Текст книги "Затерянные во времени. ДНК из прошлого (СИ)"
Автор книги: Светлана Малеенок
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
Глава 16
Слышь, ты, Кент…
Один из самых старейших жителей острова, и уж точно самый влиятельный, с нетерпением посматривал на обзорные голоэкраны в своей спальне. Развлекательные передачи его уже давно не интересовали, а потому самым лучшим развлечением он давно уже считал наблюдение за жизнью жителей острова, благо что скрытые камеры были установлены повсюду.
Зачастую обыкновенное подглядывание помогало ему обнаруживать незначительные нарушения закона или общеустановленных правил. После чего неудачно засветившиеся немедленно доставлялись к нему на личный суд.
Наказания Высочайший придумывал на ходу, и они зачастую имели довольно унизительный характер и имели далеко идущие последствия, отчего побывать в пентхаусе «Самого» считалось потерей светлого будущего, так как у таких провинившихся аннулировался весь наработанный с самого рождения рейтинг, и после отбытия наказания их ожидало лишь жалкое существование в самом низу социальной лестницы, с самым минимумом привилегий.
Что же касается серьезных правонарушений, то их не было вовсе! Ибо наказание за них следовало незамедлительное и обжалованию не подлежало. Виновных отправляли на пожизненную ссылку на материк, к дикарям, но все же подобного уже не случалось лет сорок. Люди до ужаса боялись быть выброшенными в дикий мир и оттого старались строго соблюдать все законы. В связи с исключительным законопослушанием граждан двадцать семь лет назад на острове была упразднена за ненадобностью служба полицейского надзора, а точнее, Служба Исполнения Наказаний.
Она была упразднена, но об этом официального оповещения так и не последовало, отчего жители острова до сих пор жили в неведении сего свершившегося факта, но в твердой уверенности, что за каждым их шагом следит всевидящее око первого из Высочайших – Каина Четвертого!
И да, оно следило, следило и в данный момент, но лишь за мрачноватым помещением с небольшими окнами, почти не дающими света из-за произрастающей вокруг густой тропической зелени. Внутреннее убранство было совсем скупое и состояло лишь из десяти низких лежанок, укрытых накидками из искусственного меха.
Каин Четвертый перевел мрачный взгляд на часы и нахмурил редкие белесые брови. Уже почти сорок минут, как сын должен был доставить к нему тех троих, оставив семерых бойцов с материка в этом специально приготовленном для них жилище, отдаленно напоминавшем их убогие дома из дерева.
– Найди мне сына! Ничего ему нельзя поручить! – проскрежетал слабый, но довольно раздраженный голос старика.
– У меня есть имя! Сейчас разыщу его, – в голосе искусственного интеллекта послышалась откровенная обида.
Старик едва заметно тряхнул головой и поморщился, но промолчал. Ему не нравилось, что послушная электронная машина все больше очеловечивала себя, но, с другой стороны, именно эта модификация слишком хорошо изучила его потребности и даже тайные желания, помогая по ночам претворять их в жизнь.
– Ваш сын, Высочайший, с минуты на минуту будет здесь! – доложил женский мелодичный голос.
И практически сразу входная дверь ушла в стену, явив перед недовольным взором старика красного от раздражения наследника островной империи.
– Где они? И почему членов новой экспедиции до сих пор нет в их жилище? – от гнева голос старика окреп и прозвучал довольно сильно, что вызвало мимолетное удивление сына, выразившееся приподнятой бровью.
– Я их заселил в другие апартаменты, чтобы эти презренные черви более полно ощутили всю глубину разделяющей нас пропасти и еще сильнее пожелали хотя бы немного приблизиться к богоподобным жителям островного рая! – чрезмерно пафосно произнес молодой мужчина, но, натолкнувшись на скептический взгляд отца, замолчал.
– Ну и каковы твои успехи? – насмешка в голосе старого, еле сидевшего в кресле старика задела сильнее, чем гневная отповедь.
– Они слишком ничтожны, чтобы оценить оказанную им честь!
– Хорошо. Пусть так, не оценили, – голос старика прозвучал устало и, вроде бы, равнодушно, словно недавняя вспышка гнева отняла у него последние силы. – Тогда почему ты не привел тех троих? Что тебе помешало?
– Они отказываются куда-либо идти, пока…
– Пока… – Каин Четвертый чуть приподнялся в кресле. Его сын едва вздрогнул и нервно сглотнул. Затем откашлялся и, с трудом выталкивая из себя слова, словно идя по минному полю, продолжил:
– Они… они не хотят жить в аквариуме!
– Где? – старик снова попытался приподняться, но чуть не рухнул с кресла.
– В аквариуме, – теперь голос его сына отчетливо дрожал, – они требуют убрать прозрачные стены!
Высочайший издал горестный стон.
– Жизненные показатели в оранжевой зоне, вам необходимо успокоиться, ввожу седативное средство, – вклинился в диалог отца и сына невозмутимый голос электронной помощницы.
– Не сме…ть, – тело старика обмякло, тяжелые морщинистые веки прикрыли блеклые голубые глаза.
– Отец? – растерянно позвал будущий наследник.
– Что с остальными? Они тоже чего-то требуют? – не открывая глаз, заговорил старик.
– Нет, они просто сидят на полу и испуганно таращатся на стены, – теперь и весь вид мужчины выражал полную растерянность, – я хотел как лучше…
– Да, я знаю, – устало вздохнул старик, открывая глаза, – но для этого ты еще слишком мало знаешь. Я слишком рано доверил тебе проведение очередной миссии. Наша цель – показать наш мир с наилучшей стороны, а не напугать дикарей! Как ты считаешь, отчего мы заселяем их в жилище, подобное тому, в которых они живут на материке?
– Чтобы показать их ничтожность? – неуверенно предположил будущий наследник.
– Хм… – послышался странный звук, похожий на скрип рассохшегося дерева. Старик смеялся. – Они прекрасно осведомлены о своей ничтожности! Но для начала, мы помещаем аборигенов в привычные им условия обитания. У них темный уютный дом, есть лежанки и даже покрывала из шкур, которые не воняют. Аборигены должны успокоиться, чтобы без страха, но с восторгом и благоговением впитывать окружающие их красоты, и желать, ты слышишь меня? Желать! Жаждать приобщиться к миру Высшей расы! И тогда, сын мой, для этого они сделают что угодно… даже пойдут на смерть! – старик замолчал, и в помещении на минуту воцарилась благоговейная тишина.
– Хорошо, отец, я понял. Сейчас переселю аборигенов в приготовленное для них жилище. А что делать с теми тремя? Если честно, то их душевное состояние вызывает у меня серьезные опасения! Особенно у светловолосой. Она кричит больше всех, требуя… – мужчина на мгновение замолчал, наморщив лоб, а затем вскинул голову и медленно, будто дословно восстанавливая в своей памяти услышанную фразу, продолжил: – «…требую вернуть стены в сортире, чтобы не светиться на унитазе на всеобщем обозрении»! Можно подумать, она сама не может это сделать!
– Она не может это сделать, – словно эхо, повторил за ним старик. Прищурив глаза, он тяжелым взглядом гипнотизировал своего отпрыска, сокрушаясь, что «первый блин оказался комом», как говорили в старину.
Во времена первых робких шагов в генной инженерии, когда лишь только стали вносить изменения в ДНК зародышей, начинали с таких данных, как пол, цвет глаз и внешность, программируя пока их. Именно эти показатели можно было проверить в первую очередь, оценив полученный результат. И только несколько позже начались эксперименты с интеллектом, корректируя ДНК эмбрионов именно по этим показателям, но старший сын к тому времени уже начал ходить.
– Если эти трое на самом деле из две тысячи двадцать пятого года, то у них в мозгу попросту нет нейрошунтов! В то время, до последней войны, их еще не устанавливали всем подряд, – снисходительно, словно прописную истину малому дитя, напомнил старик.
– Но как? – будущий наследник удивленно выпучил глаза. – Как тогда она узнала мое имя, если я им не представился?
– Она назвала тебя по имени?
– Да, отец! Она кричала: «Слышь ты, Кент, я не подписывалась участвовать в шоу 'За стеклом»!
– Накормить и срочно привести их ко мне! Немедленно!
Глава 17
Слово не воробей
Уже минут десять длился этот дурдом в отдельно взятом, полностью стеклянном помещении, находившемся на самой верхотуре высотного дома, куда нас занесло на скоростном лифте.
Аборигены, едва увидев, на какой высоте мы находимся, сбились в кучу рядом с единственным непрозрачным местом в предоставленных нам «хоромах», у входной двери, которая имела матовый цвет разбавленного водой молока.
Хотя непрозрачным под цвет двери был еще и пол, зато все остальное, а именно наружные стены и куполообразный потолок, не имели абсолютно никакой защиты от чужих любопытных глаз, коих здесь оказалось предостаточно!
Задрав голову, я смотрела на проносившиеся над нами такие же прозрачные одноместные летающие аппараты, формой напоминающие свечку для… тылового введения, и буквально кожей ощущала направленные на нас любопытные взгляды.
– Нет, ну это как, по-вашему, называется? – завопила до этого лишь недовольно пыхтевшая Милана. Она обошла предоставленные нам апартаменты и вернулась, пылая негодованием. – Как вообще можно жить в подобном? В этой… квартире четыре совершенно прозрачных помещения без какой-либо мебели! А в пятом стоит унитаз и раковина на стене. Но стены и там прозрачные! Они здесь что, все поголовно извращенцы? А вы что уставились? Или я что-то не то говорю? Или вам понравится сидеть на унитазе у всех на виду? – А это уже попали под раздачу два самых адекватных в данный момент мужчины.
Игорь и Тень стояли посреди помещения, скрестив на груди руки, и взглядами исподлобья следили за истеричными метаниями Миланки. Меня, собственно, тоже немало волновал вопрос относительно комфортного проживания, и в данный момент оно мне таким вовсе не казалось. И все же я предпочитала сначала прояснить ситуацию, а уж потом искрить негативом.
На этом острове, судя по необыкновенной сложности строений и летающих аппаратов, люди жили вполне себе комфортно, и если этого комфорта я в данный момент не наблюдаю, то это, скорее всего, оттого, что чего-то не понимаю. Лично я так для себя решила, чем и поспешила поделиться с истерившей «подругой».
– Вечно ты, Софа, все идеализируешь! – фыркнула она, останавливаясь рядом со мной.
Я уже давно стояла у одной из стеклянных стен и смотрела вниз на расстилающийся под нами сплошной ковер тропической зелени и мелькающие над ним фигурки на гравиплатформах. Вроде бы все как в фантастических книгах про далекое будущее: море зелени и урбанистический стиль в архитектуре, где открытые пространства, открытые планировки и большие окна. Хотя, если начистоту, даже слишком открытые, о чем вот уже минут пятнадцать кричит Миланка.
– Вместо того, чтобы уставшим людям предоставить удобное помещение для отдыха, нас бросают в какую-то прозрачную сферу без какого-либо намека на возможность уединения. Ну прям как в шоу «За стеклом», даже еще жестче!
– Милан, не истери, уже в ушах от тебя звенит! – поморщилась я, прикрыв ладонями уши. – Уверена, что скоро за нами кто-то явится, и мы все выясним.
– Да ну тебя! – махнула она рукой и направилась к Игорю жаловаться.
Я лишь покачала головой и снова повернулась к раскинувшейся за стеклом панораме ультрасовременного города.
– Так вы что, не Высочайшие? – с рычащими нотками произнес голос у самого моего уха, заставив меня вздрогнуть. Я резко обернулась и буквально глаза в глаза встретилась взглядом с Тенью. Мужчина смотрел на меня прямо, не моргая, и, как мне показалось, ловил каждую эмоцию на моем лице. Лицо держать я умела, а вот врать так, в глаза, так и не научилась.
– Почему ты так решил? – удивленно выгнула я бровь, давая себе фору во времени, чтобы придумать, как правдоподобнее ответить.
– Вас поселили вместе с нами, а не доставили с почестями в ваш дом, – констатировал он очевидное, не спуская с меня пронзительного взгляда зеленых глаз. И, сам того не ведая, дал подсказку.
– Какие нам почести? – почти натурально вздохнула я. – Мы испортили эксперимент…
– Что испортили? – нахмурил он брови.
– Ну, мы работали над настройкой улучшенного портала, – начала я осторожно импровизировать, внимательно наблюдая за реакцией мужчины, – но что-то сделали не так, ошиблись, понимаешь? Он кивнул. – Вот нас и занесло к вам! Оттого наш главный и злится на нас, с вами поселил. Наказаны мы! Теперь понятно? Красавчик кивнул, и его красиво очерченные губы чуть тронула легкая улыбка. И я буквально впилась взглядом в эти губы, тут же сильно покраснев.
От этого неловкого ощущения меня спасла плавно отъехавшая в стену входная дверь. Аборигены шарахнулись в сторону, пропуская шагнувшего в помещение нашего недавнего знакомого, того самого красавчика, что Миланке напомнил Кена.
А наша же троица, наоборот, поспешно к нему приблизилась, слишком уж много вопросов у нас накопилось. Я, например, хотела попросить отвести нас к их главному. Мне вовсе не улыбалось быть отправленной в далекое пешее, неизвестно за каким артефактом!
Но не успела я открыть рот, как Миланка меня опередила.
– Почему нас поселили в эту башню? Я не желаю жить в аквариуме! Немедленно верните стены! – завопила она так, что бедный островитянин, удивленно вскинув брови, сделал шаг назад.
– Вы трое должны пойти со мной! – безапелляционно заявил он, не отвечая на требования скандальной блондинки.
– Это куда еще? Люди с дороги, а вы нас даже не покормили! Где ваше гостеприимство, в конце концов? – уперев руки в боки, палила нас Миланка. – А еще я требую вернуть стены в сортире, чтобы не светиться на унитазе на всеобщем обозрении! Вот тогда пойду!
В наступившей тишине было слышно, как громко сглотнул куратор предстоявших «Голодных игр», или куда там хотят нас отправить. Но этот слишком совершенный красавчик быстро взял себя в руки и, приподняв подбородок, заявил:
– Вы останетесь здесь, в выделенных помещениях! Голос разозленного, но еще как-то сдерживающегося «Высочайшего» эхом прокатился по просторной, но пустой без мебели квартире.
– Слышь, ты, кент, я не подписывалась участвовать в шоу «За стеклом»! – снова завопила Миланка, и тут уже не выдержавший и не без основания испугавшийся последствий столь яркого «выступления» своей кузины Игорь обхватил ее левой рукой поперек туловища, закрыв правой рот.
Напоследок сверкнув на Милану голубыми глазами, куратор поспешно вышел. Дверь за ним защелкнулась, и мы все растерянно переглянулись.
– Ну что, выступила? Все сказала, что хотела? – вызверилась я. – Теперь нас отправят туда, не знаю куда, чтобы принести то, не знаю что!
– Ну ведь в отелях это всегда срабатывало! – растерянно хлопая ресницами, пожала она плечами, а мне оставалось только зло сплюнуть, глядя на закрытую дверь нашей стеклянной тюрьмы.
Глава 18
Обед мечты
Не успела я остыть от злости на Миланку, как входная дверь с тихим шипением отъехала в сторону, и вместо ожидаемого с извинениями блондина, в наши стеклянные апартаменты влетело нечто.
– Это еще что за хрень? – озадаченно почесал макушку Игорь, медленно обходя вокруг зависшей посередине помещения белоснежной платформы. – Хоть что-то у них есть непрозрачное! – нервно хохотнул он, наклоняясь над стопкой прямоугольных контейнеров, которые как раз тоже были прозрачными, а под их крышками виднелось по пять углублений, заполненных разноцветными капсулами, похожими на морские камушки.
Мы с Миланой тоже подошли поближе.
– Смотрите, их ровно десять! – я осторожно взяла в руки один из контейнеров, слушая, как с тихим шорохом в них пересыпаются цветные «конфетки».
– И что это, по-вашему? – Игорь с любопытством перевел взгляд с Миланы на меня и обратно.
– А по-твоему? – вернула я ему подачу.
– Думаю… Думаю, это конфеты!
– Бинго! Браво! – похлопала я в ладоши, цепляясь взглядом за семерых аборигенов, со всем вниманием следивших за каждым нашим движением. Хотя, думаю, и за тем, что мы говорим, тоже. Я наклонилась ниже над летающей платформой, делая вид, что что-то на ней разглядываю, а сама зашептала:
– Ребята, не забываем, что эти за нами наблюдают! Не знаю, что ждет нас дальше, но считаю, нам лучше не палиться перед ними. Если они догадаются, что мы к Высочайшим не имеем никакого отношения, боюсь, в рукопашной с ними у нас нет никаких шансов! А вранье они нам не простят! Из-за нас трое из их племени не попало сюда.
– И что ты предлагаешь? – зашептала Миланка, беря еще один контейнер и потряхивая им.
– В первую очередь, предлагаю не палиться! Не нужно смотреть на все, нас окружающее, словно видите это в первый раз! Меня это тоже касается, – ответила поспешно на возмущенный взгляд Игоря.
– Ну и с чего начнем? – неожиданно громко спросил он и тут же поправился: – Вернее, с какого?
– Думаю, без разницы, они здесь все одинаковые, бери! – шикнула я.
Игорь с умным видом извлек из-под низа пирамиды, чуть не обрушив ее, приглянувшийся ему контейнер.
– Что, думаешь, снизу свежее и мягче? – не сдержалась я от сарказма и обернулась к аборигенам. – Эй, ребят, разбирайте «тарелочки», обед привезли!
Парни и девушки осторожно приблизились к зависшей в метре от пола платформе и принялись разбирать странные посудины. Я же сама срочно вернулась к изучению своей, мысленно молясь, чтобы получилось ее как можно скорее открыть, чтобы было что показать аборигенам. От волнения мои ладони вспотели, а лицо аж загорелось.
От контейнера Игоря послышался тихий хлопок, напоминающий открытие вакуумированной крышки стеклянной банки, а тонкая пленка, закрывающая контейнер, скаталась в плотный рулончик к одному из его концов. В воздухе тут же разлились невероятно вкусные ароматы свекольника, чего-то овощного и мясного. И, если мне не показалось, запахло даже компотом из сухофруктов.
Сразу же невероятно сильно захотелось есть, и я активнее задвигала пальцами по краю контейнера в надежде активировать механизм его разгерметизации. Палец коснулся небольшой выемки, и я нажала на нее сильнее. Наградой мне стал такой же звук и аромат собственного обеда.
Я подняла взгляд, чтобы помочь Милане, но она уже и сама справилась. Тем временем аборигены разобрали свои порции, и, как только платформа опустела, верхняя ее поверхность разъехалась в стороны, являя нам десять высоких бокалов с прозрачной жидкостью и небольшой краник с рычажком, напоминавший краник с фильтрованной водой в квартире моей тети.
Тем временем аборигены, глядя друг на друга, тоже справились со скрытым механизмом и теперь осторожно принюхивались к незнакомым, но явно аппетитным запахам. Одна из девушек, что поспокойней, даже несколько раз лизнула красные капсулы, и на ее лице, после удивления, появилась улыбка.
– Похоже, это не просто питательные капсулы, они еще и вкус имеют! – прошептал Игорь и закинул в рот тоже красную. – Ммм! Это просто божественно! – застонал он, прикрыв от удовольствия глаза. – Это же свекольник! Отвечаю! Жаль, что нет белой капсулы со сметаной!
Мы с Миланкой поспешили последовать его примеру, и я явственно ощутила во рту вкус свекольника на мясном бульоне. Вот только чего-то не хватало. Я бросила взгляд на бокалы с водой и взяла один, сделав большой глоток. Мой рот тут же наполнился густым бульоном с ярким вкусом. Проглотив, я потянулась за следующей, зеленой капсулой. Очень уж хотелось распробовать все вкусы!
Наслаждаясь необычной едой, я искоса посматривала на всю нашу «компашку». Милана с Игорем, усевшись на пол, с аппетитом дегустировали всю еду, увлеченно обмениваясь мнениями. Аборигены тоже довольно быстро освоились и тоже поняли, как именно нужно есть «вкусные камни», как они называли капсулы, тихо меж собой переговариваясь.
Во время этого занятия я почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд и посмотрела перед собой. Напротив, привалившись спиной к стене, стоял Тень и внешне равнодушно, словно не чувствуя вкуса, рассасывал невероятно вкусные капсулы, но при этом он смотрел строго на меня. Я чуть не подавилась капсулой моего любимого с детства компота из сухофруктов, аппетит моментально пропал. И я уже вознамерилась было также пожелать ему «приятного аппетита», как матово-белая дверь снова скрылась в стене, и вошел наш недавний знакомый.
– О, а вот и кент вернулся! – громко провозгласила Миланка и отсалютовала ему желтой капсулой.
Не знаю, почему я в момент знакомства не обратила внимания на одежду распорядителя, но, кажется, на нем было что-то вроде белого комбинезона из майки «поло» и удлиненных шорт. Теперь же костюмчик был яркого канареечного цвета. Вот только зачем ему нужно было переодеваться в один и тот же фасон одежды, но другого цвета? Об этом я решила спросить его несколько позже, а пока ждала, что же он еще интересного нам скажет.
– Ну что, вы успели утолить голод?
– Вполне, – пробурчал Игорь с набитым ртом. Возможно, мне это только показалось, но, кажется, он решил во что бы то ни стало съесть всю порцию.
– Возможно переедание, – лишь скользнув по нему взглядом, сообщил распорядитель предстоящих состязаний.
А мне очень захотелось как можно скорее расставить все точки над «i» и удостовериться, что нас точно оставят на этом острове и не отправят в неприкрасное далеко.
Я поставила на парившую платформу свой почти опустевший контейнер и бокал и повернулась к мужчине, чтобы попросить аудиенции, так сказать, но он, оглядевшись, сам перевел на меня удивленный взгляд.
– А где мебель? Вы что, собираетесь спать на полу, как ваши друзья? – спросил он с насмешкой, и тут Игорь подавился и закашлял, а Миланка тут же принялась лупить его по спине.
Аборигены удивленно воззрились на сие действо, а та самая аборигенка, с которой я чуть не подралась, удовлетворенно усмехнулась и, покосившись на вылупившегося на происходящее Высочайшего, чуть наклонилась ко мне и прошептала:
– Так их и надо воспитывать! А то ишь, нравится им жен поколачивать! Вернусь, заведу себе трех мужей и буду их по очереди дубасить!
Мне оставалось лишь не очень искренне улыбнуться и кивнуть. Своим мнением по этому поводу мне пока никак нельзя было светить, во всяком случае до тех пор, пока мы не уверимся, что нас оставят на острове. А если нет, то с будущей командой совсем не лишне будет наладить отношения.
– Мебель везут! Да, видать, курьер по дороге заплутал, – хрипло, словно простуженный ворон, выдал Игорь, подняв покрасневшее от кашля лицо.
– А моя комната вообще уже обставлена, разве вы не видите? – Миланка зло сдула упавший на глаза светлый локон.
Зрачки в голубых глазах мужчины расширились, а его костюм неожиданно покраснел! И я, и все присутствующие пораженно ахнули, а аборигены шарахнулись в стороны, роняя контейнеры с обедом.
– Вы трое пойдете со мной! – проговорил куратор громко и холодно, снова став похожим на андроида, словно мгновение назад не хлопал ошарашенно своими длинными ресницами.
– А вот это давно пора! – я с готовностью шагнула к двери, широко, но неискренне улыбнувшись нашему провожатому.
