Текст книги "Затерянные во времени. ДНК из прошлого (СИ)"
Автор книги: Светлана Малеенок
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)
Глава 25
«Ложка дегтя в бочке меда»
Это было невероятно! Буквально с порога я попала буквально в рай! То, что в мое время показывали по телевизору, преподнося как совсем скорое светлое будущее, было сейчас передо мной.
Я стою на пороге – и не могу сделать шаг. Сердце колотится так, будто пытается вырваться из груди. Уже знакомые мне стеклянные стены… Они живые. Переливаются мягким светом, меняют оттенок от бледно‑голубого к золотистому. Протягиваю руку – поверхность тёплая, словно дышит. На ней вспыхивают узоры, будто от моего прикосновения просыпается неведомая энергия.
– Как красиво! – шепчу я завороженно.
– Да, мне тоже нравится! А ты разве еще не обставила свое жилище? – в голосе хозяина дома удивление, и я, опомнившись, тут же начинаю играть свою роль.
– Нет еще, больше всего мне хотелось посмотреть город!
– Понимаю! Мне в яслях тоже не хватало общения. Ты проходи! – парень сделал рукой приглашающий жест. – Если что не понятно, спрашивай, я тоже не сразу разобрался со всеми системами дома, хотя в память подгрузили полную инструкцию. Тут самое главное – приноровиться.
– Да-да, ты прав, – кивнула я, с жадностью осматриваясь и жалея, что не могу сделать фото, чтобы показать эту красоту Игорю и Милане.
Я шагнула вперед и вздрогнула. Белоснежный пол под моими ногами мягко пружинил, и при этом создавалось ощущение, что он… теплый. Я посмотрела вниз и ойкнула, вспомнив, что иду по чистому полу в испачканных грязью балетках.
Быстро сбросив обувку, поставила ее в угол у самой двери, удивляясь, что в прихожей не предусмотрено ни обувного шкафчика, ни вешалки. Смущенно перевела взгляд себе под ноги, где остались комочки земли, и удивленно ойкнула. Гладкая белоснежная поверхность прямо на моих глазах попросту всосала мусор.
Чтоб мне так жить! – пробормотала я и поспешила дальше. Теперь, босыми ногами, структура пола ощущалась еще необычней, мне казалось, что я иду по… очень большому живому зверю, так как мои ступни ощущали не только тепло, но и ворс, которого на самом деле не было. Я поморщилась, отчего-то немного закружилась голова.
– Что такое? Тебе что-то не понравилось? – из комнаты выглянула обеспокоенная физиономия Фира, – у тебя такое лицо… и ты побледнела! Иди-ка приляг в медкапсулу, она тебя живо приведет в порядок!
Наличие в простой квартире рядового островитянина такого крутого оборудования, о котором я часто читала в фантастических книгах, для меня стало сюрпризом! Мне, конечно же, очень хотелось опробовать этот прибор и, пользуясь случаем, подлатать свое здоровье, но я побоялась, что аппарат заметит в моем теле какие-то отличия от местных. А анализ крови точно меня выдаст, так как моя ДНК не доведена до совершенства современными «улучшителями».
– Нет-нет, благодарю! Я себя прекрасно чувствую! Только необычно чувствовать ногами пушистый пол, когда на деле он совершенно гладкий! – внутренне сжавшись, что говорю что-то не то, шагнула в следующее помещение.
Я переступила порог гостиной – и на мгновение потеряла дар речи. Всё вокруг словно сошло со страниц фантастической книги.
Первое, что поражает, – стены. Они не просто прозрачные – они дышат переливами цвета. Сейчас поверхность мягко светится приглушённым золотом, но стоит мне присмотреться – и по ней пробегают волны, меняя оттенок на глубокий бирюзовый.
«Хочешь другой пейзаж?» – Фир смотрит на меня, улыбаясь.
Не успеваю ответить – одна из стен растворяется, открывая вид на вечерний город с летающими аппаратами и светящимися мостами. Воздух наполняется едва уловимым ароматом цветущих деревьев.
– Это невероятно! – шепчу я, протягивая руку.
– Хочешь попробовать сама?
– Но как? Это же твой дом! – пытаюсь найти уважительную причину, чтобы этого не делать. Ведь, насколько я помню, в головах местных жителей имеется нейроимплант, отвечающий за функционирование нейроинтерфейса типа «мозг – компьютер», но у меня же ничего подобного нет!
– Я внес тебя в список желанных гостей, так что пробуй, не бойся!
– А что я должна сделать? – осторожно спрашиваю и, честно говоря, очень боюсь последствий.
– София, у тебя получится! – мелодичный голос Электры заставляет меня вздрогнуть от неожиданности, но парень ничего не замечает. Взяв меня за руку, осторожно подносит ее к стене.
– Просто представь, изображение чего ты хотела бы увидеть?
Я на миг закрываю глаза и вспоминаю. Удивленный возглас парня заставляет меня открыть глаза и пораженно замереть.
Стена напротив меня оживает. Вместо изображения города и летательных аппаратов передо мной разворачивается трёхмерная сцена: лес, где деревья слегка покачивают ветвями от ветра, а на переднем плане поляна с цветами, между которыми порхают бабочки. У дальнего края поляны, рядом с вековыми соснами, горит костер, над которым парит закипающей водой котелок, а неподалеку стоит туристическая палатка, как раз такая, какая была у моих родителей. К глазам немедленно подступают слезы, и я отворачиваюсь, словно быстро теряю интерес к собственному творению.
– А что у тебя еще интересного есть? – оглядываюсь.
В центре комнаты – нечто, напоминающее диван, но без чётких форм. Приближаюсь: поверхность колышется, словно жидкая, а потом принимает очертания кресла с высокими подлокотниками. Странно! Я сейчас подумала именно о таком кресле! Прикасаюсь – материал тёплый, упругий.
– Можно? – поворачиваюсь к хозяину квартиры.
Он кивает, улыбаясь.
Я улыбаюсь в ответ и медленно опускаюсь в только что созданный мною предмет мебели. Кресло мягко прогибается под моим весом и будто обнимает спину.
Рядом возникает стол – просто из воздуха, мерцая, как скопление звёзд. На его поверхности танцуют голографические символы. Пытаюсь дотронуться – они разбегаются, оставляя за собой светящиеся следы.
Смеясь, снова протягиваю руку, касаюсь стекла – и на поверхности появляется меню управления с понятными значками.
– А это для простоты выбора панорамы. Просто прикасаешься к понравившемуся изображению, и оно появляется на стенах, – поясняет парень, – давай попробуй еще раз. Выбери любую картинку!
Я киваю.
Лёгкий свайп – и одна из стен превращается в панорамное окно на берег океана. Слышу шум прибоя, чувствую солёный ветер… Всё это иллюзия, но настолько совершенная, что сердце замирает.
– «Температура +24, аромат лаванды», – командует Фир, и система выполняет запрос. Становится ощутимо теплее, а воздух наполняется успокаивающим ароматом. Освещение медленно тускнеет, имитируя закат.
– Ты, наверное, голодна?
– Да, немного, – мне так нереально хорошо, что я чувствую себя немножечко пьяной и сонной. Хочется залезть с ногами в это уютное кресло и закрыть глаза, наслаждаясь звуками и ароматами природы, а еще никуда не возвращаться…
В душе разливается горечь. Ну почему на таком огромном острове не нашлось места для всего лишь троих странников во времени? Почему мы должны куда-то перемещаться и выполнять это ужасно сложное задание, из которого, как я поняла, еще не вернулся ни один человек? Значит, и наши шансы ничтожно малы!
– София? – словно сквозь вату до меня доносится взволнованный голос хозяина жилища. Я открываю глаза и через силу улыбаюсь.
– У тебя так уютно, что я чуть не заснула! Ведь сейчас ночь, если ты не забыл?
– Да, конечно! Извини, что затащил тебя в гости в такое время, – а у него очень приятная улыбка, и сам он даже очень симпатичный! – просто я боялся, что больше тебя не увижу.
Я молчу.
– Ах да! Ты же говорила, что голодна! – спохватывается он. – Ты что предпочитаешь, пищевые капсулы или желе?
– Что? Желе? – я встаю из кресла, исследовательский интерес гонит меня вслед за парнем на кухню.
Я осторожно переступаю порог кухни – и сразу замечаю необычную конструкцию. Она стоит в центре столешницы, словно прозрачный кристалл с перламутровыми прожилками. Поверхность едва заметно пульсирует мягким светом – то голубым, то розовым, будто дышит.
– Это и есть твой молекулярный генератор? – оборачиваюсь к хозяину дома.
– Да, – улыбается он.
– А почему он выдает только желе?
– А что еще он может выдавать? – лицо парня выражает только удивление, не похоже, что он со мной шутит. А это значит, что на этом острове едят лишь синтетические концентраты в виде гранул или желе. Да уж, выбор не велик. Стало как-то грустно, до жути захотелось обыкновенной жареной картошечки с малосольным огурчиком! А еще и сала с горчичкой, да ароматного свежего хлеба! – в животе протяжно заурчало.
– Какой вкус ты предпочитаешь? – гостеприимно поинтересовался хозяин, смущенным жестом взлохматив свою шевелюру.
– А какие есть? – побоялась я попасть впросак и заглянула за его плечо, прочитав на гладкой грани кристалла голографические иконки:
«Сладкое» (переливается янтарным);
«Солёное» (мерцает изумрудным);
«Экзотика» (играет фиолетовыми всполохами);
«Мой рецепт» (тлеет тёплым золотом).
Протягиваю руку и касаюсь надписи «Соленое». Выскакивает список «блюд».
– Это серьезно? – У меня от удивления вытягивается лицо, а глаза, наверное, становятся с блюдце. Читаю вслух:
– Тягуче кисловатый вкус с пряной ноткой и ароматом амаранта.
Собственно, все остальное было того же типа.
– А свой рецепт можно попробовать? Поэкспериментировать, так сказать? – Осторожно спрашиваю я, следя за выражением лица парня. Похоже, я и так веду себя… нестандартно. Поэтому боюсь вызвать у него еще больше подозрения.
– Конечно, пробуй! – Широко улыбается он, делая приглашающий жест и отступая в сторону.
Выбираю опцию: «Мой рецепт».
– Опишите желаемый вкус, – мелодично выдает эта «шайтан-машина».
Похоже, заказ придется делать тоже устно. Только какое блюдо должно подойти под определение «кислое»? Кроме моей недавней мечты, ничего другого в голову не приходит.
– Хочу вкус малосольного огурца!
– Что? Разве есть такое блюдо? – Удивленно заглядывает мне в лицо Фир.
– Ну, я попробовала фантазировать! – Выдавливаю ответную улыбку, а сама в ожидании результата кошусь на аппарат.
Но тот невозмутимо выплевывает в прозрачную креманочку нечто желеобразное сизого оттенка. Недоверчиво морщусь, один только цвет вызывает недоверие, уж не говоря о консистенции.
– Ну, пробуй! Интересно, что у тебя получилось! – Веселится парень. – А что это за «малосольного огурца»?
– Да так, придумала, – Кисло улыбнулась я, протянув руку за своим соленым заказом. Спустя несколько секунд я от души отплевывалась прямо на белоснежный пол.
– Фир! Прости! Просто это такая гадость, что я не сдержалась!
В ответ же услышала искренний, громкий хохот.
– София! Ты такая… такая необыкновенная! С тобой так интересно! Скажи, когда мы с тобой снова увидимся?
Я вытерла рот рукавом своего черного костюма «женщины-кошки» и озадаченно посмотрела на парня, не зная, что ему ответить.
– Завтра ты свободна? – В его глазах было столько надежды, что мне стало очень неловко за свой невольный обман.
– Фир, я не могу тебе всего сказать, но мне предстоит очень важная работа.
– Работа? Тебе? – Его удивление было слишком сильно, чтобы я могла его проигнорировать.
– Да, а что тебя смущает?
– Но ведь мы… мы не работаем! Это удел низших!
– Кого? – Пискнула я.
– Ну, дикарей с материка. Это они работают на нас.
– А мы что делаем? – Вконец обалдев от такой новости, пролепетала я.
– А мы… просто живем! Наслаждаемся жизнью, творим прекрасное, делаем новые открытия, да мало ли в жизни интересных вещей⁉ София! – Он перевел на меня взволнованный взгляд и взял за плечи. – Почему ты говоришь такие странные вещи? Ты меня пугаешь!
– Моя программа обучения оказалась дефектной, и меня, вместе с еще несколькими дефектными, отправляют на важное задание! Если мы его выполним, то нас повысят и запишут правильную программу! – Я несла черт-те-что, искренне и грустно смотря в ошарашенные глаза парня, но, судя по его реакции, моя чушь прокатила, хотя и вызвала сильное удивление. Похоже, в своей жизни он еще не сталкивался с таким человеческим пороком, как «ложь».
– Это значит, что я тебя могу больше не увидеть? – И столько боли было в его голосе.
– Да что ты, конечно, мы увидимся! Вот вернусь и приду к тебе в гости! – До чего же тяжело врать в лицо доброму, наивному человеку.
– Я рад! Я очень рад! Давай я тебя угощу, наконец!
– Да, только на твой выбор! Своему я больше не доверяю! – Натужно засмеялась я, с удовольствием переводя разговор в менее опасное русло.
Спустя несколько минут мы с ним сидели в гостиной в удобных эргономичных креслах, держа в руках креманки с бежево-розово-голубым желе. Вкус у угощения был… странным. Вот вроде бы и приятный, но мои привыкшие к определенному сочетанию вкусов вкусовые рецепторы напрочь отказывались идентифицировать данное блюдо с чем-либо мало-мальски знакомым.
– София, а какие у тебя планы после того, как ты выполнишь это важное задание?
– А у тебя? – Ловко перевела я стрелки и бросила на парня кокетливый взгляд.
Он ожидаемо покраснел.
– Да я еще пока не решил. На днях планирую отправиться в «Центр резонансных практик».
– Куда? – чуть не подавилась я желешкой.
– Ах да! Я забыл, что у тебя программа… В общем, это центр, где проводят осознанное тестирование по выбору хобби, подбирая то, что «резонирует» с внутренним состоянием человека.
– Поняла! – с умным видом кивнула я.
– А ты чем хочешь заниматься? – наивный взгляд парня меня сильно нервировал. Мне не хотелось ему врать, но и выдать себя я очень боялась. Уверена, что им здесь в подкорочку внедряют и обязанность «стучать на ближнего», если его поведение не соответствует общепринятому. А значит, пора бы мне и «честь знать»! Посмотрела, как люди живут, пора и назад, пока меня не хватились.
– София, ну что же ты молчишь? Ну скажи, чего бы ты хотела?
Я поняла, что мне все же не отвертеться от ответа, и постаралась сказать что-то такое общее.
– Ну что, сначала, как и ты, наведаюсь в этот «Центр резонансных практик», потом выберу себе занятие по душе, ну а потом, в отдаленном будущем, конечно, найду себе любимого человека, заведу детей…
– Как это «заведу детей»? – побледнел парень, – это же архаизм! Ведь этот устаревший и совершенно не нужный временной промежуток взросления давно упразднили! И теперь человек сразу выходит из яслей взрослой обученной личностью! Да, собственно, как мы с тобой! Разве это не замечательно?
– Конечно замечательно! – пробормотала я, уткнувшись в креманку с желе и делая вид, что наконец-то распробовала его непередаваемый вкус! А сама тихо ужасалась, вспоминая, что ни в день прибытия, ни в окно нашего «пентхауса» я не видела на улицах ни одного ребенка!
Чудеса этого необыкновенного мира стремительно меркли перед осознанием, что «Высочайшие» так запросто лишили себя самого главного смысла в жизни! Мне так и хотелось сказать парню, что его мир так зациклен на различных проектах саморазвития, что совсем забыл о самом главном «проекте» – «Воспитании как высшей формы созидания», где ребёнок – это «проект» человеческой заботы и творчества. Но я не могла сейчас свободно выражать свое мнение, чтобы не выдать себя.
– Ну ладно! Вот как подлатают меня, внесут изменения в обучающую программу, тогда и пообщаемся на равных! – глупо хихикнула я, переводя весь этот опасный для меня разговор в невинную шутку. А затем оглянулась в поисках чего-либо, на что можно было перевести внимание парня.
В квадратной, подсвеченной голубым нише стены лежало что-то очень знакомое. Ностальгия буквально приподняла меня с кресла, и вот я уже держу в руках знакомые наушники с маской дополненной реальности.
– Ух ты! – сияя улыбкой, я обернулась к Фиру, – что у тебя есть, а ты и не хвастаешься! Давай разочек, и я побегу, а то мне пора!
Парень закашлялся и ошеломленно уставился на меня.
– Ты что, не против слияния?
– Ну, если это у вас так называется… Не против! – и сунула ему в руки одну из масок.
Фир, не глядя, протянул руку к стеклянному низкому столику и поставил на самый его край креманку, та шлепнулась на пол, но парень даже не заметил, он, не отрываясь глядел на меня, надевая на себя наушники и опуская маску.
Я плюхнулась в эргономичное кресло. Мой взгляд упал на пол, деловито впитывающий в себя следы произведенного беспорядка. Откинувшись на невероятно удобную спинку кресла, поймала себя на мысли, что не спросила Фира, в какую игру будем резаться, но решила, что разберусь по ходу дела.
Надела наушники, опустила экран маски и… буквально рухнула на черные шелковые простыни огромной кровати. Надо мной, пожирая меня взглядом, завис Фир, и почему-то с голым торсом, который бугрился совершенно ошеломительной мускулатурой, но в подробностях я ее не успела рассмотреть, так как, прошептав мое имя, парень стремительно наклонился, накрыв мои губы своими. Мое тело от макушки до пяток пронзило невероятным возбуждением, и я выгнулась, громко застонав ему в рот. Мой мозг лишь раз издал тревожный сигнал о невозможности происходящего и тут же переключился на целый шквал невероятных по силе ощущений!
Казалось, что руки моего молодого, но на удивление опытного любовника были сразу везде, и я просто плыла по волнам экстаза, лишь на краткий миг выныривая на поверхность и пытаясь осознать, каким образом мы с ним мгновенно оказались в постели, да еще и голыми! Да, ему даже не пришлось меня раздевать!
Не знаю, сколько длилось это сладкое безумие, но вот наступила невероятно яркая кульминация, отчего мир вокруг меня взорвался, впиваясь в мое тело яркими, болезненно сладкими осколками.
Глава 26
Час «икс»
Я пришла в себя также резко, словно вынырнув на поверхность после глубоководного погружения. Резко сорвав с себя экран и наушники, растерянно заозиралась. Я находилась все в том же помещении, в кресле, и была в одежде. Напротив меня, откинувшись на спинку кресла, также в одежде, полулежал мой новый знакомый. Его грудь бурно вздымалась, словно он только что пробежал кросс, а правая рука лежала…
Лицо полыхнуло запоздалым стыдом, и перед внутренним взором, словно в быстрой перемотке, замелькали самые неприличные эпизоды нашего… слияния. В ответ на это тут же почувствовала внутри себя жаркую пульсацию. Так, значит, мне это не показалось. Значит, это был…
Парень напротив меня сладко застонал и, медленно подняв руку, стащил с головы экран с наушниками.
– Софа, ты просто чудо! Я и не знал, что слияние может быть таким… таким… – У парня так и не нашлось слов, но за него говорил его горящий взгляд. – София, мы ведь с тобой еще увидимся? Ну, когда ты вернешься со своего важного задания?
– Да. Конечно. Конечно увидимся, – пробормотала я, с трудом поднимаясь с кресла. Неожиданно было ощущать, что после виртуального секса мои ноги будут так сильно дрожать.
– Ты в душ? Мне, например, нужно, – Фир нервно хихикнул и тоже с видимым усилием поднялся на ноги. – Просто я не ожидал, что мы с тобой… ну, в первый же раз… и потому не подготовился.
Интересно, что он подразумевает под этим «не подготовился»? Мое лицо буквально полыхало, пока я, наклонившись, обувала свои новые башмачки в цвет нового костюма. – Джинсы! Джинсы и блузка! Они же остались там, в той кабинке! – Я мысленно застонала, но понимала, что их там уже, скорее всего, нет. А у меня нет времени, чтобы это проверить.
– Я побежала, пока! – крикнула, буквально вылетая из жилища нового знакомого. Ноги сами вынесли меня к прозрачному, как почти все здесь, лифту, к чему я уже, кажется, начала привыкать.
– Первый этаж! – проговорила, как это делал Фир. Система, как ни странно, меня послушалась.
Лифт мягко тронулся, набирая скорость, а я посмотрела наружу. Судя по моим внутренним часам, скоро начнет светать, но небо над городом, хоть и уже не было черным, оставалось мрачно-серым. Но тут боковым зрением я уловила вверху какую-то яркую вспышку, а затем и в другой стороне.
– Электра, что это?
– Уточни свой вопрос.
– Там, вверху, в небе. Там что-то сверкает!
– Это молния. Снаружи разгулялся тайфун «Сирена».
– Как… Какая еще «Сирена»?
– Это название тайфуна.
– Понятно, – поежилась я, осторожно выходя из лифта и соображая, каким образом я теперь попаду в отведенное нам помещение, если на улице так некстати разыгралась такая непогода.
Открывшаяся передо мной дверь подъезда показала мне пустынную улицу, освещенную лишь тусклым светом фонарей и напрочь лишенную рекламных голограмм. Видневшиеся в отдалении высотки тонули в призрачном предрассветном сером свете, но никакого тайфуна, ни даже простого дождя не наблюдалось.
– Ну и где же обещанная непогода? – хмыкнула я, шагая вперед.
– Все неблагоприятные погодные явления благополучно и крайне эффективно экранирует защитный купол над островом. Я это уже говорила тебе, София! – Возможно, мне показалось, но в голосе нейронной девушки прозвучали укоризненные нотки.
– Так куда мне идти? Я, кажется, заблудилась!
– Следуй влево по тропинке с желтой подсветкой до ближайшего перекрестка, затем перейди на тропинку с подсветкой красного цвета и так же следуй влево, дорожка упрется в нужное тебе здание.
– Хорошо, что не нужно идти по дорожке из желтого кирпича, – пробухтела я, направляясь в указанном направлении.
Несколько неуютно было чувствовать себя в полном одиночестве, так и казалось, что отовсюду на меня пялятся осуждающие взгляды Величайших.
– Электра, у вас что, в это время что-то типа комендантского часа?
Нейронка ответила не сразу, видимо сверялась со старыми архивами слов-историзмов.
– На острове не существует такого понятия, как комендантский час. Но суть вопроса я поняла, у нас не существует запрета на свободное перемещение в любое время дня и ночи. Просто сон необходим всем живым существам.
– Хорошо, поняла, – ответила я, вступая на небольшой перекресток, где встречались четыре, освещенные разным цветом, дорожки. А неплохо придумали! Я свернула на нужную мне, красную, и от души зевнула. Чем ближе я подходила к месту содержания нашей группы, тем сильнее волновалась.
– Электра, а вдруг уже обнаружили, что меня нет на месте? Что мне за это будет?
– Утром отправят в прошлое!
– Хм. Интересно выходит, что бы я ни сделала, меня отправят в прошлое, на это самое задание?
– Все верно!
– А если увидят, что я не в своей одежде?
– Не увидят! – И снова мне послышалась в голосе программы некая хитринка.
– Почему ты так думаешь?
– Я знаю. В мои обязанности входит обеспечивать группы десанта в прошлое необходимой экипировкой и снаряжением. А ваша экипировка как раз состоит из таких комбинезонов.
– Вот оно как, предусмотрительно! – хмыкнула я, поднимаясь по ступеням нашего здания и входя в кабинку лифта.
Перед дверью в предназначенное нам помещение сердце тревожно забилось. На миг представила, как меня встретят осуждающие и подозрительные взгляды членов уже точно моей команды, но вот что мне ответить на их возможные вопросы, придумать не успела.
Дверь тихо скрылась в стене, и я шагнула в темно-серую предутреннюю темноту самой большой комнаты. Быстрый взгляд разглядел спящих на низких кроватях аборигенов. Накрытые с головой шкурами люди негромко храпели.
Я бесшумно, словно «Черный плащ», проскользнула в свою комнату и с облегчением вздохнула, никого в ней не встретив. За стеной, ведущей в дальнюю комнату, тоже было тихо. Не раздеваясь, я скользнула под одеяло, надеясь все же немного поспать, но сна не было ни в одном глазу.
Наоборот, тело было напряжено, словно готовилось к броску, а голова полна вопросов.
– Электра, ты еще здесь?
– Я всегда здесь!
– Можешь со мной поговорить?
– Могу! На какую тему будет разговор?
Я улеглась на спину, подложив под голову ладони, но мыслительному процессу мешал храп из гостиной.
– Ну, для начала, я хотела бы тебя попросить изолировать меня от всех этих звуков!
– Сделано!
Дверной проем закрылся выскользнувшей из стены дверью, и стало совсем тихо.
– Ляпота! Спасибо! Вот так хорошо! – Меня сразу же потянуло в сон. Но перед тем, как нас отправят непонятно куда и не пойми зачем, я хотела знать, ради чего я должна рисковать своей собственной, драгоценной… Ну, короче, своей жизнью? Очень не хотелось совершенно бездарно и напрасно профукать дарованный мне судьбой второй шанс! А для этого мне нужна была информация.
– Электра, давно хотела спросить, почему из всей нашей компании тебя слышу только я? Я что, какая-то особенная?
– И да, и нет. У тебя, София, имеется прототип нейрочипа, который у всех островитян с рождения имплантирован в мозг.
– У меня? – Я аж привстала на локте. Рука сама нащупала под черным комбинезоном кулон, с помощью которого я активировала «машину времени». – Это мой кулон на шее?
– Да, это он.
– Но я же тебя слышу в голове!
– У тебя в голове, София, находится осколок металла, он-то, по сути, и является передающей антенной.
– Ах да! Он остался у меня после автомобильной катастрофы, в которой погибли мои родители. Хорошо, я поняла. Вопрос первый: каким образом появляется выбранная на нейроинтерфейсе мебель, постель, ну и все остальное?
– Наниты. Это…
– Не стоит! Я имею примерное представление о них. Это что получается, все делают наниты? Но… сколько же их нужно⁉ – Я с невольной опаской осмотрела пол. Страшно представить, сколько здесь находится этих микроскопических невидимых слуг!
– Что-то еще ты хотела узнать?
– Да, я все не могу понять, каким образом сделали защитный купол над таким огромным островом? Ведь это должна получиться просто невероятной массы конструкция! А если очередной тайфун ее завалит прямо на головы людям?
– Этого не произойдет, София, так как купол представляет собой энергетическое поле.
– Но как…
– Следующий вопрос! – Меня удивило, что всегда добродушная и готовая помочь нейронка так резко перебила и дала понять, что продолжать разговор на тему защитного купола не будет. Значит, это явно закрытая тема, странно…
– Электра, расскажи немного подробней, каким образом на острове происходит размножение людей? Ну, откуда берутся новые люди? – Я кое-что поняла из отрывочных пояснений Фира, но никак не могла в это поверить, ведь жизнь без детей… это не жизнь, это просто бесцельное существование! – Только, пожалуйста, без длинных пояснений, самую суть.
– Воспроизводство нового населения на острове ведется с помощью генетического материала, особенно отличившихся в каких-либо областях индивидуумов. Совет острова, опираясь на рекомендации Центра генетики и репродуктологии, подбирает пары с оптимальным набором генов. Кандидатов приглашают на забор генного материала, а дальше уже работают специалисты, внося корректировки в ущербную на их взгляд ДНК и изменения по желаемому полу будущего младенца, его талантов и…
– Поняла-поняла! Достаточно! А дальше? Насколько я понимаю, далее следует искусственная матка!
– Всё верно, София.
– Сколько длится развитие ребенка до его… рождения?
– Три месяца.
– И через три месяца, когда малыш рождается, его воспитывают чужие люди в закрытом помещении, не выпуская совсем на улицу? Или детей воспитывают… ммм, электронные няньки?
– На острове нет детей, – этот категоричный и короткий ответ привел меня в ужас! Да, я уже сама представляла, что дело, похоже, обстоит именно так, но все же была надежда.
– В каком возрасте «рождаются»… новые граждане этого островного рая? – мой голос безжизненно, буквально на автомате, продолжал задавать вопросы.
– Через три месяца из искусственной матки выходит вполне себе половозрелая физиологически особь, равноценная возрасту в двадцать лет. Затем новорожденные отправляются в Центр обучения, где за две недели они получают все необходимые для полноценной жизни в обществе и саморазвития знания.
Ужас! Я вздрогнула, представив, как берут мой генный материал и скрещивают с материалом совершенно незнакомого мне мужчины. А потом, живя вместе со своей парой, мы ходим в гости к совершенно разным детям, которые уже совсем себе взрослые самостоятельные люди. Или не ходим. Мы же совершенно чужие друг другу.
Совершенно неожиданно для себя я уснула и проснулась, когда меня разбудила Электра. Я мысленным приказом открыла дверь и направилась в наш единственный туалет. Сделав свои дела и умывшись, отправилась искать Игоря с Миланой. Как и ожидала, они оказались в общей комнате и, как и все, занимались разглядыванием уже приготовленной нам амуниции.
– О, София, доброе утро! Смотри, наши красные рюкзачки вернули! – повернулась ко мне Миланка, радостно сияя широкой улыбкой, но ее лицо тут же удивленно вытянулось, а Игорь, приподняв брови, довольно цокнул языком, окидывая мою фигуру сверху донизу.
– И когда это ты успела переодеться? – удивился он.
– Ночью, пока вы… не спали, – немного поддела я его, чувствуя, как мое настроение процентов на десять стало лучше. – Так, хватайте свои вещи и давайте отойдем, мне нужно вам кое-что рассказать, заодно и переоденетесь.
Входная дверь с тихим шорохом скрылась в стене, но вместо ожидаемого сына Высочайшего к нам пожаловала знакомая платформа, доставившая цветные гранулы с различными вкусами.
– Овсянка, сэр! – прокомментировал Игорь, забирая три наши порции и подхватывая другой рукой свой рюкзак со снаряжением.
Я привела их в свою комнату и закрыла за собой дверь.
– Ух ты! А как это ты так смогла? – раскрыла от удивления рот Милана.
– Я не только это могу, но давайте все по порядку. Переодевайтесь, ешьте и слушайте, скоро за нами придут, но при аборигенах я это рассказывать не буду. – Забрав у Игоря свой контейнер с едой, уселась на кровать и начала рассказ. Понятное дело, эпизод с «тестированием» некоего прибора с максимальным погружением в дополненную реальность я опустила.
– Подумаешь, детей нет! Меньше хлопот, зато такую квартирку я хотела бы получить и жить как в раю! – мечтательно закатила глаза эта блондинка на всю голову, довольно потягиваясь, отчего ее большие груди испытали комбинезон на прочность.
Я промолчала, не став спорить. Видимо, каждому свое, ну или время ей еще не пришло, чтобы думать о продолжении рода. А мне что, пришло? Вот только с кем его продолжать? – дверь скрылась в стене, и я шагнула из комнаты, тут же встретившись взглядом с Тенью.
Мужчина уже тоже переоделся и теперь возвышался над своими сородичами монументальным, широкоплечим исполином. А еще по-особенному красивым! Я поспешила отвести взгляд, но все же на сетчатке словно отпечатался его облик, и мне пришлось тряхнуть головой, чтобы от него избавиться. И все же мгновение спустя я вскользь посмотрела в его сторону, мне хотелось увидеть, пялится ли он на Миланку так же, как и остальные аборигены? Но нет, Тень по-прежнему смотрел только на меня. Я поежилась.
Все уже были готовы, и на всех были надеты одинаковые черные костюмы. Мы с Миланкой засунули свои красные рюкзачки в большие походные и тоже замерли в ожидании. Волнение не дало мне сразу понять, что не так, пока Игорь, наклонившись, не зашептал мне на ухо:
