Текст книги "Преданная"
Автор книги: Светлана Людвиг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
– Ты знаешь, я так от всего устал, что если бы ты подло переложила ответственность за мою жизнь на свои хрупкие плечи, я бы не расстроился. А со временем ты бы, наверняка, соскучилась и выпустила меня. Так что никаких причин переживать.
Не понимала я такого слепого доверия, но пришлось смириться. Чужая душа – потёмки, и кто знает, что довело Лиана до такого мировосприятия. Уснули легко. Наутро так же легко проснулись, бессовестно пропустили завтрак, а потом не вставали до самого обеда. Визирь нагло заявил, что раз у него выходной, то надо провести его с пользой. Пользу он почему-то видел лишь в кровати, но я не стала возражать или наставлять его на путь истинный – мне самой сейчас не помешала такая разрядка.
День мы с любовником провели в блаженстве, забыв обо всех и вся. На следующее утро Таванна и Шали встречали меня прохладно, зато Эри и Трия были рады видеть, несмотря ни на что. Удивительно, что «ядовитая» близняшка смогла отпустить Лиана. И ещё более удивительно, что я смогла его так просто забрать в единоличное пользование. На месте остальных любовниц я бы себя ненавидела и ждала возможности избавиться. Но, к счастью, я находилась на своём.
Газета по традиции ждала меня – никто даже не притрагивался. Перехватив до завтрака поджаренный хлеб, я развернула её, проигнорировав крупный портрет султана на первой странице… и обомлела. Заголовок пугал, но я надеялась, что это как обычно происки газетчиков. Текст «Султан отравлен в собственном дворце» – ещё оставлял место для манёвра. Маленький шанс выжить.
Пробежав глазами по подробностям, я с замиранием сердца дошла до конца. Но нет. Скончался. Похороны состоятся… Тонкие листы грозили выпасть из рук, однако я потрясла головой и перехватила их поудобнее. Не дело сейчас показывать растерянность – надо как-то спокойно донести новость до остальных, а им и без этого проблем перепало.
Руки, тем не менее, дрожали, когда я перелистывала газету до конца. Мозг совершенно не воспринимал информацию – смотрела на напечатанные колонки как на чистую бумагу.
– Что там пишут? – отвлекла меня Таванна. – Про Шамуса и Беса есть хоть пара строк?
Да, кажется, были. По крайней мере, фотографию визиря я видела.
Вернувшись на нужную страницу, я, наконец, осмысленно прочитала важные для всех обителей дворца новости. Домашний арест снят, обвинения оказались ложными, шпиона продолжают искать, а послу обещают принести публичные извинения. Видимо, как только найдут, так сразу и принесут.
– Всё разрешилось, – покивала я. – Но на улицу пока лучше не выходить – беспорядки.
– Почему? – удивилась Эри.
В самом деле, почему? Я вновь вернулась к началу и вчиталась в статью. Султана отравили в собственных покоях. Проверенные хранителем покоев сласти приправили ядом. Ахин сейчас под стражей у тех же мибов, но многие его сторонники возмущены и считают, что его подставили. Вчера же в столицу со своими людьми прибыл каймакам вали эялета западных пустынь – Гарихар, старший шахзаде, брат Сая. Третий по старшинству – Саэлон принял правление после брата, который умер, не оставив мальчиков-наследников.
Вот только вчера вести о смерти султана никак не могли долететь в те края – слишком быстро. Популярные у нас радиоприёмники здесь ещё не появились, а переходчики вряд ли бы сразу бросились докладывать о случившемся. Это понимали многие.
И всё было бы логично: заговор двух единоутробных братьев, пока наследник ещё маленький, попытка стать если не правителем, то хотя бы регентом… Вот только мы буквально позавчера переговорили с отцом Шали о роли султана в продвижении закона и… раз! Султан убит, какая жалость.
А ведь именно у Фирвина внук – наследник престола. При должной поддержке можно получить место регента. И при условии, что не найдётся более достойных кандидатов. С кандидатами вопрос почти решён, но – бесы раздери – провернуть такое за сутки! Он явно натянул ниточки заранее. Страшный демон.
Интересно, почему Лиана он в итоге не тронул? Повезло, что наследников не было? Или визирем всё равно бы ребёнка не поставили – это ж не султан, там за тебя никто не поработает?
Голова шла кругом, а тут ещё и присоединившийся к нашему собранию в гареме Лиан добавил:
– Стражи у ворот нет, да и по периметру сняли. Но никто не заходил, ничего не говорил. Вот думаю: нужен я сегодня на службе или можно позволить себе ещё денёк пофилонить?
– Вира сказала, что обвинения с Шамуса сняты! – радостно доложила Таванна.
Визирь тут же вопросительно посмотрел на меня, а я не нашла ничего лучше, чем передать ему газету со словами:
– Даже не знаю, что с твоей службой делать: пересидеть или бежать туда сломя голову…
Читал Лиан быстро, а соображал ещё быстрее. Как и я в первые мгновения спал с лица, но быстро взял себя в руки.
– Что там? – засуетилась Трия, почуяв неладное, и потребовала ответа почему-то от меня: – Вира?
– Саэлона сегодня отравили. Подозревают сговор братьев – отсюда и беспорядки, – вольно пересказала я, избегая собственных выводов.
– Да что ж за время-то такое, – пробормотала Шали, пока остальные осмысливали услышанное.
Я не стала говорить, что время тут не при чём. И что это всё не совпадения. Кому сейчас, в сущности, нужно это знание? Мы отбивались сами, а в итоге подставили Сая под удар. И самое мерзкое, что вряд ли сможем противостоять Фирвину – он уже показал, что играет в другой лиге. Даже если спешно создать коалицию против – что вряд ли получится, ведь доказательств у нас пшик, и с надёжными связями у Лиана не густо, – то у противника наверняка не одна заготовка в запасе.
Да, я непредсказуема, в отличие от визиря и остальных. Мысль показалась смешной, но я сдержала улыбку. Всё, что я могу – лишь слегка испортить «идеальную схему», но никак не отвратить от отца Шали союзников. Мы проиграли.
Но не закон меня, конечно, волновал – пусть катится к чертям! Просто страной сейчас будет управлять псих, не особо считающийся с потерями населения – я никак не могу назвать его иначе. И у него ведь есть какие-то свои причины. Очень веские, надо полагать, раз ради них пошёл в расход султан.
Это явно не жажда власти, иначе бы Фирвин не тянул. На фанатика он не походит. Какой мотив остаётся? Деньги? Логично, учитывая его статус, но на чём он их делает? Продажа людей? Возможно, но мелко. Много на этом не заработаешь. Демоны скорее угробят своих слуг, если есть лишние, или наоборот размножением займутся. На чём тут можно прилично заработать?
– Вира! Вира! – вдруг донеслось до меня, и кто-то тронул за плечо.
Я вздрогнула и ошалелыми глазами уставилась на Лиана.
– О чём задумалась? – хитро спросила Трия. – О Саэлоне грустишь?
– Нет, строю коварные планы по захвату мира, – отшутилась я, правда, юмора никто не понял. Эх, демоны – что с них взять?
– Я решил, что не пойду никуда, – предупредил визирь и кивнул на газету, – и вообще ничего не знаю. Спрячь-ка её куда подальше.
Повторять не пришлось – газета исчезла прямо у меня из рук. Старый навык, отвыкла я уже от магии. Интересно, попала или нет?
– И где она теперь? – заинтересовалась Эри.
– Должна быть у нас под матрасом, но может просто валяться в комнате, если я промазала.
Трия неожиданно рассмеялась. Заливаясь, она закрыла лицо руками и неверяще качала головой. Похоже, нам всем нужен отдых – нервы на пределе.
– Простите, – попросила она, вытирая проступившие слезинки. – Просто это так странно. Я считала Виру пустым местом, человеком с симпатичной мордашкой, существом второго сорта, а тут внезапно она оказалась на голову выше! Маг-универсал с безграничными возможностями! Извините, – соскочила Трия со своего места, – я, пожалуй, пойду.
Останавливать её никто не стал. Я вообще не понимала, как реагировать. Наверное, стоит лишний раз умения не показывать. Подобной реакции я ждала с самого начала, но, видимо, из-за навалившихся событий долго доходило.
– Не много во мне толку без силы Лиана, – осторожно пожала я плечами. Говорила не громко, но надеялась, что Трия услышит.
– Не скажи, – покачала головой Эри. – Ей же ещё пользоваться надо уметь.
– О, в этом мне любой здешний демон даст фору, – даже немного успокоено заверила я. – Я же хваталась за всё и сразу, не особо совершенствуя какой-то конкретный навык.
– Но было же что-то любимое? – неожиданно спросил визирь.
– Было, – призналась я. – Иллюзии.
На моё счастье подали обед – Трие отнесли по её просьбе в комнату. Управляющий двора, как обычно, лично руководил всем и поинтересовался у хозяина, можно ли им с хазнедар, поваром и старшим садовником выходить, если стражи больше нет. Визирь нехотя разрешил.
Я ела быстро, желая сбежать от светских разговоров и всё спокойно обдумать в одиночестве. Лиан словно пытался угнаться за мной. И как оказалось, торопились мы не зря – ещё до того, как мы встали из-за стола, доложили о приходе Фирвина.
– Папа? – несказанно удивилась Шали.
– Он, скорее всего, ко мне. По делам, – тут же огорошил её визирь ещё больше. Обычно все дела велись через любовниц, а тут…
Стоило хозяину дома покинуть нашу женскую компанию, как я тоже, сославшись на усталость, поспешила к нам в комнату. Демоницы, конечно, сделали вид, что поверили отговорке, но Таванна всё равно заметила в спину:
– Надеюсь, ты потом расскажешь, как провела время.
Обещать я ничего не стала, но для себя решила придумать правдоподобную версию разговора. Если скажу, что не слушала, на меня затаят дичайшую злобу.
Мужчины уже закрылись в кабинете. Я же вошла в спальню, развернула одно из каминных кресел к стене и «настроила» громкость, попутно сделав звукоизоляцию всех комнат визиря от посторонних ушей. А потом подумала и «убрала» стену, чтобы видеть собеседников – гулять так гулять!
В этот момент Лиан, видимо, почувствовал, что я пользуюсь его мэ, потому что без веской причины улыбнулся уголками губ. Фирвин как раз устроился на диване, спиной ко мне; хозяин кабинета отпустил слуг куда подальше, сам разлил чай и устроился в кресле напротив.
– Читал утренние новости, Бес? – с интересом спросил гость, не собираясь ходить кругами.
– В курсе, Фирвин.
– И как впечатления?
– Давай без эмоций, – попросил Лиан, сдерживаясь, чтобы не поморщиться. Он не любит покойного султана, был знатным интриганом, но насилие – всё же не его метод. – Ничего уже не исправить, ты пришёл по делу. Какие у тебя планы на меня?
– Ты так спрашиваешь, будто я здесь главный, а ты пешка, – неодобрительно заметил гость, но его эмоции в полной мере я разобрать не могла – не видела лица и опиралась лишь на интонации.
– А разве нет?
– Я бы тогда к тебе не заглядывал, – едва заметно пожал плечами отец Шали. – Ты умный демон, у тебя высокое положение и хорошие связи, даже без родственных обязательств. Амбиций не хватает, но если ты вдруг признаешь меня злодеем и загоришься борьбой за правое дело, мне придётся попотеть.
– Льстишь, Фирвин. Я плохой игрок в политике.
– Зато твоя человеческая девочка хороша. Как вспомню финт в госпитале… Вы должны неплохо друг друга дополнять: её рискованность и твоя холодная рассудительность. Не хочу я проверять, что вы вместе выкинете, если никто не станет связывать руки. Поэтому, надеюсь заключить сделку.
– Условия? – холодно потребовал Лиан.
– Ты поддерживаешь мою кандидатуру на место регента. Естественно, остаёшься визирем. О законе по освобождению людей все дружно забывают, выставляя его экономически невыгодным, но, как ты и хотел, увеличиваем права любовницы-человека, а также даём свободу её детям. Даже если они рождаются людьми, а не демонами.
Я застыла, переводя настороженный взгляд с одного мужчины на другого. Это заманчивое предложение, очень заманчивое, особенно учитывая наши обстоятельства. Фирвин действительно льстил нашим возможностям. Ресурсов у него куда больше, методов – тоже. Единственный стопроцентно выигрышный вариант для нас, если я прямо сейчас убью этого демона. Но это о-о-очень проблемный вариант, даже если не учитывать мою элементарную неспособностью провернуть подобное, а просто представить труп высокопоставленного демона во дворце визиря. Империю я жалела, но даже ради сотен незнакомых граждан так подставить Лиана не могла.
– Расскажи, пожалуйста, из-за чего всё это.
– Ох, Бес! Зачем влезать в мои делишки? Сейчас ты чист во всех смыслах: тесть пришёл к тебе и, переживая за внука, попросил о помощи. Ты, зная меня исключительно с положительной стороны, конечно же, поддержал.
– То есть, ты уверен, что цели я не одобрю? – усмехнулся визирь, прихлёбывая чай. – Занятно. Давай уж откровенно. Я всё равно знаю больше, чем нужно для спокойной совести. Если ты режешь младенцев и пьёшь кровь девственниц, тебя пускать к власти нельзя.
Шутка Фирвину понравилась – что бы он ни делал, но столь ужасным грехом не считал. Откинувшись на спинку дивана, он устроился поудобнее и с гордостью начал рассказ:
– Все знают, что, с помощью своего дара и смекалки, я смог вывести животных с усиленными полезными качествами. Правда, не так далека от этой версии: я сумел создать абсолютно преданных людей. Это идеальные слуги. Они выполнят любой твой приказ беспрекословно. Абсолютно любой. Не струсят и не забудут. Всегда будут защищать твои интересы. Согласись, такие слуги стоят больших денег?
Лиан молчал, огорошенный новостью не меньше, чем я. Мысли так и роились в головах. Мне почему-то вспомнилась служанка Шали, кинувшаяся на меня в первый день. Отчуждённая от других людей и безмерно верная своей госпоже. Её же как раз прислал дочери Фирвин. И не её первую…
– Они такими рождаются? – спросил визирь. Видимо, он в своих раздумьях ушёл в другую сторону.
– Нет, – с насмешкой покачал головой отец Шали. – Это вышло бы слишком долго, да и законная передача хозяевам... Я могу изменить приоритеты любому взрослому человеку. За такое демоны готовы хорошо платить – это же всегда было сказкой, мечтой для многих.
Да, есть у них такое желание, чтобы кто-то не думал о собственном благе. И это удобно, когда слуги действительно работают без ужимок и разговоров. Сразу всплыли якобы одержимые, которых требовали найти друзья и родственники. Это же они, те самые изменённые Фирвином люди… Но что-то в этой истории не вставало на свои места.
– Да, действительно полезные качества. Не понимаю, почему ты скрываешь свой бизнес.
Вот оно!
– Не хочу, чтоб идеи просочились в другие страны. К тому же сами люди начнут пугаться, если узнают, что я как-то могу их менять, поднимутся оголтелые правозащитники, которые меня и с животными-то допекли.
Нет! Нет-нет-нет, всё не так просто, как он тут рассказывает. Всё просто не может оказаться так просто, но в чём подвох? Понятно, что у людей меняются мозги, и это не здорово. Но неужели больше ничего? Не может такого быть. Где-то пребывает, где-то убывает. Чем ещё должны расплатиться люди за новый навык?
Здоровьем – вдруг пришло мне в голову. Все служанки Шали быстро менялись из-за болезней: кашель, хрупкие кости, ещё что-то. Вряд ли подопытные жили долго.
Да и не нужна их долгая жизнь никому. Демоны не станут дорого платить за обычных трудолюбивых слуг – плохо вымытые полы не большая проблема. Аномально верные люди нужны для секретных поручений и особо важных дел – таких, какие никому другому не доверишь. Даже демону, который имея на руках ненужные факты, может ими воспользоваться. И для преступлений, после которых воров и убийц обязательно поймают. Подобных слуг требуется один-два, а производителю надо продолжать делать деньги…
– Наверное, в какой-то мере это действительно не совсем корректно, – закинул удочку визирь.
А ещё страшно. Демоны не станут делать что-то просто так, но кто поумнее понимает, что если от животного до человека расстояние небольшое, то до демона потом оно ещё меньше.
– Брось, Бес, – отмахнулся Фирвин. – Животных, значит, есть и убивать корректно, а тут вдруг этика мешает. Наоборот, нам выпал уникальный шанс себя защитить. Ты наверняка не в курсе, что в мире, откуда пришла твоя ненаглядная, демоны – рабы людей?
Он ожидал удивления, но Лиан спокойно ответил:
– Вира рассказывала.
Я, кажется, опять сломала кому-то очередную «гениальную» схему, но не испытывала из-за этого никаких эмоций: ни стыда, ни радости. Сменив план, Фирвин продолжил слегка в другом ключе:
– Значит, ты понимаешь, что если дать людям свободу, то век-два, а то и меньше, и кто-то раскусит уникальные возможности взаимодействия человека и демона. И обязательно на этом погорит. Благодаря моим изменениям, мы без боязни можем использовать людей как проводников нашей силы. Я знаю, что ты теперь, думая о людях, представляешь свою Виру. Но ведь она одна такая сейчас. Да, появятся ещё похожие, сознательные, но сколько? Сотни на миллионы не слишком умных человек? Здесь контроль нужен. Не до этики, когда наша собственная свобода под угрозой.
Он говорил так чудесно, так складно, что я сама с ним соглашалась. И наверняка такими же красивыми речами Фирвин убеждал десятки демонов, сотни. Мне мешало достигнуть «просветления» только одно: султан убит, потому что мешал отличной схеме заработка.
Отец Шали точно так же мог прийти к другому своему зятю и рассказать об ужасах, которые могут сотворить с демонами освобождённые люди. Только Саэлон не был дураком. Он бы догадался о подводных камнях в этой схеме, как догадались и мы с Лианом. Вот только мы покиваем и проглотим, а Сай бы нашёл способ перетянуть одеяло на свою сторону.
Молчание закончилось внезапно. Визирь сменил философский тон на деловой, и сразу стало ясно: начались торги, он сдался.
– У меня нет особых причин возражать, но среди твоих сторонников находится один демон, который не очень любит Виру.
– О ком ты?
– О Руаре.
– И что с того? Мало ли кто кого не любит, – пожал плечами Фирвин.
– Да, но не все упорно пытаются убить объект неприязни. Четыре покушения и угроза продолжить.
– Какие четыре, Бес? О чём ты?
– Сначала при переходе в наш мир, потом – когда случайно увидел на улице. Ты же не станешь отрицать, что напавший на Виру человек был как раз «обработан» тобой и следовал приказам Руара?
– Не надо утрировать. При переходе необходима жертва – это неминуемое зло. Увидев её живой, он просто испугался и натворил глупостей.
– …а потом вы уже по-умному решили устранить помеху с помощью Шали, – не повёлся Лиан. – Не станешь же ты заверять, что не причастен к убийству одной из моих служанок? Той, которая очень похожа на Виру и, к несчастью для себя, оказалась с нами в госпитале? Ты же знал, что никакого восстания людей нет, и Вира просто блефует.
Отнекиваться Фирвин не стал, но тему ловко развернул безопасным боком:
– В любом случае, сейчас она – залог нашего договора. Нет никакого смысла ей вредить.
– А речь не о тебе. Руар, твой компаньон, не совсем в своём уме.
– Бес, ну что ты такое говорить!
– Делюсь наблюдениями. Мы встретились с ним после визита к тебе. Он не в своём уме, он хочет убить Виру любой ценой, а я дал клятву, по которой обещал ей защиту. Но даже если твой дружок вдруг отступится… я такого ненормального к власти не подпущу. Это принципиально.
Как бы Лиан ни скромничал, но он совсем не лыком шит и вести политические дела тоже умеет, но локально, за кулисами. Оторвать сильного соратника от Фирвина – очень хороший ход.
– Можно отослать его куда-нибудь, – нехотя пошёл на уступки отец Шали.
– Так себе выход. Мне нужны гарантии – извини, – жёстко потребовал Лиан.
– Гарантии, говоришь, – протянул гость. Поставил чашку, побарабанил пальцами по столешнице и попросил: – А распорядись позвать к нам Виру. У меня для неё небольшой сувенир.
Конечно же, визирь меня сразу сдал:
– Вира, заходи. Ты ведь нас слышишь?
Слышать-то я слышала, но пребывала в таком раздрае, что предпочла бы отсидеться под кроватью. Однако все свои фокусы прекратила и, выдохнув, спокойно вошла. Фирвин глянул на меня с интересом – девушка, которой визирь разрешал слушать свои деловые беседы, вряд ли бы вызвала меньше эмоций.
– Добрый день, – по-свойски поздоровалась я, сглотнув – горло внезапно пересохло.
– Благослови тебя Инанна! – кивнул гость и, прежде чем я выбрала себе кресло, подскочил с места. – Я тут кое-что принёс. Подумал, что тебе понравится. Так, безделушки.
Коробочка, которую он тут же достал из кармана, выглядела скромно. Да и сами украшения в ней не впечатлили бы местных модниц, но для меня они ценились дороже любых бриллиантов. Две маленькие серебряные серёжки и цепочка с по-мужски простым кулоном мне сейчас были не слишком нужны. А вот часы… Если бы не привычка Руара носить их, он мог бы и найти лазейку, чтобы сбежать от людей. Но нет.
– Откуда это у вас? – заинтересовала я, боясь брать.
С одной стороны, схватить быстрее – и Руар в моей власти. С другой – тогда я в ловушке Фирвина. Он принёс полученные мной когда-то залоговые вещи не просто так, он что-то хотел. И вряд ли это сделка с Лианом, ведь для неё хватило бы часов.
– Руар отдал мне на хранение, после вашей мимолётной встречи в городе. Но ведь они твои?
Мои. И их действительно надёжней хранить в тайном месте, ведь с самого Руара при определённой доле везения и Лиане рядом я могла их снять.
– Бери, если твои, – почти что приказал визирь.
– Но… – попыталась возразить я, да меня вновь перебили непререкаемым:
– Бери.
Ладно, ясно. В ловушку меня не загонят, а управа на Руара в хозяйстве вещь полезная. Зачем это всё отцу Шали разберёмся после – всё равно пока голова кругом.
Украшения я проворно цапнула, часы тут же привычно натянула почти до локтя, серьги нанизала на цепочку и без посторонней помощи застегнула. А мужчины, тем временем, продолжили беседу.
– Теперь, думаю, вы можете не опасаться Руара, – закинул удочку Фирвин.
Лиан глянул на меня, я кивнула – он ответил:
– Это всё равно не значит, что я хочу терпеть его присутствие в столице.
– Как вопросы утрясутся, так потихоньку вышлю. Надеюсь, ты понимаешь, что я не смогу без лишних подозрений сделать это сразу?
Значит, расчёт на нашу встречу. В копилочку деталь.
– Немного можно потерпеть. Но со вторым условием надо разобраться как можно раньше. Выпусти братьев Сая.
– Но Бес! – казалось, в первый раз растерялся отец Шали и, немного помахав руками в воздухе, озадаченно намекнул: – Это же явный заговор! Мне казалось, мы договорились об условиях сделки.
– Мы оба знаем, что это не так. Твоя просьба очень крупная: ты хочешь и власть получить, и чтоб я кое-какие факты подзабыл. За мою плохую память, считай, мы сторговались. А ради власти… что тебе стоит перевесить вину с шахзаде, скажем, на Вонуала? Его даже никак наказывать не придётся. Уговоришь завязанных с тобой целителей подписать диагноз о какой-нибудь старческой болячке – и всё. Сумасшедший глава мибов заподозрил султана в чём-то неблагородном, отравил, а вину спихнул на других, пользуясь должностными полномочиями.
Минуту звенела тишина. Меня и за стенкой-то разрывало от напряжения, а тут и вовсе в висках заломило. Подумав, я устроилась в кресле, которое стояло рядом с рабочим столом визиря – подальше от этих страшных мужчин.
– Пожалуй, молчание твоё я дёшево получил, – решил Фирвин, оценив шпильку про целителей. – А что если я предложу тебе занять место регента, взамен их свободы? Мне действительно не так уж и важна власть. Даже лучше, если ты встанешь у руля. Я занимаюсь своими делами; ты закрываешь на мои шалости глаза, а заодно не подпускаешь к управлению неугодных; но Гарихар с Ахином отправляются в ссылку во Дворец Слёз. С комфортом, разумеется – всё же не последние лица в государстве.
Казалось, я услышала, как тикают часы у меня на руке. Я не думала, что Фирвин способен на такую сделку, однако, по всему выходило, что ему она даже выгоднее: у него свободны руки, а зять прочно связан договором. Вот только, держа власть, и Лиан мог развернуться, перетянув одеяло на себя. Пойдёт ли он на такое?
– Ты так не хочешь менять версию? – уклончиво спросил пока ещё визирь.
– Не в этом дело, – поморщился отец Шали. – Мне не нужны посторонние люди в борьбе за власть, а шахзаде вряд ли захотят доверять такое дело вчерашнему мелкому купцу.
– Тоже мне проблема. Я заверяю их, что ты способствовал освобождению и крайне о них беспокоился. И вообще описываю тебя в очень выгодном свете. Ахин, хоть и хитрый, но под стражей наверняка перепуган как заяц. Гарихар вообще не привык к столичным разборкам. Через пару месяцев отошлёшь обоих в дальние провинции.
– А тебе-то они зачем сдались?
– Ты предлагаешь всех, кто мне безразличен, отправлять в ссылку за убийство султана? – вздёрнул бровь Лиан, глядя на гостя слегка недоумённо. – Обвинение-то серьёзное – за такое и казнь стоит потребовать. В крайнем случае, пожизненное заключение. Ахин мне ничего не сделал, чтобы так его подставлять. Шла бы речь о Сае – я бы подумал, но он мёртв.
– Кстати, каким образом Вонуал отравил, если Ахин был обязан проверять пищу султана? – недовольно спросил Фирвин.
– Как и ты – отдал приказ верному человеку, чтобы тот перед самой подачей подсыпал яд. У Вонуала как раз дар убеждения – он сыграет против него.
Молчание затягивалось, мужчины размышляли, сравнивая позиции, – я уже не пыталась что-то понять. Всё казалось безумным, будто бы я узнала, что завтра совершенно точно наступит конец света. В какой-то мере, это так и было.
– Вот почему ты не амбициозен? – печально вздохнул Фирвин, сдаваясь. – Ладно, договорились. Действительно, убийство султана не простое обвинение, а главу мибов давно пора сменить. Когда ты намерен говорить с шахзаде?
– Сможешь провернуть всё за сегодня? Я бы хотел к вечеру уже решить вопрос.
– Успею. Через три часа готовься к разборкам во дворце правительства. И лучше прихвати Дрейка и Корлона – битва может оказаться жаркой.
Они пожали друг другу руки и, довольные собой лишь с виду, разошлись. Я дождалась, пока закроется дверь за гостем, подскочила к окну и стала ждать, когда же Фирвин окончательно покинет дворец визиря. Стоило ему выйти за ворота, как силы меня покинули – ноги подкосились, и я медленно осела на пол, едва придерживаясь за стену.
– Мы продались? – тихо пискнула я, пока Лиан наливал чашку чая.
– Не знаю. Надеюсь, наоборот, нашли пространство для манёвра.
24. Предание о преданности Гештинаны
К демоницам я выходить побоялась – сразу отправилась спать. Но совершенно не отдохнула, преследуемая кошмарами. В них то меня убивали, то я кого-то, и постоянно мы проваливались в жуткую чёрную дыру. Проснувшись, я сперва испугалась, что это был не сон – вокруг стояла темнота. Но, подумав, поняла, что это всего лишь поздний-поздний вечер – почти ночь – за окном.
Однако когда я вышла из спальни, дом стоял на ушах. На первом этаже Трия ругалась, кажется, со своим отцом.
– Что ты творишь? Что ты творишь, глупая девица, я тебя спрашиваю?! Ладно, с Бесом у вас не сложилось, да и обстоятельства сейчас... Но можно же попробовать с Нимфелем – Эри сделала прекрасный выбор! Или, если не хочешь вместе с сестрой, к Дрейку – я договорюсь. Но зачем, зачем тебе этот мелкий следователь?! На что он станет тебя содержать? – кричал мужчина, ничуть не стесняясь обитателей чужого дома.
– Работать пойду, – невозмутимо ответила Трия. – Сдохнуть со скуки можно, если целыми днями сидеть в доме.
– Так работай просто так, а живи с Дрейком! У этого… твоего… как его… даже, наверняка, возможности выделить тебе компаньонку не будет. Ты понимаешь, что придётся тащить на работу его мать?! Что у него есть такого, чего нет у других?
– Отсутствие любовниц, – отрезала Трия.
Здесь её отцу пришлось сдаться. Вряд ли он окончательно признал правоту дочери, но бурчать стал так, что я на втором этаже уже не разбирала. Почти тут же пришли Нимфель и безумно взволнованный, почти заикающийся, Тахлиат. В этот раз подслушивать беседу в кабинете я не стала – и без того ясно, о чём речь. А ещё понятно, что я дурно на всех влияю. Хорошо хоть прецеденты раньше были и работающих женщин, и «одиноких» любовниц.
Вечером, когда Лиан пришёл ко мне, я пожаловалась:
– У меня ощущение, будто мир рушится. Но это же всего лишь смена власти, да? Такое ведь не раз случалось в истории?
– Только почти всегда за такой сменой приходит смута, – не успокоил меня визирь, но подсластил пилюлю поцелуем. – Ты знаешь, зачем Фирвин отдал тебе украшения?
– Понятия не имею, – честно призналась я, с больной головой так ничего и не сообразив. – С Руаром ещё более или менее ясно. Очевидно, Фирвин от такого соратничка не в восторге и рад отдать мне в руки. Можно даже в часы на пожизненное – и мне силы, и эта морда никому не надоедает. Но остальные… не скинуть же ненужное он решил – слишком просто.
– А что ты можешь с ними сделать?
– Отсюда – ничего, – пожала я плечами, мысленно перебирая варианты.
Используя залог, я могла взять силу демона, найти его, заточить и кое-что ещё, невозможное с такого расстояния.
– Тогда не морочь себе голову. Когда придёт время – сообразишь.
Только может оказаться слишком поздно.
Тем не менее, стоило подумать о чём-то постороннем, как я мигом уснула. А на утро чувствовала себя так, будто месяц не видела кровать. Завтрак подать Лиан приказал в женскую столовую, очевидно, решив составить компанию матери и оставшейся любовнице.
Шали выглядела плохо: одинокой, несчастной, брошенной… Зато вот Таванна, напротив, будто светилась от счастья. Стоило нам поздороваться и приступить, как она тут же косвенно объяснила почему:
– Как ты и говорил, Бес, Шамуса уже нашли и с извинениями доставили в каганат. Сегодня засветло принесли от него записку, где говорится, что он с радостью меня примет, раз уж его визит к нам так быстро завершился.
– Когда отправишься?
– Завтра утром. Хочу успеть до похорон, а то придётся лишний день ждать.
– Хорошо, – безразлично кивнул Лиан, и за столом повисло молчание.
Матери визиря было откровенно наплевать на всё в предвкушении поездки, я соображала плохо, а у хозяина дома явно имелся какой-то план. И только Шали едва сдерживалась, чтобы ничего не сказать. Её буквально распирало, но она стойко молчала и чего-то ждала. Однако когда Лиан встал из-за стола, его последняя любовница всё же сорвалась:
– Бес, я понимаю, что нахожусь тут будто заложница, связанная двумя договорами. Не в моём положении качать права или ожидать твоего внимания. Но неужели я такое заслужила?! Остаться одной в огромном дворце, никому не нужной. Зачем, Бес? Неужели, тебе приятно меня мучить?
Визирь посмотрел на неё недоумённо. Казалось, он действительно раньше и не задумался о таких вещах, а я вот представила себя на её месте. Каждый день слоняться без дела, без компании, без возможности с кем-то встретиться и поговорить. И каждый день наблюдать, как любовник проводит время с другой. Это, пожалуй, похуже одиночества. На её месте я бы в первую очередь пожелала, чтобы соперница исчезла.
