Молча. И никогда бы больше не отпустил…