Текст книги "Хищная планета (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 29 страниц)

Глава 3. Страхи и предположения

Лерой Доуни

Я проснулась с ощущением тяжести на своем боку. С трудом разлепив глаза, уставилась на сильную мужскую кисть, расслабленно зависшую перед моим лицом. Скосила глаза правее, на бугрящееся венами предплечье, все остальное скрывалось за моей спиной.

По спокойному дыханию я поняла, что мужчина спит. Крайне осторожно, периодически замирая, я сняла с себя тяжелую руку стража и медленно сползла с кровати. Едва всколыхнувшееся праведное возмущение на то, что недавний заключенный проник в мои апартаменты с единственной целью – удовлетворить свои потребности в женщине, затухли на корню, едва я осознала, что нахожусь не в своей каюте.

Меня опалило жаром, и я бросила испуганный взгляд на кровать. Ставрос спал, подложив под голову левую руку. Я, было, дернулась покинуть чужую каюту, но задержалась, позволив себе несколько мгновений полюбоваться этим образчиком мужественной красоты: широкие плечи, торс, бугрящийся мускулами, и красивое лицо с четко очерченными скулами, немного тяжеловатая нижняя челюсть, прямой нос, высокий открытый лоб и красивой формы голова с едва начавшим пробиваться русым ежиком волос. Его красивые синие глаза были закрыты, чему я была только рада. Проснись он сейчас, и я бы от стыда умерла!

Схватив в охапку свои вещи, на цыпочках метнулась в крохотную прихожую. Дрожащими руками натянула комбинезон на голое тело, скатала в комок белье и выскользнула наружу. Похоже, мне пока что везло, коридор освещался слабым голубоватым светом, что означало ночь по корабельному времени. А это значит, встретить в это время кого-либо из команды мне не грозило. Хотя… кто знает, может, у них кто мучается от бессонницы.

Скользнула взглядом по двери, из которой только что вышла, и удивленно распахнула глаза. Номер шесть! А моя каюта всегда была номер один! Бесшумно метнувшись вперед, я влетела в свою, безвольно привалилась к двери спиной и медленно сползла по ней на пол, все еще прижимая к груди впопыхах собранное белье.

«Всё хорошо! Ставрос не проснулся, и в коридоре меня никто не увидел», – мысленно успокаивала я себя, чувствуя, что сердце постепенно замедляет свою бешеную скачку, вызванную выбросом адреналина.

И первая более-менее связная мысль была о том, каким образом я могла перепутать каюты на знакомом мне вдоль и поперек шаттле? Моя ведь каюта находится первой слева, а каюта Ставроса… тоже первой слева! Это если зайти с противоположного конца коридора! И о чем я только думала, чтобы не помнить, откуда и куда иду!? Да, собственно, о нем и думала! Чего уж перед самой собой лицемерить.

Ставрос понравился мне с первого взгляда, стоило лишь войти в его тесную темную камеру. Он тогда сидел на кровати, но когда поднял голову, сверкнув в нашу сторону глазами, по моему телу побежали мурашки страха и одновременно восхищения! Будто в замедленной съемке я смотрела, как он встает, возвышаясь над всеми нами могучим колоссом. Словно зверь, запертый в клетке, но не побежденный!

Уже в кабинете у начальника тюрьмы я поняла, что Ставрос вовсе не так высок, как мне показалось сначала. Но его прямая спина, уверенный разворот широких плеч, гордо поднятый подбородок и прямой независимый взгляд, направленный на своего бывшего командора, выдавали в нем натуру незаурядную, сильную и уверенную в себе! А уж то, что и на лицо он оказался очень красив настоящей мужской красотой, лишь прибавляло ему шарма. Не знаю, как тогда у меня хватило смелости встать перед ним, прямо смотреть в его глаза цвета грозового неба и что-то еще уверенно говорить. Но теперь, находясь семь суток на одном с ним корабле, терялась в его присутствии, словно сопливая девчонка! А ведь мне уже двадцать пять лет.

Я тряхнула головой и встала со слабо вибрирующего пола. Прошлепала босиком в санузел и закинула белье в отсек утилизации, который довольно заурчал, перерабатывая ткань на молекулы и перенаправляя их в синтезатор моей гардеробной.

В душевой я вошла в туман ионного очистителя и вздрогнула, вспомнив, как совсем недавно ко мне в душ шагнул Ставрос, и что за этим последовало! Я не смогла вспомнить, чтобы когда-либо раньше у меня был столь неудержимый, жаркий и крышесносный секс! Хотя, это может быть потому, что у него давно не было женщины, или потому, что сам мужчина мне очень нравился, или потому, что он сам собой являлся концентратом тестостерона с просто невероятной харизмой. Какой бы ни была причина его неотразимости и неутомимости, но я этого не забуду никогда, и, увы, всегда буду сравнивать со Ставросом всех остальных мужчин.

Но не это сейчас главное! Главное в том, как я теперь буду ему в глаза смотреть!? Ладно, он хоть был пьян, но я-то нет! Да еще сама к нему в каюту пришла! Что он теперь обо мне подумает? А если другим расскажет? Еще сочтут меня доступной. Если что, придется у командора защиты искать. Он-то, наверное, не захочет проблем с моей семьей! Хотя семьи у меня осталось совсем ничего.

В дверь каюты постучали, и я вздрогнула от неожиданности. Высунувшись из душа, крикнула:

– Я уже встала, скоро буду!

Вот же, успела вернуться к себе перед самым подъемом! Хоть в этом повезло. Выключив душ, пошла в комнату, в гардеробной взяла свежее, еще теплое белье и нежно-голубой комбинезон с черными обводами. На секунду задержалась у зеркала.

А у нас с ним цвет глаз одинаковый, вот только оттенок разный. У меня радужка яркая, цвета индиго, а у Ставроса она, скорее всего, похожа на грозовую тучу. Опять я о нем думаю! Мне об отце нужно думать! На душе стало тяжело, словно я предала своего родного человека, думая о нем куда меньше, чем следовало. Взлохматив свою короткую светлую шевелюру, показала отражению язык и поспешила одеться, с ужасом вспомнив, что в каюте у Ставроса забыла свои мягкие сапожки из кожи водяного мергуса. Щеки вспыхнули, едва я поняла, что сделать вид, что я ему лишь приснилась, не получится! Ну что ж, возможность амнезии тоже никто не отменял! Натянув другие сапожки, поспешила в кают-компанию.

Ставрос Терия

Я чувствовал себя приятно опустошенным и в то же время благодушно сытым, как хищник после удачной охоты. Тело было непривычно расслабленно, чего со мной уже давно не случалось. И такое у меня бывало лишь после хорошего секса… Стоп! Я, словно пружина, подскочил на кровати, оглядываясь. Автоматика исправно сработала, среагировав на вставшего человека, и осветила спальную каюту. Мелькнувшая было мысль, что я нахожусь не в своей комнате, тут же пропала, так как на прикроватном столике лежали мои немногочисленные пожитки. Но раскуроченная постель и висевший в комнате запах секса не давал усомниться, что произошедшее мне вовсе не померещилось.

Вот это да! – сладко потянувшись, я усмехнулся, – ну, девочка дает! Скромняга – скромнягой, а сама ко мне пришла! А ведь жаркая штучка оказалась, как говорится: «В тихом омуте…»

Поднявшись, принял ионный душ, оделся и поспешил в кают-компанию, у самой двери обо что-то споткнувшись. Опустил взгляд и с удивлением обнаружил женские сапожки. «Это что, девушка босиком от меня ушла? Или, получается, что поспешно сбежала?» История приобретала все более интересный оборот! Неужели наутро пожалела о скоропалительном решении прийти ко мне? Или, может быть, я ее так сильно разочаровал? За три года, видимо, совсем квалификацию утратил, – эта мысль неприятно кольнула самолюбие. – А может быть такое, что она просто каюты перепутала, а потом не устояла перед моим напором? – на этой мысли я усмехнулся. То, что я мог взять девушку силой, отмел сразу, так как с самого детства был ярым противником насилия над слабыми.

Подхватив маленькие, словно кукольные сапожки, подошел к каюте номер один и дотронулся до сенсора, оповещающего о приходе гостя. Мне никто не открыл и не ответил. Боится или ушла? Ни на что, особо не надеясь, дотронулся до сенсора открытия двери. Открылась. Не дожидаясь возможного появления хозяйки, поставил сапожки у самого входа и закрыл дверь. Уже на подходе к кают-компании встретил всю команду.

– Что-то ты долго спишь, Ставрос! – прищурил глаза командор. – Совсем расслабился за эти три года!

Я промолчал, лишь сильнее сжав челюсти. Вот ведь гад, не упускает случая напомнить и побольнее уколоть, а может, и нарочно провоцирует. Но не дождется! Мне бы только продержаться до получения освобождения, тогда и поговорим по-мужски.

– Идем в рубку управления, наша планета уже в пределах прямой видимости! Теперь в любую минуту можно ждать подвоха.

Глава 4. Подготовка к высадке

Зеленая планета раскинулась во всю ширину экрана визора. Мы, молча, разглядывали ее поверхность, тщетно пытаясь отыскать хотя бы одно голубое пятно.

– Ну, нет! Так же не бывает, чтобы на полной растительности планете не было большой воды! – Шейн озадаченно почесал затылок, и, пожалуй, в первый раз, с ним была согласна вся команда.

– Вода есть, просто ее не видно из-за густых крон исполинских деревьев, – на звонкий голосок девушки удивленно повернулись головы всех присутствующих, словно позабыв, что в нашей команде есть женщина.

– Нет, ну я понимаю, озера, болота и реки не видно! Но где, же моря и океаны? – весельчак Клаус был непривычно серьезен.

– Да, я не припомню ни одной планеты, на которой не было бы этих гигантских запасов воды! – командор нахмурил брови, и его глаза снова приобрели подозрительное выражение.

– Согласна. Даже если предположить, что «легкими» этой планеты являются именно леса, сплошь ее покрывающие, то, что же тогда помогает регулировать глобальный климат на планете? Да, даже на первый взгляд здесь многое непонятно, – девушка задумчиво закусила нижнюю губу, и мне не ко времени вспомнились ее мягкие, податливые губы, когда я целовал их сегодня ночью.

– А почему там столько оттенков зеленого?

Все перевели взгляд на Троя, до сих пор молчавшего.

– Верное замечание! – кивнула Лерой. – Обычно с такого расстояния оттенки различных участков суши разглядеть невозможно, а, следовательно, это говорит о наличии на «Хищной» значительных территорий, сравнимых по площади с морями, занятых каким-то одним видом растения.

– А разве такое возможно? – вклинился я в разговор, больше не из-за жажды знаний о флоре планеты, а мне захотелось увидеть, каким будет выражение лица девушки, когда она на меня посмотрит.

– Да, вполне возможно! – кивнула девушка, скользнув по моему лицу спокойным взглядом. И я мысленно ей зааплодировал, невольно проникаясь уважением. Уж что-что, а лицо малышка держать умеет! С такой, можно и в разведку. Остается только вопрос, сможет ли она выдержать переход по этим лесам? Чувствую, даже для нас, бывалых вояк, это будет непросто.

– Так, ладно, подлетим ближе, тогда и будем думать! А пока идем завтракать, а затем перепроверьте еще раз свое снаряжение. Ставрос и Лерой, жду вас после завтрака в багажном отсеке, – пролаял командор и уселся со своим подносом, ко мне спиной.

* * *

А дальше был плотный завтрак, во время которого я не просто ел, а священнодействовал! Так как простая, грубая и однообразная еда, которой меня три года кормили в тюрьме, не шла ни в какое сравнение с шедеврами синтезатора пищи. Я заказывал различные блюда, но маленькими порциями, и ел медленно, наслаждаясь их вкусом и ароматом.

Члены команды незлобиво надо мной подшучивали, я же блаженно им улыбался, ничуть не обижаясь. Лерой, тихонько, словно мышка, завтракала в углу кают-компании, задумчиво глядя в никуда. А я в очередной раз подумал, что если бы не забытые ею сапожки, то уже засомневался бы, наверное, что ночное приключение мне не приснилось.

Тилбот быстро поел и, уходя, напомнил, что ждет нас с Лерой в багажном отсеке. Пришлось, с сожалением, немного ускориться, хотя это был мой последний день, когда я мог позволить себе нормально поесть, ведь на планете нам, скорее всего, придется довольствоваться сухими концентратами и питательными брикетами. Если верить тому, что на данный момент известно об обитателях этой планеты, то нам придется всегда быть настороже, а запах готовящегося мяса наверняка привлечет местных хищников.

Лерой поднялась из-за стола и бросила на меня вопросительный взгляд. Я кивнул и, в три глотка осушив стакан сока, поднялся вслед за ней. Несколько минут мы шли, молча, иногда касаясь друг друга в узком коридоре.

– Кстати, Ставрос! Благодарю вас за доставленную в мою комнату, позабытую мной обувь, – девушка подняла лицо и с лукавой улыбкой посмотрела на меня, ее глаза тоже смеялись.

Прочувствовав всю абсурдность ситуации, я фыркнул. Лерой удивленно приподняла брови и еще шире улыбнулась. Я опять фыркнул. Мы одновременно посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Ты уж извини, Ставрос, я вчера задумалась и перепутала каюты.

– Ничего, бывает! А я вот вчера немного лишнего выпил.

– И это бывает!

И мы снова засмеялись, от чего между нами словно лопнула какая-то невидимая пружина недоговоренности. И я понял, что продолжения не будет. Это была случайная разовая акция, так сказать. Ну, дружба – это тоже неплохо. В любом случае, эта девушка хоть и миленькая, но все, же не в моем вкусе. Я люблю грудастых длинноволосых брюнеток с тонкой талией и широкими бедрами.

В багажном отсеке нас уже ждал командор.

– Вы не очень торопились! – буркнул он и, похоже, хотел еще добавить что-то язвительное, но сдержался, видимо, вспомнив, что именно семья Лерой спонсирует нашу экспедицию, и она, же будет выплачивать вознаграждение.

Получив по большой стопке вещей, начиная от комбинезона и заканчивая полностью укомплектованной разгрузкой и бластером, я забрал у девушки ее вещи, проводил до каюты номер один. И только хотел предложить ей помочь разобраться со всем этим добром, как меня окликнул командор.

– Ставрос! Пойдем-ка с тобой на спарринг! А то, боюсь, три года простоя для тебя бесследно не прошли. Нам лишний балласт не нужен, я тебя не для этого вытаскивал из тюрьмы.

Скрипнув зубами, я еле сдержался, чтобы не ответить командору, кого я считаю балластом. Кивнув девушке, пообещал скоро вернуться, правда, позабыл сказать, зачем. Вот она голову ломать будет! Почему-то эта мысль вызвала невольную улыбку.

Тилбот два часа гонял меня по рингу, подчас используя не совсем честные приемы, но так, ни разу не положил меня на лопатки и не нанес, ни одного серьезного удара.

– Ты в тюрьме был или на военные сборы летал? – тяжело дыша, прохрипел он.

– В тюрьме! А так как там больше нечем было заняться, занимался тем, что я лучше всего умею.

– С кем!? Ты в одиночке сидел! – командор стянул с себя тренировочные штаны и направился в душ.

– Ну, силовыми упражнениями можно и одному заниматься, а спарринг – это только мысленно, конечно, – раздевшись, я вошел в соседнюю кабинку, успев услышать, как командор недоверчиво хмыкнул.

После душа я заглянул в свою каюту, в глубине души надеясь, что Лерой опять перепутала наши каюты, а, не обнаружив девушку, даже расстроился. Быстро надев свежий комбинезон, направился в каюту номер один.

Похоже, меня ждали! Девушка улыбнулась и без лишних вопросов пропустила внутрь. Да, если не смотреть на номера кают, то их не сложно и перепутать, обстановка и даже постельное белье совершенно одинаковые. Зацепившись взглядом за кровать, я почувствовал, что начинаю думать не о том. Во всяком случае, не о том, зачем сюда пришел в данный момент. Отвернувшись от сбивающего меня с рабочего настроя ложа, спросил у девушки, где ее разгрузка.

Около часа я инструктировал ее по поводу применения каждой вещи, начиная от небольшого прибора для сбора конденсата из воздуха для получения питьевой воды, до теоретического обучения использованию оружия.

– А почему у вас не лазерное оружие, а бластеры? – большие ярко-синие глаза с детским любопытством смотрели прямо мне в душу, и я в очередной раз подумал, что такой «ромашке» не место на дикой и опасной планете.

– Лазер выстреливает сплошным потоком энергии, а бластер стреляет малыми пучками, благодаря этому он меньше перегревается, и это позволяет вести более интенсивную стрельбу, – ответил я на автомате, одновременно думая, как бы уговорить девушку остаться на шаттле и ждать нашего возвращения. Но в этот миг в мозг ввинтился истошный вой корабельной сирены. Взволнованно взглянув друг на друга, мы бросились к рубке управления. Вбежав, обнаружили всю команду, напряженно рассматривающую что-то на приборной панели.

К нам повернулось побледневшее лицо командора.

– Система управления шаттлом перестала реагировать на наши команды! Мы полностью потеряли возможность управления кораблем! Кто-то попросту перехватил его и ведет шаттл в определенное место на этой планете.

– Командор, смотрите!

Трой взволнованно указывал на какую-то темную точку на сплошном зеленом теле планеты, заполнившем весь экран визора.

– Что это?

– Похоже на свободный от растительности участок поверхности планеты! – пояснил звонкий девичий голосок.

– Этот участок слишком быстро увеличивается! Мы что, так стремительно снижаемся? – в голосе Клауса послышались панические нотки.

– Не только. Похоже, он еще расширяется сам по себе, освобождаясь от растительности! – прошептала девушка. И я почувствовал, как вдоль позвоночника и до затылка пробежали мерзкие мурашки, давая понять, что дело дрянь! Нет, не так! Дело – ДРЯНЬ!

Глава 5. Знакомство с планетой

Лерой

Едва мы осознали, что неуправляемый шаттл несется на всех парах к неведомому темному клочку суши, не сговариваясь, бросились к противоперегрузочным креслам. Видимо, эти сиденья были рассчитаны и на подобные нештатные ситуации, так как едва я заняла свое эргономичное кресло, ремни безопасности выстрелили сами, опутывая меня от ключиц и до голеней, а напоследок один широкий ремень захлестнул меня поперек лба, пригвоздив к креслу, как энтомолог бабочку.

Я пыталась зажмуриться, но взгляд невольно притягивало невероятное зеленое полотно, словно лоскутное одеяло, раскинувшееся на экране визора, и состоящее из четко ограниченных участков разной интенсивности зеленого и его оттенков. Было очень страшно! Особенно напрягало каменное выражение лиц мужчин, а в глазах, видимых с моего места, Клауса и Шейна, плескался откровенный страх. Но вот, словно почувствовав мое волнение, Ставрос едва повернул ко мне зафиксированную ремнем голову, подмигнул и улыбнулся.

– Входим в атмосферу. Приготовься, будет немного неприятно. Постарайся расслабиться и сосредоточься на ровном дыхании.

Я не успела спросить, что он подразумевал под этим «неприятно», как шаттл будто врезался в невидимую, но упругую преграду, и за бортом послышалось хорошо различимое шипение, экран визора словно подернулся дымкой, и по нему поползли тонкие трещины. Я сглотнула и до боли в пальцах вцепилась в подлокотники, по спине побежала тонкая струйка холодного пота. На меня навалилась жуткая тяжесть, вжимая в спинку кресла и не давая сделать нормальный вдох. А между тем черное пятно, разрастаясь, стремительно приближалось к нам, поглощая зеленое растительное полотно. Перед моими глазами промелькнули вершины деревьев, и я крепко зажмурилась в ожидании удара о землю.

Приземление было похоже на вход в атмосферу, последовал упругий бесшумный удар, и двигатели, взвыв последний раз, словно испускающее дух чудовище, замолчали. Сердце быстро билось, а я все никак не могла надышаться, как и отвести взгляд от медленно приближающейся поверхности земли. Создавалось впечатление, что шаттл, оставшиеся до поверхности метры, опускается, словно воздушный шар. Несколько мгновений, и еле заметное касание земли.

Мы отстегнулись и в молчании приникли к визору.

– Ну и что это было? Почему шаттл приземлился, как пушинка? – проворчал Шейн, тяжело поднимаясь из своего кресла.

– Похоже, это не единственный вопрос. Меня вот что интересует, перед нашим приземлением кто-то выкорчевал небольшой участок леса? – глухой голос командора нарушил звенящую тишину, царившую в рубке управления.

– Верно, земля основательно взрыта! Это ж, какие корни были у деревьев, если некоторые комья с половину человеческого роста и даже больше!? – Клаус взъерошил свою светлую шевелюру и прижался лицом к экрану.

– Командор! А это, когда на выход-то? – Шейн повел широкими плечами, словно готовясь к скорой схватке, а я вздрогнула, услышав обращение ко мне командора.

– Лерой, дело за вами. Начинайте забор проб воздуха, и какие еще нужны срочные измерения, чтобы выйти наружу. Действуйте!

Я кивнула ему и направилась в лабораторию, успев поймать пытливый взгляд Ставроса, но сумела удержать лицо и улыбнулась уже в коридоре. Мне нравилось внимание этого мужчины, нравился он сам, только во что все это выльется, будет видно намного позже, сейчас главное – найти отца и суметь выбраться с планеты живыми.

* * *

Спустя час стало ясно, что мы приземлились практически на закате, так как малинового цвета светило коснулось верхушек виднеющегося вдали леса, и сумрак быстро окутал всё кругом. Так как анализ заборного воздуха показал подходящую для дыхания людей газовую смесь, и потенциально опасных бактерий и вирусов выявлено в нем не было, решили открыть на ночь воздушные заслонки, пустив внутрь корабля свежий воздух.

Спала я плохо, можно сказать, вообще не спала. Сначала волей-неволей прислушивалась, не подадут ли голос, какие хищники, привлеченные незнакомыми запахами. Хотя, судя по издаваемому шаттлом запаху гари, это, скорее всего, их только отпугнет.

Затем, не услышав ничего подозрительного, до меня, наконец, дошло, что я вообще не слышу никаких звуков природы! Это просто невероятно! Не было слышно даже стрекота насекомых, которых, судя по бушующей на этой планете флоре, должно быть множество видов. Это было совершенно ни на что не похоже. Я долго ломала голову, пытаясь понять, как такое может быть, но пока, ни до чего не додумалась, ведь опыта «полевой» работы у меня было не так много.

Мне удалось посетить с отцом всего лишь две планеты, да и те уже находились на стадии заселения колонистами. Работа там показалась мне интересной, вот только опасной она не была. Я думаю, собираясь на исследование Хищной планеты, отец предполагал, что что-то может пойти не так, но, зная мой упрямый характер, не стал отговаривать от участия в экспедиции, а отослал меня с надуманным, как я позже узнала, поручением на соседний континент, назвав мне более позднюю дату старта исследовательского шаттла. Ну, и само собой, я опоздала к его вылету в экспедицию.

Отец, конечно же, извинился передо мной позже, по голосвязи, но я еще долго злилась на него, не отвечая на его вызовы. А ведь он, возможно, просто хотел со мной поделиться какой-то важной информацией, о том, что успел узнать с помощью разведывательных зондов и дронов. И теперь я злюсь на свои детские обиды, ведь ответь я ему тогда, возможно, владела бы сейчас важной информацией, облегчающей нам его поиск.

Теперь же, спустя некоторое время, я успела успокоиться и даже была рада, что тогда не полетела вместе с отцом. Ведь если он не сумел уберечься, то и от меня вряд ли была бы ощутимая польза, так и сгинули бы вдвоем! А так, благодаря своим организаторским способностям, упорству, толике наглости, да и что греха таить, деньгам моего отца, я сумела нанять самую безбашенную и везучую разведывательно-спасательную группу в галактике! Правда, такими они были вплоть до загадочного заточения одного из членов их команды в тюрьму. По какой причине это произошло, мне узнать так и не удалось, но с тех пор у этой группы случались и проколы, а мне нужно было действовать наверняка, второго шанса могло и не быть. Поэтому, опять же, благодаря деньгам отца, мне удалось вызволить Ставроса из застенка.

Уже под утро, когда сон, наконец, почти меня сморил, услышала у своей каюты тихие шаги. Некто подошел к моей двери, немного постоял и так же тихо ушел. И я опять с замиранием сердца гадала, кто же это мог быть, надеясь, что это был Ставрос.

В итоге поспать мне удалось всего часа два. Умывшись холодной водой, быстро оделась, взлохматила свою шевелюру, добившись любимого «художественного беспорядка», и отправилась в кают-компанию. Вся команда уже была в сборе, заказывая на пищевом синтезаторе завтрак. Пожелав всем доброго утра, услышала нестройное пожелание в ответ. Вот только голоса у мужчин были вялые, да и движения такие же, напоминая походку зомби из старых фильмов ужасов. Присмотревшись к членам команды, поняла, что они так же, как и я, банально не выспались, и первая нарушила затянувшееся молчание.

– Я так понимаю, что мы все этой ночью почти не спали? Можете поделиться, что каждому из вас мешало заснуть? – и тут же, в ответ на поднятые в удивлении брови, пояснила: – Не любопытства ради, просто хочу понять, мы на одну и ту же странность обратили внимание или их было несколько?

– Да, Лерой права, прежде чем выдвинуться к месту исчезновения сигнала исследовательского шаттла, необходимо произвести хотя бы поверхностную разведку. Впрочем, как всегда, – командор прошелся по кают-компании, нервно потирая шею. Затем резко развернулся и оседлал стул, положив руки на его спинку. – Давайте, я начну первым!

После обмена своими наблюдениями я с удивлением узнала, что не так внимательна, как всегда о себе думала. Все же, практического опыта исследования планет мне очень недоставало. Ну, во-первых, на отсутствие снаружи шаттла каких-либо звуков природы внимание обратили все. Но, как оказалось, это было далеко не все!

Отсутствовали и запахи! Обычные запахи травы и листвы. Ну, допустим, из-за отсутствия оных вблизи от нашего шаттла, могло бы пахнуть, ходя бы землей, но так и этого не было! Казалось, что на планете недавно провели тотальную дезинфекцию, оставив лишь легкий запах озона, какой бывает после хорошей грозы.

Но, оказывается, и это было еще не все! Командор, Ставрос и Трой ощущали медленное движение корабля. На мой вопрос, как это возможно, все трое пожали плечами.

– Думаю, мы узнаем ответ, когда выйдем наружу. Не могло же, это нам троим померещиться? – улыбнулся мне Ставрос, но взгляд его оставался серьезным.

Спустя полчаса, полностью экипированные, мы встретились у шлюза. Проверив по наружным камерам, что вблизи шаттла нас не поджидают никакие хищные твари, Тилбот разблокировал запорный механизм, и спустя пару минут, мы уже стояли на поверхности планеты. Приятный легкий ветерок, ласково взъерошил мои волосы, температура тоже оказалась вполне комфортной. Невольно, все громко втянули носами свежий воздух.

– Да, на самом деле, ничем не пахнет! – хмыкнул Шейн, с хрустом потягиваясь.

Я огляделась, казавшиеся большими на экране визора земляные комья в реальности были еще больше, местами доставая мне до плеч, а самые маленькие были величиной с футбольный мяч.

– Хорошо, что у нас челнок есть, а то по этому «полю» идти просто нереально! – озвучил Клаус мою мысль.

– Смотрите! – что-то в голосе Ставроса было такое, что сердце испуганно ухнуло в пятки и не спешило оттуда возвращаться. Я обернулась на его возглас и сначала ничего не поняла.

– Вы только посмотрите на эту колею!

Поняв, что его голос раздается откуда-то сверху, я задрала голову. Мужчина, забравшись по скобам на шаттл, смотрел влево и молчал. Любопытство оказалось сильнее, тогда я, вслед за мужчинами, тоже вскарабкалась на самый верх и бросила взгляд туда, куда, не отрываясь, смотрел Ставрос. Позади корабля, на много сотен метров, тянулся глубокий след его волочения.