Текст книги "Графиня Грандвелл (СИ)"
Автор книги: Таня Толчин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)
«Ведь идеальная жена для Петера, не ценит он то, что имеет…» – размышляла Деми, направляясь в свои покои. Заботливая горничная принесла в комнату ужин и тёплую воду, затем помогла графине раздеться.
– Коль я понадоблюсь, зовите меня, Ваше Сиятельство, – улыбнулась тепло женщина, Деми ей сунула в карман серебряную монетку в знак благодарности, затем довольная горничная удалилась.
Графиня, наспех поужинав, задула свечи и нырнув под тёплое покрывало попыталась уснуть, ведь на следующее утро она планировала отправляться в путь обратно, в крепость Грандвелл. И всё же, если Этель пообещала, то подмога будет, со своей стороны Деми сделала всё, что смогла. Петера же она более не желала видеть, этот человек до боли разочаровал её… Тот единственный друг, к которому графиня испытывала тёплые чувства в самый трудный момент повёл себя мерзко и ужасно, хотя и был не в себе…
«Я не верю, что мой супруг мёртв… не верю… ведь его тело так и не нашли в том лесу… не бросай меня, Эрик…» – роились думы в голове засыпающей Деми.
– Не оставляй меня… – прошептала она вслух, словно он её услышит. Под мерное потрескивание пламени в камине графиня проваливаясь в крепкий сон.
* * *
После разговора с Деми Этель сразу же направилась в зал, где знатные особы собирались трапезничать. За длинным дубовым столом расположились прибывшие члены делегации из Мерсии, в их числе была и Милберга Кентская, в девичестве Сильд. Молодая женщина облачилась в строгие и тёмные одежды, ведь её уже известили о том, что Эльгер мёртв и его тело будет доставлено в графство Кент для погребения. Бледное лицо Милберги выражало скорбь и печаль, со стороны можно было бы подумать, что она горюет об убиенном муже… И даже её близкая подруга Этель, пытаясь утешить вдову не подозревала истинной причины грусти этой женщины, ведь теперь придётся вернуться в Мерсию к своему строгому моралисту-отцу, который скорее всего упечёт свою дочь в монастырь. Набожный старик Сильд убеждён в том, что удел вдовы провести остаток своей жизни в молитве и смирении, вопрошая Господа облегчить участь души умершего супруга. Что ж, теперь праздная и весёлая жизнь с банкетами и разнообразными флиртами закончилась, а это весьма серьёзный повод сокрушаться…
– Милая Милберга, у меня к Вам будет просьба, – молвила мягко Этель, занимая место за столом подле своей подруги. – Надобно передать послание Этельфледе.
– Конечно же, моя дорогая подруга, непременно передам, – ответила Милберга отстранённо.
Этель достала свёрнутый пергамент из небольшого отдельного кармана, что крепился сбоку к её кожаному поясу и вручила послание Милберге.
– Что же за письмо такое срочное? – словно невзначай полюбопытствовала вдова Эльгера, пряча пергамент в свой карман.
– Графиня Грандвелл взывает о помощи… Я написала послание Этельфледе с просьбой о военном подкреплении, ведь соседнее графство Рендлшир захвачено данами, они наверняка пойдут и на Грандвел… – сокрушалась Этель, явно переживая за Деми и испытывая искреннее желание помочь.
– Боже милостивый… Даны в Рендлшире? Пресвятая Дева… Я постараюсь чем быстрее передать письмо Её Величеству… – лицо Милберги выражало ужас, серые прелестные очи округлились, женщина судорожно выдохнула, пригубив вино из кубка.
Добродушная и весьма доверчивая Этель и подумать не могла, что гримаса наигранного ужаса на лице её так званой подруги исчезнет, едва та переступит порог своих покоев. Милберга лишь злорадно ухмыльнётся, доставая изящными пальцами из кармана послание для Этельфледы.
«Так нам и не довелось провести с тобой ночь, Грандвелл… Ты посмел оскорбить меня своим отказом, словно куртизанку вышвырнул тогда из опочивальни… Возможно теперь твоё так и не найденное тело удобряет почву лесов Нортумбрии… Что ж, я буду лишь рада, когда викинги придут на твои земли и позабавятся с твоей деревенщиной-супругой… Мне-то и дела до вас всех нет никакого…» – с этими мыслями Милберга швырнула письмо в пламя камина, наблюдая, как пергамент моментально сгорает дотла, осыпаясь пеплом.
Глава 18
Мрачные подземелья замка Рендлшир были фактически погружены в кромешную тьму, лишь одинокий настенный факел освещал часть затхлого узкого коридора, а уж попавшим сюда узникам и вовсе частенько не доставалось и клочка света. В маленьких камерах, закрытых массивной решёткой, ныне покойный Кристиан Рендл удерживал пленных викингов, далеко не все из них тут выживали… В спёртом и сыром воздухе витал зловонный запах человеческих нечистот и пота, комфортно тут было лишь крысам, которые периодически создавали шорох в темноте в поисках пищи.
– Зигфрид, ты жив? – в одной из камер подземелья раздался приглушённый рык Ульвара.
– Живее не бывает… – последовал ответ с едким сарказмом и долей горечи.
Конунг и его преданный ярл были прикованы цепями к каменной стене своей камеры, на руках обоих были массивные кандалы. С противоположного конца подземелья звучали эхом чьи-то голоса, видно, там находились пленные. Уж непонятно, сколько времени прошло с тех пор, как избитых мужчин сюда приволокли и приковали цепями… Возможно, более суток. За это время никто к ним не наведался, оба викинга недоумевали, какая участь им уготовлена.
В конце коридора послышались чьи-то шаги, забрезжил свет от факела, озаряя сырые каменные стены. По другую сторону металлических толстых прутьев решётки весьма неожиданно появилась Малинда, прямо за её спиной стоял Орм.
– Вот и крысы пожаловали! – рявкнул с ненавистью конунг, сплюнув на землю. – Обоих бы задушил собственными руками!
В свете факела ухмылка Малинды выглядела зловеще, затем женщина и вовсе расхохоталась.
– Рендлшир мой, Ульвар! Я тут единственная и полноправная хозяйка! Не ты… Нравилось тебе брать меня силой? Чувствовать своё преимущество надо мной? Вот теперь ты в моей власти… Знаешь, чего я желаю? – графиня сделала паузу, прищурив глаза, её сапфировый взор казался почти прозрачным. – Хочу твоей долгой и мучительной смерти… Без крови… Я ведь ненавижу кровь… – Малинда картинно скривила пухлые уста, затем улыбнулась. – Ты умрёшь от голода и жажды вместе со своими пленными воинами, их просто никто не будет кормить и поить… А я иногда буду сюда наведываться и наблюдать за твоей медленной смертью…
Ульвар лишь рыкнул в ответ, не сводя со своей жены ненавидящего, налитого кровью взгляда.
– Я думал, что мы будем действовать вместе, брат, – голос Орма был мрачным и задумчивым. – Ты не оставил мне выбора… Мне нужна эта крепость, я её взял… Твоя женщина помогла, – рука Орма скользнула по талии графини, бесцеремонно задирая сбоку подол её платья из голубого сукна. – Её я также взял, как эту крепость… И беру, когда мне захочется, – ладонь ярла очутилась между бёдер Малинды.
– Прекрати… – томно вздохнула графиня. – Не тут…
– Будет там, где я пожелаю, моя богиня, – прохрипел Орм ей на ухо, затем всё же убрал руку. – Мне тоже больше нравится на ложе, в твоей опочивальне…
– Шлюха! – рявкнул Зигфрид. – Орм тебя использовал! Вы друг друга стоите…
– Прикуси язык, ярл… – прошипела оскорблённая Малинда. – Могу приказать его отрезать.
Зигфрид сразу притих, понимая, что она может вполне выполнить свою угрозу, эта женщина коварна, аки змея и жестока.
– Мне быть конунгом, Ульвар, – молвил спокойно Орм. – Многие перешли на мою сторону, даже твой Атли, который ненавидит христиан и саксов… Ты сам во всём виноват, брат…
– Я тебе не брат! – взревел конунг. – Ты был в моих посёлках Данелага? Убивал моих людей?
– Скажем так, я со своими воинами там проходил, – ехидно молвил Орм. – Но туда еще путь лежит обратный…
– Что с Ингердой? – выпалил Зигфрид, в его голосе явно читался страх.
– Слышишь, Орм? Он влюблён в эту замарашку Ингерду! – хохотнула Малинда, прикрывая платком нос, ведь витающие в воздухе запахи были явно малоприятны для неё.
– Пока никто не тронул Ингерду, но она приглянулась одному из моих людей, будет наложницей… На обратном пути в мои посёлки этот вопрос решится, – прозвучал вердикт Орма. – А вот её братец Олаф оказывал сопротивление и не пожелал перейти на мою сторону… Пришлось его убить…
– Боги вас покарают за предательство! – выпалил отчаянно Зигфрид, сейчас все его мысли были о судьбе любимой Ингерды, которую скорее всего больше не узрит.
– Боги? Молитесь своему христианскому богу, может поможет вам, – с явным скепсисом молвил Орм. – О наших богах вы явно позабыли, вот они от вас и отвернулись… Нам пора, Малинда. Я жажду заняться более приятными вещами, нежели вдыхать зловония этого подземелья, – Орм резко сжал грудь женщины, его сильные пальцы уже тянули за шнуровку корсета. – Нам пора, моя богиня…
– Вы будете прокляты людьми и богами за предательство! Вас ожидает вечный холод и тьма Хельхейма… – донёсся до уходящих Орма и графини отчаянный голос Зигфрида, а Ульвар с диким рыком рванул вперед, в погружённой во тьму камере раздался лязг массивных цепей. Конунг вновь и вновь делал попытки вырвать их из каменных стен, сдирая кожу на руках металлом ненавистных оков.
– Никогда она мне не нравилась… Любая куртизанка честнее и чище неё, – заключил Зигфрид, обессиленно опускаясь на каменный холодный пол, благо, хоть длина цепей позволяла. – Лишь Олафа жаль… Верный был, надёжный… – вздохнул ярл с горечью.
Конунг Ульвар молчал, слова будто закончились. Физическая боль его совершенно не устрашала, как и неминуемая смерть. Душа разрывалась… Ведь он любил Малинду, одаривал дорогими подарками, выполнял все её прихоти и никого иного не желал… Кто же знал, что ненависть в её сердце настолько сильна? Из дикой душевной боли словно огненным потоком вырывалась ярость, и жажда мести предателям, тем, о которых он ранее заботился, снабжая куском хлеба и давая возможность заработать на жизнь… Вот только выбраться бы из этой тьмы живым…
* * *
– А где тётушка Гудрун и мои братья? – робко спросила малышка Сири у горничной Эббы, которой было приказано приглядывать за девочкой. Служанка как раз укладывала её в кровать, укрывая мягким покрывальцем из овечьей шерсти. – А отец опять в поход ушёл?
– Тётя Гудрун и твои братья уехали… возможно, надолго… Как и твой отец… Пора уже спать, деточка, я задую свечи… – Эбба и сама толком не знала, что ответить Сири. Она лишь пожала плечами, стараясь побыстрее прервать эти расспросы и уложить любопытное дитя. Сама же горничная расположилась в той же комнате, на узкой деревянной лежанке, устланной овечьими шкурами.
«Твоя матушка избавилась от твоего отца-язычника проклятого…» – Эбба лишь тихонько вздохнула, ворочаясь на лежанке. – «Да не без помощи иного язычника, да этот скоро уйдёт… И матушка твоя будет единственной хозяйкой тут…»
У графини Малинды была своя опочивальня, где ранее на широком ложе она спала с супругом Ульваром, теперь на его месте находился Орм. После визита в подземелье к узникам они поспешно направились в её спальню, в коридоре замке он подхватил графиню на руки, та лишь кокетливо хохотала.
– Я хочу тебя прямо сейчас… – рыкнул Орм, внезапно поставил Малинду на ноги и прижимая к каменной стене начал поспешно и бесцеремонно задирать подол её платья.
– Орм… Слуги могут увидать… – попыталась возразить графиня.
– Какие слуги? Мои воины? Они часто видят, как я беру своих наложниц. – Орм одним рывком разорвал шнуровку её корсета. – Они мне не помеха…
– Я всё же не наложница… – голос Малинды прозвучал немного холодно и обиженно. – Я графиня и хозяйка Рендлшира!
– А чем сейчас ты отличаешься от моих наложниц? – хрипло процедил сквозь зубы Орм, ловко расстёгивая пояс своих кожаных брюк. – Сейчас ты в моей власти, Малинда…
Женщина лишь вскрикнула, когда охваченный похотью ярл вторгся в неё, приподняв за ягодицы. Малинда обхватила ногами его торс, покоряясь этому мужчине. Орм грубо стянул одной рукой верх платья, оголяя плечи и грудь графини, а она стонала и выгибалась, явно получая удовольствие от происходящего, ёрзая голой спиной по каменной стене. В длинном коридоре замка эхом отражались от стен сладострастные крики Малинды и рык Орма.
– Продолжим всё же в комнате… – прохрипел ярл, так и неся её на себе к спальне, затем толкнул со всей силы ногой массивную дверь, женщину поставил на ноги и резко развернул спиной к себе, вынуждая встать на четвереньки. Орм жёстко схватил графиню за белые кудри, заставляя запрокинуть назад голову и рывком овладел её вновь. Малинда получала какое-то мазохистское удовольствие от процесса, грубость и жестокость в мужчинах её отталкивала и притягивала одновременно. Орма же графиня постоянно желала, сама не понимала, почему, ведь чем-то он её сильно притягивал…
– А мне всё же интересно, куда делась моя сестра Гудрун с её муженьком Нилом и значительной частью слуг… – размышлял Орм, когда утомлённые нагие любовники лежали в кровати, попивая вино из кубков. – В подземелье есть явно лазейка… Об этом мне не сообщили… – он нахмурился, пристально взирая на графиню, та лишь пожала плечами.
– Я не ведаю ни о каких лазейках, не знаю… Возможно этот крысённыш Гаррад знал больше меня… – вздохнула Малинда задумчиво.
– Прикажу проверить подземелье своим воинам, – холодно молвил Орм, такого рода недочёты его явно не радовали.
– Прикажи также своим воинам особо не мародёрствовать в моих посёлках! – Малинда картинно поджала свои уста. – Ведь ты обещал… Мне же потом всё восстанавливать, а это расходы…
– Прикажу, – отмахнулся от графини мужчина, словно от назойливой мухи. Пришедшие на земли графства Рендлшир викинги начали бесчинствовать, часть местных селян в ужасе покинула свои дома, унося ценные вещи и детей, направляясь в соседние графства в поисках приюта. А те, кто не успел, стали жертвами мародёров, воины Орма безжалостно убивали и насиловали мирных жителей.
Малинда задумчиво разглядывала ткань балдахина над кроватью, обдумывая свои дальнейшие действия. Избавиться от мужа наконец-то ей удалось, правда, пришлось долго обрабатывать того же Освина, который когда-то был предан покойному Кристиану. Этот самый Освин являлся и заместителем Нила Гаррада, был фанатичным христианином. Малинда чуть ли не каждый день являлась к нему, напустив на себя скорбный вид, она показательно лила слёзы, жалуясь на жестокость и дикость своего язычника-мужа. Освин поверил графине, проникшись сочувствием и желанием помочь он втайне собрал сторонников-воинов, которые и оказались главными предателями, открыв ночью врата крепости врагу. Конечно же, не обошлось и без корыстных моментов, ведь Малинда пообещала привилегии и наделы земли, когда станет полноправной хозяйкой. Графине не составило труда узнать, когда Освин будет нести дозор, а Гаррад уйдёт отдыхать и через тайного посыльного она известила об этом людей Орма, что в назначенное время прибыли на противоположный берег Темзы, разбив там временный лагерь.
А что будет далее? Орм пообещал оставить ей своих людей для охраны крепости, сам же он вскоре уйдёт на земли Данелага, а может и вовсе погибнет в одном из походов…
– Через двое суток я иду на Грандвелл, – прозвучал отстранённо и жёстко голос Орма, выдёргивая графиню из её мыслей. – Возможно они не думают, что я осмелюсь прийти к ним… А возможно и готовятся… Их хозяина нет на месте, это значительно улучшает задачу. У твоего муженька тут имеется внушительный арсенал оружия, в том числе есть и осадное, метательное… Уж как всё складывается ладно, да, моя богиня? У нас ещё вино имеется? Очень оно вкусное и сладкое в этих краях, прямо, как Вы, Ваша Светлость… – в голосе Орма скользнули насмешливые ноты, но Малинда готова была потерпеть. Ведь скоро этот мужчина покинет Рендлшир, а пока можно насладиться его телом и необузданным темпераментом.
Да, ярл Орм считал, что всё идёт по его плану, ведь он пока ещё не успел получить известие о том, что король Эохрик мёртв, и о последних новостях ещё не слыхал, касательно битвы под Хольмом… Также ярл и подумать не мог, что в данный момент к берегам королевства Гутрум приближаются драккары северянина Бродди, который одержим жаждой мести. Нортумбрийскому конунгу нужна голова Орма. Принципиальный Бродди не прощает врагов.
Глава 19
– Люди Орма рано или поздно пожалуют сюда, это очевидно, – мрачно размышлял Джон, подперев задумчиво голову своей широкой ладонью, глядя на пляшущее пламя в камине. В зале замка Грандвелл как раз за вечерней трапезой собрались близкие Деми люди. Накрытый стол изобиловал в основном рыбными блюдами, так как обитатели замка старались соблюдать Рождественский пост.
Сама же графиня вернулась в крепость с сопровождающими воинами около полудня, её встретили Джон и Этан, который как раз в её отсутствие прибыл в графство с остатком отряда Эрика. Графиня увидала их ещё издалека, чуть пришпорив коня едва приблизившись к мужчинам, она молниеносно спешилась и ринулась навстречу Этану, наплевав на все правила этикета обняла мужчину в порыве эмоций. Как же Деми была рада сейчас видеть доверенных тэнов графа, ведь верные друзья всегда были рядом и поддерживали в самых сложных жизненных ситуациях, да и силовое подкрепления было лишь кстати… Об Эрике она ничего не спрашивала, словно оттягивая этот разговор, мужчины по этому поводу также молчали, не хотели лишний раз причинять графине боль, она ведь слепо верила, что её супруг жив, хотя тэны были убеждены в обратном.
Ужин в зале крепости проходил в задумчивом молчании, среди присутствующих за столом находились Джон и Этан со своими жёнами, Катрин, Эрмин и госпожа Тереза. Детишки уже успели поужинать, они шумно носились по коридорам замка, несносная рыжеволосая Кейт опять затеяла очередную игру, вовлекая сыновей Джона. Его хрупкая и молчаливая супруга Агата опять была на сносях, она сидела подле своего мужа и с удовольствием поедала пшеничную лепёшку и кусок отварной рыбы. Где-то звучали эхом звонкие голоса девочек Эррол и Этана, видно они также присоединились к активным играм. Лица же самих супругов Радвелд светились от счастья, ведь лекарь узнал, что его драгоценная жена ожидает дитя. А сама Эррол мысленно благодарила Господа, ведь Этан вернулся с похода живым и невредимым опосля кровопролитной битвы под Хольмом.
– Надо бы распорядиться, чтоб Маргарет отправила детей ко сну, уж время позднее… Моя Альвина тоже где-то с ними… – Катрин промокнула платком свои уста и задумчиво вздохнула, поправляя на голове белоснежный платок. – Вы считаете, Джон, что люди Орма сюда придут? Не сгущаете ли краски?
– Это лишь вопрос времени, графиня Уотс… Захват Рендлшира лишь начало… – Джон пригубил вино из кубка, на его лице читалось напряжение. – Надо готовиться к осаде и чем быстрее, тем лучше… Если Этельфледа вышлет нам подмогу, это будет чудо, в которое хотелось бы верить.
По поводу инцидента с Петером графиня умолчала, солгав всем присутствующим, что ей не удалось застать в королевской резиденции младшего Грандвелла.
– Милая Катрин, возможно Вам с Эррол и детьми следует отбыть в усадьбу Уотс в целях безопасности, подалее отселе… – предложила Деми, её голос прозвучал печально и задумчиво.
– Ещё чего! Перед самим Рождеством? Меня даже полчище данов не вынудит покинуть Грандвелл, я приехала сюда на празднества! – Уотс была весьма категорична, она лично не верила в то, что люди Орма придут сюда.
– Вы уже распорядились по вопросу переселения в крепость женщин и детей из посёлков? – спросила Деми, обращаясь к Джону, даже в пламени свечей и камина графиня казалась бледной и уставшей, с залёгшими глубокими тенями под глазами, путешествие в Уинчестер совсем утомило её как физически, так и морально.
– Ещё вчера. В крепости уже начали оборудовать пустые комнаты в башнях и подсобных помещениях для переселенцев, существенную помощь оказывают прибывшие из Рендлшира женщины, Бирна взяла дело в свои руки… – воин немного поперхнулся, вспомнив эту грозную женщину. – Её уж все слушаются беспрекословно… На площади установили несколько цистерн, их наполнят водой, ведь одного колодезя мало будет, людей слишком много… Также и харчами начали запасаться, зерно с посёлков в кадках я велел сносить в наши амбары, а также плотники возводят деревянную пристройку, ведь сарай нужен ещё… Скот пригонят… Люди работают днями и ночами, Ваше Сиятельство…
– Не надо забывать и о Рождественских празднествах… Люди так подвержены панике… Я всё же распорядилась украсить замок венками из омелы, да и для девочек занятие интересное, надо же их чем-то занять, а то одни разговоры об этих мерзких язычниках, что придут на наши земли! Как бы там ни было, никто не помешает нам отпраздновать Рождество Христово! – не унималась Катрин.
– Вы слишком бледны, моя госпожа, Вам бы отдыхать уже надобно… – наблюдательный Этан обратился к Деми, пристально вглядываясь в её лицо. – Силы нам всем ещё понадобятся…
– Спасибо за заботу, Этан, – молвила графиня довольно бодрым голосом. Да, она старалась быть сильной и не показывать окружающим свою слабость и раздирающую изнутри боль… Графиня Грандвелл должна быть выносливой, ведь на её плечах лежит огромный груз ответственности за графство и людей.
«Ты доверил мне свои владения, и я вынесу все невзгоды ради благополучия и защиты земель Грандвелл, даже если это будет стоить мне жизни, мой любимый… Я сделаю всё от меня зависящее, даже больше…» – Деми тихо вздохнула, откусив кусок ржаной лепёшки, которую держала в руке.
– Вкусная рыбная похлёбка, уж повар постарался, – она улыбнулась присутствующим, стараясь разрядить напряжённую атмосферу за столом.
– Согласна, моя дорогая, – молвила важно Уотс. – Рыбная похлёбка в этом замке всегда была особенной, уж много лет здешний повар готовит её по своему личному рецепту, который хранит втайне от остальных, – Катрин с наслаждением прикрыла веки, погрузив в рот очередную ложку этой самой похлёбки. – Поистине божественный вкус…
За ужином присутствующие обсуждали ещё множество организационных вопросов, засидевшись за столом до полуночи. Детишек заботливые Маргарет и Джинни уложили спать чуть раньше и с большим трудом, уж невозможно было угомонить этих сорванцов.
– Позову тётку Бирну из соседней башни, она уж вас быстро уложит… Вот прямо сейчас за ней и отправлюсь! – эта угроза Маргарет подействовала моментально, и детвора аки мыши расползлись тихо по своим кроваткам.
* * *
Подпольный отряд под предводительством Нила Гаррада и Вальтера нашёл убежище в густых рощах графства Рендлшир в заброшенных деревянных постройках, где ранее обитали рыбаки. В одном из таких строений прямо на земле мужчины разожгли костёр, оградив его булыжниками и валунами, которые сносили с округи.
– Пока что мы тут в безопасности, – констатировал Гаррад. – Припасов харчей пока хватит, отправим дозорных к крепости, нужно убедиться, что вокруг чисто…
– Это огромный риск, Нил… Твоя идея с проникновением в замок через подземный ход, – молвил задумчиво один из мужчин.
– Отсиживаться аки трусливые зайцы мы тут и так долго не сможем, – рыкнул мрачно Вальтер, в свете пламени костра он выглядел более устрашающе. – Это единственный верный вариант, который предложил Хлипкий Сакс, оружия нам всем хватит с излишком… Надобно тихо проникнуть через подземный ход, напасть на охранников да при возможности освободить пленных, если они ещё живы… На сколько я знаю, Орм никогда сразу всех не казнит, он постепенно уничтожает несогласных…
– Орм может уже и обнаружил этот подземный ход… Надо быть готовыми к тому, что его охраняют, – Нил вздохнул, прижимая к себе сидящую рядом Гудрун.
Мужчины расположились прямо у костра на брёвнах, застланных овечьими шкурами, поедая варёную ячменную кашу, которую варили в чугунном котле. Вальтер предусмотрительно снабдил всех харчами из своей усадьбы, помимо шкур и оружия люди ещё прихватили мешки с зерном и копчённое мясо.
В дозор ближе к рассвету отправили троих мужчин. Они тихо крались в полумраке рощи среди голых стволов деревьев, озираясь опасливо по сторонам. Серый и холодный туман стелился над оврагами, в одном из которых дозорные затаились, наблюдая за крепостью Рендлшир, каменные муры которой в предрассветной дымке казалась довольно мрачными и зловещими.
– Вроде пока тихо, – шепнул один мужчина, поправляя засаленные пряди волос под меховой шапкой.
Вдруг внезапно раздался скрип центральных ворот крепости и лязг механизма, что их отворял. С сильным грохотом окованные железом массивные деревянные ворота откинулись через глубокий ров, образуя мост. Застывшие в ужасе и приоткрыв рты дозорные наблюдали, как из территории замка организованным строем выходят воины Орма, наполняя сонное пространство звуками топота копыт лошадей и криками мужчин.
– Не уж-то покидают крепость? Господи Иисусе, вы это видите? – прошептал в неверии один из дозорных.
– Куда это полчище двинулось? Похоже, в сторону Грандвелл, – мрачно констатировал второй мужчина. – Много же их… И счесть невозможно, тем более в темноте-то… Гадаю, около пяти ста… И надо же, прямо в канун Рождества, вот же язычники треклятые!
– Идеальное время идти в крепость, она фактически пуста и мало охраняема, – заключил третий дозорный. – Надо известить наших, что пришло время действовать…
* * *
Было уже далеко за полдень, когда Эрик распорядился затушить костёр и выдвигаться вдоль берега реки Уз в поисках лодок, ведь надобно совершить переправу через водную преграду. Декабрьское солнце слегка пригревало, словно одаривая снисходительной лаской тепла изрядно озябших заблудших путников. Так как доспехи и лошадей у мужчин изъяли даны, они передвигались пешком и в весьма потрёпанной одежде, зато трофейного оружия имелось в достатке. Если судить по внешнему виду, идущие вдоль берега воины напоминали скорее банду вооружённых разбойников, к такому выводу и пришли рыбаки, которые мирно расположились у реки и возились со снастями. Идущего в авангарде отряда Эрика как раз привлекли три небольшие лодки, которые были вытащены на берег теми самыми рыбаками.
– Разбойники! – крикнул кто-то из напуганных мужчин, которых было-то всего пятеро и оказать сопротивление воинам они никак бы не сумели, потому побросали поспешно снасти и бросились наутёк, ныряя в густой лес.
– Да уж… – вздохнул Дейн с напускной печалью. – Нас приняли за разбойников… А Его Сиятельство и вовсе страху навёл своим видом, – он обратился к одному из кентцев, кивнув на идущего впереди отряда графа. В данный момент Эрик действительно выглядел аки демон, явившийся с преисподней людям. Растрёпанные чёрные волосы, суровое лицо измазано потёками своей и чужой крови… Вдобавок ко всему поверх тёмного плаща граф водрузил на себя волчью шкуру, которая успела немного подсохнуть на солнце.
– Представитель англосаксонской знати… – не унимался Дейн. – Скорее сойдёт за одного из самых лютых данов-берсерков или если молвить точнее, ульфхеднаров… Ведь так называют воинов-викингов, облачённых в волчьи шкуры? – он вопросительно взглянул на идущего рядом молчаливого спутника, который утвердительно кивнул.
– Нам повезло с этими лодками… – Эрик замедлил шаг, обернувшись назад. Неугомонный Дейн, взирая на графа прыснул со смеху, оскаленная волчья морда над головой Его Сиятельства явно выглядела непривычно. – Надо погружаться в лодки и убираться отселе поскорее, пока рыбаки не позвали на помощь, ведь явно неподалёку имеются поселения… Нас приняли за разбойников, а лишние неприятности нам не нужны, – констатировал Грандвелл, приближаясь к берегу.
– Глядите-ка! Рыбаки нам свой улов оставили, нам повезло! Рыба уж явно вкуснее волчьего мяса! – воскликнул радостно Дейн, указывая на огромную кадку с рыбой.
– Погружаемся в лодки и не медлим! Берите вёсла! – рявкнул граф, не обращая внимания на своего болтливого тэна.
Переправа на противоположный берег реки Уз заняла менее часа, сам же граф приблизительно представлял, в каком направлении следует двигаться. Сбившись с маршрута, в данный момент воины оказались немного южнее относительно того места, где ранее была лагерная стоянка армии короля Эдуарда, возвращаться туда уже смысла не было, так как их соратники возможно уже давно на пути к своим графствам.
– Нам надо добраться до границы с Мерсией, там уж проще будет, – молвил Эрик. – Следует двигаться в западном направлении, – граф прищурившись, указал пальцем в сторону равнины, что простиралась далее. Воины безропотно подчинялись Эрику, этот матёрый воин внушал доверие и надежду, ведь все они до сих пор живы благодаря Грандвеллу, к тому же он ещё весьма неплохо ориентировался в чужой местности, руководствуясь своими навыками и звериной интуицией.
Граф вёл людей окольными тропами, всё же нежелательно попадаться местным нортумбрийцам на глаза, на ночлег изрядно замёрзшие и уставшие мужчины остановились в густой роще, отогреваясь у костра и жадно поедая печёную на огне рыбу, вспоминая не без веселья напуганных до смерти рыбаков. В самые сложные и тяжкие времена хочется разрядить атмосферу какой-либо шуткой и поднять настроение остальным, в этом всегда преуспевал Дейн, неугомонный тэн графа.
На границе с Нортумбрией Этельфледа распорядилась возвести оборонительные сооружения, где патрулировал отряд её воинов. Спустя двое суток голодные и замёрзшие люди, которых вёл за собой Эрик узрели долгожданные каменные муры, ведь на территории Мерсии будет оказана необходимая помощь.
Грандвелла узнали с трудом. Один из мерсийских воинов-дозорных долго вглядывался в лицо графа, не веря своим глазам. Эрика многие из мерсийцев знали, ведь иногда им ранее доводилось пересекаться в походах.
– Ваше Сиятельство… Из самого пекла сбежали… Вас считают все мёртвым… – прошептал благоговейно один из охранников оборонительного сооружения, осеняя себя крестным знамением, словно увидал покойника.
Путников впустили на территорию крепости, где им предоставили горячую мясную похлёбку и тёплую воду. Отоспавшись несколько часов в небольшой каменной пристройке у пылающего очага Эрик распорядился незамедлительно выдвигаться в путь, хотелось быстрее достаться родных земель.
– Предоставьте нам лошадей и по возможности доспехи, – распорядился граф, обращаясь к охранникам крепости. – По прибытию в Грандвелл я распоряжусь возместить вам этот убыток.
– В плену даны всё отобрали, – пожал плечами Дейн, который обязательно должен вставить в любой разговор своё словцо. – И кольчуги отобрали, и доспехи, и оружие… Ха! А мы потом их аки поросят перерезали да отобрали у них добро, – мужчина гордо похлопал по рукояти своего клинка на кожаном широком поясе в свисающих ножнах. – Годное орудие! Я с его помощью столько врагов погубил!
Охранники крепости лишь качали головами, с благоговением взирая на Эрика в волчьей шкуре, с которой он никак не желал расставаться.
